Апелляционное постановление № 22-367/2024 от 21 февраля 2024 г. по делу № 1-62/2023

Судья Конышева И.Н. Дело № 22-367/2024

64RS0003-01-2023-000364-76


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 февраля 2024 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Поповой А.В.,

при секретаре Барковской А.А.,

с участием прокурора Нефедова С.Ю.,

осужденного ФИО1,

защитников - адвокатов Никитенко М.Н., Подпаловой А.Г.,

потерпевшей Ч.А.В., ее представителя – адвоката Князева В.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитников Подпаловой А.Г. и Никитенко М.Н., апелляционному представлению с дополнением к нему и.о. прокурора Аркадакского района Саратовской области Крепица З.Ю. на приговор Аркадакского районного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года, которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по ч.2 ст.216 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, с возложением обязанностей.

Заслушав выступление осужденного ФИО1, его защитников Никитенко М.Н., Подпалову А.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора, мнение прокурора Нефедова С.Ю., поддержавшего доводы апелляционного представления с дополнением, позицию потерпевшей и законного представителя несовершеннолетних потерпевших Ч.А.В., их представителя – адвоката Князева В.Б., полагавших приговор законным, обоснованным и справедливым, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ФИО1 в <адрес> при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Подпалова А.Г. считает приговор суда в отношении ФИО1 незаконным и необоснованным. В доводах жалобы, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», указывает, что погибший Ч.А.С. не состоял с ООО «ВАРСофт» в трудовых отношениях, между ними сложились гражданско-правовые отношения. Отмечает, что в обязанности ФИО1, как исполнительного директора, не входили полномочия, связанные с организацией и безопасным проведением работ на высоте, а также иные полномочия по охране труда и соблюдению техники безопасности. Документы о возложении на ФИО1 таких полномочий были составлены после несчастного случая с Ч.А.С. ФИО1 не совершал действий по неисполнению или ненадлежащему исполнению обязанностей, установленных в нормативных правовых актах, не имелось факта нарушения им специальных правил, в связи с чем он не является субъектом данного преступления. Гибель Ч.А.С. произошла вследствие его небрежного поведения и является несчастным случаем. Находит заключение судебной экспертизы исследования документов (т. 12 л.д. 76-92) недопустимым доказательством, поскольку проводившая исследование эксперт К.С.В. не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения до проведения экспертизы, а кроме того <данные изъяты> не обладает правом на осуществление деятельности, связанной с производством судебных экспертиз, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что эксперт К.С.В. состоит в штате указанной организации или каким образом данный эксперт был приглашен для производства экспертизы, не приобщены документы о ее квалификации. Просит приговор суда отменить, ФИО1 – оправдать. В удовлетворении исковых требований Ч.А.В. отказать, так как иск подан ненадлежащим истцом и к ненадлежащему ответчику.

В апелляционной жалобе защитник Никитенко М.Н. считает приговор суда в отношении ФИО1 незаконным и необоснованным. В доводах жалобы указывает на несоответствие выводов суда установленным фактическим обстоятельствам, а также неправильное применение судом уголовного закона и нарушение уголовно-процессуального закона. Полагает, что в нарушение требований ст. 307 УПК РФ суд первой инстанции приговоре не дал оценку представленным сторонами доказательствам, а также исказил показания допрошенных лиц. Считает, что судом положены в основу приговора непоследовательные и противоречивые показания представителя потерпевших Ч.А.В., которые ничем по делу не подтверждены. Считает, что у Ч.А.В. имеются основания для оговора ФИО1 Полагает, что суд первой инстанции в рамках рассмотрения уголовного дела вышел за пределы своих полномочий, установив факт трудовых отношений между Ч.А.С. и <данные изъяты>. Отмечает, что факт трудовых отношений между Ч.А.С. и <данные изъяты> вступившим в законную силу решением суда установлен не был. Считает, что Ч.А.С. самостоятельно приехал на объект <данные изъяты>» для определения объемов работ и возможного заключения с <данные изъяты> гражданско-правового договора по выполнению работ. При этом Ч.А.С. в <данные изъяты> трудоустроен никогда не был. Строительство коммуникаций ВОЛС в интересах <данные изъяты> на объекте <данные изъяты> по адресу: <адрес> осуществляло <данные изъяты>. <данные изъяты><дата> направило <данные изъяты> техническое задание на выполнение работ по вышеуказанному адресу, однако оно не было подписано <данные изъяты> и договор на выполнение работ не заключался, <данные изъяты> разрешение на проведение работ на вышеуказанном объекте не получало, необходимой процедуры допуска не проходило, следовательно необходимости проводить какие-либо работы на указанном объекте <данные изъяты> не имело, и ФИО1 не мог дать указания Ч.А.С., К.Д.А. и Г.А.С. о проведении работ, тем самым допустив их к выполнению работ. Кроме того, Ч.А.С., К.Д.А. и Г.А.С. не могли начать выполнять работы, так как у них отсутствовали материалы и оборудование. Считает, что по факту смерти Ч.А.С. отсутствует событие преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ. Заключение судебной экспертизы исследования документов считает недопустимым доказательством, поскольку проводившая исследование эксперт К.С.В. не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения до проведения экспертизы. Полагает, что заключение эксперта № также является недопустимым доказательством, поскольку содержит противоречия между исследовательской частью и выводами, основано на недействующих нормативных документах, проведено лицом, не имеющим специальных познаний в указанной области и права на проведение указанного вида экспертиз. Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 12 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», указывает, что смерть Ч.А.С. является несчастным случаем, а ФИО1 не субъект преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ. Полагает, что на <дата> ответственным за соблюдение требований охраны труда являлся ФИО2, а нормативные документы, которыми на ФИО1 возлагались обязанности по соблюдению требований охраны труда были составлены и подписаны после произошедшего несчастного случая. Выражает несогласие с приговором в части рассмотрения гражданского иска законного представителя Ч.А.В., считая размер компенсации морального вреда явно завышенным, а исковое заявление поданным ненадлежащим истцом. Просит приговор суда отменить, ФИО1 – оправдать. В удовлетворении исковых требований Ч.А.В. отказать в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Подпаловой А.Г. и.о. прокурора Аркадакского района Саратовской области Крепица З.Ю. опровергает указанные доводы, просит оставить их без удовлетворения.

В апелляционном представлении и дополнению к нему и.о. прокурора Аркадакского района Саратовской области Крепица З.Ю. считает приговор суда в отношении ФИО1 незаконным, необоснованным и несправедливым. В доводах представления указывает о допущенных судом первой инстанции нарушениях требований ст. 307 УПК РФ, а также несправедливости назначенного ФИО1 наказания вследствие его чрезмерной мягкости. Полагает, что в силу требований ст. 78 УК РФ ФИО1 подлежит освобождению от назначенного наказания. Считает, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком, а компенсация морального вреда подлежит взысканию с организации. Кроме того, считает необоснованными выводы суда об отказе в удовлетворении исковых требований Ч.А.В. о компенсации морального вреда. Просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, освободить его от назначенного наказания на основании ст. 78 УК РФ, взыскать с <данные изъяты> компенсацию морального вреда в пользу несовершеннолетних Ч.М.А. и Ч.В.А., отменить приговор в части рассмотрения исковых требований Ч.А.В. и передать исковое заявление на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, апелляционного представления с дополнением, возражений, выслушав стороны в судебном заседании, проверив по материалам уголовного дела законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства на основании представленных сторонами доказательств установлены все обстоятельства, имеющие значение для принятия правильного, объективного и обоснованного решения по уголовному делу.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью проверенных и исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями законного представителя несовершеннолетних потерпевших – Ч.А.В. о том, что с 2016 года ее бывший муж Ч.А.С. без оформления трудового договора работал монтажником в <данные изъяты>, проводил работы по установлению оборудования на различных объектах <данные изъяты>. <дата> Ч.А.С. от ФИО1 получил сообщение, в котором указывалось на необходимость следовать для ведения работ в <адрес>. <дата> рано утром Ч.А.С. ушел на работу. В тот же день вечером ей стало известно о падении Ч.А.С. с лестницы во время осуществления работ и его госпитализации в больницу, где он скончался <дата>. Оплату расходов на погребение осуществил А.В.Г., который говорил, что Ч.А.С. в их организации лучший сотрудник;

- показаниями свидетелей С.Р.Д., К.Н.С. из которых следует, что в 2017 году они работали монтажниками в <данные изъяты> без оформления трудовых договоров, в одной бригаде с ними работал Ч.А.С., был ли у него оформлен трудовой договор им не известно;

- показаниями свидетеля З.А.В. о том, что в 2017 году он часто видел в офисе <данные изъяты> Ч.А.С., который выполнял монтажные работы от имени указанной организации;

- показаниями свидетеля Ж.С.П. о том, что в ноябре 2017 года от имени <данные изъяты> представитель организации <данные изъяты> Ч.А.С. осуществил подключение интернета в его дом;

- показаниями свидетеля Ч.Е.А. о том, что она, будучи администратором <данные изъяты>, расположенном в <данные изъяты>, неоднократно в 2017 году согласовывала заявки на допуск в торговый центр сотрудников <данные изъяты>, в числе которых были С.Р.Д., Ф.А.А., Ч.А.С. для производства монтажных работ;

- показаниями свидетелей П.Н.В., М.Н.В., Б.М.В., Р.А.Ф. о том, что на <адрес> в <адрес> в один из дней декабря 2017 года трое мужчин осуществляли монтажные работы по прокладке кабеля, во время чего один из мужчин упал с лестницы и получил травмы, после чего был госпитализирован;

- уставом <данные изъяты>, из которого следует, что <данные изъяты>, в том числе, осуществляет монтаж и настройку компьютерных сетей, выполнение всех видов проектных, строительных, ремонтно-строительных, монтажных, пуско-наладочных работ и других специальных видов работ.

- приказом по <данные изъяты> № от <дата> о назначении ФИО1 на должность исполнительного директора;

- должностной инструкцией исполнительного директора, утвержденной генеральным директором <данные изъяты> А.В.Г. <дата>, согласно которой должность исполнительного директора относится к категории руководителей. Исполнительный директор должен знать трудовое законодательство и руководствоваться в своей деятельности законодательными актами Российской Федерации, Уставом <данные изъяты>, правилами внутреннего трудового распорядка, другими нормативными актами компании, приказами и распоряжениями руководства и своей должностной инструкцией. Исполнительный директор отвечает за соблюдение трудовой дисциплины, выполнение приказов и распоряжений, вправе устанавливать служебные обязанности для подчиненных работников, а также несет ответственность за нарушение правил внутреннего трудового распорядка, трудовой дисциплины, правил техники безопасности и противопожарной безопасности, с которой ФИО1 был ознакомлен;

- приказом генерального директора <данные изъяты> от 15 ноября 2017 года № 2к «О назначении ответственного за организацию работы по охране труда», согласно которого ФИО1 назначен ответственным за организацию работы по охране труда, соблюдение техники безопасности и пожарной безопасности.

- приказом генерального директора <данные изъяты> от 15 ноября 2017 года № 2ж «О назначении лиц, ответственных за организацию и безопасное проведение работ на высоте», согласно которому ФИО1 назначен ответственным за организацию и безопасное проведение работ на высоте в <данные изъяты>.

- приказом генерального директора <данные изъяты> от 15 ноября 2017 года № 2з «Об организации проведения инструктажей и обучения», согласно которого ФИО1 назначен ответственным за организацию проведения инструктажей и обучения.

- сведениями, представленными <данные изъяты> о заключении генерального договора № от <дата> с <данные изъяты>, в соответствии с которым последний в период с <дата> по <дата> принимает обязательства по выполнению комплекса работ и/или оказанию услуг по проектированию и строительству объектов <данные изъяты>: волоконно-оптических линий связи, линий передачи, физических цепей и линейно-кабельных сооружений; а также договора подряда № от <дата> с <данные изъяты>, в соответствии с которым последний в период с <дата> по <дата> принимает обязательства по выполнению (ведению) работ на объектах по заданиям <данные изъяты>;

- заключением эксперта № от <дата> (техническая судебная экспертиза), согласно выводов которого Ч.А.С. не должен был быть допущен до выполнения работ, поскольку в нарушение требований ст. 16 ТК РФ Ч.А.С. официально не был оформлен на работу в <данные изъяты>; в нарушение требований ст. 214 ТК РФ и п. 6 Правил по охране труда при работе на высоте, утвержденных Приказом Минтруда России от <дата> №н, с изменениями от <дата> №н (далее по тексту - Правил по охране труда при работе на высоте) Ч.А.С. не прошел предварительный медосмотр; в нарушение требований ст. 214 ТК РФ и п. 8 Правил по охране труда при работе на высоте Ч.А.С. не прошел обучение и инструктаж по охране труда, технике безопасности при выполнении конкретных работ; в нарушение требований ст.ст. 214, 221 ТК РФ, п. 114 Правил по охране труда при работе на высоте, п.п. 4, 9, 10, 13 и 26 Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от <дата> №н, Ч.А.С. не был обеспечен средствами индивидуальной защиты, необходимыми для выполнения конкретных работ. В прямой причинно-следственной связи с несчастным случаем со смертельным исходом с Ч.А.С. находятся нарушения вышеуказанных требований законодательных и нормативно-технических документов, допущенные исполнительным директором <данные изъяты> ФИО1;

- заключением судебно-медицинского эксперта № от <дата>, согласно выводов которого смерть Ч.А.С. наступила <дата> в результате тупой травмы головы с кровоизлияниями под оболочки, ушибами вещества головного мозга, повреждением костей черепа, осложнившейся развитием отека, набухания вещества головного мозга с вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное отверстие. На трупе Ч.А.С. обнаружены следующие телесные повреждения: тупая травма головы: кровоподтеки (2) в области нижних век обоих глаз, ссадина в лобной области слева, кровоизлияние в мягкие ткани головы затылочной области справа, кровоизлияния под твердой мозговой оболочкой (25 мл) в области передних, средних черепно-мозговых ямок справа и слева, задней черепно-мозговой ямки справа, кровоизлияния под мягкими мозговыми оболочками: лобных долей в области полюсов с переходом на базальные поверхности справа и слева, височных долей слева и справа по базальным поверхностям, затылочной доли справа по нижней поверхности, ушибы вещества головного мозга: лобных долей по базальной поверхности, левой височной доли по базальной поверхности, переломы костей черепа; ссадины в области локтевых суставов справа и слева по задней поверхности, кровоизлияние в мягкие ткани в области правого тазобедренного сустава по задне-наружной поверхности. Все телесные повреждения являются прижизненными и образовались от травматического воздействия тупым (-ми) твердым (-ми) предметов (-ми) при падении со значительной высоты, в комплексе единой травмы одномоментно от однократного воздействия в область головы, верхних конечностей и в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, а также другими доказательствами, приведенными в приговоре, подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершения осужденным ФИО1 преступления.

Суд всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, дал правильную оценку всем доказательствам в их совокупности, при этом суд указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие, оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств суд апелляционной инстанции не находит.

Положенные в основу обвинения ФИО1 доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость и относимость, а в совокупности и достаточность для вынесения обвинительного приговора, сомнений не вызывает.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку вышеуказанным доказательствам, приведенным судом в обоснование доказанности вины осужденного, суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, в том числе об отсутствии между <данные изъяты> и Ч.А.С. трудовых отношений, о поездке Ч.А.С. на строительный объект в <адрес> самостоятельно для определения в дальнейшем возможности заключения с <данные изъяты> договора субподряда на монтаж кабеля, судом первой инстанции тщательным образом проверены, подтверждения не нашли, поскольку опровергаются совокупностью исследованных судом достоверных и допустимых доказательств. Выводы суда о виновности ФИО1 подробно мотивированы в приговоре, оснований не соглашаться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Отвергая версию стороны защиты о невиновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении суд первой инстанции обоснованно исходил из показаний Ч.А.В., свидетелей С.Р.Д., К.Н.С., З.А.В., содержания смс-сообщения Ч.А.С. от ФИО1, показаний свидетелей Ж.С.П., Ф.А.А., О.А.Н., Б.О.В., Ч.Е.А., С.А.А., П.Н.В., М.Н.В., Б.М.В., Р.А.Ф., а также приведенных в приговоре других доказательств, из содержания которых следовало, что Ч.А.С. на постоянной основе выполнял трудовые функции в <данные изъяты>, в том числе <дата> по указанию исполнительного директора ФИО1 поехал в <адрес>, где на протяжении длительного времени выполнял строительные работы, в ходе которых упал с приставной лестницы, получив телесные повреждения, приведшие к смерти.

Показания Ч.А.В., свидетелей С.Р.Д., К.Н.С., И.Е.В., З.А.В., Ж.С.П., Ф.А.А., О.А.Н., Б.О.В., Ч.Е.А., С.А.А., П.Н.В., М.Н.В., Б.М.В., Р.А.Ф., О.М.В., обоснованно признаны достоверными и положены в основу выводов о виновности ФИО1, этим показаниям судом дана оценка полная и правильная. Каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных лиц, а также других приведенных в приговоре доказательств, которые могли бы повлиять на выводы суда и на законность принятого судом решения, не имеется.

Утверждения стороны защиты о наличии у Ч.А.В. оснований для оговора осужденного ФИО1 носят голословный характер и ничем по делу не подтверждены.

Показания ФИО1, отрицавшего свою причастность к преступлению, справедливо получили критическую оценку в приговоре. Суд обоснованно посчитал, что занятая осужденным позиция опровергается вышеприведенными доказательствами, не доверять которым оснований не имеется.

Кроме того, обоснованно получили критическую оценку суда показания свидетелей К.Д.А., Г.А.С. и А.В.Г., как данные с целью помочь избежать уголовной ответственности и наказания осужденному ФИО1

Ссылка в апелляционных жалобах стороны защиты на разъяснения, содержащиеся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 года «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов», является необоснованной, поскольку указанные разъяснения относятся к правоотношениями между лицами, выполняющим работы по гражданско-правовым договорам, тогда как судом первой инстанции с достоверностью установлен факт трудовых отношений между <данные изъяты> и Ч.А.С.

Доводы жалобы стороны защиты о том, что ФИО1 не является субъектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными судом приказами о назначении ФИО1 на должность, возложении на него обязанностей по охране труда и соблюдению техники безопасности, а также должностной инструкцией ФИО1 как исполнительного директора <данные изъяты>, согласно которых ФИО1 должен был соблюдать указанные в приговоре правила производства строительных работ, нарушение которых находятся в прямой причинной-следственной связи с наступлением смерти Ч.А.С.

Утверждение стороны защиты о том, что приказы о назначении на должность ФИО1, возложении на него обязанностей по охране труда и соблюдению техники безопасности, а также должностная инструкция были подписаны ФИО1 после несчастного случая с Ч.А.С., носит голословный характер и ничем по делу не подтверждено.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, являются несостоятельными.

Несмотря на отсутствие оформленного в письменной форме трудового договора между <данные изъяты> и Ч.А.С., суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что между <данные изъяты> и Ч.А.С. возникли трудовые отношения, поскольку Ч.А.С. приступил к работе в <данные изъяты>, выполнял обязанности монтажника с ведома и по поручению работодателя, в его интересах, под его контролем, а также управлением.

Отсутствие между <данные изъяты> и Ч.А.С. трудового договора, заключенного в письменном виде, в данном случае, указывает на допущенные со стороны работодателя нарушения при оформлении трудовых отношений.

Вопреки доводам жалоб, заключения судебной экспертизы исследования документов и технической экспертизы обоснованно признаны достоверными и допустимыми доказательствами и положены в основу выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

Утверждение стороны защиты о том, что эксперт К.С.В., давшая заключение по исследованию документов, не была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения до проведения экспертизы, является несостоятельным. Как видно из заключения эксперта, эксперт К.С.В. предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ<дата> - в день изготовления экспертизы.

Сомнений в полномочиях эксперта К.С.В. проводить указанный вид исследований, вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, у суда апелляционной инстанции не имеется (т. 12 л.д. 77).

Выводы заключения судебной экспертизы исследования документов оценены в совокупности с другими исследованными доказательствами и не противоречат им.

Заключение эксперта № соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, проведено на основании постановления следователя, в пределах поставленных вопросов, входящих в компетенцию эксперта, обладающего специальными познаниями в исследуемой области. Выводы эксперта научно аргументированы, основаны на результатах проведенных исследований, составлены в полном соответствии с требованиями УПК РФ, являются ясными, конкретными, обоснованными и понятными. Данное заключение проведено компетентным экспертом, имеющим стаж работы и подготовку в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Как следует из заключения эксперта № ст. эксперт отдела строительно-технических экспертиз Г.А.А. имеет право на проведение, в том числе исследования обстоятельств несчастного случая в строительстве с целью установления причин, условий, механизма, а также круга лиц, в чьи обязанности входило обеспечение безопасных условий труда.

При таких обстоятельствах, доводы жалобы стороны защиты о том, что заключение эксперта № является недопустимым доказательством, проведено лицом, не имеющих специальных познаний в указанной области и права на проведение указанного вида экспертиз, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Исследовав все доказательства в совокупности, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд верно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст.216 УК РФ.

Признавая ФИО1 виновным, суд первой инстанции правильно исходил из установленных фактических обстоятельств, из которых видно, что Ч.А.С. работал монтажником в <данные изъяты>, <дата> по указанию исполнительного директора ФИО1 Ч.А.С. совместно с К.Д.А. и Г.А.С. выехали в <адрес> для производства строительных работ, при этом Ч.А.С., выполняя работы, упал с приставной лестницы, получив телесные повреждения, приведшие к смерти. Обязанность по соблюдению техники безопасности при проведении строительных работ лежала на ФИО1 Допущенные ФИО1 нарушения правил безопасности при ведении строительных работ и других указанных в приговоре суда нормативных документов находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Ч.А.С.

Оснований для оправдания ФИО1, о чем ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Содержание апелляционных жалоб стороны защиты полностью повторяет их процессуальную позицию в судебном заседании, которая была в полном объеме проверена при рассмотрении дела судом первой инстанции и отвергнута как несостоятельная после исследования всех юридически значимых обстоятельств, с приведением выводов, опровергающих доводы в защиту.

Приговор суда соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе обвиняемого, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе досудебного производства, ни при рассмотрении уголовного дела судом, не установлено.

Судебное разбирательство по делу проведено с необходимой полнотой и объективностью, с соблюдением требований ст.ст.252, 273-291 УПК РФ. В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст.259 УПК РФ. Содержание протокола судебного заседания соответствует его аудиозаписи.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, совокупности данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличия смягчающих обстоятельств, а также отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Каких-либо иных обстоятельств, которые не были исследованы судом первой инстанции и могли повлиять на правильность выбора вида и размера наказания, свидетельствующих о чрезмерной суровости назначенного наказания, в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст.ст.6, 60 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, не допущено.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло шесть лет после совершения преступления средней тяжести.

Из материалов дела следует, что со дня совершения ФИО1 преступления, относящегося к категории средней тяжести, истекло шесть лет, а следовательно ФИО1 подлежит освобождению от наказания в связи с истечением срока давности.

Кроме того, как следует из приговора исковые требования законного представителя потерпевшей Ч.А.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Ч.М.А. и Ч.В.А. удовлетворены частично. С ФИО1 в пользу Ч.М.А., Ч.В.А. взыскана компенсация морального вреда в сумме 1 000 000 рублей каждому, в остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Судом установлено, что несовершеннолетним потерпевшим Ч.М.А., Ч.В.А. моральный вред причинен в результате смерти их отца Ч.А.С., которая наступила в связи допущенными нарушениями ФИО1, являющимся исполнительным директором <данные изъяты>, должностных обязанностей, связанных с соблюдением правил безопасности при ведении строительных работ.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из разъяснений, данных в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с причинением вреда работником организации (юридического лица) при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей к участию в деле в качестве гражданского ответчика привлекается юридическое лицо (статья 1068 ГК РФ).

Между тем, рассматривая гражданский иск законного представителя потерпевшей Ч.А.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Ч.М.А. и Ч.В.А. в качестве гражданского ответчика юридическое лицо – <данные изъяты>, которое являлось работодателем ФИО1, привлечено к участию в деле не было.

Указанное выше нарушение уголовно-процессуального закона является существенным и влечет отмену приговора в части разрешения гражданского иска в полном объеме, с передачей уголовного дела в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Доводы апелляционных жалоб о несоответствии размера компенсации морального вреда физическим и нравственным страданиям несовершеннолетних потерпевших подлежат проверке при новом рассмотрении исковых требований.

Кроме того, при новом рассмотрении подлежат проверке доводы апелляционного представления в части необоснованности отказа в удовлетворении исковых требований Ч.А.В. о компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Аркадакского районного суда Саратовской области от 18 декабря 2023 года в отношении ФИО1 изменить.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освободить от назначенного по ч. 2 ст. 216 УК РФ наказания в связи с истечением срока давности уголовной ответственности.

Этот же приговор в части рассмотрения гражданского иска потерпевшей Ч.А.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей Ч.М.А. и Ч.В.А., о компенсации морального вреда отменить, уголовное дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в Аркадакский районный суд Саратовской области иным составом суда.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников Подпаловой А.Г. и Никитенко М.Н., апелляционное представление и дополнение к нему и.о. прокурора Аркадакского района Саратовской области Крепица З.Ю. – без удовлетворения.

В соответствии с главой 47.1 УПК РФ, апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий