Приговор № 1-25/2017 1-428/2016 от 29 июня 2017 г. по делу № 1-25/2017

Дело № 1-25/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 30 июня 2017 года

Судья Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга Сопилова И.В.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора Адмиралтейского района Санкт-Петербурга ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника - адвоката Клышникова С.А.,

при секретаре Спиридоновой А.П., Гурьевой Ю.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживающего по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, с <данные изъяты> образованием, работающего <должность> СПб ГБУЗ «Городская больница № 28 «<данные изъяты>», <семейное положение>, несовершеннолетних детей не имеющего, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 5 ст. 290, п. «в» ч. 5 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290, ч. 3 ст. 290 УК РФ,

установил

ФИО2 совершил превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, а именно:

ФИО2, последовательно состоящий на основании трудового договора от 23.05.2007 (в редакции дополнительного соглашения от 18.02.2013), трудового договора (эффективного контракта) от 27.11.2014 в должности заведующего отделением сестринского ухода №, врача-терапевта СПб ГБУЗ «<данные изъяты>», и на основании трудового договора № 13/15 от 20.04.2015 и приказа (распоряжения) о приеме работника на работу № 13.01-к от 20.04.2015 в должности заведующего отделением сестринского ухода № врача-гериатра СПб ГБУЗ «Городская больница № 28 «<данные изъяты>», в обязанности которого в соответствии с п.п. 1, 2.3, 3.3 должностной инструкции заведующего отделением сестринского ухода, утвержденной 31.07.2009 главным врачом СПб ГБУЗ «<данные изъяты>», и п.п. 1, 2.2, 2.8 должностной инструкции, утвержденной 20.04.2015 и.о. главного врача СПб ГБУЗ «<данные изъяты>», входило осуществление руководства работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и <данные изъяты>-хозяйственной работой вверенного ему отделения, самостоятельное ведение больных, решение вопросов выписки больных из отделения, являясь должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном учреждении, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью превышения своих должностных полномочий и систематического получения денежных средств от граждан за нахождение и продление сроков пребывания на лечении на отделениях сестринского ухода, которое в соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации, п.п. 3.1, 3.3, 3.6 Распоряжения Комитета по здравоохранению Администрации Санкт-Петербурга от 03.04.2001 № 157-р «О совершенствовании работы отделений сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга» являлось бесплатным для <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> В.П., <данные изъяты> А.С., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> А.В., <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Н.С. при наличии показаний к госпитализации и направления до завершения курса лечения, ухода или медико-социальной реабилитации, стабилизации или частичного восстановления способности к самообслуживанию, получал денежные средства за нахождение и продление сроков пребывания на лечении на отделениях сестринского ухода указанных граждан, чем совершил действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, т.е. действия, явно выходящие за пределы его полномочий, повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства по охране здоровья и оказанию бесплатной медицинской помощи в государственных учреждениях здравоохранения, а именно:

в период времени с 19.07.2014 по 21.04.2015, находясь в своем рабочем кабинете в СПб ГУЗ «Городская больница №» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Б.М. денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» <данные изъяты> Г.И. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего ФИО2 в указанный период времени в указанном месте в ходе серии встреч лично получил от <данные изъяты> Б.М. не менее 135000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» <данные изъяты> Г.И. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, а после прекращения фактической работы отделения сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и перевода пациентов и персонала на отделение сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», ФИО2, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в период времени с 22.04.2015 по 16.11.2015 в ходе серии встреч лично получил от <данные изъяты> Б.М. не менее 105000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Г.И. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, т.е. за период с 19.07.2014 по 16.11.2015 получил лично от <данные изъяты> Б.М. денежные средства в размере не менее 240000 рублей за нахождение <данные изъяты> Г.И. последовательно на отделениях сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков ее пребывания на лечении в тех же отделениях;

26.12.2014 в период времени с 09 часов 00 минут до 18 часов 00 минут, находясь в СПб ГУЗ «Городская больница №» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> В.С. денежные средства из расчета 26000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и продление сроков пребывания <данные изъяты> Н.В. на лечении в том же отделении, при этом указав, что денежные средства будут передаваться через неустановленного посредника, не осведомленного о его (ФИО2) преступном умысле, после чего <данные изъяты> В.С. в помещении кабинета старшей медсестры СПб ГУЗ «Городская больница №» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> передала ФИО2 через неустановленного посредника, не осведомленного о его (ФИО2) преступном умысле: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.12.2014 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.01.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.02.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.03.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 20.04.2015 денежные средства в размере 26000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» <данные изъяты> Н.В. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении. После прекращения фактической работы отделения сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и перевода пациентов и персонала на отделение сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», ФИО2, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, лично получил от <данные изъяты> В.С.: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.05.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.06.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.07.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 26.08.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 28.09.2015 денежные средства в размере 26000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 27.10.2015 денежные средства в размере 26000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Н.В. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, т.е. за период с 26.12.2014 по 27.10.2015 получил от <данные изъяты> В.С. лично и через посредника, не осведомленного о его преступном умысле, денежные средства в размере 286000 рублей за нахождение <данные изъяты> Н.В. последовательно на отделениях сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», и продление сроков пребывания <данные изъяты> Н.В. на лечении в тех же отделениях;

в период времени с 01.03.2015 по 15.03.2015, находясь в СПб ГУЗ «Городская больница №» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Г.В. денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» <данные изъяты> В.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, при этом указав, что денежные средства будут передаваться через неустановленного посредника, не осведомленного о его (ФИО2) преступном умысле, после чего <данные изъяты> Г.В. в помещении кабинета старшей медсестры СПб ГУЗ «Городская больница №» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> передал ФИО2 через неустановленного посредника, не осведомленного о его (ФИО2) преступном умысле: в период времени с 09 часов 00 минут 15.03.2015 по 18 часов 00 минут 31.03.2015 денежные средства в размере 15000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут 15.04.2015 по 18 часов 00 минут 30.04.2015 денежные средства в размере 15000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» <данные изъяты> В.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении. После прекращения фактической работы отделения сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и перевода пациентов и персонала на отделение сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», ФИО2, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в период времени с 09 часов 00 минут 15.05.2015 по 18 часов 00 минут 20.05.2015 лично получил от <данные изъяты> Г.В. денежные средства в размере 15000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> В.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, т.е. за период с 01.03.2015 по 20.05.2015 получил от <данные изъяты> Г.В. лично и через посредника, не осведомленного о его преступном умысле, денежные средства в размере 45000 рублей за нахождение последовательно на отделениях сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница №» и № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> В.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в тех же отделениях,

в период времени с 01.08.2015 по 31.08.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Т.С. денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> А.С. и продление сроков его пребывания на лечении в том же отделении, после чего, находясь в указанном месте, ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Т.С.: в период времени с 09 часов 00 минут 01.08.2015 по 18 часов 00 минут 31.08.2015 денежные средства в размере 15000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 09.09.2015 денежные средства в сумме 200 Евро, что на 09.09.2015 составляет не менее 13851 рубля 10 коп; в период времени с 09 часов 00 минут 02.10.2015 по 18 часов 00 минут 08.10.2015 денежные средства в размере 250 Евро, что на 08.10.2015 составляет не менее 17615 рублей 50 коп; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 29.10.2015 денежные средства в сумме 250 Евро, что на 29.10.2015 составляет не менее 18037 рублей 50 коп; в период времени с 09 часов 00 минут 25.11.2015 по 18 часов 00 минут 27.11.2015 денежные средства в размере 250 Евро, что на 27.11.2015 составляет не менее 17425 рублей, т.е. за период с 01.08.2015 по 27.11.2015 получил лично от <данные изъяты> Т.С. денежные средства в размере 15000 рублей и 950 Евро, что эквивалентно сумме не менее 66929 рублей 10 копеек, за нахождение <данные изъяты> А.С. на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков его пребывания на лечении в том же отделении,

не позднее 25.06.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Г.А. денежные средства из расчета 30000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Л.Г. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего, находясь в указанном месте, ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Г.А.: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 25.06.2015 денежные средства в сумме 30000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 25.07.2015 денежные средства в сумме 30000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 25.08.2015 денежные средства в сумме 30000 рублей, т.е. за период с 25.06.2015 по 25.08.2015 получил лично от <данные изъяты> Г.А. денежные средства в размере 90000 рублей за нахождение <данные изъяты> Л.Г. на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении,

в период времени с 14.09.2015 по 14.10.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Н.Н. денежные средства из расчета 20000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Г.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего, находясь в указанном месте, ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Н.Н.: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 14.10.2015 денежные средства в сумме 20000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут 07.11.2015 по 15 часов 00 минут 08.11.2015 денежные средства в сумме 20000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 10.12.2015 денежные средства в сумме 10000 рублей, т.е. за период с 14.09.2015 по 10.12.2015 получил лично от <данные изъяты> Н.Н. денежные средства в размере 50 000 рублей за нахождение <данные изъяты> Г.П. на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении,

в период времени с 19.05.2015 по 04.06.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Л.В. денежные средства из расчета 25000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> А.В. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего, находясь в указанном месте, ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Л.В.: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 08.06.2015 денежные средства в сумме 25000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 10.07.2015 денежные средства в сумме 25000 рублей, т.е. за период с 04.06.2015 по 10.07.2015 получил лично от <данные изъяты> Л.В. денежные средства в размере 50000 рублей за нахождение <данные изъяты> А.В. на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении,

в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 11.12.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> О.Ф. денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Л.А. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего в указанный период времени в указанном месте ФИО2 лично получил от <данные изъяты> О.Ф. денежные средства в размере 15000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Л.А. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении,

в период времени с 25.08.2015 по 15.09.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Н.В. денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Л.П. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего, находясь в указанном месте, ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Н.В.: в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 15.09.2015 денежные средства в сумме 15000 рублей; в период времени с 09 часов 00 минут по 18 часов 00 минут 03.11.2015 денежные средства в сумме 10000 рублей, т.е. за период с 25.08.2015 по 03.11.2015 лично получил от <данные изъяты> Н.В. денежные средства в размере 25 000 рублей за нахождение <данные изъяты> Л.П. на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении,

в период времени с 09.09.2015 по 15.10.2015, находясь в своем рабочем кабинете заведующего отделением сестринского ухода № в СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, потребовал от <данные изъяты> Л.Ф. денежные средства из расчета 500 рублей за сутки нахождения на отделении сестринского ухода № СПб ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Н.С. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении, после чего в указанный период времени в указанном месте ФИО2 лично получил от <данные изъяты> Л.Ф. денежные средства в размере 10000 рублей за нахождение на отделении сестринского ухода № СПБ ГУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» <данные изъяты> Н.С. и продление сроков ее пребывания на лечении в том же отделении.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в совершении данного преступления признал частично и показал, что в вышеуказанное время в вышеуказанных местах действительно получил от <данные изъяты> Б.М. денежные средства в размере 240 000 рублей, от <данные изъяты> В.С. денежные средства в размере 286 000 рублей, от <данные изъяты> Г.В. денежные средства в размере 45 000 рублей, от <данные изъяты> Т.С. денежные средства в размере 15 000 рублей и 950 Евро, от <данные изъяты> Г.А. денежные средства в размере 90 000 рублей, от <данные изъяты> Н.Н. денежные средства в размере 50 000 рублей, от <данные изъяты> Л.В. денежные средства в размере 50 000 рублей, от <данные изъяты> О.Ф. денежные средства в размере 15000 рублей, от <данные изъяты> Н.В. денежные средства в размере 25 000 рублей, от <данные изъяты> Л.Ф. денежные средства в размере 10 000 рублей, однако все эти денежные средства являлись благотворительной помощью, добровольно оказываемой названными гражданами отделениям сестринского ухода, заведующим которых он являлся. При получении данной благотворительной помощи он превышал свои должностные полномочия и не вносил денежные средства в кассу больницы, поскольку в этом случае они были бы зачислены на счет больницы, а он полагал, что денежные средства подлежали трате непосредственно на нужды отделения сестринского ухода, где отсутствовало необходимое обеспечение. При этом, в Городской больнице № он неоднократно обращался к и.о. главного врача <данные изъяты> М.В. с сообщениями о необходимости закупок для нужд отделения сестринского ухода, однако отделение не получало необходимых для работы вещей, в силу чего он был вынужден принимать от граждан благотворительную помощь для обеспечения работы отделения. Кроме того, через 3 недели после начала работы в Городской больнице № <данные изъяты> М.В. сообщила ему о введении 5 платных мест в отделении сестринского ухода. Процедура оказания благотворительной помощи в Городской больнице № ничем не регламентировалась, а в Городской больнице № регламентировалась Положением, с которым он был ознакомлен только 21.12.2015. Несмотря на это, он полагал, что имеет право получать деньги в качестве благотворительности. О том, что полученные им денежные средства являются платой за пребывание на отделении пациентов <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> В.П., <данные изъяты> А.С., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> А.В., <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Н.С. он их родственникам и знакомым не сообщал. При этом он являлся лечащим врачом всех этих пациентов, которые не могли быть выписаны из отделения сестринского ухода в связи с отказом родственников их забрать и их состоянием, в частности невозможностью самообслуживания. Полученные в качестве благотворительной помощи денежные средства тратились им исключительно для обеспечения отделения сестринского ухода, заведующим которого он являлся: приобретение необходимого имущества, оформление документов пациентов и т.п.

Свидетель <данные изъяты> Б.М. в судебном заседании, с учетом показаний, данных им в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показал, что с 07.05.2014 по 19.07.2014 его родственница <данные изъяты> Г.И. находилась на платном лечении на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, в связи с заключением договоров на оказание медицинских услуг. 19.07.2014 он сообщил заведующему отделением ФИО2 о невозможности в дальнейшем оплачивать лечение <данные изъяты> Г.И. по договору в виду большой стоимости, а также о невозможности забрать <данные изъяты> Г.И. домой. Тогда ФИО2 предложил ему в дальнейшем оплачивать нахождение <данные изъяты> Г.И. на лечении в отделении в размере 15000 рублей ежемесячно, которые необходимо было передавать ФИО2 лично. После этого в период с 19.07.2014 по 21.04.2015 он передавал ФИО2 лично в его рабочем кабинете денежные средства в размере 15000 рублей ежемесячно за продление нахождения <данные изъяты> Г.И. на отделении сестринского ухода. Примерно 21.04.2015 ФИО2 сообщил ему, что Городская больница № переезжает в Городскую больницу №, где <данные изъяты> И.Г. будет в дальнейшем проходить лечение, а он (ФИО2) работать. При этом они договорились, что <данные изъяты> Г.И. будет продолжать проходить лечение на прежних условиях, т.е. при передаче ФИО2 денежных средств в сумме 15000 рублей ежемесячно. С 22.04.2015 <данные изъяты> Г.С. стала проходить лечение на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, заведующим которого являлся ФИО2, в связи с чем в период с 22.04.2015 по 16.11.2015 ежемесячно он передавал ФИО2 в рабочем кабинете последнего денежные средства из расчета 15000 рублей за месяц нахождения <данные изъяты> Г.И. на отделении, всего 105000 рублей. За все время общения с ФИО2 последний не сообщал ему, что <данные изъяты> Г.И. может находиться на лечении бесплатно столько, сколько это необходимо для ее выписки.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> В.С., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что с 03.12.2014 по 21.04.2015 ее родственница <данные изъяты> Н.В. находилась на лечении на отделении сестринского ухода № Городской больницы №. При поступлении <данные изъяты> Н.В. на отделение ее лечащий врач и заведующий отделением ФИО2 сообщил ей (<данные изъяты> В.С.), что нахождение пациентов на отделении сестринского ухода является бесплатным только 21 день с момента поступления, а также сказал обратиться к нему через указанный срок. 26.12.2014 она обратилась к ФИО2, который предложил ей оплачивать пребывание <данные изъяты> Н.В. на отделении официально в рамках договора в сумме 40000 рублей в месяц или путем составления заявления на материальную помощь больнице в сумме 26000 рублей. Она выбрала второй вариант и сообщила об этом ФИО2, после чего он сказал ей пройти в кабинет старшей медсестры и написать последней заявление на оказание больнице благотворительной помощи, а также сказал решать со старшей медсестрой все вопросы оплаты нахождения <данные изъяты> Н.В. на отделении. Пройдя к старшей медсестре, она под диктовку последней написала заявление о передаче больнице 26000 рублей в качестве благотворительной помощи и передала ей указанную сумму денежных средств, после чего старшая медсестра сообщила ей, что <данные изъяты> Н.В. занимаются именно она и ФИО2, а также попросила не говорить никому об оплате нахождения <данные изъяты> Н.В. на отделении. 26.01.2015, 26.02.2015, 26.03.2015, 20.04.2015 она передавала старшей медсестре по 26000 рублей, составляя аналогичные заявления об оказании благотворительной помощи. Далее <данные изъяты> Н.В. была переведена на отделение сестринского ухода № Городской больницы №, после чего по вопросам оплаты за уход <данные изъяты> Н.В. она общалась с ФИО2, который также стал работать в Городской больнице №. 26.05.2015, 26.06.2015, 26.07.2015, 26.08.2015, 26.09.2015, 27.10.2015 она передавала ФИО2 в его рабочем кабинете по 26000 рублей, однако заявления по указанию ФИО2 не писала. Все вышеуказанные денежные средства она передавала за нахождение <данные изъяты> Н.В. на отделениях сестринского ухода, ее лечение и осуществление ухода, поскольку ФИО2 убедил ее в отсутствии иного доступного для нее способа нахождения <данные изъяты> Н.В. на возглавляемых им отделениях сестринского ухода.

Свидетель <данные изъяты> Е.Э., являющаяся заведующей отделением поликлиники, в судебном заседании показала, что 02.12.2014 ею было выдано направление на госпитализацию <данные изъяты> Н.В. в отделение сестринского ухода № Городской больницы № в связи с наличием соответствующих заболеваний.

Свидетель <данные изъяты> Г.В. в судебном заседании, с учетом показаний, данных им в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показал, что с 18.11.2014 его знакомая <данные изъяты> В.П. находилась на лечении на отделении сестринского ухода № Городской больницы №. При поступлении <данные изъяты> В.П. на отделение заведующий отделением ФИО2 сообщил ему, что первые несколько месяцев <данные изъяты> В.П. может находиться на лечении бесплатно, а последующее ее нахождение является платным. В период с 01 по 15 марта 2015 года ФИО2 сообщил, что срок нахождения <данные изъяты> В.П. на отделении закончился в феврале 2015 года, и в связи с отсутствием у него (<данные изъяты> Г.В.) возможности забрать <данные изъяты> В.П., спросил о сумме, которую он (<данные изъяты> Г.В.) сможет заплатить за продолжение лечения <данные изъяты> В.П. на отделении. Он сообщил ФИО2, что сможет платить не более 15000 рублей за счет пенсии <данные изъяты> В.П., на что ФИО2 согласился и при этом пояснил, что денежные средства будут передаваться в качестве благотворительности на нужды отделения. В период с 15 по 31 марта 2015 года он пришел к ФИО2, после чего по указанию последнего проследовал в кабинет старшей медсестры, где под ее диктовку написал заявление на оказание благотворительной помощи отделению и передал ей денежные средства в сумме 15000 рублей, фактически являвшиеся платой за продление пребывания <данные изъяты> В.П. на отделении сестринского ухода. Поскольку ФИО2 сказал ему о необходимости обращения к старшей медсестре по поводу внесения денежных средств, то в период с 15 по 30 апреля 2015 года он вновь пришел в рабочей кабинет последней и передал ей 15000 рублей за продление нахождения <данные изъяты> В.П. на отделении. Позднее он узнал о переезде Городской больницы №, при этом ФИО2 сообщил ему, что заберет <данные изъяты> В.П. на свое новое место работы в Городскую больницу №, а также что денежные средства в дальнейшем необходимо приносить лично ему. С 21.04.2015 <данные изъяты> В.П. стала проходить лечение на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, при этом ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 В период с 15 по 20 мая 2015 года он пришел в рабочий кабинет ФИО2 и передал последнему 15000 рублей за продление пребывания <данные изъяты> Г.И. на отделении сестринского ухода. 15.06.2015 он узнал о смерти <данные изъяты> В.П. Все указанные денежные средства он передавал в связи с тем, что ФИО2 не говорил ему о возможности бесплатного нахождения <данные изъяты> В.П. на отделении столько, сколько необходимо, а напротив сообщил о необходимости оплаты ее нахождения на отделении.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Т.С., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что 24.04.2015 ее брат <данные изъяты> А.С. был госпитализирован на отделение сестринского ухода № Городской больницы №, где его лечащим врачом и заведующим отделения являлся ФИО2 В период с 01 по 31 августа 2015 года она зашла в рабочий кабинет к ФИО2, где последний сообщил ей, что <данные изъяты> А.С. не может более находиться на отделении сестринского ухода и его необходимо переводить в интернат, однако он сможет остаться на отделении в случае оплаты пребывания <данные изъяты> А.С. на отделении в ежемесячной сумме 15000 рублей, которые пойдут на нужды отделения в качестве благотворительной помощи. Она согласилась, после чего по указанию ФИО2 и под диктовку последнего написала заявление на оказание благотворительной помощи и передала ФИО2 15000 рублей, фактически являвшиеся платой за продление нахождения <данные изъяты> А.С. на отделении сестринского ухода. 09.09.2015 она передала ФИО2 200 евро, в период со 02 по 08 октября 2015 года – 250 евро, 29.10.2015 – 250 евро, в период с 25 по 27 ноября 2015 года – 250 евро, каждый раз находясь в рабочем кабинете ФИО2, за продление нахождения <данные изъяты> А.С. на отделении сестринского ухода.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Г.А., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что с 08.05.2015 по 28.08.2015 ее мать <данные изъяты> Л.Г. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где заведующим отделением и ее лечащим врачом являлся ФИО2 25.05.2015 она пришла к ФИО2 и поинтересовалась возможностью продления срока нахождения <данные изъяты> Л.Г. на отделении, поскольку ей (<данные изъяты> Г.А.) было известно, что бесплатный срок нахождения на отделении составляет около месяца. ФИО2 подтвердил, что дальнейшее нахождение на отделении является платным и предложил оплачивать пребывание <данные изъяты> Л.Г. на отделении за счет ее пенсии в сумме 30000 рублей, на что она (<данные изъяты> Г.А.) согласилась. 25.06.2015, 25.07.2015 и 25.08.2015, находясь в рабочем кабинете ФИО2, она писала под диктовку последнего заявления об оказании благотворительной помощи отделению в указанной сумме и передавала ему по 30000 рублей, фактически являющиеся платой за продление пребывания <данные изъяты> Л.Г. на отделении.

Свидетель ФИО3, являющаяся врачом терапевтом, в судебном заседании показала, что 15.05.2015 ею было выдано направление на госпитализацию <данные изъяты> Л.Г. в отделение сестринского ухода в связи с наличием соответствующих заболеваний.

Свидетель <данные изъяты> Н.Н. в судебном заседании, с учетом показаний, данных ею в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показала, что с 14.09.2015 по 20.12.2015 ее мать <данные изъяты> Г.П. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 Примерно 05.10.2015 она обратилась к ФИО2, поскольку от социального работника ей было известно, что бесплатный срок пребывания на отделении составляет 21 день. ФИО2 подтвердил необходимость внесения платы за дальнейшее нахождение <данные изъяты> Г.П. на отделении и сообщил о достаточности ежемесячной суммы в размере 20000 рублей, т.е. в размере пенсии <данные изъяты> Г.П. Примерно 14.10.2015, находясь в рабочем кабинете ФИО2, она передала последнему 20000 рублей и написала под его диктовку заявление на благотворительную помощь отделению в указанном размере, хотя фактически денежные средства передавались за продление нахождения <данные изъяты> Г.П. на лечении. 08.11.2015 она за продление нахождения <данные изъяты> Г.П. на отделении также передала ФИО2 в его рабочем кабинете 20000 рублей, а 10.12.2015 – 10000 рублей в связи с планированием забрать <данные изъяты> Г.П. из больницы до окончания месяца. В течение всего времени общения ФИО2 не сообщал ей о возможности бесплатного нахождения <данные изъяты> Г.П. на отделении столько, сколько это возможно.

Свидетель ФИО4, являющаяся врачом терапевтом, в судебном заседании показала, что <данные изъяты> Г.П. наблюдалась в поликлинике, где она работает, но ей не известны обстоятельства выдачи <данные изъяты> Г.П. направления на госпитализацию в отделение сестринского ухода.

Свидетель <данные изъяты> Л.В. в судебном заседании, с учетом показаний, данных ею в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показала, что с 19.05.2015 по 11.07.2015 ее мать <данные изъяты> А.В. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ она поинтересовалась у ФИО2 возможностью продлить срок пребывания <данные изъяты> А.В. на отделении, поскольку ей было известно, что срок нахождения на отделении составляет 21 день. В ответ ФИО2 поинтересовался размером пенсии <данные изъяты> А.В. и сообщил, что стоимость ее нахождения на отделении будет составлять 25000 рублей ежемесячно, при этом денежные средства будут вноситься в виде благотворительной помощи с оформлением соответствующего заявления. Она согласилась, в связи с чем 08.06.2015 и 10.07.2015, находясь в рабочем кабинете ФИО2, передавала ему по 25000 рублей и писала под его диктовку заявление на благотворительную помощь отделению сестринского ухода. Фактически данные денежные средства передавались ею за продление срока нахождения <данные изъяты> А.В. на отделении, поскольку ФИО2 не сообщал ей, что <данные изъяты> А.В. может находиться на отделении столько, сколько нужно. В ночь с 10 на 11 июля 2015 <данные изъяты> А.В. умерла.

Свидетель <данные изъяты> О.Ф. в судебном заседании, с учетом показаний, данных им в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показал, что с 19.11.2015 по 22.12.2015 его мать <данные изъяты> Л.А. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 В промежуток времени с ДД.ММ.ГГГГ по 11.12.2015 он интересовался у ФИО2 возможностью продления срока пребывания <данные изъяты> Л.А. на отделении, поскольку ему было известно о существовании сроков нахождения на данных отделениях, и 11.12.2015 ФИО2 в качестве варианта предложил ему написать заявление об оказании благотворительной помощи отделению в размере 15000 рублей. При последующем продлении сроков нахождения на лечении <данные изъяты> Л.А. ему (<данные изъяты> О.Ф.) также необходимо было бы платить ФИО2 по 15000 рублей. Он согласился на предложение ФИО5 и, находясь в рабочем кабинете последнего, под его диктовку написал заявление на благотворительную помощь отделению в размере 15000 рублей и передал указанную сумму денежных средств ФИО2 Фактически данные денежные средства передавались им за продление нахождения <данные изъяты> Л.А. на отделении сестринского ухода, поскольку ФИО2 сообщил ему, что дальнейшее бесплатное нахождение <данные изъяты> Л.А. на отделении невозможно. ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> Л.А. умерла.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Е.Я., работающая участковым терапевтом, показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что 19.11.2015 ею было выдано направление на госпитализацию <данные изъяты> Л.А. в больницу сестринского ухода в связи с наличием соответствующих заболеваний и необходимостью ухода.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Н.В., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что в период с 25.08.2015 по 23.09.2015 и с 13.10.2015 по 03.11.2015 ее знакомая <данные изъяты> Л.П. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 Не позднее 15.09.2015 ФИО2 сообщил ей, что срок нахождения на отделении сестринского ухода на бюджетной основе составляет 21 день. 15.09.2015 она сказала ФИО2, что не имеет возможности забрать <данные изъяты> Л.П. домой. Тогда ФИО2 сообщил, что стоимость продления пребывания <данные изъяты> Л.П. на отделении будет составлять ежемесячно 15000 рублей, т.е. в размере пенсии <данные изъяты> Л.П., и предложил оформить передачу денежных средств в качестве благотворительной помощи. Она согласилась и находясь в рабочем кабинете ФИО2 написала под его диктовку заявление на благотворительную помощь отделению в размере 15000 рублей и передала ФИО2 указанную сумму денежных средств, фактически являвшихся платой за продление нахождения <данные изъяты> Л.П. на отделении. Также 03.11.2015 она передала ФИО2 в его рабочем кабинете 10000 рублей за продление пребывания <данные изъяты> Л.П. на отделении. О возможности нахождения <данные изъяты> Л.П. на отделении бесплатно ФИО2 ей ничего не говорил, напротив сообщил о невозможности дальнейшего бесплатного нахождения <данные изъяты> Л.П. на лечении в отделении. 03.11.2015 она узнала о смерти <данные изъяты> Л.П.

Свидетель ФИО6, являющийся заведующим отделением госпиталя, в судебном заседании показал, что 25.08.2015 находящаяся в госпитале <данные изъяты> Л.П. была переведена в стационар сестринского ухода.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Л.Ф., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что с 09.09.2015 по 15.10.2015 ее родственница <данные изъяты> Н.С. находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы №, где ее лечащим врачом и заведующим отделением являлся ФИО2 Примерно 25.09.2015 она пришла в рабочий кабинет ФИО2 и поинтересовалась у него возможностью продления срока нахождения <данные изъяты> Н.С. на отделении, поскольку ей было известно, что бесплатное нахождение на отделениях сестринского ухода составляет 21 день. ФИО2 сообщил, что дальнейшее пребывание <данные изъяты> Н.С. на отделении является платным и стоит 500 рублей в день, после чего они договорились, что она (<данные изъяты> Л.Ф.) заплатит 10000 рублей за 2 недели пребывания <данные изъяты> Н.С. на отделении. При этом ФИО5 попросил ее написать заявление об оказании благотворительной помощи в указанной сумме, на что она согласилась, написала данное заявление и передала ФИО2 10000 рублей. Фактически данные денежные средства являлись платой за продление пребывания <данные изъяты> Н.С. на отделении сестринского ухода. 15.10.2015 она забрала <данные изъяты> Н.С. с отделения.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля сотрудник полиции <данные изъяты> В.М. показал, что в августе 2015 года в ОЭБиПК УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга поступила оперативная информация о том, что заведующий отделением сестринского ухода № Городской больницы № ФИО2 принимает денежные средства за продление нахождения пациентов на отделении сестринского ухода. В связи с наличием данной информации был проведен ряд оперативно-розыскных мероприятий: наблюдение, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств в Городской больнице №, в результате которых была подтверждена причастность ФИО2 к совершению преступлений, в связи с чем результаты оперативно-розыскной деятельности были направлены в СО по Адмиралтейскому району ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля сотрудник полиции <данные изъяты> Е.А. показал, что ОЭБиПК УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга проводились оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО2, но он в данных мероприятиях участия не принимал. В конце 2015 года он участвовал в проводимом следователем осмотре места происшествия в кабинете заведующего отделением сестринского ухода в больнице на ул. Декабристов, в ходе которого были в том числе изъяты денежные средства, полученные по словам ФИО2 в качестве благотворительности. Впоследствии он принимал от граждан заявления о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности. Данные заявления были написаны гражданами добровольно, без оказания какого-либо давления.

Допрошенный в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Д.А., показания которого были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показал, что 18.12.2015 в его присутствии в качестве понятого и в присутствии второго понятого <данные изъяты> В.Е. следователем был проведен осмотра места происшествия в кабинете ФИО2 в Городской больнице №, в ходе которого были изъяты денежные средства и иные предметы и документы. Участвующий в осмотре места происшествия ФИО2 пояснил, что часть денежных средств была получена в качестве благотворительности на нужды отделения. В ходе осмотра был составлен протокол, все содержащиеся в котором сведения соответствовали действительности.

Допрошенный в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> В.Е., показания которого были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, дал показания, аналогичные показаниям свидетеля <данные изъяты> Д.А.

Свидетель <данные изъяты> И.В. в судебном заседании показала, что с 20.01.2016 является главным врачом Городской больницы №, где до ее трудоустройства в должности заведующего отделением сестринского ухода № работал ФИО2 До этого и она, и ФИО2 работали заведующими отделений Городской больницы №. Согласно существующему постановлению, при оказании физическим лицом благотворительности в Городской больнице № данное лицо должно было написать соответствующее заявление, принять благотворительную помощь имели право заведующие отделением и старшие сестры, однако практически физические лица благотворительную помощь никогда не оказывали. Также в больнице было предусмотрено оказание платных услуг согласно установленному прейскуранту, при котором заключался договор и денежные средства передавались в кассу. Срок нахождения пациентов в отделении сестринского ухода был регламентирован стандартом ведения больных и составлял 21 день, однако по истечении данного срока пациент мог продолжить находиться на отделении при наличии медицинских или социальных показаний.

Свидетель <данные изъяты> М.В. в судебном заседании показала, что ФИО2 в апреле 2015 года был переведен из Городской больницы № на должность заведующего отделением сестринского ухода № Городской больницы №, где она работала и.о. главного врача. В 2015 году в больнице было утверждено положение о благотворительных пожертвованиях, согласно которому с благотворителем заключался договор и он вносил денежные средства в кассу, а в случае желания остаться анонимным благотворитель мог передать денежные средства сотрудникам больницы, которые в тот же день были обязаны сдать денежные средства в кассу, после чего они поступали на счет больницы. Данное положение было оглашено 28.04.2015 на конференции, на которой был в том числе ФИО2 Оказание платных услуг в отделении сестринского ухода официально не было предусмотрено, однако было возможно оказание сервисных услуг согласно прейскуранту, при котором заключался договор и денежные средства вносились в кассу. В мае 2015 года она сообщила ФИО7 о будущем введении платных мест в отделении сестринского ухода, поскольку это было одобрено Комитетом по здравоохранению, однако соответствующие документы в больницу еще не поступили. Впоследствии со слов старшей медсестры ей стало известно, что ФИО2 приобретал моющие средства для отделения за личные денежные средства, после чего ею было принято решение об увеличении расходов на необходимые для отделения средства. К ней с официальными заявками о необходимости каких-либо средств ФИО2 не обращался.

Свидетель <данные изъяты> О.Б. в судебном заседании показала, что работала медицинской сестрой в отделении сестринского ухода № Городской больницы №, впоследствии в связи с переездом отделения работала медицинской сестрой в отделении сестринского ухода № Городской больницы №. Заведующими обоих отделений в период ее работы являлся ФИО2, который по просьбам персонала приобретал различное имущество для нужд персонала и пациентов. На какие денежные средства ФИО2 приобреталось данное имущество ей не известно.

Свидетель <данные изъяты> Н.В. в судебном заседании показала, что работала сестрой-хозяйкой в отделении сестринского ухода № Городской больницы №, впоследствии в связи с переездом отделения стала работать санитаркой в отделении сестринского ухода № Городской больницы №. Заведующими обоих отделений в период ее работы являлся ФИО2, который по просьбам персонала приобретал различное имущество для нужд персонала и пациентов. На какие денежные средства ФИО2 приобреталось данное имущество ей не известно.

Свидетель <данные изъяты> Н.А. в судебном заседании показала, что работала специалистом по социальной работе в отделении сестринского ухода № Городской больницы №, впоследствии в связи с переездом отделения работала специалистом по социальной работе в отделении сестринского ухода № Городской больницы №. Заведующими обоих отделений в период ее работы являлся ФИО2 На протяжении всего времени работы ФИО2 выдавал ей денежные средства для оформления документов пациентов и иных нужд отделения сестринского ухода, по просьбам персонала ФИО2 приобретал различное имущество, а также он давал ей (<данные изъяты> Н.А.) деньги на личные нужды. В отделении сестринского ухода № Городской больницы № существовало около 10 хозрасчетных мест, в отделении сестринского ухода № Городской больницы № после обращения ФИО2 к <данные изъяты> М.В. появилось 3 хозрасчетных места, которые перестали существовать после задержания ФИО2 В случае обращения к ней родственников пациентов с вопросами о продлении срока нахождения пациента на отделении сестринского ухода, она направляла данных лиц к ФИО2, а также сообщала, что приблизительный срок нахождения пациента на отделении составляет 21 день. В Городской больнице № существовало положение о благотворительности, с которым она и ФИО7 были ознакомлены 21.12.2015, до этого момента ФИО7 по его словам о данном положении не знал.

Свидетель <данные изъяты> И.В. в судебном заседании показала, что работает старшей медицинской сестрой отделения сестринского ухода № Городской больницы №, заведующим которого являлся ФИО2 В период работы ФИО2 на отделении отсутствовали хозрасчетные места, но пациенты могли лежать на отделении на основании договоров на оказание сервисных услуг. В случае обращения к ней пациентов и их родственников с вопросами о сроках нахождения на отделении она направляла их к лечащему врачу либо заведующему отделением. Вопросы, касающиеся оказания благотворительной помощи, также решались лечащим врачом и заведующим отделением, после чего благотворитель писал заявление и вносил в кассу денежные средства. В случае отказа благотворителя от написания заявления она сама писала данные заявления и вносила переданные денежные средства в кассу. В период работы ФИО2 несколько раз по просьбам персонала приобретал различное имущество для нужд отделения, а также выдавал ей денежные средства для его приобретения. На какие денежные средства ФИО2 приобреталось данное имущество ей не известно.

Свидетель <данные изъяты> М.В. в судебном заседании показала, что работает главным бухгалтером Городской больницы №. В данной больнице предусмотрено оказание платных услуг на основании договоров, вырученные от заключения договоров денежные средства поступают в бухгалтерию и впоследствии вносятся на расчетный счет больницы. Возможно ли оказание платных услуг на отделении сестринского ухода, ей не известно. Также в больнице существует Положение о благотворительности, согласно которому благотворительность оказывается на основании договора, а в случае отказа благотворителя от заключения договора денежные средства или иное имущество могут быть получены лично сотрудником больницы, который обязан в тот же день передать данное имущество в кассу бухгалтерии, где оформляется квитанция. Полученные от благотворительности денежные средства поступают на счет больницы и расходуются в соответствии с договором или исходя из нужд больницы.

Допрошенная в ходе предварительного расследования свидетель <данные изъяты> Н.М., показания которой были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, показала, что в отдел госпитализации ГССМП, заведующей которого она является, поступают сведения из поликлиник и больниц о лицах, которым необходима госпитализация на отделения сестринского ухода, после чего происходит регистрация пациента и он ставится в очередь. Затем от больниц, где имеются отделения сестринского ухода, в том числе Городской больницы №, Городской больницы №, поступает информация о наличии свободных мест. После этого лечащему врачу пациента, находящегося в очереди и подходящего по параметрам, сообщается дата госпитализации и иные необходимые сведения. При обращении граждан в отдел госпитализации им сообщалось, что срок нахождения на отделении сестринского ухода составляет 21 или 28 календарных дней, что установлено нормативными актами, регламентирующими деятельность области здравоохранения.

Вина ФИО2 в совершении преступления подтверждается также следующими материалами уголовного дела:

- рапорт об обнаружении признаков преступления в действиях неустановленных медицинских работников (т. 1 л.д. 202);

- рапорты об обнаружении признаков преступления, согласно которым ФИО2 в период с 19.07.2014 по 16.11.2015 получил от <данные изъяты> Б.М. денежные средства в размере 240000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Г.И. на отделениях сестринского ухода; в период с 03.12.2014 по 19.11.2015 получил от <данные изъяты> В.С. денежные средства в размере не менее 286000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Н.В. на отделениях сестринского ухода; в период с 24.04.2015 по 04.12.2015 получил от <данные изъяты> Т.С. денежные средства в размере не менее 15000 рублей и 950 евро за продление нахождения больного <данные изъяты> А.С. на отделении сестринского ухода; в период с 18.05.2015 по 25.08.2015 получил от <данные изъяты> Г.А. денежные средства в размере 90000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Л.Г. на отделениях сестринского ухода; в период с 14.09.2015 по 10.12.2015 получил от <данные изъяты> Н.Н. денежные средства в размере 50 000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Г.П. на отделениях сестринского ухода; в период с 19.05.2015 по 11.07.2015 получил от <данные изъяты> Л.В. денежные средства в размере 50000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> А.В. на отделениях сестринского ухода; в период с 19.11.2015 по 11.12.2015 получил от <данные изъяты> О.Ф. денежные средства в размере 15000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Л.А. на отделениях сестринского ухода; в период с 25.08.2015 по 03.11.2015 получил от <данные изъяты> Н.В. денежные средства в размере не менее 25000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Л.П. на отделениях сестринского ухода; в период с 19.09.2015 по 15.10.2015 получил от <данные изъяты> Л.Ф. денежные средства в размере 10000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> Н.С. на отделениях сестринского ухода; в период с 24.02.2015 по 15.06.2015 получил от <данные изъяты> Г.В. денежные средства в размере 30000 рублей за продление нахождения больной <данные изъяты> В.П. на отделениях сестринского ухода (т. 2 л.д. 114-115, 124, 153-154, 164-165, 213, 221, 252, т. 3 л.д. 3, 27, 35, 62, 70, 89, 97, 120, 129, 150, 158, 179-180, 190);

- заявления <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф., <данные изъяты> Г.В. о привлечении к уголовной ответственности ФИО2, который за денежное вознаграждение продлевал срок пребывания на отделении сестринского ухода <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> А.С., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> А.В., <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Н.С., <данные изъяты> В.П. (т. 2 л.д. 125, 166, 222, т. 3 л.д. 4, 36, 71, 98, 130, 159, 191);

- постановления о предоставлении следователю результатов оперативно розыскной деятельности (т. 1 л.д. 90-94, т. 2 л.д. 23-25);

- постановления о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей – аудио и видеозаписей помещения СПб ГБУЗ «Городская больница «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, произведенных в ходе электронного наблюдения (т. 1 л.д. 95-96, т. 2 л.д. 26-27);

- постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» - электронного наблюдения помещения СПб ГБУЗ «Городская больница «<данные изъяты>», в отношении ФИО2 и лиц, возможно причастных к совершению противоправных действий; «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» - негласное обследование с проникновением в помещение СПб «Городская больница «<данные изъяты>», используемое заведующим отделением сестринского ухода № врачом-гериатром ФИО2 (т. 1 л.д. 97-98);

- стенограммы записи разговоров между ФИО2 и неустановленными лицами, осуществленных в кабинете заведующего отделением сестринского ухода №, полученные в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», «Наблюдение», содержание которых изложено ниже (т. 1 л.д. 103-197);

- протокол осмотра предметов с фототаблицей, в ходе которого были осмотрены 2 жестких диска, полученных в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», «Наблюдение».

В ходе осмотра жесткого диска марки «SEAGATE» s/n NA81GHJ8 при воспроизведении файла «DVR_CH_4_2015-09-09 14.03.09.300» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом женщина поясняет, что это двести евро в рублях, потому что по восьмое октября у нее оплачено. При воспроизведении файла «DVR_CH_4_2015-09-14 10.03.52.550» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит мужчина, кладет на стол денежные средства и поясняет, что это деньги за сентябрь, а ФИО2 убирает их в ящик стола. При воспроизведении файла «DVR_CH_4_2015-09-15 11.59.59.960» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая спрашивает о возможности перевода пациентки на платную основу, в ответ на вопрос ФИО2 сообщает, что пациентка получает пенсию в размере 15000 рублей, после чего ФИО2 предлагает платить 15000 рублей в месяц и написать заявление об оказании благотворительной помощи, на что женщина соглашается и под диктовку ФИО2 пишет заявление, затем кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом ФИО2 сообщает о необходимости сохранить произошедшее в тайне. При воспроизведении файла «DVR_CH_4_2015-09-25 10.56.21.190» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая интересуется у ФИО2 возможностью продления пребывания <данные изъяты> в больнице на две недели до 15 октября, на что ФИО2 предлагает платить 500 рублей в сутки и написать заявление об оказании благотворительной помощи отделению. Женщина соглашается и под диктовку ФИО2 пишет заявление об оказании благотворительной помощи в сумме 10000 рублей, при этом они оговаривают срок в 15 дней, после чего женщина кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-09-28 11.59.59.770» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом женщина поясняет, что это деньги за <данные изъяты> с 26 сентября по 26 октября.

В ходе осмотра жесткого диска марки «TOSHIBA» s/n 95FDT5VOTZ16 при воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-10-14 11.23.49.520» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая в ответ на вопрос ФИО2 сообщает, что пенсия пациентки составляет 19000, после чего ФИО2 предлагает, чтобы пациентка лежала в отделении за пенсию, а также просит написать заявление, на что женщина соглашается и под диктовку ФИО2 пишет заявление об оказании отделению благотворительной помощи, при этом ФИО2 сообщает, что это сумма за месяц, а также говорит о необходимости сохранить произошедшее в тайне. Затем женщина кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-10-27 09.43.45.690» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая сообщает, что она по поводу <данные изъяты>, кладет на стол денежные средства, ФИО2 убирает их в ящик стола, после чего женщина уходит, а ФИО2 достает денежные средства, заворачивает их в лист бумаги, делает на нем пометки и убирает в шкаф. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-10-29 12.00.01.380» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом женщина сообщает сумму – 250. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-11-03 12.00.01.800» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом женщина поясняет, что это деньги за <данные изъяты>. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-11-12 13.38.26.450» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол два предмета, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом они обсуждают необходимость перевода пациента в интернат. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-11-16 09.51.39.600» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит мужчина, кладет на стол денежные средства и поясняет, что это деньги за октябрь и ноябрь, а ФИО2 убирает их в ящик стола. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-11-19 14.01.03.740» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол пакет, а ФИО2 убирает его в ящик стола. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-12-04 12.00.02.360» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол пакет, а ФИО2 убирает его в ящик стола, при этом женщина сообщает сумму – 250. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-12-10 12.00.00.950» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит женщина, которая кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола, при этом женщина поясняет, что это 10000 за период с 5 декабря по 5 января. При воспроизведении файла «DVR_CH_2_2015-12-11 09.29.44.360» установлено, что в кабинет ФИО2 заходит мужчина и сообщает, что пришел по поводу оплаты <данные изъяты>. ФИО2 говорит ему об отсутствии хозрасчетных мест и предлагает написать заявление об оказании благотворительной помощи, на что мужчина соглашается и под диктовку ФИО2 пишет заявление об оказании благотворительной помощи в размере 15000, при этом они оговаривают плату в размере 500 рублей за сутки, и ФИО2 сообщает о необходимости сохранить произошедшее в тайне. После этого мужчина кладет на стол денежные средства, а ФИО2 убирает их в ящик стола (т. 5 л.д. 98-2520, т. 6 л.д. 1-65);

- протокол осмотра места происшествия с фототаблицей – кабинета заведующего отделением сестринского ухода № СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в ходе которого были обнаружены и изъяты листы бумаги и конверты с надписями, денежные средства, товарные чеки, трудовой договор ФИО2 с дополнительным соглашением, должностная инструкция, блокноты, ежедневник, флэш-карты, книга учета – журнал движения больных, смывы с рук ФИО2 В ходе осмотра ФИО2 пояснил, что часть денежных средств принадлежит ему, часть денежных средств была получена в качестве благотворительности на нужды отделения больницы (т. 4 л.д. 1-21);

- протокол осмотра места происшествия – ординаторской СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в ходе которого были обнаружены и изъяты медицинские карты на имя <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> А.С. и иных лиц (т. 4 л.д. 27-30);

- протокол осмотра предметов и документов, изъятых в ходе осмотров места происшествия, в ходе которого были в том числе осмотрены:

лист бумаги с надписью «<данные изъяты> с 5.12 по 05.01. – 10 т. (не все)» с завернутыми в него денежными средствами в сумме 10000 рублей; лист бумаги с надписями «<данные изъяты> с 10.12 по 10.01.16 15т.», «Зав.отделением сестринского ухода от <данные изъяты> О.Ф Заявление Прошу принять благотворительную помощь для отделения в размере 15.000 рублей 11.12.15» с завернутыми в него денежными средствами в сумме 15000 рублей; лист бумаги с надписью «<данные изъяты> 250 евро с 05.12 по 05.01.16» с завернутыми в него денежными средствами в сумме 250 евро;

лист формата А4 с рукописным текстом, в том числе <данные изъяты> за май 15т. (принесли 15.05.15) принесли (10-10), <данные изъяты> с 26.05 по 26.06.15, <данные изъяты> с 08.06 по 08.07 (30т), ФИО8 (неразборчиво) 25т (пенс.) с 09.06 по 09.07, <данные изъяты> (Таллин) – 20т (по 500 в день до конца июля), <данные изъяты> с 26.06 по 26.07 (26т), <данные изъяты> с 29.06 по 19.07 (30т), ФИО8 (неразборчиво) с 09.07 по 09.08 (25т), <данные изъяты> с 26.07 по 26.08 – 26т., <данные изъяты> с 29.07 по 29.08 – 30 т., <данные изъяты> (Таллин) – 09.09.20т (500 в день), ФИО9 – по август (неразборчиво 500 в день), <данные изъяты> - с 26.08 по 26.09 – 26т, <данные изъяты> (ФИО10) – 09.09 – 09.10 – 200 евро, ФИО9 – сентябрь 15т, <данные изъяты> – с 15.09 по 15.10 – 15т., <данные изъяты> с 30.09 по 15.10 – 10т., <данные изъяты> – с 26.09 по 26.10 – 26т., <данные изъяты> (ФИО10) – с 5.10 по 5.11 – 250 евр., <данные изъяты> с 05.10 по 05.1 – 20т.р., <данные изъяты> с 14.10 по 14.11 – 15т., <данные изъяты> с 26.10 по 26.11 – 26т., <данные изъяты> с 05.11 по 05.12 – 250 евро, <данные изъяты> – 20т с 05.11 по 05.12, ФИО9 30т – ноябрь и октябрь, <данные изъяты> с 05.12 по 05.01 – 250 евро, <данные изъяты> с 05.12 по 05.01.16 – 10т, <данные изъяты> с 10.12. по 10.01.16 – 15т.;

медицинская марта стационарного больного на имя <данные изъяты> Л.А., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она поступила на отделение сестринского ухода № 19.11.2015; медицинская карта стационарного больного на имя <данные изъяты> Г.П., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она поступила на отделение сестринского ухода № 14.09.2015; медицинская карта стационарного больного на имя <данные изъяты> Г.И., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она поступила на отделение сестринского ухода № 14.10.2015; медицинская карта стационарного больного на имя <данные изъяты> А.С., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой он поступил на отделение сестринского ухода № 09.10.2015 (т. 4 л.д. 31-41, 42-120);

- протокол осмотра предметов и документов с фототаблицей, в ходе которого были осмотрены денежные средства, смывы с рук (т. 5 л.д. 92-93, 94-97);

- протокол выемки у свидетеля <данные изъяты> М.В. медицинских карт на имя <данные изъяты> А.В., <данные изъяты> Н.С., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> А.С., <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> В.П., <данные изъяты> Н.В. (т. 4 л.д. 130-132);

- протокол выемки в СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» медицинских карт на имя <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> В.П. (т. 4 л.д. 136-139);

- протокол выемки в СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» документов, касающихся трудовой деятельности ФИО2: приказа о приеме на работу, заявления о приеме на работу, трудовых договоров с дополнительными соглашениями и приложениями, должностной инструкции, приказа о расторжении трудового договора, трудовой книжки (т 4 л.д. 143-148);

- протокол осмотра предметов и документов, изъятых в ходе выемок, в ходе которого были в том числе осмотрены:

медицинские карты стационарного больного на имя <данные изъяты> Г.И., содержащие направление на госпитализацию, согласно которым она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 07.05.2014 по 22.04.2015, 22.04.2015 она переведена в Городскую больницу № и находилась на отделении сестринского ухода с 22.04.2015 по 14.10.2015; медицинские карты на имя <данные изъяты> В.П., содержащие направление на госпитализацию, согласно которым она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 18.11.2014 по 21.04.2015, 21.04.2015 переведена в Городскую больницу № и находилась на отделении сестринского ухода № с 21.04.2015 по 15.06.2015, 15.06.2015 умерла; медицинские карты на имя <данные изъяты> Н.В., содержащие направление на госпитализацию, согласно которым она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 03.12.2014 по 21.04.2015, 21.04.2015 переведена в Городскую больницу № и находилась на отделении сестринского ухода № с 21.04.2015 по 19.11.2015; медицинская карта на имя <данные изъяты> А.В., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 19.05.2015 по 11.07.2015, 11.07.2015 умерла; медицинская карта на имя <данные изъяты> Н.С., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 09.09.2015 по 15.10.2015; медицинские карты на имя <данные изъяты> Л.П., содержащие сведения о переводе из Госпиталя ветеранов войн, согласно которым она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 25.08.2015 по 23.09.2015, с 13.10.2015 по 03.11.2015, 03.11.2015 умерла; медицинская карта на имя <данные изъяты> Л.Г., содержащая направление на госпитализацию, согласно которой она находилась на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 18.05.2015 по 25.08.2015; медицинская карта на имя <данные изъяты> А.С., согласно которой он находился на отделении сестринского ухода № Городской больницы № с 24.04.2015 по 09.10.2015;

приказ (распоряжение) о приеме работника на работу №.01-к от 20.04.2015, согласно которому ФИО2 принят в СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» на отделение сестринского ухода № на должность заведующего отделением врач-гериатр;

трудовой договор № от 20.04.2015 между ФИО2 (работник) и СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», согласно которому работник принимается на работу в отделение сестринского ухода № на должность заведующего отделением врача-гериатра, на неопределенный срок, работник обязан приступить к работе с 21 апреля 2015;

должностная инструкция заведующего отделением сестринского ухода № врача-гериатра СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», утвержденная и.о. главного врача СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>» 20.04.2015, согласно которой в обязанности лица по указанной должности входит осуществление руководства работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и <данные изъяты>-хозяйственной работой вверенного ему отделения (п. 1); самостоятельное ведение положенного количества больных (п. 2.2); решение вопросов выписки больных из отделения (3.3);

трудовой договор от 23.05.2007 между ФИО2 (работник) и СПб ГБУЗ «Городская больница №», согласно которому ФИО2 принят на работу на должность врача-терапевта в отделение сестринского ухода №; дополнительное соглашение от 18.02.2013 к трудовому договору от 23.05.2007, согласно которому ФИО2 выполняет трудовые обязательства заведующего отделением сестринского ухода №, врача-терапевта;

трудовой договор (эффективный контракт) от 27.11.2014 между ФИО2 (работник) и СПб ГБУЗ «Городская больница №», с приложениями, согласно которому ФИО2 принят на работу в СПб ГБУЗ «Городская больница №» на должность заведующего отделением, врача-терапевта (подразделение: отделение сестринского ухода №) на неопределенный срок, в обязанности работника входит осуществление руководства деятельностью отделения сестринского ухода, в соответствии с положением об отделении сестринского ухода, его функциями и задачами; распределение больных между врачами, самостоятельное ведение больных, квалифицированное и своевременное исполнение приказов, распоряжений и поручения руководства учреждения;

приказ №-К о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 14.04.2015, согласно которому трудовой договор от 23.05.2007 расторгнут с 20.04.2015 на основании перевода работника с его согласия на работу к другому работодателю (т. 4 л.д. 157-169, 170-238, т. 5 л.д. 1-79);

- должностная инструкция заведующего отделением сестринского ухода СПб ГУЗ «Городская больница №», утвержденная главным врачом СПб ГУЗ «Городская больница №» 31.07.2009, согласно которой заведующий отделением осуществляет руководство работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и административно-хозяйственной работой вверенного отделения (п. 1), распределяет больных между врачами отделения, сам ведет больных, осуществляет контроль за работой врачей (п. 2.3), решает вопросы перевода и выписки больных из отделения (п. 3.3) (т.6 л.д. 138-140);

- положение об отделении сестринского ухода СПб ГУЗ «Городская больница №», утвержденное главным врачом ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым основной задачей отделения сестринского ухода является проведение поддерживающего лечения, ухода, реабилитации и оформление в дома-интернаты лиц преимущественно пожилого и старческого возраста, страдающих хроническими заболеваниями терапевтического профиля (т. 6 л.д. 151-154);

- копия положения о добровольных благотворительных пожертвованиях СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», утвержденная врио главного врача 12.01.2015, согласно которому добровольными пожертвованиями физических и юридических лиц являются добровольные взносы физических лиц, спонсорская помощь организаций, любая добровольная деятельность граждан и юридических лиц по бескорыстной (безвозмездной или на льготных условиях) передаче имущества, в том числе денежных средств, бескорыстному выполнению работ, предоставлению услуг, оказанию иной поддержки. Пожертвования физических или юридических лиц могут привлекаться учреждением только на добровольной основе. Сумма добровольных пожертвований не оговаривается и не ограничивается (т. 1 л.д. 248-250);

- правила оказания платных медицинских и немедицинских услуг населению СПб ГБУЗ «Городской больницы № «<данные изъяты>», утвержденные врио главного врача, в соответствии с которыми платные медицинские и немедицинские услуги оказываются пациентам на основании договоров и предоставляются в хозрасчетном отделении (т. 1 л.д. 241-246);

- кодекс этики и служебного поведения работников СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», утвержденный врио главного врача 15.01.2014, согласно которому работники, сознавая ответственность перед гражданами, обществом и государством, призваны: исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>»; соблюдать Конституцию Российской Федерации, законодательство Российской Федерации и Санкт-Петербурга, не допускать нарушение законов и иных нормативных правовых актов исходя из политической, экономической целесообразности либо по иным мотивам; исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей (т. 1 л.д. 236-240);

- Положение об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга, утвержденное распоряжением Комитета по здравоохранению Администрации Санкт-Петербурга от 03.04.2001 № 157-р «О совершенствовании работы отделений сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга», в соответствии с которым отделение сестринского ухода предназначено для проведения курса поддерживающего лечения больным преимущественно пожилого и старческого возраста одиноким, страдающим хроническими заболеваниями и нуждающимся в медико-социальном уходе (п. 1.4). Основной задачей отделения сестринского ухода является проведение поддерживающего лечения, уход и реабилитация лиц пожилого и старческого возраста, страдающих хроническими заболеваниями терапевтического, неврологического, хирургического или травматологического профиля (п. 2.1). Госпитализация амбулаторных больных на отделение сестринского ухода осуществляется при наличии: показаний к госпитализации, направления, наряда отдела госпитализации ГССМП, амбулаторной карты пациента, полиса обязательного медицинского страхования и паспорта (3.1.) При отсутствии направления на госпитализацию лечение производится за счет личных средств пациента или его законного представителя, либо других источников (п. 3.3). Выписка пациентов из отделения сестринского ухода осуществляется по плану по мере завершения курса лечения, ухода, медико-социальной реабилитации, стабилизации или частичного восстановления способности к самообслуживанию (п. 3.6.) (т. 6 л.д. 129-131).

Анализируя все вышеперечисленные доказательства, ставшие предметом исследования в судебном заседании, суд считает их допустимыми, достоверными, относящимися к предмету рассмотрения и в совокупности достаточными для разрешения настоящего уголовного дела.

Оценивая показания подсудимого ФИО2 о том, что денежные средства были получены им от свидетелей <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. в качестве добровольной благотворительной помощи, в то время как о необходимости передачи денежных средств в качестве платы за пребывание пациентов на отделении сестринского ухода он указанным лицам не сообщал, суд считает эти показания недостоверными, данными с целью избежать ответственности за содеянное, поскольку показания подсудимого полностью опровергаются показаниями названных свидетелей о том, что денежные средства передавались ими ФИО2 именно в качестве платы за нахождение и продление сроков пребывания на лечении в отделении сестринского ухода их родственников и знакомых, а лишь формально оформлялись в качестве благотворительной помощи по предложению ФИО2

Показания свидетелей <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. объективно подтверждаются стенограммами записи разговоров между ФИО2 и данными лицами и протоколом осмотра жестких дисков, на которых содержатся эти записи, полученные в ходе производства оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств».

Полученные в результате этих оперативно-розыскных мероприятий данные суд признает допустимыми доказательствами, поскольку результаты оперативно-розыскных мероприятий были представлены в следственный орган в порядке, установленном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» на основании соответствующего постановления и оценены в соответствии с требованиями ст.ст. 74, 86, 88, 89 УПК РФ. Сами оперативные мероприятия проведены также с соблюдением требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в соответствии с целями и задачами, предусмотренными ст.ст. 1, 2 указанного Федерального закона.

Материалы данных оперативно-розыскных мероприятий и показания свидетеля ФИО11, участвовавшего в их проведении, свидетельствуют о наличии у ФИО2 умысла на совершение преступления, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений. Доказательств подстрекательства, склонения, побуждения в прямой или косвенной форме подсудимого к совершению преступления не имеется.

Допустимость и достоверность вышеуказанного протокола осмотра жестких дисков, а также протокола осмотра места происшествия, в ходе которого в кабинете ФИО2 были изъяты полученные от названных граждан денежные средства, и иных исследованных судов протоколов следственных действий сомнений у суда не вызывает, поскольку они составлены в соответствии с требованиями действующего законодательства, соответствуют обстоятельствам, установленным в судебном заседании, и согласуются с иными собранными по делу доказательствами. В том числе достоверность протокола осмотра места происшествия подтверждена показаниями участвовавших в его проведении свидетелей – понятых <данные изъяты> В.Е., <данные изъяты> Д.А., сотрудника полиции <данные изъяты> Е.А.

Показания всех вышеуказанных свидетелей, а также свидетелей <данные изъяты> И.В., <данные изъяты> М.В., <данные изъяты> Н.А., <данные изъяты> И.В., <данные изъяты> М.В., <данные изъяты> О.Б., <данные изъяты> Н.В., являющихся сотрудниками Городской больницы №, Городской больницы № и давшими показания относительно установленных в больницах правил оказания платных услуг и благотворительной помощи, охарактеризовавших ФИО2 за период его работы, свидетеля <данные изъяты> Н.М., давшей показания относительно порядка госпитализации пациентов на отделения сестринского ухода, свидетелей <данные изъяты> Т.П., <данные изъяты> Е.В., <данные изъяты> Е.Я., <данные изъяты> Е.А., <данные изъяты> Е.Э., давших показания относительно обстоятельств направления на отделение сестринского ухода <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Н.В., суд находит логичными, последовательными, подробными, существенных противоречий в данных показаниях не имеется, напротив, они подтверждают и дополняют друг друга, никаких убедительных причин для оговора указанными лицами подсудимого стороной защиты не приведено и судом не установлено, вследствие чего не доверять их показаниям у суда оснований не имеется.

Кроме того, показания свидетелей объективно подтверждаются и другими добытыми и исследованными в судебном заседании доказательствами - приведенными выше материалами уголовного дела и в совокупности с ними воспроизводят целостную картину произошедших событий.

Оценивая показания свидетеля стороны защиты <данные изъяты> Е.М., суд полагает, что она никаких существенных обстоятельств, имеющих значение для установления или опровержения вины подсудимого в совершении преступления, не указала, поскольку обстоятельства совершения преступления ей не известны, а ее показания относятся исключительно к периоду времени, следующему за периодом совершения подсудимым преступления.

Никаких нарушений норм УПК РФ в ходе предварительного расследования, свидетельствующих о нарушении прав подсудимого либо недопустимости вышеизложенных доказательств, судом не установлено.

Доводы стороны защиты о незаконности возбуждения уголовных дел в силу оказания давления на <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. при написании заявлений о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности суд считает несостоятельными, поскольку из показаний данных лиц, а также допрошенного в качестве свидетеля сотрудника полиции <данные изъяты> Е.А., принимавшего заявления о преступлении, следует, что все заявления были написаны добровольно. То обстоятельство, что <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. обратились в полицию не самостоятельно, а были вызваны для дачи объяснений, после чего добровольно написали заявления о преступлении, не свидетельствует об оказании на них давления.

Не проведение последующих проверок в отношении указанных граждан по фактам дачи ими взяток, о чем они сообщили в своих заявлениях, не подлежит оценке со стороны суда при рассмотрении настоящего уголовного дела в отношении ФИО2, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Отказ в удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении очных ставок между ФИО2 и свидетелями в ходе предварительного расследования не свидетельствует о нарушении прав ФИО2, поскольку все свидетели, указанные в списке обвинительного заключения, вызывались в судебное заседание. При этом часть из них была допрошена в судебном заседании, вследствие чего сторона защиты имела возможность устранить имеющиеся по ее мнению противоречия, а на явке иных свидетелей сторона защиты не настаивала, вследствие чего показания свидетелей были оглашены в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ при согласии стороны защиты.

Доводы стороны защиты о нарушении следователем <данные изъяты> С.В. положений ч. 1 ст. 14 УПК РФ при внесении представления в Комитет по здравоохранению Правительства Санкт-Петербурга в силу указания в данном представлении на совершение ФИО2 преступлений, суд считает несостоятельными и не усматривает оснований для вынесения в адрес следователя частного постановления, поскольку внесение подобного представления предусмотрено ч. 2 ст. 158 УПК РФ, в то время как следователь в данном представлении не указывал на виновность ФИО2 в совершении преступления, а лишь изложил обстоятельства, установленные в ходе предварительного расследования.

Исходя из вышеизложенных доказательств в их совокупности, судом достоверно установлено, что ФИО2, состоявший последовательно в должности заведующего отделением сестринского ухода № врача-терапевта СПб ГБУЗ «Городская больница №» и в должности заведующего отделением сестринского ухода № врача-гериатра СПб ГБУЗ «Городская больница № «<данные изъяты>», являясь должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном учреждении, в своей деятельности обязан был руководствоваться соответствующими должностными инструкциями.

Отсутствие в формулировке предъявленного ФИО2 обвинения указания на номера пунктов должностных инструкций, предусматривающих должностные полномочия ФИО2 как заведующего отделением сестринского ухода, не препятствует вынесению судом приговора, поскольку в формулировке обвинения указаны реквизиты должностных инструкций, а также изложены содержащиеся в них должностные обязанности, которые были превышены ФИО2 Вышеуказанные должностные инструкции были непосредственно исследованы в судебном заседании, судом было установлено соответствие их содержания изложенному в обвинительном заключении, а также установлены конкретные номера пунктов, предусматривающих указанные в предъявленном ФИО2 обвинении должностные обязанности.

Также в своей деятельности ФИО2 был обязан соблюдать Положение об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга, утвержденное распоряжением Комитета по здравоохранению Администрации Санкт-Петербурга от 03.04.2001 № 157-р «О совершенствовании работы отделений сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга», что следует из самой должности ФИО2 – заведующий отделением сестринского ухода.

Также ФИО2 был обязан исполнять положения Конституции Российской Федерации, составляющие в составе иного действующего законодательства правовую основу деятельности отделения сестринского ухода согласно п. 1.2 вышеуказанного Положения об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга.

Согласно п. 1 должностной инструкции Городской больницы № и п. 1 должностной инструкции Городской больницы № ФИО2 был обязан осуществлять руководство работой медицинского персонала, всей диагностической, лечебно-профилактической и административно-хозяйственной работой вверенного ему отделения.

Согласно п. 2.3 должностной инструкции Городской больницы № и п. 2.2 должностной инструкции Городской больницы № ФИО2 был обязан сам вести больных.

Согласно п. 3.3 должностной инструкции Городской больницы № и п. 2.8 должностной инструкции Городской больницы № ФИО2 был обязан решать вопросы выписки больных из отделения.

В соответствии с п. 3.1 Положения об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга госпитализация больных на отделение сестринского ухода осуществляется в том числе при наличии показаний к госпитализации и направления.

В соответствии с п. 3.3 Положения об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга при отсутствии направления на госпитализацию лечение производится за счет личных средств пациента или его законного представителя, либо других источников.

В соответствии с п. 3.6 Положения об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга выписка пациентов из отделения сестринского ухода осуществляется по плану по мере завершения курса лечения, ухода или медико-социальной реабилитации, стабилизации или частичного восстановления способности к самообслуживанию.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь; медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Приведенные выше должностные инструкции и нормативно-правовые акты прямо и косвенно предусматривали права и обязанности ФИО2 в своей служебной деятельности поступать только в соответствии с их требованиями.

Подсудимый своими действиями грубо нарушил вышеуказанные требования должностных инструкций и нормативно-правовых актов, т.е. совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, что выразилось в получении от граждан денежных средств за нахождение и продление срока пребывания на отделении сестринского ухода пациентов, вопрос о выписке которых относился к компетенции ФИО2, поскольку он являлся их лечащим врачом, и которые не могли быть лишены бесплатного пребывания на отделении в связи с наличием оснований для госпитализации, в том числе направления на госпитализацию, и отсутствием оснований для выписки, перечисленных в Положении об отделениях сестринского ухода, т.к. иное противоречило бы целям и задачам отделения сестринского ухода, руководство которым ФИО7 был обязан осуществлять.

Осведомленность ФИО2 о содержании должностных инструкций подтверждается сведениями об ознакомлении с ними ФИО2 Осведомленность ФИО2 о содержании Положения об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга, утвержденного распоряжением Комитета по здравоохранению Администрации Санкт-Петербурга от 03.04.2001 № 157-р «О совершенствовании работы отделений сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга» подтверждается показаниями самого подсудимого.

При таком положении суд считает установленным, что ФИО2 осознавал, что действует за пределами возложенных на него полномочий, что также подтверждается указанием ФИО2 лицам, от которых он получал денежные средства, сохранять молчание, что следует из содержания стенограмм разговора между ними.

При этом, вопреки доводам стороны защиты, суд считает установленным высказывание подсудимым <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. требований о передаче денежных средств, поскольку ФИО2 поставил передачу денежных средств обязательным условием нахождения пациентов на отделениях сестринского ухода и продления сроков пребывания на этих отделениях. Вымогательство денежных средств, высказывание угроз гражданам либо их принуждение в ином виде к передаче денежных средств в вину ФИО2 не вменено, вследствие чего отсутствие данных действий, вопреки доводам стороны защиты, не влияет на доказанность вины ФИО2

Доводы стороны защиты о том, что ФИО2 получал денежные средства от вышеуказанных лиц вследствие введения в заблуждение и.о. главного врача Городской больницы № <данные изъяты> М.В. относительно наличия платных мест в отделении сестринского ухода, суд считает надуманными, поскольку ФИО2 получал денежные средства от названных лиц как до, так и после разговора с <данные изъяты> М.В. При этом в ходе данного разговора <данные изъяты> М.В. (согласно ее показаниям в судебном заседании) сообщила ФИО2 о будущем, а не об уже имеющемся, введении платных мест, кроме того согласно показаниям подсудимого <данные изъяты> М.В. сообщила о введении 5 платных мест, в то время как ФИО2 получал денежные средства за нахождение и продление сроков пребывания на отделении 10 пациентов, в том числе 7 пациентов в один и тот же период времени.

Доводы стороны защиты о вынужденности получения ФИО2 денежных средств от родственников пациентов для обеспечения отделения сестринского ухода необходимым имуществом и услугами, суд также расценивает как надуманные, поскольку никаких обстоятельств, свидетельствующих об объективной невозможности функционирования отделения сестринского ухода и выполнения отделением своих задач без приобретения данного имущества и услуг, стороной защиты не представлено и судом не установлено.

Приобретение ФИО2 за счет полученных денежных средств имущества для пациентов и персонала отделения сестринского ухода, оформление документов пациентов, является способом распоряжения данными денежными средствами, которое происходило после окончания совершения преступления, вследствие чего данное обстоятельство не влияет на доказанность вины ФИО2 и квалификацию его действий.

Действия ФИО2 повлекли за собой существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства по охране здоровья и оказанию бесплатной медицинской помощи в государственных учреждениях здравоохранения, закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем, суд полагает, что действия ФИО2 не повлекли за собой существенного нарушения прав и законных интересов граждан, от которых им были получены денежные средства, что подтверждается показаниями свидетелей <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. об отсутствии причинения им какого-либо ущерба действиями ФИО2

Органом предварительного расследования действия ФИО2 квалифицированы по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ по эпизодам получения денежных средств от <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С. и по ч. 3 ст. 290 УК РФ по эпизодам получения денежных средств от <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф., <данные изъяты> Е.Л.

Действия ФИО2 по получению денежных средств от <данные изъяты> Е.Л. суд, с учетом позиции государственного обвинителя, которая является законной, обоснованной и мотивированной, исключает из обвинения ФИО2, поскольку данные действия были выявлены в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент», однако результаты оперативно-розыскной деятельности были представлены в следственный орган с нарушением ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», п. 10 Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд, т.е. получены с нарушением закона, что противоречит положениям ст. 89 УПК РФ.

По изложенным основаниям суд не принимает во внимание и не оценивает при постановлении приговора показания свидетелей <данные изъяты> Е.Л., <данные изъяты> О.И., <данные изъяты> Ю.В., <данные изъяты> И.В. об обстоятельствах проведения названного оперативно-розыскного мероприятия, а также документы, полученные в результате его проведения.

При этом суд полагает, что указанное нарушение не влияет на законность возбуждения уголовного дела, поскольку оно было возбуждено не только на основании результатов оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент», но и на основании иных материалов, в том числе результатов оперативно-розыскных мероприятий «Наблюдение», «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», полученных в соответствии с требованиями закона, оценка чему дана выше.

Действия ФИО2 по получению денежных средств от <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. государственный обвинитель в прениях просила квалифицировать по ч. 1 ст. 286 УК РФ как превышение должностных полномочий, т.е. совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Суд принимает предложенное изменение обвинения в сторону смягчения, поскольку позиция государственного обвинителя, с учетом установленных по делу обстоятельств, является законной, обоснованной, мотивированной и обязательной для суда. При этом, анализируя собранные доказательства в их совокупности, суд считает, что в ходе судебного следствия не нашло своего подтверждения обвинение ФИО2 в получении взяток в виде денег за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, поскольку в ходе судебного следствия установлено, что пребывание <данные изъяты> Г.И., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> В.П., <данные изъяты> А.С., <данные изъяты> Л.Г., <данные изъяты> Г.П., <данные изъяты> А.В., <данные изъяты> Л.А., <данные изъяты> Л.П., <данные изъяты> Н.С. на отделении сестринского ухода являлось законным в связи с наличием оснований для госпитализации и отсутствием оснований для выписки, установленных Положением об отделении сестринского ухода стационаров Санкт-Петербурга, в то время как получение ФИО2 денежных средств никак не отразилось и не должно было отразиться на обстоятельствах нахождения указанных лиц на отделении сестринского ухода. Вместе с тем, при получении денежных средств ФИО2 превысил свои должностные полномочия. При этом, действия ФИО2 по получению денежных средств от <данные изъяты> Б.М., <данные изъяты> В.С., <данные изъяты> Г.В., <данные изъяты> Т.С., <данные изъяты> Г.А., <данные изъяты> Н.Н., <данные изъяты> Л.В., <данные изъяты> О.Ф., <данные изъяты> Н.В., <данные изъяты> Л.Ф. были объединены единым умыслом и целью – превышение должностных полномочий и систематическое получение денежных средств от граждан за нахождение и продление сроков пребывания пациентов на лечении на отделении сестринского ухода, о чем свидетельствует регулярность получения ФИО2 денежных средств, тождественность требований и действий ФИО2 по получению денежных средств от разных граждан, совершение данных действий в отношении разных граждан в одно и то же время.

Кроме того, суд считает установленным, что получение ФИО2 денежных средств от <данные изъяты> В.С. происходило в общий период с 26.12.2014 по 27.10.2015, а не по 19.11.2015, как это указано в обвинительном заключении, поскольку это следует из конкретных чисел передачи денежных средств, указанных как в самом обвинительном заключении, так и в показаниях свидетеля <данные изъяты> В.С. Вместе с тем, данное изменение не влияет на общее время совершения подсудимым преступления, в силу чего не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту.

Учитывая изложенное, суд считает вину подсудимого ФИО2 доказанной в полном объеме и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 286 УК РФ, поскольку он совершил превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории средней тяжести, личность подсудимого, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО2 ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался, частично признал вину в совершении преступления, раскаялся в содеянном, имеет на иждивении дочь, является ветераном боевых действий, имеет награду Правительства Санкт-Петербурга, положительно характеризуется со стороны свидетелей <данные изъяты> И.В., <данные изъяты> М.В., <данные изъяты> Н.А., <данные изъяты> И.В., <данные изъяты> О.Б., <данные изъяты> Н.В., т.е. положительно характеризуется по месту работы, что относится к обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено.

Также суд принимает во внимание иные данные о личности подсудимого, в частности его возраст, семейное положение, наличие гражданства Российской Федерации, наличие регистрации, постоянного места жительства и места работы на территории Санкт-Петербурга, то, что на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах он не состоит.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства в их совокупности, суд полагает, что цели наказания могут быть достигнуты только при назначении подсудимому наказания в виде лишения свободы в пределах санкции.

Оснований для назначения более мягкого наказания, в том числе для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ, суд не усматривает, поскольку все вышеперечисленные смягчающие обстоятельства и иные данные о личности подсудимого не уменьшают степени общественной опасности совершенного им преступления, вследствие чего более мягкое наказание не будет в полной мере соответствовать принципу справедливости назначения наказания и предупреждения совершения подсудимым новых преступлений.

В срок отбывания наказания в соответствии с п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, ч. 3 ст. 72 УК РФ подлежит зачету срок домашнего ареста подсудимого ФИО2, применяемого в качестве меры пресечения.

С учетом фактических обстоятельств совершенного подсудимым преступления, а также с учетом степени его общественной опасности суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую.

12.05.2016 на основании постановлений Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 06.04.2016, 11.04.2016 следователем наложен арест на имущество подсудимого ФИО2: долю в размере 1/2 в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, кадастровый (условный) номер: 78:14:0007646:3049; автомобиль марки Kia Sportage 2012 г.в., гос.номер №, идентификационный номер №.

Учитывая, что по настоящему уголовному делу не заявлены гражданские иски, отсутствует какой-либо имущественный ущерб, отсутствуют основания для конфискации имущества в соответствии со ст. 104.1 УК РФ и суд пришел к выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы, суд полагает, что необходимость в применении меры процессуального принуждения в виде ареста на имущество ФИО2 отпадет после вступления приговора в законную силу, вследствие чего считает необходимым ее отменить.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 3 месяца с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Зачесть в срок отбытия назначенного ФИО2 наказания срок его домашнего ареста в качестве меры пресечения с 17.03.2016 по 30.06.2017 и считать ФИО2 фактически отбывшим наказание, отменив ФИО2 до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде домашнего ареста.

После вступления приговора в законную силу отменить применение меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на долю в размере 1/2 в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, кадастровый (условный) №; автомобиль марки Kia Sportage 2012 г.в., гос.номер №, идентификационный номер №.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе или возражениях на апелляционные жалобы, представления других участников процесса, а также вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья