Апелляционное определение № 22-1071/2025 от 3 декабря 2025 г.

УИД: 32RS0033-01-2024-002151-52

Председательствующий – Ляшенко Д.А. (дело №1-8/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№22-1071/2025
4 декабря 2025 года
г. Брянск
Судебная коллегия по уголовным делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего Мазовой О.В.,

судей Зеничева В.В., Орловского С.Р.,

при секретарях: Климовой С.И., Мармызовой О.П., Фирабиной К.С.,

с участием:

прокуроров отдела прокуратуры <адрес>: ФИО1, ФИО2, ФИО3, начальника отдела прокуратуры <адрес> ФИО4,

осужденного, гражданского ответчика - ФИО5 и его защитника-адвоката Внуковского И.П.,

защитника наряду с адвокатом Сушкова А.В.,

защитника умершего подсудимого ФИО6– адвоката Ведерникова М.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам осужденного ФИО5, его защитников – адвоката Внуковского И.П., Сушкова А.В. на приговор Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ которым

ФИО5, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес><данные изъяты>, <данные изъяты> зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден:

- по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) – к 15 годам лишения свободы;

- по ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) – к 2 годам ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, указанных в приговоре;

- по ч.3 ст.30, п.п. «а, и» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) – к 9 годам лишения свободы.

Освобожден от назначенного по ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) наказания в виде ограничения свободы на срок 2 года на основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст.302 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ и ч. 3 ст.30, п.п. «а, и» ч.2 ст.105 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО5 наказание в виде лишения свободы на срок 17 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО5 исчислен со дня вступления приговора в законную силу, зачтено время содержания его под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения по уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Принято решения о мере пресечения и разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Гражданский иск потерпевшей ФИО12 удовлетворен частично.

Взыскано с осужденного ФИО5 в пользу ФИО12 2 000 000 (два миллиона) рублей в счет компенсации морального вреда.

а также, по апелляционной жалобе защитника – адвоката Ведерникова М.Н. в интересах обвиняемого ФИО6 и законного представителя умершего обвиняемого - ФИО59 на постановление Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ которым уголовное дело в отношении

ФИО6, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, умершего ДД.ММ.ГГГГ, до смерти – <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживавшего по адресу: <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.33, п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ),

прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи со смертью подсудимого.

Заслушав доклад судьи Зеничева В.В., выступления осужденного и его защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, защитника умершего подсудимого ФИО6 – адвоката Ведерникова М.Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего приговор и постановление оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором суда ФИО5 признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку, совершенном группой лиц по предварительному сговору; в незаконном ношении огнестрельного оружия и боеприпасов; в покушении на убийство, то есть в умышленном причинение смерти двум лицам, из хулиганских побуждений.

Преступления совершены в <адрес> и <адрес>, в период и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, согласно которым в период с 31 июля по ДД.ММ.ГГГГ у иного лица (уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью), ввиду опасений за возможную месть со стороны ФИО25 за привлечение его к уголовной ответственности, а также ввиду личной неприязни к ФИО25, возникшей на почве конфликта ДД.ММ.ГГГГ с их участием, возник умысел на его убийство.

В этот же период времени, с целью реализации этого умысла ФИО6 привлек к участию в совершении убийства ФИО25 своего знакомого ФИО5, между ними был достигнут преступный сговор и распределены роли, согласно которым ФИО5 должен был осуществлять скрытое наблюдение за ФИО25, выбрать способ и место совершения убийства, приискать орудие преступления и непосредственно реализовать лишение его жизни.

Реализуя преступный сговор с ФИО6, ФИО5 не позднее ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, без соответствующего разрешения, носил при себе исправное, пригодное для стрельбы нестандартное полуавтоматическое огнестрельное оружие с установленным на нем нестандартным прибором бесшумной стрельбы, снабженное тремя патронами к пистолету ФИО7 калибра 9 мм., с применением которого ДД.ММ.ГГГГ, не позднее 20 часов, в <адрес> у <адрес>, произвел три прицельных выстрела в голову ФИО25, причинив смертельные ранения, то есть совершив умышленное причинение смерти другому человеку, в составе группы лиц по предварительному сговору.

Кроме того, ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, находясь в <адрес> возле <адрес> по <адрес>, используя незначительный повод (обливание водой), из хулиганских побуждений, с целью умышленного убийства, произвел два выстрела из револьвера <данные изъяты> в область жизненно важных органов ФИО13, однако не довел преступный умысел до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку потерпевший смог убежать и ему была оказана медицинская помощь.

Согласно постановлению этого же суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 организовал убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, в составе группы лиц по предварительному сговору, а именно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО6, решив совершить убийство ФИО25, на почве личной неприязни и опасений мести за привлечение последнего к уголовной ответственности, привлек к совершению этого преступления ФИО5, тем самым они вступили в преступный сговор, после чего разработали план совершения преступления и распределили между собой преступные роли, в соответствии с которыми ФИО6 выступал в качестве инициатора и организатора убийства, а ФИО5 должен был непосредственно совершить убийство, подготовившись к нему, в том числе, приискав орудие преступления. Реализуя совместный с ФИО6 преступный умысел, ФИО5 с применением огнестрельного оружия совершил убийство ФИО25

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО5 считает приговор необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, указывает на следующие нарушения, которые повлияли на исход дела.

По эпизоду убийства ФИО25 (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ) считает, что судом проигнорировано его алиби, так как на момент совершения преступления он находился в <адрес> на рабочем месте, а затем у сожительницы, что подтверждается показаниями свидетелей, журналами учета рабочего времени, видеозаписями из казино и постановлением об освобождении от ДД.ММ.ГГГГ. Следствие и суд не опровергли данное алиби и отказались истребовать доказательства, его подтверждающие. Оспаривает выводы следствия как надуманные, основанные на теоретических знаниях криминалистики, а не на фактических данных. В материалах дела отсутствуют прямые доказательства причастности (вещественные доказательства, однозначные показания свидетелей). Обращает внимание на то, что свидетели (ФИО35, ФИО23) описывают мужчину ростом 165-175 см спортивного телосложения, в то время как его рост составляет 185-190 см, а телосложение худощавое и не соглашается с попыткой следствия подвести его под это описание. Указывает на неполноту расследования: не проведены экспертизы для установления роста стрелявшего, способа производства выстрела; не проверены гильзы и пули по баллистическим учетам на предмет их использования в других преступлениях. Отмечает существенное различие в формулировках предъявленного ему и соучастнику ФИО6 обвинения в одном и том же деянии, что лишило его возможности полноценно защищаться.

По эпизоду покушения на убийство ФИО13 (ч. 3 ст. 30, п. «а», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ) указывает, что показания потерпевшего опровергают обвинение, сам потерпевший ФИО13 неоднократно заявлял, что впервые увидел его только на очной ставке и не может опознать в нем нападавшего, что является доказательством его непричастности.

Оспаривает показания свидетеля ФИО18, как ложные и противоречивые, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего ФИО13, его матери, супруги, а также сотрудников дознания, которые утверждают, что дело было возбуждено «в отношении неустановленного лица» и фамилия Постельник в материалах того времени не фигурировала. Отмечает полное отсутствие в деле каких-либо вещественных доказательств, связывающих его с этим эпизодом (оружие, следы, отпечатки пальцев).

Осужденный указывает на невозможность того, что одно и то же лицо могло хладнокровно и метко убить человека из боевого оружия и практически в то же время неумело стрелять из травматического пистолета с огромным разбросом после бытовой ссоры. Полагает, что в действиях стрелявшего в ФИО13 отсутствовал умысел на убийство, а было правомерное применение оружия самообороны в ответ на преследование со стороны потерпевшего. Судом не дана оценка соответствию примененного оружия и его поражающей способности нормам закона «Об оружии». Суд возложил на него бремя доказывания своей невиновности, проигнорировал алиби и все сомнения истолковал не в его пользу, нарушив принцип презумпции невиновности. Указывает, что суд занял обвинительную позицию, систематически отклоняя ходатайства защиты об истребовании и исследовании доказательств (материалов дела по покушению на ФИО47, вызове свидетелей), чем лишил осужденного права на защиту.

Дополняет о несоответствии протокола судебного заседания действительности, так как обнаружил многочисленные несоответствия между аудиозаписью судебного заседания и письменным протоколом, выразившиеся в отсутствии вопросов и искажении ответов свидетелей, что ставит под сомнение достоверность всего судебного следствия.

Мотивируя изложенным просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор с признанием права на реабилитацию за отсутствием в его действиях состава преступления и непричастностью к совершению инкриминируемых деяний.

В апелляционной жалобе защитник Внуковский И.П. в интересах осужденного ФИО5 не соглашается с обвинительным приговором в отношении ФИО5, считает виновность ФИО5 недоказанной, а приговор незаконным и необоснованным, основанным исключительно на предположениях, и вынесенным с грубым нарушением материального и процессуального права. Указывает на основания аналогично изложенным в жалобе осужденного о нарушение принципа презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ), отмечая что, что суд фактически возложил на подзащитного бремя доказывания своей невиновности, не истолковал все сомнения в его пользу и принял в качестве основы обвинения голословные и противоречивые утверждения стороны обвинения, не опровергнув доводы защиты, о нарушении принципа состязательности, оспаривая действия суда, который занял обвинительную позицию, систематически отклоняя ходатайства защиты об истребовании и исследовании ключевых доказательств (материалов дела по покушению на ФИО47, вызове свидетелей), чем был лишен возможности полноценно защищать интересы ФИО5, о несоответствие приговора требованиям законности, обоснованности и справедливости (ст. 297 УПК РФ).

В обоснование доводов по эпизоду покушения на убийство ФИО13 (ч. 3 ст. 30, п. «а», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ) защита указывает, что сам потерпевший ФИО13 не опознал в ФИО5 нападавшего и утверждал, что впервые увидел его лишь на очной ставке. Данное ключевое доказательство опровергает версию обвинения. Показания свидетеля ФИО18 недостоверны и опровергаются другими доказательствами. Защита оспаривает показания ФИО18, как лживые и неподтвержденные. Они опровергаются согласованными показаниями самого потерпевшего, его матери, супруги, а также сотрудников дознания, которые подтвердили, что уголовное дело в 2002 году возбуждалось в отношении неустановленного лица, а фамилия Постельник в тех материалах не фигурировала. Адвокат отмечает, что в деле отсутствуют какие-либо вещественные доказательства, связывающие ФИО5 с данным эпизодом (оружие, гильзы, следы). Указывает на коренное противоречие в квалификации: обвинение утверждает, что преступление совершено из хулиганских побуждений в общественном месте, но одновременно — что подзащитный заманил потерпевшего в "безлюдное место". Суд не дал оценки этому несоответствию.

По эпизоду убийства ФИО25 (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ) адвокат акцентирует внимание суда на том, что алиби ФИО5, подтвержденное видеозаписями, журналами рабочего времени, показаниями сожительницы и официальным постановлением о его освобождении в 2002 году, следствием и судом проигнорировано и не было опровергнуто. Отмечает, что в нарушение ст. 73 УПК РФ обвинение не установило и не доказало ни одного из ключевых элементов организации преступления: мотив, план, место и способ убийства, орудие преступления, характер сговора и распределения ролей. Обвинение построено на общих рассуждениях о "заказных убийствах по аналогии", а не на конкретных доказательствах. Данные свидетелей о внешности преступника не соответствуют облику подзащитного. Суд проигнорировал это фундаментальное противоречие. Оспаривает выводы следствия, указав на невыполнение элементарных проверочных действий: не проведены необходимые баллистические и трасологические экспертизы, не проверены гильзы по криминалистическим учетам. Указывает на нарушение принципа единства обвинения для соучастников. Защита заявляет, что ФИО5 и его соучастнику ФИО6 были предъявлены различные по формулировкам обвинения в одном и том же деянии, что лишило их возможности построить надлежащую линию защиты и является безусловным основанием для возвращения дела прокурору по ст. 237 УПК РФ.

Мотивируя изложенным, просит приговор Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменить и вынести в отношении ФИО5 оправдательный приговор с признанием за ним права на реабилитацию.

В апелляционной жалобе защитник наряду с адвокатом Сушков А.В. в интересах осужденного ФИО5 не соглашается с обвинительным приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, вынесенным с грубыми нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Указывает что приговор основан на предположениях, голословных показаниях заинтересованного лица, суд проигнорировал доказательства, оправдывающие подсудимого, нарушены фундаментальные принципы уголовного процесса: состязательности, презумпции невиновности и права на защиту. Оспаривает действия председательствующего судьи, который, нарушая ст. 15 и 16 УПК РФ, с первых дней судебного разбирательства встал на сторону обвинения. Это выразилось в систематическом и необоснованном отклонении всех ключевых ходатайств стороны защиты (от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) об оглашении протоколов следственных действий и документов, имеющих доказательственное значение, вызове и допросе более 20 свидетелей, включая очевидцев и сослуживцев потерпевшего ФИО25, истребовании вещественных доказательств, подтверждающих алиби подзащитного (почтовых ведомостей ЧОП «<данные изъяты>»). Указывает на нарушение ч. 1 ст. 88 УПК РФ, поскольку судья, отклоняя ходатайства, до удаления в совещательную комнату дал окончательную оценку неисследованным доказательствам, объявив их «неотносимыми» и «недопустимыми», что является исключительной прерогативой итогового судебного решения. Указывает о нарушении права на свидетельский иммунитет, отмечая о факте нарушения ст. 51 Конституции РФ при допросе супруги подсудимого, которой не было разъяснено право не свидетельствовать против своего супруга, и она была допрошена под угрозой уголовной ответственности по ст. 308 УК РФ. Суд необоснованно приобщил эти показания к материалам дела. Защитник обращает внимание, что совокупность указанных нарушений, выразившаяся в полном блокировании линии защиты, дала основания сомневаться в беспристрастности судьи и указывает на его личную заинтересованность в исходе дела. Необоснованный отказ в удовлетворении заявленного отвода судье является самостоятельным существенным нарушением, порочащим законность всего судебного разбирательства.

Считает, что обвинение основано на недостоверных и противоречивых показаниях основного свидетеля обвинения ФИО16, показания которого лживы и непоследовательны. Защитник акцентирует внимание на том, что обвинение построено исключительно на показаниях лидера банды ФИО16, которые неоднократно кардинально менялись: в 2001 году он не указывал на причастность ФИО5 и ФИО6, в 2017 году, находясь в колонии, он впервые заявил о признании ФИО6 в организации убийства ФИО25, в 2023 году, в рамках досудебного соглашения о сотрудничестве со следователем по настоящему делу (ФИО17), он вновь изменил показания. Отмечает, что ФИО16 был мотивирован на дачу нужных следствию показаний в обмен на смягчение приговора по другому делу, где ему грозило пожизненное лишение свободы. Его показания опровергаются постоянными и неизменными показаниями свидетеля ФИО28, а также логикой дела: у банды ФИО16 был прямой мотив убить как ФИО47 (из-за долга за автомобиль), так и ФИО25 (как «гаранта» сделки и сотрудника милиции, стремившегося ликвидировать банду).

Оспаривает выводы суда по эпизоду покушения на убийство ФИО13, указывая на следующее. Потерпевший ФИО13 не опознал в ФИО5 нападавшего, на него, ни на очной ставке, ни в суде; показания сотрудника ФИО18 опровергаются показаниями самого потерпевшего, его родственников и сотрудников дознания, которые подтвердили, что дело прекращалось за неустановлением лица, а фамилия Постельник в тех материалах не фигурировала; первоначальное дело было возбуждено по статье о причинении легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ) и впоследствии уничтожено. Мотивируя изложенным, просит приговор суда отменить и вынести в отношении ФИО5 оправдательный приговор с признанием за ним права на реабилитацию.

В апелляционной жалобе защитник Ведерников М.Н. в интересах обвиняемого ФИО6 и законного представителя умершего обвиняемого - ФИО59, не соглашается с постановлением суда в части признания ФИО6 виновным по ч. 3 ст. 33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального закона.

Указывает об отсутствии доказательств преступного сговора и распределения ролей между ФИО6 и ФИО5 По его мнению материалы дела не содержат никаких объективных данных (документов, аудио- или видеозаписей, вещественных доказательств), подтверждающих факт разработки плана между ФИО6 и ФИО5, распределения между ними ролей или каких-либо действий, направленных на организацию убийства. Акцентирует внимание на том, что многочисленные свидетели, включая тех, кто испытывал к ФИО6 неприязнь (ФИО20, ФИО21), единогласно показывают, что ФИО6 был «мирным» коммерсантом, избегал конфликтов и решал вопросы в правовом поле; не высказывал угроз в адрес ФИО25 и не обсуждал его убийство; реальную угрозу для ФИО25 представлял лидер банды ФИО16, который и убеждал ФИО6 в необходимости «решения вопроса»; ФИО6 характеризовался как «слабый», «ведомый» человек, неспособный на организацию убийства, в то время как ФИО16 был реальным «криминальным авторитетом».

Указывает, что алиби ФИО6 не было опровергнуто, в день убийства, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 находился в <адрес>, что подтверждается показаниями его супруги, ФИО59, и свидетеля ФИО22 Суд проигнорировал эти показания и не привел мотивов для их опровержения.

Обращает внимание на противоречивость и недостоверность показаний основного свидетеля обвинения ФИО16, которые неоднократно менялись на протяжении следствия (в 2001, 2017 и 2023 гг.) и опровергаются показаниями всех других свидетелей, включая ФИО28 и ФИО47, которых сам ФИО16 пытался втянуть в свою версию. Показания давались в рамках досудебного соглашения о сотрудничестве по другому делу, что свидетельствует о его личной заинтересованности и стремлении получить смягчение наказания. Являются внутренне противоречивыми.

Указывает о нарушении права на защиту и принципа состязательности. Защита оспаривает действия суда, который систематически отклонял ходатайства защиты, направленные на установление истины: об оглашении протокола допроса ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, где тот давал совершенно иные показания; об истребовании материалов уголовного дела о покушении на ФИО47, где содержатся доказательства алиби ФИО5 (журналы ЧОП «<данные изъяты>», видеозаписи из казино), на основании которых последний был освобожден в 2002 году; о вызове и допросе свидетеля ФИО23, который опознал у места убийства не Постельника, а члена банды Саранских — ФИО24 (ФИО112 ФИО16).

Обращает внимание на игнорирование доказательств, указывающих на иную версию. Суд проигнорировал показания, указывающие на причастность к убийству банды ФИО16 («Саранских»), которая имела к ФИО25 прямой мотив (его оперативная деятельность против них) и реальную возможность совершить преступление.

Указывает, что выводы суда о виновности ФИО6 основаны на голословных утверждениях, неподтвержденных всей совокупностью доказательств. Суд не дал оценки тому, что у ФИО6 отсутствовал мотив для заказа убийства, так как уголовное дело против него и ФИО25 уже было прекращено. Реальная угроза исходила от ФИО16, который опасался, что ФИО25 привлечет его банду к ответственности. Показания потерпевшей ФИО12 об угрозах со стороны ФИО6 являются непроверенными, полученными от третьих лиц спустя годы после событий.

Мотивируя изложенным, защита считает виновность ФИО6 в организации убийства недоказанной. Обвинительный вывод суда противоречит установленным по делу фактам и основан на одних лишь предположениях, противоречивых и недостоверных показаниях заинтересованного лица, данных в обмен на смягчение наказания. Просит постановление суда в части признания ФИО6 виновным и прекращения дела в связи с его смертью — отменить и вынести в его отношении оправдательный приговор, признав за ним право на реабилитацию.

В возражениях на апелляционные жалобы с дополнениями государственный обвинитель ФИО26 считает приговор и постановление суда законными и обоснованными, а назначенное осужденному наказание – справедливым, просит приговор и постановление оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Заслушав выступления участников процесса, проверив доводы апелляционных жалоб и материалы уголовного дела, исследовав доказательства, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Данным требованиям закона приговор в отношении ФИО5 не соответствует.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, влекущими отмену приговора, признаются такие, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения.

Такие обстоятельства имеются по настоящему уголовному делу и судебная коллегия приходит к выводу, что при вынесении приговора судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона при оценке доказательств, повлиявшие на выводы суда о виновности ФИО5, ФИО6

В силу ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Исходя из положений п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 305, п.п. 2 ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (ч. 4 ст. 302 УПК РФ), а неустранимые сомнения в виновности лица, возникающие при оценке доказательств должны толковаться в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 14 УПК РФ).

Эти требования закона по настоящему уголовному делу судом не выполнены.

ФИО5 в ходе предварительного следствия и при рассмотрении дела по существу показал, что ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> не находился, а весь день работал в казино «<данные изъяты>» в <адрес>, после чего около 23 часов прибыл к сожительнице ФИО27, где находился до утра 14 ноября, убийство ФИО25 не совершал и какоголибо огнестрельного оружия в тот период не имел.

В обоснование выводов о виновности ФИО5 и ФИО6 судом в качестве доказательств по преступлению в отношении ФИО25 приведены:

- показания свидетеля ФИО16 о том, что ФИО6, в том числе в присутствии ФИО47, ФИО28 и ФИО29, неоднократно говорил, что если у него не получится «посадить» ФИО25, то ему придется решать вопрос «по-другому», впоследствие ФИО6 лично признался ему в организации убийства ФИО25 и о том, что исполнителем убийства был ФИО5, которого он нанял. ФИО6 объяснил, что действовал, исходя из опасений возможной мести со стороны ФИО25, а также руководствовался личной неприязнью к потерпевшему, возникшей в результате их конфликта. От знакомых он также слышал, что иное лицо создало ФИО5 алиби, согласно которому последний в день убийства ФИО25, якобы находился в <адрес>;

- показания свидетеля ФИО47 о том, что он состоял в приятельских отношениях с ФИО25, знал ФИО16 и ФИО6, предполагал, что убийство ФИО25 могли совершить лица из так называемой «Саранской» группировки, при этом указал, что в 2001 году не присутствовал в кафе при обсуждении ФИО16 и ФИО6 вопросов, связанных с ФИО25, в том числе о том, что ФИО6 возмущался тем, что ФИО25 «никак не посадят»;

- показания свидетеля ФИО28 о том, что ФИО5 работал водителем и охранником ФИО6, находился с ним в доверительных отношениях и перестал появляться в Брянске после убийства ФИО25;

- показания свидетеля ФИО29 о том, при нём в казино «<данные изъяты>» состоялся разговор между ФИО16 и ФИО6, в ходе которого ФИО16 высказывал ФИО6 недовольство в связи с убийством ФИО25, указывая, что в начале конфликта вокруг магазина «<данные изъяты>» именно по просьбе ФИО6 он и ФИО28 оказывали ему помощь, ездили вместе с ним в Советский РОВД <адрес> и общались там с ФИО25 и супругами ФИО74, и теперь сотрудники милиции могут заподозрить их в причастности к убийству ФИО25; при этом ФИО29 также показал, что позже ФИО6 демонстрировал ему фотографию могилы с табличкой «Постеотник М.», утверждая, что ФИО5 умер от онкологического заболевания, и указывал квартиру в <адрес>, где тот якобы проживал, что впоследствии не подтвердилось;

- показания свидетеля ФИО59 о том, что ФИО5 привлекался для охраны её семьи в <адрес>. В день убийства ФИО25 она находилась в <адрес>, тогда как ФИО6 был в <адрес> и о преступлении ей сообщил по телефону вечером ДД.ММ.ГГГГ;

- показания свидетеля ФИО20 о том, что ФИО6 мог публично высказываться об убийстве ФИО25 и был недоволен его освобождением из-под стражи;

- показания свидетеля ФИО30 о том, что со слов ФИО25 ей известно о высказывании ФИО6 в присутствии ФИО47 о том, что ФИО25 "лучше или проще убить";

- показания свидетеля ФИО31 о том, что ФИО25 сообщал ему о двух личных встречах с ФИО6 в сентябре-октябре 2001 года, в ходе которых последний угрожал ему убийством;

- показания свидетеля ФИО32 о том, что ФИО5 был доверенным лицом ФИО6, регулярно выезжал в <адрес> для решения его вопросов, а после убийства ФИО25 прекратил эти поездки;

- показания свидетеля ФИО33 о том, что он и ФИО5 поочередно осуществляли охрану семьи ФИО6 в <адрес>, а после убийства ФИО25 эти командировки прекратились;

- показания свидетеля ФИО34 (соседки ФИО25) о том, что незадолго до убийства посторонние мужчины интересовались местожительством ФИО25;

- показания свидетелей ФИО35 и ФИО36, которые слышали глухие звуки, похожие на выстрелы (хлопки), описавших мужчину, скрывавшегося с места убийства ФИО25 в темной одежде;

- показания потерпевшей ФИО12 (вдовы ФИО25), о том, что ФИО6 открыто угрожал ФИО25 после конфликта в Советском РОВД, заявив, что «закроет» его, а также о том, что незадолго до убийства ФИО25 сообщил ей, что ФИО6 подъезжал к его автомобилю у автовокзала и повторно угрожал убийством, а также, что друзья ФИО25 сообщали ей, что ФИО6 и его окружение обсуждали возможность убийства в связи с его освобождением и возможным оправданием, от этих же лиц ей стало известно, что ФИО5 считается человеком, совершившим убийство её мужа;

- показания свидетеля ФИО27 о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился с ней на праздновании её дня рождения в <адрес>, изменившей показания в суде, заявив об его отсутствии с утра до 23:30;

- показания свидетелей ФИО37 и ФИО21 о том, что ФИО25 сообщил им о разговоре с ФИО47, в ходе которого последний предупредил, что ФИО6 возмущён освобождением ФИО25, а ФИО16 рекомендовал «убрать» ФИО25;

- показания свидетеля ФИО38 (в 2001 году – зам. начальника ОУР <данные изъяты> РОВД) о том, что ФИО25 сообщал ему об угрозах со стороны ФИО6, а также о том, что один из информаторов (впоследствии убитый) показал ему фотографию ФИО5 и назвал его исполнителем убийства;

- показания свидетеля ФИО39 (сослуживец ФИО5 по <данные изъяты> и <данные изъяты> о том, что в 2002 году ФИО5 задержали и увезли в <адрес> по подозрению в причастности к убийству, после чего руководство казино просило сотрудников вспомнить, что ФИО5 был на работе в определённый день;

- показания свидетеля ФИО22 (водитель ФИО75 о том, что он по просьбе ФИО6 снимал квартиру в <адрес> для ФИО5 и других граждан <адрес>, а ДД.ММ.ГГГГ он и ФИО6 находились в <адрес>;

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в районе <адрес> обнаружен и осмотрен труп ФИО25, следы крови, три гильзы от патрона калибра 9мм (т.1 л.д. 12-21);

- заключение судебномедицинской экспертизы № (том 1, л.д. 27-41), согласно которому у ФИО25 имелись одно сквозное и два слепых проникающих огнестрельных пулевых ранения головы, повлёкшие тяжкий вред здоровью и явившиеся непосредственной причиной его смерти в день происшествия;

- протокол дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого были обнаружены и изъяты пули, впоследствии исследованные по заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. В припаркованном во дворе указанного дома автомобиле «№ государственный регистрационный знак №, принадлежавшем ФИО25, обнаружен разрез покрышки переднего левого колеса, которое изъято (т.1 л.д.45-54);

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по исследованию препаратов кожи головы ФИО25 (том 1, л.д. 85–106), из которого следует, что обнаруженное входное огнестрельное повреждение образовано пулей, соответствующей по форме и размерам пулям патронов к пистолету ФИО7 калибра 9 мм, выстрел произведён с дистанции 30–100 см в зависимости от типа оружия (штатное/самодельное) с учётом отложений копоти;

- протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в морге <адрес> бюро СМЭ из головы трупа ФИО25 были изъяты две пули (том 1, л.д. 44);

- протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым повторно осмотрены три пули и три гильзы 9мм патронов к пистолету ФИО7, изъятые в ходе осмотров 13–ДД.ММ.ГГГГ и выемки ДД.ММ.ГГГГ (том 6, л.д. 50–52);

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого усматривается, что три пули и три гильзы, изъятые при осмотрах места происшествия 13 и ДД.ММ.ГГГГ и при выемке ДД.ММ.ГГГГ, являются частями 9мм патронов к пистолету ФИО7, выстрелены из одного нестандартного полуавтоматического огнестрельного оружия с самодельным стволом калибра 9 мм и установленным на нём прибором бесшумной стрельбы (том 1, л.д. 58–59);

- протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен фрагмент автомобильной покрышки от изъятого при осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ левого колеса автомобиля ФИО25 (том 9, л.д. 77–87);

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ о характере повреждения шины переднего левого колеса автомобиля №, принадлежавшего ФИО25, установленного как колоторезаное, причинённое колющережущим орудием типа ножа (том 1, л.д. 70–73);

- протокол осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, содержащий детализацию телефонных переговоров по абонентским номерам <***> (ФИО16) и 720567 (ФИО20), из которой следует, что 01, 13 и ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 четырежды созванивался с ФИО6, а ФИО20 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ многократно и регулярно созванивался с ФИО25 (том 9, л.д. 92–108);

- приговор Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО25 посмертно оправдан по предъявленному в связи с конфликтом с ФИО6 обвинению, по уголовному делу, где потерпевшим проходил ФИО6, а свидетелем обвинения - ФИО5 (том 1, л.д. 186–197);

- протокол проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО29, где он указал <адрес> как место, где, по словам ФИО6, проживал ФИО5 после убийства ФИО25 (том 7, л.д. 139–145).

Кроме того, суд первой инстанции сослался и на иные материалы расследования по факту убийства ФИО25 (постановления о возбуждении и приостановлении уголовного дела, отдельные протоколы следственных действий и иные документы), которые были учтены при общей оценке обстоятельств дела, но не получили в приговоре самостоятельного значения, как доказательства события и способа убийства.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что представленные стороной обвинения доказательства недостаточны для установления виновности ФИО5 и ФИО6 в инкриминируемых им деяниях, совершенных в отношении ФИО25

Судебной коллегией установлено, что в феврале 2001 года между ФИО37 и ФИО59 на почве совместной коммерческой деятельности возник конфликт, связанный с самовольным вывозом ФИО37 товарно-материальных ценностей из магазина «<данные изъяты>», что привело к обращению ФИО59 в Советский РОВД <адрес> с заявлением о преступлении, где ДД.ММ.ГГГГ при участии прибывшего по просьбе ФИО20 ФИО25 и находившегося в это время в Советском РОВД <адрес> ФИО6 произошел конфликт между последними с угрозами расправы со стороны ФИО6 в адрес ФИО25

В последующий период было возбуждено несколько уголовных дел, и ДД.ММ.ГГГГ ФИО25 было предъявлено обвинение по п. «а» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 33, п. п. «г, д» ч. 2 ст. 112, ч. 3 ст. 33, п. п. «а, в, г» ч. 2 ст. 126, ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 213 УК РФ с избранием меры пресечения в виде заключения под стражу. ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения была изменена на подписку о невыезде.

ДД.ММ.ГГГГ, в период с № часов, ФИО25 был убит во время вечерней прогулки с собакой, возле своего дома по адресу: <адрес>, тремя прицельными выстрелами в голову из нестандартного полуавтоматического огнестрельного оружия с установленным на нем нестандартным прибором бесшумной стрельбы. Огнестрельное оружие с установленным на нем нестандартным прибором бесшумной стрельбы органом предварительного следствия, найдено не было.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 находился в <адрес>, а ФИО5 находился в <адрес>, что в суде апелляционной инстанции не опровергнуто.

Каких-либо объективных данных, подтверждающих факт создания преступной группы между ФИО6 и ФИО5 и разработки ими совместного плана совершения убийства, а также распределения между собой ролей, в материалах уголовного дела не содержится, органом предварительного следствия суду не представлено.

Также в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, указывающие на то, что ФИО5 осуществлял наблюдение за ФИО25 с целью получения информации о его образе жизни, месте жительства и распорядке дня, выборе способа и места совершения убийства, а также приискании орудия для его совершения, о чем указано в обвинительном заключении.

Отсутствуют доказательства, в какие дни ДД.ММ.ГГГГ года и при каких обстоятельствах ФИО5 с целью получения информации об образе жизни ФИО25 осуществлял скрытое наблюдение за ним, и в какое время находился по месту жительства ФИО25, смог определить местоположение квартиры ФИО25 в многоквартирном доме по адресу: <адрес>, изучил маршрут движения ФИО25 по пути следования в квартиру и из неё, о чем также указано в обвинительном заключении.

Также нет доказательств, в какое время ФИО5 определил место, время и способ совершения преступления, определил точку для стрельбы и маршрут отхода после совершения преступления, спланировав его на ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время, когда в этот день он находился на работе в <адрес> до ДД.ММ.ГГГГ, а в <адрес> и по месту жительства ФИО25 в этот день его никто не видел.

Ни органом предварительного следствия, ни судом не установлено даже приблизительное время, место и способ приобретения ФИО5 пригодного для производства стрельбы нестандартного полуавтоматического огнестрельного оружия с установленным на нем нестандартным прибором бесшумной стрельбы, снабженного тремя патронами к пистолету ФИО7 калибра 9 мм., из которого он должен был произвести выстрелы в ФИО25

Вышеуказанный вывод о недостаточности доказательств, подтверждающих виновность ФИО5 и ФИО6, судебная коллегия основывает на следующем.

В материалах уголовного дела № содержатся данные, свидетельствующие о том, что ФИО5 подозревался в покушении на убийство ФИО47, совершенном ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 был задержан в порядке ст. 122 УПК РСФСР. ДД.ММ.ГГГГ в его отношении была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Однако, поскольку не было опровергнуто алиби подозреваемого ФИО5 на основании исследованных, изъятых в ходе выемки из казино «<данные изъяты>» <адрес> постовой ведомости и журнала приема и сдачи дежурств охранниками ЧОП «<данные изъяты>» в помещении казино «<данные изъяты>» о том, что в момент покушения на убийство (ДД.ММ.ГГГГ) он находился в <адрес>, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, примененная в отношении него мера пресечения отменена, последний освобожден из-под стражи (т.9 л.д.184). В дальнейшем по указанному уголовному делу был вынесен обвинительный приговор в отношении ФИО40, обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство ФИО47).

Из исследованного в суде апелляционной инстанции и приобщенного к материалам настоящего уголовного дела постановления от ДД.ММ.ГГГГ (из материалов уголовного дела № в отношении ФИО40) о продлении срока предварительного следствия от ДД.ММ.ГГГГ, принятого в рамках уголовного дела № следует, что в ходе расследования, защитниками ФИО5 были представлены документы о том, что в момент совершения преступления, то есть ДД.ММ.ГГГГ, он также находился на рабочем месте в казино «<данные изъяты>» <адрес>, о чем имеются соответствующие записи в постовой ведомости и книге учета и сдачи дежурства ЧОП «<данные изъяты>», в котором охранником работал ФИО5, а также соответствующая информация на носителях системы видеонаблюдения и фотографической регистрации клиентов в казино «<данные изъяты>» (т. 22 л.д.105-108).

Судебной коллегией истребовано уголовное дело в отношении ФИО78, ФИО79, ФИО80, предварительное следствие по которому приостановлено в связи с розыском обвиняемых (т. 22 л.д.30), в материалах которого имеются сведения о выемке постовой ведомости и журнала приема и сдачи дежурств охранниками ЧОП «<данные изъяты>» в помещении казино «<данные изъяты>» в отношении ФИО5 за ноябрь 2001 года.

Из указанного дела усматривается, что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ произведена выемка постовой ведомости и журнала приема и сдачи дежурств охранниками ЧОП «<данные изъяты>» в помещении казино «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес> (т. 22 л.д. 109).

После чего, во исполнение поручения старшего следователя прокуратуры <адрес> ФИО41 о проведении выемки постовой ведомости и журнала, начальник отдела УФСБ по <адрес> сопроводительным письмом № от ДД.ММ.ГГГГ направил в адрес прокуратуры <адрес> постановление о производстве выемки от ДД.ММ.ГГГГ, протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> по адресу <адрес> произведена выемка постовой ведомости ЧОП «<данные изъяты>» - 80 листов, книга приема и сдачи дежурств ООО ЧОП «<данные изъяты>» - 60 листов, которые признаны вещественными доказательствами по данному уголовному делу, однако в настоящее время установить их местонахождения судебной коллегией не представилось возможным ввиду их отсутствия (т. 22 л.д., 110-112).

В то же время судебной коллегией установлено, что в 2002 году в рамках предварительного следствия по указанным документам проведен ряд экспертиз, которые были исследованы в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Так, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному № при проверки причастности ФИО5 (по факту покушения на убийство ФИО47 ДД.ММ.ГГГГ), назначена криминалистическая экспертиза документов. Исследованию подлежали рукописные записи в книге за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в постовой ведомости за период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ с целью определения, подвергались ли они каким-либо изменениям, и если подвергались, то каково их первоначальное содержание. В распоряжение экспертов предоставлены постовая ведомость ООО ЧОП «<данные изъяты>» на объекте ООО КРЦ «<данные изъяты>», книга приема и сдачи ООО ЧОП «<данные изъяты>» на объекте ООО КРЦ «<данные изъяты>» (т. 22 л.д.115).

Из выводов заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в 8-й графе 18-й, 19-й сверху строк оборотной стороны листа 10 постовой ведомости в месте расположения читаемых записей "5.11", датированных ДД.ММ.ГГГГ, первоначально выполненные красящим веществом синего цвета цифры "4" были замазаны пастой типа штрих с последующим выполнением на их местах красящим "веществом черного цвета читаемых цифр "5"; первоначальным содержанием указанных записей были записи "5.11"; в 20-й, 21-й и 22-й сверху строках в месте расположения читаемых записей "5.11", датированных ДД.ММ.ГГГГ, читаемые цифры "5" черного цвета были выполнены поверх первоначально выполненных красящим веществом синего цвета цифр ’4"; первоначальным содержанием указанных записей были записи "5.11".

Остальные записи в книге за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в постовой ведомости за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ изменениям путем подчистки, выполнения одних штрихов поверх других, дописки, смыванию, травлению не подвергались, являются первоначальными.

Листы Книги приема и сдачи дежурства ООО ЧОП «<данные изъяты>» на объекте ООО КРЦ «<данные изъяты>» не заменялись.

Листы Постовой ведомости ООО ЧОП «<данные изъяты>» на объекте ООО КРЦ «<данные изъяты>» не заменялись (Т. 22 л.д. 116-124).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному №, при проверки причастности ФИО5 (по факту покушения на убийство ФИО47 ДД.ММ.ГГГГ), назначена криминалистическая экспертиза документов. Исследованию подлежали соответствию давности описания в представленных документах - рукописные записи в книге и в постовой ведомости, давности, указанных в документах дат за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с учетом того, что представленные документы могли быть написаны в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из выводов заключения эксперта №Т от ДД.ММ.ГГГГ следует, что записи, выполненные красящим веществом (веществами) фиолетового цветов в книге приема и сдачи дежурства ООО ЧОП "<данные изъяты>" на объекте ООО КРЦ "<данные изъяты>": "Дежурство сдал", датированной ДД.ММ.ГГГГ 11 00; "В 1610 — пришли 2 женщины", датированной ДД.ММ.ГГГГ 1100; "Дежурство сдал", датированной ДД.ММ.ГГГГ 2300; "Без происшествий", датированной ДД.ММ.ГГГГ 2300; "Дежурство принял", датированной ДД.ММ.ГГГГ 2300; "Дежурство принял", датированной ДД.ММ.ГГГГ 2300; "Дежурство принял", датированной ДД.ММ.ГГГГ 2300, - выполнены не ранее ДД.ММ.ГГГГ года. Сузить указанный промежуток времени не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Определить давность нанесения штрихов, выполненных материалами письма на гелевой основе черного цвета: в книге приема и сдачи дежурства ООО ЧОП "<данные изъяты>" на объекте ООО КРЦ "<данные изъяты>", датированных ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ; в постовой ведомости ООО ЧОП "<данные изъяты>" на объекте ООО КРЦ "<данные изъяты>", датированных 6-7.11; 7.11; 8.11; 9-10.11; 10-11.11; 13.11; 14.11, - не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения (в связи с тем, что научно-разработанной методики определения возраста таких штрихов не имеется).

Определить давность выполнения всех остальных записей в книге приема и сдачи дежурства ООО ЧОП "<данные изъяты>" на объекте ООО КРЦ "<данные изъяты>", выполненных красящими веществами синего и фиолетового цветов и всех записей в постовой ведомости ООО ЧОП "<данные изъяты>" на объекте ООО КРЦ "<данные изъяты>", выполненных красящими веществами синего и фиолетового цветов, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения (так как эти объекты являются непригодными для исследования).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу №, при проверки причастности ФИО5 (по факту покушения на убийство ФИО47 ДД.ММ.ГГГГ), назначена криминалистическая (почерковедческая) экспертиза документов.

Исследованию подлежали установлению рукописные записи, выполненные ФИО5 в книге и в постовой ведомости за ДД.ММ.ГГГГ года.

Из выводов заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что записи "Склад-принял 18:02 ФИО83" за ДД.ММ.ГГГГ. (выполненные красящим веществом черного цвета); записи за ДД.ММ.ГГГГ. (выполненные красящим веществом черного цвета), записи 7.11. 01) 11:00 Дежурство сдал за 7.11.01г.; записи "7.11.01г. 11:00 Дежурство принял. Постельник" за 7.11.01г.; записи "23:00 Дежурство сдал", за ДД.ММ.ГГГГ (выполненные красящим веществом черного цвета); записи "ДД.ММ.ГГГГ 11:00 Дежурство принял: Постельник" за 8.11.01г.; "23:00 Дежурство сдал" за 6.11.01г.; записи за 9.11.01г.; за 10.11.01г.; за 10.11.01г.; за 11.11.01г. (выполненные красящим веществом черного цвета); записи за I3.11.01г. (выполненные красящим веществом черного цвета); записи: "с 12:05 по 12:21 был отключен свет, так как снимали показания с счетчика 18:15 на "Европу" заступили, все в норме 23:00 Дежурство сдал" за 14.11.01г.; записи "21:30 на ТВХ все в норме за 16.11.01г. (выполненные красящим веществом черного цвета); записи за 16.11.01г. (выполненные красящим веществом черного цвета); записи "ДД.ММ.ГГГГ 11:00 Дежурство принял: 18:05 на "Европу" смена заступила, все в норме. Постельник. На улице шары не включаются и вывеска "Гранд-при" не горит, так еще не сделали" за ДД.ММ.ГГГГ (выполненные красящим веществом черного и синего цветов); записи "19.11.01г. "23:00 Дежурство сдал. Постельник" за I9.11.01г. (выполненные красящим веществом черного цвета) в книге приема и сдачи дежурства ООО ЧОП "<данные изъяты>" и записи в графах "№", Ф.И.О.", "Пост", "Должность", "Время", "Число" за 6-7.11.2001г. за7.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 8.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 9-10,11. 2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета), за 10-11.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 13.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 14.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 16-17.11.2001г. (выполненные красящим веществом черного цвета); за 19.11.2001г. (выполненные правящим веществом черного цвета) в постовой ведомости ООО ЧОП "Крафт" выполнены ФИО5.

Остальные записи в книге приема и сдачи дежурств ООО ЧОП "Крафт" за ноябрь 2001г. в постовой ведомости ООО ЧОП "ФИО86" за ноябрь 2001 года выполнены не ФИО5, а другими лицами.

Решить вопрос ФИО5 или другим лицом (лицами) выполнены цифры "5" в записях "5.11" в графе "Число" за 5.11.2001г. в постовой ведомости ООО ЧОП "<данные изъяты>" не представилось возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

Проведёнными по делу криминалистическими экспертизами документов № от ДД.ММ.ГГГГ, №Т от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждена подлинность и целостность документов: книги приёма-сдачи дежурств и постовой ведомости ООО ЧОП «<данные изъяты>». Листы в документах не заменялись, а записи в книге за период с 02 по ДД.ММ.ГГГГ и в постовой ведомости с 04 поДД.ММ.ГГГГ не подвергалось изменениям (подчистке, дописке, смыванию). Установлено, что записи в книге приёма и сдачи дежурств и постовой ведомости ООО ЧОП «<данные изъяты>» на объекте ООО КРЦ «<данные изъяты>» за период с 6 по ДД.ММ.ГГГГ, в том числе за ДД.ММ.ГГГГ, выполнены самим ФИО5, а их давность не противоречит заявленным датам и не свидетельствует о последующем внесении задним числом, что объективно подтверждает нахождение ФИО5 в <адрес> на дежурстве ДД.ММ.ГГГГ до 23 час. в КРЦ «<данные изъяты>» и ранее послужило основанием для отмены меры пресечения по делу о покушении на ФИО47

Таким образом, судебной коллегией установлено, что ФИО5 в 2002 году проверялся органами предварительного следствия на причастность к убийству ФИО25 и в отношении него по данному уголовному делу никаких процессуальных решений принято не было.

Из показаний засекреченного свидетеля – ФИО42, данных в рамках предварительного следствия по уголовному делу № и находящихся в ранее упомянутом уголовном деле в отношении осужденного ФИО40 (по факту покушения на убийство ФИО47), которые были исследованы и приобщены в суде апелляционной инстанции следует, что с середины 1990-х годов в <адрес> действовала преступная группировка «Саранские».

Её основателями и лидерами были ФИО16, ФИО29 и ФИО43 Группировка занималась угоном автомобилей с последующей их перепродажей, нападениями на грузовой транспорт (фуры), рэкетом (вымогательство с предпринимателей, магазинов, кафе и проституток), подделкой документов, а также совершением заказных убийств, похищений и избиений. В состав группировки входили, в частности, ФИО44 (также известный как ФИО45 и ФИО87), ФИО46, ФИО88, ФИО47, ФИО48, ФИО49 (сотрудник ОБОП УВД), а также ряд выходцев из <адрес> (<адрес>), включая осужденного ФИО40, ФИО89, братьев ФИО90 и других лиц.

По свидетельству ФИО42, убийство ФИО25, было совершено ФИО91, ФИО29 при этом осуществлял прикрытие преступления, о чем свидетелю стало известно со слов участника группировки <данные изъяты>, который был очевидцем убийства, следил в тот день за ФИО29. Кроме того, свидетель сообщил о похищении и убийстве самого ФИО88 ДД.ММ.ГГГГ по указанию ФИО16

В суде апелляционной инстанции следователь ФИО50 указал, что проверка показаний указанного свидетеля в ходе следствия не проводилась, так как по их информации киллер данной преступной группировки «Саранские» ФИО94 ДД.ММ.ГГГГ находился в <адрес>

Кроме того, судом первой инстанции оставлено без внимания, что при проведении ДД.ММ.ГГГГ очной ставки между ФИО16 и ФИО28, последний дал четкие и однозначные показания, полностью опровергающие показания ФИО16 о разговоре, в котором, ФИО6, якобы, признался ему (ФИО16), что убийство ФИО25 было совершено по его (ФИО6) инициативе, и исполнителем являлся его охранник - ФИО5, а также, что ФИО5, якобы, тяжело заболел раком и после убийства перестал появляться в Брянске.

ФИО28 категорически отрицал факт подобных признаний. Он указал, что лично в его присутствии ФИО6 никогда не говорил о том, что убийство ФИО25 было совершено по его инициативе, и никогда не признавался ему (ФИО28) в причастности к данному преступлению, а также о том, что когда-либо сообщал ему о том, что его охранник ФИО5 болен раком, ставя под сомнение и эту часть показаний ФИО16 (т.7 л.д. 151-154).

Следует отметить, что ранее в ходе допроса на предварительном следствии ФИО28 указывал на те же обстоятельства о том, что ФИО6 ни лично ему, ни в его присутствии, никогда не говорил, что он причастен к убийству ФИО25, что данное преступление совершено по его «заказу» или указанию, в том числе ФИО5 Лично ему также не известно, что убийство ФИО25 мог совершить ФИО5, ничего подобного он не слышал, как от посторонних людей, так и от ФИО16 (т.6 л.д.203-210).

Анализируя показания ФИО16, судебная коллегия исходит из того, что именно они фактически являются единственными изобличающими доказательствами в части утверждений о заказе убийства ФИО25 ФИО6 и исполнении его ФИО5, при этом указанные показания внутренне противоречивы и неоднократно изменялись на разных этапах производства по делу. Так, в 2001 году ФИО16 пояснял, что не знает, как ФИО6 отнёсся к освобождению ФИО25, этот вопрос они не обсуждали, ФИО6 говорил лишь, что «как решат органы, так и будет», не выражал стремления к наступлению для ФИО25 какихлибо неблагоприятных последствий, интересуясь только возвратом тканей, и отрицал обсуждение своих «проблем» с ФИО25 в присутствии ФИО47 (т. 3 л.д. 216–218).

Впоследствии, в 2023 году ФИО16 уже утверждал, что после освобождения ФИО25 изпод стражи ФИО6 заявлял, что не простит ему его поведение, «если не получится посадить, будет решать вопрос подругому», а незадолго до ДД.ММ.ГГГГ прямо говорил, что ему «проще убить» ФИО25, при этом весной 2002 года якобы признался ему (ФИО16), что убийство совершено по его (ФИО6) прямому указанию охранником ФИО5, для которого он создал алиби, а затем сообщил о его мнимой смерти (т.6 л.д. 132-137). В судебном заседании суда первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 дополнительно заявил о якобы имевшем место признании ФИО6 в заказе убийства, назвал ФИО5 исполнителем, ссылаясь на «поддельную» видеозапись из казино в <адрес> и одновременно признавая, что в 2001–2002 годах умышленно не сообщал органам предварительного расследования эти сведения, «недоговаривал» из чувства опасения и исходя из собственных соображений целесообразности.

При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что указанные показания даны лицом, осуждённым вступившим в законную силу приговором Брянского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ за участие в банде и совершение ряда тяжких и особо тяжких преступлений, которое, поясняя причины своего прежнего умолчания о сообщаемых обстоятельствах и одновременно, усиливая поздние показания с целью придать им правдоподобие, было объективно заинтересовано в представлении своей позиции в более выгодном для себя положении в целях смягчения собственной ответственности, что дополнительно ставит под сомнение искренность и достоверность этих показаний.

Кроме того, утверждения ФИО16 о признании ФИО6 своей организаторской роли и об исполнении убийства ФИО5, о якобы имевшей место «поддельной» видеозаписи и инсценировке смерти ФИО5 не подтверждены какимилибо независимыми объективными доказательствами (материалами оперативнорозыскной деятельности, записями переговоров, показаниями очевидцев соответствующих бесед, документально оформленными результатами экспертных исследований).

Таким образом, судебная коллегия полагает, что показания ФИО16, которые суд первой инстанции положил в основу приговора, являются внутренне противоречивыми, не могут признаваться достоверной и достаточной основой для вывода о причастности ФИО6 и ФИО5 к организации и исполнению убийства ФИО25, а потому такие показания не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они не подтверждаются совокупностью доказательств исследованных в ходе судебного разбирательства.

Приведенные же в приговоре показания свидетелей ФИО36, ФИО35 и ФИО34 подтверждают лишь факт совершения убийства ФИО25 в указанное время и в указанном месте. Общие приметы мужчины, скрывшегося с места преступления, не содержат данных, которые бы связывали скрывшегося мужчину конкретно с ФИО5 Таким образом, их доказательственное значение ограничивается установлением события преступления, места, времени и некоторых обстоятельств его совершения, но не виновности конкретного лица.

Показания потерпевшей ФИО51, свидетелей ФИО20, ФИО21, ФИО37, ФИО30, ФИО38, ФИО52 подтверждают лишь факт конфликта между ФИО6 и ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ в Советском РОВД <адрес>, возникшего на почве коммерческого спора между ФИО59 и ФИО37, последующее уголовное преследование ФИО25, ФИО20 и ФИО101 по инициативе ФИО6, общую информацию и догадки о высказываниях ФИО6 и его окружения относительно ФИО25 после его освобождения из-под стражи, полученную со слов других лиц и не содержат данных, которые бы подтверждали присутствие ФИО5 в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствовавших о непосредственном его участии в преступлении или о наличии у него оружия.

Показания свидетелей ФИО32, ФИО33, ФИО39 и ФИО22 подтверждают лишь наличие служебных и личных связей ФИО5 с ФИО6, факт работы ФИО5 охранником в его казино, его регулярные поездки в <адрес> по указанию ФИО6 для охраны семьи с проживанием на съёмной квартире, а также прекращение командировок в <адрес> и смену места жительства и работы после его задержания и последующего освобождения в 2002 году по материалам проверки о причастности к покушению на убийство ФИО47, совершённому ДД.ММ.ГГГГ; какиелибо сведения о согласовании с ФИО6 убийства ФИО25 либо об участии ФИО5 в этом преступлении из их показаний не следует.

Показания свидетеля ФИО27, данные ею на предварительном следствии о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 около ДД.ММ.ГГГГ часов вернулся домой в <адрес> и находился там с ней до утра 14 ноября, признанные судом недостоверными, равно как и последующие показания в судебном заседании о том, что ДД.ММ.ГГГГ до примерно ДД.ММ.ГГГГ минут они с ФИО5 находились в разных местах, сами по себе не опровергают доводы защиты о нахождении подсудимого в этот день на работе в казино в <адрес> и не содержат какихлибо данных о его пребывании в <адрес> в период убийства ФИО25

Из оглашённых в судебном заседании показаний ФИО6, данных в ходе предварительного расследования, также не следует, что у него имелся умысел на организацию убийства ФИО25, тем более в форме убийства группой лиц по предварительному сговору. Согласно этим показаниям, с ДД.ММ.ГГГГ он был знаком с ФИО25 в связи с конфликтом вокруг принадлежащего его супруге магазина «<данные изъяты>», в период следствия встречался с ним лишь при производстве следственных действий, враждебного отношения к нему не испытывал, он был знаком с ФИО16, ФИО28 и ФИО47, однако, по его словам, в их кругу дело ФИО25 практически не обсуждалось, в том числе в присутствии ФИО47, а ДД.ММ.ГГГГ сам ФИО6 находился в <адрес>, где около 21 часа узнал об убийстве ФИО25 из телефонного сообщения.

Указанные в обвинительном заключении обстоятельства того, что ФИО5 «выслеживал» ФИО25 также не нашли своего подтверждения.

Органом предварительного следствия не представлены суду достоверные, допустимые и достаточные доказательства, подтверждающие факт нахождения ФИО5, постоянно проживающего и работающего в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

Таким образом, учитывая совокупность представленной стороной обвинения и защитой доказательств, а также утерю органами предварительного следствия вещественных доказательств, на которые ссылается сторона защиты в подтверждение алиби ФИО5 при отсутствии по делу доказательств, которые опровергают выдвинутое ФИО5 алиби, имеются неустранимые сомнения в виновности ФИО5 в совершении преступлений, предусмотренных п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона №ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) и ч.1ст. 222 УК РФ (в той же редакции), которые в силу презумпции невиновности и требований п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ подлежат толкованию в его пользу.

При этих же доказательствах обвинение ФИО6, так же как и ФИО5, в том, что между ними было достигнуто согласие на совершение убийства ФИО25, они вступили в предварительный преступный сговор на убийство из мотивов возможной мести за привлечение ФИО25 к уголовной ответственности и личной неприязни, и действовали как группа лиц по предварительному сговору под руководством и организацией ФИО6, доказательствами не подтверждается, а основывается лишь на предположениях органов предварительного расследования и выводах суда первой инстанции, не опирающихся на совокупность достоверных и непротиворечивых доказательств.

В связи с этим, руководствуясь п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ, приговор Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части осуждения ФИО5 по п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона №ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) и ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона №ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) подлежит отмене, а ФИО5 – оправданию по указанным эпизодам в связи с его непричастностью к их совершению, с признанием за ФИО5 права на реабилитацию в порядке ст.133 УПК РФ.

По тем же основаниям постановление Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части признания ФИО6 виновным по ч.3 ст.33, п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ и прекращения уголовного дела в отношении него по п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ подлежит отмене, а ФИО6 – оправданию в связи с непричастностью к его совершению, с признанием за наследниками ФИО6 права на реабилитацию в порядке ст.133 УПК РФ.

Судебная коллегия, переходя к проверке законности и обоснованности приговора в части вывода суда о виновности ФИО5 по эпизоду в отношении ФИО13, приходит к следующему.

ФИО5 в ходе предварительного следствия и при рассмотрении дела по существу показал, что револьвер ММРТ «Шершень» появился у него примерно в ДД.ММ.ГГГГ годах, был неисправен (не срабатывал курок) и в ДД.ММ.ГГГГ году сдан им на утилизацию. Также он отрицал факт конфликта с ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ, заявлял, что в него не стрелял, телесных повреждений ему не причинял, в отдел полиции по данному поводу не доставлялся и не вызывался, а револьвер у него не изымался.

В обоснование выводов о виновности ФИО5 в приговоре в качестве доказательств по преступлению в отношении ФИО13 приведены, в частности:

- показания потерпевшего ФИО13, который последовательно описал обстоятельства инцидента ДД.ММ.ГГГГ, указал, что, подъезжая вечером на автомобиле «<данные изъяты>» к проходной <адрес> хлебозавода № ПАО «<адрес> и случайно, заехав колесом в заполненную водой яму, он облил водой проходивших мимо мужчину и женщину. Мужчина, которым впоследствии оказался ФИО5, подошёл, предъявил претензии и, после короткого словесного конфликта, отвёл его примерно на 200 метров в сторону железнодорожного переезда, через пути, на открытый участок местности у жилых домов. Находясь друг к другу на расстоянии порядка 15–20 см, он увидел в руке ФИО5 бесствольный револьвер ММРТ «Шершень», из которого тот произвёл два выстрела в область его груди и живота, при этом пули пробили одежду и причинили ранения грудной клетки и живота. Испытывая страх, он убежал к проходной хлебозавода, откуда бригадой скорой помощи был доставлен в <адрес> городскую больницу №, где раны ушили, в последующем он проходил амбулаторное лечение. Какихлибо действий, провоцировавших применение оружия, он не совершал, а о последующих действиях ФИО5 ему не известно;

- показания свидетеля ФИО18 (в ДД.ММ.ГГГГ году оперуполномоченного ОП № УМВД России по <адрес>) который подтвердил, что в один из дней мая 2015 года, в вечернее время, когда он находился на рабочем месте, в указанный отдел полиции сотрудниками патрульно-постовой службы были доставлены ФИО13 и ФИО5 для дальнейшего разбирательства по факту произошедшего между ними на улице конфликта; в ходе проведённых им проверочных мероприятий свидетель ФИО18 установил, что ФИО5 в ходе указанного конфликта совершил несколько выстрелов в ФИО13 из личного травматического пистолета, после чего по результатам проверки им было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду примирения ФИО13 и ФИО5 В последующем указанное решение об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено вышестоящим должностным лицом, а материал проверки передан в отдел дознания для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по установленным обстоятельствам;

- показания свидетелей ФИО53 и ФИО54 (матери и жены потерпевшего), подтвердивших как факт огнестрельного ранения ФИО13 и его госпитализации, так и изложенную им историю конфликта.

ФИО53 показала, что вечером ДД.ММ.ГГГГ, около 21 часов, сын позвонил ей, сообщил, что в него стреляли и его везут на машине скорой помощи в больницу. Прибыв в медицинское учреждение, она узнала, что у сына имеются раны, расцененные врачами как незначительные и уже ушитые, после чего со слов сына узнала, что указанные повреждения он получил, когда, управляя принадлежащим ей автомобилем и подъезжая к хлебозаводу, он заехал колесом в яму с водой, облил проходившего мужчину, с которым возник конфликт, в ходе которого последний выстрелил в него, а сам ФИО13, испугавшись, убежал к проходной хлебозавода. Из больницы она и ФИО13 на автомобиле сотрудников полиции поехали в отдел полиции.

ФИО54 показала, что в тот же вечер получила от мужа звонок о том, что он находится в <адрес> городской больнице №, куда она прибыла и увидела у него уже ушитые раны в области грудной клетки и живота, при этом со слов ФИО13 ей также стало известно, что телесные повреждения он получил после того, как, двигаясь на автомобиле «№» в районе хлебозавода, случайно въехал в лужу, облив водой незнакомого мужчину, с которым у него произошёл конфликт, завершившийся выстрелами со стороны этого мужчины;

- показания ФИО55, о том, что в один из вечеров мая 2015 года, когда они возвращались домой пешком, проходя по маршруту мимо <адрес> хлебозавода №, проезжавший автомобиль в кузове седан, проезжая через лужу, облил их водой, в связи с чем ФИО5 окрикнул водителя, тот остановился, вышел из машины, после чего между ним и ФИО5 произошёл словесный конфликт по поводу случившегося, ФИО5 требовал от водителя извинений. Впоследствии, уже со слов мужа, ей стало известно, что в связи с этим инцидентом он по вызову являлся в отдел полиции, где урегулировал ситуацию и примирился с тем самым молодым человеком;

- протокол проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой потерпевший ФИО13 подтвердил свои показания о том, что ДД.ММ.ГГГГ вблизи Липецкого хлебозавода № ПАО «Лимак» незнакомый мужчина произвёл в него два выстрела в область грудной клетки и живота, и указал участок местности возле <адрес> «В» по <адрес>, как место совершения преступления (т. 8 л.д. 63–74);

- протокол предъявления предмета для опознания от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому потерпевший ФИО13 по фото-таблице опознал бесствольный револьвер ММРТ «Шершень» как оружие, из которого ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 произвёл в него два выстрела (т. 8 л.д. 88–92);

- протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, фиксирующий осмотр участка местности возле <адрес><адрес>» по <адрес>, где, по версии следствия и суда, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 произвёл два выстрела в ФИО13 из травматического пистолета (т. 8 л.д. 114–118);

- протокол выемки от ДД.ММ.ГГГГ ода, согласно которому в ГУЗ «<адрес> городская поликлиника №» изъята медицинская карта амбулаторного больного на имя ФИО13 (т. 8 л.д. 60–62);

- протокол освидетельствования ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ и приобщённым к нему справкам врачатравматолога и врачарентгенолога ГУЗ «<адрес> областная клиническая больница» от ДД.ММ.ГГГГ, в которых зафиксировано наличие у ФИО13 двух инородных тел металлической плотности в мягких тканях грудной клетки (на уровне 5го ребра слева) и брюшной полости (на уровне L5 позвонка), соответствующих областям пулевых ранений (т. 8 л.д. 121–124, 125, 126);

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО13 установлены рана на передней поверхности грудной клетки слева, рана и кровоподтёк на левой боковой поверхности живота, образовавшиеся, в результате выстрелов, причинившие лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья до 21 дня (т. 11 л.д. 131–133);

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором повреждения, зафиксированные при обращении ФИО13 за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ (раны мягких тканей грудной клетки и передней брюшной стенки, расценённые медперсоналом как огнестрельные), признаны возникшими от действия ранящего снаряда (пули) при выстреле из огнестрельного оружия и отнесены к лёгкому вреду здоровью, а инородные металлические тела в грудной клетке и брюшной полости увязаны с указанными ранами (т. 11 л.д. 142–145);

протоколы очных ставок между потерпевшим ФИО13 и свидетелем ФИО18 (т. 8 л.д. 54–58), где последний подтвердил, что в 2015 году опрашивал доставленных в отдел полиции ФИО13 и ФИО5 по факту конфликта и стрельбы из травматического пистолета, а ФИО13 подтвердил своё нахождение в отделе полиции после ранения; между обвиняемым ФИО5 и свидетелем ФИО18 (т. 8 л.д. 127–132), в ходе которой ФИО18 подтвердил факт доставления ФИО5 в отдел полиции весной 2015 года в связи с конфликтом и стрельбой;

- информация ОЛРР по <адрес> и <адрес> Управления Росгвардии по <адрес> исх. № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО5 являлся владельцем бесствольного револьвера ММРТ «Шершень», имел лицензию на приобретение, хранение и ношение оружия самообороны со сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а сам револьвер был сдан ДД.ММ.ГГГГ (т. 8 л.д. 12–15).

Таким образом, из показаний потерпевшего ФИО13, а также свидетелей ФИО55, ФИО53, ФИО54 и сотрудников полиции усматривается, что между ФИО13 и ФИО5 произошёл конфликт, в ходе которого ФИО5 произвёл в потерпевшего два выстрела из травматического револьвера «Шершень», причинив рану мягких тканей передней поверхности грудной клетки слева и рану с гематомой мягких тканей передней брюшной стенки. Согласно заключениям судебномедицинских экспертиз, указанные повреждения повлекли кратковременное расстройство здоровья на срок не более трёх недель и отнесены к категории лёгкого вреда здоровью.

Выдвинутая органами предварительного расследования и поддержанная судом первой инстанции квалификация действий ФИО5 по эпизоду в отношении ФИО13 как покушение на убийство, то есть покушение на убийство двух лиц, совершённое из хулиганских побуждений (ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ), основана преимущественно на локализации выстрелов в области расположения жизненно важных органов и не подтверждена надлежащими доказательствами наличия у ФИО5 прямого умысла на лишение жизни потерпевшего и признаков хулиганских побуждений. Дополнительные данные, свидетельствующие о сформировавшемся намерении убить (предварительные высказывания о намерении лишить жизни, продолжение нападения, попытки довести начатое до конца при отсутствии препятствий, использование заведомо смертоносного оружия при реальной возможности причинить тяжкий или смертельный вред), материалами дела не установлены.

Из показаний потерпевшего ФИО13 следует, что после выстрелов он смог самостоятельно убежать, данных о преследовании его ФИО5 или совершении какихлибо действий, направленных на реализацию умысла на убийство потерпевшего, не имеется, что не согласуется с версией о целенаправленном лишении жизни. При этом характер двух повреждений, признанных экспертами лёгкими, их различная локализация, отсутствие повреждения внутренних жизненно важных органов при использовании травматического револьвера «Шершень», конструктивно предназначенного для причинения ограниченного по тяжести вреда, наличие на потерпевшем одежды, объективно свидетельствуют о том, что реальные последствия содеянного не свидетельствуют о реализации умысла на убийство и не создавали непосредственной угрозы жизни потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», при решении вопроса о направленности умысла необходимо исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного, учитывая, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения. Недопустима квалификация как покушения на убийство, если суд, не установив прямого умысла на лишение жизни и не учитывая наличие у виновного реальной возможности продолжить нападение, исходит лишь из тяжести последствий и локализации повреждений; в таких случаях содеянное подлежит квалификации по статьям о причинении вреда здоровью.

Наличие прямого умысла на лишение жизни из хулиганских побуждений стороной обвинения также не доказано. Сам конфликт возник на почве конкретного повода со стороны потерпевшего ФИО13, который, проезжая на машине, «окатил» дождевой водой проходящего мимо ФИО5, в связи с чем у последнего внезапно возникли личные неприязненные отношения к ФИО13, а не в результате грубого, демонстративного нарушения общественного порядка и противопоставления себя обществу.

Вместе с тем доказано, что ФИО5 умышленно применил в отношении ФИО13 оружие – травматический револьвер «Шершень», причинив последнему лёгкий вред здоровью, выраженный в кратковременном расстройстве здоровья. При таких обстоятельствах действия ФИО5 подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона №ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) на п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ (в редакции Федерального закона №ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) как умышленное причинение лёгкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением оружия.

При решении вопроса о наказании судебная коллегия учитывает требования ст. 6, ст. 60 УК РФ, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, конкретные обстоятельства его совершения, данные о личности осужденного, его возраст, состояние здоровья, семейное положение и состав семьи, пожилой возраст и состояние здоровья его матери, состояние здоровья его жены и дочери, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, обстоятельства, смягчающие наказание в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ наличие у ФИО5 малолетнего ребенка, в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ участие ФИО5 в боевых действиях по защите Отечества, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Учитывая категорию совершенного преступления, степень общественной опасности, а также обстоятельства, при которых оно было совершено, личность ФИО5, совокупность смягчающих обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о достижении цели исправления при назначении наказания в виде обязательных работ.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести.

Согласно ч.8 ст.302 УПК РФ, если основания прекращения уголовного дела, указанные в п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ (истечение сроков давности уголовного преследования), обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение уголовного дела в обычном порядке до его разрешения по существу и постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Как установлено судебной коллегией, преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ (в ред. Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 227-ФЗ) ФИО5 совершил ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, срок давности уголовного преследования ФИО5 за это преступление, относящееся к категории преступлений небольшой тяжести, составляет 2 года и при отсутствии обстоятельств, прерывающих его течение, к настоящему времени истек. В связи с этим ФИО5 подлежит освобождению от назначенного за это преступление наказания на основании ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст.302 УПК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" при вынесении постановления (определения) о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ суд отказывает в удовлетворении гражданского иска.

На основании изложенного, гражданский иск потерпевшей ФИО12 заявленный по делу о взыскании с подсудимого ФИО5 в ее пользу компенсации морального вреда в размере 10000000 рублей удовлетворению не подлежит.

Судьба вещественных доказательств разрешена судом первой инстанции со ссылкой на ст. 81 УПК РФ.

Вместе с тем судебная коллегия исходит из того, что изъятые по делу предметы – штыкнож в ножнах, две металлические телескопические дубинки, складной телескопический кистень, шесть ножей, электрический шокер, одноствольное многозарядное ружьё «ТОЗ106Р» №, полуавтоматическое охотничье ружьё «Бекас12» № СС0125, два аэрозольных пистолета «ПИОНЕР», бесствольное оружие «ОСА ЭГИДА», находящиеся на хранении в Управлении Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по <адрес> необоснованно признаны вещественными доказательствами, поскольку они не являются орудиями инкриминируемых преступлений и на себе не содержат следов преступлений (ст.81 УПК РФ). Согласно ответа Управления Росгвардии по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (т. 22 л.д. 55) все изъятые у ФИО5 предметы, находящиеся на хранении в Управлении Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по <адрес>, находятся у последнего на законном основании (при наличии лицензии) и не относятся к предметам, изъятым из гражданского оборота, и принадлежат законному владельцу. При отсутствии обвинительного приговора в отношении ФИО5 по эпизодам, с которыми орган предварительного расследования связывал изъятие указанных предметов, и при отсутствии решения о конфискации или уничтожении данных вещественных доказательств, на основании ч. 3, 4 ст. 81 УПК РФ они подлежат возврату по принадлежности законному владельцу – ФИО5

В соответствии с ч. 3 ст. 306 УПК РФ уголовное дело подлежит направлению руководителю Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> для производства предварительного расследования в части преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 в части его осуждения по п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) отменить.

ФИО5 признать невиновным и оправдать его по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ), на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

ФИО5 признать невиновным и оправдать его по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ), на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

На основании ст. 133 УПК РФ признать за ФИО5 право на реабилитацию.

Приговор Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 в части его осуждения по ч.3 ст.30, п.п.«а, и» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) изменить.

Действия ФИО5 переквалифицировать с ч.3 ст.30, п.п.«а, и» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) на п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ ( в ред. Федерального закона N 227-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) по которой назначить ему наказание в виде 200 часов обязательных работ.

Освободить ФИО5 от назначенного по п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ (в редакции Федерального закона N 227-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ) наказания в виде обязательных работ на срок 200 часов на основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст.302 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Осужденного ФИО5 из-под стражи освободить.

Вещественные доказательства: штык-нож в ножнах, 2 металлические телескопические дубинки, складной телескопический кистень, 6 ножей, электрический шокер, одноствольное многозарядное ружье «ТОЗ-106Р» №, полуавтоматическое охотничье ружье «Бекас-12» № СС0125, 2 аэрозольных пистолета «ПИОНЕР», оружие бесствольное «ОСА ЭГИДА» – переданные на хранение в Управление Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по <адрес> вернуть по принадлежности законному владельцу – ФИО5

В удовлетворении гражданского иска потерпевшей ФИО12 о взыскании с ФИО5 в ее пользу компенсации морального вреда отказать.

Постановление Фокинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО6 – отменить.

ФИО6 признать невиновным и оправдать его по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.33, п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции Федерального закона № 63-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ), на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ признать за наследниками ФИО6 право на реабилитацию.

Уголовное дело направить руководителю Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> для производства предварительного расследования в части преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного, его защитников – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ путем подачи жалобы через суд вынесший приговор, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Председательствующий О.В. Мазова,

судьи В.В. Зеничев,

С.Р. Орловский