Приговор № 1-128/2018 от 23 ноября 2018 г. по делу № 1-128/2018

Уголовное дело № 1-128/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Борзя 23 ноября2018 года

Борзинский городской суд Забайкальского края:

под председательством судьи Слепцова И.В.,

при секретаре судебного заседания Тюкавкиной Е.И.,

с участием государственных обвинителей - заместителя Борзинского межрайонного прокурора Дондокова Т.Ц., старшего помощника Борзинского межрайонного прокурора Звержеева С.А.,

подсудимого ФИО1 и его защитника - адвоката адвокатского кабинета «Фаворит» Юдиной Н.В., представившей удостоверение № 117, ордер № 113321от 02 июня 2016 года,

потерпевшего ФИО2 и его представителя - адвоката Забайкальского филиала КАЗК ФИО3, представившего удостоверение № 13, ордер № 008099 от 21 мая 2016 года,

потерпевшей ФИО4 и ее представителя - адвоката адвокатского кабинета № 57 Палаты адвокатов Забайкальского края Ахачинской А.В., представившей удостоверение № 192 и ордер № 066017 от 13 июля 2016 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1 , ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, индивидуального предпринимателя, имеющего на иждивении двоих малолетних детей, военнообязанного, зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>, на учете у врачей не состоящего, ранее не судимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 управляя автомобилем, допустил нарушениеправил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено в <адрес> края, при следующих обстоятельствах.

17 мая 2016 года около 10:30 часов водитель ФИО1, управляя технически исправным автомобилем марки «Ауди А7», государственный регистрационный знак № принадлежащим ему на праве собственности, двигался по автомобильной дороге федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск-граница с КНР» в сторону г. Читы на территории Борзинского района Забайкальского края, с находящимися в салоне автомобиля пассажирами ФИО17, ФИО18 На 371 км. автомобильной дороги федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск- граница с КНР», ФИО1, проявив преступную небрежность, то есть не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, ФИО4, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия в нарушение требований пункта 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров-Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О правилах дорожного движения» (далее по тексту ПДД РФ), согласно которого «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов, светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами», пункта 1.5 ПДД РФ, согласно которому «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», а так же в нарушение требований горизонтальной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ, согласно которому «Линия разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств, пересекать которую запрещается», выехал на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении на участке дороги, где нанесена горизонтальная разметка 1.1, при этом пересек данную линию и двигался вдоль неё, выполняя маневр обгона, чем создал опасность, для движения и совершил столкновение с автомобилем «УАЗ 220694-04» государственный регистрационный знак <***>, с находящимся в салоне автомобиля пассажиром ФИО4, под управлением ФИО2, выполняющего на нерегулируемом перекрестке автомобильной дороги федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск- граница с КНР», маневр поворот налево на дорогу, ведущую в <адрес> в нарушение требований пунктов 1.3,1.5,8.1 ПДД РФ в части непринятия мер предосторожности при выполнении маневра поворота налево.

В результате дорожно-транспортного происшествия:

-водителю автомобиля «УАЗ 220694-04» государственный регистрационный знак № ФИО2 причинены телесные повреждения: закрытый косо-винтообразный перелом левой большеберцовой кости в нижней трети со смещением отломков, закрытый перелом верхней трети левой малоберцовой кости со смещением, закрытый косой перелом 2 пястной кости правой кисти со смещением отломков, травматический шок 1 степени, которые образовались одномоментно или в быстрой последовательности друг за другом, в результате ударного воздействия тупого предмета (предметов) каковыми могли быть выступающие внутренние части салона движущегося автомобиля в момент столкновения, вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, и по этому признаку квалифицируется как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

-пассажиру автомобиля «УАЗ 220694-04» государственный регистрационный знак № ФИО4 причинены телесные повреждения: ушибленная рана головы, закрытый компрессионный перелом L1 позвонка, тип AI 2 (клиновидная деформация), перелом остистых отростков Тh 12, L1, 2, 3, 4, умеренный болевой синдром, закрытый винтообразный перелом нижней трети левого бедра со смещением отломков, закрытый оскольчатый перелом акромиального конца левой ключицы со смещением отломков, травматический шок 2 ст., которые могли образоваться одномоментно или в быстрой последовательности друг за другом, в результате ударного воздействия тупого предмета (предметов) каковыми могли быть выступающие внутренние части салона движущегося автомобиля в момент столкновения, вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

Нарушение ФИО1 требований п.п. 1.3, 1.5 ПДД РФ, а также требований горизонтальной разметки 1.1 Приложения №2 к ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием- столкновением с автомобилем марки «УАЗ 220694-04» государственный регистрационный знак № и причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью ФИО2 и ФИО4

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 91 ГУЗ «Борзинское отделение Забайкальского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы» от 22 августа 2016 года имеющиеся у гр. ФИО2 телесные повреждения могли образоваться в результате ударного воздействия тупого предмета (предметов), каковыми могли быть выступающие внутренние части салона движущегося автомобиля в момент столкновения. Указанные повреждения являются повреждениями, причинившими тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 152-153).

Согласно заключениям судебно-медицинской экспертизы № 92 от 01 июля 2016 года, № 157 от 30 августа 2016 года ГУЗ «Борзинское отделение Забайкальского краевого бюро судебно-медицинской экспертизы» имеющиеся у гр. ФИО4 телесные повреждения могли образоваться в результате ударного воздействия тупого предмета (предметов), каковыми могли быть выступающие внутренние части салона движущегося автомобиля в момент столкновения. Указанные повреждения являются повреждениями, причинившими тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 162-163, т. 2 л.д. 27-30).

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал, показав суду, что 17 мая 2016 года он со своей женой и сестрой ехали в сторону <адрес>. ФИО1 видел, что впереди него двигались несколько машин, впереди которых ехал автомобиль марки УАЗ серого цвета. Автомобиль УАЗ ехал очень медленно, ближе к правой стороне дороги, почти прижавшись к обочине. Подсудимый подумал, что автомобиль УАЗ будет двигаться прямо, потому что, когда водитель собирается делать поворот налево, он старается двигаться, держась ближе к левой полосе дороги. Поэтому ФИО1 решил его обогнать. Начав обгон в районе СТО и почти доехав до автомобиля УАЗ, подсудимый увидел, что автомобиль УАЗ начал резко поворачивать налево. ФИО1 видел, что за рулем сидел водитель, рядом с ним находился пассажир, с которым они разговаривали между собой. Водитель автомобиля УАЗ, осуществляя поворот, налево не смотрел. Увидев, что автомобиль УАЗ поворачивает, ФИО1 нажал на педаль тормоза и стал сигналить водителю УАЗа, который звук сигнала не услышал, в сторону движущегося автомобиля под управлением подсудимого не повернулся. В этот момент, почти под углом 90 градусов, ФИО1, управляя автомобилем марки «Ауди А7», ударил в заднюю часть автомобиль УАЗ за задним колесом. Если бы автомобиль УАЗ при движении держался левой полосы движения, поворот бы не был радиусом 90 градусов. В тот момент, когда ФИО1 нажал на педаль тормоза, возможности остановить машину у него не было. После столкновения сработала подушка безопасности, нога у подсудимого «слетела» с педали тормоза, и машина покатилась на правую сторону дороги. Когда машина остановилась, ФИО1 убедился, что его жена и сестра не пострадали, и вышел из машины. Увидел, что автомобиль УАЗ лежит перевернутым, а впереди автомобиля лежат потерпевшие. Подсудимый подошел к лежащим на земле, увидел, что они живы. Поднимать потерпевших ФИО1 побоялся, позвонил в скорую помощь, в ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району. После этого подсудимый позвонил своим друзьям, которые приехали и увезли жену и сестру в больницу. После приехали две машины скорой помощи и увезли потерпевших. На месте ДТП подсудимый находился 3 или 4 часа, после уехал в полицию, где дал свои показания. После чего поехал в больницу для прохождения медицинского освидетельствования.

На дополнительные вопросы сторон и суда ФИО1 пояснил, что в момент начала обгона была прерывистая линия разметки. Он включил сигнал поворота и выехал на обгон, обогнал 3-4 машины. В какой момент начал поворачивать автомобиль УАЗ подсудимый пояснить не может, так как автомобиль УАЗ выехал прямо перед ним, не включая сигнал поворота. Скорость автомобиля Ауди под управлением подсудимого при совершении обгона составляла 50-60 км/ч. В момент начала совершения обгона было примерно 200 метров до перекрестка. Перед столкновением с автомобилем УАЗ траекторию движения своего автомобиля подсудимый не изменял. Когда вышел из своего автомобиля автомобиль УАЗ находился на трассе, был перевернут, лежал на крыше, передняя часть автомобиля УАЗ была повернута в сторону города, потерпевшие лежали перед автомобилем, примерно в 10 метрах от него. После ДТП подсудимый интересовался состоянием потерпевших в больнице, ему говорили, что их состояние стабильно тяжелое. ФИО1 просил врачей сообщить ему, если потребуется какая-то помощь пострадавшим. Подсудимому говорили, что железнодорожная больница берет лечение на себя, и что пострадавших увезут в г. Читу в железнодорожную больницу. После того, как пострадавших увезли в г. Читу, ФИО1 попросил своих друзей, которые находились в г. Чите, съездить к ним в больницу, отвезти фрукты, воду. Друзья подсудимого приехали в больницу к пострадавшим, но они отказались брать то, что им привезли. После подсудимый сам приехал в г. Читу, хотел помочь пострадавшим, независимо от того, виновен он или нет. Когда ФИО1 приехал в больницу, к нему вышла сестра ФИО5, он предложил им отказаться от лечения, которое они получают в железнодорожной больнице, и был готов помочь выбрать любую другую больницу, где лечение лучше. Сестра пострадавшей переговорила с самой ФИО4, которая сказала, что они не нуждаются в помощи, их устраивает лечение. После встречи с сестрой ФИО5 подсудимый поднялся к в палату к ФИО2, у него была жена. ФИО1 также предложил ему помощь, независимо от того, виновен он или нет. Подсудимый хотел помочь, не имея корыстных мотивов, понимая, что его жена вследствие столкновения только сломала себе нос, а ФИО5 и ФИО2 получили более серьезные повреждения. Однако ФИО2 также отказался от помощи, предложенной подсудимым, сказав, что ему ничего не надо и все вопросы будет решать в суде. Подсудимый оставил пострадавшим свой номер телефона, в случае, если им потребуется помощь, он готов помочь. Через некоторое время ФИО1 позвонили из г. Читы и сказали, что ФИО5 нужно привезти в г. Борзю, но ее не на чем привезти, так как на поезде ехать нет возможности, она не транспортабельна. Подсудимый нанял машину, их привезли домой. Через 3-4 дня с разрешения М-вых, ФИО1 пришел к ним домой, спросил о состоянии пострадавшей, предложил ей помощь в дальнейшем лечении. ФИО5 сказала, что лечение не нужно, ей нужны деньги в размере 2 000 000 рублей. Подсудимый отказал, сказав, что деньги не даст, готов помочь с лечением, даже если потратит на него большую сумму. Также подсудимый приезжал к ФИО2 домой, предложил помощь в лечении, но от помощи он тоже отказался. ФИО1 решил, что если они не хотят принять от него помощь, то больше ходить к ним и тревожить их не будет. Извинения потерпевшим приносил. Когда был дома у ФИО5 подсудимый оставил ей 50 000 рублей на лекарства, потому что потерпевшая говорила о больших затратах на лечение. В этой связи подсудимый повторно предложил еще подумать по поводу его помощи в лечении. После ему позвонила дочка ФИО5 и сказала, что они отказываются от помощи, им нужны деньги.

Заявленные исковые требования подсудимый не признает, так как не считает себя виновным. Когда у него брали объяснения, он был в шоковом состоянии. В схеме ДТП он просто поставил свою подпись там, где ему сказали. Однако со схемой ДТП он не согласен, свои замечания не внес ранее, так как не придал этому значения, так как находился в шоковом состоянии.

При наличии сплошной линии разметки ФИО1 не вернулся на свою полосу движения, так как считал, что успеет обогнать и хотел завершить маневр обгона. Если бы автомобиль УАЗ начал притормаживать перед поворотом, включил бы сигнал поворота, то подсудимый не стал бы его обгонять.

На сегодняшний день подсудимый доводы жалобы своего адвоката в части нарушения правил дорожного движения, связанного с выездом на полосу встречного движения, не поддерживает. Возможности вернуться на свою полосу движения у него не было, так как автомобиль УАЗ уже начал поворачивать налево. В момент, когда уже шла сплошная линия разметки, вернуться на свою полосу движения возможности так же не было, так как там были машины.

Анализируя показания подсудимого ФИО1, в их совокупности с другими исследованными судом доказательствами, суд за основу приговора берет его показания данные им в ходе предварительного следствия в той части, в которой они не противоречат установленным по делу обстоятельствам, изложенным в описательной части приговора.

Потерпевший ФИО2 суду показал, что работает водителем на автомобиле УАЗ в ООО «РесурсТранс». 17 мая 2016 года он заступил на работу, прошел медицинское освидетельствование. Механик организации осмотрел автомобиль. В начале ФИО2 съездил на <адрес>, где произошла смена бригады. После начал работать уже в <адрес>, ему нужно было отвезти работника локомотивного депо в налоговую инспекцию. К нему вышла женщина, с которой он был не знаком. Они съездили в налоговую инспекцию и поехали обратно в депо, примерно в 10 часов 30 минут. Женщина сидела в салоне сзади, за водительским сиденьем, так как на переднем сиденье возить пассажиров не разрешается, ранее был приказ начальника. Двигаясь по трассе «пгт. Забайкальск-Чита» в сторону г. Читы, впереди ФИО2 автомобилей не было, как и за ним. Однако потерпевший увидел автомобиль Ауди в зеркало заднего вида, который ехал по встречной полосе, но был далеко. ФИО2 включил левый сигнал поворота, примерно за 150 метров до перекрестка, и начал поворачивать налево. Учитывая, что разрешенная скорость движения транспортных средств в городе составляет 60 км/ч, потерпевший думал, что успеет повернуть, при этом зная, о том, что по встречной полосе движется автомобиль Ауди. Автомобиль Ауди водитель ФИО2 видел в зеркале один раз. Перед поворотом и в тот момент, когда ФИО2 включал сигнал поворота, скорость его автомобиля составляла примерно 15-20 км/ч. ФИО2 уже почти закончил маневр, поворот налево, когда удар пришелся в заднюю левую часть его автомобиля. Сплошная линия разметки начиналась после отворота на газовую заправку, примерно в 300 метрах от перекрестка, где произошло столкновение, где также шла сплошная. Потерпевший пояснил, что каждый день ездит по этой дороге и знает, что на исследуемом участке дороги свернуть на шиномонтажку, расположенную возле кафе «Белые Крылья», двигаясь со стороны города по направлению в г. Читу, нельзя, так как имеется сплошная линия. В момент движения с ФИО5 не разговаривал, так как не был с ней знаком. В день дорожно-транспортного происшествия алкоголь не употреблял. Находясь на лечении в г. Чите, ФИО1 приходил в больницу, предлагал помощь, от которой он отказался, так как организация оплатила все операции. О том, что ФИО1 приходил к ФИО5 и предлагал деньги известно со слов последней.

Потерпевшая ФИО4 суду показала, что она работала курьером в локомотивном депо. 17 мая 2016 года ей нужно было отвезти документы в отдел статистики. На дальние расстояния ФИО4 всегда берет машину. Она попросила машину у дежурного по депо, это было примерно в 10 часов утра. Вместе с ней и водителем ФИО2 поехала еще одна сотрудница, которую они высадили около военкомата и поехали в отдел статистики, который находится в налоговой инспекции. ФИО4 сидела в салоне автомобиля, на заднем сиденье. Доехав до отдела статистики, ФИО4 передала документы, и они с водителем поехали обратно. Ехали спокойно, уже почти завернули налево, как услышала удар. Что было дальше потерпевшая не помнит. Когда «пришла в себя» она лежала на дороге, хотела подняться, но у нее торчала кость, бежала кровь, встать не могла. Люди, находившиеся рядом, кричали, чтобы вызвали скорую помощь. ФИО4 помнит, как её загрузили в машину скорой помощи и доставили в приемный покой, где она сказала свои данные. После потерпевшая очнулась только в реанимации. У нее была сломана нога, ключица, поврежден позвоночник. С водителем в момент дорожно-транспортного происшествия она не общалась, так как водитель сидел далеко, кроме того, с ним она была не знакома. Водитель от дороги не отвлекался.

В течение года ФИО4 находилась на больничном. В настоящее время работает оператором. Работать тяжело, так как не может долго сидеть из-за травмы позвоночника: отнимаются ноги, постоянные головные боли, головокружения, на шее опухоль. ФИО4 требуется пожизненное лечение, реабилитация. Также при ДТП ею был получен перелом бедра и ключицы, где в настоящее время установлены металлические конструкции. Первые 8 месяцев после ДТП ФИО4 не ходила, после 9 месяцев передвигалась на костылях, затем с тростью. В настоящее время потерпевшая регулярно принимает обезболивающие препараты, не может согнуться, делать физическую работу, передвигается тяжело, особенно по лестнице.

Когда ФИО4 привезли после операции, в конце июня или начале июля 2016 года, ФИО1 приходил к ней домой, интересовался её самочувствием, извинения не приносил. Также он оставил 50 000 рублей, но ФИО4 сказала, что деньги не нужны от него, и чтобы он оформлял это документально. На что ФИО1 предложил взять эти деньги в долг. Также он предлагал увезти её в г. Москву для дальнейшего лечения, но врачи в г. Чите все необходимые операции уже сделали. Деньги она приняла, но не вернула, так как ФИО1 об этом не просил. За два года он ни разу не позвонил, не спросил о её состоянии. Исковые требования поддерживает.

Анализируя показания потерпевших ФИО2, ФИО4, суд находит их достоверными, подтвержденными материалами дела и согласующимися с доказательствами, представленными сторонами и исследованными судом. Показания указанных лиц стабильны, непротиворечивы на протяжении предварительного и судебного следствия и у суда сомнений не вызывают.

Кроме того, согласно протоколу осмотра места происшествия от 17.05.2016 года, фототаблице и схеме к нему, осмотрен участок дорожно-транспортного происшествия, расположенный на 370 км. автодороги федерального значения «Чита-Забайкальск». Вид происшествия - столкновение транспортных средств в попутном направлении. Вид покрытия проезжей части дороги- асфальт, состояние покрытия - сухое, ровное без выбоин и ям. Ширина проезжей части 6,3 м. Осмотр производился со стороны п. Забайкальска в г. Читу. Ориентиром осмотра служит электроопора №3, установленная с правой стороны. На месте ДТП находятся автомобиля марки «Ауди А», регистрационный знак №, белого цвета вблизи электроопоры №3, автомобиль марки «УАЗ-220694», регистрационный знак №, на дороге, ведущей к железнодорожному мосту. Оба автомобиля имеют повреждения, автомобиль УАЗ находится на крыше кузова, автомобиль Ауди передней частью направлен в сторону г. Читы. К проезжей части примыкают обочины, ширина правой обочины 2,3 м., левой 2,4 м. Расстояние от ориентира до переднего левого колеса автомобиля Ауди 5 м. и 5,4 м., расстояние от ориентира до заднего колеса автомобиля УАЗ составило 12 м., 16,4 м., 3,6 м. Расстояние от заднего колеса автомобиля УАЗ до заднего левого колеса автомобиля Ауди 11,5 м. и 7,8 м. На правой полосе проезжей части дороги обнаружено сиденье от автомобиля УАЗ, расстояние от ориентира до сиденья 4,9 м. и 9,2 м. На левой полосе дороги сообщением «Чита-Забайкальск», со слов участвующего в осмотре водителя автомобиля Ауди ФИО1, установлено место столкновения. Расстояние от места столкновения до ориентира составило 38 м. и 9,5 м. Расстояние от места столкновения до заднего левого колеса автомобиля Ауди составило 31 м. и 3,4 м., расстояние от места столкновения до переднего колеса автомобиля УАЗ 19,8 м. и 8,5 м. Ширина проезжей части дороги, ведущей к железнодорожному мосту составила 6 м. (т. 1 л.д. 7-25).

Указанные транспортные средства признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 190; 222).

Анализируя вышеуказанные письменные доказательства, суд отмечает, что они также подтверждают факт состоявшегося в исследуемые дату, время и в указанном в обвинительном заключении месте дорожно-транспортного происшествия с участием автомобилей марок «Ауди А7» под управлением ФИО1 и «УАЗ-220694-04» под управлением ФИО2

Свидетель ФИО19 суду показала,что ФИО2 приходится ей сыном, который работает водителем на Борзинской автобазе. В мае 2016 года они жили в <адрес>, куда ей позвонила невестка и сообщила о том, что её сын попал в аварию. ФИО2 сказал матери, что в его крови обнаружили алкоголь. ФИО19 пошла к лечащему врачу, спросить про этот анализ, но почему-то этого анализа не оказалось в амбулаторной карте. Потом по постановлению следователя у сына ФИО19 была взята кровь и направлена в Краевой наркологический центр г. Читы, где наличие у ФИО2 алкоголя не подтвердилось. После началась автотехническая экспертиза, в результате которой получалось, что виноват в ДТП сын. В результате ДТП у ФИО2 была сломана рука, нога, до сих пор он проходит лечение. 10 месяцев ФИО2 был нетрудоспособен. Со слов сына, в момент ДТП он ехал с ФИО4, которую возил по работе. Сын рассказывал о том, когда он ехал, других автомобилей не видел. После того, как произошло столкновение, он ничего не помнит, так как был в шоковом состоянии.

Свидетель ФИО20 суду показал, что ФИО2 является ему родным братом. ФИО2 рассказывал, что ехал по <адрес> в <адрес> в залинейную часть города в локомотивное депо. С ним была женщина, он возил ее по работе, она сидела на пассажирском сиденье, на каком именно не знает. На перекрестке ФИО2 включил сигнал поворота налево, посмотрел в зеркало. Когда начал поворачивать, произошел удар. Брат рассказывал, что при повороте вдалеке видел автомобиль Ауди. Удар был сильный, автомобиль под управлением брата перевернуло. У него была сломана нога, рука, проведено две операции, должны сделать третью. ФИО1 помощь ФИО2 не оказывал, приезжал, когда брат уже приехал из больницы. Свидетель ФИО20 вышел, встретил ФИО1, так как брат не ходил еще. ФИО1 сказал, что признает свою вину и готов извиниться, на что свидетель ему ответил, когда брат вылечится, все извинения пусть приносит лично ему. Конкретной помощи ФИО1 не предлагал. Свидетель ФИО20 пояснил, что на месте ДТП изменилась разметка. Сменщик брата ездил по той дороге через несколько дней после ДТП. На данном перекрестке перерисовывалась разметка, а именно сплошную линию разметки сделали прерывистой. Раньше сплошная линия была от поворота на «Горгаз», и шла по всей улице сплошная линия, прерывистая была только на отворот. Сплошная линия разметки шла от поворота на «Горгаз» до перекрестка, это примерно метров 500, может быть 300.

Свидетель ФИО21 суду показала, что она работает в должности фельдшера-лаборанта ГУЗ «Борзинская ЦРБ» с 1977 года. Заведующим КДЛ является ФИО6 Кровь берут в приемном отделении и для исследования в лабораторию приносят только биоматериал. В мае 2016 года у нее была дежурная неделя, делала тесты на алкоголь. Произвести тест на алкоголь на аппарате не могли, так как он не работал. Заведующему ФИО6 она сказала, что произошло ДТП, а тест на алкоголь сделать невозможно, так как аппаратура не работает. ФИО6 сказал достать другой реактив «Этанол-Ольвекс» и сделать тест по этому реактиву. Заправлял реактив сам заведующий. Визуально, в реактиве бихромат, не было алкоголя, так как визуально можно на него посмотреть при боковом освещении, однако результат выдать было невозможно, поскольку аппарат должен подтвердить результат. После ФИО21 достала другой реактив, заведующий сам его заправил в другой аппарат, который стоял в приемном покое, при всех лаборантах, ввел все коды, на пробирках подписал стандарт, контроль. Аппарат выдал алкоголь у одного из потерпевших 1,69 промилле, у другого 0, 79 промилле. Заведующий сказал, чтобы ФИО21 расписывалась в справке, так как была дежурная. Она сначала отказалась, но вынуждена была поставить свою подпись по наставлению заведующего, хотя тест на алкоголь не делала. Без подписи анализ выдавать нельзя. Кровь, которую брали у потерпевших, хранили в холодильнике, так как она не уничтожается, а хранится в холодильнике 3 месяца. Впоследствии эту кровь изъяли и отправили в г. Читу. Результат исследований пришел отрицательный. Неверный анализ, проведенный в приемном покое ГУЗ «Борзинская ЦРБ» был результатом ошибки аппарата.

Свидетель ФИО59. суду показал, что 17 мая 2016 года он шел с речки вдоль трассы, где произошло дорожно-транспортное происшествие. На месте аварии работали сотрудники ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району, делали замеры. Пострадавших на месте аварии не было, их увезла скорая помощь. Женщина - сотрудник полиции, спросила у ФИО60., есть ли у него свободное время, попросила подождать и не уходить с места ДТП. Потом свидетель расписался в документах, представленных ему сотрудниками полиции. Сам момент столкновения ФИО61. не видел, так как находился на речке, в 100 метрах от аварии, однако он слышал скрип тормозов, и понял, что произошло ДТП. Когда свидетель пришел на место происшествия, то увидел автомобиль УАЗ, лежащий на дороге перевернутым, легковой автомобиль стоял, следы торможения на асфальте. В каком именно документе расписывался свидетель не помнит, так как было много документов. ФИО58. пояснил, что цель присутствия, права и обязанности ему не разъясняли, документов, удостоверяющих личность, у него с собой не было. За что и в качестве кого расписывался свидетель не знает, так как сотрудница из ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району сказала, что нужно расписаться и всё. С содержанием документов, схемой ДТП ФИО62 не знакомился, так как у него плохое зрение, на одном глазу-8, а другой вообще не видит. Ранее в 2003 году делали операцию на глаза, после которой зрение ухудшилось. В даль свидетель видит только в очках, а близко нет. Чтобы близко увидеть необходимо снять очки. На месте ДТП ФИО7 присутствовал около 30 минут, после подписания документов ушел с места ДТП.

СвидетельФИО23 суду показал, что 17 мая 2016 года ехал с супругой из г. Борзя в пгт. Шерловая Гора и попал в затор из автомобилей. ФИО23 остановился, увидел, что произошло дорожно-транспортное происшествие, где на дороге стояла белая легковая машина и перевернутая «буханка». Пострадавших на месте ДТП не было. Когда к ФИО23 подошел инспектор ДПС, в руках у него была рулетка, которой он производил замеры. Инспектор попросил ФИО23 расписаться в документах в качестве понятого, а именно в схеме ДТП, предварительно ознакомиться с ней. Протокол осмотра места происшествия не видел, в каких еще документах расписывался свидетель не помнит. Разъясняли ли ему права ФИО23 не помнит. На месте ДТП свидетель находился 10-15 минут, после расписался в документах. Сотрудники ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району открыли дорогу, и они с супругой поехали в сторону пгт. Шерловая Гора. Кроме того, свидетель пояснил о том, что помнит, что перед перекрестком, на котором произошло ДТП, была сплошная полоса.

СвидетельФИО24 суду показал, что 17 мая 2016 года он ехал со стороны военкомата в сторону города. Двигаясь по второстепенной дороге, подъезжая к перекрестку, ФИО24 увидел автомобиль УАЗ, который лежал на крыше кузова, рядом на дороге лежала женщина без сознания, подальше лежал водитель автомобиля УАЗ, примерно в пяти метрах от самого автомобиля. Свидетель остановился, подбежал к автомобилю УАЗ, думал, что нужна помощь другим пассажирам, находящимся в салоне автомобиля УАЗ, но внутри салона никого не было. Водитель УАЗа хотел встать, однако ФИО24 сказал ему, чтобы он лежал, так как у водителя автомобиля УАЗ была сломана нога. Женщина лежала на дороге, ближе к передней части автомобиля. Автомобиль передней частью располагался по направлению в сторону г. Борзи. Задней частью автомобиль УАЗ был повернут в сторону г. Читы. После женщина пришла в себя, у нее зазвонил телефон, ответив на звонок, женщина сказала кому-то, что попала в аварию. Автомобиль Ауди стоял на правой стороне дороги направлением «Чита-Забайкальск». В автомобиле Ауди сидела женщина, когда ФИО24 подошел к ней, она попросила воды, он сходил до кафе «Белые крылья», купил воды и принес ей. Водителя автомобиля Ауди в машине не было, он стоял на дороге, кому-то звонил. Сотрудников ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району и скорой помощи на месте дорожно-транспортного происшествия еще не было. После того как вызвали скорую помощь, она приехала. ФИО24 помог загрузить женщину и сам после этого уехал. На месте ДТП свидетель находился около получаса, где помимо него были другие водители. Таксисты разговаривали между собой об обстоятельствах, произошедшей аварии, свидетель спросил у них, что произошло, но никто ничего пояснить не мог. Кроме того, ФИО24 попытался выяснить о том, что произошло у таксиста, находящегося возле места происшествия, но тот сказал, что ничего не знает, когда он подъехал, авария уже произошла. ФИО24 видел и помнит, как автомобили были расположены относительно друг другу и проезжей части, однако тормозные следы он не видел. Какая была разметка на данном участке дороги свидетель не помнит.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля ФИО24, из которых усматривается следующее. 17 мая 2016 года ФИО24 со специалистом ФИО25 на служебном автомобиле марки «УАЗ», государственный регистрационный знак <***> РУС, приехали в г. Борзя из с. Кондуй по рабочим вопросам. В этот же день утром, примерно с 10 до 11 часов, он совместно с ФИО25, которая находилась в салоне заднего отсека, спиной к дороге, ехали из военкомата на вышеуказанном автомобиле по Северной объездной дороге через железнодорожный мост. Подъезжая к кафе «Белые крылья», которое располагалось справа по ходу движения их автомобиля, примерно в 300 м., ФИО24 увидел, что на проезжей части дороги слева по ходу движения его автомобиля на крыше кузова находится автомобиль УАЗ (санитарка). Они остановились справа вблизи кафе «Белые крылья». Автомобиль марки «УАЗ» (санитарка) находился как бы на перекрестке Северной объездной дороги с поворота дороги, ведущей в п. Забайкальск слева. Легковой автомобиль марки «Ауди» белого цвета находился на правой стороне на обочине по ходу движения из п. Забайкальска в г. Читу. ФИО24 понял, что между данными автомобилями произошло столкновение. На проезжей части дороги примерно в 10-15 метрах от автомобиля УАЗ (санитарка) находилась незнакомая женщина, которая лежала на правом боку, к ней подошла специалист ФИО25 Примерно в 10 метрах от женщины и примерно в 10-15 метрах от автомобиля УАЗ (санитарка) на проезжей части дороги на спине лежал незнакомый мужчина, который пытался встать. Он подошел к мужчине, увидел, что у него сломана нога, сказал, чтобы не вставал. Кто вызвал скорую медицинскую помощь, он не знает. Он понял, что пострадавшие мужчина и женщина из автомобиля УАЗ (санитарка).Затем услышал, что женщина с автомобиля Ауди попросила принести воды. Он сходил в кафе «Белые крылья» за водой, принес её к автомобилю. Воду он подал незнакомой ему женщине, которая сидела на заднем пассажирском сиденье справа, дверь была открыта. Пока они ждали скорую медицинскую помощь, он разговаривал с водителем такси «АТП», то есть с мужчиной в возрасте 30 лет, ростом 180 см., среднего телосложения, имеющего залысину в лобной и височной областях до макушки головы. Данный таксист ему пояснил, что его обогнал водитель автомобиля Ауди, двигаясь по направлению в г. Читу, который затем врезался в автомобиль УАЗ (санитарка), который двигался в попутном направлении, то есть в г. Читу, который стал поворачивать влево. Момент столкновения водитель такси не видел, прибыл на место происшествия позже. Более других подробностей дорожно-транспортного происшествия ФИО24 неизвестны. Когда они с ФИО25 подъехали к месту происшествия, то там уже находился водитель с такси «АТП» на автомобиле Лада Гранта серого или серебристого цвета, точно не помнит, который стоял на правой обочине по ходу движения в г. Читу. ФИО24 и ФИО25 остановились после дорожно-транспортного происшествия вторыми или третьими. С участниками дорожно-транспортного происшествия он не знаком, ранее их не видел (т. 2 л.д. 204-207).

После оглашения показаний свидетеля ФИО24, он подтвердил их достоверность в полном объеме, пояснив, что он в действительности давал такие показания, наличие противоречий в них объяснил давностью исследуемых событий.

Свидетель ФИО26 суду показал, что работал в такси «АТП» на автомобиле Лада Гранта серого цвета в течение 2-3 лет. 17 мая 2016 года он ехал в сторону <...> с пассажирами. В районе между улиц Пушкина-Метелицы его обогнал автомобиль Ауди белого цвета. ФИО26 ехал со скоростью 50-60 км/ч, скорость автомобиля Ауди была больше, с какой именно скоростью двигался автомобиль Ауди свидетель сказать не может. Разметка по всей улице Карла Маркса была сплошная за исключением перекрестков. Свидетель, наблюдая за маневром обгона автомобиля Ауди, понимал, что водитель указанного автомобиля нарушает правила дорожного движения, поскольку пересекает сплошную линию разметки. На каком расстоянии от него автомобиль Ауди пересек сплошную линию ФИО26 сказать не может. Вернулся ли автомобиль Ауди на свою полосу движения после того как обогнал автомобиль ФИО26, свидетель пояснить не может, так как впереди него были еще автомобили. Подъезжая к перекрестку, расположенному в районе кафе «Белые крылья», свидетель увидел аварию с участием автомобиля Ауди, который его обогнал, и автомобиля УАЗ. Сам момент столкновения автомобилей и следы торможения ФИО26 не видел. Так как пассажиры попросили проехать дальше, свидетель был на расстоянии 20-30 метров от места ДТП, на проезжей части лежали мужчина и женщина. Автомобиль УАЗ был перевернут, лежала то ли на боку, то ли на крыше, точно сказать не может, так как не помнит.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 281 УПК РФ, по ходатайству адвоката Юдиной Н.В. оглашены показания свидетеля ФИО26, из которых усматривается следующее. ФИО26 в такси «АТП» водителем работает с 2013 года. С сентября 2015 года он пользуется служебным автомобилем марки Лада Гранд, государственный регистрационный знак №, серого цвета. Данный автомобиль видеорегистратором не оснащен. Он имеет водительское удостоверение категории В, С. Работает ФИО26 с 07 до 20 часов. В мае 2016 года точное число свидетель не помнит, в период времени с 10 до 11 часов он находился на ул. Лазо в г. Борзе возле автобусной остановки, в это время к нему подошли три пассажира, которые попросили отвезти их в пгт. Шерловая Гора, на что ФИО26 согласился. Двигаясь по ул. Карла Маркса по направлению в г.Читу, между улицами Пушкина и Метелицы его обогнал легковой автомобиль белого цвета, марку модель, государственный регистрационный знак не знает, с какой скоростью двигался автомобиль свидетель указать не может, так как стаж вождения маленький с 2013 года, плохо в этом разбирается. Когда водитель автомобиля белого цвета его обогнал, скорость движения автомобиля ФИО26 составляла 50 км/ч. Скорость автомобиля белого цвета была значительно выше. Спустя около 5 минут, с того момента как ФИО26 обогнал автомобиль белого цвета, подъезжая к кафе «Белые крылья», свидетель увидел дорожно-транспортное происшествие с участием данного автомобиля. Автомобиль находился на проезжей части с правой стороны по ходу движения в г. Читу и имел повреждения. Другой автомобиль УАЗ находился слева от его автомобиля на проезжей части при повороте на Северную объездную дорогу через железнодорожный мост, в перевернутом состоянии на крыше. Он понял, что столкновение произошло между данными автомобилями. ФИО26 остановился на правой обочине по ходу движения в г. Читу, не доезжая несколько метров до автомобиля белого цвета. На проезжей части дороги находились пострадавшие мужчина и женщина, с какого они были автомобиля, он не знает, так как к ним не подходил. С места, где остановился ФИО26, было видно, что мужчина пытался встать на ноги. Свидетель и его пассажиры вышли на улицу, но ни он, ни пассажиры от своего автомобиля не отходили. Они постояли на месте около 2-3 минут и поехали дальше в пгт. <адрес>, так как одному из его пассажиров (девушке) стало плохо. На месте аварии находились другие автомобили и люди. После того, как они остановились, стали останавливаться другие транспортные средства. Люди выходили, смотрели и спрашивали о случившемся. Кто конкретно был на месте дорожно-транспортного происшествия из людей и транспортных средств ФИО26 не знает, сказать и описать их не может. Кто в каком автомобиле находился из участников дорожно-транспортного происшествия свидетель не знает, как и людей из легкового автомобиля и с автомобиля УАЗ. Непосредственно самого столкновения между автомобилями свидетель не видел. Кто нарушил правила дорожного движения, в результате чего произошло столкновение он также не знает. После ФИО26 ни у кого по поводу случившегося не спрашивал, так как ему было неинтересно. Фамилии участников дорожно-транспортного происшествия ему не знакомы (т.2 л.д. 208-211).

После оглашения показаний свидетеля ФИО26, он подтвердил их достоверность в полном объеме, пояснив, что он в действительности давал такие показания, наличие противоречий в них объяснил давностью исследуемых событий. На дополнительные вопросы сторон и суда ФИО26 показал, что он увидел ДТП, когда проезжал участок перед отворотом на «Горгаз», который находится в 300-400 метрах до места ДТП. Впереди него ехали машины, поэтому его средняя скорость была 40-50 км/ч.

Свидетель ФИО27 суду показал, что 17 мая 2016 года ему позвонил водитель ФИО2 и сообщил, что на перекрестке возле кафе «Белые крылья» произошло ДТП, что автомобиль УАЗ лежит перевернутый. Свидетель выехал на место ДТП. По приезде ФИО27 на место аварии водителя и его пассажирку автомобиля УАЗ уже увезли в больницу. Автомобиль УАЗ лежал на перекрестке, на боку. Автомобиль Ауди стоял справа на обочине по направлению в сторону г. Читы. Водитель ФИО1 говорил, что произошло столкновение: автомобиль Ауди хотел обогнать автомобиль УАЗ, но последний начал поворачивать налево. Столкновение произошло на встречной полосе для автомобиля Ауди. Судя по повреждениям удар пришелся в заднюю левую часть автомобиля УАЗ. На месте происшествия были сотрудники ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому <адрес>, которые составляли схему ДТП. В дальнейшем при разговоре с водителем ФИО2, ФИО27 выяснил, что ФИО2 начал поворачивать налево и произошел удар. Водитель ФИО1 не говорил, что виноват, но было видно, что водитель автомобиля Ауди пересек сплошную линию разметки. ООО «Ресурс Транс» проводилось расследование по несчастному случаю в отношении водителя ФИО2, по результатам которого составлен Акт о несчастном случае на производстве, вина водителя ФИО2 не установлена. Согласно документам, взятых в ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району, водитель ФИО1 совершил выезд на полосу встречного движения. Вывод о том, что водитель автомобиля Ауди, пересек сплошную линию разметки, свидетель сделал, когда увидел след торможения по приезде на место ДТП. Дополнительно свидетель ФИО27 пояснил, что в ООО «Ресурс Транс» перед выходом на смену водитель проходит медицинское освидетельствование. По инструкции, когда водитель забирает работника, работник должен сесть сзади на пассажирское сиденье, на пассажирском сиденье впереди сидеть запрещено. По результатам служебного расследования установлено, что потерпевшая ФИО4 в момент движения автомобиля УАЗ находилась на пассажирском сиденье сзади, в салоне автомобиля.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 281 УПК РФ, по ходатайству адвоката Юдиной Н.В. оглашены показания свидетеля ФИО27, из которых усматривается следующее. СвидетельФИО27 работает в ООО «РесурсТранс» в должности механика с ДД.ММ.ГГГГ. Автомобиль марки «УАЗ 220694-04», государственный регистрационный знак №, принадлежит ОАО «РЖД». ООО «РесурсТранс» данный автомобиль арендует у собственника. На автомобиле УАЗ совершено дорожно-транспортное происшествие 17 мая 2016 года под управлением их водителя ФИО2 О дорожно-транспортном происшествии свидетель узнал от их работника, который позвонил ему на телефон, от кого именно он не помнит. ФИО27 прибыл на место происшествия, которое находилось возле кафе «Белые крылья» в г. Борзе. На месте происшествия находились сотрудники ДПС и один из водителей, с участием которого было совершено дорожно-транспортное происшествие, это водитель автомобиля марки Ауди ФИО1, которого он знает, но отношения с ним не поддерживает. Водителя ФИО2 и женщину, которая была вместе с ним, отвезли в больницу до его прибытия на место аварии (впоследствии он узнал, что её фамилия ФИО5). Автомобиль УАЗ находился в перевернутом состоянии на крыше кузова на проезжей части дороги на отвороте в сторону моста через железную дорогу. Автомобиль Ауди находился на правой стороне дороги по направлению в г. Читу вблизи электроопоры. ФИО1 ходил на месте дорожно-транспортного происшествия. ФИО27 спросил у него о случившемся, на что ФИО1 пояснил, что двигался на своем автомобиле Ауди, выехал для обгона на встречную полосу и в этот момент автомобиль УАЗ, который двигался в попутном направлении, стал поворачивать влево на Северную объездную дорогу, в результате чего произошло столкновение. На месте происшествия сотрудники составляли схему и протокол. При составлении схемы ДТП сотрудники приглашали ФИО1 в машину ДПС. На месте происшествия свидетель ФИО27 находился до самого завершения процессуальных действий, после ему был выдан автомобиль марки УАЗ под расписку, который на эвакуаторе отвезли на территорию автобазы ООО «РесурсТранс» (т.1 л.д. 204-206).

После оглашения показаний свидетеля ФИО27, он подтвердил их достоверность в полном объеме, пояснив, что он в действительности давал такие показания, наличие противоречий в них объяснил давностью исследуемых событий. На дополнительные вопросы сторон и суда свидетель ФИО27 показал, что следы торможения располагались на встречной полосе дороги в сторону г. Читы. Это были черные следы шин ближе к перекрестку, между кафе «Белые крылья» и перекрестком, длинные, сколько метров не помнит, как они выглядели тоже не помнит. Следы торможения шли вдоль сплошной линии разметки по встречной полосе. До перекрестка идет сплошная линия разметки и рядом по встречной полосе шли следы торможения. Кроме следов на асфальте находились битые стекла. В настоящее время автомобиль УАЗ утилизировали в 2017 году. До утилизации делали осмотр автомобиля.

СвидетельФИО28 суду показал, что работает в должности эксперта отдела безопасности дорожного движения в ФКУ «Упрдор «Забайкалье» с сентября 2013 года. В 2016 году работы по дорожному полотну, по разметке на 370-371 километрах в пределах г. Борзя не проводились. Разметка наносится 2 раза в год. В 2016 году выполнялись работы по обновлению разметки на всем протяжении дороги с помощью разметочной машины, при этом сама разметка не изменяется. Разметка изменяется тогда, когда меняется проект организации дорожного движения. Действующий проект организации дорожного движения на момент исследуемых событий был разработан в 2014 году, в 2016 году изменения в проект не вносились. Согласно ГОСТу перед перекрестками в населенном пункте наносится разметка 1.1 на расстоянии не менее 20 метров; разметка 1.6 наносится перед участком, где запрещен обгон, в населенном пункте, на расстоянии не менее 50 метров; разметка 1.5 наносится на участке, где обгон разрешен. О результатах работ по нанесению разметки составляются соответствующие акты выполненных работ. Если разметка не соответствует ГОСТам и проекту организации дорожного движения, в этом случае выписывается предписание подрядной организации для устранения выявленных нарушений. По состоянию на 17 мая 2016 года по данному участку дороги нарушения не выявлялись.

Свидетель ФИО29 суду показал, что 17 мая 2016 года он выезжал на место ДТП, составлял схему ДТП, на которой отобразил расположение транспортных средств, проезжую часть. На месте ДТП были автомобили УАЗ и Ауди белого цвета. ДТП произошло недалеко от кафе «Белые крылья». На момент прибытия сотрудников ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району потерпевших уже увезли в больницу. Поскольку он составлял схему, он никого не опрашивал. Когда составляется схема ДТП, ее демонстрируют участникам ДТП. На месте ДТП зафиксировал то, что и автомобиль УАЗ, двигаясь по направлению в сторону г. Читы на перекрестке, расположенном в районе кафе «Белые крылья», совершал поворот налево, автомобиль Ауди, совершавший обгон, допустил столкновение с автомобилем УАЗ. Линия разметки перед перекрестком была сплошная. Какое расстояние была сплошная линия от поворота в сторону п. Забайкальска свидетель не помнит. Ближайший перекресток от перекрестка, на котором произошло ДТП, это перекресток улиц Карла Маркса и Луговая, там более 200 метров идет прерывистая линия. При приближении к перекрестку идет сплошная линия разметки. О том, что пояснил ФИО1 при составлении в отношении него протокола об административном правонарушении свидетель не помнит. Протяженность разметки ФИО29 не фиксировалась. На данном участке дороги разметка после ДТП не менялась. Участвовал ли ФИО1 при составлении схемы ДТП свидетель не помнит.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля ФИО29, из которых усматривается следующее. 17 мая 2016 года находился на дежурстве, около 11 часов от оперативного дежурного ОМВД по Борзинскому району ФИО8 поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии в районе кафе «Белые крылья» по ул. Карла Маркса в г. Борзе. Прибыв на место дорожно-транспортного происшествия, свидетель обнаружил, что столкновение произошло между автомобилем УАЗ, государственный регистрационный знак №, и автомобилем Ауди, государственный регистрационный знак № Позже ФИО9 выяснил, что автомобилем УАЗ управлял ФИО2, в салоне автомобиля находился один пассажир, автомобилем Ауди управлял ФИО1, в салоне автомобиля находилось два пассажира. На месте дорожно-транспортного происшествия автомобиль УАЗ находился в перевернутом состоянии на крыше кузова на перекрестке, ведущем на Северную объездную дорогу через железную дорогу, автомобиль Ауди находился передней частью на обочине, задней на проезжей части дороги справа по направлению в сторону г. Читы возле электроопоры. Оба автомобиля имели повреждения. У автомобиля Ауди деформирован капот, передний бампер, разбиты фары, решетка радиатора. У автомобиля УАЗ повреждены задние двери, имелась вмятина кузова за левым задним колесом (как бы углом). Также на месте происшествия были обнаружены сиденья от автомобиля УАЗ, осколки и обломки от частей автомобиля. Когда свидетель прибыл на место происшествия, то на месте был только водитель автомобиля Ауди ФИО1, остальных участников дорожно- транспортного происшествия доставили в больницу. Свидетель ФИО29 и другие сотрудники полиции пригласили двух понятых, после чего свидетель приступил к составлению схемы ДТП, следователь ФИО31 стала составлять протокол осмотра места происшествия. Ориентиром осмотра являлась электроопора №3 вблизи, которой располагался автомобиль Ауди. Место столкновения было установлено со слов водителя ФИО1 и находилось на проезжей части дороги на левой полосе по направлению в г. Читу. Место столкновения было привязано к электроопоре №3 и составляло 38 м. и 9,5 м. под прямым углом. Водитель ФИО1 пояснил, что он ехал на своем автомобиле Ауди с женой и сестрой по направлению в г. Читу и выехал на встречную полосу для обгона. В попутном направлении следовал автомобиль УАЗ, который стал поворачивать влево на Северную объездную дорогу, в результате чего произошло столкновение. При этом ФИО1 указал на проезжей части дороги место, где он пересек сплошную линию для выезда на встречную полосу для обгона. На схеме места дорожно-транспортного происшествия выезд на встречную полосу для обгона он указал красным стержнем шариковой ручки, то есть направление движения автомобиля Ауди под управлением водителя ФИО1, то есть пересечение сплошной линии дорожной горизонтальной разметки 1.1. на проезжей части дороги, что Правилами дорожного движения пересекать запрещено. Далее ФИО29 составил схему, участники осмотра - понятые и водитель автомобиля Ауди ФИО1 ознакомились со схемой и расписались в ней. После ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 30 минут ФИО29 составлен протокол <адрес> об административном правонарушении в отношении водителя ФИО1 - участника дорожно-транспортного происшествия, который двигался на автомобиле Ауди, государственный регистрационный знак №, в нарушение ПДД РФ совершил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. По поводу своих действий ФИО1 пояснил: «думал, не создаст помех». ФИО1 с данным протоколом был ознакомлен, расписался, замечаний не имел (т. 2 л.д. 247-249).

После оглашения показаний свидетеля ФИО29, он подтвердил их достоверность в полном объеме, пояснив, что он в действительности давал такие показания, наличие противоречий в них объяснил давностью исследуемых событий. На дополнительные вопросы сторон и суда свидетель ФИО29 показал, что он демонстрировал схему ДТП тем, кто участвовал при ее составлении. В случае несогласия со схемой ДТП участники дорожно-транспортной ситуации могут написать замечания, выразить свое несогласие. При демонстрации схемы ДТП участникам замечаний от них не поступило. Подписью в схеме ДТП отображается согласие водителя со схемой, в случае, если он не согласен, водитель мог написать «не согласен», но сама подпись свидетельствует о том, что он был согласен со схемой.

Свидетель ФИО32 суду показал, что 17 мая 2016 года исполнял обязанности начальника ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району. В первой половине дня на федеральной автодороге на 371 километре произошло столкновение автомобилей Ауди и УАЗ: автомобиль УАЗ поворачивал на перекрестке, расположенном в районе кафе «Белые крылья» налево, а автомобиль Ауди двигался в сторону г. Читы. На место ДТП свидетель выезжал лично. По прибытию на место ДТП свидетель увидел, что автомобиль Ауди стоял на обочине справа, а УАЗ на перекрестке. На асфальте от автомобиля Ауди в результате столкновения образовался скол. ФИО32 дождался инспекторов ДПС ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району, которые по приезде начали составлять схему и собирать материалы. С первоначальными данными он уехал в ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району. Оба участника ДТП были на месте происшествия, пострадавшую женщину увезли на машине скорой помощи. К потерпевшим свидетель подходил, женщина находилась в машине скорой помощи, запах алкоголя от нее не исходил. Где находился мужчина, водитель автомобиля УАЗ, ФИО32 не помнит.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО32 вынесено постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. Как происходило вынесение постановления, заочно или лично, с участием ФИО1 или нет свидетель пояснить не может. Однако помнит, что с нарушением водитель ФИО1 был согласен еще при составлении схемы ДТП. Нарушение в действиях водителя автомобиля Ауди заключалось в выезде на полосу встречного движения. Со слов ФИО1 установили, что он пересек сплошную линию разметки, также это было указано в схеме ДТП, но точно данное обстоятельство не помнит.

Свидетель ФИО33 суду показала, что работает в должности инспектора по пропаганде безопасности дорожного движения ОМВД России по Борзинскому району. В настоящее время она не помнит изымал ли следователь протокол об административном правонарушении. На место ДТП свидетель не выезжала. ФИО33 отбирала объяснения у пассажиров из автомобиля Ауди, когда их доставили в больницу, где они пояснили, что поехали в пгт. Шерловая Гора, более точно их объяснения свидетель не помнит. В показания пассажиров автомобиля Ауди были записано всё то, о чем они рассказывали, предварительно свидетелем были разъяснены права. После ФИО33 предложила им ознакомиться с объяснениями и расписаться.

В связи с существенными противоречиями, в порядке ст. 281 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля ФИО34, из которых усматривается, что она является инспектором по пропаганде безопасности дорожного движения ОМВД России по Борзинскому району. 17 мая 2016 года в отношении ФИО1 инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Борзинскому району ФИО29 составлен протокол <адрес> об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. 19 мая 2017 года врио начальника ОГИБДД ОИВД России по Борзинскому району ФИО32 в отношении ФИО1 вынесено постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. 27 апреля 217 года начальником УГИБДД России по Забайкальскому краю ФИО10 отменено постановление, вынесенное 19 мая 2016 года в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. Находясь в служебной командировке 27 апреля 2017 года в <адрес>, ФИО33 получила указанные документы, которые хранятся в ее служебном кабинете (т. 3 л.д. 35-37).

После оглашения показаний свидетеля ФИО34, она подтвердила их достоверность в полном объеме, пояснив, что она в действительности давала такие показания, наличие противоречий в них объяснила давностью исследуемых событий.

Из оглашенных в судебном заседании, в порядке ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля ФИО18 следует, что в г. Борзю она приехала вместе с женихом ФИО1 для заключения брака. Она является гражданкой Армении. ДД.ММ.ГГГГ они заключили брак с ФИО1, и она является его официальной женой, проживает вместе с ним, там же и прописана. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов 20 минут она с ФИО1, его сестрой ФИО64 на автомобиле марки «Ауди А7» отъехали от дома по ул. Лазо, направились в сторону пгт. Шерловая Гора. ФИО18 сидела на переднем пассажирском сиденье, ФИО1 управлял автомобилем, Тагуи сидела на заднем сиденье. Ранее в г. Борзе она никогда не была, поэтому название улиц она не знает и плохо ориентируется. Название улиц и других населенных пунктов знает от мужа. 17 мая 2016 года около 10 часов 30 минут произошло дорожно-транспортное происшествие. После случившегося она от мужа узнала, что данное происшествие произошло возле кафе «Белые крылья». Они двигались в районе указанного кафе, с какой скоростью она сказать не может, так как водить автомобиль не умеет за рулем никогда ни сидела, поэтому определить скорость не может. Впереди них двигался автомобиль марки УАЗ («санитарка»), с какой скоростью также указать не может. Какое расстояние было между автомашинами, ФИО18 не помнит, особо за дорогой не следила. Вдруг впереди идущий автомобиль УАЗ стал резко поворачивать влево, прямо перед ними, при этом не включил указатель поворота, и они столкнулись с данным автомобилем. От удара в их автомашине сработали подушки безопасности, что происходило далее, она не видела. При ударе она ударилась о подушку безопасности спинкой носа и повредила обе ноги, сознание не теряла. После того как она вышла из автомашины то увидела в другой автомашине, с которой произошло столкновение люди живы, после чего села обратно в автомашину на заднее сиденье, так как у нее из носа бежала кровь, и она не могла стоять. Спустя некоторое время к месту происшествия приехали две бригады скорой медицинской помощи, которые забрали двух пострадавших лиц с автомашины УАЗ. Её и ФИО65 отвезли в больницу знакомые супруга. В больнице ее осмотрели, сделали снимки, обработали раны и отпустили домой, на стационарном лечении она не находилась (т. 1 л.д. 74-79).

Из оглашенных в судебном заседании, в порядке ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля ФИО17 следует, что она в г. Борзю приехала в сентябре 2011 года, с этого же времени там и проживает, в 2014 году получила гражданство РФ. 17 мая 2016 года около 10 часов 20 минут она вместе с родным братом ФИО1 и его женой ФИО67 на автомобиле марки «Ауди А7» выехали от дома по ул. Лазо, направились в сторону пгт. Шерловая Гора. За рулем находился брат, ФИО66 сидела на переднем пассажирском сиденье, она находилась на заднем сиденье за пассажирским сиденьем. Они двигались в районе кафе «Белые крылья» около 10 часов 30 минут, с какой скоростью сказать не может, так как водить автомобиль не умеет, предполагает, что с разрешенной, то есть с такой с которой они ездят всегда по городу, так как она неоднократно ездила с братом. Впереди них двигался автомобиль марки УАЗ, на государственный регистрационный знак не обратила внимание. Скорость данного автомобиля указать также не может. Она особо за дорогой не следила. Впереди идущий автомобиль УАЗ стал резко поворачивать влево, прямо перед ними, при этом не включил указатель поворота, в результате чего произошло столкновение с данным автомобилем. От удара в их автомашине сработали подушки безопасности, и ей было не видно происходящего на улице. После столкновения их автомобиль проехал некоторое расстояние и остановился. Они из автомашины вышли втроем. Брат подошел к автомашине УАЗ, в которой все были живы. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО68 разбила нос и повредила ноги. Спустя некоторое время приехали две бригады скорой медицинской помощи, забрали пострадавших с той автомашины. Её и ФИО69 до больницы довезли знакомые (т. 1 л.д. 80-84).

Из оглашенных в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО36 следует, что он работает в ООО «РесурсТранс» в должности контролера технического состояния автомобилей с ДД.ММ.ГГГГ. Их организация занимается перевозкой людей к месту работы и перевозками груза по заявкам с железной дороги. В его обязанности входит осмотр и контроль транспортных средств, их техническое состояние, выявление неисправностей и тому подобное. В организации 4 контролера. Работает он посменно по 12 часов. В организации около 100 единиц техники. 16 мая 2016 года в 20 часов он заступил на смену до 08 часов 17 мая 2016 года. Перед выездом на линии, в период с 05 часов 45 минут до 06 часов он осмотрел техническое состояние служебного автомобиля марки «УАЗ 220694-04», государственный регистрационный знак №. Данный автомобиль находился в технически исправном состоянии и был готов к эксплуатации, о чем он сделал соответствующую запись в путевом листе. Перед выпуском автомобиль не эксплуатировался. После осмотра автомобиля водитель ФИО2 на данном автомобиле приступил к работе. В 08 часов утра 17 мая 2016 года он сменился и ушел отдыхать домой. 17 мая 2016 года около 11 часов он от своих коллег узнал, что ФИО2 на своем служебном автомобиле в районе кафе «Белые крылья» в г. Борзе попал в аварию, столкнулся с легковым автомобилем. Он приехал на место дорожно-транспортного происшествия, там находились сотрудники полиции, которые оформляли дорожно-транспортное происшествие. Он увидел автомобиль их организации марки «УАЗ 220694-04», государственный регистрационный знак №. Автомобиль находился в перевернутом состоянии на крыше кузова. ФИО2, на месте происшествия не было. От присутствующих на месте происшествия людей он услышал, что водитель ФИО2 на вышеуказанном автомобиле УАЗ двигался по ул. Карла Маркса по направлению в г. Читу, стал поворачивать налево на объездную дорогу через железнодорожный мост, водитель легкового автомобиля Ауди совершал обгон автомобиля под управлением ФИО2, в результате чего они столкнулись. На месте дорожно-транспортного происшествия он также видел автомобиль Ауди белого цвета, который находился ближе к правой обочине по направлению в г. Читу. На месте происшествия он пробыл около 15 минут, после уехал (т. 1 л.д. 168-170).

Свидетель ФИО37 суду показал, что 17.05.2016 года ему нужно было ехать в г. Читу, он заехал в ЭЧ-5 (энергоучасток), поехал домой, чтобы взять вещи. Когда он ехал из ЭЧ-5 по второстепенной дороге со стороны виадука на автомобиле КАМАЗ в сторону улицы Карла Маркса, то увидел, что на перекрестке лежал автомобиль УАЗ. По направлению движения в сторону пгт. Шерловая Гора, справа на обочине, стоял белый автомобиль. ФИО37 остановился, увидел, что впереди автомобиля лежит женщина и водитель. Автомобиль УАЗ ФИО37 сразу узнал, так как он из их организации. Женщина не двигалась, а водитель ФИО2 пытался встать, но он ему не давал вставать до приезда скорой помощи. Когда скорая помощь приехала, женщину погрузили в автомобиль скорой помощи, ФИО2 врач поставила укол. По приезде второго автомобиля скорой помощи ФИО2 положили на носилки и погрузили в скорую. После ФИО37 подошел к автомобилю УАЗ, выключил массу, потому что аккумулятор висел на проводах, неподалеку от автомобиля УАЗ лежало его сиденье. Работал ли световой сигнал свидетель не помнит. Автомобиль Ауди стояла на главной дороге по направлению в сторону г. Читы, автомобиль УАЗ лежал на второстепенной дороге. От отворота на «Горгаз» до середины поворота была сплошная разметка, так как, поехав в город, ФИО37 обратил внимание на разметку. Водитель ФИО1 стоял возле автомобиля Ауди, звонил кому-то по телефону. После к автомобилю Ауди подъехала красная машина. Из автомобиля Ауди вышла женщина, с пассажирского сиденья с левой стороны, платком держала лицо, она пересела в красную машину и уехала. ФИО37 находился на месте ДТП около 15-20 минут. ФИО1 помощь оказать не пытался, он все это время стоял возле своей машины, разговаривал по телефону.

Свидетель ФИО38 суду показал, что работает в ООО «РесурсТранс» с 2015 года. На автомобиле, который попал в ДТП, он также работает посменно. В ночь с 16.05.2016 на 17.05.2016 ФИО38 находился на работе, а в день, ДД.ММ.ГГГГ его сменил ФИО2 Автомобиль УАЗ после его смены находился в исправном состоянии. Свидетель сообщил, что 17.05.2016 на дороге от отворота на «Горгаз» и до перекрестка шла сплошная линия разметки. После аварии, где-то через 5 дней, разметку перерисовали. По факту ДТП ему известно, что автомобиль УАЗ попал в ДТП. Подробностей аварии ФИО38 не знает, так как на месте ДТП не был. Пассажиров на служебном автомобиле УАЗ перевозятся в салоне, по числу сидячих мест, в связи с безопасностью.

Свидетель ФИО39 суду показал, что работает в должности начальника юридического отдела ФКУ «Упрдор «Забайкалье», проект организации дорожного движения утвержден всеми инстанциями в конце 2014 года. Последнее нанесение разметки перед ДТП было 17 сентября 2015 года. Разметки всегда наносятся согласно проекту организации дорожного движения. Другой разметки, на момент произошедшего ДТП, быть не могла. Разметка, в рамках содержания, проверяется постоянно. Наносится она 2 раза в год по условиям контракта, об этом имеются акты выполненных работ и рабочие журналы. 06 июня 2016 года наносилась разметка, километраж 361 и 389, то есть, в 2016 году работы шли от г. Читы в сторону п. Забайкальска. Как правило, подрядчик 1 раз в месяц сдает эти работы, составляется акт выполненных работ. Специалисты выезжают, проверяют качество нанесения разметки, качество краски, термопластика. После подписывается акт выполненных работ. Проекты организации дорожного движения меняются, когда вносятся изменения, например, когда выполняется капитальный ремонт, благоустройство, расширяются участки дороги и так далее. Два раза в год дорогу проверяет РосДорТехнология (Хабаровский филиал), проверяет по содержанию дорог. Если бы были какие-то ошибки при нанесении разметки, РосДорТехнология написали бы нам замечания в своем акте, что разметка не соответствует проекту организации дорожного движения. По разметке исследуемого участка дороги замечаний у РосДорТехнология никогда не было, в адрес ФКУ «Упрдор «Забайкалье» не направлялись. 17 сентября 2015 года было последнее нанесение перед ДТП, а после ДТП 06 июня 2016 года. Разметка с 17.09.2015 по 06.06.2016 не изменилась.

Анализируя показания вышеперечисленных свидетелей, суд находит их достоверными, допустимыми доказательствами по делу, в целом соответствующими обстоятельствам исследуемых событий, а именно показания вышеперечисленных свидетелей подтверждают дату, место и время исследуемых событий. В целом свидетели пояснили лишь те обстоятельства, очевидцами которых они явились, и которые стали им известны в исследуемую дату. Свидетели давали показания, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и не доверять их показаниям, у суда оснований нет.

Оценивая совокупность показаний вышеперечисленных свидетелей, судом установлено, что прямые очевидцы совершенного ДТП в данном случае отсутствуют. Все свидетели, допрошенные судом, обозревали дорожно-транспортное происшествие уже после его совершения. Непосредственное столкновение автомобилей никто из вышеперечисленных лиц не видел. Вместе с тем, последствия ДТП и расположение автомашин непосредственно после их столкновения, а также свидетельские показания подтверждаются протоколами осмотра места происшествия и не находятся в противоречии с ними и с иными доказательствами, представленными стороной обвинения.

Вместе с тем, показания свидетеля ФИО40 в части нахождения ФИО2 и ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения в дату и время исследуемых событий судом не могут быть учтены как достоверные, поскольку результаты проводимых исследований в ГУЗ «Борзинская ЦРБ» опровергаются справкой о результатах химико-токсикологических исследований лаборатории ГУЗ «Краевой наркологический диспансер» и актами медицинского освидетельствования, согласно которым состояние опьянения у ФИО2 и ФИО4 не установлено.

Также суд относится критически к показаниям свидетелей ФИО18 и ФИО17 в части их утверждений о не включении водителем автомобиля марки «УАЗ 220694-04» ФИО2 левого сигнала поворота, поскольку суд учитывает месторасположение указанных свидетелей в автомобиле марки «Ауди А7» на момент исследуемых событий, отсутствие в уголовном деле сведений о видимости дороги и изменения обзора с мест указанных пассажиров, находящихся в движущемся автомобиле под управлением подсудимого.

Дополнительно суд отмечает, что в части показания свидетелей ФИО18 и ФИО17 имеют противоречия. Так, свидетель ФИО18, указывая в своих показаниях о том, что «водить автомобиль она не умеет, за рулем никогда ни сидела, особо за дорогой не следила», однако заметила, что сигнал поворота водителем автомобиля УАЗ при осуществлении маневра - поворота налево, не был подан. Свидетель ФИО17, также указывает об отсутствии опыта вождения транспортными средствами, о том, что перед столкновением она «не следила за дорогой», однако в своих показаниях свидетель утверждает об отсутствии сигнала поворота налево со стороны движущегося автомобиля УАЗ. Данные показания вызывают у суда сомнения в их объективности и достоверности.

Кроме того, суд отмечает, что свидетели ФИО18 и ФИО17 являются близкими родственниками подсудимого ФИО1, их позиция избрана с целью помочь подсудимому избежать ответственности.

При этом, оценивая показания свидетелей ФИО29, ФИО32, ФИО26, данные ими в ходе судебного следствия по делу, суд берет их за основу приговора. Указанный вывод суда основан на том, что из показаний данных свидетелей следует, что ФИО1 17 мая 2016 года, управляя автомобилем марки «Ауди А7», двигался по автомобильной дороге федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск-граница с КНР» в сторону г. Читы. На 371 км. указанной автомобильной дороги ФИО1 выехал на полосу, предназначенную для движения по встречному направлению на участке дороги, где нанесена сплошная линия горизонтальной разметки 1.1 между полосами движения. При этом, выполняя маневр обгона, ФИО1 пересек указанную линию разметки 1.1, продолжая двигаться вдоль неё, совершил столкновение с автомобилем марки «УАЗ 220694-04» с находящимся в салоне автомобиля пассажиром ФИО4, под управлением ФИО2, выполняющего маневр поворот налево на дорогу, ведущую в п. Соловьевск.

При этом, из показаний свидетелей ФИО29, ФИО32 следует, что ФИО1 со схемой дорожно-транспортного происшествия и фактом выезда на встречную полосу в нарушения ПДД РФ был согласен.

Помимо изложенного, в ходе предварительного следствия по делу, проведены ряд автотехнических экспертиз, из выводов которых усматривается следующее.

Так, согласно заключению автотехнической экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ года Экспертно-криминалистического центра УМВД РФ по Забайкальскому краю, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля марки «УАЗ-220694-04» следовало руководствоваться требованиям п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения РФ. Водителю автомобиля «Ауди А7» следовало руководствоваться требованиями п. 1.3 (Раздел 1. Приложение 2 ПДД), 11.2 Правил дорожного движения РФ.

Водитель автомобиля марки «Ауди А7» ФИО1, двигаясь со скоростью 50-60 км/ч. на сухом асфальтовом покрытии горизонтального профиля, не имел технической возможности предотвратить столкновение, в случае возникновения опасности в момент начала поворота налево водителем автомобиля марки «УАЗ -220694-04» при заданных исходных. С технической точки зрения вопрос о наличии либо отсутствии технической возможности предотвратить столкновение путем применения торможения водителем автомобиля «Ауди А7» не имеет смысла в данной дорожно-транспортной ситуации, поскольку водитель не обладал приоритетом в движении. Действия водителя автомобиля «Ауди А7» не соответствовали требованиям п. 11.2 Правил дорожного движения РФ, а также требованиям п. 1.3 и Приложения 2 ПДД РФ в части соблюдения дорожной разметки, равно как и находились в причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием.

Действия автомобиля марки «УАЗ -220694», выразившиеся в том, что не убедился в безопасности движения при выполнении не соответствовали требованиям п. 8.1, 8.2 Правил дорожного движения РФ, равно как и находились в причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием (т.1 л.д.. 232-238).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО41 суду показала, что выводы вышеуказанной экспертизы подтверждает в полном объеме, дополнить их не желает. При этом разъяснила, что при проведении экспертизы в ее распоряжение были представлены материалы уголовного дела, которые, на момент назначения экспертизы, имелись в полном объеме. Для производства экспертизы представленных сведений было достаточно. Исходные данные, которые предоставлены, были использованы при расчетах и легли в основу выводов и заключения. В ходе экспертного исследования изучены фотоснимки, имеющиеся в материалах дела, непосредственный осмотр транспортных средств не производился.

Выводы в отношении водителя автомобиля УАЗ о несоответствии его действий требованиям п. 8.1 и п. 8.2 ПДД РФ и о наличии в них причинной связи с наступившим дорожно-транспортном происшествии основаны на том, что при выполнении маневра водитель автомобиля УАЗ должен был убедиться в безопасности, не только в отсутствии автомобилей, движущихся по его полосе движения, но и по проезжей части, поскольку правилами дорожного движения предусмотрены исключительные случаи, когда ряд транспортных средств имеет право двигаться в нарушение разметки, то есть по встречной полосе. Это обязывает водителя к тому, чтобы наблюдать полную проезжую часть для своего совершения маневра.

Момент начала маневра водителя ФИО2 был установлен следствием. Все посекундные параметры также были заданы следствием. Версия водителя ФИО2 о том, что маневр был завершен, что водитель принял решение для совершения маневра и начал его осуществление, подтверждают, что водитель автомобиля УАЗ не был убежден в безопасности. То есть, он не предпринял меры к соблюдению безопасности, как перед началом маневра, так и в процессе его осуществления.

Водитель должен убедиться в том, что, проезжая часть свободна для выполнения маневра и не будет помех ни ему, ни другим участникам. Если автомобиль совершает маневр, при этом происходит контакт с другими транспортными средствами, то автоматически это подтверждает то, что полоса не была свободна для его маневра, соответственно, водитель не убедился в том, что полоса свободна, либо неправильно оценил эту обстановку.

Если произошел контакт транспортных средств, значит, не было расстояние достаточно для того, чтобы завершить маневр. Если на полосе следования по траектории движения автомобиля УАЗ также перемещался иной автомобиль, с которым произошел контакт, значит, полоса не была свободна, этот маневр не был безопасен. В случае безопасности они бы разъехались.

От того, кто первый начал выполнять маневр, в данном случае, зависит становление всей дорожно-транспортной ситуации. Для определения того, кто первый начал выполнять маневр, производились расчеты. Согласно расчетам установлено, что автомобиль Ауди начал обгонять транспортное средство УАЗ, который уже подал сигнал поворота. То есть, к моменту, когда автомобиль Ауди осуществляет перестроение, то есть граничит со своей полосой движения, автомобиль УАЗ уже подал сигнал поворота. Согласно правилам, обгон того транспортного средства, который подал сигнал поворота, запрещен. То есть, тот, кто первый начал осуществлять маневр, в данном случае, при рассмотрении всей ситуации в целом играет большую роль. В данном случае выполнение маневра автомобилем УАЗ необходимо считать с того момента, как он подал сигнал поворота. УАЗ включил поворот и только после этого Ауди совершила маневр в виде выезда на полосу встречного движения. Для рассмотрения всей ситуации в целом, согласно правилам о том, когда обязательное включение поворота дает некое преимущество, рассматривался маневр с начала включения поворота. То есть, это рассматривалось для определения, кто имеет преимущество в данной ситуации. В то же время, делая вывод по п. 8.1 ПДД о том, что маневр небезопасен, рассматривалась именно техническая сторона маневра, то есть, момент выполнения самого поворота, самого перестроения автомобиля, поскольку включение указателя поворота не свидетельствует о каком-либо перестроении. Включают сигнал поворота заранее. Вывод о том, что маневр был небезопасен, основывается на выполнении самого перестроения, которое было небезопасным.

Очередность того, что нужно сделать водителю сначала, включить поворот, потом убедиться в безопасности маневра или сначала убедиться в безопасности маневра, а потом включить поворот правилах дорожного движения не оговорена. Эксперт ФИО41 считает, что водитель включает указатель поворота, когда он предупреждает остальных участников движения о том, что он будет совершать маневр. И уже при принятии решения к какому-нибудь перестроению, как раз после включения поворота водитель должен оценить дорожную обстановку. И либо принять решение о завершении маневра, либо уступить дорогу. В том числе, не запрещена возможность отказа от выполнения маневра. В правилах конкретно не оговорена очередность этих действий, но при этом это должно быть безопасно для всех участников движения. То есть, согласно правилам, водитель должен предупредить всех участников дорожного движения о том, что он планирует совершить маневр, включив сигнал поворота. При этом, это не дает ему преимущества.

Расстояние 250 метров - это расстояние, с которого водитель обнаруживает позади себя иной автомобиль. Данные сведения не используются при исследовании действий водителя автомобиля УАЗ, потому что это расстояние задано, как момент обнаружения автомобиля Ауди. То есть, здесь еще не идет речь о маневре автомобиля УАЗ. Расстояние 67 метров и время с момента включения указателя поворота, эти данные заданы следствием путем производства дополнительных следственных действий.

250 метров задано как расстояние, на котором водитель автомобиля УАЗ обнаружил сзади себя автомобиль белого цвета. Не было указано, что автомобиль был на полосе встречного движения. Рассчитывали расстояние, которое конкретно характеризует движение Ауди с момента пересечения линии разметки, которое и составило 67 метров. То есть, это расстояние использовали для определения времени, которое Ауди затратило от момента перестроения до момента столкновения. Это время составило 7 секунд. Это конкретно характеризовало момент перестроения автомобиля, с отметки в 250 метров. О том, что этот автомобиль был на полосе встречного движения, указано не было. Более того, в случае, если автомобиль Ауди находился на полосе встречного движения на расстоянии 250 метров, а может быть даже более, то 67 метров это расстояние, которое конкретно указано с момента перестроения. Получается, что после того, как он на расстоянии 250 метров был на полосе встречного движения, он имел возможность вернуться на свою полосу движения.

Противоречия в исходных данных при производстве экспертного исследования не обнаружены, поскольку в исходных данных скорость движения автомобиля УАЗ до столкновения составляла 50-60 км/ч, в момент столкновения 17-18 км/ч. Далее идет уточнение по включению указателя маневра поворота: с начала включения маневра поворота до момента столкновения 17-18 км/ч, расстояние от точки включения до начала маневра 67 метров. То есть, 67 метров, это не расстояние выполнения маневра поворота, а расстояние, которое преодолевает автомобиль УАЗ с момента включения поворота до момента начала самого поворота. В случае, если бы это расстояние, как нам задано, на тот момент оказался со скоростью намного больше, чем 60 км/ч, то он двигался бы с иным временем, которое требует подсчета.

Знаки дорожные и линии горизонтальной дорожной разметки в данном случае никаких противоречий не имеют. Знак «главная дорога» не предписывает к обгону. Несмотря на то, что рассматриваемый перекресток является нерегулируемым и по п. 11.4 ПДД РФ обгон запрещен только на нерегулируемом перекрестке при передвижении по второстепенной дороге, это не предписывает обгон по передвижению по главной дороге. Линия горизонтальной разметки уточняет ситуацию, она запрещает обгон. То есть, противоречий здесь не имеется. Разметку 1.1 пересекать запрещается в любом случае, исключение составляет только отдельная категория транспортных средств. Знак «главная дорога» приоритета над дорожной разметкой в рассматриваемой ситуации не имеет места, они друг от друга не зависят, друг другу не противоречат, поскольку знак главной дороги - это знак приоритета, это не предписывающий знак, он определяет право преимущественного проезда перекрестка. Пункт 11.4 ПДД РФ описывает конкретную ситуацию, в случае движения транспортных средств по второстепенной дороге, рассматривает именно конкретную узкую ситуацию. Указанное требование в п. 11.4 ПДД РФ никак не распространяется на ситуацию движения автомобилей по главной дороге. Именно поэтому, при движении по главной дороге, при преодолении нерегулируемого перекрестка водитель никоим образом не руководствуется данным пунктом, водитель руководствуется дорожной разметкой.

Из оглашенных показаний эксперта ФИО50, данных им в ходе предварительного следствия, усматривается, чтопри производстве экспертизы им и экспертом ФИО41, водителю автомобиля Ауди было вменено одно из несоответствий требованиям горизонтальной разметки 1.1. Приложения № 2 Правил дорожного движения РФ, поскольку требование горизонтальной разметки 1.1 запрещает пересекать данную линию разметки справа, то есть правее горизонтальной разметки 1.1, кроме того если перед горизонтальной разметкой 1.1 имеется горизонтальная разметка 1.6, которая в свою очередь информирует водителя о приближении к горизонтальной разметки 1.1. и соблюдая требование горизонтальной разметки 1.6, водитель транспортного средства должен был прекратить маневр обгона и вернуться на свою полосу движения. Горизонтальная разметка 1.1 наносится для обозначения опасного участка дороги, то есть для обеспечения безопасности движения. (т. 4 л.д. 97-98)

Согласно заключению повторной автотехнической экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ года ФБУ «Читинская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «Ауди 7» ФИО1, выполняя обгон попутного транспортного средства, должен был руководствоваться требованиями п. 1.5, 11.1 и 10.1 ПДД РФ, горизонтальной разметки 1.1. Водитель автомобиля «УАЗ 220694-04» ФИО2 должен был руководствоваться требованиями п.8.1 ПДД РФ.

Действия водителя транспортного средства «Ауди7», выразившиеся в непринятии своевременных мер к снижению скорости либо ещё до начала обгона для обеспечения необходимой дистанции до движущегося впереди транспортного средства, либо в процессе обгона - для возвращения на свою сторону проезжей части без обгона, не соответствуют требованиям п. 1.5, 11.1 и 10.1 ПДД РФ и с технической точки зрения находятся в причинной связи со столкновением. В действиях водителя автомобиля «УАЗ 220694-04» несоответствий требованиям п. 8., 11.3 ПДД РФ не усматривается.

Определить скорости движения автомобилей «Ауди А7» под управлением ФИО1 и «УАЗ 220694-04» под управлением ФИО2 до столкновения с учетом полученных телесных повреждений потерпевшими ФИО4 и ФИО2 с достаточной категоричностью не представилось возможным.

Также эксперту не представилось возможным оценить действия водителя ФИО2 с точки зрения их соответствия требованию пункта 8.2 ПДД РФ, касающегося подачи сигнала поворота, в связи с противоречивостью данных по уголовному делу о факте включения водителем автомобиля «УАЗ 220694-04» сигнала левого поворота.

Действия водителя транспортного средства «Ауди7» ФИО1 не соответствовали требованиям п. 1.5,11.1 и 10.1 ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля «УАЗ 220694-04» несоответствий требованиям п. 8.1 ПДД РФ не усматривается.

При правильной оценке недостаточности расстояния для обгона и отказе от манёвра обгона с выездом на сторону встречного движения через прерывистую осевую линию 1.5 или линию приближения 1.6, то есть при выполнении требования п. 11.1 ПДД РФ, у водителя автомобиля «Ауди А7» была техническая возможность исключить возникшую опасную ситуацию на стороне встречного движения (т. 2 л.д.115-127).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО42 суду показал, чтовыводы вышеуказанной экспертизы подтверждает в полном объеме, дополнить их не желает. При этом разъяснил, что правила обязывают одного из участников уступать дорогу другим участникам движения. Не может быть так, чтобы Правила возлагали обязанность на двух участников, чтобы они друг перед другом составляли преимущество: действия одного водителя не соответствуют п. 11.1 ПДД РФ, и он должен был прекратить обгон, а второй должен был прекратить маневр, тогда получается абсурдная ситуация, оба водителя должны будут остановиться, встать и ждать, кто из них первый проедет. Существует методическое письмо «Частный случай неправомерности применения положений п. 8.1 ПДД в экспертной практике при исследовании обстоятельств ДТП», печатается с Распоряжения научно-методического совета Российского Федерального центра судебной экспертизы от 29.05.2018 года, с которым ФИО42 согласен и его мнению точно такое же, как и у автора этого письма: неправомерно применяет сигнал водитель, который совершает маневр, с левой стороны которого находится разметка сплошная линия. Правила дорожного движения - это законодательный акт, он может трактоваться не только с технической точки зрения, но и с правовой точки зрения. Включать и выключать поворот - это обязанность водителя, а по какой причине он его включил или не включил, это зависит от его субъективных качеств. Водитель УАЗа в данном случае не должен был уступать водителю, который не пользовался преимущественным правом на первоочередной проезд перекрестка. В данном случае дело все в разметке. На данном участке дороги обгонять транспортные средства для водителя автомобиля Ауди запрещено.

Оба водителя находились на главной дороге. Преимуществом всегда обладает один из участников, оба участника не могут. Когда их траектории пересекаются, кто-то кому-то должен был уступать дорогу. В данном случае, водитель Ауди должен был уступать дорогу, то есть, вернуться на свою полосу движения. Главная дорога - этот знак, который информирует водителя о том, что он находится на главной дороге, но он ни в коем случае не предписывает, не предупреждает, о том, что там обгон запрещен или не запрещен, для этого есть другие знаки. А разметка, как раз, об этом говорит. Эксплуатация транспортного средства с нанесенной, на лобовые и передние боковые стекла, тонировочной пленкой Правилами дорожного движения запрещено, но необходимо проведение дополнительного исследования насколько оно затонировано, какая светопропускная способность этой тонировки и так далее.

Согласно заключению эксперта ФБУ Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации№ № от ДД.ММ.ГГГГ года с достоверной точностью скорость движения транспортного средства в экспертной практике определяется по следу торможения. Поскольку материалами дела следов торможения автомобиля УАЗ не зафиксировано, то и определить скорость его движения не представляется возможным. Скорость движения автомобиля Ауди была выше 35 км/ч. Определить фактическую скорость движения автомобиля не представляется возможным.

Определить скорость движения автомобилей с учётом повреждений потерпевших не представляется возможным ввиду отсутствия методов решения данной задачи.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации знак и разметка выполняют совершенно разные функции по регулированию дорожного движения, и поэтому судить о приоритете знака над разметкой, либо наоборот не имеет смысла.

Правилами дорожного движения не запрещается выполнение обгона на нерегулируемом перекрестке при движении по главной дороге.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Ауди должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД РФ: при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства; п. 10.3 ПДД РФ: вне населенных пунктов разрешается движения легковым автомобилям со скоростью не более 90 км/ч. Водитель автомобиля УАЗ в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п. 8.1 ПДД РФ: перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Несоответствий с требованиями п. 10.1 ПДД РФ в действиях водителя автомобиля Ауди не усматривается. Если скорость движения автомобиля Ауди была 100 км/ч, то действия водителя данного автомобиля не соответствовали требованиям п. 10.3 ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля УАЗ усматривается несоответствие требованиям п. 8.1 ПДД РФ.

Несоответствие действий водителя автомобиля «УАЗ» требованиям п. 8.1 находиться в причинной связи с происшествием.

По заключению № № выводы экспертов по данному вопросу соответствуют заданному следователем условию. По заключению № № категорическое утверждение эксперта ФИО42 о несоответствии действий водителя автомобиля Ауди требованиям п.п. 10.1 и 11.1 не верно (т. 2 л.д. 219-231).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО43 суду показал, что выводы вышеуказанной экспертизы подтверждает в полном объеме, дополнить их не желает. При этом разъяснил, что ему были представлены материалы уголовного дела, их было достаточно, дополнительно ничего не запрашивалось. По первому вопросу скорость автомобиля Ауди была выше 35 км/ч, к данному выводу, пришел в связи с тем, что были использованы методические рекомендации по некоторым вопросам производства судебных автотехнических экспертиз. Утверждение эксперта ФИО42 о несоответствии действий водителя Ауди требованиям п. 10.1, 11.1 ПДД РФ неверно. Пункт 11.1 ПДД РФ запрещает обгон, если водитель обгоняемого транспортного средства подал сигнал поворота. В материалах данных, о том, подал ли водитель УАЗа сигнал поворота, нет. В постановлении о назначении экспертизы было указано, что ДТП произошло вне населенного пункта. В схеме ДТП не указано, что водитель Ауди пересекал сплошную линию. Правилами не запрещено водителю транспортного средства двигаться по встречной полосе при наличии сплошной линии разметки. Если водитель двигается по главной дороге, никто ему не запрещает совершать обгон при отсутствии встречных транспортных средств. Ни знак главная дорога, ни разметка 1.1 не дают преимущества друг перед другом. Пересекать при возвращении на свою сторону разметку 1.1 можно. В данном рассматриваемом происшествии, играет роль только одно - подавал ли водитель автомобиля УАЗ сигнал поворота налево. Если водитель УАЗ заблаговременно подал сигнал поворота, то водитель Ауди не имел права совершать обгон. Если он такого сигнала не подавал, то водителю Ауди никто не запрещает совершать обгон. Водитель, в соответствии с п. 8.1 ПДД РФ должен действовать таким образом, чтобы не создавать опасности и помех для других участников дорожного движения. Подача сигнала поворота не освобождает его от выполнения данного требования. В соответствии с требованием п. 8.1 ПДД РФ водитель автомобиля УАЗ должен был убеждаться в безопасности своего маневра. В своем заключении давать оценку другим экспертным суждениям ничем не запрещено.

Согласно заключению эксперта ФГКУ «Экспертно-криминалистический центр Министерства внутренних дел Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ г. № № в данной дорожной обстановке водитель автомобиля марки «Ауди А7» перед началом выполнения обгона должен был руководствоваться требованиями п.п. 11.1 и 11.2 ПДД РФ.

Ответить на вопрос о соответствии, либо несоответствии действий водителя автомобиля марки «Ауди А7» требованиями п. 11.1 и 11.2 ПДД РФ не представляется возможным.

В данной дорожной обстановке водитель автомобиля УАЗ должен был руководствоваться требованиями п. 8.1 ПДД РФ с учетом требований п. 11.3 ПДД РФ, и его действия, не соответствовали данным требованиям.

Поскольку удаление автомобиля Ауди А7 от места столкновения в момент начала поворота автомобиля УАЗ, которое составляла величину около 25 м., меньше остановочного пути данного автомобиля (около 29 м.), водитель не располагал технической возможностью остановиться до полосы движения автомобиля УАЗ в момент начала поворота последнего.

В связи с тем, что ответить на вопрос о соответствии действий водителя автомобиля марки «Ауди А7» требованиям ПДД РФ не представилось возможным, вопрос о причинной связи не исследовался.

Определить в полном объеме механизм рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия не представляется возможным. Можно описать только стадии механизма дорожно-транспортного происшествия, связанные со столкновением и последующим перемещение автомобилей, следующим образом:

- автомобиль марки «Ауди А7», двигаясь в направлении г. Читы и располагаясь на стороне встречного движения, контактировал передней частью (примерно посередине) кузова с левым задним углом кузова автомобиля УАЗ, перемещавшимся относительно автомобиля «Ауди А7» справа налево. В момент первоначального контакта автомобили располагались друг относительно друга в положении под углом между продольными осями 10…20 градусов.

- в ходе взаимодействия происходила деформация контактировавших кузовных элементов автомобилей и внедрением их друг в друга, при этом на автомобиль УАЗ действовали силы, стремившиеся повернуть его по направлению против хода часовой стрелки. В процессе взаимодействия происходила деформация и разрушение взаимодействующих деталей, при этом под действием возникших сил и моментов сил происходил разворот автомобиля УАЗ против направления хода часовой стрелки.

- после выхода из взаимодействия автомобили перемещались к местам их конечного положения, и в процессе этого перемещения автомобиль УАЗ произвел опрокидывание и занял конечное положение на крыше, а автомобиль Ауди А7, смещаясь правее остановился на правой границе проезжей части.

При заданных и принятых исходных данных, в условиях места происшествия, следу торможения длиной 8 м соответствует скорость движения автомобиля марки «Ауди А7» перед началом торможения величиной более 41 км/ч.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО44 суду показал, что выводы вышеуказанной экспертизы подтверждает в полном объеме, дополнить их не желает. При этом разъяснил, что, исходя из тех данных, которые были заданы, сигнал поворота водителем автомобиля УАЗ был включен и каких-то противоречий с требованиями ПДД не усматривается.

Водитель автомобиля УАЗ должен был руководствоваться п. 8.1 ПДД, а в этом пункте указано, что при выполнении маневра не должна создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам движения. То есть, речь идет не о безопасности вообще, а во взаимодействии с конкретными участниками дорожного движения. При этом, не должна создаваться опасность, то есть, если водитель иного транспортного средства обладает преимущественным правом движения, тогда ему необходимо выполнять требования п. 8.1 ПДД РФ. Наличие разметки от обязанностей убедиться в том, что он никому не мешает своим маневром не освобождает. В данном случае, водитель автомобиля УАЗ должен был руководствоваться требованиями п. 8.1 ПДД РФ. Вопрос о применении публикации частного случая неправомерности применения положений п. 8.1 ПДД РФ в экспертной практике исследования обстоятельств ДТП на усмотрение эксперта, применившего данную публикацию. Отметил, что эта публикация не распространялась как методические рекомендации или как методика, она была в виде информационного материала. Не считает, что следует ее применять.

В заключении указано о том, что разметка 1.1 не является техническим средством, замещающим обгон. Вместе с тем, у автомобиля Ауди действия регламентировались требованиями п. 11.1, 11.2 ПДД РФ, в части, связанной с подачей сигнала поворота водителем автомобиля УАЗ. С точки зрения п. 11.1, 11.2 ПДД РФ в зависимости от того, выполнил ли водитель автомобиля УАЗ включение сигнала поворота налево, от этого зависит возможность выезда Ауди на встречную полосу движения. Если водитель УАЗ включил поворот налево, то Ауди не разрешено было уже на встречную полосу перемещаться. В соответствии с п. 8.1 ПДД РФ водитель автомобиля УАЗ должен был руководствоваться указанными требованиями. Правила дорожного движения, которые действовали на тот момент, прямого запрета выезда на полосу встречного движения при наличии сплошной линии разметки не содержали. Такой запрет был введен в июле 2017 года, правила были дополнены п. 9.1.1 ПДД РФ. Цель наличия сплошной разметки заключается в исключении выезда на сторону встречного движения. Движение по встречной полосе, при наличии справа сплошной линии разметки запрещено. Ранее было разрешено. Разметка 1.6 ПДД РФ предупреждала о начале участка с разметкой 1.1, однако имеющаяся в схеме ДТП стрелка, свидетельствующая о пересечении автомобиля Ауди разметки 1.1, при даче заключения не расценивалась. Скорость движения Ауди выше 41 км/ч, это установлено приблизительно по следу до столкновения. Действия водителя Ауди регламентировались требованиями 11.1, 11.2 ПДД РФ. Водитель автомобиля Ауди должен был учитывать движения автомобиля УАЗ и, в частности, включенным указателем поворота, соблюдая положения п. 11.1, 11.2 ПДД РФ. В случае, если бы в исходных данных было бы указано о том, что сигнал поворота водителем УАЗа не подавался заблаговременно, то выводы проведенной экспертизы были бы другие.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО45 суду показал, что ДТП произошло в населенном пункте, при производстве экспертизы факт пересечения водителем автомобиля Ауди сплошной линии, а именно разметки 1.1, не установлен. В данной дорожно-транспортной ситуации вопрос о правомерности обгона не ставится, так как экспертам неизвестно о пересечении водителем автомобиля Ауди разметки 1.1. Факт, что водитель ФИО2 заблаговременно подал сигнал поворота налево, установлен из исходных данных. Однако подача сигнала о выполнении поворота налево водителем автомобиля УАЗ, как и наличие разметки 1.1 с левой стороны от него не дает ему преимущества при движении. При выполнении маневра водитель автомобиля УАЗ должен был обеспечивать безопасность движения и не создавать помех другим транспортным средствам. Угол столкновения между продольными частями автомобиля определен 10-20 градусов, исходя из исследования повреждений автомобилей. Причинная связь между действиями водителя автомобиля УАЗ и последствиями ДТП в процессе исследования не устанавливалась, однако его действия не соответствуют требованиям п. 8.1 и 11.3 ПДД РФ, поскольку не убедился в безопасности своего маневра.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста ФИО46, эксперт автотехник в технической лаборатории судебных экспертиз, суду показал, что для определения остановочного пути необходимо время реакции водителя, время срабатывания тормозной системы, время нарастания замедления и скорость транспортного средства, также необходимо время установившихся замедлений. Изъятие из бортового компьютера автомобиля Ауди А7, 2011 года выпуска, данные скорости движения транспортного средства в момент столкновения с транспортным средством не относится к исследованию обстоятельств ДТП, данные действия производятся при решении вопросов о состояния транспортного средства.

По ходатайству государственного обвинителя в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания ФИО46, из которых усматривается следующее. Для определения остановочного пути транспортного средства необходимы данные о скорости движения транспортного средства и замедления транспортного средства. Данные о скорости и замедлении транспортного средства изъять с электронного блока управления (бортового компьютера) автомобиля марки «Ауди А7», 2011 года выпуска не представляется возможным, так как бортовой компьютер отображает информацию об автомобиле и работе двигателя в реальном времени, то есть информация не сохраняется. Водитель транспортного средства не может двигаться вдоль горизонтальной разметки 1.1 по встречной полосе выполняя маневр обгона перед нерегулируемым перекрестком, так как водитель, прежде чем начать маневр обгона должен убедится в достаточности расстояния закончить обгон до начала сплошной линии разметки 1.1, так как 1.6 указывает на приближение к сплошной линии разметки 1.1, таким образом, водитель должен либо закончить, либо отказаться от выполнения маневра (т. 4 л.д. 88-91, 102-105).Анализируя показания ФИО46 суд находит их достоверными и допустимыми. Принимая во внимание достаточный стаж работы ФИО46 в экспертной деятельности, суд кладет его показания в основу приговора.

Допрошенный в качестве специалиста ФИО47, являясьведущим специалистом по судебно-технической экспертизе экспертно-криминалистического центра УМВД России по Забайкальскому краю, суду показал, что горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и отделяет границы проезжих частей, въезд на которые запрещен. Разметка 1.5 разделяет транспортные потоки противоположных направлений, разметка 1.6, так называемая линия приближения, информирует водителей транспортных средств о приближении к линии разметки 1.1, то есть, к сплошной линии. Водитель при приближении к разметке 1.1, если есть разметка 1.5, никаких мер предпринимать не должен. Если имеется разметка 1.6, информирующая водителя о приближении к сплошной линии разметки 1.1, то водитель должен незамедлительно вернуться на свою сторону проезжей части, если он находился на встречной полосе. На данный вопрос есть официальные разъяснения заместителя начальника Управления Департамента обеспечения безопасности дорожного движения МВД РФ ФИО48: «В соответствии с п. 1 Приложения 2 ПДД РФ горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает, в частности, границы проезжей части, на которые въезд запрещен. Следовательно, водитель транспортного средства, начавший выполнение обгона через разметку 1.5 и 1.6, при приближении к разметке 1.1, должен предпринять все возможные действия к незамедлительному возвращению на ранее занимаемую полосу, в том числе, через сплошную линию разметки. В противном случае, он может быть привлечен к ответственности». Исходя из этих разъяснений, водитель, при наличии разметки 1.1, должен немедленно вернуться на свою полосу движения.

Анализируя показания ФИО47, суд находит их достоверными и допустимыми. Принимая во внимание достаточный стаж работы ФИО47 в экспертной деятельности, суд кладет его показания в основу приговора.

Согласно заключению автотехнического специалиста некоммерческого партнерства «Палата судебных экспертов» ФИО49 от ДД.ММ.ГГГГ г. № № в данной дорожно-транспортной ситуации первоначально имело место движения автомобиля УАЗ и автомобиля Ауди в попутном направлении, параллельными курсами. При въезде на перекресток, водитель автомобиля УАЗ, применил маневр-поворот налево на второстепенную дорогу с пересечением полосы движения двигающегося слева от автомобиля УАЗ и выполняющего обгон по встреченной полосе автомобиля Ауди.

То есть в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля УАЗ, применив маневр - поворот налево, изменил попутное, параллельное движение автомобиля УАЗ и автомобиля Ауди, при котором исключалось контактирование данных автомобилей, на попутное, перекрестное, при котором происходит пересечение траекторий движения автомобилей, приводящее к последующему столкновению автомобилей УАЗ и Ауди.

Таким образом действия водителя автомобиля УАЗ, а именно применения небезопасного маневра явились причиной создания опасной дорожной ситуации, приведшей в данной ДТС к столкновению автомобилей.

В данной дорожно-транспортной ситуации моментом возникновения опасности для движения является момент начала применения водителем автомобиля УАЗ маневра - поворот налево.

В данной дорожно-транспортной ситуации при выполнении обгона (при противоречивых значениях постоянного дорожного знака 2.1. «Главная дорога» и постоянной дорожной горизонтальной разметки 1.1) водитель автомобиля Ауди должен руководствоваться требованиями Приложения 2 ПДД РФ «Дорожная разметка и ее характеристики».

В случаях, когда значения дорожных знаков, в том числе временных и линий горизонтальной разметки противоречат друг другу, либо разметка недостаточно различима, водители должны руководствоваться дорожными знаками.

В данной дорожно-транспортной ситуации для водителя автомобиля Ауди при движении по главной дороге выполнение обгона на данном перекрестке одного или нескольких транспортных средств не запрещено.

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля УАЗ перед началом маневра - поворот налево, в соответствии с требованиями п. 8.1 ПДД РФ должен был убедиться в безопасности для движения, подать световой сигнал указателем левого поворота и не создавая помех другим участникам дорожного движения применить маневр - поворот налево.

Требования ПДД РФ обязывают водителя автомобиля УАЗ выполнять поворот в соответствии с требованиями п. 8.5 ПДД РФ из заблаговременно занятого соответствующего крайнего положения (для водителя автомобиля УАЗ при повороте налево, соответственно крайнее левое положение).

Требования ПДД РФ в случае, если водитель не может выполнить поворот из соответствующего крайнего положения, допускают отступление от требований п. 8.5. ПДД РФ при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

Данное дорожно-транспортное происшествие произошло при выполнении водителем УАЗ маневра поворот налево, которым он воспрепятствовал выполнению обгона водителю автомобиля Ауди, двигающемуся по встречной полосе. Данное действие водителя автомобиля УАЗ противоречит требованиям п. 11.3 ПДД РФ, в соответствии с которым водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону.

В данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля УАЗ не соответствовали требованиям пунктов 1.3, 1.5, 8.1, 8.7, 11.3 ПДД РФ.

В данной ДТС, с технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля Ауди и причинная связь между его действиями и наступившими последствиями (столкновением автомобиля УАЗ и автомобиля Ауди) не усматриваются.

Согласно заключению автотехнического специалиста некоммерческого партнерства «Палата судебных экспертов» ФИО49 от ДД.ММ.ГГГГ. № № исследования и выводы первичной экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ г. о не соответствии действий водителя автомобиля Ауди в данной дорожно-транспортной ситуации требованиям ПДД РФ, не обоснованны с технической точки зрения и противоречат объективным фактическим данным. Исследования первичной автотехнической экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ г. не соответствуют методологическим требованиям проведения автотехнической судебной экспертизы, т.к. эксперты выборочно и избирательно проводят сопоставление и сравнение необъективных значений и параметров совершенно различных вариантов (версий) обстоятельств ДТП, используя не устраненные следствием противоречивые показания участников данного ДТП. В данной ДТС действие водителя автомобиля УАЗ не соответствовали требованиям п. 11.3 ПДД РФ.

Допрошенный в качестве специалиста ФИО49 суду показал, что им были изучены материалы дела в полном объеме. По его убеждению, изначально момент опасности издал автомобиль УАЗ при начале маневра с полосы своего движения поворота налево. Угол столкновения около 90 градусов. Брал минимальный радиус автомобиля УАЗ, получается, что УАЗ выходит ближе к правой стороне своего движения, цепляя даже обочину. Угол столкновения 10-20 градусов быть не мог, поскольку повреждения были бы другие. Момент возникновения опасности, когда автомобиль УАЗ приступает к маневру. Для всех водителей правилами дорожного движения регламентируется, что знаки превалируют над разметкой. В данной дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля Ауди при движении на перекрестке по главной дороге при наличии дорожного знака 2.1 и наличии дорожной разметки 1.1 в соответствии с требованиями ПДД обгон разрешен.

В материалах дела не указано, что водитель автомобиля Ауди пересекал линию 1.1. В ПДД сказано, что пересекать ее запрещено, про то, чтобы двигаться вдоль сплошной линии разметки, ничего не сказано.

Водитель автомобиля УАЗ в данной дорожно-транспортной ситуации при выполнении маневра поворота налево в соответствии с ПДД подъезжая к перекрестку должен занять крайнее левое положение, включить сигнал поворота заранее, убедиться в безопасности самого маневра, то есть, посмотреть в зеркало. В некоторых случаях эксперты рекомендуют оборачивать голову, так как в зеркало иногда не видно.

На автомобиле УАЗ выполнить маневр поворота налево со своей полосы движения, шириной 3,25 м, на полосу движения второстепенной дороги, шириной 2,09 м, без возникновения заноса и опрокидывания автомобиля УАЗ, при скорости движения 50-60 км/ч, невозможно, так как центр тяжести высокий, УАЗ машина высокая, и колея узкая. При скорости 50-60 км/ч УАЗ опрокинется.

С учетом расчетов с помощью формулы ФИО11 скорость автомобиля Ауди была около 50 км/ч, превышения не было.

Водитель автомобиля Ауди с учетом допустимой скорости 50-60 км/ч не имел технической возможности в данной дорожно-транспортной ситуации предотвратить столкновение с автомобилем УАЗ путем торможения. При маневре поворота УАЗ идет 2 секунды со скоростью 17-18 км/ч, Ауди идет около 50 км/ч, ей нужен остановочный путь около 25 метров. То есть, технической возможности не будет.

Действия водителя УАЗ не соответствовали требованиям пунктов 8.1, 8.3, 8.5, 8.7 ПДД. Поскольку маневр небезопасный, маневр должен быть безопасным на всем протяжении пути, пока автомобиль УАЗ не покинет пересечение проезжих частей и сам перекресток. Перед поворотом направо или налево обязательно нужно занять крайнее левое положение, потом повернуть. Если автомобиль не может выполнить поворот в соответствии с требованиями п. 8.7 ПДД, то разрешается отступать от п. 8.5 ПДД, но здесь этого не было предоставлено.

Действия автомобиля Ауди в данной дорожно-транспортной ситуации требованиям правил дорожного движения соответствовали поскольку, машина двигалась на обгоне, по главной дороге с разрешенной скоростью.

Эксперты при даче заключения должны были включить версию ФИО1, так как эксперт должен ознакомиться с материалами в полном объеме, изучить показания обоих водителей и принять их к сведению. Эти сведения должны быть в том числе и в постановлении. Это значительно повлияло бы на выводы.

Небезопасный маневр является причинной связью с технической точки зрения между действиями водителя автомобиля УАЗ и наступившими последствиями столкновения автомобилей.

Причинной связи с технической точки зрения между действиями водителя автомобиля Ауди и наступившими последствиями столкновения автомобилей нет, поскольку ФИО1 пункт правил 10.1.2 выполнил, принял экстренное торможение, двигался с разрешенной скоростью.

Нигде не написано, что за сплошной линей разметки двигаться нельзя. Как следует из пояснений ФИО1 на встречную полосу автомобиль Ауди выехал не через сплошную линию разметки. В схеме ДТП нет обозначений места пересечения. Схема ДТП всегда опровергаема, потому что ее составляют сотрудники ДПС, они фиксируют дорожно-вещевую обстановку. Даже место удара может быть плавающее. Ни один сотрудник ДПС не имеет образование эксперта, чтобы ставить «крестик» в схеме ДТП.

ФИО49 пояснил, что ознакомился со всеми материалами уголовного дела у адвоката. Ознакомился со всеми материалами дела, которые предоставил адвокат. Какие-либо нарушения правил дорожного движения со стороны водителя Ауди не было установлено. Факт привлечения водителя автомобиля Ауди к ответственности за тонировку передних стекол автомобиля к самому ДТП это никакого отношения не имеет.

При даче заключения скорость не исследовалась, исследовалась ситуация.

Действия водителя автомобиля Ауди требованиям п. 10.2 ПДД не соответствовали.

Заключение построено с учетом исходных данных о том, что водитель автомобиля УАЗ сигнал поворота не подавал, поскольку водитель Ауди говорил, что сигнал поворота он не видел.

В расчете указано, с какой скоростью двигался автомобиль Ауди до столкновения с автомобилем УАЗ. Этот расчет был сделан 14.06.2016 года. ФИО49 пояснил, что об ответственности за дачу заведомо ложных заключений его предупреждал адвокат.

Анализируя изложенное, суд исходит из тех доказательств, которые были непосредственным предметом исследования и, оценивая их в совокупности, приходит к следующим выводам.

По смыслу закона, при исследовании причин создавшейся аварийной обстановки необходимо установить какие пункты правил дорожного движения нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.

По убеждению суда, совокупность представленных доказательств - протоколов осмотров места происшествия и транспортных средств, показания свидетелей и потерпевших, заключения судебных автотехнических, медицинских экспертиз, являющихся достоверными, подтверждают вину ФИО1 в инкриминируемом им деянии.

Оценивая исследованные доказательства, суд приходит к следующему.

В исследуемом дорожно-транспортном происшествии прямых очевидцев совершенного ДТП не имеется. Данный факт установлен в суде, подтверждается материалами уголовного дела и не оспаривается сторонами.

Проведенная на стадии предварительного расследования автотехническая экспертиза № № от ДД.ММ.ГГГГ года (т. 4 л.д. 56-81) менее содержательна других проведенных по делу экспертиз, ввиду количества поставленных следователем на разрешение эксперта вопросов и объема материалов дела, представленных на экспертизу. Вместе с тем, указанные экспертные заключения соответствуют требованиям УПК РФ, выполнены компетентными лицами, имеющими достаточный стаж в области экспертной специализации.

При этом, к заключению автотехнического специалиста ФИО49 от ДД.ММ.ГГГГ г. № № (т.1 л.д. 103-119) от ДД.ММ.ГГГГ г. № № (т. 2 л.д. 76-87) суд относится критически и не берет его за основу приговора.

Данный вывод суда основан на следующем.

Согласно ч. 3, 4 ст. 80 УПК РФ заключение специалиста - представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами.

Показания специалиста - сведения, сообщенные им на допросе об обстоятельствах, требующих специальных познаний, а также разъяснения своего мнения в соответствии с требованиями статей 53, 168 и 271 УПК РФ.

Из заключения специалиста ФИО49 следует, что для проведения исследования ему предоставлялись ксерокопия схемы первичного осмотра места ДТП от 17.05.2016 г., ксерокопия первичного объяснения водителя ФИО1 от 17.05.2016 г., фотографии с места ДТП.

Выводы заключения специалиста ФИО49 и показания самого специалиста ФИО49, данные им в судебном заседании имеют ряд противоречий.

Так, ФИО49 в судебном заседании показал, что им были изучены материалы уголовного дела в полном объеме, что противоречит данным в его заключении. С учетом расчетов с помощью формулы ФИО11 скорость автомобиля Ауди была около 50 км/ч, превышения не было. Однако ФИО49 пояснил, что расчет скорости он производил 14.06.2016 г., вместе с тем заключение им составлено 04.06.2016 г. Нарушений требований п. 10.2 ПДД РФ в действиях водителя автомобиля марки «Ауди А 7» ФИО49 не усмотрел, с учетом того, что в исходных данных задавалось, что перед столкновением водитель автомобиля Ауди двигался со скоростью около 80…90 км/ч, а также того обстоятельства, что ДТП произошло в черте населенного пункта г. Борзя. При этом, эксперт ФИО49 пояснив, что скорость была им не проверена, пришел к выводу о том, что действия автомобиля Ауди в данной дорожно-транспортной ситуации требованиям правил дорожного движения соответствовали поскольку, автомобиль двигался, совершая обгон, по главной дороге с разрешенной скоростью. Какие-либо нарушения правил дорожного движения со стороны водителя Ауди ФИО49 не установил. При этом в судебном заседании ФИО49 пояснил, что действия водителя автомобиля Ауди требованиям п. 10.2 ПДД не соответствовали. Так же ФИО49 пояснил, что об ответственности за дачу заведомо ложных заключений его предупреждал адвокат в устном порядке.

Доводы ФИО49 относительно оценке экспертного исследования № 2990 от 03.08.2016 г.судом во вниманиене берется, поскольку в данном случае оценка экспертного заключения является исключительной прерогативой суда, что предусмотрено действующими нормами уголовно-процессуального законодательства.

Кроме того, судом отмечается, что для проведения исследования специалиста ФИО49 от 24.09.2016 г. № 12-2016ему были предоставлены ксерокопия схемы первичного осмотра места ДТП от 17.05.2016 г., ксерокопия первичного объяснения водителя ФИО1 от 17.05.2016 г., фотографии с места ДТП, ксерокопия допроса водителя ФИО1 от 07.07.2016 г., ксерокопия заключения автотехнических экспертиз экспертов ЭКЦ УМВД России по Забайкальскому краю ФИО41 и ФИО50 № № от ДД.ММ.ГГГГ г., тогда как для подготовки экспертного заключения № № от ДД.ММ.ГГГГ г., экспертам ФИО41 и ФИО50 были предоставлены материалы уголовного дела № № в одном томе. Так же при даче заключения эксперты ФИО41 и ФИО50 предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в отличие от ФИО49 который при даче своего заключения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения никем не предупреждался.

Анализируя выводы экспертных заключений и пояснений экспертов, данных в ходе судебного следствия, суд приходит к выводу о том, что заключение эксперта № № от ДД.ММ.ГГГГ, в совокупности с показаниями эксперта ФИО70., заключение экспертов № № от ДД.ММ.ГГГГ с показаниями, данными в суде, экспертов ФИО44 и ФИО45, а также заключения специалиста № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с показаниями специалиста ФИО49 основываются на экспертных исследованиях, проведенных поверхностно, материалы исследованы не в полном объеме, выводы экспертиз и заключений сомнительны, имеют противоречия как между поставленными перед исследованиями вопросами, так и между выводами, изложенными в заключениях и показаниях экспертов и специалиста, проводивших исследования, данных в суде.

Кроме того, суд критически относится к выводам автотехнической экспертизы № № проведенной экспертами ФИО44 и ФИО45, утверждающих о столкновении автомобилей Ауди и УАЗ под углом 10-20 градусов, поскольку из показаний потерпевшего ФИО2, подсудимого ФИО1, свидетелей ФИО27, ФИО29, фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от 17.05.2016 г., схемы ДТП, следует, что, при столкновении автомобилей Ауди и УАЗ, удар пришелся в заднюю левую часть автомобиля УАЗ за задним колесом. Исходя из изображения следов скола и шин на асфальтовом покрытии дорожного полотна в фототаблице к протоколу осмотра места происшествия от 17.05.2016 г., суд приходит к убеждению, что автомобиль УАЗ в момент столкновения завершал маневр- поворот налево.

Анализируя выводы экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с показаниями эксперта ФИО41, а также экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, в совокупности с показаниями эксперта ФИО42, суд приходит к выводу о том, что указанные заключения экспертов, из всех произведенных по делу автотехнических экспертиз, являются наиболее полными и качественными. Указанные экспертные исследования выполнены в строгом соответствии со ст. 80, 204 УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации», имеют исследовательскую, синтезирующую части и выводы. Каких-либо сомнений в квалификации экспертов и обоснованности выводов, изложенных в заключениях, не имеется. Противоречий в выводах экспертов не содержится, они объективны, полны и аргументированы.

Заключения комиссии экспертов № и № подтверждают обстоятельства совершенного дорожно-транспортного происшествия, в частности - взаиморасположение транспортных средств на проезжей части, механизм образования технических повреждений у автомобилей Ауди и УАЗ в результате столкновения и их последующего динамического воздействия.

Более того, экспертами при проведении указанных исследований, как усматривается из вводной части заключений, использовались исходные данные, которые содержатся в материалах уголовного дела, что дает суду основание сделать вывод о том, что указанные экспертные исследования, являются более полным, с учетом всех обстоятельств, установленных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования. В этой связи суд берет их в основу приговора.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Анализ и оценка представленных стороной обвинения доказательств в их совокупности позволяет суду прийти к выводу о том, что ФИО1 в исследуемые дату, месте и время, управляя автомобилем марки «Ауди А7» двигался по автомобильной дороге федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск-граница с КНР» в сторону г. Читы на территории Борзинского района Забайкальского края с находящимися в салоне автомобиля пассажирами ФИО17 и ФИО18 На 371 км. автомобильной дороги федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск- граница с КНР» ФИО1 выехал на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении на участке дороги, где нанесена горизонтальная разметка 1.1, при этом пересек данную линию и двигался вдоль неё, выполняя маневр обгона, чем создал опасность для движения и совершил столкновение с автомобилем марки «УАЗ 220694-04» с находящимся в салоне автомобиля пассажиром ФИО4, под управлением ФИО2, выполняющего на нерегулируемом перекрестке автомобильной дороги федерального значения А-350 сообщением «Чита-Забайкальск- граница с КНР», маневр поворот налево на дорогу, ведущую в п. Соловьевск. При этом, ФИО1, приняв меры к снижению скорости, не смог избежать дорожно-транспортного происшествия, совершил столкновение с автомобилем марки «УАЗ 220694-04».

Согласно действующим Правилам дорожного движения РФ «опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Под опасной обстановкой понимается такая дорожная обстановка, при которой водитель должен немедленно принять необходимые меры для предотвращения происшествия или уменьшения тяжести его последствий (имеется в виду дорожная обстановка, которая может быть обнаружена с места водителя транспортного средства).

Обычно опасная обстановка возникает, когда расстояние между транспортным средством и препятствием невелико, а расположение и характер движения препятствия в этот момент свидетельствуют о том, что оно попадает в опасную зону или что вероятность его попадания в эту зону резко возрастает.

Моментом возникновения опасности для движения по данному делу для водителя ФИО1, с технической точки зрения, являлся момент его выезда на встречную полосу.

Моментом возникновения опасности для движения по данному делу для водителя ФИО2, с технической точки зрения, являлся момент начала выполнения им маневра - поворота налево.

В соответствии с п. 11.1, 11.2, 11.3 Правил дорожного движения, утв. постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (ред. от 21.01.2016) (далее - ПДД РФ) прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

В соответствии с п. 8.1, 8.2 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Согласно Приложению 2 ПДД РФ горизонтальная разметка:

1.1 - разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств;

1.5 - разделяет транспортные потоки противоположных направлений на дорогах, имеющих две или три полосы; обозначает границы полос движения при наличии двух и более полос, предназначенных для движения в одном направлении;

1.6 (линия приближения - прерывистая линия, у которой длина штрихов в 3 раза превышает промежутки между ними) - предупреждает о приближении к разметке 1.1 или 1.11, которая разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений.

Как следует, из протокола осмотра места происшествия от 17.05.2016 объектом осмотра является участок проезжей части автомобильной дороги федерального значения А-350 «Чита-Забайкальск-граница с КНР», представляющий собой перекресток неравнозначных дорог, расположенный на 371 км автомобильной дороги федерального значения А-350 «Чита-Забайкальск-граница с КНР», в районе примыкания второстепенной дороги ведущей в п. Соловьевск на котором зафиксирована обстановка после совершения дорожно-транспортного происшествия. В ходе осмотра места происшествия составлена схема происшествия, производилось фотографирование. В ходе осмотра места происшествия изъят автомобиль марки «Ауди А7», государственный регистрационный знак №, и автомобиль марки «УАЗ 220694-04», государственный регистрационный знак №, которые впоследствии возвращены владельцам (т. 1, л.д. 7-25).

Из приложенной к протоколу осмотра места происшествия схеме ДТП изображено, что ФИО1, управляя автомобилем Ауди, нарушил требования горизонтальной разметки 1.1 и пересек ее, продолжая двигаться вдоль нее по встречной полосе движения до места ДТП.

При этом доводы стороны защиты о том, что ФИО1 горизонтальную разметку 1.1 не пересекал, выехал на встречную полосу в месте, где была прерывистая разметка 1.5 суд считает, не состоятельными, поскольку опровергаются схемой ДТП, подписанной в том числе и самим подсудимым, показаниями свидетеля ФИО26, который суду показал, что видел, как автомобиль Ауди пересек сплошную линию разметки, когда свидетель ехал по своей полосе, в момент обгона автомобилем Ауди, сплошная была между автомобилями, а также показаниями свидетеля ФИО29, который составлял указанную схему ДТП и производил отметку о выезде автомобилем Ауди на встречную полосу со слов подсудимого ФИО1, который указал на то, что им пересечена разметка 1.1.

Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что в отношении ФИО1 был составлен протокол <адрес> об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в действиях водителя ФИО1 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ - выезд в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения. При этом, в своем объяснении в протоколе об административном правонарушении ФИО1 свою вину не отрицал, пояснив, что «думал, что не создам помех» (т.3 л.д. 3).

Обстоятельство того, что ФИО1 не оспаривал факта его выезда в нарушение ПДД РФ на полосу встречного движения также подтверждается показаниями свидетелей ФИО32, ФИО29

По смыслу ст. 264 УК РФ, ответственность лица, нарушившего при управлении транспортом правила дорожного движения может иметь место лишь тогда, когда между допущенным нарушением и наступившими последствиями имеется причинная связь.

Тяжкие телесные повреждения потерпевших ФИО2, ФИО4, находятся в причинно-следственной связи с действиями ФИО1

Судом установлено нарушение Правил дорожного движения водителем ФИО1, а именно выезд и движение его вопреки ПДД РФ по встречной полосе в месте, где имеется горизонтальная разметка 1.1, которая, в свою очередь, обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен.

Так, представленные доказательства, изложенные в протоколах осмотра места происшествия и транспортных средств, лишь подтверждают событие дорожно-транспортного происшествия, расположение автомобилей сразу после происшествия и выявленные технические повреждения. Судебные медицинские экспертизы зафиксировали у потерпевших телесные повреждения, установили причину получения телесных повреждений.

Указанные механизм и обстоятельства дорожно-транспортного происшествия подтверждаются данными осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, заключениями экспертов №, №, согласно которым место столкновения автомобилей установлено на 370-м км автодороги федерального значения А350 «Чита-Забайкальск», на полосе движения, предназначенной для движения во встречном направлении, при этом автомобиль Ауди совершал обгон автомобиля УАЗ с выездом на полосу встречного движения, а водитель УАЗ в это время выполнял маневр поворота налево. Контакт произошел передней частью автомобиля Ауди в процессе торможения с правой заднебоковой частью автомобиля УАЗ. После столкновения автомобиль УАЗ опрокинулся на крышу.

Исходя из показаний специалиста ФИО47, эксперта ФИО42, данных ими в судебном заседании, горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и отделяет границы проезжих частей, въезд на которые запрещен. При приближении к линии разметки 1.1, водитель должен незамедлительно вернуться на свою сторону проезжей части, если он находился на встречной полосе.

При этом, как следует из показаний экспертов ФИО41, ФИО42 несоответствие действий водителя автомобиля УАЗ требованиям законодательства выразились в том, что ФИО2 не убедился в безопасности движения при выполнении маневра - поворот налево, что также находится в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями. То есть, при выполнении маневра водитель автомобиля УАЗ должен был убедиться в его безопасности, а именно, в отсутствии автомобилей, движущихся по его полосе движения, и по проезжей части, поскольку правилами дорожного движения предусмотрены исключительные случаи, когда ряд транспортных средств имеет право двигаться в нарушение разметки, то есть по встречной полосе. Это обязывает водителя к тому, чтобы наблюдать за всей проезжей частью для совершения своего маневра.

Таким образом, водитель Ауди, выполняя обгон попутного транспортного средства, автомобиля УАЗ, должен был руководствоваться требованиями п.1.5, 11.1 и 10.1 ПДД РФ, горизонтальной разметки 1.1. Водитель автомобиля УАЗ, совершая маневр в виде поворота налево, должен был руководствоваться требованиями п.8.1 ПДД РФ.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что подсудимым ФИО1 допущено нарушение п.п. 1.3, 1.5, 11.1 ПДД РФ, а также требований горизонтальной разметки 1.1 Приложения № 2 к ПДД РФ, которое выразилось в выезде на полосу, предназначенную для встречного движения, создало опасность и помеху для движения автомобиля УАЗ под управлением ФИО2

Суд убежден, что между указанными нарушениями Правил дорожного движения РФ и столкновением с автомобилем УАЗ, а также получением его водителем и пассажиром тяжких телесных повреждений, наличествует прямая причинно-следственная связь.

При таких обстоятельствах, суд считает, что обвинение ФИО1 построено на всесторонней оценке добытых органами предварительного расследования доказательств, что соответствует уголовно-процессуальному законодательству.

В этой связи суд считает, что доводы, изложенные в ходатайстве стороны защиты, о признании заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и следственного эксперимента с участием ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в качестве недопустимыми доказательствами являются несостоятельными. Ввиду того что, данные следственного эксперимента, проведенного ДД.ММ.ГГГГ не противоречат показаниям потерпевших, которые указывают о небольшой скорости движущегося автомобиля марки УАЗ.

Кроме того, при производстве экспертного исследования противоречий в представленных экспертам исходных данных не обнаружены. В своих показания потерпевший ФИО2 суду показал, что перед поворотом и в тот момент, когда ФИО2 включал сигнал поворота, скорость его автомобиля составляла примерно 15-20 км/ч. Из показаний потерпевшего ФИО2, данных им следствию следует, что он двигался на автомобиле УАЗ по ул. Карла Маркса со скоростью 50-60 км/ч. В исходных данных экспертизы скорость движения автомобиля УАЗ до столкновения составляла 50-60 км/ч, в момент столкновения 17-18 км/ч. Далее в экспертном заключении идет уточнение по включению указателя маневра поворота: с начала включения маневра поворота до момента столкновения 17-18 км/ч, расстояние от точки включения до начала маневра 67 метров. То есть, 67 метров, это не расстояние выполнения маневра поворота автомобилем УАЗ со скоростью 50-60 км/ч, а расстояние, которое преодолевает автомобиль УАЗ с момента включения поворота до момента начала самого поворота со скоростью 17-18 км/ч. При этом, каких-либо противоречий между указанными выводами эксперта, протоколом следственного эксперимента, показаниями потерпевшего ФИО2 суд не усматривает.

Проведенные в ходе экспертизы вычисления подтверждают обстоятельства совершенного дорожно-транспортного происшествия в частности расположение транспортных средств на проезжей части, механизм столкновения. Заключение проведенной по делу автотехнической судебной экспертизы № соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Исследования проведены квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В ходе исследования использованы исходные данные. Выводы эксперта мотивированы и научно обоснованы. Оснований, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, для признания следственного эксперимента, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, и заключения эксперта № недопустимыми доказательствами, не установлено.

Также суд считает безосновательными доводы государственного обвинителя, изложенного в устном ходатайстве, о признании заключений специалиста ФИО49 № и № недопустимыми доказательствами, ввиду отсутствия достаточных сведений о получении указанных экспертных исследований с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства. Оценка полноты, объективности и относимости указанных экспертных заключений как доказательств, представленных стороной защиты, судом дана и принята во внимание.

Таким образом, по убеждению суда, органами предварительного следствия собраны доказательства, с достоверностью подтверждающие совершение ФИО1 преступного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, такие доказательства были представлены и в ходе судебного следствия.

Преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности. Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий. Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (ст. 26 УК РФ).

При исследованных судом обстоятельствах ФИО1 нарушены правила предосторожности и усматривается проявление небрежности. Очевидно, что в исследуемой дорожной ситуации он не предвидел, что автомобиль УАЗ под управлением ФИО2 будет совершать маневр - поворот налево, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности, зная, что он совершает обгон по встречной полосе в месте пересечения дорог, должен был и мог предвидеть эти последствия.

Согласно ч. 2 ст. 17 и ст. ст. 87, 88 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы и должны оцениваться только в совокупности с другими доказательствами.

Совокупностью всех исследованных в суде доказательств, представленных стороной обвинения, вина ФИО1 в причинении тяжкого вреда ФИО2, ФИО12 по неосторожности подтверждается.

При этом суд не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что обгон водителю Ауди ФИО1 в данной дорожно-транспортной ситуации был разрешен. Свои доводы сторона защиты обосновывает положениями п. 11.4 ПДД РФ, который не запрещает обгон по главной дороге и последним абзацем Приложения 2 ПДД РФ, о приоритете дорожных знаков над разметкой, однако суд не соглашается с ними, исходя из следующего.

В соответствии с п. 11.4 ПДД РФ обгон запрещен: на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной; на пешеходных переходах; на железнодорожных переездах и ближе чем за 100 метров перед ними; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, а также в тоннелях; в конце подъема, на опасных поворотах и на других участках с ограниченной видимостью.

Согласно последнему абзацу п. 1 Приложения 2 ПДД РФ в случаях, когда значения дорожных знаков, в том числе временных, и линий горизонтальной разметки противоречат друг другу либо разметка недостаточно различима, водители должны руководствоваться дорожными знаками. В случаях, когда линии временной разметки и линии постоянной разметки противоречат друг другу, водители должны руководствоваться линиями временной разметки.

Указанные доводы стороны защиты суд считает не состоятельными, поскольку основаны на ошибочном толковании ПДД РФ.

Так, согласно ПДД РФ «Главная дорога» - дорога, обозначенная знаками 2.1,2.3.1 - 2.3.7 или 5.1, по отношению к пересекаемой (примыкающей), или дорога с твердым покрытием (асфальто- и цементобетон, каменные материалы и тому подобное) по отношению к грунтовой, либо любая дорога по отношению к выездам с прилегающих территорий.

Согласно п. 1 Приложения 2 ПДД РФ горизонтальная разметка 1.1 - разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.

По убеждению суда, в данном случае знак «главная дорога» и горизонтальная разметка 1.1 выполняют совершенно разные функции по регулированию дорожного движения. В данном случае водитель Ауди в нарушение требований разметки 1.1., находясь во время обгона на встречной полосе движения в месте, где нанесена линия разметки 1.1., то есть в опасном месте на дороге, на который въезд запрещен, а также в нарушение п. 11.1 водитель Ауди, создав опасность для движения, не приняв возможные меры для возвращения на свою полосу движения, продолжил обгон о допустил столкновение с автомобилем УАЗ.

Данные выводы суда подтверждаются в совокупности заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО43, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями эксперта ФИО42

В связи с имеющимися противоречиями в материалах уголовного дела по вопросу о том, подавал ли водитель автомобиля УАЗ ФИО2 сигнал поворота при совершении маневра - поворот налево суд приходит к следующему выводу.

В своих показаниях, данных в процессе судебного следствия, потерпевший ФИО2 суду указал, что он заблаговременно, примерно за 150 метров до перекрестка, включил сигнал поворота налево, затем начал выполнять маневр.

Как следует из показаний свидетеля ФИО36 и подтверждается путевым листом от ДД.ММ.ГГГГ при приеме автомобиля УАЗ ФИО2, указанный автомобиль был в исправном состоянии, выезд был разрешен, водитель по состоянию здоровья к управлению допущен.

Водитель автомобиля УАЗ ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имеет водительский стаж с 1996 года, то есть на момент ДТП - 20 лет. Согласно характеристики от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ООО «Ресурс Транс», на указанном автомобиле УАЗ на участке <адрес> автоколонны филиала ООО «Ресурс Транс» ФИО2 работает с ДД.ММ.ГГГГ. Согласно справки о судимости ФИО2 на момент ДТП к уголовной ответственности не привлекался, имел три административных правонарушения ДД.ММ.ГГГГ по ст. 12.6 КоАП РФ за нарушение правил применения ремней безопасности, и по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ за превышение скорости движения от 20 до 40 км/ч.

С учетом установленных по делу обстоятельств, учитывая водительский стаж ФИО2, опыт работы водителем, суд приходит к убеждению, что ФИО2, управляя автомобилем УАЗ при совершении маневра - поворот налево заблаговременно включил указатель поворота налево.

При этом, в данной части, к показаниям подсудимого ФИО1, суд относится критически и оценивает их как способ избежать ответственности за содеянное. Также суд относится критически в указанной части и к показаниям свидетелей ФИО18 и ФИО17, поскольку указанные лица являются близкими родственниками подсудимого ФИО1 и заинтересованы в исходе дела. Кроме того, вопросы видимости и обзора проезжей части пассажирами автомобиля Ауди ФИО18 и ФИО17 не были предметом рассмотрения при проведении экспертных исследований, а также не выяснялись в ходе предварительного следствия, и вызывают у суда сомнения в их достоверности и объективности.

По убеждению суда, при исследовании дорожно-транспортной ситуации по вопросам наличия в действиях подсудимого ФИО1 несоответствий требованиям ПДД РФ и квалификации его действий вопрос о том, кто первым совершил действия, повлекшие столкновение автомобилей - водитель автомобиля Ауди выехал на полосу встречного движения или водитель автомобиля УАЗ подал сигнал поворота налево, не имеет правовых последствий, поскольку вне зависимости от этого, водитель Ауди совершал обгон на участке дороги, где такой обгон был запрещен, так как линию разметки 1.1. пересекать ему было запрещено, каким-либо преимуществом при движении он не пользовался, дорожно-транспортное происшествие не произошло если бы водитель автомобиля марки «Ауди А7» ФИО13 не выехал на полосу встречного движения.

Таким образом, вина ФИО1 в совершении указанного преступления доказана совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, признанных судом допустимыми. Их оценка приведена выше в описательно-мотивировочной части приговора.

В ходе судебного следствия установлено, что неправомерные действия водителя ФИО1 находятся в причинно-следственной связи с наступившим в результате таких действий дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

Доводы стороны защиты о виновности ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии судом отвергается, поскольку водитель, двигающийся по проезжей части, не должен и не обязан предвидеть возможные нарушения правил дорожного движения со стороны других водителей, а предполагает, что они действуют в рамках, установленных Правилами дорожного движения Российской Федерации.

Объективно виновность ФИО1 также подтверждается рапортом об обнаружении признаков преступления, зарегистрированным в ОМВД России по Борзинскому району в КУСП № ДД.ММ.ГГГГ, явившимся надлежащим поводом к возбуждению уголовного дела (т. 1 л.д. 4); телефонными сообщениями, поступившими в ОМВД от фельдшеров ФИО5 и ФИО14 и свидетельствующими о доставлении с места ДТП в ГУЗ «Борзинская ЦРБ» ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с диагнозом ЗЧМТ, СГМ, закрытый перелом левой голени, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с диагнозом тяжелая политравма ЗЧМТ, СГМ, закрытый перелом левого бедра со смещением, закрытый перелом ключицы справа, закрытая травма живота, ушиб поясничной области, травматический шок, ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р., диагноз: беременность 8 недель (т. 1 л.д. 5, 6).

Согласно протоколу осмотра предметов от 05 июля 2016 года, осмотрен автомобиль марки «Ауди А7» государственный регистрационный знак №, расположенный в гараже по адресу: <адрес>, изъятый в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ, откуда установлено, что автомобиль марки «Ауди А7», государственный регистрационный знак №, на момент осмотра имеет повреждения: капота, передних левых правых блок фар, переднего бампера, решетки радиатора, правого левого крыла, заднего левого крыла, моторного отсека. Автомашина постановлением от ДД.ММ.ГГГГ признана и приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, храниться у владельца - ФИО1 (т. 1, л.д. 182-189).

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен автомобиль марки «УАЗ 220694-04» государственный регистрационный знак № №, расположенный на территории автобазы ООО «РесурсТранс» по адресу: <адрес>, изъятый в ходе выемки от ДД.ММ.ГГГГ, откуда установлено, что автомобиль марки «УАЗ 220694-04», государственный регистрационный знак №, на момент осмотра имеет повреждения: крыши, задних дверей, заднего левого крыла в районе заднего левого колеса, заднего бампера, пассажирской и водительской дверей, повторитель поворота с левой стороны, стоп сигнала. Автомашина постановлением от ДД.ММ.ГГГГ признана и приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, храниться у представителя ООО «РесурсТранс» ФИО27

(т. 1, л.д. 212-221).

Согласно протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен протокол <адрес> от 17 мая 2016 года, откуда установлено, что 17 мая 2016 года в 10.30 часов на 371 км ФАД А-350 «Чита-Забайкальск» ФИО1, управляя транспортным средством «Ауди А7», государственный регистрационный знак №, совершил выезд в нарушении ПДД РФ на полосу, предназначенную для встречного движения. ФИО1 согласился с данным правонарушением, при даче объяснений пояснил: «думал, что не создам помех», замечаний к протоколу от него не поступило. Протокол <адрес> от 17 мая 2016 года с постановлением от 01 мая 2017 года признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, хранятся при уголовном деле (т. 3, л.д. 43-45).

Анализируя вышеперечисленные письменные доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что в своей совокупности они согласуются с показаниями потерпевших и свидетелей, взятыми судом за основу обвинительного приговора в отношении ФИО1

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления основаны также на иных исследованных доказательствах, имеющихся в материалах дела, в частности протоколе осмотра места происшествия, которым зафиксирована обстановка на месте происшествия, заключениях судебно-медицинских экспертиз, установивших механизм образования, тяжесть причиненных повреждений потерпевшим.

При таком положении суд квалифицирует деяния ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, поскольку управляя транспортным средством - автомашиной, ФИО1, нарушив правила дорожного движения, выехал на полосу встречного движения, создав своими действиями опасность для движения иного транспортного средства, где совершил столкновение с автомобилем марки УАЗ, под управлением ФИО2 Указанные обстоятельства состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и причинением тяжкого вреда здоровью ФИО2 и ФИО4

Преступление, совершенное ФИО1 относится к категории преступлений небольшой тяжести, в силу ст. 15 УК РФ, в связи с чем суд не входит в обсуждение вопроса об изменении категории указанного преступления на меньшую.

Исследуя в ходе судебного следствия материалы уголовного дела, показания свидетелей и экспертов, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, данные характеризующие личность виновного, поведение подсудимого до и после совершения преступления.

ФИО1 состоит в зарегистрированном браке, имеет на иждивении двоих малолетних детей, является индивидуальным предпринимателем, друзьями, знакомыми и компетентными органами характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит. Согласно сведениям о судимости ФИО1 ранее к уголовной ответственности не привлекался, к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения привлекался неоднократно.

В ходе судебного следствия установлено, что преступление совершено 17.05.2016 г. В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло два года. При этом сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до дня вступления приговора в законную силу. Оснований для приостановления сроков давности не имеется, поскольку ФИО1 не уклонялся от следствия и суда, в розыск не объявлялся.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В соответствии с ч. 2 ст. 27 УПК РФ прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в пунктах 3 и 6 части первой статьи 24 УПК РФ не допускается, если подозреваемый или обвиняемый против этого возражает. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

ФИО1 в судебном заседании возражал против прекращения уголовного дела, не признав вину в инкриминируемом ему деянии.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с установлением судом виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и истечением сроков давности ФИО1 подлежит освобождению от уголовной ответственности.

Рассматривая исковые требования потерпевших ФИО2 и ФИО4, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, ФИО1, управляя автомобилем Ауди, совершил столкновение с автомобилем УАЗ под управлением ФИО2 с находящимся в салоне автомобиля пассажиром ФИО4 Водитель ФИО2, управляя автомобилем УАЗ, в момент столкновения выполнял на нерегулируемом перекрестке автомобильной дороги федерального значения А-350 сообщением «Чита - Забайкальск - граница с КНР» маневр поворот налево на дорогу, ведущую в п. Соловьевск в нарушении требований пунктов 1.3, 1.5, 8.1 ПДД РФ в части непринятия мер предосторожности при выполнении маневра поворота налево.

По убеждению суда, нарушение водителем ФИО2 пунктов 1.3, 1.5, 8.1 ПДД РФ, а именно создав опасность для движения при выполнении маневра, нашло свое подтверждение в ходе судебного следствия и подтверждается, в том числе, заключениями экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями самого ФИО2, согласно которым, при выполнении маневра - поворот налево, в зеркало заднего вида он видел автомобиль белого цвета, движущийся по встречной полосе и полагал, что успеет выполнить маневр. Указанные нарушения ПДД РФ в действиях ФИО2 так же находились в причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием. В соответствии с постановлением о выделении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ из уголовного дела № уголовное дело в отношении ФИО2 по ч. 1 ст. 264 УК РФ выделено в отдельное производство.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав (п. 2 Пленума).

Размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу физических и нравственных страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 Пленума).

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

На основании ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, с учетом характера нравственных страданий потерпевших, их индивидуальных особенностей, фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, а также требования разумности, справедливости и материального положения подсудимого гражданские иски потерпевших о взыскании морального вреда с подсудимого ФИО1 в пользу ФИО2 и ФИО4, суд находит обоснованным.

При этом, в части взыскания с подсудимого ФИО1 компенсации морального вреда в пользу ФИО2, суд, учитывая установленный факт нарушения последним пунктов 1.3, 1.5, 8.1 ПДД РФ, что так же находилось в причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием, а также с учетом полученных им телесных повреждений, принципы разумности и справедливости, на основании ст. 44 УПК РФ, полагает возможным удовлетворить исковые требования в пользу потерпевшего ФИО2 частично в размере 500 000 рублей.

Исковые требования о взыскании с подсудимого ФИО1 компенсации морального вреда в пользу ФИО4 суд, с учетом полученных ею телесных повреждений, принципов разумности и справедливости, а также ранее выплаченной ФИО1 потерпевшей денежную сумму в размере 50 000 рублей, на основании ст. 44 УПК РФ полагает возможным удовлетворить исковые требования потерпевшей ФИО4 частично в размере 700 000 рублей.

Кроме того, в соответствии со ст. 131, ч. 1, 2 ст. 131 УПК РФ согласно представленным потерпевшими ФИО2 и ФИО4 квитанций на оплату услуг представителей, суд полагает необходимым взыскать с подсудимого ФИО1 судебные издержки в пользу ФИО2 в размере 100 000 рублей, в пользу ФИО4 90 000 рублей.

Разрешая вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ. При этом суд учитывает, что вещественные доказательства: автомобиль марки «Ауди А7» государственный регистрационный знак № возвращен владельцу (т. 1 л.д. 192) и автомобиль марки УАЗ 220694-04 государственный регистрационный знак № так же возвращен владельцу (т. 1 л.д. 224) и утилизирован (т. 4 л.д. 19).

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296 - 303, 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признатьвиновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,и освободить его от уголовной ответственности на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ уголовное преследование в отношении ФИО1 прекратить.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде в отношении ФИО1 по вступлению приговора в законную силу отменить.

Исковые требования потерпевших ФИО2 и ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевших:

- ФИО2 500 000 (пятьсот тысяч) рублей,

- ФИО4 700 000 (семьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 судебные издержки в пользу потерпевших:

- ФИО2 100 000 (сто тысяч) рублей,

- ФИО4 90 000 (девяносто тысяч) рублей.

Вещественные доказательства по делу: протокол <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ хранить при уголовном деле до его уничтожения.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда в течение 10 (десяти) суток со дня его провозглашения, путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Борзинский городской суд Забайкальского края.

В случае подачи апелляционной жалобы либо представления, в тот же срок, участники уголовного судопроизводства, в том числе осужденный, вправе ходатайствовать о своем участии в суде апелляционной инстанции в Судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда, и в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих их интересы.

В течение трех суток со дня провозглашения приговора стороны вправе обратиться с заявлением об их ознакомлении с протоколом судебного заседания, а ознакомившись в течения пяти суток с протоколом, в последующие трое суток подать на него свои замечания в письменном виде.

Председательствующий Слепцов И.В.