Приговор № 1-45/2018 от 17 сентября 2018 г. по делу № 1-45/2018

П р и г о в о р

Именем Российской Федерации

с. Боград Боградский район Республика Хакасия 18 сентября 2018 года

Боградский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Асеевой Ю.Н.,

при секретаре Сагалакове Я.А.,

с участием:

государственных обвинителей – и.о. прокурора Боградского района Сычева А.С., заместителя прокурора Боградского района Сидорова С.А.,

подсудимой ФИО1,

защитника-адвоката Степанова В.В., представившего удостоверение (номер) и ордер (номер) от (дата),

потерпевшей (ФИО потерпевшей),

рассмотрев открытом в судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, родившейся (дата), зарегистрированной и проживающей по (адрес), не судимой, -

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленно причинила смерть другому человеку (ФИО).

Данное преступление совершено ею в (адрес) при следующих обстоятельствах.

23 апреля 2018 года в период времени с 14 часов до 17 часов ФИО1 и (ФИО) распивали спиртное в доме, расположенном по (адрес).

После распития спиртного, между ФИО1 и (ФИО) произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 23 апреля 2018 года около 17 часов, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в кухне дома, расположенного по вышеуказанному адресу, действуя умышленно, с целью убийства (ФИО), на почве личных неприязненных к нему отношений, возникших в ходе ссоры с последним, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти (ФИО) и желая их наступления, взяла с кухонного стола нож и нанесла клинком ножа один удар в область грудной клетки (ФИО) слева, причинив последнему телесное повреждение в виде (перечислены повреждения), квалифицирующегося как тяжкий вред здоровью по признаку вреда здоровью, опасного для жизни, и состоящего в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

В результате вышеуказанных действий ФИО1, смерть (ФИО) наступила 23 апреля 2018 года на месте происшествия от (перечислены повреждения).

Выражая в судебном заседании свое отношение к предъявленному обвинению, подсудимая ФИО1 пояснила, что вину в инкриминируемом преступлении признает частично, поскольку у нее отсутствовал умысел на убийство (ФИО).

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, проанализировав показания подсудимой, данные ею в судебном заседании, суд находит, что событие преступления, а также вина ФИО1 в его совершении при описанных судом обстоятельствах установлена и подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз и другими материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что спиртное начали употреблять с 19 апреля 2018 года у (ФИО свид.12). После распития спиртного, (ФИО) пошел домой, через некоторое время она пошла за ним. В доме он начал ее оскорблять, подскочил, ударил в левый глаз кулаком. Она испугалась и побежала, (ФИО) поймал ее за волосы, и ударил кулаком в лоб. Она вырвалась и убежала к (ФИО свид.12). 22 апреля они вечером она распивали спиртное у (ФИО свид.12). 23 апреля 2018 года с утра вновь начали распивать спиртное у соседки. Когда у соседей началась ссора, она с (ФИО) пошли домой, где продолжили распивать спиртное. В окно она увидела свекровь и вышла, (ФИО) вышел следом. (ФИО) начал кричать на (ФИО потерпевшей), и она, забрав детей ушла, а они вернулись к (ФИО свид.12), где продолжили распивать спиртное. Через некоторое время она ушла домой и легла спать. Проснулась от того, что (ФИО) стащил ее за ноги с кровати, затем пнул. Она встала, (ФИО) беспорядочно махал руками, попал ей рукой за ухо в голову, бил по плечам, кричал. Затем она с ним выпила, снова легла, он опять стащил ее за ноги с кровати, сказал, будет кочергой бить. Он стоял около печи к ней лицом, она стояла спиной к столу. (ФИО) махал руками и смотрел в направлении печи, на которой лежала кочерга. Она смотрела на него, нащупала на столе рукоятку ножа, и ударила его в левую часть груди. (ФИО) присел на корточки, она бросила нож и выскочила. Она попросила у (ФИО свид.12) сигарету и пошла домой. Дома увидела, что (ФИО) лежит ногами к порогу, она не думала, что его убила, не осознавала, думала, что спит. Она закрыла в дом дверь, и легла спать. Когда она его ударила ножом, у него в руках ничего не было. Разбудил ее (ФИО свид.1). В СИЗО она вспоминала, как ранее его резала ножом в живот и спину, и он тоже присаживался на четвереньки.

Оценивая показания подсудимой ФИО1, данные в судебном заседании, суд приходит к выводу о достоверности ее показаний, поскольку они подтверждаются показаниями свидетелей и письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании, а потому не вызывают сомнений у суда в части того, что именно ФИО1 причинила смерь потерпевшему (ФИО).

Кроме того, суд учитывает поведение подсудимой, которая после совершения преступления, осознавая содеянное, а именно причинение ножевого ранения потерпевшему, не пыталась оказать помощь (ФИО), а, напротив, ушла к соседке, вернулась и легла спать.

Виновность подсудимой ФИО1 помимо ее показаний, данных в судебном заседании, подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из показаний потерпевшей (ФИО потерпевшей) следует, что 23 апреля 2018 года, ей позвонили и сообщили, что убит (ФИО). Через некоторое время приехал участковый, попросил проехать с ним. Когда открыли дверь в дом, она увидела (ФИО), который лежал на полу, на спине, головой к печи, ногами к порогу, радом с ним лежал нож. ФИО1 спала в комнате. Следов борьбы видно не было.

Свидетель (ФИО свид.12) пояснила, что в день происшествия она с ФИО1 выпивала, она ушла, но через некоторое время вернулась и сообщила, что убила (ФИО), при этом руки у нее были в крови. Она пошла посмотреть, (ФИО) лежал в кухне, ногами к входной двери, мертвый. Она пошла к (ФИО свид.20), оттуда вызвали врача. (ФИО) по характеру спокойный, не агрессивный.

В связи с наличием существенных противоречий, в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля (ФИО свид.12), данные при производстве предварительного расследования, из которых следует, что 23 апреля 2018 года около 16 часов она вернулась домой из магазина и стала заниматься хозяйственными делами. Ее сожитель спал, а она пошла наколола дров и затопила печь. Примерно через час, когда она находилась в доме в кухне, к ней в дом пришла ФИО1, которая сказала, что ударила ножом своего (ФИО). После этого ФИО1 стала спрашивать у нее сигарету и повторяла: «Я (ФИО) завалила»! Когда она достала сигарету и передала ФИО1, то увидела, что у ФИО1 руки были в крови. После этого ФИО1 вышла из ее дома и пошла к себе в дом. Она пошла следом за ФИО1. Когда она прошла в дом, увидела, что (ФИО) лежит в кухне на полу, ей показалось, что все было в крови. Она как только увидела труп, сразу же выбежала из дома и сказала ФИО1, что вызовет скорую помощь. ФИО1 осталась в доме, когда она вышла из дома, то слышала, как ФИО1 закрыла за ней дверь. Она выбежала на улицу и побежала к (ФИО свид.11), которая в это время проходила мимо их дома. Она стала говорить (ФИО свид.11), чтобы та вызвала скорую помощь, так как ФИО1 порезала ножом (ФИО) (т.1 л.д.54-57).

После оглашения показаний, свидетель (ФИО свид.12) пояснила, что протокол допроса она подписала, но не читала.

Допрошенная судом свидетель (ФИО свид.21) пояснила, что весной 2018 года, около 17 часов, к ней пришла (ФИО свид.12), попросила вызвать скорую помощь, сказала, что ФИО1 убила (ФИО), но номер телефона был занят, и она позвонила (ФИО свид.10). Затем приехал (ФИО свид.1), но в дом зайти не могли и поехали за (ФИО потерпевшей). (ФИО) может охарактеризовать как немного агрессивного.

Свидетель (ФИО свид.10) суду показала, что в тот день, часов в 17-18 ей позвонила (ФИО свид.11), сообщила, что (ФИО свид.12) ей сказала про убийство (ФИО) ФИО1. Она позвонила (ФИО свид.8), и пошла к (ФИО свид.11). Когда подъехал (ФИО свид.1), они начали стучаться в дом, но никто не вышел. Когда (ФИО свид.1) привез (ФИО потерпевшей), взломали дверь, увидели, что (ФИО) лежит около порога, на спине с раной в области грудной клетки слева, а ФИО1 спит в комнате. Рядом с трупом лежал нож, 15 см длинной, шириной 1,5-2 см. ФИО1 была в состоянии алкогольного опьянения. Она видела ФИО1 с синяками, говорила, что бьет (ФИО). (ФИО) может охарактеризовать как спокойного.

Из показаний свидетеля (ФИО свид.1) следует, что во время случившегося он работал в должности участкового уполномоченного Отд МВД России по Боградскому району. В конце апреля – начале мая он находился на обслуживаемом участке. Ему позвонил (ФИО свид.8). Когда он подъехал к дому, на стуки и крики никто не реагировал. К дверям подойти не мог, так как там злая собака. Затем он поехал к (ФИО потерпевшей), привез к дому. (ФИО потерпевшей) сделала цепь собаки короче, и он смог подойти к дверям, дом был закрыт изнутри. (ФИО потерпевшей) принесла топор и он отогнул крючок в двери. У порога лежал (ФИО). ФИО1 лежала на кровати в комнате, спала. Они пытались ее разбудить, но ничего не получилось. Он вызвал оперативно-следственную группу. До их приезда охранял место происшествия. Когда фельдшер подняла рубашку, то увидели рану в области сердца, нож был со следами крови. Нож кухонный, промышленного изготовления, длинной около 20 см. ФИО1 пытались разбудить, фельдшер пыталась дать нашатырь под нос, она практически не подавала никаких признаков жизни, была в сильном алкогольном опьянении. ФИО1 спала 1,5-2 часа, до приезда группы. ФИО1 стояла на учете по факту нанесения телесных повреждений (ФИО).

Согласно показаниям свидетеля (ФИО свид.7), 23 апреля 2018 года около 17-18 часов ей позвонила (ФИО свид.11), информировала, что (ФИО свид.12) пришла к ней и сказала, что ФИО1 убила (ФИО). Затем позвонил (ФИО свид.8). Они приехали на адрес, но зайти не могли, было закрыто, и была большая собака. Следом приехал участковый, он тоже не смог зайти. Вызвали (ФИО потерпевшей). Она привязала собаку, открыли дверь и обнаружили, что (ФИО) лежал у порога с ножевым ранением в сердце. Рядом с трупом лежал нож, а ФИО1 лежала на кровати в соседней комнате, спала, находилась в состоянии опьянения. У ФИО1 руки были в крови.

Из показаний свидетеля (ФИО свид.9) следует, что 23 апреля ей позвонила (ФИО свид.7), попросила о помощи. Они приехали на (адрес). Дверь в дом была закрыта. Участковый съездил за (ФИО потерпевшей), когда открыли дверь, (ФИО) уже был мертв. Он лежал на спине, ногами вперед, рядом лежал нож, в груди в области сердца была рана. На ране крови не было, кровь была на двери, и на коврике. Следов борьбы видно не было. ФИО1 спала в комнате, была в состоянии алкогольного опьянения, на лице был синяк. Видела ФИО1 с синяками, но к ней за помощью она не обращалась.

Свидетель (ФИО свид.8), суду пояснил, что 23 апреля 2018 года, в 17 часов поступил звонок от (ФИО свид.10), о том, что ей позвонила (ФИО свид.12) и рассказала, что ФИО1 убила (ФИО). Он сделал сообщение в дежурную часть полиции и позвонил (ФИО свид.1). 18 марта поступил звонок, что по данному адресу пьют и гуляют. В этот день дежурила (ФИО свид.22) на избирательном участке, они приехали туда, а так же приехали органы опеки, ФИО1 пояснила, что (ФИО), он был очень агрессивен. ФИО1 обращал к нему по факту избиения (ФИО), он ее отвозил в (адрес).

Согласно показаниям свидетеля (ФИО свид.6), она работала вместе с ФИО1. Рассказывала, что ее бил (ФИО). Она видела ее с синяками, та говорила, что (ФИО) бьет, что подрались и он ударил.

Свидетель (ФИО свид.2) суду показала, что в апреле 2018 года ей позвонила сестра, сказала, что ФИО1 убила (ФИО). Ранее ФИО1 уже причиняла телесные повреждения (ФИО). Они часто злоупотребляли спиртным. (ФИО) бил (ФИО). ФИО1 жаловалась на него, пряталась, всегда приезжала с синяками. С 2016 по 2018 годы ФИО1 4 раза приезжала к ней по причине побоев, но (ФИО) ее забирал. (ФИО) бил ФИО1 только в состоянии опьянения.

Из показаний свидетеля (ФИО свид.3) следует, что 23 апреля ее вечером разбудил муж, сообщил, что звонила (ФИО свид.4), которая сказала, что ФИО1 убила (ФИО). Она поехала к ним. Когда приехала, увидела, что (ФИО) лежал около порога, а ФИО1 пытались разбудить, она была в алкогольном опьянении. Когда (ФИО) был в состоянии опьянения, оскорблял и бил ФИО1. Выпивали они как вместе, так и по отдельности. (ФИО) бил (ФИО) руками и кочергой.

Свидетель (ФИО свид.16) суду пояснил, что ФИО1 работала у него в кафе с конца 2016 года или начала 2017 года и до беременности. Работала периодами, была как подменный работник, делала влажную уборку. С ее стороны агрессии не замечал, конфликтов не было. За время работы она приходила с синяками, замазывала их, и часто из-за этого не выходила, поэтому на постоянную основу не могли взять. Она была не надежный работник. Уволили за частое нахождение в алкогольном опьянении. С синяками приходила очень часто, состояние опьянения и синяки появлялись синхронно. Выходила на работу, когда они проходили. Два раза в месяц она появлялась на работе с синяками и в состоянии алкогольного опьянения. Говорила, что (ФИО) бьет.

Допрошенная в судебном заседании свидетель (ФИО свид.5) пояснила, что (ФИО) бил ФИО1, в связи с чем она 2 раза забирала ее с детьми к себе жить, ФИО1 была с синяками. ФИО1 2 раза причиняла (ФИО) телесные повреждения ножом. По характеру (ФИО) был спокойный.

Из показаний свидетеля (ФИО свид.15 следует, что она с ФИО1 работала в кафе, иногда приходила на работу со следами побоев, жаловалась, что бил (ФИО). По характеру (ФИО) был спокойный.

Согласно показаниям свидетеля (ФИО свид.23), примерно год назад, в ходе распития спиртного, ФИО1 сказала, что «завалит» (ФИО). У них бывали конфликты, видела один раз ФИО1 с синяками. По характеру (ФИО) был спокойный.

Свидетель (ФИО свид.13) суду показала, что во время первой беременности ФИО1 часто употребляла спиртное. Когда ребенку исполнился месяц, ФИО1 стала сильно употреблять спиртное, она забрала ребенка, но ФИО1 кидалась на нее драться, она пожаловалась (ФИО). Во время очередного распития спиртного, ФИО1 нанесла (ФИО) удар ножом в спину. Когда второй раз ФИО1 нанесла удар ножом (ФИО) он впал в кому. Несколько раз ФИО1 уезжала в (адрес), дети в это время были у ее родителей. Причиной конфликтов были употребление спиртного, (ФИО) в связи с этим причинял телесные повреждения ФИО1. Последний раз ФИО1 оставила детей с ее матерью, уехала в (адрес), где проживала с мужчиной.

Из показаний свидетеля (ФИО свид.14) следует, что в 2015 году, когда (ФИО) работал в (адрес), ФИО1 употребляла спиртное, бросала детей, уезжала в (адрес) с кем-то жить. Два раза ФИО1 причиняла ножом телесные повреждения (ФИО). Конфликты Между ними была на почве употребления спиртного, которое они вместе часто употребляли.

Согласно пояснениям свидетеля (ФИО свид.17) ФИО1 состояла в уголовно исполнительной инспекции на учете, будучи осужденной по ст. 111 УК РФ в отношении (ФИО), который так же состоял на учете, так как был осужден по ст. 111 УК РФ, в отношении ФИО1 и по ст. 228 УК РФ В 2018 году ФИО1 говорила, что (ФИО) злоупотребляет спиртным, В отношении него инспекцией не предпринимались никакие меры, так как с его стороны не было нарушений условий отбывания условного осуждения. Следов побоев у ФИО1 не видела.

Оснований сомневаться в достоверности приведенных показаний потерпевшей и свидетелей, данных в судебном заседании, давших показания относительно объективных событий, у которых не имелось оснований для оговора подсудимой, которые отличаются логикой и последовательностью, не имеется. Приведенные показания согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями подсудимой. Достоверность показаний свидетелей не оспаривается сторонами и не вызывает сомнений у суда. Таким образом, оснований для признания вышеприведенных показаний потерпевшей и свидетелей в качестве недопустимых либо недостоверных не имеется.

Помимо этого, вина подсудимого ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ.

23 апреля 2018 года в 17 часов 40 минут в дежурную часть Отд МВД России по Боградскому району поступило сообщение от (ФИО свид.8) о том, что в (адрес) ФИО1 причинила телесное повреждение (ФИО), о чем свидетельствует рапорт дежурного (т.1 л.д.13).

Согласно выводам эксперта, смерть (ФИО) наступила от (перечислены повреждения).

На трупе (ФИО), при судебно-медицинской экспертизе обнаружены телесные повреждения, , относится к опасным для жизни. После получения повреждений (ФИО) мог совершать целенаправленные действия промежуток времени от единиц до десятков минут. Данное телесное повреждение сопровождалось обильным наружным кровотечением без фонтанирования.

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (номер) от (дата), рана на лоскуте кожи от трупа (ФИО), является колото-резаной, причинена плоским колюще-режущим орудием (предметом), имевшим острие, одну острую кромку и противоположную тупую. Колото-резаное повреждение на кожном лоскуте, от трупа (ФИО) могло быть причинено однократным воздействием клинка представленного на экспертизу ножа (т.1 л.д. 199-202).

На клинке ножа, на фрагменте половика, в двух смывах, изъятых в ходе смотра места происшествия, на куртке (ФИО), на футболке и спортивных штанах обвиняемой ФИО1, обнаружена кровь человека и выявлен антиген Н.

Следовательно, данная кровь принадлежит лицу с О?? группой, происхождение которой не исключается от потерпевшего (ФИО), так и от обвиняемой ФИО1, при наличии повреждений, сопровождающихся кровотечением.

На рукоятке ножа, найдены клетки кожного эпителия человека, без примеси крови и пота. При определении групповой принадлежности выявлен антиген Н.

Следовательно, данные клетки кожного эпителия принадлежат лицу с О?? группой крови, возможно обвиняемой ФИО1 (т.1 л.д. 210-217).

Согласно заключению судебной дактилоскопической экспертизы (номер) от 23 мая 2018 года на четырех отрезках темных дактилопленок размерами 42x20мм, 42x24мм, 42x27мм, 32x27мм, изъятых в ходе осмотра места происшествия по (адрес) 23 апреля 2018 года, откопированы пять следов пальцев рук, пригодных для идентификации человека.

Два следа пальцев руки, на отрезке темной дактилопленки размером 42x27 мм, оставлены обвиняемой ФИО1.

Три следа пальцев рук, на трех отрезках темных дактилопленок размерами 42x20мм, 42x24мм, 32x27мм, оставлены не обвиняемой ФИО1, не потерпевшим (ФИО), а другим человеком (т.1 л.д. 245-249).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы (номер) от 25 апреля 2018 года следует, что у ФИО1 имелись повреждения в виде:

(перечислены повреждения)

Кроме того, при объективном осмотре у ФИО1 обнаружены рубцы на волосистой части головы, на обеих верхних конечностях и на левой голени, являющиеся следствием заживления имевших место ран. Высказаться о сроке, механизме образования ран, а также о степени тяжести вреда, причиненного здоровью указанными повреждениями не представляется возможным, ввиду отсутствия объективных медицинских данных о первоначальном осмотре ран, с описанием их морфологических признаков (отражающих давность образования и свойства травмирующего предмета), и данных о процессе заживления ран.

Учитывая морфологические признаки рубцов, давность их образования составляет период времени: на задней поверхности левого локтевого сустава, на передней поверхности верхней трети левой голени - до 1-2-х месяцев на момент осмотра экспертом; по передним поверхностям обоих предплечий, на волосистой части головы – более 1 года на момент осмотра экспертом (т.1 л.д. 234-235).

Исследованные в судебном заседании письменные материалы уголовного дела собраны и получены в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством, оснований для признания их недопустимыми доказательствами, по основаниям, предусмотренным ст. 75 УПК РФ не имеется, в связи с чем, суд признает их допустимыми, достоверными и достаточными и кладет в основу приговора

Заключения проведенных по делу судебных экспертиз, по существу не опровергают, а взаимно подтверждают и дополняют друг друга. Заключения подготовлены компетентными экспертами в области судебной медицины, их выводы основаны на совокупности проведенных исследований, подтверждены имеющимися в заключениях методиками проведения судебной экспертизы, а потому оснований сомневаться в научности и обоснованности выводов экспертов не имеется. При назначении и проведении судебной экспертизы каких-либо нарушений прав подсудимой на ознакомление с постановлениями либо заключениями экспертов органами предварительного следствия не допущено, оснований для отвода экспертов, проводивших исследования, по материалам дела не усматривается. Таким образом, суд признает заключения экспертов допустимым по делу доказательством.

Выводы эксперта о механизме и локализации телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего, объективно соответствуют и подтверждают показания подсудимой, относительно обстоятельств нанесения (ФИО) удара. Выводы экспертов о характере и степени тяжести телесного повреждения у (ФИО), а также механизме его причинения, не вызывают у суда сомнений в их объективности и достоверности и указывают на то, что ФИО1 умышленно причинила смерть (ФИО) именно при установленных судом обстоятельствах.

Приведенные заключения судебно-медицинских экспертиз, а также данные осмотра места происшествия объективно подтверждают показания подсудимой относительно места совершения преступления, механизма причинения телесного повреждения, повлекшего смерть (ФИО), а также о том, что телесное повреждение было причинено именно ножом, изъятым с места происшествия.

Исходя из совокупности вышеприведенных доказательств, суд приходит к однозначному выводу, что местом преступления является именно квартира (адрес), то есть место, указанное подсудимой и свидетелями, а орудием преступления является именно нож, изъятый с места происшествия.

Характер сложившихся между ФИО1 и (ФИО) взаимоотношений, нахождение обоих в состоянии алкогольного опьянения после совместного употребления спиртного, способствовавшего возникновению ссоры, поведение ФИО1 после совершения преступления, указывают на то, что подсудимая не находился в состоянии сильного душевного волнения, либо в состоянии необходимой обороны, вызванного действиями потерпевшего. Как видно из приведенных выше доказательств, преступное деяние было совершено подсудимой на почве сложившихся у нее с потерпевшим личных неприязненных отношений, усугубившихся нахождением ее в состоянии алкогольного опьянения. Приходя к такому выводу, суд исходит из показаний свидетелей и самой подсудимой, согласно которым они часто ссорились, ФИО1 дважды причиняла ножом телесные повреждения (ФИО)71, потерпевший так же причинял ей телесные повреждения.

Приходя к выводу об отсутствии совершения преступления в состоянии аффекта, суд исходит из следующего.

Согласно заключению амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (номер) от 24 мая 2018 года ФИО1 (дано заключение экспертизы) Поэтому во времяинкриминируемого ей деяния ФИО1 могла в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 может осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. В мерах принудительного медицинского характера не нуждается.

Психологический анализ материалов уголовного дела, данные направленной беседы с подэкспертной, результаты экспериментально – психологического исследования позволяют сделать вывод о том, что в момент совершения инкриминируемого ей деяния ФИО1 не находилась в состоянии аффекта (физиологический аффект, кумулятивный аффект, аффект на фоне алкогольного опьянения, эмоциональное возбуждение, оказавшее существенное влияние на сознание и поведение, эмоциональное напряжение, оказавшее существенное влияние на сознание и поведение). ФИО1 в момент совершения инкриминируемого ей деяния находилась в состоянии эмоционального возбуждения, однако данное состояние эмоционального возбуждения не отличалось выраженной глубиной дезрегулирующего влияния на сознание и деятельность, как при аффекте. Об этом свидетельствует отсутствие обязательных признаков, характерных для установления состояния аффекта. В состоянии аффекта наблюдается так называемое сужение сознания. Однако действия ФИО1 были достаточно организованы и требовали переключения внимания, адекватного восприятия окружающей обстановки. В ходе проведения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы ФИО1 указывает на полное выпадение из памяти своих действий в момент причинения ранения потерпевшему. Однако в состоянии аффекта у человека не происходит полного выключения сознания и в той или иной мере сохраняется способность контролировать свои действия. После совершения агрессивного действия у подэкспертной не отмечалось признаков психической и физической астении, которые характерны для постаффективной фазы аффекта. Деятельность подэкспертной после содеянного носила последовательный и целенаправленный характер, была достаточно активна и упорядочена. Кроме того, состояние алкогольного опьянения, в котором находилась подэкспертная, могло способствовать проявлению агрессии и снижению самоконтроля. Таким образом, в момент совершения инкриминируемого ей деяния ФИО1 не находилась в состоянии аффекта, так как отсутствовала совокупность критериев для диагностики данного состояния с обязательными и дополнительными признаками дезорганизации ее психической деятельности в исследуемой ситуации. Ссылки подэкспертной на запамятование своих действий в ситуации правонарушения не являются единственным критерием для квалификации аффекта, а могут быть учтены в совокупности с другими феноменами, характерными для данного состояния. Для стадии аффективного взрыва характерным является не потеря памяти, а частичное сужение сознания, проявляющееся во фрагментарности и неполноте восприятия. В заключительной стадии аффекта возможны постаффективные амнезии (нарушения припоминания содеянного в аффекте, в данном случае нарушения припоминания о нанесении ударов потерпевшему). Однако данный признак относится к наиболее «шатким» показателям аффекта вследствие отсутствия критериев объективации (т.1 л.д.188-191).

Допрошенная в судебном заседании эксперт (ФИО эксп.1) пояснила, что у нее стаж работы 10 лет, работает совместно с другими психиатрами при проведении экспертиз. При проведении экспертизы рассматриваются все виды аффекта, у них у всех схожие начальные стадии, лишь отличаются немногим, но они все входят в квалификационную категорию определения аффекта. Любой аффект имеет стадии протекания. Для того чтобы установить аффект необходимы признаки всех основных и дополнительных течений эмоциональной реакции. Если не будет одного из признаков, то эксперты не вправе устанавливать данный факт. Должны быть все фазы и признаки соответствующих фаз. Не каждая психотравмирующая ситуация приводит к развитию аффективного стояния. Оно может возникнуть или не возникнуть. В данном случае состояния аффекта не было.

Научность и обоснованность выводов компетентных врачей-психиатров, с учетом пояснений данных в судебном заседании экспертом (ФИО эксп.2), непосредственно исследовавших личность ФИО1, материалы дела, сомнений у суда не вызывает и не дает оснований для назначения по уголовному делу дополнительных психологических исследований личности подсудимой. Каких-либо нарушений прав подсудимой на защиту при проведении экспертизы органами предварительного следствия не допущено. В судебном заседании подсудимая вела себя адекватно, давала логически выдержанные пояснения в соответствии с избранной линией защиты. У суда не возникло сомнения в выводах экспертизы и показаниях эксперта относительно психического состояния ФИО1. С учетом изложенного, суд признает ФИО1 вменяемой.

Согласно акту медицинского освидетельствования (номер) от 23 апреля 2018 года, ФИО1 в 22 часа 30 минут находилась в состоянии алкогольного опьянения (по показаниям алкотектора не менее 2,500 мг/л).

Вместе с тем, в судебном заседании допрошенная в качестве специалиста (ФИО спец.) пояснила, что в данном случае, имеет место реакция прибора на метаболиты алкоголя. Опьянения как такого не было. С учетом количества употребленного алкоголя, продолжительности и периодичности его употребления, на момент совершения преступления ФИО1 находилась в легкой или средней степени алкогольного опьянения, могла адекватно воспринимать и оценивать обстоятельства совершенного преступления. После того, как ее разбудили, была трезвая.

Допрошенная в качестве свидетеля (ФИО свид.18) так же пояснила, что когда она в составе следственно-оперативной группы прибыла на место происшествия, ФИО1 была трезвая.

Об умысле подсудимой именно на убийство свидетельствует нанесение удара в область жизненно важной части тела – грудную клетку слева, орудием большого поражающего действия – ножом, длиной клинка 15,7 см., с достаточной силой, сверху вниз, что позволило причинить рану по зонду около 10 см, что свидетельствует о том, что подсудимая желала и предвидела смерть (ФИО).

Обстоятельств, указывающих на то, что подсудимая находилась в состоянии необходимой обороны или действовала при превышении ее пределов, а также указывающих на причинение смерти по неосторожности из исследованных доказательств суд не усматривает. На это, в частности указывают свидетели, которые пояснили, что следов борьбы в доме не было.

Помимо этого, оснований признать, что подсудимая находилась в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного неправомерными действиями потерпевшего, суд также не находит.

При этом суд учитывает, что, несмотря на пояснения ФИО1, из исследованных материалов, в том числе и медицинских карт, с 2016 года ФИО1 в органы внутренних дел с заявлениями о причинении побоев, а так же в медицинские учреждения не обращалась.

При этом суд учитывает, что, несмотря на поведение потерпевшего (ФИО) с ФИО1, они совместно употребляли спиртные напитки, как сообщили свидетели конфликты происходили на почве употребления спиртного, ФИО1 дважды причиняла ножом телесные повреждения (ФИО). Так же суд берет во внимание, что во время совершения преступления, как пояснила в судебном заседании подсудимая, в руках (ФИО) ничего не было, она осознавала, что нащупала за спиной нож.

С учетом вышеприведенной совокупности обстоятельств совершения преступления, в частности, тяжесть и локализация телесного повреждения потерпевшего, целенаправленность действий подсудимой ФИО1 и нанесение ею удара потерпевшему с силой, в жизненно важную часть тела, свидетельствуют о наличии у нее умысла на убийство потерпевшего. В связи с чем суд квалифицирует действия ФИО1 в отношении (ФИО) по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Определяя вид и меру наказания подсудимой, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, относящегося к категории особо тяжких, обстоятельства совершенного преступления, влияние наказания на исправление подсудимой, на условия ее жизни, данные о личности виновной.

ФИО1 не судима (т. 2 л.д. 2, 3), привлекалась к административной ответственности (т. 2 л.д. 8), по месту жительства органами полиции характеризуется (даны характеристики)

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного подсудимой преступления, обстоятельств его совершения и личности виновной, суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельства, отягчающего наказания – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Несмотря на наличие алкогольного опьянения, действия подсудимой носили целенаправленный и последовательный характер. Фактическое нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения и констатация этого при описании преступного деяния само по себе не является основанием для признания данного обстоятельства отягчающим наказание

Иных обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не имеется.

При назначении наказания суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств в отношении ФИО1, с учетом фактических обстоятельств преступления, и степени его общественной опасности, суд приходит к выводу о невозможности изменения категории преступления на менее тяжкую.

При таких обстоятельствах с учетом характера совершенного преступления и степени его общественной опасности, данных о личности подсудимой, совокупности смягчающих и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на исправление осужденной, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимой ФИО1 невозможно без изоляции от общества, и назначает ей наказание в виде лишения свободы на определенный срок без ограничения свободы. Суд не усматривает исключительных обстоятельств, позволяющих назначить подсудимой ФИО1 наказание, не связанное с лишением свободы.

С учетом всех данных, личности ФИО1, суд не усматривает исключительных обстоятельств, позволяющих при назначении наказания ФИО1 применить положения ст. 64 УК РФ.

В соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 следует определить для отбывания наказания исправительную колонию общего режима, поскольку ею совершено преступление, относящееся к категории особо тяжких.

Согласно ответам на запрос, ФИО1 не состоит на учете у врача нарколога, в судебном заседании подсудимая пояснила, что она не считает себя больной наркоманией и не нуждается в лечении от наркомании, в связи с чем, суд не находит оснований для применения в отношении нее положений ст. 82.1 УК РФ.

Именно такое наказание ФИО1, по мнению суда, будет является справедливым и в наибольшей степени обеспечит достижение его целей, указанных в ст. 43 УК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В соответствии с п.10 ч.1 ст.308 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора должно быть принято решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу. Поскольку ФИО1 признана виновной и осуждена за совершение особо тяжкого преступления к реальному лишению свободы на длительный срок, осознавая данное обстоятельство она может скрыться, в связи с чем, до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения назначенного наказания, суд полагает необходимым оставить ФИО1 меру пресечения в виде содержания под стражей без изменения, засчитав в срок наказания время содержания под стражей с момента фактического задержания – 23 апреля 2018 года по день вступления приговора в законную силу, в соответствии с требованиями п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

В соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они подлежат взысканию. Однако, учитывая личность ФИО1, суд принимает решение об освобождении осужденной от взыскания с нее процессуальных издержек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 302-304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 23 апреля 2018 года.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с 23 апреля 2018 года по день вступления приговора в законную силу включительно зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить заключение под стражу и содержать ее в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Хакасия.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Ю.Н. Асеева