Апелляционное постановление № 22К-1592/2024 от 16 мая 2024 г. по делу № 3/1-45/2024

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

Материал № 3/1-45/2024

Производство № 22к-1592/2024

Судья 1-ой инстанции – Романенко В.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 мая 2024 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Цораевой Ю.Н.,

при секретаре – Лалакиди А.А.,

с участием прокурора – Челпановой О.А.,

защитника – Минкина М.В.,

обвиняемого – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме видеоконференц-связи материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Суворова Николая Евгеньевича на постановление Ялтинского городского суда Республики Крым от 26 апреля 2024 года, которым

ФИО3, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданину Российской Федерации, имеющему среднее образование, холостому, не трудоустроенному, зарегистрированному по адресу: <адрес>, не имеющему постоянного места жительства на территории Республики Крым, ранее судимому,

была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в Ялтинский городской суд Республики Крым поступило на рассмотрение постановление следователя отделения по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции № «Массандровский» СО УМВД России по г. Ялте, майора юстиции ФИО9 с ходатайством об избрании ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно материалу к данному постановлению, ДД.ММ.ГГГГ отделением по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции № «Массандровский» СО УМВД России по г. Ялте, возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Постановлением Ялтинского городского суда Республики Крым от 26 апреля 2024 года ФИО3 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 01 месяц, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Не согласившись с данным постановлением, защитник обвиняемого – адвокат Суворов Н.Е. подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое постановление суда отменить, избрать ФИО3 иную меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

Свои требования защитник мотивирует тем, что постановление суда является незаконным и необоснованным, поскольку не основано на исследованных по делу доказательствах, вынесено с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального права.

Защитник указывает, что суд первой инстанции, удовлетворяя ходатайство следователя, со ссылкой на ст. 108 УПК РФ, не учёл, что материалы дела не содержат каких-либо сведений, позволяющих сделать вывод о целесообразности избрания в отношении обвиняемого ФИО2 наиболее строгой меры пресечения.

Также, суд первой инстанции в качестве основания для удовлетворения ходатайства следователя, указал, что ФИО3, находясь на свободе, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, иным путём воспрепятствовать следствию, однако материалы дела не содержат сведений, согласно которым можно сделать такой категоричный вывод, и суд не указал таковых в обжалуемом постановлении.

Полагает, что суд ограничился формальным указанием на якобы наличествующие обстоятельства для избрания в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу без исследования допустимых доказательств.

Отмечает, что ФИО3 до начала рассмотрения по существу ходатайства следователя указывал, что не доверяет следователю и защитнику. Вместе с тем, суд первой инстанции проигнорировал заявление ФИО2 и не принял мер для обеспечения эффективной защиты обвиняемого ФИО2, чем нарушил его право на защиту.

Кроме того, обвиняемый ФИО3 в судебном заседании пояснил, что отсутствуют любые риски, указанные в ходатайстве следователя об избрании в отношении него наиболее жесткой меры пресечения.

Защитник считает, что допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона привели к нарушению прав обвиняемого, гарантированных ст. 22 Конституции Российской Федерации, ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основные свобод.

Ссылаясь на разъяснения, изложенные в п. п. 1, 3, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», а также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», защитник полагает, что вышеуказанные разъяснения были проигнорированы судом первой инстанции при вынесении обжалуемого постановления.

Обращает внимание на то, что обвиняемый ФИО3 возражал против избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

Указывает, что суд первой инстанции не привел достаточных причин для отклонения возражений стороны защиты против избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО2

Полагает, что вышеизложенное является достаточным основанием для избрания в отношении ФИО2 иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей

Выслушав обвиняемого и его защитника, поддержавших доводы, изложенные в апелляционной жалобе, прокурора, возражавшего против её удовлетворения, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд находит её не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

В соответствии со ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3-х лет, при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», наличие обоснованного подозрения в том, что заключённое под стражу лицо совершило преступление, является необходимым условием для законности ареста.

В силу разъяснений, указанных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

В соответствии со ст. 97 УПК РФ, дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции, не входя в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, правильно установил, что органами предварительного расследования ФИО3 обоснованно подозревается в причастности к совершению преступления средней тяжести, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 5 лет, что подтверждается приложенными к постановлению материалами.

Вопреки доводам защитника, в постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Кроме того, судом первой инстанции были учтены данные о личности ФИО2, который является гражданином Российской Федерации, имеет регистрацию на территории Российской Федерации, на территории Республики ФИО4 постоянного места жительства не имеет, не трудоустроен, холост, ранее судим, а также учтено, что он обоснованно подозревается в причастности к совершению преступления средней тяжести, вследствие чего суд сделал правильный вывод о том, что, в случае избрания в отношении обвиняемого иной меры пресечения, последний может скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Сведения о наличии у обвиняемого ФИО2 регистрации на территории Российской Федерации не уменьшают возможность последнего скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, выполнению процессуальных решений, и не могут быть гарантом обеспечения его надлежащего поведения в будущем.

Более того, вопреки доводам защитника, суд первой инстанции рассматривал вопрос об избрании альтернативных мер пресечения, что подтверждается обжалуемым постановлением.

По смыслу закона, суд вправе применить более мягкие меры пресечения в том случае, когда они смогут гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу, а именно, что обвиняемый, находясь вне изоляции от общества, не скроется от органов следствия и суда, не совершит противоправного деяния или не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному судебному разбирательству по делу.

С учётом вышеизложенных сведений, вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что избрание ФИО3 иной более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, залога либо запрета определённых действий, с учетом всех указанных обстоятельств, не обеспечит надлежащее процессуальное поведение обвиняемого, а также не исключит наличие у ФИО2 возможности скрыться от органов предварительного следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, по настоящему делу не нарушены.

Как установлено судом, постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемому ФИО3 вынесено компетентным лицом – следователем отделения по расследованию преступлений на территории обслуживания отдела полиции № «Массандровский» СО УМВД России по г. Ялте майором юстиции ФИО9, с согласия руководителя следственного органа – начальника отделения по расследованию преступлений на территории обслуживания отдела полиции № «Массандровский» СО УМВД России по г. Ялта майора юстиции ФИО10

С учётом обстоятельств дела и данных о личности обвиняемого, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что установлено достаточно обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 97, 99 и 108 УПК РФ, необходимых для избрания обвиняемому ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу и свидетельствующих о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста, залога или запрета определенных действий, поскольку иная более мягкая мера пресечения не сможет гарантировать создание условий, способствующих эффективному производству по уголовному делу.

Обоснованность имеющихся в отношении ФИО2 подозрений в причастности к совершению преступления была проверена судом первой инстанции, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доказательств, подтверждающих невозможность содержания ФИО2 под стражей по состоянию здоровья, а также сведений об имеющихся у него заболеваниях, указанных в Перечне тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации № 3 от 14 января 2011 года, в материалах дела не имеется, не представлено их и в судебное заседание апелляционной инстанции.

Рассмотрение судом первой инстанции ходатайства следователя осуществлено в соответствии с установленной процедурой судопроизводства, с соблюдением прав обвиняемого, и полностью соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Из протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, суд первой инстанции объективно оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав.

Доводы защитника о нарушении судом первой инстанции права на защиту обвиняемого ФИО2 в связи с тем, что ФИО3 указывал, что не доверяет следователю и защитнику, признаются не состоятельными, поскольку от обвиняемого в ходе судебного разбирательства отводов либо заявлений об отказе от услуг защитника Суворова Н.Е. в порядке, установленном ст. 52 УПК РФ, не поступало.

Вопреки доводам защитника, тяжесть предъявленного ФИО3 обвинения не является единственным основанием, обосновывающим выводы суда о невозможности избрания ему иной меры пресечения, в том числе домашнего ареста, залога, запрета определённых действий, поскольку иные меры пресечения не смогут обеспечить достижение целей, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для избрания в отношении обвиняемого иной более мягкой меры пресечения должным образом мотивированы, поэтому суд апелляционной инстанции находит их обоснованными.

Все обстоятельства, в том числе данные о личности обвиняемого, были предметом изучения суда первой инстанции и учтены при вынесении решения. К тому же эти сведения, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, не являются определяющими и не могут служить основаниями для изменения или отмены ранее избранной меры пресечения.

Доводы жалобы о том, что судом вынесено постановление в отсутствие данных, подтверждающих обоснованность принятого решения, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными, поскольку они опровергаются представленными материалами дела и выводами суда, изложенными в постановлении.

Также несостоятельными являются утверждения стороны защиты о том, что суд первой инстанции в обжалуемом постановлении не указал ни одного конкретного обстоятельства и подтверждающего доказательства, обосновывающего необходимость избрания ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу; не привел конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости избрания самой строгой меры пресечения. Так, в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом и аудиозаписью судебного заседания. Исходя из данных материалов, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости избрания ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу и не нашел оснований для применения в отношении обвиняемого иной меры пресечения.

В данной стадии процесса ни суд первой инстанции, ни апелляционный суд не вправе входить в обсуждение вопросов об оценке доказательств, в том числе с точки зрения их достоверности и достаточности для установления истины по делу; в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы обвиняемого, высказанные в заседании суда апелляционной инстанции, о том, что доказательств его вины в материалах дела нет.

Также не могут быть приняты во внимание доводы адвоката об отсутствии рисков, указанных в ходатайстве следователя об избрании в отношении ФИО2 наиболее жесткой меры пресечения, поскольку опровергаются представленными материалами ходатайства следователя, а кроме того, избранная в отношении обвиняемого мера пресечения в виде заключения под стражу лишает его возможности в настоящее время предпринимать любые меры для воспрепятствования производству по уголовному делу.

Следовательно, доводы, изложенные в апелляционной жалобе защитника, являются несостоятельными, а выводы суда первой инстанции - законными, обоснованными и соответствующими требованиям норм УПК РФ, и разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применении судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

Каких-либо иных нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих изменение или отмену данного постановления, кроме указанных в жалобе, суд апелляционной инстанции также не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 108, 389.13, 389.19-389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Ялтинского городского суда Республики Крым от 26 апреля 2024 года об избрании в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Суворова Николая Евгеньевича - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения, но может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья Ю.Н. Цораева