Апелляционное постановление № 22К-2666/2025 от 16 октября 2025 г. по делу № 3/2-253/2025

судья Нестуров М.Р. материал № 22К-2666/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 17 октября 2025 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Пономаренко О.В.,

при секретаре судебного заседания Омаровой М.А.,

с участием прокурора Устина А.А.,

обвиняемых ФИО1 и ФИО2, участие которыхв судебном заседании обеспечено посредством систем видеоконференц-связи,

а также их защитника – адвоката Касумова М.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника – адвоката Касумова М.С. на постановление Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 30 сентября 2025 г., которым в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Республики Казахстан, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 234 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 2 месяца 00 суток,а всего до 8 месяцев 00 суток, то есть до 1 декабря 2025 г. и

ФИО2, <дата> года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Республики Кыргызстан, обвиняемого в совершении преступления, предусмотрен-ного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 234 УК РФ, продлен срок содержания под стражейна 2 месяца 00 суток, а всего до 8 месяцев 00 суток, то есть до 1 декабря 2025 г.

Заслушав доклад председательствующего, выступления обвиняемых и их защитника – адвоката, поддержавших доводы апелляционной жалобы и просивших постановление суда отменить, избрав в отношении каждого из обвиняемых меру пресечения в виде домашнего ареста, а также мнение прокурора, полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, изучив представленные материалы, суд апелляционной инстанции

установил:

как следует из материала судебного производства, 1 апреля 2025 г. старшим следователем СО Отдела МВД России по Тарумовскому району Республики Дагестан ФИО3 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 234 УК РФ.

В этот же день в порядке ст. 91, 92 УПК РФ ФИО1 и Сотокояшвили задержаны в качестве подозреваемых по указанному уголовному делу.

6 апреля 2025 г. по ходатайству следственного органа ФИО1 и Сотокояш-вили была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая неоднократно продлевалась.

7 апреля 2025 г. ФИО1 и ФИО2 предъявлено обвинение в совер-шении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст.234 УК РФ.

Постановлением от 8 апреля 2025 г. указанное уголовное дело установлен-ным порядком изъято из производства следователя СО Отдела МВД России по Тарумовскому району Республики Дагестан ФИО3 и передано для производства дальнейшего расследования старшему следователю СЧ СУ МВД России по Республике Дагестан ФИО4

22 сентября 2025 г. срок предварительного следствия по данному уголов-ному делу руководителем следственного органа ФИО5 в установлен-ном порядке продлен на 2 месяца 00 суток, а всего до 8 месяцев 00 суток, то естьдо 1 декабря 2025 г.

23 сентября 2025 г. старший следователь ФИО4 направил в суд ходатайство, согласованное руководителем следственного органа ФИО5, о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемых ФИО1 и ФИО2 на 2 месяца 00 суток, а всего до 8 месяцев 00 суток, то есть до 1 декабря 2025 г.

Постановлением Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 30 сентября 2025 г., удовлетворив ходатайство старшего следователя ФИО4, срок содержания под стражей в отношении ФИО1 и ФИО2 продлен на 2 месяца 00 суток, а всего до 8 месяцев 00 суток, то есть до 1 декабря 2025 г.

Не согласившись с таким решением суда, защитником – адвокатом Касумовым М.С. подана апелляционная жалоба, в которой он считает постанов-ление незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Указывает, что суд принял решение о продлении срока содержания под стражей без учета установленных на судебном заседании обстоятельств. ФИО1 и ФИО2 оспаривали причастность к совершенному преступлению, формаль-ное отношение суда к установленным обстоятельствам является существенным нарушением и влечет отмену вынесенного постановления.

Обращает внимание, что ФИО1 и ФИО2 являются гражданами иностранного государства. В связи с этим, в соответствии с со ст. 96 УПК РФ, в течение 12 часов об их задержании должны были направить уведомление в посольство или консульство страны, чьими гражданами они являются. Однако и по истечении шести месяцев посольства и консульства не уведомлены, что является нарушением их прав.

Отмечает, что сам факт перевозки сильно действующих веществ образуют состав преступления, предусмотренного ст. 234 УК РФ только в случае наличия цели сбыта. В представленных суду материалах нет сведений о наличии у ФИО1 и ФИО2 цели сбыта, а сами они отрицают этот факт. При этом однозначно установлено, что у ФИО1 и ФИО2 не было цели сбыта обнаруженных веществ, они даже не знали, что перевозимые вещества являются сильнодейст-вующими и их свободный оборот запрещен. В машине обнаружен груз – средства для наращивания мышечной массы и повышения их качества, которыми пользуются спортсмены. В Республике Казахстан оборот этих средств не ограничен Законом.

Также уверяет, что ФИО1 являлся водителем автомашины, где перевозили сильнодействующие вещества, а ФИО2 вообще не имеет никакого отноше-ния к указанному грузу, он пассажир, следовавший попутно.

Отмечает, что на момент обнаружения сильнодействующих веществ в автомашине, ФИО1 дал подробные сведения о лице, кто передел ему груз и кому он должен был передать этот груз, дал номера телефонов указанных лиц, то есть назвал следствию владельца и получателя груза, дал их контактные телефоны и предложил содействие правоохранительным органам в изобличении лиц, совершивших преступление при передаче груза последним. Указанные обстоя-тельства нашли последующее подтверждение этими лицами показаний, данных ФИО1 и свидетельствует о невиновности обвиняемых.

Считает, что вывод суда о том, что ФИО1 и ФИО2, находясь на свободе, могут воспрепятствовать производству по делу, скрыться от следствия и суда, не имеет под собой реальной доказательственной и правовой основы. С точки зрения защиты, данные предположения носят субъективный характер.

Указывает, что решение является достоверным, если в основу решения об избрании меры пресечения или продления его срока содержания под стражей положены достоверные фактические данные о том, что, находясь под иной мерой пресечения ФИО1 и ФИО2 могут скрыться от органов следствия и суда, либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, а не субъективное мнение суда о его вероятном поведении. Ни один из доводов следствия на суде не был подтвержден доказательствами.

Отмечает, что за время предварительного расследования не добыто никаких дополнительных сведений о том, что ФИО1 и ФИО2 совершили преступ-ление, кроме факта обнаружения запрещенных предметов в автомашине под управлением ФИО1, а ФИО2 просто следовал в этой автомашине и не имел никакого отношения к перевозимому грузу.

Обращает внимание, что должностные лица правоохранительных органов за шесть месяцев не допросили лиц, на которых указал ФИО1. Органы следствия лишь направили в оперативные службы формальные поручения об установлении отправителя и получателя груза, хотя необходимости в установлении этих лиц нет, они уже установлены. О направлении поручений и необходимости допроса указанных лиц было указано еще в ходатайстве об избрании меры пресечения, а затем каждый раз при продлении срока содержания под стражей.

Полагает, что и следствие и суд безосновательно вменяет обвиняемым возможность скрыться, так как формально отнеслись к тому, что обвиняемых имеются семьи, малолетние дети, иные значимые личные обязательства в месте проживания, которые значительно снижает риск побега. Вменение возможности скрыться от следствия и суда без подтверждения объективными доказательствами по делу является явным нарушением презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ и ст. 49 Конституции РФ, поскольку, указанными возможностями, как способностью совершать определенные действия, обладают все дееспособные лица.

Указывает, что защитой суду были предоставлены пакеты документов о даче согласия владельцами жилья на предоставление ФИО1 и ФИО2 места жительства для отбывания домашнего ареста. Однако этот факт судом проигнорирован при продлении срока содержания обвиняемых под стражей.

Защита отмечает, что установив и перечислив все недостатки следствия, признав, что за 6 месяцев не допрошены лица, на которых еще при задержании указывали обвиняемые, суд все оставил на своих местах, меру пресечения не изменил, хотя для этого имелись все основания. Лица, совершившие преступления известны, они установлены. Следствие игнорирует эти данные, не желает привлечь виновных к ответственности, а суд идет у них на поводу.

Считает выводы суда о том, что привлечение ФИО1 и ФИО2 в качестве обвиняемых является доказательством их вины также несостоятельно, поскольку обстоятельства, указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не подтверждены доказательствами. Несостоятелен и довод следствия о продлении срока содержания под стражей в связи со сложностью расследования дела.

На основании изложенного просит обжалуемое постановление отменить, избрать в отношении ФИО1 и ФИО2 более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста.

Изучив представленные материалы, выслушав мнение участников процесса, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозревае-мого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ст. 109 УПК РФ содержание под стражей при расследовании преступлений не может превышать 2 месяца. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следствен-ного органа по субъекту Российской Федерации, до 12 месяцев.

В силу требований ст. 110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя ходатайство следователя, надлежащим образом исследовал представленные материалы и, вопреки доводам защитника, принял во внимание данные о личности каждого обвиняемого, в том числе те, на которые содержатся ссылки в апелляционной жалобе, а также конкретные обстоятельства преступления, в совершении которого обвиняются ФИО1 и ФИО2, относящегося к категории тяжкого преступления за которое предусмотрены длительные сроки лишения свободы, каждый из которых, не имеет место жительства в России, являясь гражданами иностранного государства.

При этом суд справедливо указал, что объективных данных для отмены либо изменения в отношении ФИО1 и ФИО2 меры пресечения на иную, более мягкую меру пресечения, не имеется.

В представленных материалах имеются достаточные сведения о событии преступления и обоснованности подозрения ФИО1 и ФИО2 в причастности к инкриминируемому преступлению, обвинение, каждому из них предъявлено с соблюдением норм, предусмотренных главой 23 УПК РФ.

Оценив представленные материалы, суд обоснованно указал о том, что ФИО1 и ФИО2, находясь на свободе, с учетом тяжести предъявленного обвинения и обстоятельств инкриминируемого им преступления могут скрыться от предварительного следствия и суда, и пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для продления срока содержания обвиняемых под стражей в отношении ФИО1 и ФИО2, правомерно не согласившись с доводами стороны защиты об изменении меры пресечения на иную не связанную с заключением под стражу.

Кроме того, суд первой инстанции, рассматривая в одном судебном заседа-нии ходатайство в отношении двоих обвиняемых, в соответствии с требованиями закона индивидуально подошел к рассмотрению вопроса о продлении срока содержания под стражей в отношении каждого обвиняемого, все доводы стороны защиты, в том числе об изменении меры пресечения в отношении каждого из обвиняемых, были проверены и оценены судом, что отражено в постановлении суда. Каких-либо препятствий для рассмотрения судом вопроса о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 и ФИО2 в одном судебном заседании не имелось, и это не повлияло на полноту исследования юридически значимых обстоятельств в отношении каждого из обвиняемых.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что продление срока содержания под стражей обусловлено необходимостью выполнения указанных в ходатайстве следственных действий, провести которые до истечения установленного срока содержания обвиняемых ФИО1 и ФИО2 под стражей не представляется возможным, что при наличии указанных судом оснований для нахождения обвиняемых под стражей согласуется с требованиями уголовно-процессуального закона.

При этом, принимая во внимание объем следственных и процессуальных действий, о проведении которых заявлено в ходатайстве следователя, указанный срок содержания под стражей обоснованно признан судом разумным и необходи-мым.

Анализ материалов свидетельствует о выполнении органом предваритель-ного расследования всех необходимых процессуальных действий, направленных на продолжение расследования по уголовному делу.

Данные о личности каждого обвиняемого, в том числе отсутствие судимостей, а также наличие временно места для проживания, в данном случае не являются достаточным и безусловным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства следователя о продлении ФИО1 и ФИО2 срока содержания под стражей.

Вопреки изложенным в апелляционной жалобе доводам, судебное решение с указанием правовых оснований и конкретных фактических обстоятельств для продления срока содержания под стражей основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах, и принято в соответствии с положениями ст. 109 УПК РФ, при этом судом соблюдены нормы уголовно-процессуального закона, регламентирующие порядок продления срока содержания под стражей.

При этом следует отметить, что при решении вопроса о мере пресечения в компетенцию суда не входит оценка доказательств по делу, на данной стадии суд не вправе входить в обсуждение вопросов о доказанности либо недоказанности вины лица в инкриминируемом ему преступлении. Оценка предъявленного ФИО1 и ФИО2 обвинения подлежит проверке при рассмотрении уголовного дела по существу.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, считает, что на данной стадии расследования дела иная, более мягкая, мера пресечения не сможет являться гарантией тому, что обвиняемые не примут мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству предвари-тельного следствия.

Нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства, как и обстоятельств, свидетельствующих о необоснованном продлении срока содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей, судом первой и апелляционной инстанции не установлено.

Нельзя согласиться и с утверждением стороны защиты о формальном отношении к рассматриваемому вопросу о мере пресечения, поскольку данное утверждение несостоятельно и не соответствуют фактическим обстоятельствам: судебное заседание проведено с соблюдением процессуального закона и объективно; протокол заседания и судебное решение отражает позиции всех участников процесса, само судебное решение содержит выводы суда по рассматриваемым доводам, в том числе по позиции защиты об избрании иной меры пресечения, где прямо указано о том, что оснований для применения к обвиняемым более мягкой меры пресечения не имеется.

Соглашаясь с решением суда о продлении срока содержания под стражей обвиняемому ФИО1 и ФИО2, суд апелляционной инстанции не находит новых оснований, не ставших предметом судебного разбирательства при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения ранее избранной меры пресечения, как об этом просит сторона защиты. То есть, те обстоятельства, которые послужили основанием для избрания обвиняемому ФИО1 и ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу, в настоящее время не отпали, а объективных данных для изменения каждому из них меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, с учетом предъявленного обвинения не имеется.

Медицинских документов, свидетельствующих о наличии у обвиняемых ФИО1 и Сотокояшвили заболеваний, препятствующих их содержанию под стражей в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится и суду они не представлены.

Доводы стороны защиты о наличии у обвиняемых места жительства, положительных характеристик, семьи на иждивении и об отсутствии намерений скрываться не могут служить безусловным основанием для отмены обжалуемого постановления. Как видно из материалов, обосновывающих ходатайство следова-теля, мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении обвиняемых не только в целях обеспечения их личного участия при проведении ряда следственных действий, но прежде всего при наличии рисков, предусмотрен-ных ст. 97 УПК РФ.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголов-но-процессуального закона. Суд первой инстанции, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в представленных суду материалах, принято в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, содержит мотивы принятого решения, при этом выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Вместе с тем обжалуемое постановление подлежит изменению по следую-щим основаниям.

Судом первой инстанции анкетные данные обвиняемого ФИО1 указаны как «ФИО1, <дата> года рождения», однако из представленных материалов следует, что отчество ФИО1 значится как «Валерьевич» и родился последний <дата>. Следовательно, данные технические ошибки (описки) суда подлежат исправлению посредством уточнения приведенных анкетных данных.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что указанное обстоя-тельство не свидетельствуют о незаконности верного по существу рассматривае-мого вопроса решения суда.

Каких-либо иных нарушений норм уголовно-процессуального законода-тельства РФ, влекущих отмену либо изменение обжалуемого постановления, в том числе по доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 30 сентября 2025 г., которым в отношении ФИО1 и ФИО2 продлен срок содержа-ния под стражей, изменить, уточнив анкетные данные обвиняемого ФИО1 с указанием его отчества «Валерьевич» вместо «Владимирович», а также даты его рождения – «<дата> года рождения» вместо «<дата> года рождения».

В остальном это же постановление суда оставить без изменения, апелляцион-ную жалобу защитника – адвоката Касумова М.С. – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силус момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственнов Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом обвиняемые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Пономаренко