Апелляционное постановление № 22-4552/2024 от 27 августа 2024 г. по делу № 1-421/2024

судья Бабурина О.И.

дело № 22-4552/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 27 августа 2024 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Кодочигова С.Л.,

при секретаре судебного заседания Акентьеве А.О.,

с участием прокурора Подыниглазовой О.В.,

осужденного ФИО1,

адвоката Хитрина Д.Л.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Хитрина Д.Л. на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 4 июля 2024 года, по которому

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 300 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 8 месяцев;

конфискован автомобиль /марка/, государственный регистрационный знак **, идентификационный номер **, а в его отсутствие – денежные средства в размере 100000 рублей;

решен вопрос о мере пресечения и судьбе вещественного доказательства.

Изложив краткое содержание обжалуемого приговора и существо апелляционной жалобы, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Хитрина Д.Л., поддержавших доводы жалоб, а также мнение прокурора Подыниглазовой О.В. об оставлении приговора без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден как лицо, подвергнутое административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено 18 февраля 2024 года в г. Перми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Хитрин Д.Л. просит судебное решение отменить. Ссылаясь по показания ФИО1, отрицавшего факт употребления алкоголя и запрещенных веществ, указывает на отсутствие у того умысла на совершение преступления. Ставит под сомнение показания свидетеля У. в той части, где он поясняет о наличии у осужденного признаков опьянения в виде изменения окраски кожных покровов лица. Оспаривает допустимость в качестве доказательства акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 18 февраля 2024 года. С учетом изложенного, ставит вопрос об оправдании ФИО1 Обращает внимание на оставление без оценки доводов осужденного о том, что конфискованный автомобиль фактически принадлежал его отцу ФИО2, поскольку был куплен на его денежные средства и первоначально поставлен на учет на имя осужденного только из-за нахождения ФИО2 в другом регионе на работе вахтовым методом. Настаивает на том, что указанный автомобиль на момент произошедшего принадлежал ФИО2, в связи с чем обращению в собственность государства не подлежал. При этом ссылается на ст. 131 ГПК РФ, ст. 218 ГК РФ, ст. 223 ГК РФ, согласно которым право собственности у приобретателя автомобиля по договору возникает с момента его передачи, а не регистрации в ГИБДД.

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционной жалобы и выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, основан на тщательно исследованных в судебном заседании доказательствах, которые оценены по правилам ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Содержание и подробный анализ этих доказательств судом приведены в приговоре и им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ с указанием причин, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Сам ФИО1 вину в совершении преступления не признал и категорически отрицал, что употреблял наркотические средства до либо во время управления транспортным средством 18 февраля 2024 года.

Согласно показаниям свидетеля У. 18 февраля 2024 года он с С. заступил на службу. Около 23 часов, при патрулировании ими был остановлен автомобиль марки /марка/ под управлением ФИО1, у которого выявлены признаки опьянения в виде резкого изменения окраски кожных покровов лица. В связи с чем ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что тот согласился. Результат освидетельствования составил 0,00 мг/л. Тогда ФИО1 с его согласия доставили в краевой наркологический диспансер, где был произведен забор мочи на анализ. Согласно акту медицинского исследования у осужденного обнаружен мефедрон и установлено состояние опьянения.

Как видно из видеозаписи, признанной вещественным доказательством, нарушений сотрудниками дорожно-патрульной службы положений закона при оформлении документов не допущено.

Из показаний свидетеля Ш., данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, следует, что 19 февраля 2024 года в 00:27 в кабинет освидетельствования на состояние опьянения краевого наркологического диспансера сотрудниками дорожно-патрульной службы был доставлен ФИО1, который дал согласие на прохождение медицинского освидетельствования. Сначала освидетельствование было проведено с помощью алкотестера. Его результат составил 0,00 мг/л в выдыхаемом воздухе. Затем она его осмотрела и опросила, произвела забор мочи на наличие наркотических средств, предварительно ее протестировала экспресс-тестом, промаркировала контейнер с мочой, взяла контрольную пробу во флакон, закрыла его крышкой, опломбировала металлической крышкой, нанесла маркировку с подписью освидетельствуемого и 19 февраля 2024 года направила в лабораторию для подтверждающего исследования.

Факт нахождения ФИО1 в состоянии опьянения подтверждается не только показаниями свидетелей У. и Ш., документами, оформленными по результатам нарушения осужденным Правил дорожного движения, но и актом медицинского освидетельствования ФИО1, которым установлено его нахождение в состоянии наркотического опьянения.

Оснований ставить под сомнение показания свидетеля У. в той части, где он поясняет о наличии у осужденного признаков опьянения в виде изменения окраски кожных покровов лица, не имеется.

Поскольку ФИО1 был осмотрен медиком более чем через час после остановки автомобиля сотрудниками полиции, фиксация в акте медицинского освидетельствования физиологической окраски кожных покровов осужденного таким основанием не является.

Кроме того, о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения свидетельствуют и другие признаки, указанные в акте медицинского освидетельствования, а именно тремор век и рук, вялая реакция на свет, неуверенная походка.

Данных о случайном употреблении осужденным наркотических средств или о подмене его биологических материалов не усматривается.

Не находит суд апелляционной инстанции причин сомневаться и в результатах исследования биологических материалов ФИО1

Так как в основу акта медицинского освидетельствования осужденного положены результаты исследования, проведенного в химико-токсикологической лаборатории краевого наркологического диспансера, а не данные экспресс-теста, полученные фельдшером при заборе биоматериалов, доводы адвоката об отсутствии в перечне процедур, установленных Министерством здравоохранения Российской Федерации, проведение экспресс-теста и об отсутствии у Ш. полномочий на проведение исследований наряду с отсутствием фиксации количества биоматериала, полученного у освидетельствованного и использованного для предварительного исследования, признание недопустимым доказательством акта медицинского освидетельствования № ** не влекут.

Судом с достаточной полнотой восстановлена целостная картина произошедшего и достоверно установлено, что ФИО1, будучи подвергнутым 3 сентября 2021 года административному наказанию по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ за отказ выполнить законные требования уполномоченных должностных лиц о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, которое он отбыл 18 июля 2023 года, 18 февраля 2024 года управлял автомобилем в состоянии опьянения.

При таком положении следует признать, что нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона при оценке имеющих значение для дела обстоятельств и собранных по нему доказательств судом не допущено.

Юридическая квалификация содеянного ФИО1 по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ является правильной.

При назначении осужденному наказания судом в полной мере учтены требования ст.ст. 6, 60 УК РФ и ч. 2 ст. 43 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Отягчающих обстоятельств судом не установлено, а в качестве смягчающих признаны наличие на иждивении супруги и малолетних детей, один из которых является инвалидом, оказание помощи родителям.

С учетом сведений о личности осужденного, обстоятельств совершения преступления, характера и степени его общественной опасности, судом сделан вывод о том, что цели наказания могут быть достигнуты в условиях отбывания основного наказания в виде обязательных работ.

Решение в этой части, а также необходимость назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью и невозможность применения ст. 64 УК РФ судом должным образом мотивированы.

Назначенное ФИО1 наказание по своему виду и размеру отвечает целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Оснований для его смягчения не имеется.

Доводы жалобы о неправомерной конфискации автомобиля являются несостоятельными.

Решение о конфискации автомобиля марки /марка/, государственный регистрационный знак **, принято судом в строгом соответствии с требованиями п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Оно надлежащим образом мотивировано.

По смыслу данной нормы закона для ее применения необходимо установить наличие двух условий – принадлежность транспортного средства обвиняемому и использование указанного транспортного средства при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

При этом, исходя из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 13.1 Постановления Пленума от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», для целей главы 15.1 УК РФ принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов.

В данном случае факт использования ФИО1 вышеуказанного автомобиля в ходе совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, а также его принадлежность осужденному судом установлены.

Ссылка в жалобе на приобретение указанного автомобиля изначально для личного пользования отцом ФИО1 – Л1. и на его денежные средства не опровергает правильность выводов суда о конфискации транспортного средства и таковой не препятствует.

Копия договора купли-продажи от 17 февраля 2024 года о продаже ФИО1 автомобиля Л1., которая имеется в материалах дела, выводы суда первой инстанции под сомнение не ставит, поскольку в силу п. 2 ст. 218, п. 1 ст. 223, п. 2 ст. 130, п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя движимой вещи – момент передачи транспортного средства.

Из материалов уголовного дела не усматривается, что автомобиль после заключения договора купли-продажи действительно был передан Л1., а транспортное средство выбыло из владения осужденного. Согласно карточке учета транспортных средств на момент совершения преступления собственником автомобиля являлся ФИО1, а не Л1. Из информации по административной практике, представленной органами ГАИ следует, что именно на ФИО1 налагались взыскания за различные правонарушения ПДД. Это обстоятельство свидетельствует о нахождение автомобиля в постоянном пользовании осужденного.

В то же время Л1. как собственник автомобиля, обязанностей, предусмотренных договором купли-продажи по регистрации транспортного средства, выполнил только 28 февраля 2024 года. Достоверных сведений о наличии у Л1. препятствий для регистрации транспортного средства на свое имя до 28 февраля 2024 года не представлено.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что договор купли-продажи автомобиля заключен между ФИО1 и Л1. с целью сокрытия автомобиля от возможной конфискации и совершен без передачи транспортного средства новому владельцу. Это указывает на то, что, по своей сути, сделка имеет признаки мнимой, в связи с чем оснований для отмены приговора в этой части не имеется.

Решения о мере пресечения и судьбе вещественного доказательства соответствуют требованиям закона.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Свердловского районного суда г. Перми от 4 июля 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Хитрина Д.Л. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ. В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10–401.12 УПК РФ. В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий /Подпись/