Апелляционное постановление № 22К-1839/2024 от 15 августа 2024 г. по делу № 3/3-11/2024

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 15 августа 2024 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Т.В.,

при секретаре Корсаковой А.В.,

с участием:

прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С.,

защитника - адвоката Чернядьевой А.А., представившей удостоверение №, ордер №,

подозреваемого ФИО2,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Чернядьевой А.А., действующей в защиту интересов подозреваемого ФИО2, на постановление Всеволожского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина <адрес>, несудимого,

подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 14 суток, то есть поДД.ММ.ГГГГ, по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>.

В соответствии с ч. 7 ст. 107 и п.п. 3-5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ при отбывании домашнего ареста ФИО2, до отмены или изменения меры пресечения в виде домашнего ареста, запрещено:

-общаться со свидетелями по настоящему уголовному делу, в том числе ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и иными лицами, обладающими информацией, имеющей значение для настоящего уголовного дела, за исключением близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ;

-отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением повесток правоохранительных органов и сообщений в данные органы, представителю уголовно-исполнительной инспекции и защитнику;

-использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением связи со следователем и защитником, экстренных вызовов скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, уголовно-исполнительной инспекции и аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, обязав о каждом звонке (ином способе связи) информировать следователя,

Контроль за нахождением ФИО2 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением наложенных на него запретов возложен на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных - филиала по <адрес> району Санкт-Петербурга ФКУ УИИ УФСИН России по <адрес>.

Заслушав доклад судьи Ивановой Т.В., выступление обвиняемого ФИО2, адвоката Чернядьевой А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Орлова И.С., полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

настоящее уголовное дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст.171 УК РФ в отношении неустановленного лица.

ДД.ММ.ГГГГ действия неустановленных лиц квалифицированы по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171 УК РФ

Срок предварительного следствия по уголовному делу последний раз продлевался на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 00 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в 15 часов 05 минут по подозрению в совершении преступления, в порядке ст. 91, 92 УПК РФ, задержан ФИО2, в тот же день допрошен в качестве подозреваемого.

Следователь СУ УМВД России по <адрес> СПб (прикомандированный в СУ УМВД России по <адрес>) ФИО5, с согласия руководителя следственного органа – врио начальника СУ УМВД России по <адрес> ФИО6, обратился во Всеволожский городской суд <адрес> с ходатайством об избрании в отношении подозреваемого ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Постановлением Всеволожского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста по адресу: по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, сроком на 1 месяц 14 суток, то есть поДД.ММ.ГГГГ, с возложением определенных запретов.

В апелляционной жалобе адвокат Чернядьева А.А., действующая в интересах ФИО2, полагает постановление незаконным и подлежащим изменению.

В обосновании своей позиции ссылаясь на ч.1 ст. 107 УПК РФ, сообщает о том, что в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 при установлении личности, сообщил суду о наличии у него на иждивении жены и малолетней дочери. Подчеркивает, что ФИО2 единственный кормилец семьи.

Ссылаясь на абзац 4 преамбулы и абзац 2 п. 51.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» указывает на то, что в нарушении данного постановления, суд первой инстанции при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения ФИО2 не обсуждал со сторонами возможность применения в качестве такой меры запрета определенных действий.

Утверждает, что суд первой инстанции, при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, лишь констатировал отсутствие оснований для избрании в отношении ФИО2 меры пресечения не связанной с изоляцией от общества, поскольку, полагает довод следователя о возможности подозреваемого воспрепятствовать производству по делу, обоснованным. Подчеркивает, что при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, суд так же не раскрыл в обжалуемом постановлении причину по которой запрет определенных действий не может обеспечить надлежащего поведения ФИО2 на период рассмотрения уголовного дела.

Полагает, что судом, при вынесении обжалуемого решения, так же не были учтены интересы и благополучие ребенка подозреваемого, поскольку принимая такое решение, суд ограничивает родителя, еще не признанного в совершении преступления, в осуществлении защиты своей семьи от необоснованного и нецелесообразного разлучения с детьми. Утверждает, что судом не было учтено, что принятое решение может причинить ребенку вред.

Сообщает о том, что суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имеются достаточные основания полагать, что ФИО2 с учетом стадии производства по делу, может воспрепятствовать производству по делу. Подвергая сомнению данный вывод, утверждает о том, что прямых или косвенных доказательств того, что ФИО2 может воспрепятствовать производству по делу не предоставлено.

Приходит к выводу о том, что мнение суда основано на вероятностных предположениях, ничем фактически не подтвержденных.

Ссылаясь на ч.1 ст. 105.1 УПК РФ, ст. 108 и 109 УПК РФ, просит отменить обжалуемое постановление и избрать в отношении ФИО2 меру пресечения в виде запрета определённых действий, с предоставлением права выхода за пределы жилого помещения с целью осуществления своей трудовой деятельности, направленной на извлечении дохода для содержания своей семьи, своевременной оплаты необходимых расходов, осуществления исполнения обязанностей по воспитанию и развитию своего несовершеннолетнего ребенка, организации перевозки его в учреждения дополнительного образования, учреждения здравоохранения, покупки медикаментов и необходимых продуктов питания, одежды и сопутствующих, для обеспечения жизни современного человека, товаров.

В дополнениях к апелляционной жалобе адвокат Чернядьева А.А. обращая внимание суда апелляционной инстанции на то, что в обжалуемом постановлении суд первой инстанции приходит к выводу об обоснованности подозрения ФИО2 в инкриминируемом ему деянии на основании представленных следствием материалов дела, полагает его несостоятельным.

В обосновании своей позиции, указывает на то, что в ФИО9 в своих показаниях сообщил о том, что не разбирается в отходах по классу их опасности. Ссылаясь на Федеральный классификационный каталог отходов, утверждает, что ФИО9 ошибочно считает отходами 4 класса опасности, перечисляемые им отходы.

Заявляет о том, что исходя из показаний свидетеля ФИО10, последний поставлял отходы класса 4 опасности по договоренности не непосредственно с ФИО2, а со слов иных лиц, якобы по договоренности с ним.

Указывает, что из показаний свидетеля ФИО11 следует, что ФИО12 непосредственно принимал отходы 4 класса опасности, хотя ему о них не было известно.

Настаивает на том, что показания ФИО12 являются заведомо ложными, данный свидетель оговаривает ФИО2, поскольку между ними есть конфликт, в связи с тем, что ранее ФИО2 уволил ФИО12 за воровство и профессиональную непригодность.

Сообщает о том, что в отношении ООО «Инжинеринг.ру» имеется судебное решение, подтверждающее отсутствие нанесения ущерба организацией от размещения отходов и загрязнения почвы на земельном участке. Также отмечает, что в ходе судебного следствия по данному гражданскому делу была проведена экспертиза, которая установила отсутствие превышения загрязняющих веществ на земельном участке и в том числе факт изготовления из принимаемых отходов 5 класса опасности материала, соответствующего ТУ «Почвогрунт рекультивационный» и ТУ «Песчано-щебеночная смесь марки «ВПЩ-800»».

Отмечает, что согласно ответу из Всеволожской городской прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № № в возбуждении уголовного дела, на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ отказано.

Подчеркивая позицию стороны защиты о невиновности ФИО2 в инкриминируемом ему преступлении, утверждает, что необходимость избранной в отношении ФИО2 меры пресечения необоснованна и целесообразность ее применения не ясна.

Указывает на то, что судом первой инстанции при вынесении данного решения, на ФИО2 был наложен запрет общения со своей женой, что не учитывает интересы малолетнего ребенка подозреваемого, фактически ограничив право ребенка на общение с родителями.

Сообщает о том, что в связи с наложенным на ФИО2 запретом общения с женой, последний лишен прав, гарантированных ему ст. 38 Конституции РФ и ст. 63 Семейного кодекса РФ, поскольку мать не может передать отцу ребенка, так как воспитываю его они сами, без вмешательства родственников со стороны.

Полагает, что присвоение ФИО13 статуса свидетеля и последующий за этим запрет общения супругов, в данном случае является злоупотреблением права органов предварительного расследования, в связи с тем, что у ФИО2 нет мотива принуждать супругу к даче иных показаний, поскольку это не даст ему никаких преференций по данному уголовному делу и может направить ход расследования в иное русло. Полагает, что оснований считать, что ФИО2 представляет угрозу, препятствующую предварительному расследованию, не имеется.

Обобщая, сторона защиты полагает, что квалификация обстоятельств в качестве исключительных, при принятии решения об установлении такого запрета является необоснованной, так как это противоречит праву, предусмотренному ст. 51 Конституции РФ.

Настаивает на том, что органом предварительного расследования не предоставлено суду убедительных доводов о невозможности избрания в отношении ФИО2 иной, более мягкой меры пресечения. Заявляет, что в подтверждении необходимости избрания данной меры пресечения сторона обвинения не предоставила документальных оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Ссылаясь на п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает на то, что доводы следствия о том, что ФИО2, находясь на свободе, может скрыться от органов следствия и суда, угрожать участникам уголовного судопроизводства, равно как и уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по делу, ничем не подтверждены. Так, подозреваемый не судим, что позволяет сделать вывод, что оказавшись на свободе подсудимый не продолжит заниматься преступной деятельностью, каких-либо заявлений от лиц, с просьбой об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста подсудимому, в связи с поступающими угрозам в их адрес или давления не поступало.

Ссылаясь на п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», сообщает о том, что судом была проигнорирована возможность применения более мягкой меры пресечения в отношении ФИО2 и необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого меры пресечения в виде запрета определенных действий. Ссылаясь на вышеуказанное постановление, заявляет о том, что судом первой инстанции, в нарушении законодательства, при вынесении обжалуемого постановления, не были приведены обстоятельства, которые свидетельствовали бы о невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в случае избрания в отношении ФИО2 меры пресечения в виде запрета определенных действий.

Приходит к выводу о том, что представленные доводы органа предварительного следствия о необходимости избрания в отношении подсудимого меры пресечения, связанной с изоляцией от общества, являются надуманными и необоснованными.

Заявляет о том, что избранная ФИО2 мера пресечения подвергает опасности его здоровье и отрицательно влияет на его общение с ребенком.

Приходит к выводу о том, указанные обстоятельства свидетельствует о возможности избрания в отношении ФИО2 меры пресечения в виде запрета определенных действий.

Полагает возможным возложить на ФИО2 запрет определенных действий, а именно запретить ФИО2 общаться со свидетелями и иными лицами, обладающих информацией, имеющей значение для настоящего уголовного дела, за исключением близких родственников, определенных п.4 ст. 5 УПК РФ, покидать пределы дома по адресу избранного в отношении него домашнего ареста в период с 23:00 минут до 6:00 минут, отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, за исключением повесток правоохранительных органов и сообщений в данные органы, представителю уголовно-исполнительной инспекции и защитнику, использовать средства связи и информационно- телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением связи со следователем и защитником, экстренных вызовов скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, уголовно- исполнительной инспекции и аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, обязав о каждом способе связи информировать следователя.

Проверив представленные материалы, выслушав участников процесса, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Гарантируемое Конституцией РФ право на свободу и личную неприкосновенность в силу ч.3 ст.55 Конституции РФ, может быть ограничено федеральным законом лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других граждан.

Согласно ст. 100 УПК РФ, при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и, с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, мера пресечения в исключительном случае может быть избрана в отношении подозреваемого, и, в рассматриваемой ситуации, обуславливается, как конкретными обстоятельствами дела, личностью подозреваемого, так и существом возникших в отношении него подозрений.

В соответствии с положениями ч.1 ст.107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. В соответствии с положениями ч.2 ст.107 УПК РФ, домашний арест избирается на срок до двух месяцев.

При разрешении ходатайства о мере пресечения, суд обязан проверить обоснованность подозрения в причастности лица к расследуемому преступлению, оценить достаточность имеющихся в деле материалов, подтверждающих необходимость избрания меры пресечения.

Судом указанные требования закона соблюдены, проверена процедура обращения руководителя следственной группы в суд и правильно установлено, что ходатайство заявлено уполномоченным должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, в ходатайстве изложены мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость избрания меры пресечения, к ходатайству приложены материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы, им дана надлежащая оценка.

При решении вопроса об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, суд удостоверился в достаточности данных, свидетельствующих о наличии события преступления и об обоснованности выводов органов предварительного следствия о возможной причастности ФИО2 к инкриминируемому ему деянию.

Принимая решение об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, суд принял во внимание, что ФИО2 является гражданином РФ, имеет регистрацию и место жительства на территории РФ, не судим, имеет на иждивении малолетнего ребенка, а также правомерно учел, что он подозревается в совершении умышленного преступления средней тяжести, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, органы предварительного следствия приводят сбор доказательств на первоначальном этапе его производства, устанавливаются соучастники, а также вещественные доказательства по делу, подозреваемому известны сведения о личности других участников уголовного судопроизводства, показания которых свидетельствуют о наличии у следствия объективных данных полагать, что они знакомы с ФИО2, а поэтому обоснованно согласился с доводом следствия о том, что, находясь на свободе, ФИО2 может воспрепятствовать производству по делу, в том числе и с учетом стадии производства по делу.

Решая вопрос об избрании меры пресечения, суд всесторонне, полно и объективно проверил приведенные следствием основания для избрания в отношении ФИО2 меры пресечения, дал им надлежащую оценку и пришел к обоснованному выводу о необходимости избрания подозреваемому меры пресечения в виде домашнего ареста, что надлежащим образом мотивировано судом.

Представленные материалы свидетельствуют о том, что при рассмотрении ходатайства следователя об избрании меры пресечения, судьей должным образом исследованы обстоятельства, предусмотренные ст. ст. 97, 99, 100 УПК РФ и необходимые для принятия решения об избрании меры пресечения.

Как видно из материалов дела и обжалуемого постановления, установив наличие достаточных оснований для избрания меры пресечения в виде домашнего ареста, суд не усмотрел оснований для применения к подозреваемому иных, более мягких, мер пресечения, поскольку иные меры пресечения не смогут гарантировать выполнение возложенных на подозреваемого обязанностей и не исключат для него возможность принять меры к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по делу, а в дальнейшем и правосудию.

Обстоятельства, имеющие значение для разрешения ходатайства, надлежащим образом проверены в судебном заседании, полно и правильно оценены судом, каких-либо данных, опровергающих выводы, изложенные в постановлении, и свидетельствующих об отсутствии оснований для избрания ФИО2 меры пресечения в виде домашнего ареста и необходимости избрания меры пресечения в виде запрета определенных действий, о чем ходатайствовала сторона защиты, не имеется.

Таким образом, имеющиеся данные о личности ФИО2, в том числе и те, на которые обращено внимание в апелляционной жалобе защитника, были известны суду на момент принятия обжалуемого постановления, однако достаточным основанием для избрания в отношении подозреваемого меры пресечения в виде запрета определенных действий, обоснованно не явились.

Суд апелляционной инстанции учитывает, состояние здоровья ФИО2, однако, надлежащих, документально подтвержденных сведений о невозможности его нахождения под домашним арестом, суду первой инстанции не представлялось, как и не представлено таких документов суду апелляционной инстанции.

Основания задержания, сведения о том, в каком преступлении подозревается ФИО2, содержатся в протоколе задержания, с текстом которого подозреваемый и его защитник ознакомлены, что удостоверено их подписями. Каких-либо нарушений требований УПК РФ, в том числе при задержании ФИО2, которые препятствовали бы избранию в отношении подозреваемого меры пресечения в виде домашнего ареста, судом обоснованно не усмотрено.

При решении вопроса об избрании меры пресечения суд действовал в пределах своей компетенции и руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона, на основании исследования конкретных обстоятельств, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу.

Оценка доказательств при избрании меры пресечения судом первой и апелляционной инстанции не производится.

Ссылка стороны защиты на судебное решение по иску к ФИО16 которым подтверждается отсутствие нанесения ущерба организацией от размещения отходов и загрязнения почвы на земельном участке, на заключение экспертизы по гражданскому делу, которая установила отсутствие превышения загрязняющих веществ на земельном участке, а также на ответ из Всеволожской городской прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № №, согласно которому в возбуждении уголовного дела, на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ отказано, основанием для изменения или отмены меры пресечения не являются, поскольку по уголовному делу проводится предварительное расследование, устанавливаются фактические обстоятельства.

Избранная в отношении ФИО2 мера пресечения в виде домашнего ареста с учетом категории преступлений и его личности, а также других обстоятельств дела в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства на данной стадии, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

При установленных обстоятельствах, оснований для изменения меры пресечения в отношении ФИО2 на иную, не связанную с содержанием под домашним арестом, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Отсутствие у ФИО2 намерений скрываться основанием для избрания ему более мягкой меры пресечения не является, данное основание, как и возможность продолжить заниматься преступной деятельностью судом при принятии решения не учитывались.

Оснований, влекущих отмену обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции не находит.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым постановление изменить, исключив запрет на общение ФИО2 с ФИО15 (в постановлении ФИО1) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поскольку данный свидетель допрошена органами предварительного расследования, изобличающих подозреваемого показаний она не давала, является матерью их совместного ребенка; уточнить, что ФИО2 запрещено общаться со свидетелями по настоящему уголовному делу, в том числе и иными лицами, обладающими информацией, имеющей значение для настоящего уголовного дела, за исключением близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы адвоката Чернядьевой А.А. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Всеволожского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО2 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц 14 суток, то есть по ДД.ММ.ГГГГ, по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> изменить.

Исключить запрет на общение с ФИО15 (в постановлении ФИО1) ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения,

Уточнить, что ФИО2 запрещено общаться со свидетелями по настоящему уголовному делу, в том числе и иными лицами, обладающими информацией, имеющей значение для настоящего уголовного дела, за исключением близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ.

В остальном постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Чернядьевой А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

Кассационная жалоба, представление подается непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий -