Решение № 12-36/2024 от 19 марта 2024 г. по делу № 12-36/2024

Судья Кудрявцева Е.В. Дело № 12-36/2024

УИД 37RS0005-01-2024-000925-45


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иваново 19 марта 2024 года

Судья Ивановского областного суда Степанова Л.А.,

с участием:

лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1,

его защитника - адвоката Скрипелевой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление судьи Ивановского районного суда Ивановской области от 18 марта 2024 года,

УСТАНОВИЛА:

Постановлением судьи Ивановского районного суда Ивановской области от 18 марта 2024 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), с назначением административного наказания в виде административного ареста на срок 10 (десять) суток.

В жалобе, поданной в Ивановский областной суд, ФИО1 полагает постановление судьи районного суда вынесенным с нарушением презумпции невиновности, принятым с нарушением процессуальных норм, просит его отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения. В обоснование жалобы ФИО1 указывает, что действительно находился 12 марта 2024 года в районе кладбища с. Богородское. Однако единственным доказательством невыполнения требования ФИО20 покинуть место являются только слова ФИО21. Указывает, что доверяя показаниям указанных лиц, суд отказался зафиксировать факт их противоречивости с ранее данными объяснениями. Суд отказался дать оценку и не учел показания ФИО22 о том, что в ранее данных им объяснениях он утверждал заведомую ложь о предмете доказывания, поскольку об этом его попросил ФИО23. Полагает, что указанное нарушает презумпцию невиновности, свидетельствует о необоснованности предъявленного ему обвинения и является основанием для отмены постановления. ФИО1 не согласен с выводами суда об ознакомлении его с процессуальными правами, поскольку в соответствующей строке в протоколе об административном правонарушении он подпись не ставил. Подпись им поставлена в строке ниже - об отсутствии иных данных. Исходя из аудиозаписи никакие процессуальные права ему не разъяснялись, что свидетельствует о существенных нарушениях, допущенных при составлении протокола об административном правонарушении. Обращает внимание на аудиозапись в той части, где должностное лицо говорит о том, что материалы проверки в отношении него до составления протокола направлялись в Ивановский районный суд Ивановской области с целью проверки наличия состава правонарушения, т.е. решение по делу уже было предопределено до составления протокола и рассмотрения дела по существу.

Участвующему в судебном заседании ФИО1 разъяснены процессуальные права, предусмотренные положениями ст. 25.1 КоАП РФ, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Удовлетворено ходатайство ФИО1, заявленное в судебном заседании, о допуске к участию в деле в качестве защитника - адвоката Скрипелеву Т.А.

Защитнику - адвокату Скрипелевой Т.А. разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст. 25.5 КоАП РФ.

Отводов не заявлено.

По ходатайству ФИО1 к материалам дела приобщены замечания на протокол судебного заседания по делу № 5-41/2024, которые в соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» расцениваются как дополнительные доводы жалобы.

В замечаниях на протокол судебного заседания ФИО1 указывает, что с указанным протоколом он не ознакомлен по объективным причинам, ввиду нахождения в спецприемнике УМВД России по Ивановской области. Однако, ознакомившись с постановлением по делу об административном правонарушении, полагает, что в протоколе судебного заседания не отражены следующие заявления участников процесса, а именно: ФИО24 пояснял: «Я, возможно, просил удалить (от ФИО19) видео с его телефона», «Я не предъявлял ФИО19 служебное удостоверение, поскольку он об этом не просил», «В месте, где находился ФИО19 и где я к нему подошел, были видны обломки самолета, это было место крушения, был виден сам самолет»; на вопрос судьи «Как Вы можете объяснить противоречие, ранее говорили, что видели как ФИО19 вел видеосъемку, слышали, как ФИО25 потребовал уйти, а ФИО19 отказался, а в суде заявили, что ничего этого не видели и не слышали?» ФИО5 пояснил: «Объяснить не могу, я это говорил со слов ФИО26»; ФИО6 пояснял: «В месте, где находились ФИО35 и ФИО19, не был виден самолет, его обломки», «Не могу пояснить, почему ранее я давал пояснения, что ФИО19 отказался удалить видео, а сейчас говорю о том, что не видел, удалял ФИО19 видео, или не удалял, отказывался или нет»; ФИО5 пояснял: «Когда я видел, что к ФИО19 применяли физическую силу, вокруг ФИО19 было несколько человек, не только ФИО36».

Кроме того, по ходатайству ФИО1 к материалам дела приобщены копия справки начальника учебного управления Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Московский физико-технический институт (национальный исследовательский университет)» от 21 апреля 2021 года №04454 о том, что ФИО7 обучается на 2 курсе бакалавриата МФТИ Физтех-школы Радиотехники и Компьютерных Технологий очной формы обучения по основной образовательной программе, копия справки Центра восстановления зрения «Оптикор» на имя ФИО8

В судебном заседании удовлетворена заявка телекомпании «Барс» об осуществлении видеосъемки подготовительной части судебного заседания и оглашения решения, а также об осуществлении в судебном заседании аудиозаписи.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 доводы, изложенные в обоснование жалобы, поддержал. Дополнительно пояснил, что, узнав о произошедшем, он принял решение поехать на место происшествия в качестве профессионального журналиста. Необходимые документы у него были с собой. Он никому не мешал. Сотрудниками военной полиции требование покинуть территорию ему не высказывалось, его лишь попросили удалить видеозапись с телефона. Служебное удостоверение сотрудником военной полиции ФИО27 ему (ФИО1) не предоставлялось. В том месте, где он находился, никакого оцепления не было, как не было видно самолета и его обломков. Полагает, что ФИО28 его оговаривают, поскольку требование покинуть территорию ему не предъявлялось. В своих первоначальных объяснениях свидетель ФИО29 пояснял, что видел как он (ФИО1) ведет видеосъемку. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО33 отказался от этих показаний. Полагает, что ФИО30, являясь непосредственным командиром ФИО32 оказал давление на своего подчиненного. ФИО2 не имел возможности услышать требования ФИО31 ввиду территориальной удаленности и наличия шума от летающего вертолета, работавших пожарных машин, находившихся рядом более 20 человек. Судьей районного суда проигнорированы имеющиеся противоречия в показаниях указанных свидетелей. Также указывает, что в связи с тем, что ему предъявлялось требование удалить видео, он никак не мог покинуть территорию, на которой находился, до выполнения этого требования. То есть требование покинуть территорию (наличие которого он оспаривает) в любом случае было бы неисполнимо. Кроме того, указал, что при составлении протокола об административном правонарушении ему не были разъяснены его процессуальные права. В протоколе об административном правонарушении он расписался там, где ему сказали, в графе о разъяснении процессуальных прав он не расписывался. Видел, что в протоколе имеется текст, написанный разным шрифтом. При этом текст в протоколе очень мелкий, а у него (ФИО1) плохое зрение. О том, что протокол надо прочитать, ему не говорили. Полагает, что место совершения вмененного ему правонарушения установлено неверно, кладбище Богородское, где он находился, не входит в <адрес>. Время правонарушения в протоколе также указано неправильно. В оспариваемом постановлении судья, признав полученные письменные объяснения свидетелей ФИО34 незаконными, вместе с тем пришла к выводу об отсутствии существенных нарушений при составлении протокола. Полагает, что имело место внепроцессуальное общение должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, ФИО17 и суда, результат рассмотрения дела был предрешен. Полагает назначенное ему наказание не разумным, поскольку административный арест в качестве меры наказания назначается в исключительных случаях. Назначенным ему судом наказанием в виде 10 суток административного ареста он был лишен трети дохода, в связи с чем пострадала его семья, которую он должен содержать, принимая во внимание, что у него на иждивении имеется двое детей, у сына имеются проблемы со здоровьем, дочь является студенткой. Также он помогает материально матери, которой в настоящее время 74 года.

Защитник Скрипелева Т.А. поддержала жалобу ФИО1 по изложенным в ней доводам, полагала постановление судьи районного суда незаконным, в связи с наличием существенных процессуальных нарушений. Указала, что ее доверитель ДД.ММ.ГГГГ не находился в <адрес>, как это указано в протоколе об административном правонарушении. В протоколе не указано лицо, которое высказало требование покинуть территорию – оцепленную зону, не указано как было произведено оцепление. Имеющиеся в постановлении судьи районного суда выводы носят противоречивый характер. Полагает, что незаконность объяснений влечет незаконность протокола. В постановлении суда не указано, какое неповиновение совершено ФИО10 Исследовав в судебном заседании аудиозапись, судья в оспариваемом постановлении не дала оценку указанной аудиозаписи. Полагала назначенное ФИО1 наказание несправедливым. Судом не установлено наличие у ФИО1 иждивенцев. Полагала, что событие вмененного ФИО1 правонарушения не нашло своего подтверждения.

Заслушав участвующих лиц, оценив доводы жалобы и проверив дело в полном объеме, прихожу к следующим выводам.

Административная ответственность по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ предусмотрена за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей.

Согласно ст. 6 Устава военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Устав военной полиции ВС РФ, Устав), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (в редакции от ДД.ММ.ГГГГ), военная полиция входит в состав Вооруженных Сил Российской Федерации.

В соответствии со ст. 9 Устава военной полиции ВС РФ военная полиция в своей деятельности руководствуется Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, федеральными законами, настоящим Уставом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 5 ст. 20 Устава военной полиции ВС РФ функцией военной полиции является охрана места происшествия, обеспечение сохранности следов преступления, административного правонарушения в пределах полномочий, установленных федеральными законами и настоящим Уставом.

В силу п. 12 ст. 21 Устава военной полиции ВС РФ для реализации своих функций военная полиция наделяется полномочиями требовать от граждан покинуть место происшествия, если это необходимо для обеспечения их безопасности и (или) проведения следственных действий, выяснения обстоятельств и сохранения следов совершения правонарушения.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, 12 марта 2024 года, около 14 часов 00 минут, находясь по адресу: <адрес>, ФИО1 не исполнил неоднократные законные требования сотрудника военной полиции – военнослужащего, основанные на приказе командира войсковой части и п. 12 ст. 21 Устава военной полиции ВС РФ, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, покинуть оцепленную зону места крушения самолета ИЛ-76, тем самым совершил административное правонарушение в виде неповиновения законному требованию сотрудника военной полиции – военнослужащего.

Событие указанного административного правонарушения и виновность ФИО1 в его совершении подтверждаются достаточной совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, в числе которых протокол об административном правонарушении № 37 А 508855 от 15 марта 2024 года; рапорт командира взвода военной полиции ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ; показания сотрудников военной полиции ФИО11, ФИО6, ФИО5 в районном суде; видеозапись, представленная ФИО10 в судебном заседании в районном суде; справка начальника штаба войсковой части № ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ о том, что во исполнение устного приказа командира войсковой части № с 13 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ организовано оцепление места авиационного происшествия в районе кладбища села Богородское силами военной полиции и военнослужащих, а также другие материалы дела.

Данных, позволяющих усомниться в объективности и достоверности показаний сотрудников военной полиции ФИО11, ФИО6, ФИО5, судьей обоснованно не усмотрено.

Собранные по делу доказательства согласуются между собой, существенных противоречий не содержат и позволяют установить обстоятельства совершения ФИО10 административного правонарушения.

Требования ст.ст. 24.1, 26.1 КоАП РФ о всестороннем, полном и объективном рассмотрении дела об административном правонарушении соблюдены, обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, установлены. Всем собранным по делу доказательствам дана надлежащая оценка по правилам ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для переоценки выводов судьи районного суда, изложенных в обжалуемом постановлении, не усматривается.

Исходя из справки начальника штаба войсковой части № ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с требованиями специальной инструкции, регулирующей действия должностных лиц войсковой части при авиационном происшествии, ст.ст. 33, 34 Правил расследования авиационных происшествий и авиационных инцидентов с государственными воздушными судами в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № и приказа Министерства обороны Российской Федерации, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидациям последствий стихийных бедствий, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, Федеральной службы охраны Российской Федерации, Государственной корпорации по космической деятельности «Роскосмос» «Об утверждении порядка взаимодействия органов безопасности полетев государственной авиации Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №, во исполнение устного приказа командира войсковой части № полковника ФИО12, начальником штаба указанной войсковой части ФИО18 организовано оцепление места авиационного происшествия в районе кладбища села <адрес>, силами военной полиции и военнослужащих войсковой части №. В связи с чем у сотрудника военной полиции – командира взвода военной полиции войсковой части № ФИО11, находившегося в присвоенной форме одежды на месте авиационного происшествия в районе кладбища села <адрес>, исполнявшего свои служебные обязанности в соответствии с Уставом военной полиции ВС РФ и устным приказом командира войсковой части №, имелись основания предъявить ФИО1 требования покинуть оцепленную зону места крушения самолета ИЛ-76.

От выполнения указанных законных требований сотрудника военной полиции ФИО1 отказался, что образует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Доводы ФИО1 о том, что требование покинуть оцепленную зону места происшествия ему не предъявлялось, нахожу не состоятельными, противоречащими исследованными судом материалами дела.

Согласно показаниям свидетеля ФИО11, данным им в судебном заседании в районном суде, он, подойдя к ФИО1, будучи в присвоенной форме одежды и с персонифицированным знаком на одежде, неоднократно высказал последнему требование покинуть оцепленную территорию, однако ФИО1 не подчинился требованиям, в связи с чем, к нему была применена физическая сила.

Свидетель ФИО6 в районном суде также пояснял, что в момент развертывания штаба он увидел как к гражданскому лицу, стоявшему у автомобилей спецслужб, подошел сотрудник военной полиции ФИО13, который потребовал прекратить видеосъемку, предъявить документы, которые не были предоставлены, и покинуть место оцепления. Он (ФИО6) видел, как ФИО1 уводили.

Допрошенный в районном суде свидетель ФИО5 пояснил, что видел, как ФИО13 применил физическую силу к гражданскому лицу, заломив руки за спину. О произошедшем до этого момента ему известно со слов ФИО11, который сообщил ему причину применения физической силы.

Оснований не доверять показаниям ФИО11 не имеется, они согласуются с показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО5 Какой-либо личной заинтересованности в привлечении ФИО1 к административной ответственности у данных лиц не установлено. Исполнение сотрудниками военной полиции своих служебных обязанностей о наличии такой заинтересованности не свидетельствует.

Показания свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16 не опровергают выводов суда о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

Судьей районного суда письменные объяснения свидетелей ФИО5, ФИО11, ФИО6 обоснованно признаны как полученные с нарушением требований закона, поскольку указанные лица не были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, им не разъяснены их процессуальные права и обязанности. Вместе с тем, допущенные должностным лицом нарушения на стадии оформления административного материала, были устранены судьей районного суда путем допроса указанных лиц в судебном заседании с разъяснением им процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных ст. 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции Российской Федерации, и предупреждением об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний.

Ссылки ФИО1 на невозможность исполнения требования сотрудника военной полиции покинуть территорию, даже если оно и предъявлялось, ввиду того, что по требованию того же сотрудника он должен был удалить видеозапись и до этого момента никак не мог покинуть территорию, на которой находился, являются субъективным мнением ФИО1 и не могут быть приняты во внимание. Полагаю, что исполнение требования об удалении с места происшествия не может быть поставлено в зависимость от возможности либо невозможности удаления видеозаписи.

Доводы жалобы относительно нарушений требований процессуальных требований при составлении протокола об административном правонарушении, нарушений прав ФИО1 подлежат отклонению как несостоятельные.

Протокол составлен надлежащим должностным лицом старшим инспектором ГИАЗ МО МВД России «Ивановский» ФИО17, о чем имеется ее подпись в протоколе, расшифровка подписи.

В протоколе имеется подпись ФИО1 в непосредственной близости от графы: «Лицу, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении (его законному представителю), разъяснены права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, а также статьей 25.1 КоАП РФ». При этом в графе «иные сведения, необходимые для разрешения дела», в которой, как указывает ФИО1, он и расписался, не предусматривает проставление чьей – либо подписи.

Более того, на обороте протокола об административном правонарушении подробно изложены положения указанных статей. С содержанием протокола ФИО1 был ознакомлен (что им не оспаривалось при рассмотрении дела и подтверждается исследованной судом аудиозаписью), копию протокола получил, о чем имеются соответствующие указания в протоколе и подпись ФИО1 Каких-либо замечаний относительно процедуры составления протокола ФИО1 не заявлял. При этом ФИО1 знакомился с имеющимися материалами проверки, давал объяснения, то есть реализовывал предоставленные ему процессуальные права.

Положения ч. 3 ст. 28.2 КоАП РФ, как верно отмечено в постановлении судьи, не содержит указания на разъяснение прав и обязанностей в устной форме.

Доводы о неверном указании времени совершения административного правонарушения «12 марта 2024 года около 14-00» нахожу не состоятельными, поскольку в протоколе, а также в постановлении судьи указано примерное время совершения административного правонарушения с учетом совокупности имеющихся в материалах дела доказательств. При этом в заявлении о преступлении, представленном ФИО10 (л.д. 50), он сам указывает, что 12 марта 2024 года в 13-30 находился на территории кладбища у населенного пункта Богородское.

При этом полагаю возможным с учетом имеющихся материалов дела уточнить место совершения административного правонарушения, поименованное в протоколе и в постановлении судьи как <адрес>, считая верным «в районе <адрес>».

Вместе с тем, неточное указание места совершения административного правонарушения в протоколе об административном правонарушении и в постановлении судьи не свидетельствует о существенном нарушении процессуальных требований и не является основанием для признания протокола недопустимым доказательством.

Вопреки доводам ФИО1 и его защитника, признание судьей районного суда объяснений свидетелей ФИО5, ФИО11, ФИО6, полученными с нарушением требований закона, также не свидетельствуют о том, что протокол об административном правонарушении является недопустимым доказательством по делу.

Таким образом, существенных процессуальных нарушений при составлении протокола об административном правонарушении должностным лицом не допущено. Нарушений требований ст. 28.2 КоАП РФ при этом не установлено.

Согласно правовой позиции, изложенной в абз. 4 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", участники производства по делу об административном правонарушении вправе знакомиться с протоколом судебного заседания (в случае его ведения). При несогласии с содержанием протокола указанные лица вправе изложить свои замечания в жалобе на принятое по делу постановление.

В представленных замечаниях на протокол судебного заседания от 18 марта 2024 года ФИО1 указывает на отсутствие в протоколе вышеизложенных им пояснений свидетелей.

Указанные доводы являются несостоятельными, поскольку не нашли своего подтверждения при рассмотрении настоящей жалобы.

В соответствии с ч. 2 ст. 29.8 КоАП РФ в протоколе о рассмотрении дела об административном правонарушении указываются: 1) дата и место рассмотрения дела; 2) наименование и состав коллегиального органа, рассматривающего дело; 3) событие рассматриваемого административного правонарушения; 4) сведения о явке лиц, участвующих в рассмотрении дела, об извещении отсутствующих лиц в установленном порядке; 5) отводы, ходатайства и результаты их рассмотрения; 6) объяснения, показания, пояснения и заключения соответствующих лиц, участвующих в рассмотрении дела; 7) документы, исследованные при рассмотрении дела.

Протокол рассмотрения дела, поименованный протоколом судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, соответствует требованиям ст. 29.8 КоАП РФ. Вопреки доводам заявителя, пояснения свидетелей ФИО11, ФИО5, ФИО6 отражены в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ и содержат те высказывания, на которые ссылается в своих замечаниях заявитель. Требований о необходимости дословного изложения пояснений лиц, участвующих в рассмотрении дела, свидетелей, КоАП РФ не содержит.

При этом в постановлении судьи районного суда показания указанных свидетелей изложены кратко без искажения содержания данных ими показаний.

По своему содержанию приведенные ФИО10 замечания не влияют на правильность выводов судьи о его виновности в совершении вмененного правонарушения и не влекут отмену обжалуемого судебного постановления.

Ссылка ФИО1 на то, что решение судьи было заранее предрешено исходя из имеющейся в материалах дела аудиозаписи, на которой сотрудник полиции ФИО17 сообщает о внепроцессуальном общении с судом по поводу составления протокола об административном правонарушении, не может быть принята во внимание.

Обстоятельств, исключающих возможность рассмотрения дела об административном правонарушении судьей Ивановского районного суда Кудрявцевой Е.В., предусмотренных ст.29.2 КоАП РФ, в данном случае не имеется, указанная аудиозапись о наличии таких обстоятельств не свидетельствует.

Административное наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 3.1, 3.9 и ч.ч. 1, 2 ст. 4.1 КоАП РФ в пределах санкции ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

При избрании вида административного наказания из числа альтернативно предусмотренных санкцией ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ судьей районного суда учтены характер и обстоятельства совершенного административного правонарушения, носящего вызывающий, публичный характер неповиновения, личность виновного, его имущественное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих административную ответственность обстоятельств и сделан обоснованный вывод о необходимости назначения ФИО1 административного наказания в виде административного ареста, поскольку именно данная мера наказания в рассматриваемом деле соразмерна содеянному, отвечает целям, предусмотренным ст. 3.1 КоАП РФ, и является единственно возможным способом достижения справедливого баланса публичных и частных интересов.

Оснований для признания назначенного ФИО1 наказания чрезмерно суровым, не имеется.

Назначенное ФИО1 административное наказание согласуется с его предупредительными целями (ст. 3.1 КоАП РФ), соответствует принципам законности, справедливости, неотвратимости и целесообразности юридической ответственности, а также тяжести содеянного.

Ссылки ФИО1 и его защитника в судебном заседании при рассмотрении жалобы на то, что при назначении наказания судом не учтено наличие у него иждивенцев - несовершеннолетнего сына, имеющего проблемы со здоровьем, дочери – студентки, матери, на содержание и помощь которым требуются значительные денежные средства, не влекут изменение постановления в части назначенного наказания.

Как видно из содержания постановления судьи, в качестве смягчающих обстоятельств были учтены сведения о семье ФИО1, его имущественном положении.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности соблюдены.

Иные доводы жалобы не влияют на законность принятого судьей районного суда постановления.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену обжалуемого судебного постановления, по делу не допущено.

Следует отметить, что указание в постановлении судьи районного суда на п. 5 ст. 19.1 Устава военной полиции ВС РФ является явной технической ошибкой, не влияющей на законность принятого судебного акта, поскольку содержание изложенного в постановлении пункта соответствует п. 5 ст. 20 Устава военной полиции ВС РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

РЕШИЛА:

Постановление судьи Ивановского районного суда Ивановской области от 18 марта 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Л.А. Степанова