Решение № 2-264/2026 2-264/2026(2-2823/2025;)~М-2605/2025 2-2823/2025 М-2605/2025 от 23 апреля 2026 г. по делу № 2-264/2026

УИД: 66RS0009-01-2024-005400-39 копия


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Нижний Тагил 15 апреля 2026 года

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе

председательствующего Кожевниковой А.В., с участием

прокурора Васильевой П.А.,

истца ФИО1,

ответчика ФИО2, его представителя – адвоката Воробьева А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Белобровой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-264/2026 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного в результате смерти кормильца, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась с иском в суд к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного в результате смерти кормильца, компенсации морального вреда, в котором просит взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного вследствие гибели в результате ЛТП ФИО3, в размере 300 000 рублей, утраченного заработка (дохода) в размере 337 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 13:05 в районе <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля <...> г.р.з. № под управлением ФИО2 и мотоцикла ее супруга ФИО4 <...> г.р.з. №. <...> следуя со стороны <адрес> в сторону <адрес> при выполнении маневра перестроения из полосы движения в другую, не предоставил преимущество в движении мотоциклу <...> следовавшего в попутном направлении. В результате нарушения правил дорожного движения водителем ФИО2 произошло столкновение. По факту ДТП сотрудниками ГИБДД составлен протокол осмотра ДТП, схема ДТП. В результате ДТП погиб ее супруг ФИО4, получив траву грудной клетки и конечностей. По данному факту было возбуждено уголовное дело, по которому следователем вынесено постановлением от 01.11.2025 об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении водителей транспортных средств за отсутствием в их действиях состава преступлений. Указанное постановление ею были обжаловано в прокуратуру района и в суд, но жалобы оставлены без удовлетворения.

С погибшим ФИО4 они находились в зарегистрированном браке с 17.05.2019, проживали совместно в его квартире, детей совместных не было. Супруг на протяжении всей жизни работал, содержал семью, помогал матери, его хобби были автомобили, которое приносило также небольшой доход. С 2025 года работал в <...> в должности машинист конвейера, в семье он работал один, истец, в связи с инвалидностью 3 группы, не работала, получает пенсию в размере прожиточного минимума по Свердловской области, который составляет 15 098 рублей. Супруг заботился о ней, о ее здоровье.

После смерти ФИО4 длительное время не могла прийти в себя, плохо себя чувствовала, постоянно плакала, его смерть для нее невосполнимая утрата, последствия которой она будет ощущать всю оставшуюся жизнь. Ответчик, нарушил самое ценное благо человека – его право на жизнь.

Указанное необратимо пагубно сказалось на ее самочувствии и непосредственно повлияло не ее здоровье, состояние которого значительно ухудшилось. Ухудшение психологического и эмоционального состояния, появление нарушений здоровья - тревожность, депрессия, неврозы, эмоциональная неустойчивость, упадок настроения, бессонница, повышение утомляемости – состояние, которое она испытывает каждый день. Также испытывает материальные потребности, поскольку трудно прожить на одну пенсию, также у нее мать пенсионерка с заболеванием сахарный диабет, постоянно покупают лекарства, чтобы поддержать ее организм. В связи с потерей мужу понесла затраты на похороны, оплату коммунальных расходов за квартиру, рассрочку, взятую в банке, расходы юриста, нотариуса.

Как следует из справки о доходах от 03.12.2025 выданной <...> доходы ФИО4 с 14.02.2025 по 17.07.2025 составили 405 361,83 рубля, среднемесячный заработок составил 67 530,31 рублей. Утраченный заработок подлежит возмещению с момента причинения вреда с 17.07.2025, 5 месяцев и составляет 337 000 рублей. На ответчике лежит обязанность по возмещению причиненного вреда, как владельце источника повышенной опасности.

При подготовке дела к судебном заседанию к участию в деле в качестве для дачи заключения привлечен прокурор Ленинского района г. Нижний Тагил Свердловской области, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - АО «СК Гайде».

Определением суда от 26.02.2026 к участию в деле в третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, АО ГСК Югория.

Истец в судебном заседании исковые требования и ранее данный при рассмотрении гражданского дела пояснения поддержала в полном объеме. Суду дополнительно пояснила, что требования к ответчику подлежат удовлетворению, поскольку он нарушил правила дородного движения, имеются ли в деле доказательства этого, пояснить не смогла, также полагала, что имеются и виновные действия погибшего. Мотоцикл принадлежал супругу, поскольку он всегда был у них.

Ранее в предварительном судебном заседании 26.02.2026 суду пояснила, что требования к данному ответчику ею предъявлены, поскольку в момент ДТП он находился за рулем автомобиля, при этом вина ее супруга в ДТП не доказана, он имел возможность управлять транспортным средством. Наличие у нее 3 группы инвалидности, нахождение на иждивении супруга обусловлено ее заболеванием.

Ответчик в судебное заседание заявленные требования не признал, суду пояснил, что правила дородного движения он не нарушал, что подтверждает заключением экспертизы. Он ехал по свое полосе, а погибший ехал с большой скоростью. Полагает, что виновным в ДТП является погибший, которого он увидел только в момент удара. Он перед ударом в другую полосу не перестраивался, ехал по второй полосе, поскольку крайняя полоса наполовину была занята припаркованными машинами. До момента столкновения его не видел, хотя смотрит по зеркалам. В досудебном порядке истец к нему не обращалась. Также указал на трудное материальное положение, поскольку имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка и оплачивает обучение сына, обучающегося на очно форме, также имеет задолженность по коммунальным услугам, признан банкротом. В связи с задолженностью по коммунальным платежам в отношении него возбуждены исполнительные производства. Поскольку он признан банкротом, банковские карты ему не выдаются, задолженность погашается за счет жены. Его доход каждый месяц разный, из которого вычитается аренда машина, заправка, текущий ремонт, в первую очередь платит за свет, чтобы его не отключили, и в Рифей, на остальное денег не хватает. Поскольку автомобиль в ДТП был поврежден, он стоит без ремонта, не может его отремонтировать, пришлось взять автомобиль в аренду, чтобы зарабатывать.

Собственником автомобиля является сын, страховка оформлена на него, поскольку он им пользовался. Сын купил автомобиль для него, чтобы он мог зарабатывать. Автомобилем управлял только он. Обращался в страховую компанию за выплатой по ДТП, однако ему отказали, указав, что у потерпевшего не было страховки. Рекомендовали обратиться в суд к родственникам погибшего, что делать он не стал, поскольку они и так потеряли близкого. Решил не беспокоить, что так будет правильно, в результате требования предъявлены к нему, хотя виновник погибший, он в него въехал с большой скоростью, он его даже не видел, хотя смотрел.

Представитель ответчика Воробьев А.А. в судебном заседании исковые требования не признал, ссылаясь на заключение экспертизы, указал, что в нем со стороны ответчика нет виновных действий. Полагал необходимым в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом, ходатайств в суд не направили.

От представителя АО ГСК Югория в суд поступили возражение на исковое заявление, в котором указал, что с ФИО2 был заключен договор ОСАГО на период с 30.09.2024 по 29.09.2025. 27.11.2025 АО «Д2 Страхование» обратилось в общество по факту ДТП с участием транспортных средств ФИО6 и ФИО2, признав случай страховым произведена выплата в размере 15 900 рублей. Истец в АО ГСК Югория не обращалась. Полагает, что поскольку в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано, его вина в ДТП, повлекшем смерть ФИО4 не установлена. Вместе с тем с учетом ст. 1099, 1100 ГК РФ компенсация морального вреда должен выплачивать сам виновник ДТП. В случае предъявления требований в АО ГСК Югория полагал необходимым оставить требования без рассмотрения ввиду несоблюдения досудебного порядка.

Судом в соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принято решение о рассмотрении дела при данной явке.

Помощник прокурора Ленинского района г. Нижнего Тагила Васильева П.А. в судебном заседании полагала возможным удовлетворить требования о взыскании компенсации морального вреда, уменьшив размер компенсации, с учетом принципов разумности и соразмерности, материального положения ответчика, о взыскании утраченного заработка в полном объеме, ввиду грубой неосторожности погибшего ФИО4, его виновных действий, поскольку отсутствуют доказательства, указывающие на причинение вреда здоровью вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего, а ответчик является лицом, управлявшим источником повышенной опасности.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, отказной материал по факту ДТП, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Исходя из закрепленного в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, имеющей прямое действие на территории Российской Федерации и с ч. 1 ст. 12, ч.1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, принципа состязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Судом сторонам, третьим лицам, направлена копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству. Обязанность доказывания сторонам разъяснена, бремя доказывания между сторонами распределено, и стороны имели достаточно времени и возможностей для сбора и предоставления доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации непредставление доказательств и возражений в установленный срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации здоровье относит к числу нематериальных благ и в качестве способа защиты предусматривает компенсацию морального вреда.

В силу ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, с учетом положений ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст.ст. 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно положениям ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 13:05 по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием движущихся транспортных средств <...> г.р.з. №, под управлением ФИО2 и мотоцикла <...> г.р.з. № под управлением ФИО4, а также иных припаркованных транспортных средств (л.д. 12)

В результате столкновения транспортных средств водителю ФИО4 причинена тупая сочетанная травма грудной клетки и конечностей в виде повреждений, описанных в заключении эксперта № от 18.08.2025 (л.д. 13-16).

Из указанного заключения также следует, что описанные в заключении повреждения состоят в причинной связи с наступлением смерти, образовались от действия тупых предметов, давностью не менее 1 часа и не более 8 часов до наступления смерти, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ в 15:30 час.

Наступление смерти ФИО4 также подтверждается справкой о смерти № от 12.08.2025 (л.д. 30) и свидетельством о смерти (л.д. 31).

Постановлением от 01.11.2025 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4, ФИО2, ФИО7, ФИО8 отказано в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела следует, что в ходе проверки достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, не получено.

Оценивая установленные обстоятельства ДТП во взаимосвязи и в совокупности, причиной ДТП явилось нарушение Правил дорожного движения РФ (далее – ПДД) водителем ФИО4, который в нарушении п. 9.10 ПДД, не соблюл такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая б позволила избежать столкновения, и не соблюл необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, тем самым, в нарушение п. 1.5 ПДД, действовал таким образом, что создавало опасность для движения другим участникам движения. Также, в нарушение п. 10.1 ПДД, ФИО4, управляя мотоциклом Хонда, должен был вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, выбрал скорость, которая не обеспечивала ему возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Нарушений требования ПДД, которые находились бы в причинно-следственной связи с данным ДТП, в действиях ФИО2, не установлено. В ходе проверки со стороны данного водителя нарушения ПДД не установлено, поскольку в данной дорожно-транспортной ситуации данный водитель двигался по своей полосе движения, на встречную полосу движения не выезжал, опасности и помехи для движения другим участникам движения не создавал.

Согласно заключению эксперта №, № от 29.08.2025 автотехнической экспертизы установлено, что до момента контакта автомобиль рено двигался по крайней левой полосе ближе у левой ее части, а место столкновение транспортных средств располагалось вблизи горизонтальной разметки 1.5, разделяющей транспортные потоки, на полосе движения автомобиля Рено, то есть на крайней левой полосе. В момент столкновения с мотоциклом автомобиль Рено находился на границе «свое» полосы движения. С технической точки зрения, не соответствий в действиях водителя указанного транспортного средства требованиям Правил, которые могут находится в причинной связи с рассматриваемым дородным происшествием, не имеется.

Данные доводы наши свое подтверждение в заключении эксперта № от 10.10.2025 комплексной видео-автотехнической экспертизы, из которого следует, что столкновение транспортных средств – мотоцикла Хонда и автомобиля Рено Логан произошло на границе линии разметки между полосами.

Нарушений требований ПДД, которые находились бы в причинно-следственной связи с данным ДТП, в действиях иных водителей (ФИО7 и ФИО8) также не установлено, поскольку в момент ДТП они транспортными средствами не управляли. Отсутствие признаков состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, в действиях ФИО4 установлено ввиду того, что в результате нарушения им ПДД не наступили уголовно наказуемые последствия, в результате ДТП он получил телесные повреждения, повлекшие его смерть, другим лицам тяжкого вреда здоровью не причинено.

Выводы следователя подвержены и исследованными в судебном заседании заключениями экспертов №, № от 29.08.2025 и № от 10.10.2025, и сомнений у суда не вызывают.

Кроме того, выводы следователя, указанные в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.11.2025 были предметом рассмотрения прокурором района, Тагилстроевским районным судом г. Нижний Тагил Свердловской области и Свердловского областного суда по жалобам истца на указанное постановление и приятным по результату рассмотрения жалоб истца, в постановлениях прокурора и судов.

Таким образом, в судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела, в том числе вышеисследованным постановлением, что ДТП и смерть ФИО4 произошли по вине самого ФИО4, вследствие несоблюдения им требований ПДД. В действиях водителя ФИО2 нарушений ПДД не установлено.

Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Кроме того из материалов дела следует, что транспортное средство – мотоцикл <...> не был поставлен на государственный учет за ФИО4, при этом у него отсутствовало право на управление транспортными средствами категории «А».

Согласно сведениям представленным органом ГИБДД по запросу суда транспортное средство <...>, г.р.з. №, поставлено на государственный учет за ФИО5

Принадлежность указанного транспортного средства третьему лицу и не оспаривается и стороной ответчика в судебном заседании и подтверждается пояснениями ответчика в судебном заседании.

Вместе с тем из пояснений ответчика и материалов дела следует, что владельцем указанного транспортного средства, являющего источником повышенной опасности, на момент ДТП являлся ответчик, допущенный к управлению транспортным средством.

Факт события дорожно-транспортного происшествия, невиновность ФИО2 в совершение дорожно-транспортного происшествия и причинение вреда жизни и здоровью погибшего нашли свое подтверждение в ходе исследования в судебном заседании доказательств, материалами по факту ДТП.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в действиях потерпевшего имелась грубая неосторожность при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.

Из свидетельства о заключении брака от 18.03.2021 серии № №, свидетельства о смерти № № следует, что истец ФИО1 – супруга погибшего ФИО4, состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.

Из пояснений истца следует, что погибший проживал совместно с супругой в его квартире, заботился о ней и ее здоровье, они вели совместной хозяйство, общих детей не имели. После смерти супруга она длительное время не могла прийти в себя, плохо себя чувствовала, постоянно плакала, его смерть для нее невосполнимая утрата, последствия которой она будет ощущать всю оставшуюся жизнь. Указанное сказалось на ее самочувствии и непосредственно повлияло не ее здоровье, состояние которого значительно ухудшилось.

Принимая во внимание установление в ходе судебного разбирательства юридически значимых обстоятельств по делу: факт и обстоятельства ДТП, причинно-следственную связь между ДТП и причинением телесных повреждений потерпевшему, учитывая, что причиненные повреждения относятся к телесным повреждениям повлекшим за собой смерть, причиненного в результате ДТП, суд полагает, что ФИО2 был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, испытанных вследствие утраты близкого человека, в результате ДТП.

Таким образом, на ответчика ФИО2 с учетом положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит возложению обязанность по компенсации истцу морального вреда.

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 указано, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимание обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Вместе с тем, не подвергая сомнению чувства истца от пережитых обстоятельств, претерпевания физических и нравственных страданий от смерти близкого человека, вопреки требованиям ст. 56 Гражданско процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств последствий причиненных страданий, ухудшения состояния здоровья, истцом в материалы дела не представлено. Как и не представлено доказательств несения затрат в связи со смертью супруга.

При разрешении исковых требований о размере компенсации морального вреда, суд в соответствии с положениями ст. 151, п. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации учитывает, что в связи со смертью ФИО4 истцу, были причинены существенные нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, в то же время суд учитывает отсутствие вины в действиях причинителя вреда - владельца источника повышенной опасности, наличия в действиях потерпевшего грубой неосторожности, материальное положение как истца (получает пенсия по инвалидности, трудоспособна, но не трудоустроена), так и ответчика (трудоспособен, работает без официального трудоустройства, состоит в браке, имеет на иждивении малолетнего ребенка и совершеннолетнего ребенка, обучающегося по очной форме обучения, признание ответчика банкротом, наличие задолженности по коммунальным платежам), с учетом требования разумности и справедливости, и считает разумным определить к взысканию в счет суммы компенсации морального вреда в пользу ФИО1 50 000 рублей.

Разрешая требования истца о возмещении вреда, причиненного в результате смерти кормильца, а именно утраченного заработка (дохода), суд приходит к следующему.

Круг лиц, имеющих право на возмещение вреда в случае потери кормильца (потерпевшего), установлен в п. 1 ст. 1088 Гражданского кодекса Российской Федерации. К таким лицам относятся: нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Из материалов дела следует, что истец является инвалидом 3 группы.

Таким образом, с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации в постановлении Пленума от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» истец относится к категории нетрудоспособных лиц.

Истцом представлен расчет сумм, подлежащих взысканию в счет возмещения вреда, причиненного смертью кормильца.

Вместе с тем, как разъяснено в абзаце 3 подпункта «в» пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение вреда по случаю потери кормильца не ставится в зависимость от того, состоят ли они в какой-либо степени родства или свойства с умершим кормильцем. Основополагающими юридическими фактами в этом случае являются факт состояния на иждивении и факт нетрудоспособности.

В соответствии с ч. 1 ст. 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

Установлено, что состав семьи погибшего включает в себя как погибшего, так и его супругу, детей супруги не имели.

Однако, ФИО1 не представлено бесспорных доказательств, подтверждающих факт ее нахождения на иждивении погибшего супруга, а также доказательства, подтверждающие, что материальная помощь мужа при его жизни являлась для нее постоянным и основным источником средств к существованию.

При этом из пояснений истца следует, что истец получает пенсию по инвалидности, не была трудоустроено по состоянию здоровья.

Вместе с тем доход погибшего супруга имеет место быть лишь с февраля 2025 года, то есть в течение последних 5 месяцев до смерти.

Поскольку необходимая совокупность оснований для возмещения вреда по случаю потери кормильца судом не установлено, с учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в данной части.

В соответствии со ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований с соблюдением требований ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

С учетом того, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с исковыми требованиями, поскольку судом удовлетворены неимущественные требования истца, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, причиненного в результате смерти кормильца, компенсации морального вреда, удовлетворить частично

Взыскать с ФИО2 (ИНН №, СНИЛС №) в пользу ФИО1 (ИНН №, СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 (ИНН №, СНИЛС №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение принято 24 апреля 2026 года.

Председательствующий подпись А.В. Кожевникова

Копия верна.

Судья А.В. Кожевникова