Апелляционное определение № 22-341/2026 от 20 апреля 2026 г.

Судья Тыченков А.В. Дело № 22-341/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск 21 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в составе председательствующего Саломатина И.А.,

судей Шиловской Ю.М., Желтобрюхова С.П.,

при секретаре судебного заседания Казьминой Р.Т.,

с участием прокурора Васильченко Т.В.,

осужденного К. и его защитника – адвоката Лучицкого А.В.,

осужденной О. и ее защитника – адвоката Кудрявцева А.В.,

переводчика ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

К. угли, родившегося _ _ в ..., гражданина Республики Узбекистан, несудимого;

О., родившейся _ _ в ..., гражданки Российской Федерации, несудимой,

по апелляционным жалобам защитника Лучицкого А.В. в интересах осужденного К., осужденной О. и защитника Кудрявцева А.В. в ее интересах на приговор Октябрьского районного суда г.Мурманска от 24 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Шиловской Ю.М., выступления осужденных К. и О. (с использованием системы видео-конференц-связи) и их защитников Лучицкого А.В. и Кудрявцева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Васильченко Т.В., полагавшей приговор законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

приговором Октябрьского районного суда г. Мурманска от 24 декабря 2025 года:

К. осужден по ч.1 ст.322.1 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 06.07.2016 № 375-ФЗ) к 2 годам лишения свободы, п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 06.07.2016 № 375-ФЗ) к 4 годам лишения свободы. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения К. в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

О. осуждена по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ (в редакции ФЗ РФ от 06.07.2016 № 375-ФЗ) к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения О. в виде запрета определенных действий изменена на заключение под стражу, О. заключена под стражу в зале суда.

К. признан виновным в организации незаконной миграции, то есть организации незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан.

Кроме того, К. и О. признаны виновными в организации незаконной миграции, то есть организации незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, группой лиц по предварительному сговору.

Преступления, как установлено судом, совершены в период с 29 марта 2024 года по 24 апреля 2024 года в г. Мурманске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Кудрявцев А.В. в интересах осужденной О. считает приговор чрезмерно суровым и несправедливым. Полагает, что судом не в полной мере учтена совокупность смягчающих наказание обстоятельств, а именно женский пол О., полное признание вины и раскаяние в содеянном, подробное предоставление информации о своих противозаконных действиях и действиях иных лиц в совершенном преступлении, чистосердечное признание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастников преступления, наличие на иждивении несовершеннолетней дочери, имеющей хроническое заболевание, состояние здоровья осужденной.

Обращает внимание на влияние назначенного наказания на условия жизни семьи осужденной. Указывает, что ее дочь, О. очно обучается на первом курсе в *** самостоятельно себя обеспечить в силу возраста не может. О. занималась воспитанием одна и была единственной опорой для своей несовершеннолетней дочери.

По мнению защитника, в отношении осужденной, которая ранее не привлекалась к уголовной ответственности, исходя из совокупности смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, ролью осужденной в совершении преступления, а также гуманности наказания, возможно назначение наказания с максимальным испытательным сроком, но без реального лишения свободы. Считает, что находясь на свободе, О. докажет своим поведением, что встала на путь исправления.

Просит приговор в отношении О. изменить в сторону смягчения, с применением положений ст.73 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденная О. выражает несогласие с приговором, считая назначенное наказание в виде 3 лет лишения свободы чрезмерно суровым. В обоснование жалобы доводов не приводит.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Лучицкий А.В. в интересах осужденного К. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, несправедливым и несоответствующим фактическим обстоятельствам дела, а назначенное наказание чрезмерно суровым.

Указывает, что К. в судебном заседании виновными себя в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.322.1 УК РФ, признал в полном объеме, однако в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ, свою вину не признает. Полагает, что все обвинение по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ основывается лишь на показаниях, данных осужденной О., которая его оговаривает, при этом в ходе предварительного и судебного следствия она неоднократно меняла свои показания, изначально изобличая осужденного К., затем сообщила суду, что организаторами преступления является руководство ООО «Легион», а также показала, что в преступной группе принимали участие ряд свидетелей обвинения. Относительно мотивов совершенного ею преступления дала разнонаправленные, взаимоисключающие показания. Считает, что собранные по делу доказательства не только не подтверждают показания осужденной О. в части причастности К. к совершению преступления, но и полностью противоречат им. По мнению защитника, материалы оперативно-розыскных мероприятий исключают причастность К. к совершению преступления по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ, а иные доказательства обвинения являются надуманными, основанными на недостоверных показаниях О.

Отмечает, что описывая преступность деяния по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ, суд не приводит ни одного доказательства в подтверждение своих выводов, а сводится лишь к описанию трудовых функций К., возложенных на него администрацией ООО «Легион». Судом не приводится ни одного доказательства, что К. и неустановленное лицо * вступили в сговор на совместное совершение преступления и обратились к О. с предложением о совершении совместного преступления. По мнению защитника, все исследованные в ходе судебного следствия доказательства указывают на активную роль в совершении преступления именно О. и неустановленного лица *, при этом, согласно приговору, роль К. сводилась к получению корреспонденции от Университета в офисе ООО «Легион», что также не подтверждается какими-либо доказательствами по делу, так как отсутствуют передаточные акты.

Считает, что вывод суда о наличии между О. и К. согласованных действий не подтверждается материалами дела, исследованными в ходе судебного следствия, ссылка суда на видеозаписи, произведенные в ходе оперативно-розыскных мероприятий, несостоятельна, так как в период с 09 по 10 апреля 2024 года, помимо осужденных, в помещении офиса ООО «Легион» находились и иные сотрудники юридического лица, вовлеченные в бизнес-процесс ООО «Легион», из аудио и видео записей не следует, что осужденные и неустановленное лицо * каким-либо образом согласуют свои действия и распределяют роли. Ссылку суда на то, что о согласованности действий указывает сама осужденная О., находит несостоятельной, поскольку ее показания не подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств.

Полагает, что отсутствие значимой информации на видеозаписях, произведенных в ходе оперативно-розыскных мероприятий, свидетельствует об отсутствии у К. сговора и согласованного плана действий с О. или иными неустановленными лицами, находившимися в офисе ООО «Легион» в апреле 2024 года. Данное доказательство, по мнению защитника, объективно отражает происходившие события и не зависит от показаний каких-либо лиц, способных в силу времени или иных причин исказить их сущность. Однако суд в приговоре не отразил результаты осмотра в ходе судебного следствия видеозаписей и не дал никакой оценки отсутствию в них информации о причастности К. к инкриминируемому ему преступлению по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ.

Считает, что возникшие в ходе судебного следствия противоречия не были устранены судом, что свидетельствует о небеспристрастности суда и привело к постановке незаконного, необоснованного приговора.

Кроме того, по мнению защитника, на обвинительный уклон суда указывает и мотивировка, связанная с оценкой доказательств, опровергающих причастность К. к совершению организации незаконной миграции, поскольку суд лишь ограничился кратким перечислением доводов стороны защиты, после чего отклонил их со ссылкой на способ избежать привлечения к уголовной ответственности за содеянное, и указал, что иные доказательства, исследованные в ходе судебного следствия, не подтверждают и не опровергают вину подсудимых в совершении инкриминируемых преступлений. По мнению защитника, данная позиция суда прямо противоречит требованиям п.6 постановления Пленума ВС РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», которые обязывают суд оценивать все исследованные доказательства, включая оправдывающие подсудимого, с приведением мотивов, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. Считает, что отказ суда от оценки доказательств, опровергающих вину осужденного, является нарушением принципа презумпции невиновности, закрепленного в ст.49 Конституции РФ, и ст.297 УПК РФ, поскольку суд обязан проверять все обстоятельства, способные исключить вину.

Кроме того, по мнению защитника, вывод суда о назначении К. наказания в виде реального лишения свободы является несостоятельным, так как инкриминируемое К. преступление не направлено против жизни и здоровья граждан, не нанесло вреда социальной среде, полагает, что имеются основания для применения ч.6 ст.15, ст.ст. 64, 73 УК РФ. При этом обращает внимание на то, что 10 декабря 2024 года вступило в силу постановление Правительства РФ, согласно которому сторонним организациям запрещено проводить экзамены для мигрантов, в том числе по русскому языку, истории России и основам законодательства РФ, ввиду чего экзамен могут проводить только государственные учреждения, а потому защитник полагает, что назначение К. наказания в виде реального лишения свободы не соответствует цели наказания - предупреждению совершения им новых преступлений. Считает, что судом первой инстанции формально перечислены смягчающие наказание обстоятельства, однако должная оценка этим обстоятельствам, как по отдельности, так и в совокупности судом не дана. Также судом не исследован вопрос о влиянии назначаемого вида и размера наказания на условия жизни семьи осужденного, который имеет на иждивении троих малолетних детей, финансово помогал семье, пожилым родителям.

Просит приговор в отношении К. отменить. Оправдать его по п.«а» ч.2 ст.322.1 УК РФ. Назначить ему по ч.1 ст.322.1 УК РФ минимальное наказание, не связанное с изоляцией от общества, либо прекратить уголовное дело с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с положениями ч.1 ст.297 УПК РФ, а также с учётом разъяснений, изложенных в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, он признается таковым, если соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Как разъяснено в пунктах 6, 11 того же постановления, в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 ч.1 ст.305, п.2 ст.307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. В приговоре также отражается отношение подсудимого к предъявленному обвинению и дается оценка доводам, приведенным им в свою защиту.

По данному делу эти требования закона судом первой инстанции нарушены.

Так, доводы защитника Лучинского А.В., приведенные в защиту подсудимого К., не получили в приговоре никакого разрешения.

Одним абзацем суд перечислил следующие доводы стороны защиты: о несоответствии предъявленного обвинения требованиям УПК РФ; отсутствии в обвинении указания о мотиве совершения К. преступления; о том, что в инкриминируемый период иностранным гражданам законодательно не было запрещено пользоваться помощью работников учреждения, проводящих экзамен на владение русским языком; о совершении О. преступления в рамках эксцесса исполнителя; о наличии в действиях О. и К. признаков административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст. 19.30.1 КоАП РФ; об объявлении амнистии для иностранных граждан, незаконно находящихся в Российской Федерации, в связи с изданием Указов Президента РФ в 2024-2025г.г.; о том, что в связи с Федеральным законом от 31 июля 2025 года № 329-ФЗ иностранные граждане, осуществляющие трудовую деятельность в Российской Федерации на основании разрешений на работу, оформленных в рамках квоты, установленной Правительством РФ, освобождены от подтверждения владения русским языком, знания истории России и основ законодательства Российской Федерации при подаче заявления о выдаче разрешения на работу; о том, что ООО «Рейнейссанс Хэви Индастрис» имеет право на привлечение иностранных работников на территории Мурманской области; о малозначительности деяний; о признании доказательств – показаний свидетелей, являющихся иностранными гражданами, недопустимыми доказательствами ввиду участия в ходе их допросов переводчика с английского языка, владение которым этими свидетелями материалами дела не подтверждено, а также иные доводы, связанные с невиновностью осужденного К.

После перечисления указанных доводов стороны защиты суд первой инстанции констатировал, что отвергает их, так как они опровергаются материалами уголовного дела, являются по своей сути защитной позицией по уголовному делу, противоречат фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного следствия, и основаны на ошибочном толковании норм законодательства.

Такая формулировка, с учетом объема и содержания доводов защиты, является явно недостаточной и требованиям закона не соответствует.

При этом в обоснование довода о наличии оснований для применения ст.10 УК РФ ввиду издания закона, устраняющего, по мнению защитника, преступность деяния, защитник Лучицкий А.В. в ходе прений сторон ссылался на то, что Федеральным законом от 31 июля 2025 года № 329-ФЗ внесены изменения в ст.ст. 15.1, 18 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», согласно которым от подтверждения владения русским языком, знания истории России и основ законодательства Российской Федерации при подаче заявления о выдаче разрешения на работу освобождаются иностранные граждане, осуществляющие трудовую деятельность на основании разрешений на работу, оформленных в рамках квоты, установленной Правительством РФ (п. 6.1); иностранные граждане – граждане Республики Филиппины, Республики Индия, Турецкой Республики, Республики Узбекистан, организация незаконного пребывания которых вменяется осужденным, являлись работниками ООО «Рейнейссанс Хэви Индастрис» и ООО «Поларктик», которым в соответствии с постановлением Правительства РФ от 16 сентября 2023 года № 1511 на 2024 год устанавливалась допустимая доля (квота) иностранных сотрудников, которые могут осуществлять свою трудовую деятельность, а ООО «Рейнейссанс Хэви Индастрис», кроме того, входит в перечень юридических лиц (работодателей), которым в соответствии с постановлением Правительства Мурманской области от 05 апреля 2021 года № 179-ПП предоставлено право на привлечение иностранных работников на территории Мурманской области.

Однако судом первой инстанции эти доводы, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, надлежащим образом в ходе судебного следствия проверены не были и никакой оценки в приговоре не получили.

При этом согласно предъявленному К. и О. обвинению, в период с 10 по 24 апреля 2024 года в УМВД России по Мурманской области по результатам рассмотрения заявлений об оформлении патентов и продлении срока разрешений на работу, а также приложенных к ним документов, в том числе сертификатов о владении русским языком, приняты решения о продлении срока разрешений на работу иностранным гражданам Х9, Х10, Х11, Х4мл.К, Х12, Х5, Х13, Х6Ч., Х7., Х8, Х14 (граждане Республики Филиппины), Х3 (гражданин Республики Индия), Х15 (гражданин Турецкой Республики), а Х1 и Х2 (граждане Республики Узбекистан) – о выдаче патентов.

Указанные противоречия судом оставлены без внимания и не устранены.

Кроме того, во время судебного следствия председательствующим разрешено ходатайство защитника Лучицкого А.В. о признании доказательств – протоколов допроса свидетелей, являющихся гражданами Республик Филиппины, Индии, Турции, не владеющих русским языком, недопустимыми, по которому вынесено протокольное постановление об отказе в удовлетворении.

Вместе с тем, требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ протокольное постановление не отвечает, так как не соответствует критериям обоснованности и мотивированности, доводы защитника о недопустимости доказательств разрешения в них не получили, мотивов, по которым судом отказано в удовлетворении ходатайства, в постановлениях не приведено, а констатировано, что оценка допустимости и относимости доказательств, представленных сторонами, будет дана судом при вынесении итогового решения по делу.

Однако, как видно из приговора, доводы защитника Лучицкого А.В. о недопустимости указанных доказательств фактически обоснованного и мотивированного разрешения не получили. В приговоре имеется лишь указание о том, что показания этими свидетелями даны с участием переводчиков. Между тем, защитник, не оспаривая факт того, что свидетели на предварительном следствии были допрошены с участием переводчиков, в ходе судебного следствия и прений сторон неоднократно заявлял иной довод в обоснование своего ходатайства о недопустимости этих доказательств - о том, что в ходе допроса свидетелей, являющихся гражданами Республик Филиппины, Индии, Турции, принимал участие переводчик с английского языка, при этом вопрос о степени их владения английским языком не выяснялся.

Вышеперечисленные нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные в ходе судебного следствия, а также при постановлении приговора, являются существенными.

Путем ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, в том числе права К. на защиту от предъявленного обвинения, несоблюдения процедуры судопроизводства они повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения по уголовному делу, что в силу ч.1 ст.38917 УПК РФ является основанием для отмены приговора.

Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, поскольку бездействием суда, который устранился от проверки доказательств и доводов, приведенных защитником Лучицким А.В. в защиту осужденного, был нарушен принцип состязательности сторон и право К. на защиту от предъявленного обвинения. При таких обстоятельствах, обжалуемый приговор в силу ч.1 ст.38922 УПК РФ подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе.

При новом рассмотрении дела суду надлежит организовать и провести судебное разбирательство с соблюдением принципов законности, состязательности и равноправия сторон, разрешить ходатайства о признании доказательств недопустимыми в соответствии с требованиями закона, должным образом проверить все доводы защиты, в том числе об осуществлении иностранными гражданами, указанными в обвинительном заключении, трудовой деятельности на основании разрешений на работу, оформленных в рамках квоты, установленной Правительством РФ, принять по уголовному делу законное, обоснованное и мотивированное судебное решение.

Учитывая, что приговор отменяется в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, иные доводы апелляционной жалобы защитника Лучицкого А.В., касающиеся существа вопросов о недоказанности вины К., несправедливости назначенного ему наказания, в силу ч.4 ст.38919 УПК РФ разрешению судом апелляционной инстанции не подлежат.

Доводы апелляционных жалоб О. и защитника Кудрявцева А.В. о несправедливости назначенного О. наказания также подлежат разрешению при новом судебном разбирательстве.

Обсуждая вопрос о мере пресечения в отношении К., судебная коллегия учитывает обстоятельства, указанные в статьях 97-99 УПК РФ. К. обвиняется в совершении двух преступлений, одно из которых отнесено уголовным законом к категории тяжких, за которые предусмотрено наказание только в виде лишения свободы, отменяемым приговором он осуждался к лишению свободы на длительный срок, является гражданином Республики Узбекистан, где проживают его супруга и трое малолетних детей, регистрации на территории Российской Федерации не имеет, что в совокупности дает достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться от суда, опасаясь повторного осуждения к лишению свободы. Иные данные о личности К., в том числе, отсутствие судимостей, его положительные характеристики по месту жительства и содержания в следственном изоляторе, судебная коллегия учитывает, однако приходит к выводу о том, что достаточными факторами, сдерживающими от побега из-за опасения повторного осуждения, они не являются, а применение более мягких мер пресечения не сможет гарантировать его надлежащего поведения на свободе. Срок действия меры пресечения коллегия определяет с учётом положений ст.255 УПК РФ.

Обсуждая вопрос о мере пресечения в отношении О., судебная коллегия учитывает обстоятельства, указанные в статьях 97-99 УПК РФ. О. обвиняется в совершении преступления, отнесенного уголовным законом к категории тяжких, за которое предусмотрено наказание только в виде лишения свободы, в период предварительного следствия ей была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, которая была изменена отменяемым приговором на заключение под стражу, О. была заключена под стражу в зале суда. С учетом изложенного, имеются достаточные основания полагать, что она может скрыться от суда, опасаясь повторного осуждения.

Учитывая сведения о личности О., которая имеет регистрацию и постоянное место жительства в г. Мурманске, где характеризуется положительно, наличие на ее иждивении несовершеннолетней дочери, являющейся студенткой очной формы обучения первого курса колледжа, в отношении которой О. является единственным родителем, возраст обвиняемой, род занятий, состояние здоровья, судебная коллегия полагает, что оснований для применения к обвиняемой наиболее строгой меры пресечения не имеется, в связи с чем считает возможным избрать О. более мягкую меру пресечения в виде запрета определенных действий с установлением соответствующих запретов, предусмотренных ч.6 ст.105.1 УПК РФ, которая в полной мере обеспечит возможность проведения по делу своевременного и справедливого разбирательства и надлежащее поведение обвиняемой.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.22 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Октябрьского районного суда г. Мурманска от 24 декабря 2025 года в отношении К. угли и О. отменить и направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Избрать К. угли меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 02 месяца, то есть по 20 июня 2026 года.

Избрать О. меру пресечения в виде запрета определенных действий, обязав обвиняемую своевременно и самостоятельно являться по вызовам в суд.

Возложить на обвиняемую О. следующие запреты:

- в соответствии с п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ – выходить за пределы жилого помещения, в котором она проживает, расположенного по адресу: ..., в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут. Установить данный запрет на срок 02 месяца, то есть по 20 июня 2026 года;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением случаев вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с судом, контролирующим органом, защитником; о каждом таком использовании средств связи обвиняемая должна информировать контролирующий орган;

- общаться с участниками уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу, список которых обязан установить и довести до сведения обвиняемой суд, за исключением лиц, с которыми возникнет необходимость общения в рамках производства следственных и процессуальных действий по уголовному делу, а также близких родственников.

Возложить осуществление контроля за соблюдением запретов на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

О. освободить из–под стражи по поступлению копии настоящего определения в учреждение по месту ее содержания под стражей.

Разъяснить О., что в случае нарушения ею возложенных запретов и условий исполнения данной меры пресечения мера пресечения может быть изменена судом на более строгую.

Апелляционную жалобу защитника Лучинского А.В. – удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ. В случае кассационного рассмотрения дела осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи