Решение № 12-10/2024 5-274/2024 от 24 декабря 2024 г. по делу № 12-10/2024

Дело № 12-10/2024

УИД: 22MS0038-01-2024-002184-12

№ 5-274/2024 ( в судебном участке)


Р Е Ш Е Н И Е

25 декабря 2024 года г. Заринск

Судья Заринского районного суда Алтайского края Ноль Ю.А., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка Заринского района Алтайского края от 12 ноября 2024 года по делу № 5-274/2024, которым

ФИО1, <данные изъяты>,

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на один год шесть месяцев,

У С Т А Н О В И Л А:

согласно протоколу об административном правонарушении <адрес> от 01 июня 2024 года, ФИО1 01 июня 2024 года в 00 часов 10 минут, управляя автомобилем «Тойота ФИО2», государственный регистрационный знак №, двигался по автодороге «Белоярск - Заринск» 74 км, с явными признаками опьянения (поведение не соответствующее обстановке), при этом отказался от законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем нарушил п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 ( далее Правила дорожного движения, ПДД РФ).

Действия ФИО1 квалифицированы по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка Заринского района Алтайского края от 11 июля 2024 года прекращено производство по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события административного правонарушения, на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Решением судьи Заринского районного суда Алтайского края от 09 сентября 2024 года жалоба инспектора ДПС отделения ДПС ГИБДД МО МВД России «Заринский» С. удовлетворена частично, постановление мирового судьи от 11 июля 2024 года отменено, дело возвращено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении по делу вынесено вышеуказанное постановление.

В жалобе, поданной в Заринский районный суд Алтайского края, ФИО1 просит постановление мирового судьи от 12 ноября 2024 года отменить, производство по делу прекратить. В обоснование жалобы ссылается на то, что считает данное постановление незаконным, необоснованным, поскольку неверно установлены фактические обстоятельства, не применен закон, подлежащий применению, а также не даны мотивированные законные основания отклонения его доводов, доказательств и фактов. Постановление основано на решении Заринского районного суда Алтайского края.

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы поддержал, просил постановление отменить, производство по делу прекратить. Дополнительно пояснил, что инспектор ГИБДД зачитал ему процессуальные права, но смысл этих фраз он не понял, не понимал какие могут быть последствия. При направлении на медицинское освидетельствование сотрудник ГИБДД пояснил, что необходимо будет проехать в медицинское учреждение, но он не понял в какое, решил, что сотрудники полиции его увезут и применят к нему физическую силу.

Защитник Ангел А.В. также просил постановление отменить, производство по делу прекратить ввиду отсутствия события и состава административного правонарушения, ссылался на следующее: ФИО1 автомобилем не управлял, на видеозаписи это не зафиксировано; в момент фактического задержания ФИО1 ему не разъяснены права, не составлен протокол задержания, либо административного задержания, длительное время задержания, около 10 часов, он не был обеспечен защитником, что повлияло на составление административного материала, у него изъяли телефон; инспектором ДПС С. не разъяснены ФИО1 права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, а также права и обязанности, предусмотренные КоАП РФ, данные права зачитаны другим инспектором ДПС, что недопустимо, так как коллегиальное составление документов не предусмотрено КоАП РФ; ФИО1 ввиду отсутствия юридического образования не понимал значение зачитанных ему прав; сотрудником ГИБДД не разъяснены последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования; не разъяснено ФИО1 место проведения медицинского освидетельствования, а именно не названо наименование медицинского учреждения, его адрес, не указано время проведения процедуры; отсутствие рапорта сотрудника ГИБДД П. о том, что он остановил автомобиль под управлением ФИО1; инспектор ДПС С. не имел права составлять процессуальные документы, поскольку он не имеет юридического образования; сотрудниками полиции нарушены требования Закона о полиции; процедура оформления ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ проведена без участия защитника; в нарушение закона сотрудники ДПС были допрошены мировым судьей в качестве свидетелей, все они заинтересованы в исходе дела; судом нарушен принцип состязательности сторон; недопустимость всех собранных по делу доказательств, в том числе видеозаписей с автомобиля ДПС и телефона инспектора ДПС, рапорта инспектора ДПС С., объяснений и показаний ФИО1 в качестве свидетеля по уголовному делу; к участию в деле не привлечен прокурор; мировым судьей не разрешено ходатайство защиты о вынесении частного определения.

Выслушав участников процесса, исследовав видеозапись, проверив материалы дела в полном объеме, независимо от доводов жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

При этом основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу государственной инспекции безопасности дорожного движения, так и медицинскому работнику.

Частью 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях определено, что лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Нормы раздела III Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 г. N 1882 (далее - Правила), воспроизводят указанные в части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и устанавливают порядок направления на такое освидетельствование.

В соответствии с пунктом 2 Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из материалов дела, основанием для направления ФИО1 на освидетельствование на состояние опьянения явилось наличие у него таких признаков опьянения, как поведение, не соответствующее обстановке, что согласуется с пунктом 2 Правил.

При проведении освидетельствования у ФИО1 не было установлено состояние алкогольного опьянения, алкоголь в выдохе составил 0,000 мг/л.

В соответствии с пунктом 8 Правил направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит: а) при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; б) при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; в) при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно материалам дела, на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель ФИО1 направлен в связи с тем, что имелись достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения показало отрицательный результат. От прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 отказался.

Указанные действия совершены сотрудником полиции в установленном Правилами порядке.

Таким образом, ФИО1 не выполнил законное требование уполномоченного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Данный факт подтверждается собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении <адрес> ( л.д. 2)., протоколом об отстранении от управления транспортным средством <адрес> ( л.д. 3), актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения <адрес> и бумажным носителем с записью результата исследования от 01 июня 2024 года ( л.д. 4), протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения <адрес>, в котором зафиксирован отказ ФИО1 от его прохождения, а также отказ от подписи ( л.д. 6), рапортом сотрудника полиции С. от ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 7), видеозаписью с видеорегистратора служебного автомобиля по процедуре оформления ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ ( л.д. 71), показаниями допрошенных в качестве свидетелей сотрудников полиции П., Л., С., которые остановили автомобиль под управлением ФИО1 ( л.д. 125оборот-133оборот, 141-144), свидетеля С. - инспектора ДПС, который оформил процессуальные документы в отношении ФИО1, оцененными мировым судьей по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности ( статья 26.11 КоАП РФ).

В связи с этим вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является правильным и не противоречит фактическим обстоятельствам дела.

Довод защитника о том, что транспортным средством ФИО1 не управлял, опровергаются вышеназванными доказательствами, в том числе рапортом сотрудника полиции С., показаниями сотрудников полиции П., Л., С., являвшихся очевидцами управления ФИО1 транспортным средством, а также видеозаписью с видеорегистратора служебного автомобиля, на которой зафиксирована процедура оформления ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, из которой видно как ФИО1 поясняет, что именно он управлял автомобилем, согласился пройти освидетельствование на состояние опьянения. Данные доказательства, вопреки утверждению защитника, последовательны, получили надлежащую оценку мировым судьей. Версия о том, что автомобилем он не управлял возникла у ФИО1 лишь в ходе судебных разбирательств.

Кроме того, вопреки доводам защитника Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях требования об обязательной видеофиксации управления транспортным средством с признаками опьянения не предусматривает.

Утверждения защитника о заинтересованности сотрудников полиции в исходе дела и привлечении ФИО1 к административной ответственности являются голословными, какими-либо объективными данными не подтверждаются, их показания согласуются с письменными доказательствами.

Согласно части 1 статьи 25.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в качестве свидетеля по делу об административном правонарушении может быть вызвано лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.

Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях не содержит запрета на допрос в качестве свидетелей сотрудников полиции, выявивших административное правонарушение и составивших процессуальные документы.

Каких-либо ограничений круга указанных лиц, связанных с их должностными обязанностями, данная статья не содержит. Таким образом, показания сотрудников полиции не могут быть признаны недопустимыми в связи с исполнением ими служебных обязанностей.

Как следует из материалов дела, в том числе пояснений свидетелей: П. - инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Заринский», С. - старшего оперуполномоченного ОУР МО МВД России «Заринский», Л. - командира отделения ДПС, в отдел полиции МО МВД «Заринский» поступила оперативная информация о том, что гражданин, личность которого установлена, перевозит наркотические вещества, едет из <адрес> в <адрес> на автомобиле, который принадлежит ФИО1 С целью остановки указанного автомобиля и проверки поступившей информации, они по указанию начальника МО МВД России «Заринский» С. выехали на автодорогу «Белоярск - Заринск», где на 74 километре был остановлен автомобиль «Тойта Карина» под управлением ФИО1, помимо водителя в автомобиле находился пассажир, была вызвана следственно - оперативная группа. То есть сотрудники полиции действовали в соответствии с Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности". После остановки транспортного средства инспектор ДПС П. установил личность водителя, то есть ФИО1, и поскольку у последнего имелись внешние признаки опьянения, такие как поведение, не соответствующее обстановке, он позвонил инспектору ДПС С., чтобы тот подъехал и провел процедуру освидетельствования на состояние опьянения. Самостоятельно этого не сделал, так как в его служебном автомобиле отсутствовал алкотектор. Затем подъехал на служебном автомобиле инспектор ДПС С., который оформил процессуальные документы в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, составил рапорт. Далее с ФИО1 работала следственно-оперативная группа.

Таким образом, отсутствие видеофиксации задержания ФИО1, неразъяснение ему прав непосредственно после остановки автомобиля, длительность времени задержания, на что защитник обращает внимание, не ставит под сомнение изложенные выводы мирового судьи о доказанности вины ФИО1, принимая во внимание, что действия сотрудников правоохранительных органов в первую очередь были направлены на проверку оперативной информации о незаконной перевозке наркотических средств на автомобиле ФИО1. Как следует из материалов дела, пояснений свидетелей, при осмотре автомобиля ФИО1 было обнаружено и изъято наркотическое вещество, впоследствии возбуждено уголовное дело, по которому ФИО1 имел статус свидетеля. В случае причинения ФИО1 в ходе оперативно-розыскных мероприятий вреда, действия сотрудников полиции могут быть обжалованы им в ином установленном законом порядке. По настоящему делу не имеет существенного значения обстоятельства, послужившие причиной остановки транспортного средства.

Доводы защитника о том, что процедура направления на освидетельствование и медосвидетельствование сотрудниками ДПС нарушена, а именно ФИО1 не обеспечен помощью защитника, ему не разъяснены процессуальные права инспектором ДПС С., не разъяснены последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования, были предметом оценки суда первой инстанций и обоснованно отклонены, оснований не согласиться с указанной оценкой не имеется.

Утверждения защитника о том, что были нарушены права ФИО1 на защиту в связи с тем, что при составлении процессуальных документов по ст. 12.26 КоАП РФ ему было отказано в осуществлении звонка жене, которую он подразумевал, как защитника, подлежит отклонению.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что административные правонарушения в области дорожного движения носят массовый характер, и в силу конкретных обстоятельств таких дел непредоставление адвоката на этапе привлечения к административной ответственности не нарушает конституционные права граждан, поскольку в указанных случаях граждане не лишены возможности обратиться к помощи адвоката для защиты своих прав в суде (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 года N 1536-О).

Кроме того, как следует из просмотренной в судебном заседании видеозаписи, ФИО1 просил позвонить жене, посоветоваться с ней, хотел взять ее с собой для проведения медицинского освидетельствования. Ему была предоставлена возможность созвониться с женой, также сотрудник ДПС разъяснил ей какую процедуру предлагалось пройти ФИО1, на что она пояснила, что ничего в этом не понимает ( разговор на громкой связи, на видеозаписи зафиксирован).

Вопреки утверждением заявителя и защитника, при составлении процессуальных документов права, предусмотренные статьей 25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 51 Конституции РФ, были разъяснены ФИО1 и были ему понятны, о чем он пояснил сотрудникам ГИБДД, что подтверждается видеозаписью. То обстоятельство, что права были разъяснены не лично ФИО3, а другим инспектором, который также находился в служенном автомобиле, не указывает на нарушение порядка составления административного материала.

Довод защитника относительного того, что инспектором ГИБДД не разъяснялись последствия отказа от прохождения медицинского освидетельствования не является основанием для освобождения ФИО1 от административной ответственности, поскольку в соответствии с пунктом 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил. Пунктом 2.3.2 ПДД РФ предусмотрено, что водитель транспортного средства обязан по требованию сотрудников полиции проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Следовательно, ФИО1, являясь участником дорожного движения, был обязан принять меры для соблюдения Правил дорожного движения и выполнить законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Инспектором ДПС разъяснено ФИО1, что для прохождения медицинского освидетельствование необходимо будет проехать в медицинское учреждение, но ФИО1 отказался, указав, что в наркологический диспансер он поедет только с женой, что подтверждает видеозапись. То есть, вопреки позиции, заявленной в судебном заседании, ФИО1 понимал, что для прохождения медицинского освидетельствования ему необходимо будет проехать в медицинское учреждение, то есть наркологический диспансер. Тот факт, что инспектор не указал наименование медицинского учреждения, его адрес и время прохождения процедуры не свидетельствует о нарушении сотрудниками полиции установленного законом порядка направления на медицинское освидетельствование.

Вопреки утверждениям защитника, видеозапись со служебного автомобиля сотрудников ГИБДД является надлежащим доказательством, поскольку отражает обстоятельства, зафиксированные в протоколах об административном правонарушении и о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование. То обстоятельство, что видеозапись состоит из нескольких частей (трех файлов разного объема), не свидетельствует о ее недопустимости, поскольку фрагменты видеозаписи являются последовательными, а предусмотренные частью 2 ст. 27.12 КоАП РФ сведения на них зафиксированы. Как верно указал мировой судья, ссылка на то, что в материалах дела имеется видеозапись, которая произведена на личный телефон сотрудника полиции не влечет признание проведенной в отношении ФИО1 процедуры незаконной, поскольку представлена полная видеозапись с видеорегистратора патрульного автомобиля

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, с применением средств видеофиксации, подтверждающей правомерность действий сотрудников полиции.

Довод защитника о том, что ФИО1 после завершения процедуры оформления процессуальных документов по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ согласился проехать в медицинское учреждение, также не свидетельствуют об отсутствии состава административного правонарушения и нарушении порядка направления на медицинское освидетельствование.

В силу абзаца 8 пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица либо медицинского работника о прохождении такого освидетельствования образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и может выражаться как в форме действий, так и в форме бездействия, свидетельствующих о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование. Факт такого отказа должен быть зафиксирован в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения или акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а также в протоколе об административном правонарушении.

Мировой судья обоснованно, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абз.8 п. 11 постановлении Пленума от 25 июня 2019 г. N 20, признал установленной вину ФИО1 в совершении вменяемого ему административного правонарушения.

Совокупность доказательств, полученных в ходе производства по делу об административном правонарушении, объективно свидетельствуют об отказе ФИО1 выполнить законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Не свидетельствует об обратном и видеозапись, из которой усматривается, что сначала ФИО1 выразил согласие на прохождение данной процедуры, затем отказался ее от прохождения, указав, что ему нужно домой, так как его жена ждет, затем говорил о том, что только с женой поедет в наркологический диспансер, так как не доверяет сотрудникам ГИБДД, также высказывал нежелание ехать на медосвидетельствование на патрульном автомобиле и т.д., что позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 не намерен проходить указанное освидетельствование.

Довод защитника об отсутствии в материалах дела протокола об административном задержании, не является основанием для отмены вынесенного по делу решения, поскольку не влияет на квалификацию действий ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

То обстоятельство, что транспортное средство останавливал один экипаж, а административный материал оформлен сотрудниками ДПС другого экипажа, не свидетельствует о допущенных по делу процессуальных нарушениях.

Довод защитника о том, что рапорт инспектора ДПС ГИБДД С. не является допустимым доказательством по делу, основан на неправильном толковании норм права, а потому подлежит отклонению. Рапорт инспектора ДПС ГИБДД является дополнением к протоколу об административном правонарушении, в котором изложены обстоятельства правонарушения. Порядок составления подобных рапортов нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не регламентирован. Обстоятельства, изложенные в рапорте, мировым судьей исследованы. Каких-либо противоречий, ставящих под сомнение достоверность содержащихся в нем сведений, мировым судьей не выявлено. Рапорт инспектора ДПС ГИБДД С. отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам статьей 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Не принимается во внимание довод защитника о том, что инспектор ДПС ФИО3 не имел полномочий составлять процессуальные документы, поскольку старший инспектор ДПС ОГИБДД МО МВД России "Заринский" С., имея специальное звание - старший лейтенант полиции, в силу положений ст. ст. 28.3 и 23.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является уполномоченным должностным лицом для составления, в том числе протокола по делу об административном правонарушении.

Тот факт, что мировым судьей не разрешено ходатайство защитника о вынесении частного определения в адрес сотрудников полиции не является нарушением, поскольку норма КоАП РФ вынесение частных определений не предусмотрено ( ст.29.13).

Доводы защитника о нарушении права на справедливое и беспристрастное судебное разбирательство со ссылкой на то, что в рассмотрении дела об административном правонарушении не участвовал прокурор, несостоятельны.

В соответствии с пунктом 2 статьи 25.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прокурор участвует при рассмотрении дел об административном правонарушении, совершенных несовершеннолетним, а также дел об административном правонарушении, возбужденных по инициативе прокурора. Правонарушение, совершенное ФИО1, к указанным категориям не относится.

Иные доводы защитника и заявителя не опровергают наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и не ставят под сомнение законность и обоснованность постановления мирового судьи.

Несогласие заявителя и защитника с оценкой установленных мировым судьей обстоятельств и собранных по делу доказательств правовым основанием к отмене принятого постановления не является.

Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в силу ст. 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях прокурор должны быть истолкованы в пользу ФИО1, не усматривается.

Все доказательства получены с соблюдением процессуальных требований Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой, а также с иными доказательствами и обоснованно признаны мировым судьей достоверными относительно события правонарушения.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.26Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является обоснованным и мотивированным.

Нормы материального и процессуального права применены мировым судьей правильно. Вопреки мнению автора жалобы и доводов защитника, принципы объективности, состязательности сторон и презумпция невиновности судьей не нарушены, что следует из протоколов судебного заседания, в ходе которого стороны в полной мере пользовались своими процессуальными правами.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено мировым судьей с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 с учетом требований статей 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 - 4.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является обоснованным и справедливым. В качестве обстоятельства, отягчающего административную ответственность, обоснованно учтено повторное совершение однородного административного правонарушения.

С учетом изложенного, доводы жалобы, поданной в Заринский районный суд Алтайского края, а также изложенные заявителем и его защитником в судебном заседании, не нашли своего подтверждения, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При таких обстоятельствах постановление мирового судьи судебного участка <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ сомнений в своей законности не вызывает, является правильным и оснований для его отмены или изменения не усматривается.

На основании изложенного руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л А:

постановление мирового судьи судебного участка Заринского района Алтайского края от 12 ноября 2024 года в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке статьи 30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Ю.А. Ноль