Решение № 2-36/2019 2-36/2019(2-771/2018;)~М-769/2018 2-771/2018 М-769/2018 от 9 января 2019 г. по делу № 2-36/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 января 2019 года г. Камень-на-Оби

Каменский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Балакиревой А.Ю.,

при секретаре Биёвой Е.С.,

с участием прокурора Андреевой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-36/2019 по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российский железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО "Российские железные дороги" о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с *** по день вынесения решения суда, компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей.

В обоснование требований указал, что с *** он состоял в трудовых отношениях с ответчиком, сначала в должности помощника машиниста, с *** - в должности <данные изъяты> Эксплуатационного локомотивного депо Барнаул - структурного подразделения Западно-Сибирской дирекции тяги - структурного подразделения Дирекции тяги - филиала ОАО «Российские железные дороги». *** он был вызван в депо г.Барнаул, где его обвинили в хищении дизельного топлива, плохой работе и предложили написать заявление по собственному желанию. В этот же день он был уволен по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - по соглашению сторон, при этом в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора стояла подпись от имени руководителя депо ФИО2. С данным приказом он был ознакомлен ***. В качестве основания увольнения указано - соглашение сторон, однако соглашения о расторжении договора фактически не было, так как ежегодно все работники подписывают пустые бланки соглашений о расторжении трудового договора без указания даты под предлогом необходимости их подписания для кадровой службы. В *** году такие соглашения подписывали ***. *** после оказанного на него психологического давления ему стало плохо, он вызвал скорую помощь, бригадой скорой помощи ему была оказана медицинская помощь, после чего он обратился к врачу, где ему был выдан больничный лист и назначено лечение. Несмотря на наличие листка нетрудоспособности, который он предъявил в отделе кадров, истец был уволен, в этот же день ему были выданы экземпляры приказа о расторжении договора и соглашения о расторжении трудового договора, а также трудовая книжка. Незаконным увольнением ему причинены нравственные страдания, которые он оценивает в 50000 рублей. Просил восстановить его на работе на должность <данные изъяты>) локомотивных бригад участка эксплуатации Барнаул ОАО «РЖД» с ***, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с *** по день вынесения решения суда и компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.

Его представитель адвокат Кулик Н.А. поддержал требования ФИО1 по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснил, что увольнение является незаконным, поскольку в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора основание увольнения не указано, в соглашении от *** о расторжении трудового договора дата трудового договора указана неверно, вместо правильной - *** указано неверно - ***. Соглашения о расторжении трудового договора фактически не имело место, поскольку произведено на основании ранее заполненного и подписанного в *** года соглашения о расторжении трудового договора без указания в нем даты. В приказе о прекращении трудового договора подпись ФИО2 поставить не мог, так как в этот день *** ФИО2 находился в г. Камень-на-Оби с проверкой, где проводил совещание с коллективом. Кроме того, истец с *** был нетрудоспособен, о чем сообщил в отделе кадров в послеобеденное время. Не оспаривал принадлежность подписи истца в соглашении о расторжении трудового договора по соглашению сторон и в приказе о прекращении трудового, а также принадлежность собственноручной записи истца о получении соглашения и приказа о расторжении трудового договора от ***, а также дату выдачи и подпись в получении трудовой книжки. Указал о том, что на истца было оказано психологическое давление, связанное с наличием возбужденного уголовного дела по факту хищения дизельного топлива в ОАО «РЖД», в рамках которого истец даже не является подозреваемым. Просил удовлетворить исковые требования в полном объеме и восстановить истца на работе, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с *** по день вынесения решения суда и компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования ФИО1 не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве, дополнительно пояснил, что сведения изложенные в иске ФИО1 не соответствуют действительности. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании соглашения сторон, подписанного обеими сторонами, а не на основании заявления ФИО1 об увольнении по собственному желанию. Доводы представителя истца о том, что на ФИО1 было оказано давление в связи с расследованием правоохранительными органами уголовного дела по факту хищения дизельного топлива, по которому кроме ФИО1 проходят и другие его коллеги, являются не состоятельными, поскольку данный факт не явился основанием для увольнения истца, а другие его коллеги продолжают работать в ОАО «РЖД» до настоящего времени. Считает, что в действиях ФИО1 имеет место злоупотребление правом в части не сообщения и не предъявления работодателю листка нетрудоспособности от ***, о наличии которого работодателю стало известно лишь при получении искового заявления, к которому и был приложен листок нетрудоспособности. Кроме того, полагает, что увольнение по соглашению сторон в период нетрудоспособности не свидетельствует о его незаконности. Доказательств оказания психологического давления при принятии ФИО1 решения о подписании соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон, истцом не представлено, а наличие претензий к истцу со стороны работодателя по выполнению должностных обязанностей не может само по себе свидетельствовать о вынужденности принятого истцом решения об увольнении по соглашению сторон. Просил отказать в иске ФИО1

Представитель ответчика ФИО4 поддержал доводы возражений представителя ответчика ФИО3, просил отказать в иске, поскольку истцом доказательств оказания на него давления при подписании соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон в ходе рассмотрения дела не представлено.

Третье лицо ФИО2, являющийся начальником эксплуатационного локомотивного депо г. Барнаула исковые требования не признал, пояснив, что утром *** во время селекторной планерки он подписал документы, представленные ему на подпись, в том числе и приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 вместе с соглашением о расторжении трудового договора, затем действительно около 10 часов утра он уехал в г. Камень-на-Оби с проверкой. О намерении ФИО1 уволиться по соглашению сторон последний сообщил ему при встрече за несколько дней до увольнения, когда были приглашены все работники, которые проходят по уголовному делу о хищении дизельного топлива. Однако сам факт наличия расследуемого уголовного дела по факту хищения дизельного топлива не был основанием для увольнения истца, ФИО1 сам выразил такое желание и он как работодатель подписал соглашение о расторжении трудового договора с ФИО1 по соглашению сторон. Все другие работники продолжают работать в ОАО «РЖД» на своих рабочих местах несмотря на то, что в правоохранительных органах ведется производство по уголовному делу по факту хищения дизельного топлива. Подтвердил свою подпись в соглашении от *** о расторжении трудового договора с ФИО1 и в приказе от *** о прекращении трудового договора с истцом.

Суд, выслушав представителя истца, представителей ответчика, третье лицо ФИО2, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Положениями ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации закреплен основополагающий принцип свободы труда. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом, свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора.

Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23.09.2010 N 1091-О-О).

В силу ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Как следует из материалов дела и установлено судом ФИО1 работал в эксплуатационном локомотивном депо Барнаул - структурном подразделении Западно-Сибирской дирекции тяги - структурного подразделения Дирекция тяги - филиала ОАО "РЖД" с *** по ***. На *** истец ФИО1 работал в <данные изъяты>

*** между истцом ФИО1 и ответчиком в лице начальника эксплуатационного локомотивного депо Барнаул - структурного подразделения Западно-Сибирской дирекции тяги - структурного подразделения Дирекция тяги - филиала ОАО "РЖД" ФИО2 было заключено соглашение о расторжении трудового договора, согласно которому трудовой договор прекращает свое действие *** в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ и ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации.

Приказом от *** о прекращении (расторжении) трудового договора ФИО1 был уволен *** в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон.

В ходе судебного разбирательства представителем истца было указано, что соглашение о расторжении трудового договора было подписано истцом под принуждением работодателя, который настаивал на увольнении ввиду подозрения ФИО1 и других работников в хищении дизельного топлива в ОАО «РЖД» при исполнении должностных обязанностей, кроме того, увольнение истца произведено в период временной нетрудоспособности ФИО1, о чем тот сообщил работодателю в день увольнения, ФИО1 намерения уволиться с работы не имел.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Согласно пп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт принуждения со стороны работодателя возлагается на работника.

Между тем, в материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на истца ФИО1 при подписании соглашения об увольнении.

Соглашение о расторжении трудового договора, а также приказ об увольнении были подписаны истцом без каких-либо замечаний, при этом в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора ФИО1 собственноручно указал о том, что приказ и соглашение от *** на руки получил ***.

В Журнале выдачи трудовых книжек ФИО1 также собственноручно указал о получении трудовой книжки ***.

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о совершении истцом последовательных действий, направленных на расторжение трудового договора по соглашению сторон, что подтверждает добровольное волеизъявление истца.

При этом доводы представителя истца о том, что соглашение о расторжении трудового договора было подписано им в *** года являются несостоятельными и опровергаются вышеуказанными приказом и соглашением о расторжении трудового договора, в которых указана дата их составления ***, подписью в них ФИО1, которая не оспаривалась истцом, а также записью ФИО1 в приказе о прекращении трудового договора о получении приказа и соглашения ***, фактом получения истцом трудовой книжки также ***, показаниями свидетеля Н. о том, что он вместе с ФИО1 ездил *** в депо г. Барнаул на «разбор» по факту пережога топлива, с которым они были не согласны, подпись в приказе о прекращении (расторжении) трудового договора и соглашении о расторжении трудового договора от *** выполнена ФИО1, при этом ФИО1 подпись в приказе о прекращении трудового договора поставил в его присутствии *** до 12-00 часов дня, точное время он не помнит, в момент подписания ФИО1 приказа подпись ФИО2 в приказе уже стояла. Во время обеда он с ФИО1 поехали к знакомому на .... в ...., откуда вызвали скорую ФИО1 так как ему стало плохо, скорая приехала и оказала ему помощь, у него была высокая температура, в связи с чем ему дали таблетки. Когда поехали после обеда в Депо по пути заехали в больницу, куда ФИО1 ходил один, а когда пришел сообщил, что ему выдали листок нетрудоспособности, потом поехал в Депо, где ФИО1 сообщил о том, что ему выдан больничный, но в отделе кадров листок нетрудоспособности у ФИО1 не взяли, пояснив, что он уже уволен.

Показания свидетеля Н. о том, что приказ о прекращении (расторжении) трудового договора был подписан ФИО1 именно *** согласуются с показаниями свидетеля Ш. о том, что приказ прекращении (расторжении) трудового договора и соглашение о расторжении трудового договора с ФИО1 по соглашению сторон подписаны были ФИО2 утром ***, а также показаниями свидетеля К. о том, что приказ о прекращении (расторжении) трудового договора ФИО1 подписал *** в первой половине дня, при этом ФИО2 утром этого дня был на рабочем месте в депо, во второй половине этого же дня ФИО1 забрал обходной лист и трудовую книжку.

В материалах дела, действительно имеются сведения о наличии возбужденного уголовного дела по факту хищения дизельного топлива в ОАО «РЖД», при этом данные сведения не оспаривались представителем истца и показаниями допрошенных в качестве свидетелей других работников ОАО «РЖД».

Однако из показаний свидетелей П., Ш. Р.иН. следует, что они также как и ФИО1 подозреваются в хищении топлива ОАО «РЖД», руководство предлагало им уволиться по собственному желанию или по соглашению сторон, однако они не согласились, продолжают работать в ОАО «РЖД» на занимаемых должностях по настоящее время. Данные показания свидетелей опровергают доводы представителя истца о том, что на истца было оказано давление со стороны работодателя в связи с подозрением его и других работников в хищении топлива в ОАО «РЖД».

Доводы представителя истца о том, что приказ о прекращении трудовых отношений подписан неуполномоченным лицом, то есть не ФИО2 являются не состоятельными, поскольку ФИО2 в судебном заседании подтвердил свою подпись в приказе и соглашении о расторжении трудового договора с ФИО1, кроме того, трудовое законодательство не содержит императивной нормы права, предусматривающей, что все вопросы о приеме и увольнении работников решаются лицом, которое правомочно принимать данные вопросы. В этой связи на предприятии существует подразделения и отдел кадров.

Доводы представителя истца о том, что увольнение является незаконным ввиду того, что оно произведено в период временной нетрудоспособности ФИО1 также являются несостоятельными, поскольку в силу ст. 78 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут по соглашению сторон в любое время, то есть закон не возлагает на работодателя обязанность принимать во внимание специальные дополнительные гарантии, установленные для отдельных случаев увольнения по инициативе работодателя, а аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, увольнение истца по соглашению сторон в период временной нетрудоспособности не свидетельствует о незаконности увольнения и изданного ответчиком приказа от *** об увольнении ФИО1 по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Более того, к доводам представителя истца и показаниям свидетеля Н. о том, что ФИО1 был уволен в период нетрудоспособности, а в послеобеденное время *** в отдел кадров истец предоставлял листок нетрудоспособности, который не был принят сотрудниками отдела кадров ответчика, суд относится критически, поскольку они опровергаются документами медицинского учреждения, согласно которым на прием к врачу терапевту ООО «Новоалтайский медицинский центр», которым был выдан приложенный к иску листок нетрудоспособности, ФИО1 обратился в 18-00 час. ***, что свидетельствует о том, что в послеобеденное время *** ФИО1 не мог его представить в отдел кадров ответчика, поскольку листок нетрудоспособности у него отсутствовал.

Заключая соглашение о расторжении трудового договора в письменной форме, подписывая его, истец, действуя добросовестно и разумно, обязан был ознакомиться с текстом соглашения и текстом приказа о прекращении трудового договора.

Таким образом, истцом в ходе рассмотрения дела вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не доказан факт оказания на него давления со стороны работодателя в силу которого он вынужден был подписать соглашение о расторжении трудового договора вопреки его воле, поэтому суд не находит оснований для признания увольнения незаконным и восстановления его на работе.

Поскольку аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника, а доказательств наличия такой договоренности не представлено, поэтому делать вывод о том, что ФИО1 был уволен с работы на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ незаконно, оснований не имеется.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела судом установлен факт достижения договоренности между работником и работодателем о прекращении трудового договора, оформленного в письменной форме, на основе свободного волеизъявления сторон трудового договора и отсутствии соглашения об аннулировании соглашения о прекращении трудового договора.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок в случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ денежная компенсация морального вреда работнику возмещается, если вред причинен неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Таких оснований, как указано выше, при рассмотрении дела не установлено, в связи с чем требования ФИО1 о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российский железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Каменский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.Ю. Балакирева

Мотивированное решение изготовлено 14 января 2019 года.