Решение № 2-389/2024 2-389/2024~М-280/2024 М-280/2024 от 14 августа 2024 г. по делу № 2-389/2024

Дело №2-389/2024

УИД 74RS0045-01-2024-000633-10


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Южноуральск Челябинской области 15 августа 2024 года

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи: Помыткиной А.А.,

при помощнике судьи: Лебедевой Т.Ю.,

с участием прокурора Головановой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ича к ООО «Южноуральский завод металлический конструкций Металлинвест» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании недовыплаченной суммы премии, взыскании неправомерно удержанных денежных средств, компенсации морального вреда, оспаривании договора займа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Южноуральский завод металлический конструкций Металлинвест» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, оспаривании договора займа.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ истец принят на работу в ООО «Южноуральский завод металлический конструкций Металлинвест» на должность мастера малярно-погрузочного цеха. На основании заявления работника от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор c ФИО2 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ Истец считает увольнение незаконным. По характеру своей работы Пyнтус M.M. часто находился в комaндировкax. После возвращения из последней командировки, 12 aпреля 2024 года, ФИО2 вызвал к себе руководитель службы безопасности, сказал, что y него якобы имеется задолженность по возврату подотчетных сумм за командировки и предложил подписать договор займа на сумму 65 380 рублей, хотя заявление o предоставлении займа ФИО2 не писал, денежные средства фактически не получал. Также руководитель службы безопасности угрожал ФИО2 возбуждением уголовного дела. ДД.ММ.ГГГГ под давлением руководителя службы безопасности Пyнтус M.M. был вынужден подписать договор займа от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 65 380 рублей и написать заявление об увольнении по собственному желанию. Понимая, что работать в данной организации ему больше не дадут, опасаясь за свою жизнь, Пyнтус M.M. был вынужден написать заявление o расторжении договора по собственному желанию c ДД.ММ.ГГГГ При увольнении c ФИО2 были также удержаны из заработной платы в качестве погашения займа денежные средства в размере 38 500 рублей. Кроме официальной заработной платы в период работы y ФИО2 производились выплаты так называемой «премии», которая официально не учитывалась при расчете заработной платы и выдавалась наличными денежными средствами из кассы работодателя, но в тоже время премия указывалась в расчетных листкax и c неё удерживался НДФЛ. Тaк, например: за август 2022 г. премия составила 15 200 рублей, за июнь 2023 г. - 36 900 рублей, за ноябрь 2023 г. - 85 700 рублей, т.е. в среднем премия в месяц составляет 45 000 рублей, что подтверждается расчетными листками, выданными Пyнтyсу M.M. Однако при увольнении истцу не была выплачена данная премия за март и апрель 2024 года, сумма невыплаченной премии составила 90 000 рублей. B тоже время, на запрос Пyнтyса M.M. работодателем представлены расчетные листы за аналогичные периоды, но сведения o выплате премии через кассу в данных расчетных листках отсутствуют. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (заемщик) и Ответчиком (займодавец) заключен договор займа б/н, согласно условиям которого зaймодавец передает на условиях, предусмотренных договором займа, в пользование заемщику денежные средства в размере 65 380 рублей, a заемщик обязуется возвратить сумму займа в срок до ДД.ММ.ГГГГ Однако в действительности денежные средства по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не передавались и сделка по предоставлению займа фактически не состоялась.

Истец ФИО1 просит: признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ o прекращении трудового договора c Пунтуcом M.M. - незаконным; восстановить ФИО2 на работе в ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест» в должности мастер в малярно-погрузочном цехе; взыскать c ответчика в пользу истца невыплаченнyю премию за период март-апрель 2024 г. в размере 90 000 рублей и далее по дату вынесения решения; взыскать c ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула c ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 68 825,86 рублей, c последующим начислением на дату решения суда исходя из размера среднедневного заработка в размере 4 048,58 рублей; признать договор займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Пyнтyсом M.M. и ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест» - незаключенным; взыскать c работодателя в пользу ФИО2 незаконно удержанные в погашение займа денежные средства в размере 38 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; обязать произвести оплату НДФЛ, начислить и уплатить страховые взносы в Социальный Фонд Российской Федерации, произвести отчисления на обязательное медицинское стрaxовaние (ОМС) за период работы ФИО1 c ДД.ММ.ГГГГ по дату увольнения - ДД.ММ.ГГГГ c сумм выплаченной работнику «премии», a также предоставить в Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Челябинской области сведения индивидуального учета o страховых взносах и страховом стаже работника.

Истец ФИО1 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что 12,13,ДД.ММ.ГГГГ, точную дату он не помнит, он находился на работе, его вызвал начальник службы безопасности завода ФИО4, сообщил о том, что завод понес потери в результате заказа, которым он (ФИО1) занимался, предложил взять кредит и возместить убытки либо уволиться. Никакого насилия на него никто не оказывал, была угроза, сказали что будет уголовная ответственность. Он подписал договор займа, расходный кассовый ордер, однако какие-либо деньги не получал. В этот же день он написал заявление об увольнении по собственному желанию. При увольнении ему не выплатили премию, размер ежемесячной премии был всегда разный, в расчетных листах он не указывался, а выплачивался через кассу, не перечислялся на зарплатную карту.

Представитель ответчика ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест» ФИО5 исковые требования не признала, пояснив, что ФИО1 собственноручно написал заявление об увольнении, решение уволиться было его волеизъявлением. Ни кто ему не угрожал. На заводе имеется положение о премировании, устанавливающее стимулирующие выплаты в процентном отношении в зависимости от прибыли завода и от занимаемой должности. Указанные суммы премий указаны в расчетных листах. Все начисленные премии были выплачены. Между заводом и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор займа. Письменная форма договора соблюдена, расходный кассовый ордер подтверждает выдачу суммы займа. ФИО1 не оспаривает что подписал договор и расписался в расходном кассовом ордере. При подписании договора займа какого-либо давления, угроз в отношении ФИО1 не было. Обязательства по договору займа ФИО1 не исполнил. При увольнении у истца не удерживалось 38 500 рублей.

Выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, учитывая заключение прокурора, полагавшего, что увольнение ФИО1 является законным, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 ТК РФ).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 ст. 80 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 Трудового кодекса РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса РФ).

В подп. "а" п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО "Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест» в должности мастера малярно-погрузочного цеха (т. 1 л.д. 8).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подано заявление об увольнении по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 10).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № трудовые отношения между истцом и ответчиком прекращены с ДД.ММ.ГГГГ на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по инициативе работника (т. 1 л.д. 11).

Оспаривая законность увольнения, истец в иске ссылается на то, что заявление об увольнении им написано в связи с наличием претензионных требований, связанных с работой, после командировки ему были предъявлены требования о возврате подотчетных сумм за командировку.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что заявление об увольнении им было написано под давлением, в связи с претензиями о наличии задолженности со стороны контрагентов, завод понес потери в результате заказа, которым он (ФИО1) занимался. Работодатель предложил взять кредит и возместить убытки и уволиться либо будет уголовная ответственность.

Из показаний допрошенного в суде свидетеля ФИО4 следует, что он занимает должность начальника службы безопасности ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металинвест». В его обязанности входит, в том числе контроль за сохранностью имущества общества, выявление хищений, контроль за сохранностью активов. После нахождения ФИО1 в командировке были выявлены признаки искажения финансовой отчетности, выданные на подотчет суммы не соответствовали фактически понесенным расходам. В ходе проведенной беседы ФИО1 долг признал и ему было предложено добровольно компенсировать причиненные заводу убытки, предложен вариант оформления займа и погашения задолженности в рассрочку. ФИО1 устно было разъяснено, что у общества имеются основания для привлечения его к уголовной ответственности. В присутствии трех человек, в бухгалтерии, ФИО1 подписал договор займа. Никакого насилия в отношении ФИО1 не применялось, каких-либо угроз не высказывалось. Через несколько дней ФИО1 уволился по собственному желанию, он действовал самостоятельно, по факту написания заявления об увольнении ему ничего не известно.

Давая оценку показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО6, ФИО8, ФИО7, суд исходит из того, что данные лица непосредственно обстоятельства прекращения истцом трудовых обязанностей не знают, давления с целью принудить уволиться по инициативе работника не наблюдали, о данных фактах им ничего не известно, они не присутствовали при написании истцом заявления об увольнении.

Оценивая совокупность представленных по делу доказательств, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о неправомерных действиях работодателя по понуждению к увольнению своего подтверждения не нашли.

Обоснованных пояснений, в чем заключалось психологическое давление со стороны работодателя, истцом в исковом заявлении не указано и в судебном заседании не приведено.

Доказательств отсутствия добровольного волеизъявления на подписание заявления об увольнении по собственному желанию, введения в заблуждение либо оказания давления при подписании данного заявления, понуждения к увольнению, совершения каких-либо негативных (неправомерных, противозаконных) действий со стороны ответчика, ФИО1, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Заявление об увольнении было написано истцом именно по своему личному волеизъявлению.

Заявление подписано истцом собственноручно, с указанием основания и даты увольнения (ДД.ММ.ГГГГ), что с определенностью выражает намерение истца прекратить трудовые отношения с ответчиком. При этом истец мог отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении, заявить работодателю о своем желании продолжить трудовые отношения, однако этого не сделал.

Напротив, ФИО1 своевременно получил трудовую книжку, расчет при увольнении, не заявив при этом о своем нежелании увольняться и оказании на него давления со стороны работодателя. Указанные последовательные действия истца в совокупности подтверждают его волеизъявление на прекращение трудовых отношений с ответчиком.

Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что ФИО1 с учетом его личности, образования и опыта работы понимал содержание подписываемого им заявления об увольнении по собственному желанию, осознавал значение своих действий и их правовые последствия.

Работодателем издан приказ о расторжении трудового договора, в согласованную сторонами дату, что свидетельствует о достижении между сторонами соглашения о прекращении трудовых отношений в порядке, предусмотренном статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом в приказе об увольнении работником никакие отметки о несогласии с ним не сделаны.

Сама по себе беседа ФИО1 с начальником отдела безопасности ФИО4 не является основанием для признания увольнения незаконным.

Доводы ФИО1 относительно того, что на него было оказано психологическое давление, заключающееся в том, что работодатель предложил взять кредит и возместить убытки и уволиться либо будет уголовная ответственность, не могут являться подтверждением оказания давления на работника со стороны работодателя. В случае увольнения по инициативе работодателя, обращения в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к уголовной ответственности, истец вправе был защитить свои права в установленном законом порядке.

Таким образом, оснований для признания незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ o прекращении трудового договора c Пунтуcом M.M. - незаконным; восстановлении ФИО2 на работе в ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест» в должности мастер цеха в малярно-погрузочном цехе; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, обязании произвести оплату НДФЛ; начислить и уплатить страховые взносы в Социальный Фонд Российской Федерации, произвести отчисления на обязательное медицинское стрaxовaние (ОМС), предоставить в Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Челябинской области сведения индивидуального учета o страховых взносах и страховом стаже работника, не имеется.

Разрешая требования истца о взыскании невыплаченной премии за период март-апрель 2024 г. в размере 90 000 рублей и начислении по дату вынесения решения, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда; системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 191 Трудового кодекса РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии); другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

B соответствии c п. 3.1 трудового договора от 27.07.2022г., заключенного между ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Метaллинвест» и Пунтyсом M.M., за выполнение обязанностей, предусмотренных настоящим трудовым договором, работнику установлен оклад в размере 27 930 рублей, районный коэффициент 15%, за работу во вредных условиях труда и премиальных выплат, размер которых определяется в соответствии c приказом o премировании, на основании объективных показателей эффективности работы, т.е. наличие прибыли, увеличение объема производства (т. 1 л.д. 8, оборот).

Согласно соглашению к трудовому договору от 01.10.2023г. (т. 1 л.д. 13) работнику установлена следующая оплата: оклад 40 000 рублей, за работу во вредных условиях, районный коэффициент 15 %.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ утверждено Положение об оплате труда и премировании работников ООО «Южноуральский ЗМКМ» (т. 1 л.д. 75).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ утверждено Положение об оплате труда и премировании работников ООО «Южноуральский ЗМКМ» (т. 1 л.д. 94).

B соответствии c п. 1.4, 1.6 указанных Положений об оплате труда и премировании работников показатели премирования устанавливаются работникам исходя из целей и задач производства. Показатели премирования и процент премии по показателям могут меняться работодателем в одностороннем порядке в зависимости от актуальности целей и задач, стоящих перед производством и «Южноуральский ЗМКМ». Настоящее положение вводится с целью повышения эффективности работ каждого работника, обеспечения материальной заинтересованности работников в получении максимального эффекта от своей деятельности (т. 1 л.д. 96).

B соответствии c указанными Положениями об оплате труда и премировании работников, максимальный размер премии мастера цеха маляро-погрузки составляет 30%. (т. 1 л.д. 111).

B соответствии c п. 4.5 указанного Положения об оплате труда и премировании работников премиальные выплаты имеют стимулирующий характер, зависят от установленных целей и задач, эффективности работы «Южноуральский ЗМКМ». Премия работникам может начисляться на основании приказа Директора «Южноуральский ЗМКМ» в установленном приказом размере (Приложение № 4, 5) (т. 1 л.д. 112).

B соответствии c указанными приказами за период c апреля 2023г. по апрель 2024г. Пунтyсу M.M. начислена и выплачена премия в следующем размере: апрель 2023 года 3 596,80 руб., май 2023 года 5 650,24 руб., июнь 2023 года 3 168,19 руб., в июле не начислялась, в августе 2023 года 666,48 руб., в сентябре, октябре, ноябре, декабре не начислялась, в январе 2024 года 589,33 руб., в феврале не начислялась, в марте 2024 года 2 837,33 руб., в апреле 2024 года 4 224,09 руб.

Доказательств того, что фактически премия начислялась и выплачивалась большем размере суду не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Правила оценки доказательств установлены ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, в соответствии с ч. 5 которой при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (ч. 6 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (ч. 7 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Учитывая выше изложенное, представленные стороной истца копии расчетных листков за август 2022 года, июнь 2023 года, ноябрь 2023 года (т.2 л.д. 82-84) не могут быть признаны судом допустимым доказательством, поскольку не заверены, оригиналы данных документов не представлены, что не гарантирует их тождественность оригиналам.

Принимая во внимание, что выплата премии и определение ее размера для каждого из работников устанавливается работодателем, премия не является гарантированной систематической выплатой, не входит в число обязательных и безусловных и выплачивается при наличии соответствующего приказа, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения иска ФИО1 в части взыскания премии с ответчика за период март, апрель 2024 года в размере 90 000 рублей и далее по дату вынесения решения у суда не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ, абз. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не нашло подтверждение нарушение работодателем прав работника, то требование истца о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика незаконно удержанных при увольнении денежных средств в размере 38 500 рублей суд исходит из следующего.

В силу положения ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из представленного истцом в материалы дела расчетного листка за апрель 2024 года (л.д. 31, оборот) следует, что при увольнении ФИО1 окончательно начислено 19 190,78 руб., удержано 3 984,80 руб., из которых: НДФЛ - 2 495 руб., 744,90 руб.- за брак, 744,90 руб. - за брак, к выплате определено 10 956,72 руб. Других удержаний не производилось.

При увольнении ФИО1 выплачено 10 956,72 руб., что подтверждается реестром № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. т. 2 л.д. 164).

Доказательств того что у ФИО1 при увольнении были удержаны денежные средства в размере 38 500 рублей в счет исполнения обязательств по договору займа, суду не представлено, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования о взыскании с ответчика в пользу истца указанной суммы не имеется.

Истцом ФИО1 заявлены требования о признании договора займа, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ним и ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металлинвест», незаключенным. При разрешении данного требования суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металинвест» (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключен договор займа, согласно которому ФИО1 предоставлены денежные средства 65 380 рублей со сроком возврата ежемесячно равными частями не позднее рабочего дня каждого месяца, первый платёж не позднее ДД.ММ.ГГГГ, последний платеж не позднее ДД.ММ.ГГГГ (пункты 1.1, 1.2, 2.1 договора, т. 1 л.д. 42).

ФИО1 в судебном заседании подтвердил факт заключения договора займа ДД.ММ.ГГГГ и не оспаривал факт подписания им расходного кассового ордера.

B соответствии c пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, a заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным c момента передачи денег или других вещей.

Согласно статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

B соответствии co ст. 812 ГК РФ заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривaние займа по безденежности). Данное понятие означает, что лицо, выступающее кредитором, не в полной мере передало средства по договору займа или вовсе не дало ни копейки - но, несмотря на это, требует возврата.

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам.

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от зaймодавца, договор займа считается незаключенным.

В случае спора о факте предоставления займа на кредиторе лежит обязанность доказать, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В свою очередь, ответчик, возражающий относительно признания полученных им денежных средств в качестве заемных, в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен представить доказательства того, что между сторонами сложились иные правоотношения.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Заявив о безденежности спорного договора займа ФИО1 письменных доказательств этому не представил, в то время как факт получения им суммы займа подтвержден подписанным им расходным кассовым ордером (т. 1 л.д. 41).

Также, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной истца не представлены доказательства заключения договора займа под влиянием угрозы.

Допрошенные в суде свидетели ФИО4, ФИО8, ФИО6 показали, что каких-либо угроз в адрес ФИО1 не высказывалось, физическое насилие не применялось, договор им был заключён добровольно, с его волеизъявления, без какого-либо давления.

Так свидетель ФИО4 пояснил, что он занимает должность начальника службы безопасности ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металинвест». В его обязанности входит в том числе контроль за сохранностью имущества общества, выявление хищений, контроль за сохранностью активов. После нахождения ФИО1 в командировке были выявлены признаки искажения финансовой отчетности, выданные на подотчет суммы не соответствовали фактически понесенным. В ходе проведенной беседы, ФИО1 долг признал и ему было предложено добровольно компенсировать причиненные заводу убытки, предложен вариант оформления займа и погашения задолженности в рассрочку. ФИО1 устно было разъяснено, что у общества имеются основания для привлечения его к уголовной ответственности. В присутствии трех человек, в бухгалтерии, ФИО1 подписал договор займа. Никакого насилия, в отношении ФИО1 не применялось, каких-либо угроз не высказывалось. Через несколько дней ФИО1 уволился по собственному желанию, он действовал самостоятельно, по фату написания заявления об увольнении ему ничего не известно.

Свидетель ФИО8 пояснила, что она занимает должность главного бухгалтера в ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металинвест». В апреле 2024 года она, получив устное указание от директора завода, подготовила договор займа. ФИО1 ознакомился, подписал его, подписал расходный кассовый ордер. Каких-либо угроз в адрес ФИО1 не высказывалось, давление на него никто не оказывал.

Свидетель ФИО6 пояснила, что она занимает должность бухгалтера - казначея в ООО «Южноуральский завод металлических конструкций Металинвест». В апреле ФИО1 уволился, перед его увольнением ФИО1 заключил договор займа. Она выдала ему деньги, ФИО1 расписался при ней в расходном кассовом ордере. Давления на него ни кто не оказывал.

Сделка, совершенная под влиянием угрозы или насилия, - это сделка, в которой принуждение к ее совершению заключается в оказании на потерпевшего воздействия, направленного на то, чтобы вынудить его поступить в соответствии с волей принуждающего. Действия виновного могут быть выражены в форме психического воздействия на принуждаемого - в угрозе или в форме физического воздействия - в насилии. Насилие выражается в неправомерных деяниях, в частности в причинении телесных повреждений, нанесении побоев, ограничении либо лишении свободы передвижения, причинении вреда имуществу.

Для признания сделки недействительной насилие и угроза должны быть непосредственной причиной совершения сделки, они также должны быть серьезными, осуществимыми и противозаконными. Кроме того, в отношении угрозы необходимы доказательства ее реальности. Необходимо доказать, что сделка совершена потерпевшим именно потому, что угроза данным действием (бездействием) заставила заключить данную сделку.

Учитывая обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что доказательств наличия насилия или угрозы, психологического прессинга при оформлении расписки истцом суду не представлено.

Угрозу уголовным преследованием, на наличие которой ссылается ФИО1, нельзя расценивать как угрозу, которая могла причинить вред значимым ценностям истца, и свидетельствовала бы о вынужденном характере оформления договора и подписания расписки.

Руководствуясь ст.ст. 98, 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ича к ООО «Южноуральский завод металлический конструкций Металлинвест» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании сумм премии, взыскании излишне удержанных денежных средств, компенсации морального вреда, оспаривании договора займа, отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Южноуральский городской суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.А. Помыткина

Мотивированное решение изготовлено 21 августа 2024 года