Приговор № 22-105/2025 от 2 марта 2025 г. по делу № 1-107/2024

Судья ФИО6 Дело №22-105/2025

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г.Иваново 03 марта 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи Волкова Е.В.,

судей Смирновой Е.Н., Араблинской А.Р.,

при секретаре Жданове Д.С.,

с участием:

прокурора Бойко А.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Рязанцевой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника Шуйского межрайонного прокурора Максимова А.Н. и апелляционной жалобе защитника-адвоката Рязанцевой Н.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Шуйского городского суда Ивановской области от 25 ноября 2024 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч.1 ст.330 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

На основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставлена без изменения.

Заслушав доклад судьи Араблинской А.Р., изложившей содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных представления и жалобы, мнения участников судебного разбирательства по доводам представления и жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным и осужден за самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается организацией, причинивших существенный вред.

Согласно приговору, указанное деяние совершено при следующих обстоятельствах.

19 марта 2020 года на основании договора об учреждении от 3 марта 2020 года, заключенного между ФИО5 №5 и ФИО1, а также протокола общего собрания учредителей <данные изъяты> от 3 марта 2020 года было учреждено юридическое лицо - <данные изъяты> (далее - Общество), участниками которого являлись указанные выше лица. Единоличным исполнительным органом Общества - генеральным директором <данные изъяты> с момента учреждения являлся ФИО1, с которым Общество 19 марта 2020 года заключило трудовой договор.

Для ведения финансовой деятельности <данные изъяты> 25 марта 2020 открыт расчетный счет № в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, - к которому на имя ФИО1 была выпущена банковская карта <данные изъяты>; 26 марта 2020 года открыт расчетный счет № в дополнительном офисе банка <данные изъяты> по адресу: <адрес>, - к которому на имя ФИО1 выпущена банковская карта <данные изъяты>

Протоколом №5 внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года, оформленного по его результатам, принято решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора Общества ФИО1 26 августа 2020 года, прекращении заключенного с ним трудового договора 27 августа 2020 года по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.278 Трудового кодекса Российской Федерации. 27 августа 2020 года в период времени с 00 часов 5 минут по 6 часов, ФИО1 было сообщено о принятом решении, о прекращении его полномочий генерального директора, о назначении нового генерального директора ФИО22, а также было предложено получить заверенные копии протокола №5 внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года и приказа №1 от 27 августа 2020 года о расторжении с ним трудового договора. ФИО1 данные документы получать отказался, о чем был составлен соответствующий акт. Кроме того, ФИО1 отказался вернуть <данные изъяты> принадлежащие Обществу банковские карты <данные изъяты> и <данные изъяты> и пин-коды доступа к их счетам, в связи с чем был уведомлен, что он более не вправе действовать от имени Общества и распоряжаться в любой форме имуществом Общества, в том числе, находящимися на банковских счетах Общества денежными средствами. В соответствии со ст.40 Федерального закона от 8 декабря 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» ФИО1, как участник <данные изъяты> не мог распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах данного юридического лица, поскольку распределение прибыли участников может быть определено лишь общим собранием его участников.

В период времени с 23 часов 57 минут 26 августа 2020 года по 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года ФИО1, будучи лицом, полномочия которого как генерального директора <данные изъяты> прекращены уполномоченным органом данного юридического лица 26 августа 2020 года, достоверно зная о наличии денежных средств на банковских счетах <данные изъяты> открытых в <данные изъяты> и <данные изъяты> самовольно, вопреки порядку, установленному Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», решил снять денежные средства с банковских счетов с целью исполнения обязанности по оплате денежных средств по договорам поставки №30-07/2020 от 30 июля 2020 года, №02-08/2020 от 2 августа 2020 года за пиломатериалы, необходимые для запуска производственной линии по изготовлению топливных пеллетов, а также оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии в соответствии с проектом технологического присоединения электроснабжения нежилого здания по адресу: <адрес>, - техническими условиями от 22 июля 2020 года.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на самовольное, вопреки установленному законом порядку, снятие денежных средств <данные изъяты> ФИО1, являясь участником Общества, имея намерение исполнить обязанность по оплате денежных средств по договорам поставки № 30-07/2020 от 30 июля 2020 года, № 02-08/2020 от 2 августа 2020 года, заключенным им, как генеральным директором Общества, за пиломатериалы, необходимые для запуска производственной линии по изготовлению топливных пеллетов, а также оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии в соответствии с проектом технологического присоединения электроснабжения нежилого здания по адресу: <адрес>, - техническими условиями от 22 июля 2020 года, в указанный выше период времени обратился к своему сыну - ФИО2 и, введя последнего в заблуждение, намеренно умолчав о том, что более не является генеральным директором <данные изъяты> и не имеет права распоряжаться находящимися на банковских счетах Общества денежными средствами, попросил ФИО2 посредством различных банкоматов произвести снятие денежных средств в размере 670000 рублей с банковских счетов <данные изъяты> передав при этом сыну две банковские карты и сообщив пин-коды доступа к их счетам.

Введенный в заблуждение ФИО2, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, воспользовавшись переданной ему последним банковской картой <данные изъяты> в период времени с 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года по 12 часов 58 минут 30 августа 2020 года осуществил снятие принадлежащих <данные изъяты> денежных средств с банковского счета №, открытого в дополнительном офисе банка <данные изъяты> по адресу: <адрес>: 29 августа 2020 года в 16 часов 50 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 10 000 рублей; 29 августа 2020 года в 17 часов 32 минуты посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 20 000 рублей; 30 августа 2020 года в 12 часов 45 минут посредством банкомата <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 30 000 рублей; 30 августа 2020 года в 12 часов 58 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 10 000 рублей.

Одновременно с этим, введенный в заблуждение ФИО2, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, воспользовавшись переданной ему последним банковской картой <данные изъяты> в период времени с 16 часов 57 минут 29 августа 2020 года по 23 часа 59 минут 31 августа 2020 года осуществил снятие принадлежащих <данные изъяты> денежных средств с его банковского счета №, открытого в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, корпус 2: ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 57 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес> - в размере 200 000 рублей; 30 августа 2020 года в 12 часов 40 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 200 000 рублей; 31 августа 2020 года в неустановленное в ходе следствия время посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 200 000 рублей.

Снятые в период времени с 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года по 23 часа 59 минут 31 августа 2020 года с банковских счетов принадлежащие <данные изъяты> денежные средства в сумме 670 000 рублей ФИО2 передал ФИО1, который ввиду демонтажа производственной линии по решению второго участника Общества ФИО5 №5, и фактического прекращения деятельности <данные изъяты> по адресу: <адрес>, - указанные денежные средства в сумме 670000 рублей не смог потратить на нужды Общества, оставив их себе, полагая, что он, как участник <данные изъяты> имеет право на получение денежной компенсации, с учетом доли своего участия в увеличении активов Общества.

Таким образом ФИО1, осознавая, что в соответствии со ст.40 Федерального закона от 8 декабря 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» он, как участник <данные изъяты> не имеет на то право, самовольно и незаконно распорядился денежными средствами <данные изъяты> по своему усмотрению, что оспаривается <данные изъяты> тем самым причинив своими преступными действиями <данные изъяты> существенный вред, а именно - материальный ущерб на общую сумму 670 000 рублей.

В апелляционном представлении старший помощник Шуйского межрайонного прокурора Максимов А.Н. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду допущенных судом существенных нарушений уголовно-процессуального закона. В обоснование указывает, что в нарушение положений ст.297, п.2 ст.307 УПК РФ обвинение ФИО1 по ч.1 ст.330 УК РФ, приведенное в приговоре, является противоречивым и неконкретизированным. Излагая изложенное судом в приговоре обвинение, считает, что оно содержит противоречивые данные относительно того, в какой момент ФИО1 совершено преступление – в момент снятия денежных средств <данные изъяты> с целью проведения оплаты по договорам поставок, услуг по увеличению мощности электроэнергии или когда ФИО1 стало известно о прекращении фактической деятельности <данные изъяты> Полагает, что в первом случае ФИО1 действовал в интересах Общества, поскольку исходя их обвинения денежные средства сняты с банковских счетов для проведения операций, направленных для достижения положительного результата для Общества, то есть действовал не с целью предполагаемого права на имущество, во втором случае денежные средства уже находились во владении ФИО1, когда он решил оставить их себе, то есть были им присвоены, что исключает состав преступления, предусмотренного ст.330 УК РФ, так как денежные средства ранее ему не были вверены, а уже были изъяты с банковских счетов общества по иным мотивам. По мнению прокурора, судом необоснованно в числе доказательств приведено объяснение ФИО1 от 30 декабря 2020 года, поскольку последний был опрошен в ходе доследственной проверки без участия защитника и разъяснения ему процессуальных прав и обязанностей. Считает, что данное объяснение может лишь учитываться в качестве обстоятельства, смягчающего наказание при постановлении приговора. Полагает, что при вынесении приговора судом допущены противоречия относительно осведомленности ФИО1 на момент снятия денежных средств о том, что он не является генеральным директором <данные изъяты>, вследствие чего невозможно установить истинные обстоятельства дела, а именно ФИО1 при совершении инкриминируемых ему действий осознавал, что он не является генеральным директором Общества или наоборот действовал исходя из полномочий указанной должности. По мнению прокурора, суд необоснованно без приведения анализа доказательств принял решение не доверять показаниям свидетелей ФИО5 №7, ФИО5 №6 и ФИО11 относительно того, что перечисляемые ФИО1 на счета Общества денежные средства, принадлежали ФИО5 №5 Отмечает, что судом не проведен надлежащий анализ скриншота переписки ФИО38 (Петерс) О.В. с ФИО1 в мессенджере в период времени с 27 апреля 2020 года по 17 июня 2020 года, в которой имеются сведения о многочисленных переводах ФИО1 денежных средств, в том числе для внесения на банковский счет Общества в качестве взноса, что свидетельствует о том, что ФИО1 свободными денежными средствами не располагал. Считает, что суд необоснованно отверг доводы государственного обвинителя о том, что ФИО1 на период 2020 года был материально несостоятелен, чтобы вносить крупные денежные средства в качестве вкладов на банковские счета Общества. Указывает, что ни ФИО1, ни его супруга не смогли официально и документально подтвердить свой доход, свидетельствующий о наличии у них на период 2020 года 5000000 рублей, их показания относительно источника образования данных денежных средств являются противоречивыми. Ссылается на сведения из налоговой инспекции о том, что за период с 2020 по 2022 годы сведения о доходах АНО «Частный питомник» БАРС не поступали, а в производстве УФССП в отношении ФИО1 возбуждались исполнительные производства в связи с неуплатой штрафа. Обращает внимание на показания свидетеля ФИО5 №6 о бедственном материальном положении семьи К-вых. Считает, что к показаниям свидетеля ФИО3 о наличии у них на период 2020 года свободных денежных средств следует относиться критически, так как она является близким родственником подсудимого и заинтересована в исходе уголовного дела. Полагает, что судом в приговоре, в том числе при описании преступного деяния, не конкретизирован размер затрат, а также размер компенсации затрат, которые понесены ФИО1 как участником Общества с целью возмещения которых им были оставлены себе денежные средства в сумме 670000 рублей. По мнению прокурора, вывод суда о том, что снятие ФИО1 денежных средств Общества было обусловлено необходимостью исполнения обязанностей по оплате договоров поставок и услуг по увеличению мощности электроэнергии, был сделан без надлежащего анализа документов. Исходя из общей суммы денежных средств по договорам поставок составляющей 800000 рублей, срока их исполнения до 31.12.2020, а также принимая во внимание отсутствие сведений о стоимости и сроков исполнения проектных работ по увеличению мощности электрической энергии и предусмотренной безналичной формы оплаты по договорам, полагает, что доводы ФИО1 о снятии денежных средств с целью исполнения обязательств по указанным договорам являются неубедительными. Обращает внимание на приведенный в приговоре в числе доказательств протокол судебного заседания, где в ходе рассмотрения гражданского дела ФИО1 пояснял, что денежные средства были сняты c карт после того как он узнал, что оборудование вывозят с объекта. По мнению прокурора, указанные обстоятельства свидетельствует о том, что денежные средства ФИО1 были сняты с банковских счетов Общества по корыстным мотивам, а не связанным с исполнением обязательств по договорам. Считает, что в приговоре не приведено сведений о фактических обстоятельствах, подтверждающих выводы суда о существенности причиненного вреда, не проведен анализ финансовой состоятельности общества, его доходов и расходов, не установлено какие последствия повлекли для Общества действия ФИО1 Полагает, что выводы суда об отсутствии в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку по результатам рассмотрения дела установлено, что ФИО1 произвел снятие денежных средств, преследуя корыстную цель, его действия были направлены на безвозмездное изъятие и обращение в свою пользу денежных средств, то есть на их хищение, что согласуется с положениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое». Считает, что стороной обвинения предоставлено достаточно доказательств, свидетельствующих об имущественной несостоятельности ФИО1 на период 2020 года, а доводы последнего о переводе 28.05.2020, 15.06.2020, 16.06.2020, 21.05.2020 своих денежных средств на банковские счета общества являются несостоятельными и опровергаются показаниями свидетелей ФИО5 №8, ФИО5 №6, ФИО5 №7, утверждавших о принадлежности вносимых денежных средств основному участнику Общества ФИО5 №5 Указывает, что ФИО1 о проведении собрания участников Общества был уведомлен заказным письмом, что подтверждается показаниями ФИО5 №6 и актом осмотра содержимого сейфа в помещении <данные изъяты> само собрание было проведено по месту нахождения общества, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО5 №6, ФИО5 №7, ФИО22, протоколом №5 внеочередного собрания участников общества, в ходе которого принято решение о прекращении полномочий ФИО1 как генерального директора и назначении на указанную должность ФИО22, также был издан приказ, согласно которому 27.08.2020 ФИО1 уволен с должности генерального директора Общества. Обращает внимание, что протокол внеочередного общего собрания участников в установленном законом порядке недействительным не признан, ФИО1 длительное время какие-либо действия по оспариванию данного решения и своего увольнения не совершались, вопросы выхода из состава учредителей и выкупе своей доли, перераспределении прибыли Общества им не инициировались, возражения относительно государственной регистрации изменений о лице, имеющим право действовать без доверенности от имени <данные изъяты> в налоговый орган не подавались, законность проведенного собрания участников подтверждается решением Советского районного суда г.Иваново от 10.08.2022, которым с ФИО1 в пользу Общества взыскано необоснованное обогащение; решением Арбитражного суда Ивановской области от 21.04.2023, которым ФИО1 исключен из состава <данные изъяты> Ссылается на показания свидетелей ФИО5 №6, ФИО5 №7, ФИО22, согласно которым 27 августа 2020 года ФИО1 как устно так и письменно был уведомлен о том, что он больше не является генеральным директором, в качестве нового генерального директора ему была представлена ФИО22, также ФИО1 был предъявлен протокол общего собрания участников, с документами ФИО1 ознакомился, однако подписывать их, а также передать корпоративные банковские карты и телефон, отказался, о чем был составлен соответствующий акт. О том, что ФИО1 ознакомился с документами о снятии его с должности генерального директора, показали также сотрудники Росгвардии свидетели ФИО5 №9 и ФИО5 №11 Излагая положения Устава <данные изъяты> ст.ст.8, 40 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», отмечает, что учредители общества не сохраняют право собственности на имущество, переданное обществу, после оказания финансовой помощи обществу денежные средства переходят в собственность общества, которыми распоряжается директор в рамках своей хозяйственной деятельности. Полагает, что ФИО1, полномочия которого как генерального директора <данные изъяты> были прекращены, не имел полномочий по совершению сделок с имуществом общества, в том числе снятие с банковских счетов денежных средств. Считает несостоятельными доводы ФИО1 о том, что денежные средства были необходимы для расчета с поставщиками за поставленное сырье, оплаты увеличения мощности производства, а также возмещения затрат, которые им вложены в производство, поскольку ФИО1 знал, что не является генеральным директором, соответственно не имел полномочий по управлению имуществом. По мнению прокурора, действия ФИО1 по п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ квалифицированы правильно, поскольку он действовал умышленно, тайно от участников Общества, осознавал характер своих действий, которые были направлены на безвозмездное изъятие чужого имущества в свою пользу и преследовали корыстную цель.

В апелляционной жалобе адвокат Рязанцева Н.В. в защиту осужденного ФИО1 также выражает несогласие с приговором суда, просит его отменить вследствие его несправедливости и необоснованности, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения закона, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, признав за ним право на реабилитацию. В обоснование ссылается на положения ст.8,5 УК РФ, ст.14 УПК РФ и отмечает, что ФИО1 вину не признал, пояснил, что преступление не совершал, умысел на хищение денежных средств <данные изъяты> у него отсутствовал, снимая с банковских счетов Общества денежные средства в сумме 670000 рублей, являясь генеральным директором и учредителем, он действовал в интересах Общества, а не как квалифицировал его действия суд первой инстанции по ч.1 ст.330 УК РФ. Считает, что вывод суда первой инстанции о том, что умысел у ФИО1 был направлен на самоуправство, вопреки требованиям Федерального закона как генерального директора не состоятелен и не доказан материалами дела. Отмечает, что показания ФИО1 согласуются с показаниями свидетелей ФИО5 №1, ФИО5 №3 Указывает, что показания супруги ФИО1 о том, что последний, будучи генеральным директором, снимал денежные средства со счетов Общества, чтобы сохранить деньги семьи и возместить часть вложенных ими в организацию денежных средств, обусловлены неосведомленностью о действительных намерениях ФИО1, который действовал и надлежаще исполнял обязанности генерального директора Общества. В подтверждение показаний ФИО1 о внесении им собственных денежных средств ссылается на копии протоколов внеочередных общих собраний участников <данные изъяты> о возложении на ФИО1 обязанности по внесению вклада в Общество в денежной форме, копии платежных поручений о внесении ФИО1 денежных средств с назначением платежей «вклад участника в активы общества» от 28 мая 2020 года в сумме 3000000 рублей, от 15 июня 2020 года в сумме 1000000 рублей, от 16 июня 2020 года в сумме 700000 рублей, от 18 июня 2020 года в сумме 1700000 рублей. По мнению автора жалобы, с момента внесения указанных сумм ФИО1 на расчетный счет <данные изъяты> у Общества перед ним возникли обязательства по погашению займа в указанных суммах. Считает недостоверными сведения, указанные в акте от 27 августа 2020 года о том, что ФИО1 в этот день были предъявлены протокол общего собрания участников общества, уведомление о том, что он не является генеральным директором и представления ФИО37 в качестве нового директора, а также требования о выдаче двух корпоративных банковских карт, привязанной к ним сим-карты с уведомлением его о запрете распоряжаться имуществом Общества, поскольку он составлен и подписан заинтересованными лицами, опровергается показаниями ФИО1 и другими лицами, имеющими отношение к данному предприятию. Обращает внимание на отсутствие в материалах дела уведомления ФИО1 о собрании в указанную дату. Полагает, что о достоверности показаний ФИО1 свидетельствует неосведомленность последнего об увольнении его с должности генерального директора <данные изъяты> так как отсутствуют сведения о вручении ФИО1 трудовой книжки с записью о его увольнении. Выражает несогласие с тем, что судом при наличии возражений стороны защиты были оглашены и в дальнейшем положены в основу приговора показания свидетеля ФИО5 №7, данные в ходе предварительного следствия. Считает, что данные показания не могут учитываться в качестве доказательств, поскольку было нарушено право на защиту и на состязательность сторон, так как она была лишена возможности задать свидетелю вопросы. Полагает, что у суда отсутствовали предусмотренные ч.2 ст.281 УПК РФ основания для оглашения показаний свидетеля. По мнению защитника, ФИО1, снимая денежные средства с банковской карты Общества без цели хищения, добросовестно заблуждался, полагая, что является генеральным директором и учредителем <данные изъяты> и намеревался распоряжаться ими в интересах Общества, а последующее удержание денежных средств и не возврат их Обществу связан с предполагаемым правом на получение компенсации за внесение денежных средств в имущество Общества, обусловленное наличием долговых обязательств Общества перед ФИО1 как его учредителя в соответствии с ч.6.1 ст.23 Федерального закона от 08 февраля 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Кроме того, полагает, что сумма 670000 рублей не могла причинить существенный вред <данные изъяты>

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и защитник-адвокат Рязанцева Н.В. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили отменить приговор суда первой инстанции и вынести оправдательный приговор, апелляционное представление прокурора оставить без удовлетворения.

Прокурор Бойко А.Ю. полагал, что приговор суда следует отменить по доводам, изложенным в апелляционном представлении, с направлением уголовного дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение, апелляционную жалобу защитника-адвоката Рязанцевой Н.В. просил оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении прокурора и апелляционной жалобы защитника, заслушав мнения сторон, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене с вынесением нового приговора по следующим основаниям.

Согласно п.1 ст.389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с требованиями ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

По данному уголовному делу судебной коллегией такие основания установлены и обусловлены следующим.

Так в суде первой инстанции ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении не признал, пояснив, что изначально снятие денежных средств со счетов <данные изъяты> в размере 670000 рублей было обусловлено необходимостью выполнить свои обязательства перед контрагентами согласно заключенным договорам между <данные изъяты> и <данные изъяты> от 30 июля 2020 года о поставке щепы, между <данные изъяты> и <данные изъяты> от 02 августа 2020 года о поставке опилок, а также для оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии в соответствии с проектом технологического присоединения электроснабжения нежилого здания по адресу: <адрес>, - техническими условиями от 22 июля 2020 года. При этом полагал, что действовал правомерно, в интересах <данные изъяты> считая себя генеральным директором Общества, являлся его учредителем и участником, считал, что может продолжить свою деятельность в Обществе.

Данные показания ФИО1 суд признал достоверными, указанные обстоятельства были положены в описании преступного деяния.

При этом в обоснование своих выводов суд сослался на исследованные копии документов: договор поставки №02-08/2020 от 02 августа 2020 года, заключенного между <данные изъяты> (Поставщиком) и <данные изъяты> (Покупателем) в лице генерального директора ФИО1, согласно которому поставщик обязался в срок до 31 декабря 2020 года поставлять отходы хвойных материалов (опилки) в объеме 2000 м3 в месяц по цене 200 рублей, в т.ч. с НДС 20% за 1 м3 (т.4 л.д.152-153), а также договор поставки №30-07/2020 от 30 июля 2020 года, заключенного между <данные изъяты> (Поставщиком) и <данные изъяты> (Покупателем) в лице генерального директора ФИО1, согласно которому поставщик обязался в срок до 31 декабря 2020 года поставлять щепу в объеме 1000 м3 в месяц по цене 600 рублей, в т.ч. с НДС 20% за 1 м3 (т.4 л.д.154-155). Также судом учтено, что по заказу собственника нежилого помещения по адресу: <адрес> ФИО12 22 июля 2020 года <данные изъяты> были разработаны технические условия на технологическое присоединение в связи с увеличением мощности (т.6 л.д.48-57).

Суд первой инстанции посчитал, что указанные выше доказательства подтверждают показания ФИО1 о том, что изначально денежные средства со счетов были сняты с целью исполнить свои обязательства перед контрагентами.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 показал, что рассчитал сумму необходимых ему денежных средств, составляющую примерно 650000 рублей, для выполнения своих обязательств по договорам поставок и оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии, из которых 200000 рублей предназначалось <данные изъяты> 400000 рублей для <данные изъяты> и 70000 рублей за увеличение мощностей электроэнергии. При этом он намерен был расплачиваться с поставщиками наличными денежными средствами, поскольку 27 августа 2020 года он позвонил бухгалтеру ФИО5 №8, которая отказалась без согласия ФИО5 №5 перевести денежные средства.

Вместе с тем, показания ФИО1, а также копии указанных выше документов суд первой инстанции принял во внимание при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, без надлежащей оценки и анализа имеющихся в деле доказательств.

О том, что полномочия ФИО1 как генерального директора <данные изъяты> были прекращены 26 августа 2020 года и на указанную должность назначена ФИО22, последний в ночь с 26 на 27 августа 2020 года был надлежащим образом уведомлен, поскольку об этом ему сообщили не только в устной форме, как это утверждает осужденный, но также он был ознакомлен с соответствующими документами. Об этих обстоятельствах в ходе судебного следствия показали представитель потерпевшего ФИО22, свидетели ФИО38 (Петерс) О.В., ФИО5 №9, ФИО5 №11, ФИО5 №10 Из показаний свидетеля ФИО5 №3, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, и признанных судом первой инстанции достоверными, также следует, что 27 августа 2020 года ее супруг ФИО1 сообщил ей о том, что ФИО5 №5 снял его с должности генерального директора.

Прекращение <данные изъяты> с ФИО1 трудовых отношений объективно подтверждается письменными доказательствами: протоколом №5 внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года, согласно которому принято решение с 26 августа 2020 года досрочно прекратить полномочия генерального директора Общества ФИО1, прекратить с ним трудовой договор, с указанной даты избрать на должность генерального директора ФИО22 на срок 1 год; копиями приказов от 27 августа 2020 года: №1 о прекращении трудового договора и увольнении с 27 августа 2020 года ФИО1 с должности генерального директора <данные изъяты> №2 о вступлении в должность генерального директора <данные изъяты> ФИО22 (т.1 л.д.53-57, 58, т.2 л.д.130). Актом <данные изъяты> от 27 августа 2020 года зафиксировано ознакомление ФИО1 с указанными документами и отказ от подписания документов (т.1 л.д.59).

Таким образом в ходе судебного разбирательства было объективно установлено, что ФИО1 в ночь на 27 августа 2020 года достоверно стало известно, что его полномочия как генерального директора <данные изъяты> были прекращены. При установленных обстоятельствах, а также исходя из сложившейся между ФИО1 и ФИО5 №5 конфликтной ситуации, судом первой инстанции необоснованно приняты во внимание показания осужденного о том, что, снимая денежные средства со счетов <данные изъяты> он считал себя генеральным директором Общества и мог продолжить свою деятельность в Обществе в указанном статусе.

Кроме того, суд первой инстанции надлежащим образом не оценил условия заключенных договоров поставок, противоречащих показаниям ФИО1

Так общая сумма денежных средств согласно п.1.1 двух договоров поставок в месяц составляла 1 000000 рублей (400000 рублей и 600000 рублей), срок исполнения договоров определен до 31.12.2020.

При этом, Разделом №2 установлены Условия оплаты обоих договоров, из которых следует, что в соответствии с п.2.3 покупатель оплачивает товар путем перечисления денежных средств на расчетный счет Поставщика; способом осуществления расчетов между Сторонами является безналичный расчет. Исходя из п.2.6 договоров оплата товара производится в течение 3 (трех) рабочих дней с момента выставления счета на оплату, если иные сроки не установлены в спецификации или счете на оплату. Согласно п.3.1 поставка товара производится Поставщиком в срок не позднее 5 рабочих дней с даты зачисления денежных средств.

Таким образом, заключенные договоры устанавливают только безналичную форму оплаты, иной порядок оплаты в них не предусмотрен. Как указал ФИО1, он произвел примерный расчет с поставщиками, несмотря на то, что данные договоры предусматривают фиксированные объемы поставок товара в месяц на определенные суммы.

При этом доводы ФИО1 о возможности внесения наличных денежных средств (400000 рублей и 200000 рублей) противоречат не только установленному договорами порядку оплаты, но и пункту 4 Указания Банка России от 09.12.2019 № 5348-У, в соответствии с которым при использовании наличной формы следует учитывать, что предельный размер наличных расчетов между юрлицами в рамках одного договора равен 100000 рублей.

Также следует учесть и то обстоятельство, что если ФИО1 позиционировал себя генеральным директором <данные изъяты> при наличии в его распоряжении банковских карт Общества, при получении счета на оплату от поставщиков, он имел возможность произвести оплату безналичным способом. Вместе с тем, за получением счетов на оплату ФИО1 к контрагентам не обращался.

Судебная коллегия также обращает внимание на отсутствие объективных оснований для оплаты договоров поставок на момент снятия наличных денежных средств по следующим основаниям.

Как установлено в суде первой и апелляционной инстанций по состоянию на 26 августа 2020 года производственная линия не была запущена, что подтверждается не только показаниями представителя потерпевшего и свидетелей, но и сведениями, содержащимися в письме <данные изъяты> из которого следует, что монтаж оборудования был прекращен 27 августа 2020 года по инициативе руководства <данные изъяты> (т.6 л.д.40,41-46). Из показаний ФИО1 в суде апелляционной инстанции следует, что окончание производства монтажа планировалось через две недели, и еще неделя была необходима на подключение кабеля.

При этом, материалы уголовного дела содержат лишь проект <данные изъяты> технологического присоединения электроснабжения нежилого здания по адресу: <адрес>. Сам договор на исполнение проектных работ по увеличению мощности электрической энергии, с указанием его стоимости и сроков исполнения отсутствует.

Договорами поставок установлен срок их исполнения - до 31.12.2020, после внесения оплаты поставка товара производится поставщиком в срок не позднее 5 рабочих дней.

При таких обстоятельствах, с учетом того, что поставка товара могла быть осуществлена в незначительные после производства оплаты сроки, принимая во внимание, что монтаж производственной линии не был завершен, сведения о стоимости и сроках исполнения проектных работ по увеличению мощности электрической энергии, отсутствовали, а их исполнение являлось обязательным условием запуска оборудования, судебная коллегия считает неубедительными доводы ФИО1 о снятии денежных средств с целью исполнения обязательств по договорам поставок по закупке сырья.

Показания ФИО1 о снятии денежных средств с намерением исполнить обязанность по оплате договоров поставок опровергаются, в том числе показаниями свидетеля ФИО5 №3, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, и признанными судом первой инстанции достоверными, из которых следует, что со слов ФИО1 ей известно, что денежные средства были сняты со счетов Общества, чтобы возместить часть вложенных ими в организацию производства денежных средств (т.3 л.д.20-21). Не доверять указанным показаниям свидетеля оснований не имеется, поскольку они были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Кроме того, судом первой инстанции оставлены без внимания показания свидетеля ФИО5 №3 о том, что уже 28 августа 2020 года ФИО46 сообщила ей о демонтаже и вывозе с объекта оборудования (т.9 л.д.33-41), что опровергает показания ФИО1, утверждавшего, что о демонтаже и вывозе оборудования он узнал 02 сентября 2020 года после снятия денежных средств со счетов Общества.

Таким образом, выводы суда о том, что денежные средства с банковских счетов <данные изъяты> ФИО1 были сняты с целью исполнения обязанности по оплате денежных средств по договорам поставки №30-07/2020 от 30 июля 2020 года, №02-08/2020 от 2 августа 2020 года за пиломатериалы, необходимые для запуска производственной линии по изготовлению топливных пеллетов, а также оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии в соответствии с проектом технологического присоединения электроснабжения нежилого здания по адресу: <адрес>, - техническими условиями от 22 июля 2020 года, опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств и противоречат фактически установленным обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления в указанной части, а доводы стороны защиты о снятии денежных средств с намерением оплатить договоры поставок судебная коллегия находит несостоятельными.

Также обоснованными являются доводы представления о том, что суд необоснованно привел в приговоре в качестве доказательств виновности ФИО1 объяснения последнего от 30 декабря 2020 года, поскольку он был опрошен в ходе доследственной проверки, они были получены в отсутствие защитника, без разъяснения ему процессуальных прав и обязанностей, что противоречит требованиям закона (п.1 ч.2 ст.75 УПК РФ), в силу которых такие пояснения являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу приговора.

По аналогичным основаниям не подлежат учету и в числе доказательств приведенные судом первой инстанции пояснения ФИО1, данные им при рассмотрении гражданского дела.

Одновременно с этим суд апелляционной инстанции находит убедительной позицию адвоката Рязанцевой Н.В. о нарушении права на защиту подсудимого в связи с оглашением в ходе судебного разбирательства и приведении в приговоре в числе доказательств виновности ФИО1 показаний свидетеля ФИО5 №7, данных ею в ходе предварительного следствия. Судом данное решение было принято по причине невозможности явки свидетеля ФИО5 №7 в судебное заседание при наличии ее письменного заявления и при условии возможности ФИО1 оспорить показания свидетеля в ходе очной ставки на предварительном следствии.

Вместе с тем, суд первой инстанции нарушил требования ч.2.1 ст.281 УПК РФ, поскольку в судебном заседании принял решение об оглашении показаний свидетеля ФИО5 №7, несмотря на возражения стороны защиты. При этом, судом было оставлено без внимания то обстоятельство, что очная ставка между свидетелем ФИО5 №7 и ФИО1, когда он находился в статусе обвиняемого, не проводилась, а очная ставка, проведенная между свидетелями не может быть принята во внимание, поскольку ФИО1 находился в ином правовом статусе (свидетеля), кардинально отличающимся от статуса обвиняемого.

Допущенные судом первой инстанции при постановлении приговора вышеуказанные нарушения, а также несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, повлияли на его законность, обоснованность и справедливость, в связи с чем судебная коллегия считает необходимым его отменить, на основании п.1 ст.389.15 УПК РФ.

В силу п.3 ч.1 ст.389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд отменяет обвинительный приговор и выносит новый обвинительный приговор.

Согласно ст.389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Судебная коллегия считает возможным устранить самостоятельно допущенные судом нарушения закона, без передачи уголовного дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение, как об этом просит прокурор в своем апелляционном представлении.

Таким образом, судебная коллегия отменяет приговор в отношении ФИО1 и полагает необходимым вынести в отношении него новый приговор.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из тех доказательств, которые согласно протоколу судебного заседания являлись предметом исследования в суде первой инстанции в условиях состязательности процесса при соблюдении прав ФИО1 на защиту, а также дополнительно исследованных доказательств в судебном заседании суда апелляционной инстанции, так как они позволяют постановить законный, обоснованный и справедливый приговор, как того требуют положения ст.297 УПК РФ, ч.7 ст.389.13 УПК РФ.

Протокол судебного заседания соответствует положениям ст.259 УПК РФ и полно отражает ход судебного разбирательства по уголовному делу.

Судебной коллегией установлено, что ФИО1 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается организацией, причинивших существенный вред.

Преступление совершено ФИО1 при следующих обстоятельствах.

19 марта 2020 года на основании договора об учреждении от 03 марта 2020 года, заключенного между ФИО5 №5 и ФИО1, а также протокола общего собрания учредителей <данные изъяты> от 03 марта 2020 года было учреждено юридическое лицо - <данные изъяты> (далее - Общество), участниками которого являлись указанные выше лица. Единоличным исполнительным органом Общества - генеральным директором <данные изъяты> с момента учреждения являлся ФИО1, с которым Общество 19 марта 2020 года заключило трудовой договор.

Для ведения финансовой деятельности <данные изъяты> 25 марта 2020 открыт расчетный счет № в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, корпус 2, к которому на имя ФИО1 была выпущена банковская карта <данные изъяты>; 26 марта 2020 года открыт расчетный счет № в дополнительном офисе банка <данные изъяты> по адресу: <адрес>, - к которому на имя ФИО1 выпущена банковская карта <данные изъяты>.

Протоколом №5 внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года, оформленного по его результатам, принято решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора Общества ФИО1 26 августа 2020 года, прекращении заключенного с ним трудового договора 27 августа 2020 года по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.278 Трудового кодекса Российской Федерации. 27 августа 2020 года в период времени с 00 часов 05 минут по 06 часов, ФИО1 было сообщено о принятом решении о прекращении его полномочий генерального директора, о назначении нового генерального директора ФИО22, а также было предложено получить заверенные копии протокола №5 внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года и приказа №1 от 27 августа 2020 года о расторжении с ним трудового договора. ФИО1 данные документы получать отказался, о чем был составлен соответствующий акт. Кроме того, ФИО1 отказался вернуть принадлежащие <данные изъяты> банковские карты <данные изъяты> и <данные изъяты> и пин-коды доступа к их счетам, в связи с чем был уведомлен, что он более не вправе действовать от имени Общества и распоряжаться в любой форме имуществом Общества, в том числе, находящимися на банковских счетах Общества денежными средствами. В соответствии со ст.40 Федерального закона от 08 декабря 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» ФИО1, как участник <данные изъяты>, не имел права распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах данного юридического лица, поскольку распределение прибыли участников может быть определено лишь общим собранием его участников.

ФИО1, полномочия которого как генерального директора <данные изъяты> были прекращены уполномоченным органом данного юридического лица 26 августа 2020 года, о чем он 27 августа 2020 года в период времени с 00 часов 05 минут по 06 часов был надлежащим образом уведомлен, достоверно зная о наличии денежных средств на банковских счетах <данные изъяты>, открытых в <данные изъяты> и <данные изъяты> не позднее 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года самовольно, вопреки порядку, установленному Гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», решил снять денежные средства с банковских счетов, полагая, что он, как участник <данные изъяты> имеет право на получение денежной компенсации с учетом доли своего участия в увеличении активов Общества.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на самовольное, вопреки установленному законом порядку, снятие денежных средств <данные изъяты> ФИО1, являющийся участником Общества, в указанный выше период времени обратился к своему сыну - ФИО5 №4 и, введя последнего в заблуждение, намеренно умолчав о том, что более не является генеральным директором <данные изъяты> и не имеет права распоряжаться находящимися на банковских счетах Общества денежными средствами, попросил ФИО5 №4 посредством различных банкоматов произвести снятие денежных средств в размере 670000 рублей с банковских счетов <данные изъяты> передав при этом сыну две банковские карты и сообщив пин-коды доступа к их счетам.

Введенный в заблуждение ФИО5 №4, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, воспользовавшись переданной ему последним банковской картой <данные изъяты> в период времени с 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года по 12 часов 58 минут 30 августа 2020 года осуществил снятие принадлежащих <данные изъяты> денежных средств с банковского счета №, открытого в дополнительном офисе банка <данные изъяты> по адресу: <адрес>: ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 50 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 10 000 рублей; 29 августа 2020 года в 17 часов 32 минуты посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 20 000 рублей; 30 августа 2020 года в 12 часов 45 минут посредством банкомата <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 30 000 рублей; 30 августа 2020 года в 12 часов 58 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 10 000 рублей.

Одновременно с этим, введенный в заблуждение ФИО5 №4, не подозревая об истинных преступных намерениях ФИО1, воспользовавшись переданной ему последним банковской картой <данные изъяты> в период времени с 16 часов 57 минут 29 августа 2020 года по 23 часа 59 минут 31 августа 2020 года осуществил снятие принадлежащих <данные изъяты> денежных средств с его банковского счета №, открытого в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, корпус 2: 29 августа 2020 года в 16 часов 57 минут посредством банкомата АО «Россельхозбанк» №, расположенного по адресу: <адрес>, пл.Комсомольская, <адрес>, - в размере 200 000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 40 минут посредством банкомата <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 200 000 рублей; 31 августа 2020 года в неустановленное в ходе следствия время посредством банкомата <данные изъяты> расположенного по адресу: <адрес>, - в размере 200 000 рублей.

Снятые в период времени с 16 часов 50 минут 29 августа 2020 года по 23 часа 59 минут 31 августа 2020 года с банковских счетов принадлежащие <данные изъяты> денежные средства в сумме 670 000 рублей ФИО5 №4 передал ФИО1, который указанные денежные средства в сумме 670000 рублей оставил себе, полагая, что он, как участник <данные изъяты>, имеет право на получение денежной компенсации с учетом доли своего участия в увеличении активов Общества.

Таким образом ФИО1, осознавая, что в соответствии со ст.40 Федерального закона от 8 декабря 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» он, как участник <данные изъяты> не имеет на то право, самовольно и незаконно распорядился денежными средствами <данные изъяты> по своему усмотрению, что оспаривается <данные изъяты> тем самым причинив своими преступными действиями <данные изъяты> существенный вред, а именно - материальный ущерб на общую сумму 670 000 рублей.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что виновность ФИО1 в самоуправстве, то есть самовольном, вопреки установленному законом порядку совершении действий, правомерность которых оспаривается организацией, причинивших существенный вред, подтверждается материалами дела, а доводы, приведенные в апелляционном представлении о необходимости квалификации действий осужденного по п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ и апелляционной жалобы защитника о необходимости вынесения по делу оправдательного приговора, опровергаются имеющимися по делу доказательствами.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступления не признал. По инкриминируемому ему деянию показал, что до учреждения <данные изъяты> он осуществлял посреднические услуги Судиславской пеллетной компании, его ежемесячный доход составлял около 1000000 рублей. Его супруга – ФИО5 №3 занималась разведением диких животных на базе <данные изъяты> В 2019 году он решил организовать производство древесных пеллетов, для чего требовалось примерно 15000000 рублей, однако поскольку таких денежных средств у него не было, он стал искать инвестора. Знакомая его супруги - ФИО5 №6 предложила в качестве инвестора ФИО5 №5, которому был представлен разработанный им (ФИО1) и ФИО5 №7 (знакомой ФИО5 №6) бизнес-план, одобренный впоследствии ФИО5 №5 В марте 2020 года было учреждено <данные изъяты> с уставным капиталом 30000 рублей, учредителями стали ФИО5 №5, которому принадлежало 90% доли в уставном капитале, и он с 10% доли. При этом между ними была договоренность, что, когда производство будет запущено, он вернет ФИО5 №5 его инвестиции и их доли станут 50% на 50%. Он (ФИО1) был назначен на должность генерального директора <данные изъяты> с официальной заработной платой 50000 рублей, поступавших на его банковскую карту, еще 100000 рублей ему передавал ФИО5 №5 У Общества были открыты два счета в ПАО «Сбербанк» и АО «Райффайзенбанк». В деятельность <данные изъяты> ФИО5 №5 вложил порядка 20000000 рублей, он (ФИО1) около 5000000 рублей, которые вносились им на счета Общества согласно принятым решениям собраний учредителей: 21 мая 2020 года в размере 1000000 рублей (личные накопления), 28 мая 2020 года в сумме 3000000 рублей (частично взяты в долг у знакомого ФИО5 №12, частично его личные накопления), 29 мая 2020 года - 200000 рублей (получены от деятельности питомника), 15 июня 2020 года - 1000000 рублей, 16 июня 2020 года – 700000 рублей (также принадлежащие ему денежные средства). Показания ФИО5 №6 о принадлежности данных денежных средств ФИО5 №5 являются недостоверными. Как генеральный директор он мог самостоятельно распоряжаться денежными средствами, находившимися на счетах Общества, однако о всех своих действиях отчитывался перед ФИО5 №5 и действовавшей от имени последнего ФИО5 №6, о финансовых тратах – перед бухгалтером ФИО5 №8 С ФИО5 №2 он заключил договор аренды производственного помещения, расположенного по адресу: <адрес>, стал заниматься ремонтом производственной площади, закупкой оборудования, а также решением вопроса по установке производственной линии. Претензий к нему не было до 20 июля 2020 года, до того времени, когда он понял, что ФИО5 №5 занимается отмыванием денег, поскольку ФИО5 №6 привезла в г.Шуя для внесения на счет Общества якобы от контрагентов по договорам 5309000 рублей, из которых 5000000 рублей были внесены на счет Общества, остальные ФИО5 №6 увезла с собой. В 20-х числах августа 2020 года ему пришло смс-сообщение в мессенджере «WhatsApp» о необходимости прибыть 26 августа 2020 года в г.Москва на собрание учредителей, он ехать отказался, поскольку с 23 по 26 августа 2020 года производилась установка производственной линии. 26 августа 2020 года он и его заместитель ФИО5 №1 весь день находились на производстве, на территорию никто не приезжал. Они уехали поздно вечером, а примерно в 23 часа 50 минут поступили звонки из Росгвардии о сработавшей на объекте сигнализации, и о том, что там происходит что-то похожее на рейдерский захват. Прибыв с ФИО5 №1 на объект, они увидели сотрудников полиции и Росгвардии. У входа в офис стояли начальник Росгвардии ФИО5 №9, ФИО5 №5, ФИО14, ФИО22 – супруга водителя ФИО5 №5, еще 10-15 человек. ФИО5 №7 в это время находилась в цехе. ФИО5 №9 уехал, когда он подтвердил, что часть людей ему знакома. Он прошел в офис, ФИО5 №1 внутрь не пропустили. Находясь в офисе, ФИО5 №5 и ФИО5 №6 сообщили ему о том, что он больше не является генеральным директором <данные изъяты>, требовали подписать бумаги о выходе из состава учредителей, ознакомление со сменой генерального директора, предъявляли ему еще какие-то документы, с которыми он знакомиться не стал, предложил обсудить все вопросы утром. Банковские карты вернуть не требовали. Из офиса его не выпускали, охранники его удерживали силой, он с ними дрался. Когда его выпустили, на улице он находился до приезда сотрудников полиции, после этого его повезли в больницу, где он провел два дня, в период с 27 августа по 02 сентября 2020 года находился дома, после чего вновь был госпитализирован в больницу с сотрясением головного мозга, переломом ребер и позвоночника. От супруги ему стало известно, что она встречалась с ФИО5 №5 и ФИО5 №6, которые предлагали подписать генеральную доверенность от его имени. Когда он первый раз находился в больнице, передал своему сыну ФИО5 №4 две корпоративные банковские карты, попросил снять 650000-670000 рублей для оплаты договора с АО «Электрические сети» для увеличения мощности производства, а также договоров поставок щепы, опилок с <данные изъяты> и <данные изъяты> поскольку была договоренность по оплате поставок наличными денежными средствами, хотя по договору возможно был предусмотрен безналичный способ оплаты. Он не знал, что был освобожден от должности генерального директора и полагал, что денежные средства необходимы для работы. Несмотря на произошедший конфликт, думал, что продолжит заниматься производством пеллетов. О том, что оборудование демонтировано и вывезено ему стало известно 02 сентября 2020 года. ФИО5 №2 прислал ему об этом сообщение, от ФИО5 №1 он достоверно узнал о вывозе с предприятия оборудования и закрытии предприятия, в связи с чем принял решение не возвращать снятые со счетов Общества денежные средства. Он понимал, что данные средства принадлежат <данные изъяты> но считал, что часть из них принадлежит ему, поскольку он вкладывал свои денежные средства в развитие производства. Полагает, что действовал правомерно и не причинил ущерб Обществу.

Судебная коллегия принимает во внимание показания ФИО1 в части, не противоречащей фактически установленным обстоятельствам дела, а именно, за исключением его показаний относительно правомерности его действий ввиду неосведомленности о снятии его с должности генерального директора <данные изъяты> а также о том, что денежные средства со счетов Общества были сняты с целью исполнения договорных обязательств, поскольку в указанной части его показания противоречат иным исследованным в суде первой инстанции доказательствам.

Так, представитель потерпевшего ФИО22 13 ноября 2020 года обратилась с заявлением в правоохранительные органы (МО МВД России «Шуйский»), в котором указала о том, что в период с 29 по 31 августа 2020 года бывший генеральный директор <данные изъяты> ФИО1 произвел снятие с банковских счетов денежных средств в размере 670000 рублей, принадлежащих Обществу (т.1 л.д.37-40).

Из показаний представителя потерпевшего ФИО22 следует, что от ФИО5 №5, недовольного работой ФИО1, ей поступило предложение занять должность генерального директора <данные изъяты> учредителями которого являлись ФИО1 с долей в уставном капитале 10% и ФИО5 №5 с долей 90%. 26 августа 2020 года по месту расположения Общества по адресу: <адрес> на улице, поскольку территория производственного помещения была закрыта, проводилось внеочередное общее собрание учредителей <данные изъяты> на котором было принято решение об освобождении генерального директора ФИО1 от занимаемой должности, назначении ее на данную должность. О проведении собрания ФИО1 уведомлялся надлежащим образом, однако на собрание не явился. На собрании присутствовала она, ФИО5 №5, ФИО5 №6, ФИО5 №7 Итоги собрания были зафиксированы в протоколе, с которым она была ознакомлена. Поскольку ФИО5 №5 переживал за сохранность имущества Общества, в ночь на 27 августа 2020 года они вошли на территорию предприятия, куда из-за сработавшей сигнализации приехали сотрудники Росгвардии, начальнику ФИО5 №9 были предъявлены документы, подтверждающие законность их нахождения на территории. Впоследствии также приехал ФИО1, которому ФИО5 №6 сообщила о том, что он больше не является генеральным директором <данные изъяты> предложила ознакомиться с приказом об увольнении и еще с рядом документов. ФИО1 с документами ознакомился, но подписывать их отказался, разбросал их, пытался уничтожить, наступал на них ногами, в связи с чем ФИО5 №6 были составлены соответствующие акты. На предложение ФИО1 вернуть корпоративные банковские карты, мобильный телефон, на который приходят оповещения от банков, последний отказался это сделать. 02 сентября 2020 года после внесения сведений в учредительные документы о ней как о новом генеральном директоре, был получен доступ к счетам <данные изъяты> с которых в общей сложности в период с 29 по 31 августа 2020 года были сняты денежные средства в размере 670000 рублей: 600000 рублей со счета в <данные изъяты> и 70000 рублей со счета <данные изъяты> Данные денежные средства принадлежали Обществу, и ФИО1 не имел права ими распоряжаться. Впоследствии в судебном порядке денежные средства были взысканы с ФИО1, также он был исключен из состава учредителей <данные изъяты> Действиями ФИО1 предприятию был причинен крупный материальный ущерб, в результате запустить производство не удалось, оборудование было перевезено в другой регион (т.8 л.д.87-95).

ФИО5 ФИО47 показала, что с семьей ФИО36 она находилась в дружеских отношениях, в связи с чем представила разработанный ФИО1 бизнес-план по производству наполнителя для кошачьих туалетов из древесных опилок своему знакомому инвестору ФИО5 №5 Последним было принято решение о запуске производства, учреждено <данные изъяты> где 90% доли в уставном капитале принадлежали ФИО5 №5, а 10% - ФИО1, который был назначен на должность генерального директора. В обязанности ФИО1 входило разработка и контроль за технической стороной производства, установление рынков сбыта продукции. У <данные изъяты> были открыты два расчетных счета в <данные изъяты> и <данные изъяты> банковские карты которых и мобильный телефон, к номеру которого они были привязаны, были переданы ФИО1 Стоимость проекта составляла около 34000000 рублей, ей, как доверенному лицу, ФИО5 №5 передал 30000000 рублей для развития бизнеса. Сам лично ФИО5 №5 внес на счет Общества 6000000 рублей. На текущие расходы Общества она перечисляла денежные средства сначала на карту сына ФИО1, поскольку у последнего не было своей банковской карты, а после того как банковская карта им была оформлена, то на его банковскую карту. Крупные денежные средства, помещаемые на счета общества, были необходимы для оплаты оборудования. При этом, все денежные средства, которые вносились на счета Общества ФИО1 как учредителем, принадлежали ФИО5 №5, передавались ФИО1 лично ею. Своих денежных средств у ФИО1 не было, поскольку их семья находилась в трудном материальном положении. Со временем появились сомнения в реализации проекта, поскольку выяснилось, что в <адрес> отсутствует возможность обеспечения производства дешевыми опилками, ФИО1 перестал предоставлять информацию о поставщиках необходимой для производства продукции, в связи с чем было принято решение о переводе производства в <адрес>. ФИО1 направлялись извещения о созыве общего собрания учредителей, в том числе заказными письмами на 26 августа 2020 года в офисе общества по адресу: <адрес>. В указанную дату около 15 часов она, ФИО5 №5, исполнительный директор ФИО5 №7 и ФИО22 приехали по месту нахождения Общества, однако помещение офиса было закрыто, на производственной территории также никого не было. Было принято решение провести внеочередное общее собрание учредителей <данные изъяты> на улице. ФИО1 на собрание не явился. В 15 часов 30 минут было проведено собрание, на котором было принято решение об освобождении генерального директора ФИО1 от занимаемой должности, назначении на данную должность ФИО22, о чем в ночь на ДД.ММ.ГГГГ прибывший в офисное помещение <данные изъяты> ФИО1 был уведомлен не только в устной форме, но и путем предъявления ему протокола общего собрания и соглашения о расторжении трудового договора, с которыми он ознакомился, однако подписывать их отказался, пытался уничтожить документы, в связи с чем она составила акты об отказе от ознакомления с документами и о порче имущества. Кроме того, ФИО1 было предложено вернуть корпоративные банковские карты <данные изъяты> и <данные изъяты>, пин-коды к ним, сим-карту, что он сделать также отказался. В сейфе помимо документов Общества, она обнаружила вскрытые почтовые конверты, в которых находились направленные ФИО1 требования о созыве собрания и сообщение о назначении собрания. В тот же день от занимаемой должности был освобожден заместитель ФИО1 ФИО5 №1 На следующий день она встретилась с супругой ФИО1, предложила поспособствовать мирной передаче дел новому генеральному директору, но она отказалась. В течение нескольких дней производственное оборудование было демонтировано. 02 сентября 2020 года после внесения сведений в учредительные документы о новом генеральном директоре, был получен доступ к счетам организации, с которых в общей сложности ФИО1 в период с 29 по 31 августа 2020 года тремя операциями были сняты денежные средства в размере 670000 рублей. На момент снятия денежных средств на счетах Общества находилось около 2000000 рублей, которые составляли не только активы общества, но и денежные средства, поступившие по договорам с потенциальными покупателями. Решением Арбитражного суда Ивановской области ФИО1 был исключен из числа учредителей <данные изъяты> Данное решение, протокол общего собрания общества от 26 августа 2020 года, приказ об увольнении ФИО1 не обжаловал (т.8 л.д.86-95).

Из показаний свидетеля ФИО5 №8 (бухгалтера <данные изъяты> данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, следует, что 26 августа 2020 года генеральный директор <данные изъяты> ФИО1 был освобожден от занимаемой должности, доступ к счетам организации стал возможен только 02 сентября 2020 года, когда в ЕГРЮЛ были внесены сведения о новом генеральном директоре Общества – ФИО22 Тогда же выяснилось, что с банковских счетов Общества, открытых в <данные изъяты> и <данные изъяты> в период с 29 по 31 августа 2020 года с помощью банковских карт, находившихся у ФИО1, и которые он отказался возвращать, были сняты денежные средства на общую сумму 670000 рублей. Исходя из запрошенных ею сведений в ПАО «Сбербанк» установлено, что 29 августа 2020 года в банкоматах были сняты денежные средства: в 16.50 часов в сумме 10000 рублей по адресу: <адрес>, в 17.32 часов в сумме 20000 рублей по адресу: <адрес>; 30 августа 2020 года в банкоматах были сняты денежные средства: в 12.45 часов в сумме 30000 рублей по адресу: <адрес>, в 12.58 часов в сумме 10000 рублей по адресу: <адрес>. Денежные средства, находившиеся на расчетных счетах <данные изъяты> принадлежали Обществу, никто из учредителей не мог распоряжаться ими по своему усмотрению. Для Общества 670000 рублей – это значительная сумма денежных средств. Ей известно о том, что затраты ФИО5 №5 на развитие Общества составили около 35000000 рублей. В ее присутствии ФИО5 №6 передавала ФИО1 для внесения на счет общества 3000000 рублей и 700000 рублей (т.8 л.д.95-101, т.2 л.д.234-236).

Оценивая показания свидетелей ФИО48 и ФИО5 №8, суд принимает их во внимание как достоверные, за исключением сведений о том, что денежные средства, внесенные на счета <данные изъяты> ФИО1 как вклад участника в активы Общества, принадлежали ФИО5 №5, а также показания свидетеля ФИО49 о нахождении семьи ФИО36 в трудном материальном положении, поскольку объективных доказательств этому не представлено.

Согласно сообщению начальника Шуйского МОВО – филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Ивановской области 26 августа 2020 года в 23 часа 57 минут сработала сигнализация на объекте <данные изъяты> по адресу: <адрес> (т.3 л.д.44).

Из показаний свидетеля ФИО5 №9 (начальника Шуйского МОВО – филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Ивановской области), данных им в ходе судебного разбирательства и в ходе предварительного следствия, видно, что в ночь с 26 на 27 августа 2020 года, прибыв из-за сработавшей сигнализации по месту расположения <данные изъяты> по адресу: <адрес>, в его присутствии в служебном помещении ФИО5 №6 спросила у приехавшего ФИО1, почему он не явился на собрание, представила ему нового генерального директора ФИО22, предъявив ему уведомление о смене генерального директора ФИО1, протокол общего собрания учредителей от 26 августа 2020 года, приказ о назначении ФИО22 на должность генерального директора. До приезда ФИО1 данные документы были предъявлены ему (ФИО5 №9) с целью подтверждения законности нахождения на объекте ФИО5 №5, ФИО50 ФИО22 и ФИО5 №7 (т.8 л.д.63-69, т.3 л.д.37-38).

Из показаний свидетелей ФИО5 №11 и ФИО5 №10 (сотрудников Шуйского МОВО – филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Ивановской области), следует, что они присутствовали в тот момент, когда находившиеся на объекте по адресу: <адрес> мужчина и женщина (ФИО5 №5 и ФИО5 №6) сообщили ФИО1, что теперь они являются собственниками помещения и передали ему какие-то документы, которые все стали изучать. Эти же документы ранее были предоставлены ФИО5 №9 При этом ФИО5 №11 дополнительно показал, что присутствовавший на объекте мужчина сообщил ФИО1 о том, что было проведено какое-то собрание, и последнего сняли с должности директора (т.8 л.д.69-73, т.3 л.д.41-42, 39-40);

Согласно показаниям свидетеля ФИО5 №1 (ранее занимавшего должность заместителя генерального директора <данные изъяты> данных им в ходе судебного разбирательства и в ходе предварительного следствия, когда в ночь с 26 на 27 августа 2020 года он и ФИО1, являющийся учредителем и генеральным директором <данные изъяты> приехали по месту расположения Общества, увидели там ФИО51., ФИО5 №5 (второго учредителя), ФИО5 №7, ФИО22, ФИО35 ФИО17 познакомила его с новым генеральным директором Общества ФИО22 ФИО5 №5 сообщил ему, что он (ФИО5 №1) уволен, и после того как он подписал предоставленные ему документы, его отпустили. Наблюдая в окно, видел, как один из охранников избивал ФИО1, требуя подписать документы. Позднее от кого-то он узнал, что было проведено собрание и принято решение об увольнении ФИО1 В последние дни августа 2020 года по просьбе ФИО1 он отвозил его сына ФИО5 №4 в отделения различных банков, где последний снимал со счетов <данные изъяты> денежные средства. Закупка оборудования, оплата аренды помещения осуществлялась за счет средств Общества безналичным способом. <данные изъяты> какой-либо деятельностью не занималось, было на подготовительном этапе, производился монтаж оборудования. Он никогда не видел, чтобы кто-то передавал ФИО1 денежные средства. У ФИО1 всегда были денежные средства, которые он откладывал на строительство дома (т.8 л.д.151-159, т.3 л.д.25-27, 28-29).

Из показаний свидетеля ФИО5 №4, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что он по просьбе отца ФИО1, который передал ему две банковские карты с пин-кодами, 27,28,29 августа 2020 года снимал в банкомате <данные изъяты>», расположенного у Октябрьского моста г.Шуя Ивановской области, денежные средства каждый день по 200000 рублей, используя банковскую карту <данные изъяты> Кроме того, 27 августа 2020 года в одном из отделений ПАО «Сбербанк», расположенных в центральной части г.Шуя Ивановской области, с помощью второй карты, которая также была передана ему отцом, снял 50000 рублей. Его отец являлся генеральным директором <данные изъяты> кому принадлежали денежные средства, ему неизвестно, об этом он у него не спрашивал. Денежные средства в общей сумме 650000 рублей вместе с банковскими картами он передал отцу (т.3 л.д.45-46).

Согласно показаниям свидетеля ФИО5 №3, данным в ходе судебного разбирательства и в ходе предварительного следствия, она не отрицала свою осведомленность о снятии со счетов <данные изъяты> денежных средств ее сыном ФИО5 №4 по просьбе ее супруга ФИО1 Кроме того указавшей, что ФИО1, который являлся генеральным директором и одним из учредителей Общества, для развития производства <данные изъяты> были вложены денежные средства в размере около 6000000 рублей из их семейных накоплений от посреднической деятельности ФИО1 по продаже пеллетов, а также от деятельности питомника, владельцем которого она является. Также периодически ее супруг брал в долг денежные средства у ФИО5 №12 ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сообщил ей о том, что ФИО5 №5 снял его с должности генерального директора. В тот же день она встречалась с ФИО5 №6 и ФИО5 №5, последний предложил ей поехать к нотариусу и от имени ее супруга подписать документы об отказе от учредительства в <данные изъяты>, предлагали за это денежные средства, от чего она отказалась. 28 августа 2020 года ФИО53 по телефону сообщила ей о демонтаже и вывозе с объекта оборудования. Со слов ФИО1 ей также известно, что денежные средства были сняты со счетов Общества, чтобы возместить часть вложенных ими в организацию производства денежных средств (т.9 л.д.33-41, т.3 л.д.20-21).

Из показаний свидетеля ФИО12, данными в ходе судебного разбирательства и в ходе предварительного следствия, следует, что 18 мая 2020 года между ним и <данные изъяты> в лице генерального директора ФИО1 заключен договор аренды принадлежащего ему (ФИО12) нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>. 27 августа 2020 года, проезжая мимо своего помещения, он увидел много машин с московскими номерами, подъехал к ним и узнал, что приехали представители <данные изъяты> из г.Москва, которые сообщили, что будут переезжать из его помещения. Они несколько дней увозили свое оборудование, 30 сентября 2020 года договор аренды был досрочно расторгнут (т.8 л.д.139-143, т.3 л.д.31-32).

Согласно показаниям ФИО5 №12, данным в судебном заседании и на предварительном следствии, он периодически дает своему знакомому ФИО1 в долг денежные средства от 500000 рублей до 2000000 рублей. В 2020 году ФИО1 занимался производством древесных пеллетов и попросил в долг 2000000 рублей для вложения в производство. Он передал ФИО1 наличными 2000000 рублей без расписки, так как у них доверительные отношения. Материальное положение семьи ФИО36 в 2020 году было стабильным (т.9 л.д.92-94, т.3 л.д.34-36).

Кроме показаний представителя потерпевшего и свидетелей, вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается письменными доказательствами, исследованными в ходе рассмотрения дела:

Так, из учредительных документов <данные изъяты> (договора об учреждении <данные изъяты> от 3 марта 2020 года, заключенного между ФИО5 №5 и ФИО1, и Устава <данные изъяты> утвержденного протоколом №001 общего собрания учредителей от 3 марта 2020 года) следует, что уставной капитал Общества состоит из номинальной стоимости долей его участников, равен 30000 рублей, размеры долей: у ФИО5 №5 - 90% и равен 27000 рублей, у ФИО4 -10% и равен 3000 рублей; основным видом экономической деятельности Общества является производство топливных гранул и брикетов из отходов деревообработки; высшим органом управления Обществом является общее собрание, единоличным исполнительным органом – генеральный директор, который избирается решением общего собрания. К исключительной компетенции общего собрания Общества относится, в том числе принятие решений об образовании единоличного исполнительного органа Общества и досрочном прекращении его полномочий. В компетенцию генерального директора Общества, наряду с иными полномочиями входит в том числе управление и распоряжение имуществом, включая его денежные средства в пределах, установленных Уставом Общества и действующим законодательством. Каждый учредитель самостоятельно несет все и любые расходы, необходимые и целесообразные, с его точки зрения в связи с учреждением Общества; имущество Общества принадлежит ему на праве собственности и образуется в том числе из вкладов участников, вносимых в имущество Общества, денежными средствами в части исполнения возложенных на них обязанностей. В случае выхода участника из Общества оно обязано выплатить участнику, подавшему заявление, действительную стоимость его доли на основании бухгалтерской отчетности Общества за последний отчетный период, или с согласия участника выплатить ему в натуре имущество такой же стоимости. Также Уставом определен порядок разрешения споров, связанных с созданием Общества, управлением им или участия в нем, а именно они подлежат рассмотрению в Международном коммерческом арбитражном суде при торгово-промышленной палате Российской Федерации (т.2 л.д.139-147, 148-169).

В соответствии с трудовым договором от 19 марта 2020 года ФИО1 на срок 1 год принят на работу в <данные изъяты> на должность генерального директора, в должностные обязанности которого в числе прочих входят осуществление деятельности без доверенности от имени Общества, руководство текущей коммерческой деятельностью Общества, разрешение вопросов деятельности Общества, отнесенных к его компетенции трудовым договором и Уставом Общества, решениями органов управления Общества, действия в интересах Общества. Местом работы генерального директора Общества является офис по адресу: <адрес> (т.1 л.д.43-50).

Сведениями УФНС России по Ивановской области подтверждается открытие рублевого расчетного счета <данные изъяты> № 25 марта 2020 года в <данные изъяты> № 26 марта 2020 года в <данные изъяты> также сведения об открытии счета в <данные изъяты> следуют из представленной <данные изъяты> справке. Возможность совершения расходных операций по расчетному счету № в <данные изъяты> и право подписи ФИО16 как генерального директора <данные изъяты> с 3 марта 2020 года по 3 марта 2021 года, подтверждается сведениями, представленными <данные изъяты> При этом согласно справке <данные изъяты> клиентский лимит на получение наличными в банкомате денежных средств по карте составлял в сутки 50000 рублей, согласно справке <данные изъяты> суточный лимит выдачи наличных по карте составлял 300000 рублей (т.1 л.д.51,52, т.4 л.д.37, т.6 л.д.67, 69).

Представленными <данные изъяты> сведениями подтверждается регистрация в период с 19 марта 2020 года по 10 марта 2022 года абонентского номера № на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.4 л.д.22).

Обязанность ФИО1 как участника Общества по внесению сумм вклада в имущество Общества установлена протоколами внеочередных общих собраний участников <данные изъяты> №1 от 23 марта 2020 года в размере 5245000 рублей в срок до 1 июня 2020 года включительно; №2 от 10 июня 2020 года в размере 1 000 000 рублей в срок до 15 июня 2020 года включительно и в сумме 700000 рублей в срок до 16 июня 2020 года включительно; №3 от 18 июня 2020 года 1 000 000 рублей в срок до 18 июня 2020 года включительно и 745000 рублей в срок до 18 июня 2020 года включительно; №4 от 29 июня 2020 года 1000 000 рублей в срок до 30 июня 2020 года включительно. При этом внесение ФИО5 №5 вклада как участника в активы общества определено единственным протоколом №1 от 23 марта 2020 года в размере 6 000000 рублей в срок до 13 мая 2020 года (т.2 л.д.170-172, 173-176, 177-180, 181-184).

Внесение ФИО1 денежных средств на расчетные счета <данные изъяты> с назначением платежа «Вклад участника в активы общества» подтверждается платежными поручениями: №1 от 28 мая 2020 года на сумму 3000000 рублей, №1 от 15 июня 2020 года на сумму 1000000 рублей, №1 от 16 июня 2020 года на сумму 700000 рублей, открытый в <данные изъяты> чеками <данные изъяты> от 21 мая 2020 года на сумму 1 000 000 рублей и от 29 мая 2020 года на сумму 200000 рублей, платежным поручением №1 от 18 июня 2020 года на сумму 1 745 000 рублей - открытый в <данные изъяты> а также выписками по счетам <данные изъяты> открытых в <данные изъяты><данные изъяты> (т.4 л.д.149, 150, 151, т.6 л.д.106-114, 129-142).

Прекращение <данные изъяты> с ФИО1 трудовых отношений подтверждается протоколом №5 внеочередного общего собрания участников Общества от 26 августа 2020 года (проводилось в период с 15 часов 30 минут до 15 часов 50 минут по адресу: <адрес>, с участием учредителя ФИО5 №5, приглашенных лиц ФИО22, ФИО17) – с 26 августа 2020 года досрочно прекратить полномочия генерального директора Общества ФИО1, прекратить с ним трудовой договор, с указанной даты избрать на должность генерального директора ФИО22 на срок 1 год; копиями приказов от 27 августа 2020 года: №1 о прекращении трудового договора и увольнении с 27 августа 2020 года ФИО1 с должности генерального директора <данные изъяты>», №2 о вступлении в должность генерального директора <данные изъяты> ФИО22, согласно выписке из ЕГРЮЛ сведения о смене генерального директора внесены в учредительные документы <данные изъяты> 2 сентября 2020 года (т.1 л.д.53-57, 58, т.2 л.д.130, т.1 л.д.41-42);

Актами <данные изъяты> от 27 августа 2020 года в ходе производственного совещания, проведенного по месту расположения Общества, по адресу: <адрес>, комиссией в составе представителя <данные изъяты> действующей на основании доверенности ФИО17, исполнительного директора <данные изъяты> ФИО5 №7, генерального директора <данные изъяты> ФИО22 зафиксировано:

- ознакомление ФИО1 с решением внеочередного общего собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года о прекращении его полномочий, оформленного протоколом №5 от 26 августа 2020 года, и с приказом №1 от 27 августа 2020 года о расторжении с ним трудового договора, при этом получать копии указанных документов, а также ознакомиться под роспись с приказом №1 от 27 августа 2020 года ФИО1 отказался. Кроме того, ФИО1 отказался вернуть принадлежащие Обществу мобильный телефон, сим-карту и корпоративные банковские карты <данные изъяты> и <данные изъяты> Также ФИО1 был уведомлен о том, что с 27 августа 2020 года он не вправе действовать от имени Общества и в любой форме распоряжаться имуществом Общества, в том числе денежными средствами, находящимися на счетах. ФИО1 был проинформирован о необходимости сообщить бухгалтеру <данные изъяты> пин-коды банка, которые придут на номер его служебного телефона, что он сделать также отказался;

- обнаружение в присутствии ФИО1 в сейфе в том числе оригиналов требования в адрес ФИО1 о проведении внеочередного всеобщего собрания от 12 июля 2020 года, уведомление ФИО1 от 24 июля 2020 года о проведении внеочередного общего собрания со вскрытыми почтовыми конвертами и описями вложений, оригиналов договоров поставки от 15 июля 2020 года с документами о принятии денежных средств в кассу <данные изъяты>

- порча ФИО1 документации, находившейся на столе (т.1 л.д.59, 196, 197).

Снятие денежных средств с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты> в период с 29 по 31 августа 2020 года объективно подтверждается: копиями банковских ордеров <данные изъяты><данные изъяты> от 1 сентября 2020 года, № от 02 сентября 2020 года, выпиской по счету клиента, справкой, из которых следует, что совершены операции снятия наличных денежных средств с помощью банковской карты <данные изъяты>, выданной на имя <данные изъяты>»: 29 августа 2020 года посредством банкомата стороннего банка <данные изъяты> в г.Шуя на сумму 200000 рублей, 30 августа 2020 года посредством банкомата стороннего банка <данные изъяты> в г.Иваново на сумму 200000 рублей, 31 августа 2020 года посредством банкомата стороннего банка <данные изъяты> в г.Иваново на сумму 200000 рублей, остаток денежных средств на счете составил 1865861, 10 рублей (т.1 л.д.60-65, 111-113).

Снятие денежных средств с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты> в период с 29 по 30 августа 2020 года объективно подтверждается выпиской операций по лицевому счету и справкой <данные изъяты> из которых следует, что совершены операции снятия наличных денежных средств с помощью банковской карты <данные изъяты>, выданной на имя «<данные изъяты>» посредством банкоматов <данные изъяты>»: 29 августа 2020 года на сумму 10000 рублей (№ <адрес>), 29 августа 2020 года на сумму 20000 рублей (№ <адрес>), 30 августа 2020 года на суммы 10000 рублей (№ <адрес>) и 30000 рублей (№ <адрес>) (т.1 л.д.66, т.2 л.д.185,186-189).

Протоколом осмотра места происшествия от 22 декабря 2022 года зафиксирована обстановка в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес>, и наличие банкомата №, посредством которого ФИО2 29 августа 2020 года в 17 часов 32 минуты осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты> 20000 рублей (т.4 л.д.68-71).

Протоколом осмотра места происшествия от 27 декабря 2022 года зафиксирована обстановка в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес> наличие банкомата №, посредством которого ФИО5 №4 30 августа 2020 года в 12 часов 58 минут осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты> 10000 рублей (т.4 л.д.75-77).

Протоколом осмотра места происшествия от 02 января 2023 года зафиксирована обстановка и наличие банкомата <данные изъяты> по адресу: <адрес> посредством которого ФИО2 30 августа 2020 года в 12 часов 45 минут осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты>, открытого в <данные изъяты> 30000 рублей (т.4 л.д.78-82).

Согласно рапорту старшего следователя СО МО МВД России «Шуйский» от 20 января 2023 года отделение <данные изъяты> расположенное по адресу: <адрес>, где ФИО1 29 августа 2020 года осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты> № рублей, в настоящее время отсутствует (т.4 л.д.87).

Протоколом осмотра места происшествия от 23 декабря 2022 года зафиксирована обстановка в отделении <данные изъяты> по адресу: <адрес> наличие банкомата №, посредством которого ФИО2 29 августа 2020 года в 16 часов 57 минут осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты>, 200000 рублей (т.4 л.д.72-74).

Протоколом осмотра места происшествия от 04 января 2023 года зафиксирована обстановка и наличие банкомата <данные изъяты> по адресу: <адрес>, посредством которого ФИО2 30 августа 2020 года в 12 часов 40 минут и 31 августа 2020 года осуществил снятие с расчетного счета <данные изъяты> №, открытого в <данные изъяты> в каждом случае по 200000 рублей (т.4 л.д.83-86).

Решением Советского районного суда г.Иваново от 10 августа 2022 года исковое заявление <данные изъяты> к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворено. С ФИО1 в пользу <данные изъяты> взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 670000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами, убытки, расходы по оплате государственной пошлины – всего в размере 791659 рублей 02 копейки. Решение в апелляционном порядке не обжаловалось и вступило в законную силу (т.2 л.д.215-220).

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 21 апреля 2023 года исковые требования ФИО5 №5 удовлетворены, ФИО1 исключен из состава учредителей <данные изъяты> Решение вступило в законную силу 22 мая 2023 года (т.6 л.д.2-5).

Финансово-хозяйственная деятельность <данные изъяты> (доходы и расходы Общества) исследована судом первой и апелляционной инстанций подтверждается следующими материалами дела:

- бухгалтерской (финансовой) отчетностью <данные изъяты> за 2020 год, согласно которой размер денежных средств, поступивших на счет организации составляет 19485000 рублей, из которых 5310000 рублей от продажи продукции, товаров, работ и услуг (копии трех договоров поставок от 15 июля 2020 года, согласно которым <данные изъяты> получило от ФИО18 312 790 рублей, 650000 рублей, 1 395000 рублей, 1 280000 рублей, от ФИО19 930000 рублей, 736000 рублей в счет поставок в срок до 31 октября 2020 года, 30 ноября 2020 года, 31 декабря 2020 года древесного наполнителя для кошачьих туалетов и топливных гранул (пеллетов) т.1 л.д.114-117,118, 119, 120-123, 124,125, 126-129, 130, 131, 132-135, 136, 137, 138-141, 142, 143, 144-147, 148, 149, 150, 151), и прочие вложения 14175000 рублей. Платежи за отчетный период составили 3009000 рублей, из которых 1585000 рублей поставщикам за сырье, материалы, работы, услуги, 554000 рублей в связи с оплатой труда работников, 870000 рублей – прочие платежи. Остаток денежных средств и денежных эквивалентов на конец отчетного периода (по состоянию на 31.12.2020 составил 16476000 рублей (т.6 л.д.25-34, т.4 л.д.30-31,43-56);

- выпиской <данные изъяты> по счету <данные изъяты> №, согласно которой за период с 25.03.2020 по 01.09.2020 сумма по кредиту составила 13010000 рублей, из которых (6000000 рублей (внесены ФИО5 №5), 3000000 рублей, 1000000 рублей, 700000 рублей – взнос ФИО1 как участника в активы общества, 1000000 рублей – внесение наличных, 1310000 рублей – перевод собственных денежных средств с расчетного счета № из <данные изъяты>; сумма по дебету составила 10938089 рублей 90 копеек, из которых 400000 рублей (сняты двумя суммами по 200000 рублей наличными, дважды ФИО5 №7 осуществлялись переводы по возврату беспроцентного займа на суммы 1 600 000 рублей и 1746690 рублей 50 копеек, 5900000 рублей – авансовый платеж за оборудование, 900000 рублей за разработку нового бренда кошачьего наполнителя, остальные платежи, связанны с расходами на хозяйственную деятельность Общества, комиссии за обслуживание банковской карты), доступный для использования баланс по состоянию на 01.09.2020 год составил 2071910 рублей (сведения по остатку даны с учетом снятия ФИО36 только 400000 рублей) (т.6 л.д.106-114). С учетом снятых ФИО4 600000 рублей доступный для использования баланс составил 1865861 рубль 10 копеек (т.1 л.д.111-113).

- выпиской <данные изъяты> по счету <данные изъяты> № из которой следует, что за период с 26.03.2020 по 01.09.2020 сумма по кредиту составила 10385 000 рублей, из которых 1000000 рублей, 200000 рублей, 1 745 000 рублей – взнос ФИО1 как участником в активы общества, 5000000 – поступление от продажи товара, 45000 рублей – взнос наличных, 715000 рублей, 620000 рублей – оплата по договорам, 7000 рублей, 3000 рублей – оплата уставного капитала, сумма по дебету составила 10237 387 рублей 07 копеек, из которых 70000 рублей (сняты четырьмя суммами 10000 рублей, 20000 рублей, 10000 рублей, 30000 рублей наличными, 1310 000 рублей - перевод на расчетный счет <данные изъяты> №, 40218 рублей, 266000 рублей, 290000 рублей, 4630780 рублей – платежи за оборудование, остальные расходы связаны с финансово-хозяйственной деятельностью Общества, включая расходы на заработную плату, страховые взносы, арендную плату, охрану, оплату за выполненные работы, комиссии за обслуживание банковской карты и т.д.), доступный для использования остаток по состоянию на 01.09.2020 год составил 147 632 рубля 93 копейки (т.6 л.д.129-142).

- копией договора №0014/20 от 20 мая 2020 года, заключенного между <данные изъяты> и <данные изъяты>, в соответствии с которым <данные изъяты> обязалось поставить оборудование, выполнить комплекс услуг по монтажу, пуску-наладке, ввода в эксплуатацию оборудования, <данные изъяты> обязалось выполнить подготовительные работы, в том числе подведение коммуникаций – воды, электричества (190,85 кВт установленной мощности, обеспечение подвода электроинструмента), работы по обустройству фундамента навесов, стен здания, бетонных работ и т.д., согласно требованиям, предусмотренной технической документацией оборудования, <данные изъяты> поставлено оборудование и выставлен счет по договору на сумму 12530780 рублей (т.2 л.д.46-69, 70-74);

- копией товарной накладной от 28 апреля 2020 года и актом приема-передачи <данные изъяты> передало <данные изъяты> фронтальный погрузчик стоимостью 1745000 рублей 50 копеек по договору купли-продажи транспортного средства от 23 апреля 2020 года (т.2 л.д.75,76).

- копией договора подряда №01/20 от 06 апреля 2020 года, заключенного между <данные изъяты> (Подрядчик) и <данные изъяты> (Заказчик), Подрядчик обязался провести ряд работ по обеспечению пожарной безопасности в здании по адресу: <адрес>, стоимость работ составила 77000 рублей (т.6 л.д.158-160).

Судебная коллегия оценивает перечисленные выше доказательства, подтверждающие вину ФИО1 в совершении преступления, как относимые, поскольку обстоятельства, которые они устанавливают, относятся к предмету доказывания по делу в соответствии со ст.73 УПК РФ; как допустимые, не усматривая нарушений требований УПК РФ при их получении; как достоверные, поскольку они носят непротиворечивый, взаимодополняющий характер, а в своей совокупности, как достаточные для принятия решения по уголовному делу.

Показания представителя потерпевшего ФИО22 и свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №11, ФИО12, ФИО5 №1, ФИО5 №3, данные ими в ходе судебного разбирательства, с учетом устраненных противоречий путем оглашения показаний, данных ими в ходе предварительного следствия, а также оглашенные с согласия сторон на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, показания свидетелей ФИО5 №10 и ФИО5 №4, данные в ходе предварительного следствия, суд апелляционной инстанции считает полученными с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, они являются последовательными и в целом непротиворечивыми, дополняют друг друга, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, в связи с чем судебная коллегия использует их в числе доказательств вины ФИО1

Протоколы допросов свидетелей, в том числе ФИО5 №3, оглашенные в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, соответствуют требованиям ст.ст.190,166 УПК РФ, содержат удостоверенные подписями свидетелей сведения о разъяснении прав, предусмотренных ст.56 УПК РФ, положения ст.51 Конституции РФ, о возможности использовать показания в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе в случае последующего отказа от этих показаний, а также предупреждение об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Показания свидетелей ФИО54 и ФИО5 №8 суд кладет в основу приговора в части, не противоречащей установленным обстоятельствам дела, а именно за исключением сведений о том, что денежные средства, внесенные на счета <данные изъяты> ФИО1 как вклад участника в активы Общества, принадлежали ФИО5 №5, а также показания свидетеля ФИО55 о нахождении семьи ФИО36 в трудном материальном положении, поскольку объективных доказательств этому не представлено, их показания в указанной части опровергаются исследованными в ходе судебного следствия доказательствами.

Органом предварительного расследования действия ФИО1 были квалифицированы по п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ – кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с банковского счета, в крупном размере.

Вместе с тем, в соответствии с ч.1 ст.5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

Судебная коллегия полагает, что предъявленное ФИО1 обвинение не нашло своего подтверждения в ходе рассмотрения дела по следующим основаниям.

Согласно примечанию 1 к статье 158 УК РФ под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

По смыслу закона обязательным признаком хищения является наличие у лица корыстной цели. Не образуют состава кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по ст.330 УК РФ или другим статьям УК РФ (п.п.1,7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Судебная коллегия полагает, что в ходе рассмотрения дела не подтверждено, что ФИО1 действовал из корыстной цели и имел умысел на хищение денежных средств ООО «МЭДЖИК-ВУД».

Так, в ходе рассмотрения дела установлен и не оспаривается самим ФИО1 факт снятия по его просьбе сыном ФИО5 №4 со счетов <данные изъяты> денежных средств в сумме 670000 рублей, которые впоследствии были переданы ФИО1 При этом на момент снятия денежных средств ФИО1 являлся учредителем и участником <данные изъяты> и полагал, что как участник Общества имеет право на получение денежной компенсации с учетом доли своего участия в увеличении активов Общества, то есть он действовал не с целью хищения чужого имущества, а с учетом предполагаемого права на это имущество. Указанное обстоятельство также подтверждается показаниями свидетеля ФИО5 №3, данных в ходе предварительного следствия и признанных достоверными, согласно которым, со слов ее супруга ФИО1 ей известно, что денежные средства были сняты со счетов Общества, чтобы возместить часть вложенных ими в организацию производства денежных средств.

Вопреки позиции прокурора, изложенной в апелляционном представлении, оснований не доверять показаниям ФИО1 о внесении им как участником <данные изъяты> на счета Общества собственных денежных средств, не имеется, поскольку указанное обстоятельство объективно подтверждается не только его показаниями, но и письменными доказательствами: копиями протоколов внеочередных общих собраний участников <данные изъяты> о возложении на него обязанности по внесению денежных средств, копиями платежных поручений, чеками, выписками <данные изъяты> и <данные изъяты> о движении денежных средств по счетам <данные изъяты> подтверждающими внесение денежных средств на счета Общества непосредственно ФИО1 с назначением платежей «вклад (взнос) участника в активы Общества».

Приведенные прокурором показания свидетелей ФИО5 №6, ФИО5 №8, ФИО5 №7 о передаче ФИО1 для внесения на счета Общества денежных средств, принадлежащих ФИО5 №5, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Показания свидетеля ФИО5 №7 не могут быть приняты во внимание, поскольку они были оглашены при рассмотрении дела судом первой инстанции в нарушении требований ч.2.1 ст.281 УПК РФ. К показаниям свидетелей <данные изъяты> ФИО5 №8 в указанной части судебная коллегия относится критически и не принимает их во внимание, поскольку объективных доказательств принадлежности денежных средств ФИО5 №5 суду не представлено, в то время как показания ФИО1 подтверждаются платежными документами, оформленными от его имени, оснований не доверять которым у судебной коллегии оснований не имеется. Следует отметить и то обстоятельство, что ФИО5 №6, действовавшая от имени ФИО5 №5, имела возможность вносить от имени последнего денежные средства на счета Общества, однако этого не делала. Ее показания о том, что она лично передавала денежные средства ФИО1 для внесения на банковские счета из жалости и, желая ему помочь, суд апелляционной инстанции находит неубедительными.

Ссылку прокурора на скриншоты переписки между ФИО5 №6 и ФИО1 в мессенджере «Ватцап» в период с 27 апреля 2020 года по 17 июня 2020 года, в подтверждение того, что ФИО1 не располагал свободными денежными средствами, судебная коллегия считает несостоятельной.

Из содержания указанной переписки следует, что ФИО5 №6 и ФИО1 обсуждаются вопросы о необходимости отправления денежных средств на счет компании в <данные изъяты> как взнос участника в активы общества, о необходимости платежей по счетам в <данные изъяты> о переводе ФИО1 денежных средств в качестве оплаты за оборудования на счет <данные изъяты> в размере 5900000 рублей, со счета <данные изъяты> в размере 2000000 рублей, о встрече с ФИО1 у банка, куда ФИО5 №6 привезет денежные средства для взноса на счет, о том, что ФИО1 будет осуществлен перевод в сумме 100000 рублей, который он должен положить на счет <данные изъяты> о переводе ФИО1 денежных средств на второй погрузчик (т.1 л.д.178-194).

Вместе с тем, сам ФИО1 в ходе судебного следствия в суде первой инстанции, а также в суде апелляционной инстанции не отрицал то обстоятельство, что ФИО5 №6 переводила ему на счет денежные средства (согласно выписке <данные изъяты> 04.06.2020 в сумме 120000 рублей, 15.06.2020 в сумме 100000 рублей, 16.06.2020 в сумме 30700 рублей, 27.06.2020 в сумме 10000 рублей, 07.07.2020 в сумме 30000 рублей, 19.07.2020 в сумме 30557 рублей, 26.07.2020 в сумме 10000 рублей т.1 л.д.164-169), а также на карту его сына (платежные поручения: 27.04.2020 в сумме 150000 рублей; 28.04.2020 в сумме 66196 рублей, 30.04.2020 в сумме 50000 рублей, 19.05.2020 в сумме 16000 рублей, 21.05.2020 в сумме 300000 рублей, 02.06.2020 в сумме 14 900 рублей, 02.06.2020 в сумме 22088 рублей 44 копейки, 15.06.2020 в сумме 100000 рублей т.1 л.д.170-177), которые предназначались для покрытия затрат на покупку стройматериалов, оплаты производства работ для последующего монтажа оборудования и т.д., а также перечисление 12.06.2020 ему на счет ФИО5 №7 1600000 рублей с назначением платежа «беспроцентный займ» на приобретение второго фронтального погрузчика (т.1 л.д.195). Денежные средства, перечисленные ФИО5 №7, были внесены им на счет Общества ДД.ММ.ГГГГ. Также ФИО1 не оспаривал содержащиеся в переписке от 27 мая 2020 года сведения о том, что 28 мая 2020 года должна была состояться встреча с ФИО5 №6, на которую она должна была привезти денежные средства для взноса им как участником Общества на счет <данные изъяты>, поскольку всей необходимой суммы для внесения на счет у него в наличии не было. Однако он смог взять в долг денежные средства у своего знакомого ФИО5 №12 в размере 2000000 рублей. Приехав в банк ДД.ММ.ГГГГ, ФИО20 действительно привозила денежные средства в размере 3000000 рублей, но вносил он на счет Общества принадлежащие ему 3000000 рублей, часть из которых являлась его личными накоплениями, а часть взята в долг у ФИО5 №12 ФИО5 ФИО5 №12 подтвердил сообщенные ФИО1 сведения о том, что последний брал у него в долг 2000000 рублей для вложения в производство древесных пеллетов. Не доверять указанным показаниям ФИО1 и свидетеля ФИО5 №12 оснований не имеется.

Также судебная коллегия отмечает, что вносимые ФИО1 денежные средства на счета <данные изъяты> как вклады участника в активы Общества, не сопоставимы по суммам и значительно превышают суммы денежных средств, перечисленных ФИО5 №6 на счета ФИО1 и ФИО5 №4 Сама ФИО5 №6 при рассмотрении дела в суде первой инстанции показала, что на банковские карты в основном перечислялись денежные средства на текущие расходы Общества. Выпиской по счету <данные изъяты> также подтверждается последующий возврат ФИО5 №7 беспроцентного займа.

Сведения, представленные УФСИН России по Ивановской области, о доходе ФИО1 за 2020 год в размере 291268,58 рублей, и отсутствии сведений о доходе ФИО5 №3 за 2017-2021 годы и <данные изъяты> за 2020-2022 годы (т.4 л.д.30-31,38,38, т.5 л.д.235), на которые ссылается прокурор в своем апелляционном представлении, не могут однозначно свидетельствовать о материальной несостоятельности семьи ФИО36, как и несвоевременная уплата ФИО1 штрафа в размере 30000 рублей по исполнительному производству (т.5 л.д.233).

Кроме того о стабильном материальном положении семьи ФИО36 и наличии в распоряжении ФИО1 наличных денежных средств в значительном размере, вопреки показаниям свидетеля ФИО5 №6, показала не только супруга ФИО1 – ФИО5 №3, но и свидетели ФИО5 №12, ФИО21 При этом ФИО1 и его супруга ФИО5 №3 сообщили об источниках получения денежных средств, что не опровергается представленными стороной обвинения доказательствами.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает доказанным факт внесения ФИО1 своих личных денежных средств на счета <данные изъяты> как вклад участника в активы общества: 21 мая 2020 года в размере 1000000 рублей, 28 мая 2020 года в сумме 3000000 рублей, 29 мая 2020 года - 200000 рублей, 15 июня 2020 года - 1000000 рублей, 16 июня 2020 года – 700000 рублей. При этом не учитывается внесение ФИО1 на счет как личных денежных средств суммы 1 745 000 рублей (платежное поручение №1 от 18 июня 2020 года), поскольку ФИО1 не отрицал получение указанных денежных средств от ФИО5 №7 (платежное поручение №1 от 12 июня 2020 года) для внесения на счет Общества с целью приобретения второго погрузчика.

Вместе с тем, наряду с этим судебная коллегия не соглашается с доводами стороны защиты о том, что ФИО1 не был осведомлен о прекращении его полномочий генерального директора и то, что он, являясь генеральным директором и учредителем <данные изъяты> снимая денежные средства со счетов, действовал в интересах Общества с целью исполнить договорные обязательства, поскольку указанные обстоятельства не нашли своего объективного подтверждения при рассмотрении дела.

Вопреки доводам защитника ФИО1 о проведении собрания участников Общества 26 августа 2020 года был уведомлен надлежащем образом, что подтверждается показаниями свидетеля ФИО5 №6 и актом осмотра содержимого сейфа в помещении <данные изъяты> в котором обнаружены вскрытые конверты с уведомлением о проведении собрания. О том, что собрание было проведено на улице по месту нахождения общества, подтверждается показаниями свидетеля ФИО5 №6, представителя потерпевшего ФИО22, а также протоколом №5 внеочередного общего собрания участников Общества, в ходе которого принято решение о прекращении полномочий ФИО1 как генерального директора и назначении на указанную должность ФИО22, о чем ФИО1 в ночь с 26 на 27 августа 2020 года был уведомлен не только в устной форме, но также ему были представлены для ознакомления соответствующие документы. Об указанных обстоятельствах сообщили представитель потерпевшего ФИО22, свидетель ФИО5 №6, а также допрошенные в качестве свидетелей сотрудники Росгвардии ФИО5 №9, ФИО5 №11, ФИО5 №10 Кроме того, из показаний свидетеля ФИО5 №3, данных в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ, также следует, что 27 августа 2020 года ее супруг ФИО1 сообщил ей о том, что ФИО5 №5 снял его с должности генерального директора.

Прекращение <данные изъяты> с ФИО1 трудовых отношений кроме того объективно подтверждается письменными доказательствами: протоколом №5 внеочередного общего собрания участников Общества от 26 августа 2020 года, копиями приказов от 27 августа 2020 года: №1 о прекращении трудового договора и увольнении с 27 августа 2020 года ФИО1 с должности генерального директора <данные изъяты> №2 о вступлении в должность генерального директора <данные изъяты> ФИО22 Актом <данные изъяты> от 27 августа 2020 года зафиксировано ознакомление ФИО1 с указанными документами. Кроме того, актом удостоверен отказ ФИО1 вернуть корпоративные банковские карты, а также он был уведомлен о том, что с 27 августа 2020 года он не вправе действовать от имени Общества и в любой форме распоряжаться имуществом Общества, в том числе денежными средствами, находящимися на счетах. Указанные обстоятельства также подтвердили представитель потерпевшего ФИО22 и свидетель ФИО5 №6

Не доверять показаниям представителя потерпевшего и свидетелей у судебной коллегии оснований не имеется, каких-либо причин для оговора ФИО1 с их стороны не имелось и наличие таковых не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Доводы защитника о заинтересованности ФИО22 и ФИО5 №6 судебная коллегия не может признать обоснованными, поскольку о факте ознакомления ФИО1 с документами сообщили не только указанные лица, но и иные -сотрудники Росгвардии ФИО5 №9, ФИО5 №11, ФИО5 №10, которые к деятельности <данные изъяты> отношения не имеют.

Также судебная коллегия отмечает, что само по себе отсутствие в материалах дела уведомления о проведении собрания 26 августа 2020 года, а также отсутствие сведений о вручении ФИО1 трудовой книжки с записью о его увольнении, на что обращает внимание защитник, не свидетельствует о том, что собрание не проводилось, и не подтверждает показания ФИО1 о его неосведомленности об увольнении его с должности генерального директора. Протокол №5 внеочередного общего собрания участников Общества от 26 августа 2020 года в установленном законом порядке недействительным не признавался, ФИО1 в судебном порядке решение о его увольнении с должности генерального директора не оспаривал.

Кроме того, судебной коллегией при отмене приговора суда первой инстанции приведены подробные основания, по которым были отвергнуты выводы суда, а также позиция стороны защиты о снятии ФИО1 денежных средств с намерением исполнить обязательства по договорам с контрагентами, а также для оплаты за услуги по увеличению мощности электроэнергии.

Доводы стороны защиты относительно того, что с момента внесения ФИО1 своих денежных средств на счета <данные изъяты> у Общества перед ним возникли обязательства по погашению займа, не основано на нормах закона.

В соответствии с ч.3 ст.87 ГК РФ правовое положение общества с ограниченной ответственностью и права и обязанности его участников определяются Гражданским кодексом РФ и Законом об обществах с ограниченной ответственностью.

Согласно ст.40 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества (в том числе, генеральный директор) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества (п.1). Единоличный исполнительный орган общества, в том числе, без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (п.3). Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (п.4).

Согласно п.10.9.10 Устава <данные изъяты> в компетенцию генерального директора входит в том числе управление и распоряжением имуществом Общества, включая его денежные средства в пределах, установленных действующим законодательством Российской Федерации и Уставом.

В соответствии с п.2 ст.33 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к компетенции общего собрания участников общества относятся, в том числе досрочное прекращение их полномочий исполнительных органов общества.

При этом полномочия единственного исполнительного органа общества возникают и прекращаются с момента принятия соответствующего решения компетентным органом. Закон не связывает возникновение и прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в ЕРГЮЛ таких сведений.

В силу ч.3 ст.213 ГК РФ коммерческие и некоммерческие организации, кроме государственных и муниципальных предприятий, а также учреждений, являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям.

Согласно п.2 ст.2 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» Общество имеет в собственности обособленное имущество, учитываемое на его самостоятельном балансе, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Уставом <данные изъяты> (Разделом 3) регламентировано, что имущество Общества принадлежит ему на праве собственности и образуется в том числе за счет вкладов (которыми могут являться денежные средства), вносимых в имущество Общества. Участники обязаны вносить вклады в имущество Общества по решению Общего собрания (п.3.1, 3.3).

Также Уставом (Раздел 16) <данные изъяты> определен порядок разрешения споров, связанных с созданием Общества, управлением им или участия в нем, а именно они подлежат рассмотрению в Международном коммерческом арбитражном суде при торгово-промышленной палате Российской Федерации.

Таким образом <данные изъяты> являлось единственным собственником своего имущества, в том числе и имущества, переданного ему в качестве вкладов в активы общества. При этом обязанность внесения вкладов была предусмотрена Уставом общества при его учреждении по решению Общего собрания.

Денежные средства, вносимые ФИО1 на счета <данные изъяты> согласно платежным документам, являлись его вкладом в активы Общества, а не заемными денежными средствами, и с момента их внесения на счета <данные изъяты> они являлись собственностью Общества.

В ходе рассмотрения дела установлено, что учредителями <данные изъяты> являлись ФИО1 и ФИО5 №5, что подтверждается договором об учреждении Общества.

Между ФИО1 и <данные изъяты> 19 марта 2020 года был заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО1 принят на должность генерального директора Общества.

Решением внеочередного собрания участников <данные изъяты> от 26 августа 2020 года полномочия ФИО1 как генерального директора Общества досрочно прекращены, о чем последнему в ночь на 27 августа 2020 года достоверно стало известно.

Таким образом, ФИО1 в период снятия со счетов <данные изъяты> (29-31 августа 2020 года) не обладал полномочиями по снятию и распоряжению денежными средствами, находящимися на счетах данного юридического лица, поскольку не являлся генеральным директором Общества, которыми в силу ст.40 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и п.10.9.10 Устава <данные изъяты> наделен генеральный директор Общества.

Вместе с тем, по правилам ч.6.1 ст.23 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

С учетом фактически установленных обстоятельств дела, судебная коллегия приходит к выводу, что умысел ФИО1 не был направлен на хищение денежных средств <данные изъяты> в корыстных целях. Снимая денежные средства в размере 670000 рублей со счетов <данные изъяты> ФИО1, являясь учредителем и участником Общества, полагал, что имеет право на получение компенсации с учетом доли своего участия в увеличении активов общества, то есть действовал с учетом предполагаемого права на имущество <данные изъяты> предусмотренного ч.6.1 ст.23 Федерального закона от 8 февраля 1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», однако при этом он действовал самовольно, вопреки установленным требованиям Федерального закона от 8 декабря 1998 года №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

То обстоятельство, что ФИО1 с заявлением о выходе из числа участников <данные изъяты> не обращался, не обжаловал решение Советского районного суда г.Иваново от 10 августа 2022 года о взыскании с него неосновательного обогащения, а также решение Арбитражного суда Ивановской области от 21 апреля 2023 года об исключении его из состава участников <данные изъяты> не опровергает наличие у него предполагаемого права как учредителя и участника Общества по состоянию на 29-31 августа 2020 года.

Вместе с тем, правомерность действий ФИО1 по снятию денежных средств оспаривается представителем потерпевшего <данные изъяты> ФИО22, что следует из ее заявления о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, из ее показаний при рассмотрении дела, а также из копии решения Советского районного суда г.Иваново от 10 августа 2022 года о взыскании с ФИО1 суммы неосновательного обогащения в размере 670000 рублей.

При этом судебная коллегия считает, что действиями ФИО1 <данные изъяты> причинен существенный вред, о чем свидетельствуют не только показания представителя потерпевшего ФИО22 о причинении Обществу крупного ущерба, но и исследованная финансово-хозяйственная деятельность Общества.

Так из бухгалтерской (финансовой) отчетности <данные изъяты> за 2020 год следует, что размер денежных средств, поступивших на счет Общества, составляет 19485000 рублей, из которых 5310000 рублей от продажи товаров и прочие вложения 14175000 рублей (согласно выпискам по счетам <данные изъяты> открытых в <данные изъяты> и <данные изъяты> основная часть внесенных денежных средств по состоянию на 01.09.2020 являлась вкладом участников в активы Общества).

Как достоверно установлено в ходе рассмотрения дела по состоянию на 01.09.2020 <данные изъяты> свою производственную деятельность не осуществляло, поскольку не был закончен монтаж оборудования, то есть у Общества отсутствовала прибыль. Из анализа выписок по счетам <данные изъяты> открытых в <данные изъяты> и <данные изъяты> видно, что сумма по дебету Общества по счету в <данные изъяты> составила 10938089 рублей 90 копеек, по счету в <данные изъяты> - 10237 387 рублей 07 копеек. Расходы Общества в большей части включали в себя затраты на приобретение производственного оборудования, а также расходы, связанные с финансово-хозяйственной деятельностью Общества - на заработную плату, страховые взносы, арендную плату, охрану, оплату за выполненные работы, комиссии за обслуживание банковских карты и т.д. По состоянию на 01.09.2020 доступный для использования остаток по счетам <данные изъяты> в <данные изъяты> составил 147 632 рубля 93 копейки (т.4 л.д.130-131), в <данные изъяты> - 1865 861 рубль 10 копеек (т.1 л.д.111-113).

При этом судебная коллегия при оценке вреда принимает во внимание доступный для использования <данные изъяты> остаток денежных средств, находящихся на счетах Общества, по состоянию на 01.09.2020, а не отраженный в бухгалтерской (финансовой) отчетности, поскольку в последней указаны сведения по состоянию на 31.12.2020, то есть на конец отчетного периода и содержат в себе совокупные данные по остатку не только денежных средств, но и денежных эквивалентов.

С учетом того, что на момент снятия денежных средств со счетов общества, <данные изъяты> свою производственную деятельность не осуществляло, то есть не получало прибыль, при этом Общество несло значительные затраты на ремонт производственной площади, закупку оборудования, установку производственной линии, и иные многочисленные расходы, связанные с финансово-хозяйственной деятельностью, а также принимая во внимание остаток денежных средств на счетах Общества (в общей сумме 2013 494 рубля 03 копейки), изъятие ФИО1 из финансовых активов Общества денежных средств в размере 670 000 рублей причинило существенный вред <данные изъяты> выразившийся в нарушении права последнего на владение, пользование и распоряжение своим имуществом.

Судебная коллегия, оценив совокупность исследованных судом первой и апелляционной инстанций доказательств, считает их относимыми, допустимыми и достаточными для признания ФИО1 виновным и квалифицирует его действия по ч.1 ст.330 УК РФ как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку совершение действий, правомерность которых оспаривается организацией, причинивших существенный вред.

При этом, не указание в описании преступного деяния размера компенсации затрат, которые понесены ФИО1 как участником Общества, на что обращает внимание прокурор в апелляционном представлении, не препятствует привлечению ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.330 УК РФ, поскольку не является обязательным составообразующим признаком.

Оснований для иной квалификации действий ФИО1, как об этом указывает прокурор в апелляционном представлении, а также вынесения оправдательного приговора как об этом ставится вопрос защитником, судебная коллегия не усматривает.

При назначении ФИО1 наказания суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.6,43,60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, в том числе совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.

В соответствии со ст.15 УК РФ совершенное ФИО1 умышленное преступление относится к категории небольшой тяжести.

Из исследованных судом первой инстанции, а также дополнительно представленных в суд апелляционной инстанции материалов дела усматривается, что ФИО1 ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, трудоустроен, согласно характеристике, представленной ОМВД по Советскому району г.Иваново, по месту регистрации характеризуется удовлетворительно, спиртными напитками не злоупотребляет, жалоб на его поведение не поступало, со стороны свидетелей ФИО5 №3, ФИО5 №1, ФИО5 №12 характеризуется положительно, как хороший, ответственный, порядочный человек и грамотный руководитель. ФИО1 состоит в зарегистрированном браке, проживает с супругой. Он сам, его супруга, совершеннолетние дети, мама и родители супруги имеют заболевания, требующие лечения. ФИО1 оказывает материальную помощь и помощь в быту своей престарелой маме, родителям супруги в силу их возраста и состояния здоровья, занимается благотворительностью.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судебная коллегия признает: в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ объяснения от 30 декабря 2020 года, данные до возбуждения уголовного дела, в которых он сообщил о снятии денежных средств со счетов <данные изъяты> активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку он давал подробные показания, в которых фактически не отрицал свою причастность к снятию денежных средств, сообщил органам следствия ранее неизвестную им информацию о том, кто именно по его просьбе снимал с банковских карт денежные средства, предоставлял органам следствия документы, имеющие значение для дела; а также в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – фактическое признание вины; состояние его здоровья, а также состояние здоровья его супруги, совершеннолетних детей, матери, родителей супруги и оказание им материальной помощи и помощи в быту, наличие положительных характеристик, а также оказание благотворительной помощи войсковой части, находящейся в зоне СВО, за что ФИО1 получил благодарственное письмо.

Иных обстоятельств, предусмотренных ч.1 или ч.2 ст.61 УК РФ, для признания в качестве смягчающих наказание ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом апелляционной инстанции не установлено.

При назначении наказания судебная коллегия учитывает изложенные обстоятельства в их совокупности, данные о личности ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и назначает ему наказание в виде штрафа.

Судебная коллегия считает, что указанный вид наказания будет соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, а также в достаточной мере будет способствовать исправлению ФИО1

При определении размера штрафа суд апелляционной инстанции в соответствии с ч.3 ст.46 УК РФ учитывает, что ФИО1 совершил умышленное преступление небольшой тяжести, семейное положение виновного и имущественное положение его семьи, трудоспособный возраст ФИО1 и его супруги, наличие у них источника дохода, отсутствие тяжелых заболеваний, препятствующих реализации права на труд, оказание помощи родственникам и благотворительной помощи.

Вместе с тем в соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести.

При этом сроки давности в силу ч.2 ст.78 УК РФ исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Согласно ч.8 ст.302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания.

Преступление, предусмотренное ч.1 ст.330 УК РФ, совершенное ФИО1 в период с 29 по 31 августа 2020 года, в силу ч.2 ст.15 УК РФ относится к категории небольшой тяжести.

Таким образом, на момент вынесения апелляционного приговора, срок давности, равный двум годам по преступлению небольшой тяжести, за совершение которого осуждается ФИО1, истек.

При таких обстоятельствах ФИО1 подлежит освобождению от назначенного наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, установленного п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении судебная коллегия полагает необходимым отменить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.23, 389.28, 389.31-389.33 УПК РФ, судебная коллегия

приговорила:

приговор Шуйского городского суда Ивановской области от 25 ноября 2024 года в отношении ФИО1 отменить.

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 45 000 (сорок пять тысяч) рублей.

На основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФосвободить ФИО1 от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, установленного п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня провозглашения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Е.В. Волков

Судьи Е.Н. Смирнова

А.Р. Араблинская