Апелляционное постановление № 22К-1755/2025 от 8 июля 2025 г. по делу № 3/2-76/2025

Судья Исаев Р.А. материал 22к-1755/2025


Апелляционное постановление

9 июля 2025 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Гаджимагомедова Т.С.,

при секретаре судебных заседаний ФИО2,

с участием прокурора Тагирова Р.Б.,

обвиняемого ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

его защитников – адвокатов Рамазанова А.Г. и Мурзаева М.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по совместной апелляционной жалобе адвокатов Рамазанова А.Г. и Мурзаева М.Г. на постановление Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 25 июня 2025 г. о продлении срока содержания под стражей в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, <...>, гражданина РФ, с высшим образованием, холостого, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, работающего мастером по эксплуатации оборудования газовых объектов ремонтно-эксплуатационной службы АО «Газпром газораспределение Махачкала», ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, сроком на 2 месяца, а всего до 5-ти месяцев, т.е. с 26 июня 2025 г. до 25 августа 2025 г. включительно.

Заслушав доклад судьи Гаджимагомедова Т.С., выступления адвокатов Рамазанова А.Г., Мурзаева М.Г. и обвиняемого ФИО1, подержавших доводы апелляционной жалобы, просивших отменить постановление, избрав меру пресечения в виде домашнего ареста, залога, либо запрета определенных действий, мнение прокурора Тагирова Р.Б., полагавшего постановление подлежащим оставлению без изменения, суд

установил:

в совместной апелляционной жалобе адвокаты Рамазанов и Мурзаев считают постановление о продлении срока содержания под стражей ФИО11 незаконным, просят его отменить, избрав меру пресечения в виде домашнего ареста, залога, либо запрета определенных действий.

В обоснование цитируют п. 13 Постановления Пленума ВС РФ № 41, а также содержание ходатайства следователя.

Отмечают, что судом не указанно, как именно применение в отношении обвиняемого в совершении преступления более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения как домашний арест не сможет в должной степени обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса, не будет являться гарантией его надлежащего поведения и явки к следователю.

Ссылаются на то, что ни ходатайство следователя, ни обжалуемое постановление, не содержат мотивированных выводов о невозможности избрания ФИО11, более мягкой меры пресечения.

Обращают внимание на то, что суд неверно исходили из того, что заключение под стражу может быть обосновано только тяжестью преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Согласно взаимосвязанным положениям ст. 97, 99 и 108 УПК РФ тяжесть преступления является необходимым условием применения заключения под стражу, а также обстоятельством, которое подлежит учету при избрании любой иной меры пресечения. Однако сама по себе тяжесть преступления не может являться единственным и достаточным основанием для заключения под стражу.

Кроме того, суд указал: «что у суда имеются достаточные основания полагать, что находясь на свободе и осознавая тяжесть предъявленного ему органом предварительного следствия обвинения, он может скрыться от суда, иными способами воспрепятствовать производству по уголовному делу, в силу чего, по мнению суда, основания для избрания иной более мягкой меры пресечения отсутствуют. При этом конкретных данных, подтверждающих эту информацию, не приведено, что недопустимо.

Приводят иные обстоятельства, являющиеся предметом рассмотрения уголовного дела по существу.

Указывают, что судом фактически не учтены данные о личности обвиняемого, а именно то, что он является ухаживающим у своей онкологически больной тети, и другие существенные обстоятельства, имеющие значение при продлении срока содержания под стражей и в результате вынесено незаконное решение.

Проверив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, выслушав позицию сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такие основания для отмены обжалованного постановления усматриваются.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным, признается таковым, если оно постановлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями 1, 1.1 1.2, 2 настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев.

Продление судом срока содержания обвиняемого под стражей может иметь место только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения.

К таким данным ст. 97 УПК РФ относит наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может скрыться от предварительного следствия или суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Кроме того, согласно ст. 99 УПК РФ, при избрании, а соответственно и при продлении меры пресечения, наряду с другими обстоятельствами необходимо учитывать также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

По смыслу ст. 108 УПК РФ в случае продления срока содержания лица под стражей суд должен указать конкретные обстоятельства, обосновывающие продление срока, а также доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств.

В соответствии с п.п. 5 и 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (далее – постановление Пленума) в качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

При этом тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания, предварительного следствия только на первоначальных этапах производства по уголовному делу. В дальнейшем одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения.

Согласно абз. 2 п. 29 постановления Пленума в решениях об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и о продлении срока содержания под стражей должно быть указано, почему в отношении лица не может быть применена более мягкая мера пресечения, приведены результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание данной меры пресечения или продление срока ее действия, доказательства, подтверждающие наличие этих обстоятельств, а также оценка судом этих обстоятельств и доказательств с изложением мотивов принятого решения.

Указанные обстоятельства и результаты их исследования должны быть приведены в каждом решении об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения и о продлении срока содержания под стражей вне зависимости от того, в какой стадии судопроизводства и в какой форме оно принимается.

Изложенные требования закона при продлении срока содержания под стражей обвиняемому ФИО11 судом в должной мере не соблюдены.

Из представленных материалов следует, что разрешая ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО11, и признав его подлежащим удовлетворению, суд в постановлении лишь формально сослался на то, что оснований для изменения обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, не усматривается. Конкретных обстоятельств, обосновывающих невозможность применения иной более мягкой меры пресечения, их оценки с учетом установленных обстоятельств, результатов их исследования в судебном заседании, в постановлении суда не приведено.

Судом указано, что он находит доводы, изложенные в ходатайстве следователя обоснованными, а именно, что что ФИО11 обвиняется в совершении тяжкого преступления за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до 6 лет, вследствие чего находясь на свободе, опасаясь возможности назначения ему наказания в виде лишения свободы на длительный срок, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, что свидетельствует о наличии на данном этапе расследования основания, предусмотренного ст. 97 УПК РФ.

Вместе с тем, в постановлении суда, как верно указано защитниками в апелляционной жалобе, в представленных следователем материалах не содержится убедительных и обоснованных выводов, из которых следовало бы, что избрание иной более мягкой меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, не обеспечит явку ФИО11 в следственный орган либо в суд, либо не обеспечит иные цели и задачи, для которых избирается мера пресечения.

Напротив, как следует из представленных материалов дела, ФИО11 не судим, имеет устойчивые социальные связи - семью, постоянное место жительства в г. Махачкале Республики Дагестан.

Кроме того, согласно протоколу судебного заседания от 25.06.2025, на вопрос суда о том, на чем основаны доводы о том, что в случае избрания иной меры пресечения ФИО11 может угрожать свидетелям или уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, следователь ответил «ничем». Аналогичные ответы следователь дал на вопросы стороны защиты (л.м. 113).

Фактически вывод суда о том, что обвиняемый скроется от органов предварительного следствия и суда обоснован следователем только лишь тяжестью преступления, в совершении которого обвиняется ФИО11.

Такой подход не согласуется с вышеуказанными разъяснениями постановления Пленума и противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Указание суда первой инстанции на тяжесть предъявленного ФИО11 обвинения и необходимость проведения следственных действий явно недостаточно для сохранения ему исключительной меры пресечения, исходя из разъяснений вышеприведённого постановления Пленума (п.п. 21, 22) о том, что обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей. Наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным. Суду надлежит установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

Сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей.

Каких-либо фактических данных, удостоверяющих с достаточной степенью вероятность того, что при избрании обвиняемому ФИО11 менее строгой меры пресечения, чем заключение под стражу, он может скрыться от органов следствия и суда, воспрепятствовать производству по делу, в материалах не содержится.

В силу ч. 3 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда в порядке, установленном статьей 108 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не может согласиться с обоснованностью выводов суда первой инстанции о невозможности изменения меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО11 и находит возможным изменить обвиняемому меру пресечения с содержания под стражей на меру пресечения в виде домашнего ареста, предусмотренного ст. 107 УПК РФ, которая, по мнению суда апелляционной инстанции, будет являться достаточной гарантией как его явки в органы следствия и в суд, так и иных аспектов его надлежащего поведения.

Заслуживают внимание также доводы защитников ФИО11 о том, что ходатайства о продлении срока содержания под стражей органами предварительного следствия возбуждались перед судом неоднократно, по мотивам необходимости выполнения одних и тех же следственных действий, направленных на завершение предварительного расследования. Причины, по которым они не были проведены, следователем в ходатайстве не указаны.

Суд указанные обстоятельства не выяснял, не установил, по какой причине следователем не выполнены эти следственные действия.

Каких-либо данных о том, что расследование дела представляет особую сложность, ни в ходатайстве следователя, ни в решении суда не приведено.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о неэффективной организации предварительного расследования.

Допущенные нарушения являются существенными, влекущими отмену судебного постановления.

Таким образом, какими-либо достоверными сведениями и доказательствами, представленными органами следствия, основания, предусмотренные ч. 1 ст. 97 УПК РФ, для продления ФИО11 меры пресечения в виде заключения под стражу, не подтверждаются. Убедительных мотивов невозможности изменения меры пресечения ФИО11 на иную, более мягкую судом не приведено.

С учетом предъявленного ФИО11 обвинения, а также, принимая во внимание, что он имеет постоянное место жительства, положительно характеризуется по месту работы начальником ремонтно-эксплуатационной службы Ленинского района АО «Газпром газораспределение Махачкала» (л.м. 34), на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что для обеспечения надлежащего поведения обвиняемого ФИО11 в ходе дальнейшего производства по уголовному делу достаточно меры пресечения в виде домашнего ареста.

В представленных материалах имеются данные о наличии у отца ФИО11 – ФИО7 на праве собственности домовладения по адресу: <адрес>, который дал согласие на проживание ФИО11 в указанном домовладении в случае избрания иной меры пресечения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 25 июня 2025 г. о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1, <дата> года рождения, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, сроком на 2 месяца, а всего до 5-ти месяцев, т.е. с 26 июня 2025 г. до 25 августа 2025 г. включительно –отменить, удовлетворив совместную апелляционную жалобу адвокатов Рамазанова А.Г. и Мурзаева М.Г.

Избрать в отношении ФИО1, <дата> года рождения меру пресечения в виде домашнего ареста, на срок до 25 августа 2025 г. включительно, по адресу: <адрес>

Установить ФИО1 ограничения, предусмотренные ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, а именно без разрешения органов следствия:

- не выходить за пределы места нахождения под домашним арестом в период срока действия указанной меры пресечения;

- не общаться с лицами, проходящими по данному уголовному делу в качестве потерпевших и свидетелей;

- не использовать средства связи и сети Интернет, кроме случаев для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, общения с контролирующими органами, следователем и защитником.

Контроль за соблюдением ФИО1 установленных ограничений и нахождения в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста, возложить на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

ФИО1 из-под стражи освободить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом участники судебного разбирательства вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий Т.С. Гаджимагомедов