Приговор № 2-27/2020 от 14 сентября 2020 г. по делу № 2-27/2020

Дело №/2020


П Р И Г О В О Р

Именем РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чита 15 сентября 2020 года

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Кореневой Н.Р.,

при секретаре судебного заседания Листунове В.В.,

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела Забайкальской краевой прокуратуры Белослюдцева А.Н.,

подсудимых ФИО1 и Будина А.В.,

защитников - адвоката Рябининой Н.Л. и Никифоровой Ж.Н., представивших удостоверение и ордер,

потерпевшей АЛС

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты> несудимого:

мера пресечения- заключение под стражу с 15 февраля 2020 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ,

ФИО2, <данные изъяты> несудимого,

мера пресечения- заключение под стражу с 15 февраля 2020 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и Будин А.В. совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти САГ, группой лиц.

Преступление совершено ими на <адрес> при следующих обстоятельствах.

<Дата> года в период времени с <данные изъяты> до <данные изъяты> часов ФИО1 и Будин А.В., будучи в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, находились в квартире САГ., распложенной на <адрес>. Здесь САГ оскорбил ФИО1 и Будина нецензурной бранью, на этой почве у Дуботолкина возникла к нему личная неприязнь и умысел на его убийство.

С этой целью ФИО1 нанес САГ не менее четырех ударов го голове бруском для заточки ножей. Наблюдавший за происходящим Будин на почве возникших личных неприязненных отношений к САГ, решил присоединиться к действиям ФИО1 и убить САГ вместе с совместно с ним, то есть группой лиц.

Далее ФИО1 и Будин совместно нанесли САГ не менее 8 ударов по лицу, голове и телу ногами, обутыми в обувь, а затем накинули на шею САГ шнур от бытовой техники, затянули петлю и стали душить его, растягивая шнур в разные стороны, перекрывая доступ воздуха, пока САГ не перестал подавать признаки жизни.

Своими совместными и согласованными действиями ФИО1 и Будин причинили САГ следующие телесные повреждения:

- кровоподтек по передней поверхности шеи в средней трети в области щитовидного хряща, ссадину в области угла нижней челюсти справа, ссадины в подбородочной области, выше щитовидного хряща (4 шт.), очаговое кровоизлияние в области тела подъязычной кости с внутренней стороны; полный поперечный перелом рога подъязычной кости слева.

Сдавление органов шеи привело к развитию угрожающего жизни состояния – острой дыхательной недостаточности тяжелой степени (механической асфиксии), которое в совокупности с указанными телесными повреждениями, являются опасными для жизни и по этому признаку у живых лиц квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью;

- тупую травму живота, сопровождавшуюся разрывом капсулы и паренхимы печени в области круглой связки, кровоизлиянием под серозную оболочку двенадцатиперстной кишки, кровоизлиянием под серозную оболочку желчного пузыря, гемоперитонеумом (кровь в брюшной полости 30 мл), которая является опасной для жизни человека, создает непосредственную угрозу для жизни, и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью;

- тупую травму груди, сопровождавшуюся полными поперечными разгибательными переломами 4,5,6,7,8 ребер справа без повреждения плевры, кровоизлияниями в местах повреждений ребер, которые у живых лиц повлекли бы за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицировались бы как повреждения, причинившие вред здоровью средней степени тяжести;

- закрытую черепно-мозговую травму, сопровождавшуюся субарахноидальными кровоизлияниями в затылочной области слева, по верхней поверхности мозжечка справа, кровоизлияниями в височные мышцы справа и слева, кровоизлиянием, отеком мягких тканей теменно-височной области слева (в проекции раны на голове) в височной области справа, в теменной области слева, в затылочной области слева, ушибленной раной по внутренней поверхности ушной раковины слева, ушибленной раной на фоне кровоподтека в теменной области слева, множественными ссадинами, кровоподтеками на лице, волосистой части головы, которые не подлежат квалификации по степени причиненного вреда здоровью, поскольку не ясен исход травмы на момент смерти.

Смерть САГ наступила на месте происшествия <Дата> от механической асфиксии, развившейся в результате нарушения внешнего дыхания при сдавлении органов шеи шнуром.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении убийства САГ не признал, суду сообщил, что действительно <Дата> года распивал дома у САГ с ФИО1 спиртное. САГ оскорблял ФИО1 нецензурной бранью, хватался за нож, Дуботолкин выбил у него нож из рук и нанес несколько ударов бруском для заточки ножей по голове, от которых САГ присел на пол, они отвели его в комнату на диван. САГ успокоился, они продолжили распивать спиртное, а затем он ушел в магазин, а САГ и ФИО1 оставались в квартире вдвоем. По возвращении обратно встретил ФИО1 в подъезде на лестничной площадке, последний рассказывал, что избил САГ и задушил его шнуром, других подробностей не сообщал. В квартиру к САГ он больше не заходил.

В ходе предварительного расследования оговорил себя, поскольку оперативные сотрудники избивали его, угрожали забрать детей и привлечь к уголовной ответственности за другие преступления, которых он не совершал, а ФИО1 оговорил его из мести по причине дачи им изобличающих его показаний.

Вместе с тем, в ходе предварительного расследования Будин А.В. в присутствии защитника давал иные показания по обстоятельствам произошедшего.

При допросе в качестве подозреваемого в присутствии защитника Будин А.В. показал, что <Дата> вечером в квартире у САГ распивал спиртное с ним и ФИО1. Последний попросил у САГ деньги в долг, но САГ отказал и стал материться на них, оскорблять нецензурной бранью, выгонять, схватил нож со стола и словесно угрожал убить. Дуботолкин выбил у САГ нож и нанес ему бруском для заточки ножей 3-4 удара по голове, от чего брусок лопнул на части, а САГ упал на пол. Они увели САГ в зал на диван, где последний продолжил оскорблять их нецензурными словами. Тогда он и ФИО1 избили САГ ногами по телу, каждый из них нанес по 3-4 удара. САГ не успокаивался, продолжал оскорблять их. Дуботолкин взял шнур черного цвета, обмотал шею САГ, взялся за один конец, второй конец передал ему, они стали душить САГ до тех пор, пока он не захрипел и не перестал шевелиться. Он убедился, что у САГ нет пульса. Они навели порядок в квартире, забрали с собой рюмки, пустые бутылки, нож и шнур и ушли (том 1 л.д. 146- 151).

При первом допросе в качестве обвиняемого Будин А.В. в присутствии защитника пояснял, что ФИО1 нанес САГ бруском по голове около 3-4 ударов, затем он и ФИО1 избили САГ ногами по телу, а когда он отлучался в туалет, то ФИО1 задушил САГ шнуром. По какой причине ранее давал иные показания не знает (том 1 л.д. 161- 164).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого, проведении проверки показаний на месте Будин в присутствии защитника подтвердил, что совместно с ФИО1 задушил САГ, сообщив, что Дуботолкин выбил у САГ нож из рук, когда последний оскорблял их нецензурной бранью, нанес САГ три удара бруском по голове. Однако, САГ, находясь в комнате около дивана, продолжил оскорблять их, из-за чего они избили его с ФИО1, нанеся ему каждый 3-4 удара ногами, обутыми в обувь, по телу. Затем ФИО1 обмотал САГ вокруг шеи шнур, взял один конец шнура, другой конец передал ему. Он держал конец шнура, а ФИО1 тянул свой конец в сторону, пока САГ не захрипел и не перестал сопротивляться, после этого они отпустили шнур (том 1 л.д. 203- 206, 208-223).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемого Будин А.В. в присутствии защитника пояснял, что когда САГ стал оскорблять их нецензурной бранью и схватил нож, то Дуботолкин выбил у него нож и нанес ему по голове бруском удары. После этого он ушел в магазин «555», но туда не заходил, а вернувшись обратно, встретил ФИО1 в подъезде. На следующий день ФИО1 рассказал про избиение САГ, не сообщая ничего про его убийство (том 3 л.д. 88- 93).

При проведении очных ставок с обвиняемым ФИО1, Будин А.В. в присутствии защитника пояснял, что уходил в магазин, когда ФИО1 избил и убил САГ, о чем последний ему рассказывал (том 3 л.д. 142- 150, том 4 л.д. 128- 137).

Подсудимый ФИО1 вину признал частично, суду показал, что убийство САГ совершил один, Будин участие в преступлении не принимал, на предварительном следствии оговорил Будина, поскольку он сообщил органам следствия о его причастности к преступлению.

По обстоятельствам произошедшего пояснил, что в ходе распития спиртного САГ беспричинно стал оскорблять его нецензурной бранью, схватил нож и угрожал им. Опасаясь за свою жизнь, он выбил у САГ нож и нанес ему по голове бруском для заточки ножей два удара, последний присел на пол, у него побежала кровь. Он и Будин увели САГ в комнату, после чего Будин покинул квартиру. САГ продолжил оскорблять его нецензурной бранью, тогда он избил его кулаками и ногами, пнул не более 4 раз, по голове удары ногами не наносил. Чтобы напугать САГ, взял шнур, которым перетянул ему горло, и растягивал веревку в разные стороны. Душить и убивать его не намеревался, и не предполагал, что САГ умрет. Покинув квартиру, забрал из неё рюмки, бутылки, шнур, которые выбросил на улице. О случившемся рассказывал Будину.

Будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого ФИО1 первоначально в присутствии защитника давал иные показания о произошедшем, что <Дата> САГ стал оскорблять их нецензурной бранью и выгонять, схватил со стола кухонный нож, замахнулся им и угрожал убить. Он выбил у САГ нож, ударил его по голове 3-4 раза бруском для заточки ножей, от чего брусок лопнул, а САГ упал на пол. Они с Будиным унесли САГ в зал на диван, где последний продолжил оскорблять их нецензурными словами, тогда они с Будиным избили САГ ногами, нанеся каждый по телу около 3-4 ударов. САГ не успокаивался, тогда он снял со стены двужильный черный шнур, чтобы задушить САГ, желая, чтобы тот замолчал. Для этого обмотал ему шею шнуром, взяв его за один конец, а второй конец передал Будину. Вдвоем они стали тянуть шнур в разные стороны, пока САГ не захрипел и не перестал шевелиться. Убедившись, что САГ мертв, они навели порядок в квартире, сложили в пакет шнур, рюмки, бутылки, нож, и ушли (том 1 л.д. 101-106, 170- 174).

Аналогичные обстоятельства совершения преступления ФИО1 сообщал в ходе проверки показаний с выходом на место преступления, где в присутствии защитника, двух понятых, показал, что выбив нож из руки САГ, нанес ему три удара по голове бруском. Затем он и Будин избили САГ в комнате около дивана, нанеся ему удары ногами по телу, и задушили его шнуром. При этом ФИО1 продемонстрировал место на кухне, где у них со САГ начался конфликт, показал, в какую часть головы нанес ему удары, диван в комнате, где они с Будиным избили и задушили САГ, стену, с которой он снял шнур (том 1 л.д. 108-120).

В ходе очных ставок с обвиняемым Будиным и при последнем допросе в качестве обвиняемого, ФИО1 стал пояснять, что после того, как он выбил у САГ нож из рук и нанес ему удары по голове, Будин покинул квартиру. В это время он избил САГ кулаками и ногами по телу и задушил его шнуром. Будину рассказывал, что задушил САГ, а ранее оговорил его из-за семейной ссоры, а впоследствии стал пояснять об оговоре Будина из-за мести, поскольку тот сообщил о его причастности к смерти потерпевшего (том 3л.д. 142-150, том 4 л.д. 128- 137, том 4 л.д. 157-161).

Несмотря на позицию подсудимых ФИО1 и Будина в судебном заседании, их виновность в умышленном причинении смерти потерпевшему САГ при обстоятельствах, установленных судом, помимо их признательных показаний на предварительном следствии, подтверждается следующими собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Потерпевшая АЛС сообщила, что погибший САГ её двоюродный брат, других близких родственников у него не имелось. В <Дата> года от соседки брата узнала, что его убили в собственной квартире, где он проживал один. Он периодически злоупотреблял спиртным. Круг его общения ей не известен.

Свидетель КВБ показал, что <Дата> года распивал спиртное с ФИО1, Будиным и САГ в квартире последнего. В ходе распития спиртного конфликтов, драк между ними не происходило. Вечером он ушел домой, ФИО1 и Будин оставались у САГ. Утром около <данные изъяты> часов пришел к САГ, дверь в квартиру была открыта, последний лежал в комнате и не реагировал.

Свидетель РАН суду пояснил, что проживал со САГ по соседству. САГ в состоянии опьянения мог нецензурно обозвать, но драки не учинял, являлся инвалидом и плохо передвигался. <Дата> КВБ сообщил ему, что квартира САГ открыта, а сам САГ лежит на полу. Зайдя к нему в квартиру, они обнаружили САГ в комнате около дивана, без признаков жизни, о чем сообщили в полицию.

Свидетель ВВВ суду сообщила, что проживала со САГ в одном подъезде. В <Дата> года около <данные изъяты> часа видела в подъезде ранее её незнакомых Будина и ФИО1 с пакетом в руках, они спускались сверху. На её вопрос, что они здесь делают, Будин ответил, что они приходили к другу на 4 этаж. На следующий день в квартире САГ обнаружили его труп.

Свидетель УТН суду показала, что в <Дата> года около <данные изъяты> часа к ней домой пришли Будин и ФИО1. В ходе распития спиртного, ФИО1 рассказывал, что он и Будин избили человека, били его руками и ударили чем-то по голове, мужчина захрипел, но когда они уходили, мужчина был жив. Будин очень нервничал и хватался за сердце, подтверждал, что бил этого мужчину совместно с ФИО1. Со слов парней к этому мужчине их привел КВБ. Про удушение мужчины она узнала от следователя, сама этого не сообщала.

Будучи допрошенной на предварительном следствии в качестве свидетеля УТН давала показания о том, что ФИО1 рассказывал ей, что он и Будин избили мужчину в квартире по ул. <данные изъяты>, он бил его каким-то предметом, а потом он и Будин запинали его. Чтобы напугать мужчину, они душили его веревкой, утверждая, что когда уходили, мужчина был жив (том 2 л.д. 35-40).

Свидетель ЖКИ суду сообщил, что был дома у САГ и видел у него в квартире шнуры от бытовой техники.

Свидетель ДЕИ пояснила суду, что проживает в гражданском браке с Будиным А.В., у них имеется совместный ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В <данные изъяты> года с ними проживал её родной брат ФИО1 <Дата> Будин и ФИО1 ушли из дома, отсутствовали около двух дней, вернувшись ничего ей не рассказывали, а брат сразу же уехал в <адрес>.

Согласно показаний свидетеля РАА, ВАВ, к ним домой <Дата> года приехал ФИО1, прожил несколько дней, говорил, что скрывается от сотрудников полиции, поскольку убил человека (том 1 л.д. 235-239, 240- 243).

Свидетель ГРА пояснил суду, что принимал участие в качестве понятого в ходе проверки показаний на месте с участием ФИО1, последний рассказывал обстоятельства убийства САГ. При этом присутствовал второй понятой, применялось фотографирование, всем участникам разъяснили процессуальные права, по окончании проверки всех знакомили с протоколом следственного действия, в котором показания ФИО1 были отражены в том виде, как он пояснял в действительности. ФИО1 в ходе следственного действия находился в нормальном и адекватном состоянии, показания давал добровольно, давление на него никем не оказывалось, он уверенно и свободно ориентировался в квартире, демонстрировал, как он и другой соучастник убили потерпевшего. В своих показаниях не путался, говорил внятно, видимых признаков алкогольного опьянения у него не было.

Второй понятой ГПП дал аналогичные показания, подтвердив, что ФИО1 давал показания добровольно, насилие к нему не применялось, давление не оказывалось, он вел себя адекватно, был трезв, признаков опьянения у него не было.

Свидетель ПОА пояснила, что была понятой при проверке показаний на месте с участием Будина, в ходе которой Будин свободно и без принуждения изложил обстоятельства убийства, демонстрировал и показывал свои действия, давление на него никто не оказывал.

Аналогичные сведения об обстоятельствах проведения проверки показаний на месте с участием Будина А.В. сообщил суду свидетель КВЕ, принимавший участие в качестве понятого, подтвердивший, что Будин давал показания самостоятельно, поведение его было адекватным, насилие, в том числе психологическое к нему не применялось, жалоб он не высказывал. Будин хорошо ориентировался в квартире.

Свидетель ДАЮ суду пояснил, что насилие к задержанному Будину не применял, угроз в его адрес не высказывал, в его присутствии другие оперативные сотрудники Будина не били. В следственных действиях с участием Будина участие не принимал.

Свидетель НИА суду сообщила, что проживала с ФИО1 около 8 лет в гражданском браке, у них имеется совместная дочь. Отцом родившегося у неё в 2018 году ребенка (сына) ФИО1 не является, хотя помогал содержать и воспитывать ребенка. В июле 2019 года детей из семьи у них изъяли по причине злоупотребления спиртными напитками и поместили в государственные учреждения, её ограничили в родительских правах. До задержания ФИО1 ездил к детям, отправлял им подарки и вещи.

Приведенные показания потерпевшей, свидетелей согласуются с письменными доказательствами.

Согласно телефонограммы, <Дата> года в 12.00 часов в полицию поступило сообщение об обнаружении трупа САГ, <данные изъяты> года рождения, в квартире по <адрес> (том 1 л.д. 29-30).

При проведении осмотра места происшествия в квартире по адресу: <адрес>, в комнате около дивана на полу обнаружен труп САГ с телесными повреждениями на лице и голове, на полу имеется кровь, на диване обнаружен и изъят кусок бруска для заточки ножей, второй кусок бруска изъят с пола в этой же комнате. Там же изъяты следы рук (том 1 л.д. 6- 20).

При повторном осмотре места происшествия изъята боковая спинка дивана со следами вещества бурого цвета (том 1 л.д. 22- 26).

При осмотре трупа САГ изъяты образцы его крови и одежда: куртка, жилет, свитер (том 1 л.д. 32-36)

При задержании ФИО1 15 февраля 2020 года у него в ходе личного обыска изъята куртка черного цвета, джинсы, берцы (том 1 л.д. 95- 99).

При получении образцов для сравнительного исследования у ФИО1 получен буккальный эпителий и следы рук (том 1 л.д. 126- 128).

При задержании Будина А.В. 15 февраля 2020 года в ходе личного обыска у него изъяты одежда: куртка, штаны и сапоги черного цвета (том 1 л.д. 140- 144). При получении образцов для сравнительного исследования у Будина отобран буккальный эпителий и следы рук (том 1 л.д. 153- 155).

Изъятая одежда Будина и ФИО1 осмотрена, на поверхности берца на правую ногу ФИО1, поверхности сапога на правую ногу Будина обнаружены следы бурого цвета, похожие на кровь.

На поверхности боковой спинки дивана при осмотре обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь. Осмотрены образцы следов рук и крови (том 1 л.д. 192-196, л.д. 97– 100 том 3).

Из заключений судебно- биологических экспертиз следует, что на спинке дивана обнаружены следы крови человека, которые произошли от САГ (том 2 л.д. 239- 245), на берце (ботинке) на правую ногу ФИО1 обнаружены следы крови, которые произошли от САГ; происхождение данных следов от ФИО1 исключается (том 3 л.д. 9-21). На поверхности сапога черного цвета Будина А.В. на правую ногу, обнаружены следы крови, которые произошли от САГ, происхождение данных следов от Будина А.В. исключается (том 3 л.д. 35-44).

Заключением судебно- дактилоскопической экспертизы установлено, что след руки, изъятый на месте происшествия с поверхности входной двери с внутренней стороны выше запорного устройства, оставлен ногтевой фалангой среднего пальца левой руки ФИО1 (том 3 л.д. 58-62)

Согласно акта медицинского освидетельствования, у ФИО1 <Дата>. установлено состояние алкогольного опьянения на основании положительных результатов определения алкоголя в выдыхаемом воздухе в концентрации 0,78 мг/л (том 1 л.д. 122-124).

Из заключения судебно- медицинской экспертизы следует, что у ФИО1 на момент осмотра <Дата> телесных повреждений не обнаружено (том 2 л.д. 225).

Из акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения следует, что у Будина <Дата> при проведении освидетельствования видимых телесных повреждений нет, состояние опьянения не установлено (том 1 л.д. 130- 132).

Из заключения судебно- медицинской экспертизы следует, что у Будина А.В. на момент осмотра <Дата> телесных повреждений не имелось (том 2 л.д. 212).

Из заключения судебно- медицинской экспертизы следует, что у САГ имелись следующие телесные повреждения:

- кровоподтек по передней поверхности шеи в средней трети в области щитовидного хряща, ссадина в области угла нижней челюсти справа, ссадины в подбородочной области, выше щитовидного хряща (4 шт); очаговое кровоизлияние в области тела подъязычной кости с внутренней стороны; полный поперечный перелом рога подъязычной кости слева. Эти повреждения могли образоваться в результате сдавления шеи неуточненным предметом (предметами), петлей, тупым предметом, особенности травмирующего предмета не отобразились, возможно за счет плотного прилегания одежды к коже шеи, незадолго до наступления смерти. Сдавление органов шеи привело к развитию угрожающего жизни состояния - острой дыхательной недостаточности тяжелой степени (механической асфиксии), которое в совокупности с указанными телесными повреждениями являются опасными для жизни и поэтому признаку у живых лиц квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

- тупая травма живота, сопровождавшаяся разрывом капсулы и паренхимы печени в области круглой связки, кровоизлиянием под серозную оболочку двенадцатиперстной кишки, кровоизлиянием под серозную оболочку желчного пузыря, гемоперитонеумом (кровь в брюшной полости 30 мл.), могла образоваться в результате одного и более ударов тупым твердым предметом (предметами), незадолго до наступления смерти, которые являлись опасными для жизни человека, создали непосредственную угрозу для жизни, и по этому признаку квалифицируются, как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью.

- тупая травма груди, сопровождавшаяся полными поперечными разгибательными переломами 4,5,6,7,8 ребер справа без повреждения плевры, кровоизлияниями в местах повреждений ребер, могла образоваться в результате одного и более ударов тупым твердым предметом (предметами), незадолго до наступления смерти. У живых лиц данные телесные повреждения повлекли бы за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицировались бы как повреждения, причинившие вред здоровью средней степени тяжести.

- закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся субарахноидальными кровоизлияниями в затылочной области слева, по верхней поверхности мозжечка справа, кровоизлияниями в височные мышцы справа и слева, кровоизлиянием, отеком мягких тканей теменно-височной области слева (в проекции раны на голове) в височной области справа, в теменной области слева, в затылочной области слева; ушибленной раной по внутренней поверхности ушной раковины слева, ушибленной раной на фоне кровоподтека в теменной области слева, множественными ссадинами, кровоподтеками на лице, волосистой части головы, могла образоваться в результате совокупности травматических воздействий (не менее 6 ударов), нанесенных в область лица и головы тупым твердым предметом (предметами), при этом каждое последующее травматическое воздействие отягощало течение черепно-мозговой травмы, а поэтому раздельной квалификации по степени причиненного вреда здоровью имеющиеся повреждения не подлежат. Поскольку на момент смерти не ясен исход вреда здоровью то данные телесные повреждения квалификации по степени причиненного вреда здоровью не подлежат.

Учитывая множественность и различную локализацию телесных повреждений исключается их получение при падении с высоты собственного роста.

Смерть САГ наступила от механической асфиксии, развившейся в результате нарушения внешнего дыхания при сдавлении органов шеи не уточненным предметом. Между причиненными телесными повреждениями в виде сдавления органов шеи неуточненным предметом и наступившей смертью, имеется прямая причинно-следственная связь (том 2 л.д. 152-154).

Эксперт РАА суду пояснила, что показания Будина и ФИО1 в ходе проверки показаний на месте об обстоятельствах избиения и убийства САГ совпадают с выводами, проведенной ею судебно- медицинской экспертизы. Внешние признаки удушения могли не отобразиться по причине наложения предмета на одежду потерпевшего, в частности, свитера, который был на нем одет и плотно прилегал к шее.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности виновности подсудимых ФИО1 и Будина в убийстве САГ.

Исследованные и вышеприведенные судом доказательства являются допустимыми, они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и достаточны для вывода о наличии события преступления и виновности подсудимых в совершении этого преступления.

Приведенные судом показания потерпевшей, свидетелей не только согласуются между собой, но и объективно подтверждены протоколами осмотров мест происшествий, предметов, заключением экспертиз, поэтому суд считает их достоверными.

Заключения экспертиз соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, они проведены на основании постановления следователя и в них даны ответы, входящие в компетенцию экспертов. Последним разъяснялись их права и обязанности, они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов, приведённые в заключениях, научно обоснованы и содержат ответы на все поставленные вопросы.

Выводы экспертов согласуются с результатами осмотров мест происшествия, предметов, показаниями свидетелей и самих подсудимых ФИО1 и Будина.

Давая оценку показаниям подсудимых ФИО1 и Будина на предварительном следствии и в судебном заседании суд за основу принимает их первоначальные признательные показания на предварительном следствии о совместном избиении ими потерпевшего САГ и его удушении шнуром, находя их наиболее правдивыми и достоверными.

Показания подсудимых ФИО1 и Будина, опровергавших факт избиения и причинения смерти потерпевшему подсудимым Будиным, суд считает неправдивыми.

Принимая за основу приговора признательные показания подсудимых Будина и ФИО1 о совместном причинении смерти потерпевшему САГ путем его удушения, суд исходит из того, что они являются допустимыми, даны с соблюдением требований уголовно- процессуального закона, в присутствии защитников, в условиях, исключающих применение недозволенных методов расследования.

Перед дачей показаний каждый раз ФИО1 и Будину разъяснялось их право не свидетельствовать против самих себя, они предупреждались, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случаях последующего отказа от них. Показания удостоверены подписями участников следственного действия, заявлений и замечаний со стороны защиты не поступило.

Доводы подсудимого Будина о том, что он оговорил себя в результате оказания на него физического и психологического давления сотрудниками правоохранительных органов суд находит несостоятельными. Факт применения к нему недозволенных методов расследования не нашел своего подтверждения.

В судебном заседании установлено, что оперативные сотрудники при допросе Будина в качестве подозреваемого, проверке показаний на месте с его участием, его дополнительном допросе в качестве обвиняемого, когда он сообщал, что совместно с ФИО1 убил САГ, не присутствовали.

Из его же пояснений следует, что следователем давление на него не оказывалось. К тому же при его допросах присутствовал профессиональный адвокат, что исключало оказание на него какого-либо давления и искажения содержания его показаний. Каких- либо жалоб, замечаний при проведении следственных действий с его участием Будин не высказывал. Факты, свидетельствующие о том, что его защитник не в полной мере осуществлял защиту прав и интересов подсудимого Будина, отсутствуют и в судебном заседании не установлены.

Понятые ПОА, КВЕ, принимавшие участие при проверке показаний на месте с участием Будина, опровергли применение к нему какого-либо давления, насилия, пояснив, что показания Будиным давались добровольно, самостоятельно, в присутствии защитника, верно изложены в протоколе, составленном по итогам следственного действия, какие- либо жалобы от Будина не поступали.

Доводы об избиении Будина оперативными сотрудниками опровергаются результатами медицинского освидетельствования, имевшего место после проведения допросов Будина, у которого телесных повреждений не имелось.

Доводы Будина о том, что признательные показания им были даны под воздействием оказанного на него физического и психического насилия, не нашли своего подтверждения и в ходе проведенной процессуальной проверки, по результатам которой соответствующим компетентным органом вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 04.09.2020 года.

Оценивая показания Будина на предварительном следствии и в суде, суд учитывает, что первоначально он не дал убедительных пояснений своего самооговора при допросе в качестве подозреваемого и проверке показаний на месте, указывая разные мотивы дачи им признательных показаний, а об оказании на него давления сотрудниками полиции заявил только в судебном заседании.

Доводы Будина, что обстоятельства произошедшего он сообщил, имея в распоряжении показания ФИО1, предоставленные ему оперативными сотрудниками, суд считает надуманными.

Как следует из материалов уголовного дела, аналогичные сведения об убийстве потерпевшего Будин сообщал еще до своего задержания при допросе в качестве свидетеля, умолчав тогда о своем участии в этом преступлении.

Показания ФИО1 ему не могли быть предоставлены, поскольку в это самое время проводился допрос ФИО1 следователем в другом кабинете, что исключало передачу ему каких-либо протоколов следственных действий.

В ходе предварительного следствия Будин А.В. и ФИО1 по мере развития следственной ситуации неоднократно меняли свои показания, давая об обстоятельствах убийства потерпевшего противоречивые и взаимоисключающие сведения, сообщая разные причины изменения своих показаний.

Так, сначала Будин сообщил, что отлучался в туалет в момент убийства потерпевшего, затем, что уходил в магазин «555», а впоследствии стал указывать про иной магазин.

Подсудимый ФИО1, изменив свои показания, опровергая участие Будина в совершении преступления, первоначально ссылался на ссору с ним, а затем стал утверждать об его оговоре из-за мести по причине дачи им изобличающих его показаний.

Проанализировав исследованные судом доказательства, суд приходит к выводу о недостоверности заявлений подсудимых о непричастности Будина к убийству САГ, а изменении ими показаний в данной части вызвано их стремлением помочь Будину избежать уголовной ответственности за содеянное и облегчить участь ФИО1 за совершенное деяние.

Вопреки доводам стороны защиты, достоверных сведений о том, что ФИО1 оговорил Будина, в ходе рассмотрения уголовного дела не получено.

Вместе с тем, те подробности, которые сообщил Будин, описывая обстоятельства убийства САГ, в частности, сколько ударов и куда было нанесено потерпевшему, какими предметами, в какой последовательности, в каком месте в квартире, точное описание орудия убийства свидетельствует об его непосредственном участии в совершении преступлении. Такие детали не могли быть известны ему со слов ФИО1. К тому же, на предварительном следствии и в судебном заседании он давал непоследовательные, нестабильные, противоречивые показания в части того, что ему сообщал ФИО1 про убийство САГ. Так, сначала Будин утверждал, что ничего не знал про убийство потерпевшего, а затем, что узнал про избиение и убийство САГ, детали которого ФИО1 ему не раскрывал.

То обстоятельство, что у ФИО1 установлено состояние опьянения в тот день, когда он был допрошен в качестве подозреваемого и с его участием проведена проверка показаний на месте, не влечет признание указанных протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами.

Из пояснений ФИО1 усматривается, что его состояние не повлияло на проведение с ним следственных действий и возможность дачи им показаний. Оспаривая содержание показаний, данных им в качестве подозреваемого и при проведении проверки показаний на месте, ФИО1 ссылался только на то, что оговорил в них Будина и указывал меньшее количество нанесенных потерпевшему ударов, в то же время подтвердил их в основной части.

При таких обстоятельствах, считать, что он находился в неадекватном состоянии нельзя. Он находился в легкой степени опьянения, поскольку он употреблял спиртное накануне, показания ФИО1 давал самостоятельно, они логичны, последовательны. Состояние ФИО1 не оказало существенного влияния на возможность дачи им правдивых показаний, сообщение объективных сведений об обстоятельствах произошедшего. Более того на следующий день ФИО1 при допросе в качестве обвиняемого сообщил те же обстоятельства случившегося.

Понятые ГПП и ГРА, принимавшие участие при проверке показаний на месте, пояснили, что у ФИО1 признаков алкогольного опьянения не имелось, он вел себя адекватно, речь была связной, на месте он хорошо ориентировался, давал подробные и логичные показания.

Принимая за основу признательные показания ФИО1 и Будина о совместном убийстве САГ, суд исходит из того, что они согласуются не только между собой, но и с другими собранными по делу доказательствами.

Утверждения подсудимых о непричастности Будина к избиению САГ и его удушению помимо их признательных показаний на предварительном следствии опровергаются показаниями свидетеля УТН, которой ФИО1 и Будин сообщали о совместном избиении мужчины и его удушении.

При этом суд за основу берет показания свидетеля УТН, данные ею на предварительном следствии, считая их более правдивыми. Её доводы, что она не сообщала следователю, что подсудимые душили потерпевшего необоснованны. Из содержания протокола её допроса в качестве свидетеля следует, что она была ознакомлена с ним, удостоверила его содержание своей подписью, каких-либо замечаний не подала.

Оснований ставить под сомнение её показания, которые согласуются с фактическими обстоятельствами установленными судом, у суда не имеется, каких-либо оснований для оговора ею подсудимых в судебном заседании не установлено. Сами Будин и ФИО1 не оспаривали свое нахождение дома у УТН, как и того, что сообщали ей о случившемся.

Нахождение Будина и Дуботолкина вечером <Дата> в квартире потерпевшего помимо их показаний подтверждается показаниями свидетелей КВБ, В, видевших их в подъезде, а при осмотре места происшествия изъят след пальца руки ФИО1.

Факт совместного избиения потерпевшего подсудимыми подтверждается и обнаружением на их обуви крови САГ.

Показания подсудимых о локализации причиненных потерпевшему повреждений, механизме их образования, причинах наступления смерти потерпевшего согласуются с заключением судебно- медицинской экспертизы.

Доводы ФИО1 о нанесении меньшего количества ударов САГ и избиении его только руками являются несостоятельными. О нанесении ударов ногами, обутыми в обувь, по телу потерпевшего стабильно и последовательно сообщали в своих первоначальных признательных показаниях, как сам ФИО1, так и Будин. Количество, нанесенных потерпевшему ударов, указанное ими на предварительном следствии, согласуется с заключением судебно- медицинской экспертизы.

Несостоятельными являются доводы подсудимого ФИО1 об отсутствии у него умысла на лишение жизни потерпевшего, причинении ему смерти по неосторожности.

Об умысле на убийство потерпевшего свидетельствует избранный подсудимыми ФИО1 и Будиным способ лишения жизни САГ, целенаправленный характер их действий, находящийся в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

ФИО1, обмотав шею потерпевшего шнуром, растягивал совместно с Будиным шнур в разные стороны, и не отпускал его, перекрывая САГ доступ воздуха, пока он не захрипел и не обмяк.

Все это свидетельствует о том, что подсудимые осознавали, что совершают опасные для жизни САГ действия, предвидели неизбежность наступления смерти и желали наступления его смерти.

После удушения потерпевшего, подсудимые убедились, что САГ мертв, что усматривается из их первоначальных показаний и опровергает доводы ФИО1, что потерпевший был жив, когда он покинул жилище.

Не может суд согласиться с доводами подсудимого ФИО1 о том, что он вынужден был обороняться от потерпевшего, поскольку никакого опасного посягательства со стороны САГ не было. На момент удушения потерпевшего нож у него был выбит, поэтому опасности он не представлял, избиение потерпевшего подсудимые продолжили в ответ на оскорбления в их адрес спустя некоторое время.

Таким образом, судом установлено, что Будин и ФИО1 умышленно причинили смерть САГ на почве личных неприязненных отношений, возникших к нему из-за того, что последний стал оскорблять их нецензурной бранью, что усматривается из их стабильных показаний в этой части.

О том, что убийство потерпевшего совершено подсудимыми группой лиц свидетельствует совместный и согласованный характер их действий, способствование друг другу и оказание содействия при убийстве САГ. Все множественные и согласованные действия подсудимых были на направлены на лишение жизни потерпевшего.

Суд квалифицирует действия ФИО1 и Будина А.В. по п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, группой лиц.

Из заключения судебно-психиатрических экспертиз следует, что Будин А.В., ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы их способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими не страдали на момент совершения правонарушения и не страдают в настоящее время. Признаков какого либо временного болезненного расстройства психической деятельности в их поведении в период инкриминируемого им деяния не выявлено. Они находились в состоянии простого алкогольного опьянения, правильно воспринимали окружающее, в условиях возникшей конфликтной ситуации действовали последовательно и целенаправленно, в поведении не отмечалось признаков нарушенного сознания, галлюцинаций, бреда.

Имеющиеся у Будина А.В., ФИО1 изменения психики выражены не столь значительно и при сохранности критических и прогностических функций и отсутствии психотических расстройств не лишают их способности в полной мере осознать фактический характер своих действий и руководить ими в настоящее время, как не лишали и в период инкриминируемых им деяний. В принудительных мерах медицинского характера они не нуждаются (том 2 л.д. 167- 176, том 2 л.д. 189-199).

Обоснованность заключений и выводов экспертов у суда сомнений не вызывает, поскольку они основаны на объективном обследовании подсудимых, всестороннем анализе данных об их личности, полностью подтверждаются последовательным поведением подсудимых, как в момент совершения противоправных действий, так и в суде, поэтому суд признает ФИО1 и Будина вменяемыми и ответственными за свои действия.

При избрании вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность подсудимых, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие их наказание, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни, роль каждого из подсудимых в совершении преступления.

ФИО1 и Будин А.В. ранее не судимы, на учетах у нарколога и психиатра не состоят (том 3 л.д. 220, 224- 225, 250, том 4 л.д. 3-5), оба проживали в гражданском браке, родственники и знакомые охарактеризовали их положительно, Будин по месту жительства администрацией сельского поселения и с отдела полиции характеризуется удовлетворительно (том 4 л.д. 1, 11).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 и Будину, суд в соответствии с ч.1 ст. 61 УК РФ признает наличие у каждого из них двоих малолетних детей, их активное способствование раскрытию и расследованию совершенного ими деяния, путем дачи подробных признательных показаний, в которых они сообщили обстоятельства причинения смерти САГ, Будин при допросе в качестве свидетеля предоставил органам следствия информацию до того им неизвестную, что позволило полно установить все обстоятельства произошедшего, а ФИО1 сообщил о причатности к совершенному преступлению Будина, а также противоправность поведения потерпевшего, явившееся поводом для совершения подсудимыми преступления.

В силу ч.2 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами подсудимым ФИО1 и Будину суд признает признание вины в ходе предварительного следствия, наличие у них заболеваний.

В тоже время суд принимает, что подсудимыми совершено особо тяжкое преступление.

По месту жительства с отдела полиции, администрацией сельского поселения ФИО1 характеризуется отрицательно, на него поступали в жалобы в полицию, он замечен в злоупотреблении спиртным (том 4 л.д. 222, 227).

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного подсудимыми преступления, обстоятельств его совершения, данных о личности виновных, в отношении которых имеются сведения о злоупотреблении спиртными напитками, суд считает необходимым признать отягчающим их наказание обстоятельством совершение ими преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения подсудимые Будин и ФИО1 в судебном заседании не оспаривали. Их нахождение в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянении установлено помимо их показаний, показаниями свидетеля КВБ, который совместно с ними употреблял в тот вечер алкогольные напитки, так и показаниями свидетеля УТН.

Именно состояние алкогольного опьянения сняло с них внутренний контроль за поведением, вызвало агрессию к потерпевшему, усугубило к нему неприязнь, привело к совершению ими особо тяжкого преступления против личности.

При наличии отягчающего наказание обстоятельства оснований для изменения категории совершенного Будиным и ФИО1 преступления на менее тяжкое в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ не имеется.

Также нет оснований для применения к Будину и ФИО1 положений ст.64 УК РФ, так как исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами совершенного ими преступления, их ролью в нем и поведением во время или после его совершения, и другие обстоятельства, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, отсутствуют.

С учётом изложенного, суд в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимых, предупреждения совершения им новых преступлений, считает необходимым назначить Будину А.В. и ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, полагая, что менее строгий вид наказания либо назначение условного наказания, не обеспечит достижения его целей.

Учитывая данные о личности подсудимых, обстоятельства совершённого преступления, наличие у них постоянного места жительства суд считает необходимым установить за ними дополнительный контроль после освобождения из мест лишения свободы, в связи с этим назначает Будину и ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы в соответствии со ст.53 УК РФ.

Местом отбытия наказания Будину А.В. и ФИО1 на основании п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ следует назначить исправительную колонию строгого режима, поскольку ими совершено особо тяжкое преступление.

Принимая во внимание тяжесть содеянного, данные о личности подсудимых Будина и ФИО1, отсутствие у них определенного рода занятий, суд считает необходимым оставить им меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу без изменения, полагая, что иная более мягкая мера пресечения не сможет обеспечить дальнейшее беспрепятственное производство по делу и исполнение приговора.

В соответствии с ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания Будина А.В. и ФИО1 под стражей по настоящему делу и до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В судебном заседании рассмотрен гражданский иск потерпевшей АЛС к Будину А.В. и ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей с каждого и расходов на погребение брата в сумме 40000 рублей (том 2 л.д. 135).

Заслушав стороны, исследовав представленные в обоснование иска доказательства, суд, исходя из положений ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ приходит к выводу о необходимости удовлетворения иска потерпевшей АЛС о компенсации морального вреда в заявленном ею размере, и считает необходимым взыскать с Будина А.В. и ФИО1 по 1000000 рублей с каждого.

Суд находит установленным факт причинения потерпевшей АЛС нравственных страданий вследствие гибели её брата. Как установлено в судебном заседании, АЛС и САГ фактически выросли и воспитывались в одной семье, между ними были сохранены близкие семейные отношения, кроме того, АЛС проявляла особую заботу о своем погибшем брате, участвовала в его жизни, материально помогала ему, после его смерти приняла меры к его погребению согласно принятых обычаев.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитывается характер и степень причиненных потерпевшей нравственных страданий в результате смерти её брата, наступившей в результате умышленных действий Будина и ФИО1, выразившихся в невосполнимой утрате родного человека, степень их родства, те переживания, которые он перенесла из-за утраты близких, повлекших ухудшение его психологического состояния, причинение душевной боли и переживаний, её индивидуальные особенности.

Принимается судом во внимание материальное положение гражданских ответчиков Будина и ФИО1, их возраст и трудоспособность, возможность для получения заработка, обстоятельства совершения ими преступления. Заявленная потерпевшей сумма компенсации морального вреда по одному миллиону рублей с каждого полностью отвечает принципам разумности и справедливости.

Обсуждая вопрос о возмещении расходов на погребение брата, суд исходит из требований ст.1094 ГК РФ, согласно которой лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить все необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Исковые требования АЛС о взыскании расходов на погребение брата подлежат удовлетворению в размере 13950 рублей, в той сумме, которая документально подвержена квитанцией с ритуальной организации. Понесенные ею расходы следует взыскать солидарно с Будина А.В. и ФИО1, которые совместно причинили вред.

При решении вопроса о судьбе приобщенных к делу вещественных доказательств, суд в соответствии со ст.81 УПК РФ считает необходимым распорядиться ими следующим образом:

одежду ФИО1: куртку, джинсы и берцы; одежду Будина А.В.: куртку, штаны, сапоги следует возвратить им по принадлежности:

срез, 3 соскоба, фрагменты от брусков для заточки ножа, следы рук, одежду с трупа САГ образцы буккального эпителия, следы рук ФИО1 и Будина, образцы крови с трупа, не представляющие материальной ценности, необходимо уничтожить.

По настоящему делу были понесены процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитникам по назначению, которые оказывали юридическую помощь подсудимому ФИО1: на предварительном следствии адвокатам Мусаткину Д.А. и Рябининой Н.Л. в общей сумме 52800 рублей (том 4 л.д.75- 76, 234-235), адвокату Рябининой Н.Л. в судебном заседании в размере 8550 рублей; а также подсудимому Будину А.В.: на предварительном следствии адвокату Никифоровой Ж.Н. в общей сумме размере 59950 рублей (том 4 л.д. 77-78, 231-232) и в судебном заседании в размере 8550 рублей.

Кроме этого, понесены издержки, связанные на возмещение расходов на оплату проезда адвокатов в судебное заседание: Рябининой Н.Л. - 2016,8 рублей, Никифоровой Ж.Н.- 2056, 80 рублей.

С учетом положений ст. ст. 131, 132 УПК РФ процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитникам по назначению и оплатой стоимости их проезда к месту проведения судебного заседания, суд считает необходимым взыскать с осужденных Будина А.В. и ФИО1 в доход государства, которые ходатайств об отказе от адвоката не заявляли.

Оснований для освобождения их от уплаты процессуальных издержек и отнесения их за счет средств федерального бюджета, уменьшения их размера суд не находит. Будин и ФИО1 являются трудоспособными, заболеваний, препятствующих трудоустройству, не имеет, имеют реальную возможность с учетом их молодого возраста и наличия возможности для трудоустройства для их возмещения. Данное взыскание не приведет к имущественной несостоятельности осужденных.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 302- 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 15 (пятнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на один год шесть месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения после отбытия им основного наказания в виде лишения свободы: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 до 06 часов, не изменять место жительства (пребывания), не выезжать в течение установленного срока за пределы того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность два раза в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО1 под стражей с 15 февраля 2020 года и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 15 (пятнадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на один год шесть месяцев.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ установить Будину А.В. следующие ограничения после отбытия им основного наказания в виде лишения свободы: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) с 22 до 06 часов, не изменять место жительства (пребывания), не выезжать в течение установленного срока за пределы того муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на Будина А.В. обязанность два раза в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, для регистрации.

Меру пресечения Будину А.В. в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Срок отбытия наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания Будина под стражей с 15 февраля 2020 года и до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Исковые требования АЛС о взыскании компенсации морального вреда и расходов на погребение удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1, Будина А.В. солидарно в пользу АЛС расходы на погребение в размере 13950 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу АЛС в счет компенсации морального вреда 1000000 (один миллион) рублей.

Взыскать с Будина А.В. в пользу АЛС в счет компенсации морального вреда морального вреда 1000000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки, связанный с выплатой вознаграждения защитнику по назначению и оплатой стоимости проезда в общей сумме 63366,8 рублей.

Взыскать с Будина А.В. в федеральный бюджет процессуальные издержки, связанный с выплатой вознаграждения защитнику по назначению и оплатой стоимости проезда, в размере 70556, 8 рублей.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: куртку, джинсы и берцы возвратить ФИО1; куртку, штаны, сапоги возвратить Будину А.В.; срез, 3 соскоба, фрагменты от брусков для расточки ножа, следы рук, одежду с трупа САГ, образцы буккального эпителия, следы рук ФИО1 и Будина, образцы крови с трупа уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции в течение десяти суток со дня его постановления, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот срок со дня вручения копии приговора, путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления через Забайкальский краевой суд.

В случае подачи апелляционной жалобы, либо представления участники уголовного судопроизводства, в том числе и осужденные, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела в апелляционной инстанции.

Председательствующий: Коренева Н.Р.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 03.12.2020г. приговор изменен.