Апелляционное определение № 33-832/2026 от 2 апреля 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено

3 апреля 2026 г.

Судья Тимченко А.В.

№ 33-832-2026

УИД 51RS0016-01-2025-001047-23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

1 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

Морозовой И.Ю.

судей

ФИО1

ФИО2

с участием прокурора

при секретаре

ФИО3

ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-45/2026 по иску ФИО5 к акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

по апелляционному представлению прокурора города Кировска и апелляционной жалобе ФИО5 на решение Кировского городского суда Мурманской области от 15 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Морозовой И.Ю., выслушав прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего подлежащей удовлетворению апелляционную жалобу истца ФИО5, возражения представителя ответчика акционерного общества «Апатит» ФИО6 относительно доводов апелляционных представления, жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО5 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Апатит» (далее АО «Апатит») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование заявленных требований указал, что с 15 июля 1991 г. по 8 сентября 2025 г. работал во вредных условиях труда в АО «Апатит».

Трудовой договор с ответчиком расторгнут на основании приказа от 5 сентября 2025 г. по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно медицинскому заключению НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» №119 от 19 июня 2025 г. истцу диагностирована *** связанная с воздействием общей вибрации. Указанное заболевание находится в причинно-следственной связи с трудовой деятельностью истца во вредных условиях.

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника №09-02-03/34-25 от 14 марта 2025 г., условия труда истца в АО «Апатит» в профессии машиниста погрузочно-доставочной машины не соответствовали п.1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, табл.5.4, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685-21 по производственному шуму, общей и локальной вибрации, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса; условия труда в профессии дежурного электрослесаря по ремонту оборудования не соответствовали п. 1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685-21 по производственному шуму, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса; в профессии машиниста подземных самоходных машин условия труда не соответствовали п.1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, табл.5.4, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685-21 по производственному шуму, общей вибрации, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса.

Согласно пункту 17 акта о случае профессионального заболевания №39 от 24 июля 2025 г. на протяжении трудовой деятельности в АО «Апатит» из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, истец подвергался воздействию вредных производственных факторов в виде общей вибрации, физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов, а также систем соответствующей локализации.

С 7 августа 2025 г. истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности со степенью утраты трудоспособности в размере 30%. Датой очередного обследования является 7 августа 2026 г.

Просил суд взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1 500 000 рублей.

Судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО5 удовлетворены частично.

С АО «Апатит» в пользу ФИО5 взыскана денежная компенсация морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 280 000 рублей, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Кроме того с АО «Апатит» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 3000 рублей.

В апелляционном представлении, с учетом его уточнения, прокурор города Кировска Морозов Д.А. просит изменить решение суда в части размера компенсации морального вреда.

Полагает, что определенный к взысканию размер компенсации морального вреда судом значительно занижен.

Указывает, что судом не дана оценка материально-финансовому положению истца, не учтены наличие у него каких-либо кредитных обязательств, наличие детей на иждивении или иных лиц, наличие реальной возможности трудоустройства на другую работу (специальность), которая не усугубляла бы состояние здоровья истца.

В апелляционной жалобе истец ФИО5, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит изменить решение суда в части размера компенсации морального вреда, взыскав компенсацию в сумме 1 500 000 рублей.

Приводит довод, что суд не принял во внимание имеющиеся у него заболевания, сопровождающиеся болями в пояснице, нижней части тела, а также в шее и суставах, которые усиливаются при ходьбе, поворотах тела и наклонах, в результате он вынужден принимать сильные обезболивающие лекарства.

Ссылается на невозможность самостоятельного удовлетворения привычных для человека бытовых потребностей, ввиду чего он испытывает чувство стыда перед окружающими родственниками и близкими людьми.

Указывает, что полученное заболевание не позволяет ему трудоустроиться, не только из-за того, что он не способен в полной мере осуществлять трудовую функцию, но и поскольку назначенная ему программа реабилитации, предполагает прохождение дважды в год лечение сроком не менее 21 дня, что не может устраивать потенциального работодателя.

Отмечает, что отсутствие возможности должным образом обеспечить финансовые потребности своей семьи, также причиняет ему психологический дискомфорт, который в свою очередь еще больше усугубляет состояние его здоровья.

В письменных возражениях на апелляционные представление, жалобу представитель АО «Апатит» ФИО6 просит оставить их без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО5 и его представитель ФИО7, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка в силу части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела. Ходатайство истца об отложении рассмотрения дела оставлено без удовлетворения ввиду непредставления доказательств уважительности причин неявки истца и его представителя в судебное заседание.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражений относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обозрев медицинскую карту истца № 60115, обсудив доводы апелляционных представления, жалобы и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из разъяснений в пунктах 25, 26, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 состоял в трудовых отношениях с АО «Апатит» (прежние наименования - Производственное объединение «Апатит» им. С.М. Кирова, АООТ «Апатит», ОАО «Апатит»), работая по трудовому договору в профессиях машиниста погрузочно-доставочной машины (ПДМ), машиниста подземных самоходных машин (ПСМ), электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудования более 31 года (с 15 июля 1991 г. по 19 ноября 1991 г. и с 1 марта 1994 г. по 8 сентября 2025 г.).

Трудовой договор расторгнут 8 сентября 2025 г. по пункту 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, что подтверждается имеющимися в материалах дела копиями трудовой книжки, трудового договора, приказов о приеме на работу, переводах и расторжении трудового договора.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда №09-02-03/34-25 от 14 марта 2025 г. следует, что условия труда ФИО5 в профессии машиниста погрузочно-доставочной машины не соответствовали п.1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, табл.5.4, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685- 21 по производственному шуму, общей и локальной вибрации, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса; условия труда в профессии электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудования не соответствовали п.1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685-21 по производственному шуму, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса; в профессии машиниста подземных самоходных машин условия труда не соответствовали п.1.5 СП 2.2.3670-20, разделу V п.35, табл.5.4, п.29, табл.5.2, табл.5.75 СанПиН 1.2.3685-21 по производственному шуму, общей вибрации, параметрам микроклимата, тяжести и напряженности трудового процесса (пункт 22).

Условия труда машиниста ПДМ Кировского рудника АО «Апатит» (подземные условия) характеризуются воздействием вредных производственных факторов: вредных веществ химической этиологии; запыленности (аэрозоли преимущественно фиброгенного действия); производственного шума; вибрации общей и локальной; параметров микроклимата; световой среды; физических перегрузок и функционального перенапряжения.

Условия труда электрослесаря (слесаря) дежурного и по ремонту оборудованию (подземные условия) АО «Апатит» характеризуются воздействием вредных производственных факторов вредных веществ химической этиологии, запылённости (аэрозоли преимущественно фиброгенного действия); производственного шума, микроклимата; световой среды, физических перегрузок и функционального перенапряжения.

Условия труда машиниста подземных самоходных машин (подземные условия) АО «Апатит» характеризуются воздействием вредных производственных факторов: вредных веществ химической этиологии, запылённости (аэрозоли преимущественно фиброгенного действия); производственного шума; инфразвука; вибрации общей и локальной; микроклимата; физических перегрузок и функционального перенапряжения (пункт 5).

В соответствии с имеющейся в амбулаторной медицинской карте ФИО5 выпиской из истории болезни №473 от 26 июня 2025 г., истец находился в стационарном отделении в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в период с 9 июня 2025 г. по 27 июня 2025 г.

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в июне 2025 года у ФИО5 впервые установлено профзаболевание, которое обусловлено длительным воздействием вредного производственного фактора (общая вибрация), установлен основной диагноз: *** Имеются сопутствующие диагнозы заболеваний *** и иные. По профзаболеванию противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами корпуса, в условиях охлаждающего микроклимата. Рекомендуется рациональное трудоустройство, направление на МСЭ согласно действующего законодательства, Д-наблюдение и лечение профзаболевания у невролога 2 раза в год по месту жительства. Ежегодное санаторно-курортное лечение. Д-наблюдение и лечение у хирурга (травматолога), ЛОР-врача, терапевта по месту жительства. Ежегодное обследование в клинике профзаболеваний.

Общий стаж работы истца в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов составляет 31 год 8 месяцев.

Медицинским заключением от 25 июня 2025 г. № 1300-25 установлена причинно-следственная связь между выявленными у ФИО5 профессиональными заболеваниями и его профессиональной деятельностью в связи с воздействием общей вибрации.

Из акта о случае профессионального заболевания №39 от 24 июля 2025 г. следует, что профессиональное заболевание истца возникло в результате длительной работы во вредных производственных условиях в различных подразделениях Кировского рудника АО «Апатит» в профессиях: машиниста погрузочно-доставочной машины (машиниста ПДМ), машиниста подземных самоходных машин (машиниста ПСМ), когда ФИО5, из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, подвергался воздействию вредного производственного фактора - общей вибрации, а также физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем соответствующей локализации (пункты 17, 20).

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: общей вибрации в профессиях машиниста ПДМ Кировского рудника АО «Апатит», машиниста ПСМ Кировского рудника АО «Апатит» (пункт 18 акта).

Прямая вина кого-либо не установлена, однако выявлено нарушение требований пункта 1.5 СанПиН 2.2.3670-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда», раздела 5, табл. 5.4 СанПиН 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» (пункт 21 акта).

Стаж работы в указанных должностях, работа в которых находится в причинной связи с выявленным у истца профессиональным заболеванием составил 22 года 1 месяц (машинист ПСМ с 16 июня 2003 г. по 18 марта 2012 г., с 18 июня 2012 г. по 8 сентября 2025 г., машинист ПДМ – с 19 марта 2012 г. по 17 июня 2012 г.).

Согласно сведениям Бюро № 4 - филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области ФИО5 освидетельствован впервые в период с 7 августа 2025 г. по 3 сентября 2025 г., в результате чего установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах 30% до 1 сентября 2026 г., что подтверждается актом №АМСЭ-325-000506576.

В соответствии с пунктом 1.4 Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2025-2027 гг. Российским Союзом предприятий и организаций химического комплекса и Росхимпрофсоюзом рассмотрено предложение АО «Апатит» о временном приостановлении действия отдельных положений Отраслевого тарифного соглашения и принято решение от 22 октября 2024 г. о приостановлении в отношении АО «Апатит» действия, в том числе, подпункта 2 пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, устанавливающего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием на срок с 1 января 2025 г. по 31 декабря 2027 г.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь выше приведенными нормами материального права, учитывая, что полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика, и на ответчике, не обеспечившем в полной мере безопасные условия труда, лежит обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда, пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с АО «Апатит» в пользу ФИО5 компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 280 000 рублей, суд пришел к выводу о соразмерности указанной суммы степени перенесенных истцом страданий.

Поскольку решение суда в части выводов о вине ответчика в причинении истцу профессионального заболевания, возникновении у работодателя обязанности произвести работнику денежную выплату в счет компенсации морального вреда, не обжаловано, в силу положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения в этой части предметом проверки судом апелляционной инстанции не является.

Проверяя решение суда в пределах доводов апелляционных представления, жалобы в части несогласия с размером взысканной компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из анализа статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Определяя размер подлежащий взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел продолжительность трудовой деятельности истца в АО «Апатит» в профессиях, работа в которых привела к установлению профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности, длительность воздействия на него вредных производственных факторов, характер и объем физических и нравственных страданий, причиненных истцу, а именно: утрата его здоровья имеет место, до настоящего времени какой-либо динамики в течении профзаболевания не имеется, полученное заболевание сопровождается болевыми ощущениями, требует постоянного лечения, наблюдения и обследования, применение курса лекарственной терапии, специального санитарно-курортного лечения; принятие истцом всех возможных мер для уменьшения размера ущерба своему здоровью (проведение своевременного и правильного лечения, следование рекомендациям врачей); объем нравственных страданий истца, связанных с ограничение обычной жизненности. Кроме того, у суда, исходя из зафиксированных в медицинских документах истца, не возникло оснований сомневаться в том, что заболевания истца сопровождаются периодическими болевыми ощущениями.

Вместе с тем учитывая, что инвалидность истцу не установлена, утрата профессиональной трудоспособности составляет 30%, которая установлена до 1 сентября 2026 г., то есть у истца имеется возможность работать с учетом ограничений по состоянию здоровья, учитывая конкретные подтвержденные при рассмотрении дела нарушения функционирования систем организма истца, связанные с его профессиональной деятельностью, с учетом требований разумности и справедливости пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 280 000 рублей, которую счел достаточной и соразмерной понесенным истцом нравственных страданий.

Однако, по мнению судебной коллегии, судом первой инстанции, при разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда, должным образом не были учтены тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, характеризующие состояние его здоровья, а именно, что помимо основного диагноза *** связанная с воздействием общей вибрации (проявления: ***), у истца имеются сопутствующие заболевания: ***

Более того, не в полном объеме учтены судом первой инстанции и обстоятельства, свидетельствующие о степени влияния профессионального заболевания и его последствий на жизнь и здоровье истца, согласно которым истец не может вести привычный образ жизни, испытывает постоянные боли в пояснице, нижней части тела, суставах, усиливающиеся при ходьбе, поворотах тела и наклонах, в результате чего вынужден принимать сильные обезболивающие препараты. Все это отражается на выполнении с его стороны привычных бытовых потребностей, возникающие затруднения в самообслуживании вызывают у истца чувства стыда перед близкими людьми.

При этом из представленной медицинской документации в отношении истца, в том числе выписки из истории болезни № 473, следует, что ФИО5 находился в стационарном отделении клиники профзаболеваний города Кировска в период с 9 июня 2025 г. по 27 июня 2025 г., предъявлял жалобы: на боли в шейном отделе позвоночника, тянущего характера, без иррадиации боли. Боли в поясничном отделе позвоночника и иррадиацией в левую нижнюю конечность по задней поверхности бедра. Ограничение объема движений в позвоночнике умеренное, сводит судороги кисти и стопы. Боли в суставах локтевых, лучезапястных. Жалобы на боли в плечевых, локтевых, лучезапястных суставах постоянные, при нагрузках и изменении метеоусловий. Кисти мерзнут, немеют. Боли в тазобедренных, коленных, голеностопных суставах. Ноги мерзнут, немеют Боли в икроножных мышцах. «Скованность» в суставах по утрам.

Судебная коллегия также учитывает, что ФИО5 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%, невозможность трудоустроиться по имеющейся у него профессии безусловно свидетельствует о значительном влиянии приобретенного профессионального заболевания на возможность осуществления истцом трудовой деятельности, как в части выбора им конкретного ее вида, так и в части требований к условиям труда, а также о лишении его заработка, который он получал до повреждения здоровья.

Судебная коллегия при этом принимает во внимание, что в силу положений статей 210, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье работников провозглашены в качестве высшей ценности, обеспечение приоритета их сохранения является одним из направлений государственной политики в области охраны труда, обязанность по такому обеспечению возлагается на работодателя.

Однако суд первой инстанции, формально указав на отсутствие оснований для снижения объема ответственности работодателя перед истцом, в то же время не дал должной оценки тому обстоятельству, что возникновение профессионального заболевания явилось следствием длительного воздействия вредных производственных факторов, обусловленных неисполнением работодателем возложенной на него обязанности по созданию безопасных условий труда, хотя и при отсутствии умышленной вины.

Определенная ко взысканию судом первой инстанции сумма компенсации снижена в сравнении с заявленным истцом размером более чем в 5 раз, убедительного обоснования, почему с учетом установленных по делу обстоятельств данная сумма является достаточной компенсацией причиненных истцу физических и нравственных страданий, судом не приведено.

Принимая во внимание всю совокупность установленных по делу обстоятельств, а именно: продолжительность трудовой деятельности истца в АО «Апатит» во вредных условиях, повлекших профессиональное заболевание (более 22 лет), размер процента утраты истцом профессиональной трудоспособности (30%), тяжесть имеющегося профессионального заболевания и его последствия для истца, степень вины работодателя, который на протяжении длительного времени не обеспечивал истцу безопасные условия труда, учитывая возраст истца, который на момент установления ему профессионального заболевания достиг 52 года, его индивидуальные особенности, влияющие на выраженность испытываемых физических и нравственных страданий, судебная коллегия полагает, что имеются основания для увеличения размера компенсации морального вреда, взысканной с АО «Апатит» в пользу ФИО5 до 700 000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации в заявленном истцом размере, а также для большего увеличения суммы компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает, учитывая отсутствие у истца инвалидности, а также неустановление ему утраты профессиональной трудоспособности бессрочно, а также то обстоятельство, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями работодателя, предпринимавшего в период работы истца меры к компенсации вредности условий труда обеспечением определенного режима труда и отдыха, выдачей средств индивидуальной защиты, предоставлением соответствующих гарантий и льгот.

Размер возмещения компенсации морального вреда в сумме 700 000 рублей, по мнению судебной коллегии, является реальным, а не символическим, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит решение суда первой инстанции подлежащим изменению в части определенного судом в пользу ФИО5 размера компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Кировского городского суда Мурманской области от 15 января 2026 г. изменить в части размера взысканной в пользу ФИО5 компенсации морального вреда.

Взыскать с акционерного общества «Апатит» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 *) денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 700 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи