Апелляционное постановление № 22-1452/2025 от 8 октября 2025 г. по делу № 1-53/2025

Судья Маркелова Е.А. Дело № 22-1452/2025

УИД 35RS0019-01-2025-000310-50

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Вологда 9 октября 2025 года

Вологодский областной суд в составе:

председательствующего судьи Викторова Ю.Ю.,

при секретаре Поличевой Ю.В.,

с участием прокурора Шилова Н.С.,

осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Советова Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Советова Д.А. в интересах осужденного ФИО1

на приговор Сокольского районного суда Вологодской области от 5 августа 2025 года в отношении ФИО1,

у с т а н о в и л :

приговором Сокольского районного суда Вологодской области от 5 августа 2025 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес><адрес><адрес>, ранее судимый:

8 июня 2023 года Вологодским городским судом Вологодской области по ч.1 ст.161, ч.1 ст.158, ч.2 ст.69, ст.73 УК РФ (с учетом постановления Сокольского районного суда от 19 сентября 2023 года) к 9 месяцам исправительных работ с удержанием 5 % заработка в доход государства условно с испытательным сроком 1 год 1 месяц;

27 июня 2023 года этим же судом по ч.1 ст.160, ч.1 ст.161, ч.2 ст.69, ст.73 УК РФ к 1 году 1 месяцу исправительных работ с удержанием 5% заработка в доход государства ежемесячно условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев; постановлением Сокольского районного суда от 28 сентября 2023 года отменено условное осуждение по приговорам от 8 и 27 июня 2023 года, на основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по приговорам от 8 и 27 июня 2023 года определено к отбытию 1 год 6 месяцев исправительных работ с удержанием 5% заработка в доход государства;

15 декабря 2023 года и.о. мирового судьи Вологодской области по судебному участку № 35 по ч.1 ст.158, ст.70 УК РФ (с приговорами от 8 и 27 июня 2023 года) к 1 году 8 месяцам исправительных работ с удержанием 5 % заработка в доход государства;

19 марта 2024 года Сокольским районным судом Вологодской области (с учетом апелляционного постановления Вологодского областного суда от 05 июня 2024 года) по ч.1 ст.158 (2 преступления), ст.158.1, п. «а» ч.2 ст.158, ч.2 ст.69, ч.5 ст.69 УК РФ (с приговором от 15 декабря 2023 года) к 1 году 9 месяцам лишения свободы; 13 сентября 2024 года освобожден по отбытии срока наказания;

осужден за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст.161 УК РФ, - к 1 году 4 месяцам лишения свободы, за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158 УК РФ, - к 8 месяцам лишения свободы, по п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ - к 1 году 8 месяцам лишения свободы,

по ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний - к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения на апелляционный период оставлена в виде заключения под стражу.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей со 2 октября 2024 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано в счет возмещения материального ущерба: с ФИО1 в пользу ООО «...» - 2570 рублей 25 копеек; с ФИО2 солидарно в пользу АО «...» - 2053 рубля 62 копейки.

С ФИО1 в доход федерального бюджета взысканы процессуальные издержки в сумме 25 757 рублей 70 копеек, связанные с выплатой вознаграждения адвокату.

Решен вопрос по вещественным доказательствам.

По делу также осужден К.В., приговор в отношении которого не обжалуется.

Приговором ФИО1 признан виновным в совершении в г.Сокол Вологодской области:

20 сентября 2024 года - тайного хищения чужого имущества из магазина «...» на сумму 3024 рублей;

27 сентября 2024 года - тайного хищения чужого имущества из магазина «...» на сумму 8214 рублей 54 копейки, группой лиц по предварительному сговору с К.В.;

30 сентября 2024 года - открытого хищения чужого имущества из магазина «...» (на Базарной площади, 3) 20 банок консервов «Печень трески» на общую сумму 3 940 рублей 20 копеек.

1 октября 2024 года - тайного хищения чужого имущества из магазина «...» на сумму 6198 рублей 18 копеек;

1 октября 2024 года - открытого хищения чужого имущества из магазина «...» (на Лесном переулке, 7) 2 бутылок игристого вина «MONDORO» по цене 940,22 руб. за штуку, 2 бутылок виски «ФИО3 Спайдс» (ВЛСС) по цене 621,37 руб. за штуку, на общую сумму 2 501 рубль 81 копейка.

В апелляционной жалобе адвокат Советов Д.А. указывает, что по эпизодам хищений от 30 сентября и 1 октября 2024 года (из магазинов «...» по адресам: <адрес> и <адрес>) действия ФИО1 не правильно квалифицированы судом по ч.1 ст.161 УК РФ. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 во время совершения хищений осознавал, что его противоправные действия стали очевидными для окружающих. Работники магазина Т.В., Н.С., И.С. требований о возврате похищенного товара к ФИО1 не предъявляли. Необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства защиты об оглашении показаний свидетеля Н.С. в ходе предварительного следствия ввиду наличия в них (показаниях) существенных противоречий, повлиял на окончательные выводы относительно квалификации действий ФИО1 Размер причиненного материального ущерба по эпизодам хищений от 27 сентября (хищение алкогольной продукции из магазина «...» на <адрес>,), от 1 октября 2024 года (хищение алкогольной продукции из магазина «...» по адресу: <адрес> из магазина «...» по адресу <адрес>) не соответствует фактическим обстоятельствам дела и не подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами. Судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства защиты о признании недопустимыми ряда доказательств: явок с повинной ФИО1 от 2 октября 2024 года - по эпизоду кражи шоколада «Милка» (т.1 л.д.132), по эпизоду грабежа 2 бутылок вина и 2 бутылок виски (т.1 л.д.102), по эпизоду грабежа 20 банок консервов «Печень трески» (т.1 л.д.22); протоколов осмотра мест происшествий - с участием М.А. от 30 сентября 2024 года (т.1 л.д.118-121, т.1 л.д.6-9), с участием М.С. от 9 октября 2024 года (т.1 л.д.218-220), с участием С.А. от 1 октября 2024 года (т.1 л.д.56-59), с участием Н.С. от 1 октября 2024 года (т.1 л.д.89-92) - в части изъятия видеозаписей событий на материальные носители (CD-RW диски); рапорта о результатах работы на месте происшествия за подписью специалиста А.В. от 9 октября 2024 года (т.1 л.д.221); вещественных доказательств – материальных носителей (CD-RW дисков) с видеозаписями событий (т.2 л.д.159-161). Судом не дано оценки противоречиям в показаниях свидетеля М.А. в той части, что шоколад «Милка» был похищен одним, а не двумя лицами, в количестве 12, а не 24 плиток. Дело в отношении ФИО1 рассмотрено незаконным составом суда, поскольку председательствующим выносилось промежуточное судебное решение о продлении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, в котором судья предрешила вопрос о его виновности. В удовлетворении ходатайства защиты об отводе председательствующего судьи необоснованно отказано. Просит приговор изменить, смягчить ФИО1 назначенное наказание, либо приговор отменить и передать уголовное дело на новое рассмотрение.

В возражениях заместитель Сокольского межрайонного прокурора Дерушев Д.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, защитник Советов Д.А. поддержали доводы апелляционной жалобы.

Прокурор Шилов Н.С. просил приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - необоснованной.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в материалы дела представлено достаточно доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 в момент совершения хищений продуктов из магазинов «...» по адресам: <адрес> и <адрес>, понимал, что его противоправные действия очевидны для окружающих, а, следовательно, носят открытый характер.

Так, из показаний свидетеля Т.В. (... магазина «...» (на ул.<адрес>, 3)), данных в судебном заседании, следует, что зайдя в торговый зал, она увидела, как молодой человек складывает консервы под куртку, из-за чего куртка в области живота увеличилась в объеме. Когда молодой человек потянулся за очередной банкой, она крикнула: «Что вы делаете?». В ответ на окрик молодой человек вместе с содержимым, находящимся под курткой, быстрым шагом направился к выходу из магазина. Она крикнула: «Куда вы пошли?», но молодой человек не остановился.

Из показаний свидетеля Н.С. (... магазина «...» на ул.<адрес>, 7), данными в судебном заседании, следует, что она увидела через систему видеонаблюдения, как подсудимый ФИО1 взял с полки 2 бутылки вина и 2 бутылки виски, о чем сообщила продавцу И.С., которая вышла в торговый зал и потребовала от ФИО1 достать все то, что тот взял. Она последовала за И.С. и озвучила подсудимому аналогичное требование. ФИО1 выложил на стол одну бутылку виски, после чего выбежал из магазина с остальными бутылками, которые просматривались под его курткой.

Из показаний свидетеля И.С., данными в судебном заседании, следует, что она и ... магазина Н.С. находились в помещении склада. Н.С. по видеокамере обнаружила мужчину в зале, который положил в карман бутылку с алкоголем, и попросила ее (И.С.) выйти в зал. Она и Н.С. вышли в зал и потребовали у молодого человека выложить из карманов все то, что он взял. Молодой человек отдал Н.С. бутылку виски и убежал.

Из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого с участием защитника, следует, что в магазине «...» на Базарной площади, 3, он стал складывать банки с печенью трески под куртку. Заполнив банками пространство под курткой, услышал женский окрик: «Что делаешь?». Он понял, что его заметили, однако сделал вид, что не услышал и выбежал из магазина (т.1 л.д.29-32). В магазине «...» на Лесном переулке, 7, он взял с витрины и спрятал под куртку 2 бутылки виски и 2 бутылки игристого вина. В этот момент к нему подошли работники магазина, одна из которых потребовала вернуть товар. Он отдал одну бутылку виски, но продавец потребовала отдать «все, что он взял». Он понял, что его разоблачили, однако решил проигнорировать требование о возврате товара и выбежал с похищенным имуществом из магазина (т.1 л.д.108-111).

Как правильно указал в приговоре суд первой инстанции, оснований не доверять приведенным выше показаниям свидетелей Т.В., Н.С., И.С. и показаниям ФИО1, данным им в качестве подозреваемого, не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой, с протоколом осмотра видеозаписей с камер видеонаблюдения, установленных в магазинах «...» на ул.<адрес>, 3 и на ул.<адрес>, 7, и опровергают версию стороны защиты о том, что осужденный не осознавал того, что его противоправные действия очевидны для окружающих.

Никаких существенных противоречий между показаниями свидетеля Н.С. в суде с ранее данными ею показаниями не усматривается, поэтому суд обоснованно в соответствии с положениями ч.3 ст.281 УПК РФ отказал в удовлетворении ходатайства защитника Советова Д.А. об оглашении показаний указанного свидетеля, данных им в ходе предварительного следствия.

Что касается показаний свидетеля М.А., то они никаких существенных противоречий также не имеют и полностью подтверждают причастность ФИО1 к хищению 12-ти плиток шоколада «Милка».

На предварительном следствии и в судебном заседании свидетель М.А. показывала, что 30 сентября 2024 года она обнаружила недостачу шоколада «Милка», при просмотре видеозаписей выяснила, что одну коробку с плитками в количестве 12 шт. около полудня 20 сентября 2024 года взял со стеллажа ФИО1, а вторую коробку с плитками в таком же количестве в тот же день, но немного позже, взял К.В. (т.2 л.д.165-166, т.4 л.д.79-112).

Приведенные в апелляционной жалобе фразы, сказанные свидетелем М.А. при ответе на вопросы прокурора и защитника, взяты защитником Советовым Д.А. из контекста, а общая интерпретация показаний данного свидетеля, сводящаяся к тому, что «хищение шоколада «Милка» совершено одним, а не двумя лицами, и в количестве двенадцати, а не двадцати четырёх плиток», является надуманной и не соответствует действительности.

Не могут быть признаны состоятельными и доводы апелляционной жалобы о недоказанности размера причиненного материального ущерба.

В абз. 4 п. 25 постановления от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что при определении размера похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления.

Согласно счетам-фактурам, исследованным в судебном заседании с участием сторон: 6-ть бутылок спиртного напитка «Aperol Aperitivo» закуплены потерпевшим по цене 1 369,09 рублей за шт. с учетом НДС (т.2 л.д.151-152); 2-е бутылки игристого вина «MONDORO» закуплены по цене 940,22 рублей за шт. с учетом НДС, 2-е бутылки виски «ФИО3 Спайдс» (В.Л.С.С.) по цене 621,37 рублей за шт. с учетом НДС (т.1 л.д.85-88, т.2 л.д.164); 5-ть бутылок коньяка «Лезгинка» закуплены по цене 583,06 рублей за шт. с учетом НДС, 2-е бутылки вина «П.Г.Б.Д.В.К.Н.» по цене 322,85 рублей за шт. с учетом НДС, 2-е бутылки напитка «ОАКН» по цене 1 318,59 рублей за шт. с учетом НДС (т.1 л.д.47, 48-54, т.2 л.д.172).

Арифметические расчеты, основанные на количестве похищенного товара и его стоимости, позволяют сделать вывод, что общий размер имущества, похищенного из магазина «...» на <адрес> (6-ти бутылок спиртного напитка «Aperol Aperitivo» по цене 1 369,09 рублей за шт.), составляет - 8214,54 рубля; из магазина «...» на Лесном переулке, 7 (2-х бутылок игристого вина «MONDORO» по цене 940,22 рублей за штуку, 2-х бутылок виски «ФИО3 Спайдс» (В.Л.С.С.) по цене 621,37 рублей за штуку), за вычетом 1-ой возвращенной бутылки виски, составляет - 2 501 рубль 81 копейку; из магазина «...» на <адрес> (5-ти бутылок коньяка «Лезгинка» по цене 583,06 рублей за шт., 2-х бутылок вина «П.Г.Б.Д.В.К.Н.» по цене 322,85 рублей за шт., 2-х бутылок напитка «ОАКН» по цене 1 318,59 рублей за шт.), составляет - 6 198 рублей 18 копеек.

Эти же размеры похищенного имущества инкриминировались осужденному в предъявленном обвинении и установлены приговором суда.

Иных доказательств, которые бы опровергали установленную судом стоимость похищенного имущества, стороной защиты не представлено.

Оснований для вычета из размера похищенного имущества налога на добавленную стоимость (НДС) не имеется.

Так, согласно ч. 1 ст. 143 НК РФ налогоплательщиками НДС являются, в том числе организации, индивидуальные предприниматели.

Положениями ст. 146 НК РФ предусмотрено, что объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг).

В силу п. 6 ст. 168 НК РФ при реализации товаров населению по розничным ценам (тарифам), соответствующая сумма налога включается в указанные цены (тарифы). При этом на ярлыках товаров и ценниках, выставляемых продавцами, сумма налога не выделяется.

Согласно п. 4.1 Методических рекомендаций по формированию и применению свободных цен и тарифов на продукцию, товары и услуги, подготовленных Минэкономики России с участием Госналогслужбы России, Минфина России, Роскомторга, Центросоюза России и отдельных органов ценообразования субъектов Российской Федерации, утвержденных Минэкономики России 6 декабря 1995 года № СИ-484/7-982, свободные розничные цены и тарифы определяются самостоятельно розничными торговыми предприятиями, предприятиями общественного питания и другими юридическими лицами, осуществляющими продажу товаров (услуг) населению, в соответствии с конъюнктурой рынка (сложившимся спросом и предложением в данном регионе), качеством и потребительскими свойствами товаров и предоставляемых услуг, исходя из свободной отпускной цены предприятия-изготовителя или цены другого поставщика (цены закупки) и торговой надбавки.

При этом, в соответствии с п. 4.3 Методических рекомендаций, торговые надбавки определяются продавцом самостоятельно, исходя из конъюнктуры рынка (сложившегося спроса и предложения), кроме торговых надбавок, уровень которых регулируется в соответствии с действующим законодательством. В торговую надбавку включаются издержки обращения, в том числе транспортные расходы по доставке товаров от поставщика (в зависимости от вида франко, предусмотренного в свободной отпускной цене предприятия-изготовителя или цене закупки продукции (товаров) и условий поставки, указанных в договоре на поставку), другие расходы по закупке и реализации товаров розничных торговых организаций и предприятий или предприятий бытового обслуживания населения и налог на добавленную стоимость, а также прибыль.

Согласно п. 4.6 Методических рекомендаций, реализация предприятиями-изготовителями продукции и товаров собственного производства населению через кассу предприятия осуществляется по свободным розничным ценам, определяемым предприятиями самостоятельно, исходя из свободных отпускных цен, с добавлением торговой надбавки, определяемой в соответствии с п. 4.3 Методических рекомендаций.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что фактическая стоимость товаров, похищенных из магазинов и других организаций, осуществляющих розничную торговлю, для целей квалификации преступления должна определяться на основании розничной цены на момент совершения преступления, исчисленной торговой организацией в соответствии с вышеуказанными Методическими рекомендациями и включающей в себя все элементы ценообразования, в том числе НДС и прибыль.

Таким образом, поскольку на организации, предполагавшей реализовать товар, который впоследствии был похищен виновными лицами, лежит обязанность по уплате налога на добавленную стоимость, то его сумма подлежит включению в стоимость имущества на момент его похищения, на основании которой определяется размер хищения при квалификации преступления.

Необоснованным является и довод апелляционной жалобы о невозможности участия судьи Маркеловой Е.А. в рассмотрении настоящего уголовного дела по существу по тому основанию, что ранее эта же судья рассматривала вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1 и сделала вывод о его причастности к совершенным преступлениям.

Действительно в постановлении от 27 декабря 2024 года (т.2 л.д.188), вынесенным по результатам рассмотрения ходатайства следователя о продлении обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, судья Маркелова Е.А. пришла к выводу о наличии в приложенных к ходатайству материалах дела сведений, указывающих на причастность обвиняемого к инкриминируемым преступлениям, что полностью согласуется с позицией Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в абз. 4 п. 2 Постановления от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», и вопреки доводам апелляционной жалобы обстоятельством, исключающим участие судьи в рассмотрении уголовного дела по существу, не является (ст.ст.61-63 УПК РФ), поскольку в обсуждение вопроса о виновности ФИО1 судья не входила.

Что касается доводов о недопустимости ряда доказательств, то они были известны суду первой инстанции и получили в приговоре надлежащую оценку, оснований не согласиться с которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Как правильно указал суд первой инстанции, явки с повинной ФИО1, как и рапорт специалиста А.В. от 9 октября 2024 года, сторонами в качестве доказательств по уголовному делу не представлялись, а, следовательно, юридической оценки в приговоре в силу ст. 240 УПК РФ не требуют.

Изъятые в ходе осмотров мест происшествия оптические диски с видеозаписями, зафиксировавшими обстоятельства совершения осужденными преступлений, как это и предусмотрено требованиями ч.3 ст.177 УПК РФ, упакованы следователем в бумажные конверты, опечатаны печатью №59 и заверены подписью следователя (т.1 л.д.9, 121).

Оптические диски, изъятые в ходе осмотров мест происшествия из магазинов «...» на <адрес> и на <адрес> (т.1 л.д.58, 92), упакованы в конверты и заверены подписью следователя. Отсутствие на указанных конвертах оттисков печати №59, на наличие которых указывается в соответствующих протоколах осмотра (т.1 л.д.56-57, 89-90), не ставит под сомнение достоверность имеющихся на дисках видеозаписей, а, следовательно, основанием для признания данных доказательств недопустимыми не является.

Оптический диск с видеозаписями от 27 сентября 2024 года, сделанными камерами видеонаблюдения, установленными в магазине «...» на <адрес>, предоставлен в материалы уголовного дела представителем потерпевшего АО «...» по запросу следователя, что требованиям УПК РФ не противоречит.

Осмотр содержащихся на оптических дисках видеофайлов, записанных камерами видеонаблюдения магазинов, произведен следователем с применением технических средств фотофиксации без участия понятых (т. 2 л.д. 112-121), что в полной мере соответствует положениям ч.1.1 ст.170 УПК РФ.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы ссылок на недопустимые доказательства приговор не содержит.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств действия ФИО1 правильно квалифицированы судом

по эпизодам хищений от 30 сентября и 1 октября 2024 года из магазинов «...» по адресам: <адрес> и <адрес> - по ч.1 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества;

по эпизодам хищений от 20 сентября 2024 года и 1 октября 2024 года из магазина «...» на <адрес> - по ч.1 ст.158 УК РФ, как тайное хищение чужого имущества,

а по эпизоду от 27 сентября 2024 года - по п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, как тайное хищение чужого имущества группой лиц по предварительному сговору.

Оснований для смягчения осужденному ФИО1 наказания, как об этом в апелляционной жалобе ставит вопрос защитник, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

При назначении ФИО1 наказания судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности ФИО1, смягчающие обстоятельства: явки с повинной, признание вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, добровольное частичное возмещение ущерба, состояние здоровья; отягчающее обстоятельство - рецидив преступлений.

Мотивы, руководствуясь которыми суд назначил осужденному наказание в виде реального лишения свободы, не нашел оснований для применения положений ст.ст.64, 73, 53.1, изменения категории преступлений, предусмотренных ч.1 ст.161, ч.2 ст.158 УК РФ, на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, приведены в приговоре и являются убедительными.

Размер назначенного осужденному наказания соответствует санкции ч.1,2 ст.158, ч.1 ст.161 и требованиям Общей части Уголовного кодекса РФ, в том числе ч.2 ст.68.

Вид исправительного учреждения - исправительная колония строгого режима определен ФИО1 верно, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Исковые требования потерпевших разрешены в соответствии с требованиями закона.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Существенных нарушений закона, влекущих отмену либо изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ,

п о с т а н о в и л :

приговор Сокольского районного суда Вологодской области от 5 августа 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Советова Д.А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий