Приговор № 1-218/2025 от 26 июня 2025 г. по делу № 1-218/2025

Дело **

УИД **

Поступило в суд ****


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

*** ****

Железнодорожный районный суд *** в составе

председательствующего судьи Полуэктовой М.Б.,

с участием

государственных обвинителей

помощников Новосибирского транспортного прокурора Айрапетяна А.Г., ФИО1

ФИО2,

подсудимого ФИО3

защитника - адвоката Карымовой Т.А.,

при секретаре Виндижеве Д.А.,

помощнике судьи Волковой А.Д.,

рассмотрев уголовное дело в отношении

ФИО4, **** года рождения, уроженца ***, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: ***, фактически проживающего по адресу: ***, имеющего среднее общее образование, женатого, несовершеннолетних детей не имеющего, работающего в * специалистом по обслуживанию маломобильных пассажиров, военнообязанного, судимого:

- **** приговором Октябрьского районного суда *** по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком 1 год 6 месяцев (неотбытый срок наказания 3 месяца 7 дней),

копию обвинительного заключения по делу получившего ****, под стражей по настоящему уголовному делу не содержавшегося, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 совершил присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступление совершено на территории *** при следующих обстоятельствах.

**** не ранее 08 часов 55 минут и не позднее 14 часов 43 минут местного времени, более точное время не установлено, ФИО4, являясь сотрудником сферы обслуживания пассажиров на железнодорожном вокзале ***, выполняя рабочие обязанности, заключающиеся в оказании услуг пассажирам в доставке багажа, проходя вдоль состава пассажирского поезда **Н сообщением «Новосибирск - Алматы» по перрону 4 железнодорожного пути *** Западно-Сибирской железной дороги, находящейся в зоне обслуживания железнодорожного вокзала *** Западно-Сибирской железной дороги, расположенного по адресу: ***, более точно место не установлено, получил из рук в руки от пассажира поезда Свидетель №2 мобильный телефон «Samsung» в корпусе сине-чёрного цвета, принадлежащий Потерпевший №1 При этом Свидетель №2, заблуждаясь в собственнике указанного мобильного телефона, который был ею обнаружен на столе купе ** вагона ** указанного пассажирского поезда, поскольку ранее был там оставлен без присмотра собственником Потерпевший №1, полагая, что указанный мобильный телефон оставлен в указанном месте лицами из числа сотрудников сферы обслуживания пассажиров на железнодорожном вокзале ***, передала указанный телефон ФИО4 с поручением отдать указанный мобильный телефон его собственнику, тем самым вверила тому мобильный телефон «Samsung» в корпусе сине-чёрного цвета, принадлежащий Потерпевший №1 ФИО4, полагая, что указанный мобильный телефон принадлежит кому-то из сотрудников сферы обслуживания пассажиров на железнодорожном вокзале ***, взял у Свидетель №2 указанный мобильный телефон, а также принял к исполнению её поручение.

Исполняя указанное поручение по передаче законному владельцу вверенного ему вышеуказанного мобильного телефона, в указанный период времени, находясь в зоне обслуживания железнодорожного вокзала *** Западно-Сибирской железной дороги, расположенного по адресу: ***, более точно место не установлено, ФИО4, убедился, что указанный мобильный телефон марки «Samsung» в корпусе сине-чёрного цвета не принадлежит кому-либо из лиц сферы обслуживания пассажиров на железнодорожном вокзале ***, осознав, что данный мобильный телефон принадлежит сотруднику указанного поезда. Непосредственно после этого у ФИО4 из корыстных побуждений, с целью личного материального обогащения, возник преступный умысел, направленный на присвоение, то есть хищение чужого имущества, а именно вверенного ему принадлежащего Потерпевший №1 мобильного телефона «Samsung», с причинением значительного ущерба гражданину.

Реализуя свой указанный преступный умысел, находясь ****, не ранее 08 часов 55 минут и не позднее 14 часов 43 минут местного времени, более точное время не установлено, ФИО4, находясь в зоне обслуживания железнодорожного вокзала *** Западно-Сибирской железной дороги, расположенного по адресу: ***, более точно место не установлено, действуя целенаправленно, из корыстных побуждений, удерживая вверенное имущество - мобильный телефон марки «Samsung» стоимостью 16 565 рублей 97 копеек при себе и обратил в свою пользу, с места преступления скрылся и распорядился похищенным по своему усмотрению, таким образом, совершил присвоение вверенного ему чужого имущества, причинив ФИО5 значительный ущерб на указанную сумму.

Таким образом, ФИО4 путем присвоения похитил у Потерпевший №1 имущество, а именно мобильный телефон марки «Samsung» стоимостью 16 565 рублей 97 копеек, причинив последнему материальный ущерб на указанную сумму, который является для него значительным.

В судебном заседании подсудимый ФИО4 вину по предъявленному ему обвинению не признал и показал, что **** он был на работе, на вокзале «Новосибирск-Главный». Перед тем как отправиться к поезду **, к нему обратилась пассажирка с просьбой перенести багаж, он ей помог. После этого на перроне около поезда ** к нему подошла свидетель Свидетель №2, дала смартфон Самсунг чёрного цвета и сказала, что его оставил носильщик, который принёс вещи, попросила передать тому этот телефон. Он согласился на её просьбу, пошёл искать владельца телефона. Когда он зашёл в вокзал, спросил у носильщиков, чей это телефон, те ответили, что он не их. Далее он вышел из комнаты, увидел Свидетель №1, спросил, не он ли оставил телефон. Тот ответил, что он относил багаж, но телефон не терял. После этого он решил найти ту женщину, чтобы исправить ошибку, но не знал, в каком вагоне она едет. Когда он искал женщину, которая передала ему телефон, поезд еще Свидетель №6 примерно 10 минут. Его позвали встречать маломобильных людей. После отправления поезда он пришёл в комнату, пытался позвонить по номеру из телефонной книги, в справочнике увидел контакт «Брат», но соединения не было, так как оператор связи не российский, интернет-соединения не было. Сам он плохо разбирается в телефонах. Он открыл лоток для сим-карты, из него выпала сим-карта белого цвета, он заметил, что она не российского оператора связи. Сам он целенаправленно сим-карту из телефона не извлекал. Со своего телефона он не пытался позвонить по телефонам, указанным в телефонной книге, так как там были не номера, а наименования контактов. Далее его вызвали для помощи в посадке инвалида на поезд. Когда он вернулся, поезд уже ушёл. Телефон остался на месте, но сим-карты в нём не было, возможно, её случайно смахнули со стола или она попала в мусор. В телефоне была фотография удостоверения, на ней изображено лицо казахской национальности. Он подумал, что это телефон проводника, работника поездной бригады, какой конкретно не понял, но понял, что это поезд «Алматы-Новосибирск». Поскольку поезд уже ушёл, он подумал, что спросит про телефон при следующем его прибытии. Неделю телефон лежал у него, умысла присвоить его или распорядиться у него не имелось. Он спрашивал у проводников, когда придёт поезд. Поезд вернулся через 3-4 дня другим рейсом из Алматы. Он работает сутки через двое. Он находился на работе 22, 25, 28 января. Когда он был не на смене, встречал людей и спрашивал, знакомы ли они с владельцем телефона. Кто-то говорил, что знаком с ним, но точной информации не было.

**** после смены он прилёг отдохнуть, около 15:00 ему позвонили сотрудники полиции с вокзала, начали опрашивать по телефону, просили прислать свою фотографию, присылали фото проводников, спрашивали, узнаёт ли он кого-то, а также спросили, где телефон. Он сказал, что найдёт проводника и вернёт телефон, случайно оказавшийся у него. Ближе к вечеру **** ему сказали приехать в полицию для разбирательства. Сотрудники полиции начали проверять камеры наблюдения, сказали вернуть телефон, однако у него с собой телефона не было, он лежал в рабочей сумке на даче. Дача находится недалеко от места его жительства. Ему указали привезти телефон владельцу и помириться с ним. Он поехал на дачу за телефоном, самостоятельно привёз его к 12:00 ночи в полицию. В присутствии свидетелей был составлен документ об изъятии телефона. С указанным протоколом он ознакомлен, ближе к 2 часам ночи. В дальнейшем он встречал поезда, искал проводника – владельца телефона по фотографии удостоверения в телефоне, где также была указана фамилия, имя, отчество владельца, спрашивал у других проводников, приехал он или нет. Визуально он видел указанного человека, но лично с ним знаком не был. Он проверял все поезда из Алматы с 22 числа, но нашёл его только к концу января. К тому времени телефон у него был уже изъят. Он думал, как связаться с владельцем телефона.

У него имеется собственный новый мобильный телефон, телефоном, который ему передала Свидетель №2, он не пользовался. Скорее всего, на вокзале есть служба по утерянным вещам; в цокольном этаже есть камера хранения забытых вещей. Он не принял мер по передаче туда телефона, поскольку была суматоха, хотел сам найти владельца телефона. В полицию он не обращался, поскольку не смог найти сим-карту. Он принёс извинения потерпевшему при встрече в конце января - в начале февраля 2025 года, которые тот принял. В службе по обслуживанию маломобильных граждан он работает с 2022 года, а фактически в этой организации работает 7 лет.

В судебном заседании в порядке ст. 276 УПК РФ оглашены показания ФИО4, данные на стадии предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 152-156, 185-188, 205-207, т. 2 л.д. 28-30).

Так, при допросе в качестве подозреваемого **** ФИО4 показал, что с 2018 года работает на железнодорожном вокзале *** носильщиком, рабочий график сутки через двое. **** он находился на смене, около 12 часов к нему обратилась женщина и попросила помощи в переносе багажа и осуществлении посадки на пассажирский поезд **Н сообщением «Новосибирск-Главный — Алматы», на что он согласился. Отправление данного поезда со станции Новосибирск-Главный поезда в 14 часов 42 минуты, поезд подают на посадку примерно за час до отправления. Когда объявили посадку, он вместе с женщиной отправился на 4 путь, где находился поезд **Н. Они зашли в вагон, он оставил вещи женщины и отправился обратно. Когда он вышел из вагона и шёл по перрону в сторону пешеходного моста, возле входа в вагон **, к нему обратилась женщина, которая попросила его передать мобильный телефон марки «Samsung» в корпусе чёрного цвета другому носильщику, который забыл этот телефон на столе в вагоне поезда. Он согласился на данную просьбу, взял у женщины мобильный телефон, чтобы передать его кому-то из своих коллег. С этим мобильным телефоном он зашёл в комнату носильщиков, расположенную на железнодорожном вокзале ***, спросил у носильщиков, которые находились в комнате, не оставлял ли кто телефон, при этом показывал всем телефон, на что все ответили, что телефон никто не оставлял, этот телефон никому не принадлежит. Тогда он решил, что пойдет обратно к поезду **Н на 4 путь, и отдаст женщине телефон обратно, так как не нашел владельца телефона. Вернувшись к вагону поезда, женщину найти он не смог, в вагон не заходил, времени было около 14 часов 30 минут. Так как женщину он не нашел, а из носильщиков телефон никому не принадлежал, он решил, что данный телефон никому не нужен, владельца найти не сможет, решил забрать мобильный телефон себе и ждать, когда сможет отдать владельцу. Далее он пошел с мобильным телефоном марки «Samsung», находящимся в кармане куртки, в комнату носильщиков, где осмотрел телефон, увидел, что пароль на нём отсутствует, вытащил сим-карту из мобильного телефона, чтобы посмотреть её, но потом сим-карта пропала, точнее, куда-то упала, и он её потерял. Сим-карта была белого цвета, с надписями, по сим-карте было понятно, что она не российская, как он понял, Алматы. Свою сим-карту в телефон он не вставлял. Также он посмотрел фотографии на телефоне, увидел там фотографии гражданина Республики Казахстан. Весь оставшийся день телефоном он не пользовался, телефон просто находился при нём. После рабочей смены **** примерно в 09 часов он ушёл домой, при этом телефон марки «Samsung» был при нём. Этот телефон был ему не нужен, продавать его он не собирался. Он понимал, что если бы присвоил себе мобильный телефон, то совершил бы противоправное деяние. **** ему позвонили сотрудники полиции и сообщили, что подозревают его в совершении хищения мобильного телефона и предложили проехать в отдел полиции ЛО МВД России на ***, на что он согласился. Со стороны сотрудников полиции никаких противоправных действий, физического или психического давления в его адрес не совершалось. Сотрудниками полиции был проведен его личный досмотр, в ходе которого у него изъят мобильный телефон марки «Samsung», который ему передала женщина. Позже от сотрудников полиции ему стало известно, что данный мобильный телефон принадлежит проводнику поезда **Н сообщением «Новосибирск-Главный - Алматы» - К., который ему знаком. К. передал информацию о женщине, следовавшей в вагоне поезда и передавшей мобильный телефон, - Свидетель №2 Вину свою признаёт в том, что не отдал сразу телефон сотрудникам полиции, а хотел найти владельца самостоятельно. Так как он потерял сим-карту, думал, что сам вернёт телефон хозяину, так как понял, что телефон принадлежит проводнику поезда «Новосибирск - Алматы», однако не знал, как найти хозяина телефона. Он ждал, когда будет поезд из Алматы, чтобы вернуть проводнику, так как понимал по фотографиям из телефона кто владелец телефона. Возможность сообщить в полицию и передать телефон у него была.

При допросе в качестве обвиняемого **** ФИО4 показал, что с предъявленным обвинением не согласен. **** он находился на рабочей смене, примерно в 14:10-14:15 он шёл по перрону 4 пути после доставки багажа пассажиру в 4 или 6 вагон поезда, возле входа одного из вагонов к нему обратилась женщина, которая попросила передать мобильный телефон марки «Samsung» в корпусе чёрного цвета другому носильщику, который, по мнению женщины, забыл телефон на столе в вагоне поезда. Он согласился на данную просьбу и взял у женщины мобильный телефон, чтобы передать кому-то из коллег. С данным мобильным телефоном он зашёл в комнату носильщиков, спросил у носильщиков, которые находились в комнате, не оставлял ли кто телефон, при этом показывал всем телефон. Ему ответили, что телефон никто не оставлял, он никому из носильщиков не принадлежит. Тогда он решил, что пойдет обратно к поезду **Н и отдаст женщине обратно телефон, так как не нашёл владельца телефона. Выйдя из комнаты, он увидел носильщика М., который доносил вещи женщине, передавшей мобильный телефон, и спросил, принадлежит ли тому данный телефон. Тот ответил, что свой телефон нигде не оставлял, после чего он (ФИО4) пошел на перрон 4 пути, чтобы вернуть обратно женщине телефон, однако найти её не смог, смотрел вдоль поезда на улице, в вагон не заходил, времени было около 14 часов 30 минут. Поскольку женщину он не нашёл, а из носильщиков телефон никому не принадлежал, он решил взять телефон в комнату носильщиков, чтобы осмотреть этот телефон и идентифицировать собственника телефона. При осмотре телефона он увидел, что пароль на нём отсутствует, он зашёл в контакты мобильного телефона, позвонил на первые номера, однако звонок не шёл, на экране высветилось, что «Интернет» отсутствует, в связи с чем он вынул сим-карту из мобильного телефона, чтобы посмотреть её и понять в чем проблема. Сим-карта была белого цвета, не российская, как он понял, Алматы. Затем его вызвали для выполнения работы носильщика, когда он вернулся в комнату, то сим-карты на столе уже не было. Свою сим-карту он в телефон не вставлял, телефоном не пользовался, умысла присвоить телефон не было. После рабочей смены **** примерно в 09 часов ушел домой, при этом телефон марки «Samsung» был при нём, однако был ему не нужен, продавать его он не собирался, планировал вернуть телефон собственнику после его обнаружения, когда придет этот поезд через 8 дней. В период с **** по **** он работал сутками ****, **** и ****. Пассажирский поезд сообщением «Алматы – Новосибирск - Алматы» ходит каждые два дня, иногда приезжает позже. Поезд данного направления часто ходит в его рабочую смену, но поездные бригады меняются. **** он обращался к поездным бригадам, проводникам, спрашивал, не потерял ли кто из проводников телефон. Позвонить по номерам в телефоне он не мог, так как сим-карта не работала. Также он приходил **** чтобы найти проводника и передать кому-то телефон. Он смотрел контакты из телефонной книги мобильного телефона «Самсунг», пытался позвонить, однако соединения не было. Со своего абонентского номера на номера, указанные в телефонной книге мобильного телефона «Самсунг» он звонить не пробовал, потому что потерял сим-карту. Он не смотрел телефон и контактную книгу после того, как сим-карта была вытащена из мобильного телефона. Он не знал, что со своего мобильного телефона можно позвонить на любой номер из книги контактов из мобильного телефона «Самсунг». Когда он пробовал звонить, были указаны имена абонентов, а самих абонентских номеров не было указано, имелось указание «Интернета нет». После того как он не смог найти владельца, телефон был всегда при нём, он телефон никому не передавал. Когда он осмотрел телефон и его позвали выполнять работы, он не помнит, где он оставил мобильный телефон «Самсунг». Он не обращался на склад забытых или утерянных вещей вокзала с целью отдать туда телефон, поскольку у него была цель найти собственника и лично ему передать. Также по указанным причинам он не обращался к сотрудникам полиции или сотрудникам транспортной безопасности. На работе у него не имеется регламентированного порядка действий при обнаружении находок или забытых вещей. Умысла присвоить чужое имущество у него не было, он надеялся найти собственника телефона, открыто ходил с телефоном в руке по перрону и вокзалу, разыскивая женщину, передавшую ему телефон, опрашивал носильщиков по вопросу принадлежности данного телефона.

При допросе в качестве обвиняемого **** ФИО4 подтвердил ранее данные показания в качестве обвиняемого, дополнив, что он выполнял поручение неизвестной гражданки по передаче мобильного телефона гражданину, который не был известен ни женщине, ни ему, поручение от гражданки по распоряжению данным телефоном в случае не обнаружения владельца не получал, реальной возможностью передать телефон владельцу не обладал, хотя предпринял активные действия по розыску владельца телефона среди носильщиков вокзала и женщины, передавшей телефон. Утеря сим-карты с телефона не препятствовала розыску указанного телефона по номеру ИМЕЙ. Телефон он не прятал, а открыто ходил с ним по перрону и вокзалу, разыскивая владельца и женщину, передавшую телефон. Женщина, которая передала ему телефон, не называла имени, кому необходимо его передать, указав, что передать необходимо носильщику. Специально сим-карту из телефона он не выкидывал, мог неосторожно её выкинуть. Когда сим-карта находилась на столе в комнате носильщиков, он мог отсутствовать примерно 40 минут - 1 час. К комнате носильщиков имеют доступ все носильщики, находящиеся в смене, то есть это он, Свидетель №4 и Свидетель №5. Дверь закрывается на ключ, когда все уходят. Когда он пришел в комнату носильщиков, телефон оставлял в первой комнате на своей сумке, когда он решил пойти и найти сим-карту, на столе уже ничего не было, сим-карту умышленно не выкидывал.

При допросе в качестве обвиняемого **** ФИО4 подтвердил ранее данные показания в качестве обвиняемого, дополнив, что, по его мнению, отказ лица, которому по поручению Свидетель №2 он должен был передать телефон, от получения указанного имущества не свидетельствует о совершении им преступления. Телефон он лично принёс сотрудникам ЛО МВД России на ***, в ходе досмотра телефон не изымался. После передачи телефона сотрудникам ему передали телефон обратно для составления протокола досмотра. О том, что он хотел присвоить себе телефон показаний не давал. Протокол досмотра подписал, не читая. При допросе в качестве подозреваемого также пояснял, что телефон находился при нём для дальнейшей передачи владельцу, телефон не похищал. Он не нашел сим-карту из телефона, когда пришёл в комнату носильщиков, когда она исчезла не знает, мог не заметить, так как она маленького размера. С точной уверенностью сказать, куда она делась, не может, специально сим-карту не выбрасывал. Телефоном не пользовался, свою сим-карту в него не вставлял.

Оглашённые показания подсудимый подтвердил частично, в части соответствующей его показаниям, данным при допросе в судебном заседании, указав, что не согласен с ранее данными показаниями в части процедуры его личного досмотра, сим-карту из телефона он потерял около стола в комнате носильщиков, искал её, но не смог найти. Осмотрев телефон, он предполагал, что его собственник - это казах - проводник из поезда Новосибирск-Алматы. Он решил хранить (удерживать) телефон у себя, пока не найдёт владельца. После **** указанный поезд прибывал 24 или 25-го января, при этом он спрашивал о владельце телефона до его вызова в полицию, а именно общался с проводниками и спрашивал, знают ли они, кто оставил телефон, при этом, когда он приходил к поезду, телефон был при нём, однако так как не нашёл владельца, то оставил хранить телефон у себя. По вызову сотрудников полиции он самостоятельно явился в полицию и выдал телефон. Сим-карту из телефона вытаскивал, так как у него не получалось дозвониться. При проведении личного досмотра он сообщал сотрудникам полиции, что телефон оставил себе, чтобы вернуть хозяину, о том, что решил присвоить телефон себе, пояснений не давал.

Кроме того, в его практике, примерно за 2 месяца до указанных событий, был случай, когда он на перроне нашёл бумажник, который он поднял и принёс полицейским, на что ему сказали, чтобы он отнёс его в отдел, где ему сказали, что он зря принёс имущество в отдел полиции, поскольку это могут на него «повесить», в связи с чем он и пытался самостоятельно найти хозяина без обращения в полицию. Носильщики на вокзале работают о лица двух организаций - * и * в которых он одновременно работает. У этих организаций начальство одно, но функции разные. В настоящее время он работает как самозанятый, без оформления трудового договора. Ранее работал в указанных организациях на основании гражданско-правового договора. Он не помнит, чтобы его ознакамливали с инструкциями при находке и обнаружении чужих вещей. Носильщик при обнаружении забытых и найденных вещей должен отнести эту вещь куда-нибудь, например, в полицию. Об этом, насколько он помнит, ему говорили, когда он устраивался на работу, точно не помнит.

Суд не приводит в приговоре объяснения подсудимого (т. 1 л.д. 38), поскольку указанный документ не может быть признан допустимым доказательством в соответствии со ст. 75 УПК РФ.

В судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания потерпевшего Потерпевший №1 (т. 1 л.д. 57-60, 62-63), согласно которым он проживает в *** с супругой и детьми, в Российскую Федерацию приезжает только по работе, когда находится в рейсах, работает проводником *. У него в собственности есть мобильный телефон марки «Samsung Galaxy A25», объемом памяти 128 гб, IMEI 1: **, IMEI 2: **. На телефон наклеено защитное стекло, а также надет чехол прозрачного цвета, которые материальной ценности не представляют. В телефоне установлена сим-карта оператора Актив (Казахстанский мобильный оператор), материальной ценности не представляет. Телефон приобрел **** в магазине в *** за 104 830 тенге, что составляет примерно 21 000 рублей. В настоящее время телефон с учетом износа и идеального состояния оценивает в 19 000 рублей. Пароль на телефоне установлен не был. Он согласен с суммой оценки мобильного телефона по заключению эксперта. С декабря 2024 года он работает проводником на рейсах сообщением «Алматы - Новосибирск» и «Новосибирск - Алматы», на пассажирских поездах ** и 302. **** в 08 часов 58 минут (местное время) поезд, в котором он следовал, прибыл на конечную станцию – железнодорожный вокзал Новосибирск - Главный, по адресу: ***, находясь на станции, ожидал смены состава поезда, так как тем же составом проследовали в обратный рейс сообщением «Новосибирск - Алматы», который отправлялся **** в 14 часов 42 минуты (местное время). **** в период времени примерно с 13 часов 00 минут до 14 часов 00 минут, находясь в депо, перед рейсом он решил поспать на 1 месте 1 купе вагона ** п/п **, 302 сообщением «Новосибирск-Алматы», при этом свой телефон «Samsung Galaxy A25» положил на стол, расположенный между пассажирскими местами в купе. Примерно в 13 часов 30 минут он проснулся, когда поезд уже подали на посадку на ***. Поскольку скоро должна была быть посадка на поезд, он пошёл в купе для проводников, чтобы переодеться в рабочую форму и принимать пассажиров на рейс. Свой телефон он забыл забрать со стола, так как не обратил на него внимания, и ему нужно было работать на улице у входа в вагон поезда. Когда прошла посадка на поезд, он вспомнил, что забыл свой телефон забрать со стола в 1 купе вагона 5 (плацкарт) на столе. Он прошёл в данное купе, однако телефона не обнаружил, там сидела женщина, которая на его вопрос о телефоне сообщила, что видела его телефон, указав, что в вагон заходил мужчина – носильщик вещей, принёс вещи одного из пассажиров, когда мужчина выходил из вагона, то эта женщина заметила на столе мобильный телефон и, подумав, что телефон принадлежит данному мужчине – носильщику, отдала тому телефон. Он понял, что мужчина – носильщик – это, Ю., так как уже знаком с некоторыми носильщиками и в вагон заходил только он, приносил вещи. Он хотел связаться с Ю. и забрать у него свой телефон, однако поезд уже отправился со станции Новосибирск-Главный, он не успел это сделать. На телефон звонить не пробовал, так как он все-равно не ответил бы, потому что номер казахский. Он обратился к сотрудникам полиции, следовавшим в группе сопровождения поезда, те передали информацию в линейный отдел полиции на ***, после чего сотрудники полиции в *** показали фотографию мужчины, в котором он опознал носильщика Ю., также данную фотографию показали женщине, которая отдала телефон носильщику, которая также опознала данного мужчину, сообщила, что именно ему отдала телефон. Причинённый ущерб в сумме 19 000 рублей, или в иной сумме, которая будет указана в заключении товароведческой судебной экспертизы, является для него значительным, так как его заработная плата составляет около 40 000 рублей, имеется кредитное обязательство, которое ежемесячно оплачивает в сумме 25 000 рублей, имеются ежемесячные расходы, связанные с покупкой продуктов питания, оплаты коммунальных платежей.

При дополнительном допросе потерпевший Потерпевший №1 подтвердил ранее данные показания, уточнив, что ранее им неверно был указан IMEI телефона. Верный номер IMEI телефона 1: **, 2: **. Он ознакомлен с заключением эксперта ** от ****, согласно которому стоимость мобильного телефона указана 16 565 рублей 97 копеек, с чем он согласен, ему причинён ущерб на данную сумму.

В судебном заседании допрошена свидетель Свидетель №2, которая показала, что в январе 2025 года она находилась на железнодорожном вокзале, к ней подошёл мужчина и предложил свои услуги грузчика, отнести чемодан в вагон поезда. Он отнёс её вещи в купе, там никого не было. Мужчина поставил вещи и ушёл, после чего она увидела, что на столе в купе лежит телефон. В купе носильщик зашёл первый, она Свидетель №6 сзади, телефон на столе заметила после ухода носильщика. Она подумала, что его оставил этот мужчина-носильщик. Она вышла из вагона, чтобы найти этого носильщика, прошла расстояние, равное примерно трём вагонам, на перроне никого не было, далее она увидела, что идёт подсудимый, который помогал женщине с ребенком донести вещи. Как она поняла, её мужчина-носильщик ушёл в подземку. Так как она не нашла указанного мужчину, она спросила у подсудимого, знает ли он такого человека, на что тот сказал, что знает, кроме того, она подсудимого до этого видела с этим носильщиком, когда сидела на вокзале, видела, что они общались. Поэтому она отдала подсудимому телефон, сообщив, что тот мужчина его оставил, когда помогал ей с сумками, и попросила передать ему забытый телефон. Более ничего подсудимому она не говорила. Через 10 минут поезд тронулся, проснулся проводник – казах, который был в состоянии опьянения, спал на второй полке 3 купе, спросил, где его телефон. Она ответила, что отдала его, объяснила ситуацию, что подумала, что телефон принадлежит носильщику. После этого они сразу вызвали полицию, она дала объяснения. Она не подумала, что телефон возможно передать начальнику поезда.

В судебном заседании допрошен свидетель Свидетель №1, который показал, что **** примерно в два часа дня он приехал на подработку на ***, к нему подошла женщина-пассажирка и попросила помочь донести сумки. Он проводил её до поезда **, помог с сумками, зашёл с ней в вагон, 1 либо 2 место. Там никого не было. Он оставил вещи и пошёл по своим делам. В тот день он видел подсудимого – носильщика ФИО6, когда проходил мимо комнаты носильщиков в здании вокзала, ФИО6 протянул ему телефон и сказал: «Возьми свой телефон», на что он ответил, что его телефон находится при нём. После этого подсудимый куда-то убежал, возможно, на поезд искать женщину, более в тот день он его не видел. ФИО6 впоследствии ему пояснил, что женщина, которая была в поезде, пояснила подсудимому, что он (свидетель), якобы, оставил там телефон. Утерянные вещи он передаёт командиру смены либо в полицию, знает работу вокзала с 2021 года. О том, что туда можно отдать телефон, он ФИО6 не говорил, поскольку тот сам взрослый человек.

После оглашения показаний, содержащихся в протоколе допроса свидетеля на стадии предварительного следствия, Свидетель №1 настаивал на том, что он не говорил подсудимому отнести телефон в полицию или 102 кабинет, не давал никаких рекомендаций как поступить с телефоном.

Суд не приводит в протоколе показания свидетеля Свидетель №1, данные на стадии предварительного следствия (т. 1 л.д. 111-113), поскольку приходит к убеждению в соответствии со ст. 75 УПК РФ о недопустимости указанного доказательства.

Так, в судебном заседании свидетель Свидетель №1 показал, что фактически его допрос следователем не проводился, следователь ему посредством мессенджера направляла предварительный текст его допроса, с чем он знакомился, после чего он встречался со следователем около своего дома, подписал заранее изготовленный протокол своего допроса, не вдаваясь в подробности изложенного в нём текста, уточнив перед этим у следователя, совпадает ли текст протокола с текстом, который ему направлялся посредством мессенджера, на что получил утвердительный ответ, его права и ответственность свидетеля следователем ему разъяснялись по телефону.

Таким образом, с учётом показаний свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании судом установлено, что фактически следователем допрос свидетеля Свидетель №1 не проводился, а протокол допроса свидетеля составлен в нарушение требований ст.ст. 166, 187, 189, 190 УПК РФ, в том числе в части отражения в протоколе сведений о месте и времени проведения следственного действия, его ходе, разъяснении прав, обязанностей и ответственности свидетеля перед допросом. Кроме того, из показаний свидетеля следует, что в протокол допроса следователем внесены сведения, касающиеся значимых обстоятельств по уголовному делу, подлежащих установлению в соответствии со ст.73 УПК РФ, при этом свидетелем таких сведений, в том числе до составления протокола, не сообщалось.

При таких обстоятельствах указанное доказательство является недопустимым ввиду существенного нарушения требований УПК РФ при проведении следственного действия и составлении протокола допроса свидетеля, в связи с чем не учитывается судом при постановлении приговора.

В судебном заседании допрошен свидетель ФИО7, который показал, что состоит в должности старшего оперуполномоченного ЛО МВД России на ***, в конце января 2025 года к ним в отдел обратился проводник из Республики Казахстан, сказал, что у него похитили телефон. Так как было мало времени до отправки поезда, у него отбирались объяснения, был зарегистрирован рапорт, проводник ушёл на поезд. В рапорте были отражены обстоятельства обращения, далее они отправили телефонограмму в ***, где потерпевшего опросили. Тот сообщил, что примерно в 20-х числах января у него из поезда в период остановки похитил телефон. Когда он пришёл за своим телефоном, туда, где он в последний раз его оставил, там была женщина, которая сказала, что отдала телефон носильщику. Далее они начали просматривать камеры видеонаблюдения, увидели, что из этого поезда выходил подсудимый. Они не знали, что подсудимый работает на вокзале, позвонили ему, и тот самостоятельно пришёл. Они его досмотрели в дежурной части, при себе у него был похищенный сотовый телефон, в котором отсутствовала сим-карта. Телефон был без пароля, на главном экране было изображение самого проводника. Когда они вызывали ФИО4 в отдел полиции, они по телефону направляли ему фотографию с видеокамеры, где он запечатлён, что в руках у него было два сотовых телефона, так как подсудимый интересовался, что за телефон. В отдел полиции подсудимый явился через несколько часов после звонка, при этом ему было указано о необходимости явиться в полицию в кратчайшие сроки. К подсудимому в период его пребывания в отделе полиции психического, физического воздействия не оказывалось.

В судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО7, данные на предварительном следствии (т. 1 л.д. 108-110), согласно которым он работает в должности оперуполномоченного ОУР ЛО МВД России на ***, работая по материалу, зарегистрированному в КУСП ЛО МВД России на *** за ** от **** по заявлению Потерпевший №1 по факту хищения мобильного телефона «Samsung Galaxy A25» из вагона 5 пассажирского поезда **Н сообщением «Новосибирск - Алматы» в ходе проведения ОРМ «Наведение справок» установлено, что к совершению подозреваемого деяния может быть причастен ФИО4 В ходе оперативно-розыскных мероприятий последний был установлен **** и доставлен в дежурную часть ЛО МВД России на ***, где в присутствии двух участвующих лиц был проведен его личный досмотр, в ходе которого у того обнаружен и изъят мобильный телефон «Samsung Galaxy A25», от ФИО4 отобраны объяснения.

Оглашённые показания свидетель ФИО7 подтвердил, уточнив, что они работали по материалу проверки, которая проводилась на основании рапорта, зарегистрированного в книге учёта сообщений о преступлениях, составленного на основании обращения потерпевшего. Подсудимый самостоятельно явился по вызову в полицию, после чего он доставил того в дежурную часть. **** он непосредственно общался с потерпевшим в течение короткого промежутка времени, тот изложил обстоятельства утраты им своего телефона.

В судебном заседании допрошен свидетель ФИО8, который показал, что является сотрудником ОР ППСП ЛО МВД России на ***, в конце января 2025 года, насколько помнит ****, в конце смены в дежурную часть лично пришёл гражданин Казахстана, который сообщил, что у него несколько дней назад пропал телефон в его предыдущую поездку. Поскольку поезд указанного лица готовился к отправке через 8 минут, гражданин не успевал написать заявление о преступлении, они взяли его данные, он составил рапорт об обнаружении признаков преступления, где были отражены обстоятельства обращения, после чего к работе по указанному факту были подключены оперативные сотрудники.

В судебном заседании допрошен свидетель Свидетель №3, который показал, что работает кладовщиком камеры хранения РЖД «Вокзал-Главный», ему знаком подсудимый, так как они вместе работают. Только сотрудники полиции, начальник поезда, проводник имеют право приносить потерянные вещи в камеру хранения. Пассажиры и работники вокзала не могут передавать потерянные, найденные вещи в камеру хранения. В период с 22 по **** ФИО4 иные лица с потерянным мобильным телефоном в его смену не обращались, кроме него работают ещё три человека, каждый в свою смену по графику. Вещи принимаются на хранение по акту, с описью вещей, хранятся в течение полугода.

В судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Свидетель №3, данные на предварительном следствии (т. 1 л.д. 114-116), согласно которым он работает в должности кладовщика около 5 лет, в обязанности входит обслуживание автоматических ячеек, приём и выдача забытых и утерянных вещей. Забытые вещи с поездов дальнего сообщения, перрона, из здания вокзала передаются на склад забытых и утерянных вещей по специальному журналу «Книга учета». Он составляет акт, опись вещей и вносит данные в журнал. Если находится владелец вещей, то также по журналу ему передаются эти вещи. **** он находился на рабочей смене, мобильный телефон «Samsung Galaxy А25» ему никто не передавал, в журнал не записывал, на хранение указанную вещь не принимал. Носильщик по имени Ю. к нему не обращался и не говорил, что обнаружил мобильный телефон.

Оглашённые показания свидетель Свидетель №3 подтвердил, указав, что, давая показания о носильщике по имени Ю., он имел ввиду подсудимого. В период его работы носильщики в камеру хранения не обращались с утраченными и потерянными вещами, поскольку с таким вопросом могут обращаться только сотрудники полиции, начальник поезда и проводник. Если с таким вопросом обращается неуполномоченное лицо, то он его направляет к сотрудникам полиции. С подсудимым по роду деятельности знаком примерно 5 лет. На протяжении указанного периода времени подсудимый работает на вокзале носильщиком.

В судебном заседании допрошен свидетель Свидетель №4оглы, который показал, что работает в * обслуживает маломобильных граждан, знаком с подсудимым, так как они вместе работают. Подсудимый работает в указанной должности примерно 8 лет. **** примерно в 14:20-14:30 он с напарником находились в служебном помещении – комнате носильщиков, зашёл подсудимый, в руках которого был мобильный телефон, и спросил, кто забыл этот телефон, со слов ФИО6 пассажир-женщина сообщила, что кто-то из работников забыл указанную вещь, на что они ответили, что не знают, кому он принадлежит, после чего подсудимый пошёл искать эту женщину, чтобы отдать телефон, покинул служебную комнату. Специального порядка действий с потерянными вещами у них не имеется, возможно, давно их знакомили с правилами поведения в случае обнаружения найденной, забытой вещи. В случае обнаружения вещей их необходимо передать сотрудникам полиции, что, по его мнению, является общеизвестной информацией. Сим-карты в их помещении не находились. В их служебную комнату также имеет доступ уборщица, они открывают ей дверь. Им, в том числе подсудимому, также разрешено заниматься с багажом от лица ООО «Тревел сервис», сведения об указанной организации указаны на двери их служебной комнаты. То есть они одновременно выполняют функции по багажу и обслуживанию маломобильных граждан. В служебной комнате должностные инструкции отсутствуют.

В судебном заседании допрошен свидетель Свидетель №5, который показал, что работает на железнодорожном вокзале в должности носильщика, подсудимый – его коллега, работают вместе третий год. Со слов подсудимого ему известно, что в январе 2025 года подсудимому какая-то женщина из поезда передала телефон, так как думала, что он потерял телефон, поэтому и отдала тому. Он видел в руках ФИО4 чужой мобильный телефон. ФИО6 не спрашивал у него, не он ли оставил или кто-то из числа других сотрудников этот телефон. Ему известно также со слов подсудимого, что через несколько дней подсудимый указанный телефон передал проводнику из алматинского поезда, как только он прибыл в ***. Доступ в их рабочий кабинет имеет смена носильщиков, уборщица. Всего на смене работало 4 носильщика. Специальных инструкций, правил поведения носильщиков при обнаружении находок, чужих вещей не имеется, проводится инструктаж дежурным по вокзалу; в таком случае он должен сообщить об этом транспортной безопасности, сотрудникам полиции.

В судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Свидетель №5, данные на предварительном следствии (т. 1 л.д. 120-122), согласно которым он работает в должности носильщика на железнодорожном вокзале *** по адресу: *** по графику сутки через двое. **** он находился на рабочей смене. Вместе с ним работает ФИО4. Около 14 часов 00 минут, когда он находился в комнате носильщиков, зашел ФИО6, показал телефон и спросил у него, принадлежит ли ему телефон. Он ответил отрицательно. Ю. также спрашивал об этом у остальных носильщиков, ему все сказали, что никто не забывал телефон. Он помнит, что Ю. стал кого-то еще искать, вроде какую-то женщину. Телефон больше не видел, ФИО6 больше ничего не говорил про телефон, об этом его никто не спрашивал. При обнаружении находок или забытых вещей нужно обратиться к сотрудникам транспортной безопасности или к сотрудникам полиции. У них в кабинете имеется распечатанный свод правил, а также периодически дежурный по вокзалу инструктирует их о порядке действий при обнаружении находок. Ему не известно, куда ФИО6 после указанного случая дел телефон, знает, что тот кого-то искал.

Оглашённые показания свидетель подтвердил, указав, что в настоящее время не помнит обстоятельства, о которых давал показания, когда давал показания следователю, лучше помнил события. В комнату носильщиков имеют доступ также уборщицы, которые меняются. В своде правил, который хранится в их служебном кабинете, не имеется положений о действиях при находке вещи, там содержатся сведения по работе по обслуживанию маломобильных граждан. Он не видел, как ФИО6 вытаскивал сим-карту из телефона, не видел её. Периодически дежурный по вокзалу инструктирует о порядке действий при обнаружении находок, а именно в таком случае необходимо обращаться в транспортную безопасность (к сотруднику вокзала) или в полицию. Дежурный по вокзалу к носильщикам имеет отношение по рабочим моментам.

В судебном заседании допрошена свидетель Свидетель №6, которая показала, что подсудимый – её бывший коллега по работе, в январе 2025 года она работала на железнодорожном вокзале помощником дежурного по вокзалу. Всего работала в указанной должности в течение полугода. На вокзале функционируют камеры хранения утерянных вещей, однако она по своей должности не имела к ней отношения. Если, например, кто-то (сотрудники, пассажиры) нашёл или забыл вещь они самостоятельно сдают её камеру хранения. Утерянные вещи принимает кладовщик, на каждом этаже вокзала есть информация, как связаться с ним. Если к ней обращались люди с утерянными, найденными вещами (пассажиры или работники), то она их направляла в камеру хранения. При этом она процедуру и регламент принятия забытых вещей в камеру хранения не знает. По её мнению, любой человек может сдать в камеру хранения забытую или потерянную вещь. Также её можно отнести в полицию. В камере хранения 5 кладовщиков, которые работают посменно. ФИО4 ей не сообщал о том, что нашёл мобильный телефон, в силу его должности у него за смену может быть от 5 до 10 подобных фактов, потерянных вещей. Подсудимого свидетель характеризовала положительно.

В судебном заседании допрошена свидетель ФИО9, которая показала, что подсудимый является её супругом, в январе 2025 года от супруга ей стало известно, что он посадил пассажира, после чего женщина из поезда передала ему телефон, указав, что его забыл носильщик. Он взял этот телефон, пошёл с ним к себе в кабинет, его коллеги сообщили, что телефон никому из них не принадлежит, далее, супруг попытался отыскать эту женщину, но не нашёл. Также супруг сообщил ей, что, когда он осматривал телефон, увидел в нём знакомое лицо – владельца телефона, о намерении отдать тому телефон. На следующий день или через день должен был приехать поезд, однако подсудимый не нашёл там потерпевшего. Впоследствии супруг ей сообщил, что телефон ищет полиция, его вызвали в полицию, откуда он возвратился в ночное время, сказал, что отдал телефон. Свидетель положительно характеризовала подсудимого.

Также вина подсудимого в совершении преступления подтверждается следующими доказательствами:

- заявлением о преступлении Потерпевший №1 (т. 2 л.д. 19), согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности лицо, похитившее его телефон «Самсунг Гэлэкси А25»;

- протоколом осмотра места происшествия от **** с фототаблицей (т. 1 л.д. 19-28), согласно которому осмотрено купе (место 1-4) вагона ** поезда **, 302 с участием потерпевшего;

- протоколом личного досмотра физического лица, изъятия вещей и документов от **** с фототаблицей (т. 1 л.д. 33-37), согласно которому у ФИО4 в помещении дежурной части ЛО МВД России на *** в присутствии двух участвующих лиц был изъят мобильный телефон «Samsung Galaxy A25»;

- заключением судебной товароведческой экспертизы ** от **** (т. 1 л.д. 47-52), согласно выводам которого рыночная стоимость телефонного аппарата для сотовой связи (смартфон) марки «Samsung Galaxy A25» на **** с учетом фактического состояния составляла 16 565 рублей 97 копеек;

- протоколом выемки с фототаблицей от **** (т. 1 л.д. 68-70), согласно которому у потерпевшего изъята коробка на мобильный телефон, чек о покупке телефона, которые осмотрены (т. 1 л.д. 73-80);

- сведениями с интернет-сайта Центрального банка РФ о курсе валют (т. 1 л.д. 72);

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей от **** (т. 1 л.д. 85-93), согласно которому осмотрен мобильный телефон марки «Samsung Galaxy А25» в корпусе сине-черного цвета, в котором отсутствует сим-карта;

- ответом на запрос *т. 1 л.д. 136), согласно которому время прибытия поезда **Н сообщением «Алма-Аты-Новосибирск» **** 04 часа 55 минут московского времени, поезд прибыл на 4 путь, платформа **. Время отправления поезда **** в 10 часов 43 минуты московского времени;

- ответом на запрос *» с приложениями (1 л.д. 138-144), согласно которому представлена должностная инструкция носильщик, а также «Порядок действий персонала при обнаружении находок и вещей на вокзальном комплексе», согласно которому при обнаружении подозрительной бесхозяйной вещи необходимо постараться установить, чья она, кто мог её оставить. Если хозяин не установлен, то необходимо незамедлительно сообщить о находке в дежурно-диспетчерскую службу вокзала либо в полицию;

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей (т. 1 л.д. 170-174), согласно которому с участием подозреваемого ФИО4 осмотрена комната носильщиков железнодорожного вокзала станции «Новосибирск-Главный», в ходе которого подозреваемый указал место, где утратил сим-карту из телефона потерпевшего;

- протоколом осмотра предметов с фототаблицей (т. 1 л.д. 191-195), согласно которому осмотрен СД-диск, предоставленный ФИО4, на котором содержатся видеозаписи, на которых зафиксировано, как ФИО4 передвигается по перрону 4 пути железнодорожного вокзала, в правой реку держит предмет, похожий на рацию, в левой руке – прямоугольный предмет чёрного цвета, схожий с мобильным телефоном.

Кроме того, в судебном заседании исследованы представленные стороной защиты скриншоты экрана мобильного телефона (т. 2 л.д. 129-140), а также сведения о соединениях подсудимого за **** (т. 2 л.д. 141-142), свидетельствующие об общении подсудимого **** с 15:26 по 16:48 с сотрудником полиции в связи с проверкой по факту хищения телефона у потерпевшего.

Суд приходит к убеждению, что совокупность исследованных доказательств, бесспорно, указывает на вину подсудимого в совершении установленного деяния.

Потерпевший указал на обстоятельства, при которых он оставил на столике в купе свой телефон без присмотра, после чего, проснувшись, обнаружил пропажу его имущества.

Показания потерпевшего являются последовательными и стабильными, оснований не доверять его показаниям, по убеждению суда, не имеется.

Данные показания согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №2, протоколом осмотра места происшествия, протоколом досмотра подсудимого и изъятия предметов, показаниями подсудимого, в части, признанной судом достоверной.

Из показаний свидетеля Свидетель №2 следует, что она, обнаружив в купе поезда непосредственно после выхода из вагона носильщика, помогавшего ей перенести вещи в вагон поезда, телефон, принадлежащий потерпевшему, полагая, что данный телефон принадлежит указанному носильщику, взяла этот телефон и, выйдя из вагона, приняла меры по отысканию указанного лица, однако не обнаружив того, увидев подсудимого, которого незадолго до указанных событий видела вместе с указанным носильщиком в здании вокзала, дала поручение ФИО4 о передаче указанного телефона его владельцу и отдала в руки подсудимому указанный телефон, то есть вверила тому указанное имущество в целях возвращения законному владельцу. Подсудимый, в свою очередь, принял указанное поручение, взял у свидетеля указанный телефон.

Из показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №1 следует, что в период, соотносящийся с утратой потерпевшим его телефона, они видели в руках подсудимого чужой телефон, при этом каждый из свидетелей указали подсудимому, что указанный мобильный телефон им не принадлежит.

Из показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8 следует, что после личного обращения потерпевшего **** в отдел полиции с сообщением о хищении мобильного телефона, поскольку тот торопился на поезд в связи с его отправлением через несколько минут, не успевал обратиться с заявлением о преступлении, полицией начата проверка по факту хищения телефона на основании зарегистрированного рапорта сотрудника полиции, при этом подсудимый, причастность которого к подозреваемому деянию установлена в ходе ОРМ, явился по вызову в отдел полиции лишь через несколько часов, после чего у последнего изъят мобильный телефон потерпевшего.

Показания потерпевшего и свидетелей суд признаёт достоверными в части, не противоречащей обстоятельствам установленного судом деяния. Оснований для оговора подсудимого потерпевшим и свидетелями судом не установлено.

Из исследованной приведённой в приговоре совокупности доказательств следует, что изначально подсудимый, приняв поручение от свидетеля Свидетель №2, намеревался передать мобильный телефон законному владельцу, как он полагал, носильщику на железнодорожном вокзале, однако, убедившись в том, что никому из лиц из числа носильщиков вокзала указанное имущество не принадлежит, понимая, что свидетель Свидетель №2, которая вверила ему телефон для передачи законному владельцу, заблуждаясь в собственнике указанного телефона, убыла со ст. «Новосибирск-Главный» в связи с отправлением поезда, целенаправленно решил оставить мобильный телефон, принадлежащий потерпевшему, в своем распоряжении, используя в своих целях, то есть похитил его, безвозвратно и безвозмездно обратил его в свою пользу путём присвоения вверенного ему Свидетель №2 указанного имущества.

Выводы суда о том, что подсудимый совершил указанные действия из корыстных побуждений, а также указанные действия являются хищением чужого имущества путём присвоения подтверждаются фактическими действиями, поведением подсудимого непосредственно после установления того обстоятельства, что указанный телефон в действительности не принадлежит никому из его коллег – носильщиков вокзала, а также до момента его установления сотрудниками полиции и изъятия похищенного телефона, что установлено на основании совокупности доказательств, исследованных судом.

Так, достоверно убедившись, что вверенный ему телефон, не принадлежит никому из его коллег, путём личного сообщения об этом свидетелями Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №5, подсудимый осмотрел телефон, в том числе путём изъятия из него сим-карты, после чего переместил его в своё жилище, а также на дачу, то есть в место, исключающее оперативное возвращение указанного имущества его действительному владельцу, что подтверждается показаниями подсудимого, в указанной части признанными достоверными, а также показаниями свидетеля ФИО7, перепиской в мессенджере между подсудимым и свидетелем ФИО7, согласно которым сотрудники полиции в дневное время, после 15 часов ****, установив причастность подсудимого к хищению телефона потерпевшего, вызвали ФИО6 в отдел полиции, однако подсудимый с похищенным телефоном смог прибыть туда только в через несколько часов, поскольку ему требовалось время для прибытия на дачу, где хранилось указанное похищенное имущество, после чего **** в ночное время указанный телефон был изъят у подсудимого.

При таких обстоятельствах суд критически относится к показаниям подсудимого о том, что он намеревался самостоятельно осуществить поиски владельца телефона, который вверила ему Свидетель №2, чтобы возвратить телефон, как надуманным в целях ухода от уголовной ответственности.

Так, подсудимый в судебном заседании не отрицал, что, осмотрев содержимое телефона, в том числе фотографии, понял, кто является владельцем телефона, а именно проводник из поезда «Новосибирск-Алматы».

Однако, понимая, кто является владельцем телефона, фактических действий по возвращению указанного имущества его владельцу подсудимым не совершалось, напротив, он сокрыл похищенное имущество при себе, переместил его в своё жилище и на дачу. При этом подсудимый, на протяжении нескольких лет работающий на железнодорожном вокзале, знал и не имел препятствий уточнить информацию после того, как понял ****, кто в действительности является законным владельцем вверенного ему телефона, в какие дни на ст. «Новосибирск-Главный» прибывает поезд сообщением «Новосибирск-Алматы», что не отрицалось в судебном заседании подсудимым. Так, из показаний подсудимого следует, что указанный поезд прибывает на станцию каждые два дня. Данные показания признаются судом достоверными.

Несмотря на это, в день прибытия поезда, то есть ****, когда потерпевший явился в ЛО МВД России на *** с сообщением о хищении его телефона, подсудимый, вопреки его защитной версии о совершении активных действий по поиску владельца телефона, в указанный день не прибыл на вокзал в целях отыскания потерпевшего, при этом храня телефон, принадлежащий потерпевшему, в месте, исключающем его оперативное возвращение законному владельцу.

При указанных обстоятельствах суд относится к версии подсудимого о намерении при возможности вернуть телефон его владельцу критически, как к защитной, разработанной в целях ухода от уголовной ответственности за содеянное. Показания подсудимого в указанной части суд признаёт надуманными и недостоверными.

Факты прибытия поезда «Новосибирск-Алматы» на ст. «Новосибирск-Главный», а также личного обращения потерпевшего Потерпевший №1 с сообщением о совершённом в отношении него преступлении в Линейный отдел полиции следуют из показаний ФИО7 и ФИО8, оснований не доверять которым судом не установлено.

На основании указанного устного сообщения потерпевшего о совершённом преступлении был зарегистрирован рапорт, явившийся поводом к возбуждению уголовного дела в отношении подсудимого.

Кроме того, из показаний потерпевшего следует, что ему известно лицо, которое похитило его телефон при установленных судом обстоятельствам, а именно носильщик по имени Ю. (подсудимый), так как он видел того, когда прибывал в составе поездной бригады на ст. «Новосибирск-Главный», что также согласуется с показаниями подсудимого, в части, признанной судом достоверной, что он по фотографии также понял, кто является владельцем телефона. При таких обстоятельствах, понимая кто является владельцем вверенного ему телефона, подсудимый, длительное время, исчисляемое годами, работавший на ст. «Новосибирск-главный», бесспорно, понимая и зная, каким образом посредством оперативных служб железнодорожного вокзала, можно связаться с потерпевшим, являвшимся проводником железнодорожного поезда, имел объективную возможность вернуть телефон законному владельцу, в том числе путём обращения в соответствующую службу железнодорожного вокзала по месту своей работы. Однако после **** до изъятия телефона у подсудимого сотрудниками полиции ****, то есть на протяжении значительного периода времени, мер к возвращению чужого имущества подсудимый не принял.

Оценивая показания подсудимого в части обстоятельств, при которых он изъял из телефона сим-карту, а также боязни в связи с этим обратиться в полицию по поводу передачи ему свидетелем Свидетель №2 бесхозяйного телефона, суд приходит к убеждению об их надуманности и недостоверности, в целях ухода от уголовной ответственности. При этом суд учитывает, что подсудимым в целях придания видимости добросовестности своим действиям сообщались суду недостоверные сведения относительно якобы намерения найти владельца телефона и вернуть ему указанное имущество, в связи с чем факт изъятия сим-карты из телефона, отсутствие попыток найти владельца телефона, в том числе путём помещения в телефон потерпевшего иной сим-карты взамен находившейся в телефоне, чтобы связаться с владельцем телефона (его близкими родственниками, знакомыми) также указывает на то, что подсудимым совершено уголовно-наказуемое деяние, а именно хищение чужого имущества путём присвоения.

Судом, бесспорно, установлено, что подсудимый понимал, кто является владельцем телефона, в силу длительности работы на железнодорожном вокзале понимал, как связаться с указанным лицом в целях передачи тому его имущества, однако таких мер не принял.

Доводы подсудимого, что он пытался вернуть телефон путём опроса знакомых лиц из числа работников вокзала, кому принадлежит телефон, по убеждению суда, являются явно надуманными, поскольку судом, бесспорно, установлено, что подсудимый был осведомлён о лице, являющемся действительным собственником телефона, знал, на каком поезде тот работает проводником, а также в силу длительности работы на вокзале понимал, каким образом возможно оперативно связаться с потерпевшим и передать тому принадлежащий ему телефон.

Фактические действия подсудимого, установленные судом, указывают на то, что подсудимый не намеревался возвращать полученный от свидетеля Свидетель №2 телефон, безвозвратно и безвозмездно обратив его в свою пользу.

Кроме того, свидетели Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №1 показали, что носильщик, сотрудник вокзала при обнаружении забытых и потерянных вещей должен передать указанною вещь сотруднику транспортной безопасности или полиции, что является общедоступной информацией, что также не мог не понимать и не осознавать подсудимый, работающий на железнодорожном вокзале на протяжении нескольких лет, однако, в судебном заседании, бесспорно, установлено, что таких действий подсудимый не совершал.

Указанные показания свидетелей также согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №6.

Показания подсудимого о причинах, по которым он не обратился в полицию, суд оценивает критически как явно надуманные, в целях ухода от уголовной ответственности, при этом, по убеждению суда, подсудимый в целях развития своей защитной версии в ходе судебного заседания заявлял новые недостоверные причины своего указанного поведения в целях оправдания своего установленного противоправного деяния.

При таких обстоятельствах, действия подсудимого, уклонившегося от передачи находящегося в его распоряжении мобильного телефона в полицию, службу транспортной безопасности железнодорожного вокзала, сокрыв указанное имущество при себе, у себя дома и на даче, то есть распорядившись им по своему усмотрению, являются хищением чужого имущества, вверенного виновному, путём присвоения.

Согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от **** **-П если лицо, обнаружившее найденную вещь, наряду с невыполнением действий, предусмотренных статьей 227 ГК РФ, совершает сокрытие найденной вещи, в том числе в тайнике, в своих вещах, в одежде, либо сокрытие признаков, позволяющих индивидуализировать вещь или подтвердить ее принадлежность законному владельцу (вытаскивает сим-карту из телефона и т.д.), то такое поведение может свидетельствовать о возникшем умысле на хищение.

Обстоятельства установленного деяния указывают на то, что после того, как имущество (мобильный телефон) было вверено подсудимому, после установления подсудимым, что указанный телефон не принадлежит никому из сотрудников железнодорожного вокзала, а принадлежит потерпевшему, ФИО6 обратил его в свою пользу, свершив для этого комплекс целенаправленных умышленных действий.

Показания подсудимого в судебном заседании и на предварительном следствии суд признает достоверными только в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам совершенного преступления. В остальной части суд оценивает показания подсудимого критически, как надуманные в целях ухода от уголовной ответственности.

Оснований для самооговора подсудимым в судебном заседании не установлено.

Показания свидетеля ФИО6, которая показала об известных ей обстоятельствах, связанных с обвиняемым деянием её супруга, с его слов, является лицом, заинтересованным в благоприятном исходе уголовного дела для её супруга, по убеждению суда, не свидетельствуют о невиновности подсудимого.

С учётом установленных судом обстоятельств совершённого подсудимым преступления, способа совершения преступления, на выводы суда о виновности подсудимого в присвоении чужого имущества не влияет довод стороны защиты, что подсудимый, поняв, что вверенный ему телефон не принадлежит сотрудникам железнодорожного вокзала, искал свидетеля Свидетель №2, при этом удерживал мобильный телефон, принадлежащий потерпевшему, при себе, перемещаясь с указанным телефоном по перрону. Судом установлено, что умысел подсудимого на совершение присвоения чужого вверенного имущества возник при установленных судом обстоятельствах, который им реализован, при этом подсудимый, являясь сотрудником вокзала, понимал, что лицо, которое вверило ему мобильный телефон, – свидетель Свидетель №2 убыла со ст. «Новосибирск-Главный» в связи с отправлением поезда.

Стоимость похищенного телефона установлена на основании показаний потерпевшего, заключения экспертизы и не вызывает у суда сомнений.

Доводы стороны защиты о несоответствии в названии телефона в различных процессуальных документах по делу, в том числе в обвинительных документах, о том, что при принятии уголовного дела следователем указанный предмет не был принят с материалами уголовного дела, оценены судом при рассмотрении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, о недопустимости доказательств, признаны необоснованными, о чём судом вынесены постановления. Сомнений в предмете хищения – мобильном телефоне марки «Самсунг», изъятом у подсудимого, представленного на экспертизу и возвращённого потерпевшему, не имеется.

Доводы стороны защиты о недопустимости заключения экспертизы о стоимости похищенного подсудимым мобильного телефона также являются необоснованными, являлись предметом оценки суда в период рассмотрения дела судом, признаны необоснованными, о чём вынесено постановление. Указание защитником о том, что экспертом не установлено и не учтено, находится ли телефон в работоспособном состоянии, являются необоснованными, поскольку в распоряжение эксперта представлены сведения о фактическом состоянии, работоспособности телефона, что следует из постановления о назначении экспертизы, материалов, предоставленных в распоряжение эксперта, в том числе непосредственно самого объекта исследования – мобильного телефона. Из заключения эксперта также следует, что экспертом оценена стоимость телефона с учётом его фактического состояния, степени износа.

Доводы стороны защиты недопустимости протокола личного досмотра, изъятия вещей, также являлись предметом оценки суда в период рассмотрения дела судом и признаны судом необоснованными на основании постановления суда. Доводы стороны защиты о проведении досмотра подсудимого в ночное время не указывают на недопустимость указанного доказательства, поскольку необходимость досмотра подсудимого, причастность которого к совершению хищения мобильного телефона потерпевшего установлена на тот момент сотрудниками полиции, а также при наличии сведений о нахождении при подсудимом предметов, добытых преступным путём, бесспорно, носило неотложный характер. При этом указанные действия сотрудников полиции, проведённые в присутствии двух понятых, не находятся в противоречии с положениями ст. 184 УПК РФ. При таких обстоятельствах нарушения права на защиту подсудимого, в том числе в связи с отсутствием при проведении указанного действия защитника, не может указывать на незаконность изъятия мобильного телефона.

Кроме того, подсудимым, как на стадии предварительного следствия, так и в период рассмотрения дела судом, не отрицается, что он добровольно передал сотрудникам полиции именно мобильный телефон, принадлежащий потерпевшему.

Вместе с тем, суд не учитывает пояснения подсудимого, данные в период проведения личного досмотра, а также объяснения подсудимого, данные до возбуждения уголовного дела, как доказательства его виновности в совершении установленного преступления, поскольку они даны без защитника, на подтверждены в судебном заседании, не могут быть использованы при доказывании виновности подсудимого в совершении преступления. Однако это не влечёт признание недопустимым протокола досмотра и изъятия предметов, поскольку он проведён в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, не противоречит требованиям УПК РФ.

Доводы стороны защиты о незаконности возбуждения уголовного дела на основании рапорта об обнаружении признаков преступления, являются необоснованными. Вопреки доводам стороны защиты, уголовное дело возбуждено при наличии повода и основания. Ошибочное указание в постановлении о возбуждении уголовного дела должностного лица, составившего рапорт, зарегистрированный в книге учёта сообщений о преступлениях, явившийся поводом для возбуждения уголовного дела, не может указывать не незаконность возбуждения уголовного дела. Также об этом не может указывать то обстоятельство, что с заявлением о преступлении потерпевший обратился после возбуждения уголовного дела, поскольку уголовное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, являющимся уголовным делом публичного обвинения.

Органом предварительного следствия действия подсудимого квалифицированы как тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Суд, исследовав совокупность доказательств, приходит к убеждению, что действия подсудимого необходимо квалифицировать как присвоение имущества, вверенного виновному, поскольку изначально мобильный телефон потерпевшего был передан (вверен) подсудимому свидетелем Свидетель №2, заблуждавшейся в истинном собственнике телефона, с поручением передать его владельцу. При этом умысел подсудимого на хищение возник уже после того, как указанное имущество было вверено подсудимому.

Анализ исследованной совокупности доказательств не позволяет сделать вывод, что подсудимый совершил тайное хищение чужого имущества, путём его изъятия, поскольку после того, как указанное имущество оказалось во владении ФИО4 на законных основаниях в связи с поручением Свидетель №2, тот, осознав и поняв, что указанное имущество не принадлежит никому из лиц, работающих на железнодорожном вокзале, решил обратить его в свою пользу, то есть присвоить, что им реализовано.

Изменение судом обвинения соответствует требованиям ст. 252 УПК РФ, не ухудшает положение подсудимого, не нарушает право подсудимого на защиту.

Действия ФИО4 следует квалифицировать по ч. 2 ст. 160 УК Российской Федерации как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершённое с причинением значительного ущерба гражданину.

Суд с учётом представленных сведений о материальном положении потерпевшего, размера его заработка, наличия ежемесячных финансовых обязательств, в том числе в виде кредитного обязательства, составляющего более половины заработной платы, его семейного положения, указания потерпевшего о том, что причинённый ущерб является для него значительным, с учётом стоимости и значимости похищенного имущества для потерпевшего, приходит к убеждению, что в действиях подсудимого имеется квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину».

Оснований подвергать сомнению показания потерпевшего судом не установлено.

В соответствии со ст.252 УПК РФ, поскольку из предъявленного обвинения следует, что изъятие чехла и защитного стекла, сим-карты не причинило ущерба потерпевшему, суд исключает из описания события преступления хищение данного имущества, поскольку в соответствии с примечанием к ст.158 УК РФ предметом хищения может являться имущество, которое имеет стоимостное выражение и изъятием которого причинён ущерб.

Препятствий для вынесения итогового решения по делу судом не установлено, доводы стороны защиты о необходимости возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом рассмотрены и признаны необоснованными, о чём вынесено отдельное постановление. Новых доводов, указывающих о необходимости возврата уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, исключающих постановление итогового решения по делу, стороной защиты не заявлено, судом не установлено.

Судом рассмотрено уголовное дело в условиях соблюдения принципа состязательности по представленным сторонами доказательствам. Сторонам судом предоставлены равные возможности для реализации их процессуальных прав, в том числе на представление доказательств. Представленная совокупность доказательств является достаточной для разрешения уголовного дела и бесспорно указывает на виновность подсудимого в совершении установленного деяния.

С учётом данных о личности подсудимого суд признаёт его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности, поскольку при рассмотрении уголовного дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих о наличии у него таких психических расстройств либо иных нарушений психики, которые бы нарушали его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

При назначении вида и размера наказания ФИО4 суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные, характеризующие личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие при отсутствии отягчающих наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия его жизни и жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признаёт наличие заболеваний, принесений извинений потерпевшему, занятие общественно полезной деятельностью, положительные характеристики, оказание помощи лицам, находящимся в сложной жизненной ситуации, предпенсионный возраст.

В связи с тем, что подсудимый по требованию сотрудников полиции добровольно предоставил похищенный телефон, в результате чего в ходе предварительного расследования указанное имущество возвращено потерпевшему, суд признаёт в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления, что привело к возврату указанного имущества потерпевшему.

Сам факт возврата похищенного потерпевшему вследствие указанных действий подсудимого не указывает на наличие в его действиях такого смягчающего наказание обстоятельства, как добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления, поскольку телефон передан потерпевшему сотрудниками правоохранительных органов, а вышеуказанные действия подсудимого полностью охватываются смягчающим наказание обстоятельством активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления, и не подлежат повторному учёту.

Суд с учетом разъяснений, данных в пп. 29, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** ** не усматривает оснований для установления таких смягчающих наказание обстоятельств, как явка с повинной и активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку подсудимый был установлен вследствие активных действий сотрудников полиции, до его установления самостоятельно являться с сообщением о совершённом им преступлении не намеревался, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО4 до возбуждения уголовного дела, а также после, при проведении допросов, иных следственных действий сообщил правоохранительным органам сведения информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, ранее не известную правоохранительным органам. Сам факт сообщения сведений, имеющих отношение к предмету доказывания по уголовному делу, при его допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, не может быть расценен судом, как активное способствование раскрытию или расследованию преступления, поскольку обстоятельства, подлежащие доказыванию, были известны сотрудниками правоохранительных органов до того, как ФИО4 сообщил указанные сведения, новых существенных сведений им не сообщено и не представлено, кроме того, подсудимым в ходе следственных действий с его участием сообщались недостоверные сведения, в целях защиты от предъявленного обвинения, воспрепятствования установлению истины по делу.

По приведённым основаниям также не могут быть оценены как явка с повинной объяснение ФИО4, данное им до возбуждения уголовного дела сотрудникам полиции (т. 1 л.д. 38), а также сведения, сообщаемые подсудимым при проведении личного досмотра, поскольку они даны после установления подсудимого сотрудниками полиции и вызова в отдел полиции для разбирательства.

Суд, с учётом личности подсудимого, в том числе данных о его материальном положении и его семьи, обстоятельств совершения преступления, с учётом требований ст.ст.6, 43, 60, 61 УК РФ полагает необходимым назначить наказание ФИО4 в виде обязательных работ, поскольку именно такое наказание будет способствовать достижению целей уголовного наказания.

С учётом личности подсудимого, обстоятельств совершения преступления, суд не усматривает оснований для применения ч. 6 ст. 15, ст.64 УК Российской Федерации, так как отсутствует совокупность данных, существенно снижающих общественную опасность содеянного.

При определении размера наказания суд не руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку, с учётом разъяснений п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ** от **** «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», назначает не самый строгий вид наказания.

Суд не усматривает оснований для прекращения уголовного дела и освобождения подсудимого от наказания, его отсрочки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 76 УК РФ, поскольку ФИО4 не является лицом, впервые совершившим преступление.

Поскольку подсудимым совершено преступление в период отбывания наказания по приговору от ****, окончательное наказание подлежит назначению по правилам ст. 70 УК РФ, при этом суд приходит к убеждению о частичном присоединении к назначенному наказанию неотбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

При этом суд учитывает разъяснения, данные в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от **** ** «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которым в случае сложения ограничения свободы, назначенного в качестве основного наказания, с наказанием в виде обязательных работ следует учитывать положения части 2 статьи 72 УК РФ, согласно которым 240 часов обязательных работ соответствуют двум месяцам ограничения свободы.

При этом суд исчисляет неотбытый срок наказания по предыдущему приговору с учётом разъяснений, данных в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **** **, согласно которым при решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора. Неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся ко времени постановления последнего приговора.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется требованиями ст.81 УПК Российской Федерации.

В соответствии со ст.132 УПК РФ с ФИО4 подлежат взысканию процессуальные издержки, понесенные на оплату труда адвоката, так как подсудимый трудоспособен, материально обеспечен, заявил о готовности нести бремя оплаты процессуальных издержек.

Руководствуясь ст. 299, 304-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 160 УК Российской Федерации, и назначить наказание в виде 300 (трёхсот) часов обязательных работ.

На основании ст.ст. 70, 71, 72 УК Российской Федерации по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Октябрьского районного суда *** от **** окончательно назначить ФИО4 наказание в виде ограничения свободы на срок 4 (четыре) месяца.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК Российской Федерации установить ФИО4 в период отбывания наказания в виде ограничения свободы следующие ограничения:

- не выезжать за пределы муниципального образования *** без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы;

- не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО4 в указанный период отбывания наказания в виде ограничения свободы обязанность один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждённым наказания в виде ограничения свободы, в дни регистрации, определяемые указанным органом.

Срок наказания в виде ограничения свободы в соответствии с ч. 1 ст. 49 УИК РФ исчислять с момента постановки осужденного ФИО4 на учет в уголовно-исполнительной инспекции.

Меру пресечения в отношении ФИО4 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, после чего отменить.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу:

- коробку из-под мобильного телефона марки «Samsung Galaxy A25», чек о покупке мобильного телефона, мобильный телефон марки «Samsung Galaxy А25» с защитным чехлом и защитным стеклом, без сим-карты, находящиеся на хранении у потерпевшего Потерпевший №1, - оставить в его распоряжении.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета в счёт возмещения процессуальных издержек, понесенных на стадии предварительного расследования на оплату труда адвоката, 2 076 (две тысячи семьдесят шесть) рублей 00 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Новосибирского областного суда через районный суд в течение 15 суток со дня постановления приговора. В случае обжалования приговора, осужденный имеет право ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также об участии адвоката.

Судья * М.Б. Полуэктова

*