Приговор № 1-102/2024 от 10 октября 2024 г. по делу № 1-102/2024

уголовное дело № 1-102/2024

73RS0006-01-2024-000913-98


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Барыш Ульяновской области 10 октября 2024 года

Барышский городской суд Ульяновской области в составе:

председательствующего судьи Рожковой Н.Г.,

при секретаре Ильиной Е.В., а также с участием:

государственного обвинителя Болотнова А.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника –адвоката филиала № 1 по г.Барышу УОКА Мясникова В.И. ( ордер № 151 от 29.07.2024 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 виновен в убийстве, т.е. умышленном причинении смерти другому человеку.

Преступление совершено при следующих доказательствах.

27 июля 2024 года, в период времени с 19:00 часов по 22:00 часа, более точное время следствием не установлено, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в коридоре своей квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе возникшей на почве личных неприязненных ссоры с находившейся в данной квартире С*З.С., с целью причинения смерти последней, умышленно со значительной силой нанёс не менее 6 ударов кулаками обеих рук по голове С*З.С., после чего последняя проследовала в зал вышеуказанной квартиры, где ФИО1, продолжая свои противоправные действия, направленные на причинение смерти С*З.С., настиг последнюю и нанёс С*З.С. не менее 4 ударов кулаками обеих рук в область головы, от которых С*З.С. упала на матрас, расположенный на полу. Продолжая свои противоправные действия, ФИО1, имея умысел на убийство С*З.С., нанёс ей кулаками обеих рук не менее 10 ударов в область грудной клетки, живота и забрюшинного пространства и не менее 10 ударов кулаками обеих рук в область верхних и нижних конечностей С*З.С., отчего последняя через непродолжительное время скончалась на месте происшествия.

В результате преступных действий ФИО1, С*З.С. были причинены следующие телесные повреждения: закрытая сочетанная черепно-спинальная травма: ссадина в лобной области справа, отступя на 3 см. вверх от средней части брови, кровоподтек на верхнем и нижнем веках правого глаза с переходом на скуловую область, область щеки и височную область: ссадина на фоне кровоподтека в скуловой области, кровоподтек на правой ушной раковине с переходом на заушную область; кровоподтек на верхнем и нижнем веках левого глаза с переходом на скуловую область и область щеки, кровоподтек на спинке носа с переходом на крылья носа, кровоподтек на левой ушной раковине с переходом на заушную область, кровоизлияние в слизистой оболочке верхней губы в проекции 1-3 зубов, ушибленная рана в области левого угла рта с переходом на верхнюю губу, кровоизлияние в слизистой оболочке нижней губы, ушибленная рана в области правого угла рта, ссадины (3) в подчелюстной области, кровоподтек в верхней трети шеи справа, на 2 см. ниже угла нижней челюсти, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку, ушиб вещества головного мозга, кровоизлиянии в желудочки головного мозга, кровоизлияние в эпидуральной жировой ткани спинного мозга, очаговое субарахноидальное кровоизлияние спинного мозга, проявившаяся: кровоподтеками, ссадинами и ушибленными ранами на голове, кровоизлияниями под твердую и мягкую мозговую оболочку, ушибом и разрушением вещества головного мозга с кровоизлиянием в желудочки головного мозга, осложнившаяся отеком головного мозга с вклинением стволового отдела мозга в большое затылочное отверстие и вторичными кровоизлияниями в стволовой отдел головного мозга, которая явилась опасной для жизни человека и квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека, повлекшая в данном случае за собой смерть.

Кроме того, ФИО1 в ходе убийства С*З.С. причинены следующие повреждения: закрытая тупая сочетанная травма грудной клетки, живота и забрюшинного пространства: кровоподтек в проекции грудно-ключичного сочленения справа, кровоподтек в проекции с/3 правой ключицы, ссадина на фоне кровоподтека, кровоподтек на левой боковой поверхности грудной стенке, по передней подмышечной линии в проекции 2-4 ребер, кровоподтек на передней поверхности грудной стенки справа по средней ключичной линии в проекции 6-8 ребер, ссадины (5) в проекции 6-10 грудных позвонков по околопозвоночной линии на участке размерами 10x6 см., кровоподтек в поясничной области слева, локальный перелом 2 ребра справа, конструкционные переломы левых ребер (2,3,4,5,6 по средней ключичной линии), и правых ребер (7,8,9 ребра справа по средней подмышечной линии), кровоизлияние в корни правого и левого легкого, разрыв ткани и капсулы селезенки и печени в области ворот, кровоизлияние в ткань поджелудочной железы, кровоизлияния в брыжейку тонкого и толстого кишечника и стенку тонкого кишечника, кровоизлияние в околопочечную клетчатку левой почки, проявившаяся ссадиной и кровоподтеками на туловище, двухсторонними переломами ребер, кровоизлияниями в корни правого и левого легкого, разрывами ткани и капсулы селезенки и печени в области ворот, кровоизлиянием в ткань поджелудочной железы, кровоизлияниями в брыжейку тонкого и толстого кишечника и стенку тонкого кишечника, кровоизлиянием в околопочечную клетчатку левой почки, которая явилась опасной для жизни человека и квалифицирующаяся как причинившая тяжкий вред здоровью.

Кроме того, ФИО1 в ходе убийства С*З.С. причинены: ушибленная рана на фоне ссадины в проекции левого коленного сустава, которая вызвала кратковременное расстройство здоровья и квалифицируется как причинившая лёгкий вред здоровью; причинены повреждения в области верхних и нижних конечностей: ссадина в проекции правого локтевого сустава, по передней поверхности, кровоподтеки (2) в проекции правого локтевого сустава по задневнутренней поверхности, кровоподтек на тыльной поверхности правой кисти, в проекции пястных костей, кровоподтек в с/3 левого плеча, по наружной поверхности, кровоподтек в с/3 левого плеча, по задней поверхности, ссадина в проекции левого локтевого сустава, по наружной поверхности, кровоподтек в проекции левого локтевого сустава по внутренней поверхности, кровоподтек в проекции лучезапястного сустава слева, по наружной поверхности, ссадина в проекции правого коленного сустава по наружной поверхности, ссадина в проекции левого коленного сустава, которые как в совокупности, так и по раздельности не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и квалифицируются как не причинившие вред здоровью человека.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном частью 1 статьи 105 УК РФ, признал в полном объеме, согласился с обстоятельствами, изложенными в предъявленном ему обвинении, от дачи показаний отказался, воспользовавшись статьей 51 Конституции Российской Федерации.

В связи с отказом подсудимого ФИО1 от дачи показаний, в судебном заседании в соответствии п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания, данные им в ходе предварительного расследования в присутствии защитника.

Так, будучи допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, ФИО1 показывал о том, что с 2018 года он знаком с С*З.С., с февраля 2024 они стали совместно проживать в р.<адрес>, в его квартире. С*З.С. при жизни злоупотребляла спиртными напитками, нигде не работала. Взаимоотношения между ними были нормальные, иногда они ссорились, но быстро мирились.

27.07.2024 года, в течение всего дня он и С*З.С. находились в квартире вдвоем, весь день употребляли спиртные напитки, выпили около 2 литров водки. Квартира была закрыта изнутри, в гостях у них никто не был. В ходе распития спиртных напитков между ним и С*З.С. возникла словесная ссора, поскольку он ее приревновал. Они ругались и он, разозлившись, стал наносить С*З.С. удары кулаками по голове, в том числе и лицу, и туловищу, всего нанес не менее 10 ударов в область головы, не менее 10 ударов в область туловища. Более точное количество нанесенных ударов назвать не может, т.к. был сильно пьян и все происходило очень быстро. Возможно, он нанес С*З.С. и большее количество ударов. Сначала он наносил С*З.С. удары в коридоре квартиры, после чего они переместились в зал, где он продолжил наносить С*З.С. удары кулаками в область головы и туловища (живота, грудной клетки). От очередного удара по голове С*З.С. упала на матрац, находившийся на полу, при этом головой она не ударялась. Лежавшей на полу С*З.С. он продолжил наносить удары кулаками по голове и туловищу до тех пор, пока она не скончалась. Во время нанесения ударов С*З.С. периодически переворачивалась на бок, а затем снова на спину. Поняв, что С*З.С. мертва, поскольку она перестала дышать и не подавала признаков жизни, он решил избавиться от трупа. С этой целью он перетащил тело С*З.С. в кухню квартиры, где скинул в подпол, после чего закрыл подпол крышкой и сверху постелил ковер, а затем ушел спать. До этого телесных повреждений С*З.С. никто не причинял, сама она не ударялась, не падала. После ознакомления с заключением эксперта по трупу С*З.С. он подтверждает, что имевшиеся у нее телесные повреждения в области верхних и нижних конечностей причинил именно он, не исключает, что нанес С*З.С. не менее 10 ударов по рукам и ногам. Утром, вспомнив произошедшие события, он испугался. В это время к нему в квартиру пришли его сестра и мама, которые стали спрашивать, где Сурду и что случилось. Сестра открыла крышку подпола, где увидела тело С*З.С., после чего она позвонила в полицию. До приезда сотрудников полиции он находился в своей квартире. Свою вину в том, что нанес С*З.С. множественные удары, от которых она скончалась, он признает полностью, в содеянном раскаивается, кроме него телесные повреждения С*З.С. никто не причинял. Убивать С*З.С. он не хотел, все произошло в горячках. Конфликт между ним и С*З.С. произошел в период с 19 до 22 часов ( т.1, л.д.37-41, л.д.69-73, л.д.128-132).

При проведении проверки показаний на месте ФИО1 самостоятельно и добровольно привёл участников следственного действия на место совершения преступления - в <адрес>, изложил аналогичные вышеуказанным обстоятельства причинения им смерти С*З.С., указал, каким было взаимное расположение его и С*З.С. в момент применения к ней насилия, а также при помощи манекена продемонстрировал, какие действия в отношении С*З.С. он последовательно совершил, каким образом переместил её в подпол квартиры (т. 1 л.д.48-60).

В ходе следственного эксперимента ФИО1 подтвердил изложенные показания об обстоятельствах совершённого в отношении С*З.С. преступления и, детализируя свои показания, при помощи манекена продемонстрировал локализацию и механизм нанесения С*З.С. ударов кулаками (т. 1 л.д.75-82).

При этом изложенные ФИО1 и зафиксированные в протоколах проверки показаний на месте и следственного эксперимента обстоятельства последовательны и аналогичны обстоятельствам, изложенным им при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого.

В судебном заседании ФИО1 подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия, пояснил, что, нанося удары С*З.С., он в связи с нахождением в состоянии сильного алкогольного опьянения, не думал о том, что может причинить ей какой-либо вред здоровью или смерть. С*З.С. не совершала в отношении него никаких противоправных или аморальных действий, необходимости в нанесении ей ударов у него не было.

Проверка и оценка изложенных показаний ФИО1, подтверждённых им в судебном заседании, позволяет констатировать, что допросы ФИО1 в качестве подозреваемого, обвиняемого, как и следственный эксперимент и проверка показаний на месте, в ходе которых он полностью признавал вину в совершении в отношении С*З.С. противоправных деяний, проводились в обстановке, исключающей какое-либо воздействие на него; показания им были даны добровольно, сами процессуальные действия проведены без нарушения уголовно-процессуального закона. Сообщение подсудимым в указанных допросах сведений, в том числе из своей личной жизни, подробное изложение обстоятельств совершения преступления также свидетельствует о добровольности дачи им показаний. Составленные при этом протоколы соответствуют требованиям УПК РФ: в проведённых с участием подсудимого следственных действиях принимал участие защитник, показания ФИО1 давались после разъяснения всех процессуальных прав, в том числе предусмотренного статьёй 51 Конституции РФ права не свидетельствовать против себя, а в случае согласия дать показания – их возможного использования в качестве доказательств по уголовному делу, и создания условий для реализации этих прав. Факт разъяснения ФИО1 предусмотренных законом прав зафиксирован в протоколах следственных действий и удостоверен подписями ФИО1 и защитника, участие которого было обеспечено органом следствия в соответствии с заявлением подсудимого. Оснований ставить под сомнение факты участия защитника в проведённых с подсудимым следственных действиях у суда не имеется.

В ходе предварительного следствия подсудимый, как это следует из протоколов следственных действий, уточнял свои показания об обстоятельствах и мотивах инкриминируемых деяний, что также свидетельствует о добровольности дачи им показаний в обстановке, исключающей какое-либо воздействие на него. При этом заявлений об оказании на него какого-либо давления ФИО1 не делал, напротив, сообщал о добровольном характере дачи показаний. Соответствие хода и результатов проводимых с участием подсудимого следственных действий, правильность содержания показаний, зафиксированных в составленных по их итогам соответствующих протоколах, были подтверждены собственноручными подписями ФИО1 и его защитника – адвоката Мясникова В.И., не делавших заявлений ни об искажении содержания показаний допрашиваемого лица, ни о наличии у них дополнений, касающихся уточнения обстоятельств происшедшего; все протоколы подписывались подсудимым и его защитником лишь после тщательного ознакомления с ними, что удостоверялось их подписями.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что следственные действия с участием подсудимого были проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, составленные при этом протоколы соответствуют его требованиям, в связи с чем зафиксированные в них показания ФИО1 являются допустимыми доказательствами, а потому суд использует их при установлении фактических обстоятельств дела.

Помимо признательных показаний подсудимого ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, его виновность подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, показаниями потерпевшей в ходе предварительного следствия, свидетелей Н*М.А., С*Г.В., К*Л.С. и иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из показаний потерпевшей Б*С.Н., данных в ходе предварительного следствия и исследованных судом в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что ее дочь-С*З.С. проживала со своим сожителем ФИО1 по месту жительства последнего. В вечернее время 28.07.2024 ей от родственников ФИО1 стало известно, что С*З.С. скончалась, ее тело с многочисленными телесными повреждениями было обнаружено в квартире ФИО1, который и причинил ей телесные повреждения, повлекшие ее смерть. Характеризует С*З.С. как спокойного неконфликтного человека. Желает привлечь ФИО1 к уголовной ответственности за лишение жизни ее дочери ( т.1, л.д.115-117).

Согласно показаниям свидетеля К*Л.С., данных как в судебном заседании, так и в ходе предварительного следствия (т.1,л.д.61-63), исследованных судом в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ и подтвержденных свидетелем в судебном заседании, следует о том, что с весны 2024 года у нее по соседству стал проживать ФИО1 со своей сожительницей по имени Зара. Ей известно, что ФИО1 и его сожительница злоупотребляли спиртными напитками. 27.07.2024, ближе к вечеру, находясь в своей квартире, она слышала доносившиеся из квартиры ФИО2 крики, ругань, были слышны голоса ФИО1 и С*З.С., которые о чем-то спорили. Вечером она уехала с ночёвкой к своим родственникам. Домой приехала около 14 часов 28.07.2024 года. Находясь в своей квартире, слышала, как ФИО1, тоже находясь в своей квартире, плакал, повторял: «Зара, Зара!», хотя её голоса в этот момент она не слышала, дверь квартиры ФИО2 не открывалась. Её это насторожило и она пошла к матери ФИО1-С*Г.В., которой рассказала о своих опасениях, после чего вернулась в свою квартиру. В тот же день от сотрудников полиции она узнала, что в подполе квартиры ФИО2 был обнаружен труп его сожительницы, в квартиру ФИО2 она не заходила.

Свидетель Н*М.А. в судебном заседании дала показания том, что подсудимый ФИО1- ее родной брат, который с весны 2024 года проживал со своей сожительницей С*З.С. в принадлежащей ФИО2 квартире. С*З.С. при жизни злоупотребляла алкоголем. После того, как ФИО1 стал проживать вместе с ней, он тоже стал употреблять спиртные напитки. Она полагала, что отношения между ФИО1 и С*З.С. были хорошие, ФИО1 заботился о С*З.С., дарил ей подарки. 28.07.2024 к ее матери-С*Г.В. пришла соседка ФИО1-К*Л.С., которая сообщила, что ФИО1, находясь в своей квартире, плачет, зовёт Зару. К*Л.С. попросила сходить к ФИО1 и проверить все ли у них в порядке. После этого она вместе со С*Г.С. пришли к брату. Дверь его квартиры была заперта изнутри. Они постучались, он открыл дверь. Они зашли в квартиру. ФИО1 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, был расстроен, по его состоянию она поняла, что что-то произошло. Она спросила его, где С*З.С. и он ответил, что та спит, однако, она не обнаружила в квартире Сурду. Затем она прошла в кухню квартиры, открыла крышку подпола и увидела в подполе труп С*З.С. Она очень испугалась увиденного, стала кричать брату, что он наделал. Тот в ответ плакал, говорил, что в этом он виноват, но на ее вопрос о том, что произошло- ничего не говорил. Она предупредила ФИО1, что сообщит о случившемся участковому уполномоченному полиции, Смирнов согласился с этим. В телефонном разговоре с участковым она ему сообщила, что ее брат убил С*З.С. и ее труп находится в подполе его квартиры, после чего вышла из дома. Вскоре приехали сотрудники полиции. В осмотре квартиры ФИО1 она участия не принимала. До приезда сотрудников полиции ФИО1 из своей квартиры никуда не выходил, что он объяснял сотрудникам полиции, ей не известно.

Из показаний свидетеля С*Г.В., данных ходе судебного заседания следует, что днем 26.07.2024 она встретилась на улице со своим сыном-ФИО1 и его сожительницей–С*З.С., находившимися в состоянии алкогольного опьянения, каких-либо телесных повреждений у С*З.С. она не заметила. 28.07.2024 около 16 часов к ней пришла соседка сына- К*Л.С. и сообщила, что Сергей в своей квартире плачет и зовет Зару, но та не откликается. Соседка попросила её сходить и проверить, всё ли в порядке у Сергея. Затем она (свидетель) позвонила своей дочери Н*М.А., сообщила о визите К*Л.С. и попросила сходить с ней к Сергею. После чего она и дочь пошли в квартиру Сергея. Они подошли к квартире, дверь была закрыта изнутри, Сергей открыл им дверь. Они прошли в спальную комнату, спросили у Сергея, где Зара и что случилось. Сергей им ответил, что та спит. Мария прошла в кухню, после чего стала кричать, говорить Сергею, что тот натворил, но тот плакал, кричал только периодически «Зара», более ничего не пояснял, находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Затем её дочь сообщила о случившемся в полицию. Что именно произошло между сыном и С*З.С. ей неизвестно.

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия (т.1, л.д.24-26), свидетель С*Г.В. показывала о том, что соседка ее сына-К*Л.С., придя к ней домой, рассказала, что вечером 27.07.2024 ФИО1 и его сожительница, находясь в своей квартире, сильно ругались, из их квартиры слышны были звуки ссоры и как будто кто-то падает.

В судебном заседании свидетель ФИО3 подтвердила, что в исследованном судом протоколе допроса подписи-ее, однако, она не помнит, говорила ли ей ФИО4 о том, что вечером 27.07.2024 между ФИО1 и С*З.С. произошла ссора.

Проанализировав показания, данные свидетелем С*Г.В. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, суд наиболее достоверными признает показания свидетеля С*Г.В., данные в ходе предварительного следствия, поскольку данные показания свидетелем прочитаны лично, замечаний к протоколу от нее не поступило, показания С*Г.В. подписаны, ее показания в указанной части согласуются с показаниями свидетеля К*Л.С., данными в ходе предварительного следствия и подтвержденными свидетелем в судебном заседании.

По обстоятельствам места совершения ФИО1 в отношении С*З.С. преступления показания подсудимого ФИО1 об обстоятельствах причинения им смерти С*З.С., об обстановке в доме, о расположении потерпевшей в момент нанесения ей телесных повреждений, последующем перемещении тела С*З.С., объективно подтверждаются данными протокола осмотра места происшествия, согласно которому, в ходе осмотра квартиры <адрес>, в подполе кухни обнаружен труп С*З.С., на котором в лобной области головы, лица, ушных раковинах, шее, грудной клетке, пояснице, руках, ногах имеются множественные телесные повреждения в виде ссадин и кровоподтеков. Также в ходе осмотра квартиры были обнаружены и изъяты принадлежащие ФИО1 футболка синего цвета, спортивные штаны темно-синего цвета, из находившегося на полу возле дверного проема в зал взят образец обнаруженного на нём вещества бурого цвета, похожего на кровь. Кроме того, при проведении данного следственного действия в спальной комнате на диване обнаружен матрац, на котором имелись многочисленные следы вещества бурого цвета, похожего на кровь, с которых производились вырезы. При обработке дактилоскопическим порошком косяка дверного проема кухни и крышки подпола обнаружены и изъяты на 5 отрезков ленты-скотч следы пальцев рук.По итогам осмотра места происшествия был составлен соответствующий протокол следственного действия с прилагаемой к нему фототаблицей ( т.1, л.д.7-19).

Нарушений требований УПК РФ при производстве осмотра места происшествия, которые могли бы свидетельствовать о внесении в протокол не соответствующих действительности сведений об обстановке на территории квартиры ФИО5 и изымавшихся предметах, судом не установлено.

Согласно выводам судебно-медицинских экспертиз трупа № 0304, № 7/0304 при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО6 обнаружены следующие телесные повреждения:

А) закрытая сочетанная черепно-спинальная травма: кровоизлияния под твердую мозговую оболочку; ушиб вещества головного мозга; кровоизлиянии в желудочки головного мозга; кровоизлияние в эпидуральной жировой ткани спинного мозга; очаговое субарахноидальное кровоизлияние спинного мозга, ссадина в лобной области справа, отступя на 3 см. вверх от средней части брови; кровоподтек на верхнем и нижнем веках правого глаза с переходом на скуловую область, область щеки и височную область: ссадина на фоне кровоподтека в скуловой области; кровоподтек на правой ушной раковине с переходом на заушную область; кровоподтек на верхнем и нижнем веках левого глаза с переходом на скуловую область и область щеки; кровоподтек на спинке носа с переходом на крылья носа; кровоподтек на левой ушной раковине с переходом на заушную область; кровоизлияние в слизистой оболочке верхней губы в проекции 1-3 зубов; ушибленная рана в области левого угла рта с переходом на верхнюю губу; кровоизлияние в слизистой оболочке нижней губы; ушибленная рана в области правого угла рта; ссадины (3) в подчелюстной области; кровоподтек в верхней трети шеи справа, на 2 см. ниже угла нижней челюсти;

Б) закрытая тупая сочетанная травма грудной клетки живота и забрюшинного пространства: кровоподтек в проекции грудно-ключичного сочленения справа; кровоподтек в проекции с/3 правой ключицы; ссадина на фоне кровоподтека; кровоподтек на левой боковой поверхности грудной стенке, по передней подмышечной линии в проекции 2-4 ребер; кровоподтек на передней поверхности грудной стенки справа по средней ключичной линии в проекции 6-8 ребер; ссадины (5) в проекции 6-10 грудных позвонков по околопозвоночной линии на участке размерами 10x6 см.; кровоподтек в поясничной области слева; локальный перелом 2 ребра справа; конструкционные переломы левых ребер (2,3,4,5,6 по средней ключичной линии), и правых ребер (7,8,9 ребра справа по средней подмышечной линии). кровоизлияние в корни правого и левого легкого; разрыв ткани и капсулы селезенки и печени в области ворот; кровоизлияние в ткань поджелудочной железы; кровоизлияния в брыжейку тонкого и толстого кишечника и стенку тонкого кишечника, кровоизлияние в околопочечную клетчатку левой почки;

В) повреждения в области верхних и нижних конечностей: ссадина в проекции правого локтевого сустава, по передней поверхности; кровоподтеки (2) в проекции правого локтевого сустава по задневнутренней поверхности; кровоподтек на тыльной поверхности правой кисти, в проекции пястных костей; кровоподтек в с/3 левого плеча, по наружной поверхности; кровоподтек в с/3 левого плеча, по задней поверхности; ссадина в проекции левого локтевого сустава, по наружной поверхности; кровоподтек в проекции левого локтевого сустава по внутренней поверхности; кровоподтек в проекции лучезапястного сустава слева, по наружной поверхности; ссадина в проекции правого коленного сустава по наружной поверхности, ссадина в проекции левого коленного сустава; ушибленная рана на фоне ссадины в проекции левого коленного сустава.

Вышеуказанные повреждения получены незадолго до наступления смерти от воздействий тупого твердого предмета(ов), характерные особенности которого(ых) в повреждении(ях) не отобразились. Общее количество воздействия в область головы не менее 10, в область туловища не менее 10, в область верхних и нижних конечностей не менее 10. Исходя из локализации повреждений, можно предположить, что в одну область могло быть причинено несколько травмирующих воздействий, а так же от одного воздействия могло образоваться несколько повреждений.

Причиной смерти С*З.С. явилась закрытая сочетанная черепно-спинальная травма проявившаяся: кровоподтеками, ссадинами и ушибленными ранами на голове, кровоизлияниями под твердую и мягкую мозговую оболочку, ушибом и разрушением вещества головного мозга с кровоизлиянием в желудочки головного мозга, осложнившаяся отеком головного мозга с вклинением стволового отдела мозга в большое затылочное отверстие и вторичными кровоизлияниями в стволовой отдел головного мозга.

Данная закрытая сочетанная черепно-спинальная травма явилась опасной для жизни человека и квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

Закрытая тупая сочетанная травма грудной клетки живота и забрюшинного пространства явилась опасной для жизни человека и квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

Повреждения в области верхних и нижних конечностей (кроме раны в области левого коленного сустава) как в совокупности, так и по раздельности не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и квалифицируются как не причинившие вред здоровью человека. Рана области левого коленного сустава вызвала кратковременное расстройство здоровья и квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью.

Характер трупных изменений не исключает наступление смерти в срок до 1-2 суток к моменту начала вскрытия трупа. При судебно-химическом исследовании в крови и моче обнаружен алкоголь в количестве крови 3.11%о (промилле), в моче 4,73% (промилле), что у обычных людей со средней чувствительностью к нему соответствует алкогольному опьянению тяжелой степени.

Не исключается возможность образования повреждений, входящих в структуру закрытой черепно-спинальной травмы (за исключением кровоподтека в верхней трети шеи на 2 см. ниже угла нижней челюсти), а также части повреждений, входящих в структуру закрытой тупой сочетанной травмы грудной клетки, живота и забрюшинного пространства при обстоятельствах, указанных ФИО5 в ходе следственного эксперимента от 30.07.2024 года. Не исключается возможность образования части повреждений, расположенных на голове, входящих в структуру закрытой черепно-спинальной травмы, а также части повреждений, входящих в структуру закрытой тупой сочетанной травмы грудной клетки, живота и забрюшинного пространства при обстоятельствах, изложенных ФИО1 в ходе проверки показаний на месте от 29.07.2024 ( т.1, л.д.169-179, л.д.198-206).

Таким образом, заключениями судебных медицинских экспертиз подтверждаются показания в ходе предварительного расследования подсудимого ФИО1 относительно локализации ударов, нанесенных им С*З.С.; механизма наносимых телесных повреждений, количества травматических воздействий, относительно наличия прямой причинно-следственной связи между оказанными ФИО1 травматическими воздействиями, проявившимися закрытой сочетанной черепно-спинальной травмой, закрытой тупой сочетанной травмы грудной клетки, живота и забрюшинного пространства, и наступившими последствиями в виде смерти С*З.С.

Изъятые в ходе осмотра места происшествия предметы, в том числе одежда ФИО1, как и изъятые при производстве выемки и получении образцов смывы с рук ФИО1 (т.1 л.д 44-46) были представлены для производства экспертных исследований, результаты которых объективно подтверждают причастность ФИО1 к причинению смерти С*З.С.

Так, согласно заключениям судебно-биологических экспертиз:

№300 от 06.08.2024- в следах на марлевом тампоне-смыве, изъятом 28.07.2024 с пола в зале при осмотре места происшествия, найдена кровь человека, происхождение которой от С*З.С. не исключается (т.1, л.д.153-155);

№298 от 09.08.2024- в большинстве следов на спортивных штанах, принадлежащих ФИО5, изъятых в ходе осмотра места происшествия, найдена кровь человека, которая могла произойти от С*З.С. (т.1, л.д.157-160);

№ 299 от 07.08.2024- в смывах на марлевом тампоне с ладоней и пальцев левой руки, изъятых в ходе выемки у ФИО1, найдены следы крови, которые могли образоваться от С*З.С. (т.1, л.д.162-164);

№ 296 от 12.08.2024- в следах на фрагменте матраца, изъятом 28.07.2024 в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, которая совпала с группой крови С*З.С., следовательно, происхождение крови от нее не исключается ( т.1, л.д.166-168);

Из выводов судебных дактилоскопических экспертиз №№ 02Э/82, 02Э/83 от 30.07.2024 следует, что следы пальца руки и ладони на отрезках липкой ленты скотч размерами 27х38 мм ( на крышке подпола) и 38х71 мм (дверном косяке), обнаруженные и изъятые в ходе осмотра места происшествия от 28.07.2024, пригодны для индентификации оставлены большим пальцем левой руки и гипотенаром левой ладони ФИО1 ( т.1, л.д. 187-191).

Вышеизложенными заключениями судебных биологических экспертиз также объективно подтверждаются показания ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, о месте, где подсудимым были нанесены удары потерпевшей- соответственно на матраце в спальной комнате и на полу у входа в зал квартиры, о чём свидетельствует локализация следов крови потерпевшей; об избранном ФИО1 способе совершения преступления-нанесение ударов руками, что обусловило попадание и локализацию крови потерпевшей на пол и матрац, а также на предметы одежды и руки ФИО1, о перемещении последним трупа С*З.С. в подпол квартиры, о чём свидетельствует обнаружение трупа С*З.С. в подполе квартиры и наличие следа пальца руки ФИО2 на крышке подпола.

Проверка и оценка судом названных выше заключений судебных экспертиз показала, что они получены в установленном законом порядке, соответствуют другим доказательствам, исследованным в судебном заседании, а также относимы, допустимы и достоверны. Нарушений действующего законодательства Российской Федерации при назначении экспертиз и их производстве не установлено. Экспертам разъяснены их права и обязанности, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сами заключения являются мотивированными и полными, не вызывают новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела и сомнений в их обоснованности, не содержат неясностей и противоречий, соответствуют требованиям статьи 204 УПК РФ, даны экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж работы и специальные познания.

Все изъятые в ходе предварительного расследования предметы, включая смывы и вырезы с пятен вещества бурого цвета, образцы этого вещества, марлевые тампоны-смывы с пальцев и ладоней правой и левой рук ФИО1, 5 отрезков липкой ленты со следами пальцев рук, одежду ФИО1, были осмотрены (т.1, л.д.120-137).

Таким образом, проверка и оценка судом приведенных выше доказательств показала, что они получены в установленном законом порядке, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, а также являются относимыми, допустимыми и достоверными и потому не вызывают сомнения.

Разрешая вопрос о доказанности вины ФИО1 и квалификации его действий, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, позволяющих констатировать, что 27 июля 2024 года в период времени с 19 до 22 часов в результате умышленных преступных действий ФИО1 была лишена жизни С*З.С.

Делая данный вывод, суд исходит из того, что в судебном заседании подсудимый ФИО1 не отрицал, что до нанесения им ударов кулаками потерпевшей С*З.С., последняя телесных повреждений, квалифицируемых как тяжкий вред здоровью, не имела.

Более того, в судебном заседании ФИО1 вообще не оспаривал ни обстоятельства причинения им телесных повреждений С*З.С., ни их локализацию, количество и способ нанесения, полностью подтвердив подробные показания в ходе предварительного расследования по указанным обстоятельствам.

В этой связи, анализируя приведённые признательные показания подсудимого в той части, в которой они не противоречат иным доказательствам, а также показания свидетелей, протоколы следственных действий, заключения экспертов и иные документы, суд приходит к выводу о том, что они устанавливают событие преступления, причастность к нему подсудимого и его виновность в его совершении.

Факт нанесения именно ФИО1 ударов потерпевшей С*З.С. подтверждается показаниями подсудимого, которые в свою очередь согласуются с заключениями судебных медицинских и иных проведенных по делу экспертиз.

Именно вследствие нанесенных ФИО1 ударов, С*З.С. получила телесные повреждения, от которых наступила ее смерть, в связи с чем наличие прямой причинной связи между действиями ФИО1 и наступившими вышеуказанными последствиями не вызывает сомнений у суда.

Об умысле ФИО1 на убийство С*З.С. свидетельствуют характер и локализация телесных повреждений - нанесение ударов (не менее 10) кулаками с достаточно большой силой воздействия в жизненно важный орган - голову, вызвавшие такие повреждения головного мозга, от которых смерть потерпевшей наступила в короткий промежуток времени, нанесение множественных ударов (не менее 10) кулаками в область туловища, вызвавшие, в том числе и такие повреждения, как разрыв ткани и капсулы селезенки и печени, двусторонние переломы ребер, которые являлись опасными для жизни и квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Об умысле на убийство свидетельствует и поведение подсудимого до и после совершения преступления - незначительный повод для его совершения, осознание того, что потерпевшая в силу нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения не сможет оказать достаточное сопротивление либо принять иные меры к самосохранению; нанесение множества ударов кулаками потерпевшей, лежавшей на полу и не оказывающей ему никакого сопротивления, прекращение противоправных действий только после того, как потерпевшая перестала подавать признаки жизни, а также последующие действия ФИО1, который никаких мер для оказания помощи С*З.С. не предпринимал, и с целью сокрытия своей причастности к преступлению, скинул тело С*З.С. в подпол квартиры и закрыл его, постелив сверху ковер.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что умысел ФИО1 был направлен именно на лишение жизни потерпевшей, так как он осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти, но относился к ним безразлично, то есть ФИО1 совершил убийство С*З.С. с косвенным умыслом.

Показания подсудимого ФИО1 в качестве подозреваемого, где он утверждает, что убивать С*З.С. он не хотел, все произошло в горячках ( т.1, л.д.37-41), а также доводы адвоката Мясникова В.И. об отсутствии у ФИО1 умыла на убийство С*З.С., суд не принимает во внимание как сформированную позицию защиты, поскольку указанные доводы противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании, в том числе и показаний самого ФИО1, который не отрицал, что нанес потерпевшей множественные удары в область расположения жизненно-важного органа-голову, и выводов судебно-медицинских экспертиз о том, что смерть С*З.С. последовала в результате закрытой сочетанной черепно-спинальной травмы, проявившейся также и кровоизлиянием под твердую мозговую оболочку, ушибом вещества головного мозга, кровоизлиянием в желудочки головного мозга, очаговым субарахноидальным кровоизлиянием спинного мозга, кровоизлиянием в эпидуральной жировой ткани спинного мозга.

Оценивая мотивацию содеянного ФИО1 в отношении С*З.С., суд, проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, приходит к выводу, что при нанесении повреждений потерпевшей ФИО1 руководила личная неприязнь, возникшая в ходе ссоры с С*З.С. на почве личных неприязненных отношений.

Исходя из фактических обстоятельств уголовного дела, суд квалифицирует действия ФИО1 по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса РФ- как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для вывода о том, что нанесение ФИО1 ударов в область расположения жизненно важных органов С*З.С. было обусловлено правом подсудимого на необходимую оборону, у суда не имеется.

Право на причинение вреда посягающему в состоянии необходимой обороны возникает при начавшемся общественно опасном посягательстве, если оно было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или непосредственной угрозой применения такого насилия.

Судом не усматривается оснований для квалификации действий ФИО1 как совершенных в состоянии необходимой обороны или с превышением ее пределов. Потерпевшая С*З.С. никаких действий, которые представляли бы угрозу для жизни и здоровья ФИО1 в момент нанесения ударов кулаками не предпринимала, угроз в адрес последнего не высказывала, каких-либо предметов, способных причинить вред жизни и здоровью подсудимого, не имела, необходимости в нанесении ей ударов кулаками не имелось.

Таким образом, каких-либо данных о совершении С*З.С. действий, которые представляли бы угрозу для жизни и здоровья ФИО1, не имеется, что не оспаривается и самим подсудимым.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что действия ФИО1, направленные на лишение жизни С*З.С., явно не вызывались реальной обстановкой и не являются необходимой обороной либо превышением её пределов.

Не установлено судом и оснований для квалификации действий подсудимого, как совершённых в состоянии сильного душевного волнения, вызванного противоправными или аморальными действиями потерпевшей. Внезапно возникшее сильное душевное волнение представляет собой исключительно быстро возникающее и бурно протекающее кратковременное эмоциональное состояние, которое может быть охарактеризовано как взрыв эмоций в ответ на насилие, тяжкое оскорбление, иные противоправные действия потерпевшего. Данному состоянию свойственна дезорганизация интеллектуальной и волевой сфер виновного в форме сужения сознания, не исключающая вменяемости, но в то же время затрудняющая адекватное восприятие действительности и выбор лучшего в сложившейся ситуации варианта поведения.

По уголовному делу признаков такого состояния у ФИО1 не установлено.

Каких-либо данных о том, что действиям ФИО1 предшествовала длительная психотравмирующая ситуация, возникшая в связи с систематическим противоправным поведением С*З.С. также не имеется.

ФИО1 был знаком с С*З.С. с 2018 года, с февраля 2024 они проживали совместно в квартире ФИО1 27.07.2024 года ФИО1 и С*З.С. в течение дня совместно употребляли спиртные напитки, подсудимый не находился в состояния эмоционального напряжения, вызванного поведением потерпевшей. Произошедшая же между ними ссора, как и нанесение ФИО1 ударов потерпевшей не обуславливали необходимость пресечения конфликта путём физического воздействия.

Таким образом, анализ поведения ФИО1 в момент совершения преступления, его последующее поведение, выразившееся в попытке скрыть свою причастность к причинению смерти С*З.С. путем сокрытия ее трупа, также не свидетельствует о его пребывании в состоянии аффекта. Анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 действовал не импульсивно, а вполне осознанно.

Указанный вывод подтверждается и заключением амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, согласно которому ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным расстройством психики и не страдает и не страдал ранее. В момент совершения инкриминируемых деяний ФИО1 не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. По психическому состоянию в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО1 не находился в состоянии аффекта, о чем свидетельствует ориентировка в окружающем, целенаправленность и последовательность его действий, отсутствие нарушений в произвольной регуляции поведения, отсутствие в его действиях состояния стадийности, характерной для эмоциональных состояний, доходящих до степени аффекта. В момент совершения противоправных деяний ФИО1 испытывал чувство злости по отношению к потерпевшей, которое не доходило до степени выраженности аффекта и не оказало существенного влияния на его сознание и поведение в исследуемой ситуации. У ФИО2 имело место состояние простого алкогольного опьянения, которое существенным образом изменяет течение эмоциональных реакций и процессов, снижает контроль своих действий и облегчает открытое проявление агрессии во внешнем поведении (т.1, л.д.208-209).

Судебно-психиатрическая экспертиза проведена и заключение составлено комиссией врачей-экспертов, имеющих необходимое образование, стаж работы по специальности. При проведении экспертизы соблюдены требования УПК РФ, регламентирующие порядок назначения судебной экспертизы, права обвиняемого при ее проведении, порядок проведения комиссионной судебной экспертизы, а также устанавливающие требования к заключению эксперта. Выводы экспертов не содержат противоречий и неполноты, являются ясными и обоснованными, не вызывают сомнений у суда, в связи с чем ФИО1 признается судом вменяемым лицом, которое может нести уголовную ответственность за содеянное.

Основания для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности или наказания отсутствуют.

При назначении наказания суд, руководствуясь положениями статей 6, 43 и 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого ФИО1 преступлении и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

По месту жительства участковым уполномоченным полиции ФИО1 характеризуется в целом положительно: в МО МВД России на учете не состоит, жалобы на его поведение не поступали, в употреблении наркотических средств, психотропных препаратов без назначения врача замечен не был, хотя отмечается его склонность к употреблению спиртного.

На специализированном учете у нарколога и психиатра ФИО1 не состоит (т. 1 л.д.220, 222-224).

Жителями р.<адрес> ФИО1 характеризуется положительно.

Свидетели Н*М.А. и С*Г.В. охарактеризовали подсудимого ФИО1 как заботливого сына и брата, никогда не отказывающего в помощи, отзывчивого, спокойного по характеру.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает и учитывает отсутствие у него судимости, полное признание ФИО1 вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (выразившееся в предоставлении органам следствия информации, имеющей значение для установления обстоятельств уголовного дела, в частности, о способе, механизме совершения вмененных ему деяний), возмещение расходов на погребение С*З.С., состояние здоровья его матери, оказание ей материальной и бытовой помощи, высказанное в ходе предварительного следствия намерение заключить контракт на участие в СВО, в целом положительные характеристики с места жительства.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает и учитывает в действиях подсудимого явку с повинной. Согласно п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении признается явкой с повинной. В судебном заседании установлено, что после того, как свидетель Н*М.А. обнаружила труп С*З.С. в квартире ФИО1, тот сообщил указанному свидетелю о том, что в смерти С*З.С. виновен он; ФИО1 поддержал намерение свидетеля сообщить о случившемся в полицию, после чего Н*М.А. сообщила по телефону сотруднику полиции о совершенном ФИО2 убийстве.

До сообщения ФИО1 свидетелю Н*М.А. о своей виновности в убийстве С*З.С., органам полиции не было известно о совершении в отношении указанного лица и о причастности ФИО1 к этому преступлению.

Оснований для признания такого смягчающего наказание обстоятельства, как «противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления», не имеется, поскольку С*З.С. никаких действий, которые в анализируемом аспекте могли бы рассматриваться в качестве противоправных и аморальных, явившихся поводом для случившегося, в отношении ФИО1 вообще не совершалось, а конфликт между ФИО1 и потерпевшей С*З.С. произошёл в ходе ссоры в процессе распития спиртного и предопределившим криминальную агрессию ФИО1 фактором стала его личная реакция и нахождение в состоянии алкогольного опьянения, а не совершение С*З.С.таких противоправных и аморальных действий, которые могли бы послужить поводом для совершения преступления по смыслу, придаваемому таким обстоятельствам пунктом «з» части 1 статьи 61 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, пояснения ФИО1 о том, что именно нахождение в состоянии опьянения обусловило его действия в отношении С*З.С., выводы амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, также отметившей, что именно состояние алкогольного опьянения существенным образом изменило течение эмоциональных реакций и процессов, снизило контроль его действий и облегчило открытое проявление агрессии во внешнем поведении, суд признает отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. В судебном заседании установлено и не отрицалось подсудимым, что 27 июля 2024 года ФИО1 употреблял спиртные напитки в значительном количестве непосредственно перед совершением убийства С*З.С., само преступление он совершил, находясь в указанный период в состоянии алкогольного опьянения, которое оказало существенное влияние на мотивацию его действий, способствовало совершению им преступлений, снизило его способность к самоконтролю, соблюдению социальных норм и правил поведения, явившись важным условием для совершения преступлений, на что указывают исследованные в судебном заседании доказательства. Нахождение в состоянии алкогольного опьянения при совершении преступления отражено в предъявленном ФИО1 обвинении и нашло своё подтверждение в судебном заседании, а само вышеуказанное отягчающее обстоятельство, предусмотренное частью 11 статьи 63 УК РФ, приведено в обвинительном заключении.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, обстоятельств его совершения и данных о личности подсудимого, а также с учетом принципа разумности и справедливости назначаемого наказания, суд приходит к выводу о том, что достижение предусмотренных статьей 43 УК РФ целей наказания, а именно: восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения им новых преступлений, возможно при условии назначения ФИО1 наказания только в виде лишения свободы на определённый срок, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение вышеуказанных целей наказания.

Суд не усматривает оснований для применения при назначении ФИО1 наказания за совершённое им преступление положений части 1 статьи 62 УК РФ в связи с наличием отягчающего наказание обстоятельства.

Оснований для применения к подсудимому статьи 64 УК РФ и назначения ему наказания ниже низшего предела не имеется, поскольку по делу отсутствуют какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами совершённых преступлений, ролью виновного, иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступлений.

Оснований для применения к ФИО1 положений статьи 73 УК РФ не имеется с учётом отсутствия оснований к назначению ему наказания в соответствии со статьёй 64 УК РФ и исходя из установленного частью 1 статьи 73 УК РФ ограничения, касающегося возможности применения условного осуждения применительно к назначаемому сроку наказания в виде лишения свободы.

Правовых оснований к обсуждению вопроса о возможности изменения категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ ввиду наличия отягчающего наказание обстоятельства не имеется.

Учитывая данные о личности подсудимого ФИО1, совокупность смягчающих его наказание обстоятельств, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч.1 ст.105 УК РФ.

Поскольку ФИО1 совершено особо тяжкое преступление, наказание в виде лишения свободы в соответствии с требованиями пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ должно отбываться им в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 с учётом опасности совершённого преступления и в связи с необходимостью отбывания им наказания в виде лишения свободы суд считает необходимым оставить прежней - в виде заключения под стражу.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 был задержан в предусмотренном статьями 91, 92 УПК РФ порядке 29 июля 2024 года, 30 июля 2024 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок действия которой впоследствии продлевался.

В этой связи в срок отбытия наказания следует зачесть период содержания ФИО1 под стражей с 29 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с 29 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в связи с необходимостью отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, то есть с учётом положений пункта «а» части 31 статьи 72 УК РФ.

В ходе предварительного следствия за оказание юридической помощи ФИО1 по назначению за счёт средств федерального бюджета адвокату Мясникову В.И. была произведена выплата вознаграждения в размере 8532 рубля (т.1, л.д.248-250).

Согласно пункту 5 части 2 статьи 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам, которые, в силу статьи 132 УПК РФ, взыскиваются с осуждённого или возмещаются за счёт средств федерального бюджета.

В ходе предварительного расследования ФИО1 адвокат был предоставлен для защиты его интересов, заявлений об отказе от указанного защитника ФИО1 не делал, отводов адвокату в связи с ненадлежащей защитой им также не заявлялось. Обстоятельств, исключающих возможность взыскания с ФИО1 денежных сумм, выплаченных адвокату за осуществление защиты подсудимого по настоящему делу, не установлено: каких-либо обстоятельств, свидетельствующих об имущественной несостоятельности ФИО1 не установлено, он трудоспособен, иждивенцев, на материальном положении которых могло бы отразиться взыскание с него процессуальных издержек, не имеет; сам ФИО1 в судебном заседании не возражал против взыскания с него процессуальных издержек. На основании изложенного суд не усматривает оснований к освобождению ФИО1 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек.

Суд также отмечает, что взыскание может быть обращено на будущие доходы подсудимого, являющегося трудоспособным, в том числе и на заработок во время отбывания наказания либо же после его отбытия.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется положениями статьи 81 УПК РФ и мнением участников процесса.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-300, 303, 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Ульяновской области.

Срок отбытия ФИО1 наказания исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с 29 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу.

Время содержания ФИО1 под стражей в период с 29 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в связи с необходимостью отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, то есть с учетом положений пункта «а» части 31 статьи 72 УК РФ.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в виде денежных сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи по назначению на предварительном следствии, в размере 8532 рубля.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: спортивные штаны темно-синего цвета, футболку синего цвета, принадлежащие ФИО1; майку голубого цвета, джинсы, принадлежащие С*З.С.; марлевый тампон-смыв со следами вещества бурого цвета; смывы с ладоней и пальцев левой и правой рук ФИО1, фрагмент матраца; 5 отрезков липкой ленты скотч со следами рук, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Барышского МСО СУ СК РФ по Ульяновской, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ульяновского областного суда через Барышский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осуждённым ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии и пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ, в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 15 суток со дня вручения копии приговора и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционных жалоб, затрагивающих его интересы.

Председательствующий Н.Г.Рожкова