Постановление № 1-192/2020 от 12 февраля 2020 г. по делу № 1-192/2020

Дело №1-192/2020

УИД 25RS0029-01-2020-000260-34


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уссурийск 13 февраля 2020 года

Уссурийский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего – судьи Павленко Т.В.,

с участием государственного обвинителя – заместителя Уссурийского городского прокурора Приморского края Шикалида А.В.,

обвиняемого – ФИО1,

защитника – адвоката Гордейчука Е.Г.,

при секретаре Антошкиной А.А.,

рассмотрев в ходе предварительного слушания в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, XXXX,

мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 1 статьи 213 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 органом предварительного следствия обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, то есть в хулиганстве – грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия.

ДД.ММ.ГГ уголовное дело по обвинению ФИО1 с обвинительным заключением поступило в Уссурийский районный суд Приморского края.

Защитник обвиняемого адвокат Гордейчук Е.Г. заявил ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ. В ходе предварительного слушания подал дополнения к ходатайству.

В обоснование ходатайства указано, что обвинительное заключение по уголовному делу составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, неустранимых в ходе судебного разбирательства и препятствующих вынесению итогового решения по делу.

Так, согласно обвинительному заключению и тексту постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, ДД.ММ.ГГ ФИО1 в период времени с 19.42 часов до 20.00 часов, находясь возле входа в кафе «Харибу» ООО «Восточная Чайхона», расположенного по адресу: XXXX, из хулиганских побуждений, демонстративно достал неустановленный предмет, похожий на огнестрельное оружие и осознавая общественно-опасный и противоправный характер своих действий и наступление негативных последствий в виде грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу и желая их наступления, произвел из указанного предмета не более двух выстрелов в вышеуказанном общественном месте, тем самым нарушив общественный порядок и подорвав деловую репутацию ООО «Восточная Чайхана». Указанное постановление содержит формулировки, смысл которых не понятен стороне защиты, поскольку в качестве цели совершения преступления указаны – наступление негативных последствий в виде грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, то есть цель не конкретизирована, ее формулировка ограничена общими, шаблонными фразами без раскрытия ее смысла и содержания и из нее не следует какого преступного результата желал добиться ФИО1

Обвинительное заключение так же не содержит указание на мотив действий ФИО1, что тогда как в соответствии с положениями ст. 73 УПК РФ мотив совершенного преступления является одним из обстоятельств подлежащих доказыванию. Отсутствие в обвинительном заключении мотива лишает сторону защиты осуществления защиты обвиняемого в условиях состязательности сторон, что также препятствует принятию судом законного и обоснованного решения по делу.

Из обвинительного заключения следует, что при совершении преступления ФИО1 использовал малозначительный повод, что не соответствует действительности и опровергается собранными по делу доказательствами. Так, в момент произошедшего ФИО1 находился в состоянии необходимой самообороны, поскольку подвергался нападению многочисленной, хорошо вооруженной группы лиц, которыми в отношении него было применено оружие, в целях причинения вреда здоровью ФИО1 Нахождение ФИО1 в состоянии необходимой самообороны, то есть законный характер его действий в обвинительном заключении не отражено.

Сторона защиты полагает, что в обвинительном заключении должно содержаться полное и достоверное описание событий, в том числе указание на то, что зачинщиками, спровоцировавшими ссору явились ФИО5, ФИО6 и прибывшие вместе с ними лица, которые первыми и применили оружие, что подтверждается в том числе вступившим в законную силу приговором суда в отношении ФИО5, ФИО6, а также должно содержаться описание совершенного ими преступления, предшествовавшего производству выстрелов, инкриминируемых ФИО1, поскольку данные обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях ФИО1 необходимой самообороны.

В обвинительном заключении следователем не в полном объеме приведен перечень доказательств, на которые ссылается стороны защиты. Так, ДД.ММ.ГГ ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого и в ходе допроса им даны подробные показания по существу предъявленного обвинения, им в том числе, указаны обстоятельства исключающие возможность его привлечения к уголовной ответственности. Вместе с тем, в обвинительном заключении ссылка на указанные показания отсутствует, при этом имеется ссылка на показания ФИО1 в ходе которых последний отказался от дачи показаний в порядке ст. 51 Конституции РФ. Помимо указанных показаний ФИО1 в обвинительное заключение не включены и иные доказательства, на которые ссылается сторона защиты. Так, стороной защиты было заявлено ходатайство о включении в обвинительное заключение в качестве доказательств, а именно: показаний ФИО5, ФИО7, которые подтвердили факт нападения на гражданина «славянской внешности» и факт применения оружия из которого произвели выстрелы в направлении данного парня; показаний свидетеля под псевдонимом «Иванов», который пояснил, что видел как ДД.ММ.ГГ примерно в 20 часов к кафе «Харибу» подошла многочисленная группа из 20-25 человек преимущественной кавказской национальности, а им навстречу из кафе вышли трое парней славянской внешности в руках одного из которых имелся предмет, похожий на ружье, парни славянской внешности начали отходить к дому, когда один из лиц кавказской национальности достал предмет, похожий на пистолет и начал производить в сторону парней славянской внешности выстрелы, затем кто-то еще из парней кавказской внешности начал также стрелять в сторону парней славянской внешности, после чего парни славянской внешности сели в автомобиль и уехали.; показаний свидетеля под псевдонимом «Бобнев», давшего показания аналогичные показаниям свидетеля под псевдонимом «Иванов», однако указанные доказательства в обвинительном заключении как доказательства на которые ссылается сторона защиты не приведены.

Также в обвинительном заключении вопреки положениям п. 8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ данные о потерпевшем указаны не в полном объеме, имеется указание лишь данных представителя потерпевшего, указание же о характере и размере причиненного вреда отсутствует.

В обвинительном заключении в перечне доказательств обвинения приведены показания свидетеля ФИО8, тогда как в списке лиц, подлежащих вызову в суд сведения об указанном свидетеле отсутствуют.

В справке о движении уголовного дела, являющейся приложением к обвинительному заключению, в графе вещественные доказательства имеется указание на гладкоствольное одноствольное охотничье ружье МР-155, находящееся на ответственном хранении в камере вещественных доказательств ОМВД России по г. Уссурийску, тогда как в перечне доказательств, подтверждающих обвинение указаны иные вещественные доказательства, такие как три стреляные гильзы, видеозапись, перекопированная на флеш-карту. Что свидетельствует о том, что справка к обвинительному заключению не содержит сведений о вещественных доказательствах, в том числе месте их хранения.

Кроме того, органом предварительного следствия допущено фундаментальное нарушение требований УПК РФ, так, ДД.ММ.ГГ следователем следственного отдела ОМВД России по г. Уссурийску возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, в ходе предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, то есть по признакам состава преступления неподследственного следователям органов внутренних дел и предварительное расследование по которому осуществляется в форме дознания. Таким образом, следователь следственного не вправе была проводить расследование по данному уголовному делу и составлять обвинительное заключение с момента предъявления ФИО1 обвинения по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ.

Так же при производстве предварительного следствия допущены нарушения прав обвиняемого ФИО1, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства. Так, в ходе выполнения требований ст. 217 УПК РФ обвиняемым ФИО1 заявлено ходатайство о допуске к участию в уголовном деле в качестве защитника адвоката ФИО9, в удовлетворении которого следователем отказано по формальным основаниям, в связи с допущенной в ордере технической ошибкой в номере уголовного дела, нарушив тем самым право ФИО1 на защиту.

В ходе выполнения требований ст. 217 УПК РФ следователем выполнялись процессуальные действия, в частности обвиняемый и защитник были ограничены во времени ознакомления с материалами дела, что является дополнительными материалами уголовного дела, с которыми обвиняемый и его защитник также вправе быть ознакомлены, при этом срок ознакомления с дополнительными материалами обвиняемому и его защитнику не устанавливался, следователем же дополнительные материалы для ознакомления представлены не были.

В дополнение к заявленному ходатайству адвокатом Гордейчуком Е.Г. указано, что ему и его подзащитному ФИО1 на основании постановления суда был установлен срок ознакомления с материалами уголовного дела до ДД.ММ.ГГ включительно. Исходя из установленного судом срока, весь день ДД.ММ.ГГ он и его подзащитный могли изучать материалы дела, следовательно, протокол ознакомления с материалами уголовного дела должен был быть составлен, начиная с ДД.ММ.ГГ. Следователем ни он ни его подзащитный для подписания протокола ознакомления с материалами дела не вызывались, следовательно права, в том числе о возможности заявить ходатайство о проведении предварительного слушания не разъяснялось. На его ходатайство о переносе составления протокола ознакомления с материалами уголовного дела, ввиду его занятости ответа не поступало. Таким образом, следователем в нарушение норм УПК РФ не выяснялось наличие у него или у его подзащитного каких-либо ходатайств.

По уголовному делу не определен характер и размер причиненного преступлением вреда. При этом под подрывом деловой репутацией понимается распространение ложных, не соответствующих действительности сведений, носящих негативную оценку деятельности юридического лица, однако такая репутация не может пострадать в результате действий, бездействия третьих лиц, совершенных в общественном месте и не связанных с деятельностью юридического лица.

Кроме того не все указания прокурора, данные им по возобновлении уголовного дела следователем были выполнены. Так, прокурором указано о необходимости дополнения материалов уголовного дела документальным подтверждением исполнения ранее удовлетворенных ходатайств стороны защиты. Вопреки этому, следователем к материалам уголовного дела приобщен рапорт из содержания которого следует, что данные ходатайства являются повторными.

Следователем не включены в обвинительное заключение часть заявленных лиц в качестве свидетелей защиты, в связи с чем, сторона защиты лишена возможности самостоятельно обеспечить явку свидетелей в суд, что является существенным нарушением.

Кроме того, в суд поступило ходатайство адвоката ФИО9 о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку следователем незаконно отказано в удовлетворении ходатайства о ее допуске в качестве защитника ФИО1 в связи с допущением технической ошибки в номере уголовного дела, что является существенным нарушением права на защиту ФИО1

От обвиняемого ФИО1 поступило аналогичное ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору.

В ходе предварительного слушания адвокат Гордейчук Е.Г. поддержал заявленные ходатайства, дополнил, что основанием для возвращения уголовного дела является также то обстоятельство, что в нарушение требований ст. 50 Конституции РФ, ФИО1 дважды привлечен к уголовной ответственности по двум уголовным делам. Сведения, указанные в рапорте об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГ содержат идентичный текст обвинения предъявленного по двум уголовным делам. Также защитник указал на нарушение норм УПК РФ в части указания вещественных доказательств в обвинительном заключении. Так, вещественными доказательствами кроме охотничьего ружья признаны заграничный паспорт ФИО1, радиостанция и макет ружья. Вместе с тем, в справе при обвинительном заключении указано лишь ружье.

Обвиняемый ФИО1 поддержал доводы заявленных ходатайств.

Государственный обвинитель Шикалида А.В. возражал против удовлетворения ходатайства, в связи с тем, что законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору не имеется. Так ДД.ММ.ГГ уголовное дело поступило прокурору, а ДД.ММ.ГГ утверждено обвинительное заключение, которое получено ФИО1 ДД.ММ.ГГ. Стороной защиты затягивалось ознакомление с материалами дела, о чем свидетельствует постановление Уссурийского районного суда об ограничении срока ознакомления до ДД.ММ.ГГ. После вынесения постановления они имели возможность продолжить ознакомление с материалами дела. Однако адвокат обратился с заявлением, что может прибыть только 25 или ДД.ММ.ГГ, тем самым защитник и обвиняемый не желали реализовать свои права, затягивая период ознакомления.

Ходатайство о недопуске адвоката ФИО9 разрешено в установленные законом сроки. Решение следователя не отменено. Стороне защиты достоверно известно, что проводится предварительное слушание, вместе с тем ФИО9 ранее не представила никаких сведений о том, что желает принимать в нем участие.

Ссылки стороны защиты на непонятные формулировки обвинения, не указание цели, мотивов преступления и другие не состоятельны, поскольку обвинение содержит все необходимые сведения.

Другим обстоятельствам, указанным адвокатом, нельзя давать оценку в ходе предварительного слушания.

Все указания данные ранее при возвращении уголовного дела для дополнительного следствия исполнены, на все ходатайства направлены ответы.

Поскольку дело возбуждено по ч. 2 ст. 213 УК РФ, уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает передачу уголовного дела органу дознания в случае переквалификации действий на ч. 1 ст. 213 УК РФ. Территориальная подследственность не нарушена.

Свидетели и потерпевшие в обвинительном заключении указаны. Вопрос о причиненном ущербе может быть выяснен в ходе судебного заседания. Вещественные доказательства, имеющие отношение к делу, указаны в обвинительном заключении. В качестве доказательств стороны защиты, кроме показаний ФИО1 другие доказательства не приведены, так как сторона защиты их не представила, дополнительные следственные действия не проводились. Дело в отношении ФИО1 проверено, сделан вывод, что оно возбуждено законно.

Таким образом, существенных нарушений, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, не имеется, в связи с чем, просил суд в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору отказать.

Обсудив ходатайство, выслушав мнения сторон, проверив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

Если возникает необходимость устранения иных препятствий рассмотрения уголовного дела, указанных в пунктах 2 - 5 части 1 статьи 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 статьи 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном статьями 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений.

Доводы стороны защиты о том, что описание обстоятельств совершения преступления, содержащихся в обвинительном заключении и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не соответствуют фактическим обстоятельствам, исходя из приведенных выше норм, не могут являться основаниями для возвращения уголовного дела прокурору.

Не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору и довод защиты о том, что предварительное расследование по делу проводилось не полномочным лицом. Так, уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ, предварительное расследование по которому осуществляется в форме следствия, вместе с тем, в дальнейшем ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 213 УК РФ, предварительное расследование по которому должно проводиться в форме дознания и, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, должно было быть передано для дальнейшего расследования в отдел дознания. Вместе с тем, ввиду неоднократного перепредъявления ФИО1 обвинения и, явной неопределенности в квалификации его действий, возникшей у органа следствия, учитывая сроки предварительного расследования дела, уголовное дело в орган дознания не передавалось.

Вопреки доводам стороны защиты все необходимые сведения о потерпевшем в обвинительном заключении приведены. В описании преступного деяния указано, в чем именно выразилось причинение вреда.

При этом из справки к обвинительному заключению следует, что гражданский иск по уголовному делу не заявлен, ущерб возмещен в полном объеме. Между тем, не указано, какой ущерб и в какой форме возмещен.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 50 Конституции РФ, никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление. Из смысла ч. 2 ст. 6 УК РФ следует, что никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 154 УПК РФ, следователь вправе выделить из уголовного дела в отдельное производство другое уголовное дело в отношении иных лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления, не связанного с деяниями, вменяемыми в вину по расследуемому уголовному делу, когда об этом становится известно в ходе предварительного расследования.

Вместе с тем, из материалов уголовного дела следует, что ранее ФИО1 по другому уголовному делу предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 213 УК РФ. Постановлением от ДД.ММ.ГГ уголовное дело XXXX в отношении ФИО1 выделено в отдельное производство и возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 213 УК РФ на основании ст. 154 УПК РФ (т. 1 л.д. 1). При этом ссылки на конкретные нормы предусмотренные ч. 1 ст. 154 УПК РФ либо ст. 155 УПК, по которым следователь вправе выделить уголовное дело в отдельное производство не имеется.

Постановление от ДД.ММ.ГГ озаглавлено следователем, как постановление о выделении и возбуждении уголовного дела, при этом руководителем следственного органа данное постановление отменено, как необоснованное постановление о возбуждении уголовного дела (т. 1 л.д. 2-3). При этом следователю возвращено не выделенное уголовное дело, а материалы проверки. Таким образом, решение по выделенному уголовному делу не принято, тогда как в последующем на основании рапорта следователя (т.1 л.д.5-6) было возбуждено новое уголовное дело в отношении ФИО1 и неустановленных лиц.

Согласно ч. 4 ст.154 УПК РФ, в уголовном деле, выделенном в отдельное производство, должны содержаться подлинники или заверенные следователем или дознавателем копии процессуальных документов, имеющих значение для данного уголовного дела. В деле присутствуют как копии, так и оригиналы материалов уголовного дела XXXX, однако надлежащих сведений о выделенных материалах в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства не представлено.

Исходя из требований уголовно-процессуального законодательства решение о возбуждении нового уголовного дела не требуется, если уголовное дело выделено в отдельное производство для производства предварительного расследования нового преступления или в отношении нового лица.

Как следует из материалов дела, ФИО1 к периоду возбуждения нового уголовного дела не являлся новым лицом по делу, и не имелось нового преступления. Согласно копии постановления о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГ (т. 1 л.д. 12) уголовное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ. Таким образом, решение о возбуждении уголовного дела публичного обвинения уже имелось. На основании данного постановления проводилось предварительное следствие в отношении ФИО1, привлеченного к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 213 УК РФ и в отношении неустановленных лиц. Так, из постановления о привлечении к уголовной ответственности по уголовному делу XXXX от ДД.ММ.ГГ (т. 4 л.д. 77) и постановления от ДД.ММ.ГГ по уголовному делу XXXX (т. 4 л.д. 95) следует, что ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого за одно и то же преступление, предусмотренное частью 2 статьи 213 УК РФ – хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

При этом, следователем номер уголовного дела, по которому предъявлено обвинение указан вместо XXXX – XXXX. Такая же ошибка допущена при последующем предъявлении обвинения ФИО1, в том числе и в окончательной редакции ДД.ММ.ГГ (т. 7 л.д. 66). Таким образом, обвинение ФИО1 предъявлено не по делу, которое возбуждено в отношении него ДД.ММ.ГГ. Кроме того, в этом постановлении также имеется неоговоренные исправления в указании даты и по тексту. После предъявления указанного обвинения, других постановлений о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого не выносилось.

Исходя из приведенных выше постановлений, ФИО1 обвинялся в совершении преступления совместно с неустановленными лицами, однако в отношении указанных лиц материалы предыдущего уголовного дела не выделялись.

В материалах дела не представлено сведений о принятии решения в отношении ФИО1, привлеченного к уголовной ответственности по уголовному делу XXXX и неустановленных лиц. О принятом решении в отношении последних нет сведений и в материалах настоящего уголовного дела.

При выявленных противоречиях, при наличии неотмененного постановления о предъявлении обвинения по предыдущему уголовному делу, суд полагает обоснованным ходатайство стороны защиты в части того, что выделяя уголовное дело в отношении ФИО1 следователь в нарушение ч. 4 ст. 154 УПК РФ повторно возбудила уголовное дело в отношении данного лица по ранее предъявленному обвинению. При таких данных последующая переквалификация действий ФИО1 на ч. 1 ст. 213 УК РФ не устраняет данного нарушения, поскольку постановление о возбуждении уголовного дела по одним и тем же обстоятельствам и после предъявления обвинения может свидетельствовать либо о незаконности возбуждения уголовного дела, либо о незаконности постановления о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

Приведенные выше нарушения уголовно-процессуального законодательства являются существенными и указывают на то, что обвинительное заключение и обвинительное постановление составлены и нарушением требований УПК РФ и исключают постановление приговора или иного решения на их основе.

Кроме того, суд пришел к выводу, что обвинительное заключение составлено также с нарушением требований п. 2 ч. 1 ст. 220 УК РФ.

В силу п. 2 и 3 ч. 1 ст. 220 УК РФ в обвинительном заключении следователем должно быть указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также данные о личности обвиняемого.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу среди прочих доказыванию подлежат обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого.

Вместе с тем, исходя из данных, указанных в обвинительном заключении, приведены взаимоисключающие сведения, характеризующие личность ФИО1 (т. 10 л.д. 173). В ходе изучения материалов дела также установлено, что приведенные характеристики не соответствуют установленным требованиям, надлежащим образом не заверены и получены до возбуждения данного уголовного дела (т. 4 л.д. 168,169).

Других сведений, характеризующих личность обвиняемого, в обвинительном заключении не приведено. При этом, исходя из постановлений руководителя следственного органа от ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ (дата исправлена следователем), уголовное дело возвращалось следователю для устранения недостатков. В качестве оснований возвращения дела указаны и в том и другом случае – не уведомление об окончании следственных действий потерпевшего, необходимость допроса родственников ФИО1 с целью характеристики его личности.

В первом случае был допрошен отец обвиняемого, но данные допроса в обвинительном заключении не приведены.

Постановление от ДД.ММ.ГГ не отменено, однако требование руководителя следственного органа о допросе других родственников следователем не выполнено и не имеется сведений о невозможности их допроса.

Обоснованным является и ссылка стороны защиты на то обстоятельство, что в списке при обвинительном заключении не указаны данные свидетеля ФИО8, показания которого приведены в качестве доказательств стороны обвинения.

Согласно постановлению от ДД.ММ.ГГ (т. 3 л.д. 3-6) вещественным доказательством по делу признано гладкоствольное одноствольное самозарядное охотничье ружье. Кроме того, в качестве доказательств по уголовному делу приведен протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГ. Видеозапись с камер наблюдения ООО «Восточная чайхана» признана вещественным доказательством (т. 2 л.д. 190). При этом в справке к обвинительному заключению в качестве вещественных доказательств указано одно гладкоствольное самозарядное ружье.

Остальные изъятые и осмотренные предметы к материалам дела в качестве вещественных доказательств не приобщены.

Также обоснованным является довод о том, что в обвинительном заключении не в полной мере приведены доказательства, на которые ссылается сторона защиты, что является нарушением требований п. 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ.

Так, не указан протокол допроса ФИО1 от ДД.ММ.ГГ и краткое изложение его содержания. Кроме того, в списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, указаны свидетели защиты ФИО5 и ФИО6, которые допрошены в качестве свидетелей, однако, краткого изложения их показаний также не имеется в обвинительном заключении.

В ходе проверки доводов обвиняемого, его защитника Гордейчука Е.Г., а также адвоката ФИО9 обратившейся с аналогичным ходатайством о возвращении уголовного дела прокурору в связи с существенным нарушением органом предварительного следствия права обвиняемого на защиту, суд пришел к следующему выводу.

В силу части первой статьи 50 УПК РФ, подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников.

Согласно части 1 статьи 51 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от него в порядке, установленном статьей 52 УПК РФ.

Из материалов дела следует, что ФИО1 реализуя свое право на защиту, ДД.ММ.ГГ обратился к следователю с ходатайством о допуске наряду с адвокатом Гордейчуком Е.Г., адвоката ФИО9, с которой у него заключено соглашение, приложив ордер адвоката (л.д. 152-154 т. 10).

Согласно ст. 121 УПК РФ ходатайство подлежит рассмотрению и разрешению непосредственно после его заявления. В случаях, когда немедленное принятие решения по ходатайству, заявленному в ходе предварительного расследования, невозможно, оно должно быть разрешено не позднее 3 суток со дня его заявления.

Исходя из того, что срок предварительного следствия заканчивался и ФИО1 был установлен срок для ознакомления с материалами дела по ДД.ММ.ГГ, заявленное ФИО1 ходатайство подлежало немедленному рассмотрению.

Вместе с тем, следователь в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства рассмотрел ходатайство ДД.ММ.ГГ, после составления протокола ознакомления с материалами дела. Исходя из приложенного к делу сопроводительного письма (т. 10 л. 155) ФИО1 копия постановления направлена ДД.ММ.ГГ.

Кроме того, суд, изучив постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о допуске адвоката, пришел к выводу, что оно незаконно и необоснованно, поскольку следователь, не отрицая права обвиняемого пригласить несколько защитников, отказал в допуске защитника, ссылаясь на то обстоятельство, что согласно информационной базе данных ОМВД России по г. Уссурийску, ФИО1 не является обвиняемым по уголовному делу XXXX, тогда как этим же следователем ФИО1 предъявлено обвинение по уголовному делу с таким же номером.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о грубом и существенном нарушении права обвиняемого на защиту.

Кроме того, органом предварительного расследования было допущено существенное нарушение прав обвиняемого ФИО1, предусмотренных п. 12 ч. 1 ст. 47 УПК РФ, поскольку ему не была предоставлена возможность ознакомиться с делом и заявить соответствующие ходатайства в порядке, предусмотренном ст. 217 УПК РФ, подлежащие разрешению на указанной стадии производства.

Так, из протокола ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела (т. 10 л.д. 158-160) следует, что материалы дела предъявлены, адвокату Гордейчуку Е.Г. и обвиняемому ФИО1, при этом участие ФИО1 при составлении протокола следователем не обеспечено, несмотря на то, что он от ознакомления с материалами дела не отказывался, и в протоколе отсутствует отметка – по какой причине он составлен в отсутствие обвиняемого и адвоката. То обстоятельство, что адвокат и обвиняемый были ограничены судом в ознакомлении с материалами дела, не лишает их права на продолжение ознакомления с материалами дела и с вещественными доказательствами и не освобождают следователя об уведомлении их явиться для составления указанного протокола. Так, из протокола уведомления об окончании следственных действий от ДД.ММ.ГГ следует, что обвиняемому и его защитнику разъяснено право на ознакомление со всеми материалами дела. При этом данные лица не извещены, в какие дни и в какое время они могут знакомиться с материалами дела. Имеющиеся в материалах дела графики также не содержат этих данных.

При таких обстоятельствах, согласно нормам, закрепленным в ч. 3 ст. 164 и п. 21 ст. 5 УПК РФ, ознакомление с материалами уголовного дела должно быть окончено в 22 часа ДД.ММ.ГГ, либо ДД.ММ.ГГ, так как срок для ознакомления с материалами дела установлен судом по ДД.ММ.ГГ, то есть включительно.

Также установлено, что адвокат Гордейчук Е.Г. ДД.ММ.ГГ заявил ходатайство о возможности вызова обвиняемого ФИО1 для подписания протокола ознакомления с материалами уголовного дела ДД.ММ.ГГ, либо ДД.ММ.ГГ, в связи с невозможностью явиться в другие даты. Указанное ходатайство получено следователем в тот же день. Вместе с тем, в нарушение требований ст. 121 УПК РФ ходатайство рассмотрено после составления протокола ознакомления с материалами дела, чем нарушено право обвиняемого на защиту, поскольку само по себе ходатайство адвоката и его занятость, не могут быть расценены, как отказ обвиняемого от участия в подписании указанного выше протокола. При этом постановление об отказе в удовлетворении ходатайства не было получено заявителем до направления уголовного дела прокурору с обвинительным заключением.

При таких данных, нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией РФ прав обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения на основе представленного обвинительного заключения.

При таких обстоятельствах, заявленные ходатайства подлежат удовлетворению, а уголовное дело в отношении ФИО1 подлежит возвращению прокурору согласно ст. 237 ч. 1 п. 1 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение и обвинительное постановление составлены с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В ходе проведения дополнительного расследования следует устранить приведенные выше существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства.

Других ходатайств, кроме возвращения уголовного дела прокурору в ходе предварительного слушания не заявлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 227, 236, 237 ч. 1 п. 1 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 1 статьи 213 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвратить Уссурийскому городскому прокурору Приморского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в отношении ФИО1 подписку о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение 10 суток со дня вынесения.

Председательствующий Т.В. Павленко