Решение № 2-1760/2019 2-1760/2019~М-1532/2019 М-1532/2019 от 6 августа 2019 г. по делу № 2-1760/2019

Дело № 2-1760/2019 6 августа 2019 года

29RS0014-01-2019-002198-40


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Аксютиной К.А.

при секретаре судебного заседания Пышкиной А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 ичу о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании утраченного заработка в размере 215 276 руб. 23 коп. и компенсации морального вреда в размере 400 000 руб.

В обоснование иска указал, что <Дата> в 13 часов 30 минут в районе ... в г.Архангельске ответчик, управляя автомобилем <***>, г/н <№>, допустил на него наезд, причинив вред здоровью средней тяжести. На момент дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) он находился при исполнении служебных обязанностей, работал в должности слесаря аварийно-восстановительных работ 6 разряда участка содержания дренажный сетей МУП «Архкомхоз». Комиссией работодателя произошедшее с ним квалифицировано как несчастный случай на производстве. Постановлением судьи Ломоносовского районного суда г.Архангельска от 8 ноября 2017 года по делу № 5-654/2017 ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ). В результате полученных телесных повреждений истец в период с <Дата> по <Дата> год проходил лечение у нейрохирургическом отделении ГБУЗ АО «Архангельская областная клиническая больница». В период с <Дата> по <Дата> лечился амбулаторно в травматологическом отделении ГБУЗ «АО «Архангельская городская клиническая поликлиника №1». Врачом-травматологом был освобожден от длительного пребывания на ногах, подъемов и переносов тяжестей, подъемов по лестнице. В феврале 2017 года наблюдался у врача стоматолога АГСО №2 ГАУЗ АО «Архангельская областная клиническая стоматологическая поликлиника». С <Дата> по <Дата> находился на больничном, с <Дата> по <Дата> в ежегодном оплачиваемом отпуске, с <Дата> по <Дата> работодателем был переведен на легкий руд – мастером мостового участка, в связи с чем просит взыскать утраченный заработок. Истец также испытал мучительные боли, был лишен возможности вести нормальный образ жизни, вынужден был прибегать к помощи других лиц. В связи с этим просит взыскать компенсацию морального вреда в заявленной сумме.

Определением суда от <Дата> к участию в деле в качестве соответчика привлечено публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах» (далее – ПАО СК «Росгосстрах»).

Определениями суда от <Дата> принят отказ истца от иска в части требования с ФИО2 утраченного заработка в размере 215 276 руб. 23 коп. за период с <Дата> по <Дата>, производство в указанной части прекращено, а требования ФИО1 о взыскании утраченного заработка с ПАО СК «Росгосстрах» оставлены без рассмотрения в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора.

В итоговое судебное заседание истец не явился, извещен надлежащим образом, его представитель исковые требования к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 400 000 руб. поддержала. Представитель истца дополнительно пояснила, что физические и нравственные страдания выразились в перенесенной истцом физической боли от полученных травм, у него сохраняется хромота, он лишен был возможности вести нормальный образ жизни, выполнять хозяйственные обязанности по дому, а также был вынужден прибегать к посторонней помощи.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, его представитель в судебном заседании против иска возражал по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Дополнительно пояснил, что причиной несчастного случая и причинения вреда здоровью потерпевшего ФИО1 явилась его грубая неосторожность. Обращал внимание, что потерпевший находился на проезжей части, не выставил предупреждающие знаки, чем нарушил требования должностной инструкции. Обращал внимание, что из-за слепящего солнца видимость дорожной обстановки у ответчика была затруднена. Считал, размер заявленной компенсации морального вреда неразумным и необоснованным, просил его снизить.

Представитель третьего лица МУП «Архкомхоз» в судебном заседании оставил разрешение спора на усмотрение суда.

Суд считает возможным на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) рассмотреть дело в отсутствии истца и ответчика.

Заслушав представителей сторон и третьего лица, оценив их доводы в совокупности с исследованными материалами дела, дела № 5-654/2017 об административном правонарушении, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По правилам п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами (п. 18).

В соответствии с положениями ст. ст. 56, 57 ГПК РФ на стороны возложена обязанность доказать те обстоятельства, на которых они основывают свои требования или возражения. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Судом установлено и следует из материалов дела, что <Дата> в 13 часов 30 минут ФИО2, управляя автомобилем <***>, г/н <№>, двигаясь в городе Архангельске по ... со стороны ... в сторону ... в районе ..., при выборе скорости для движения не учел дорожные и метеорологические условия, особенности и состояние транспортного средства, не обеспечил возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, при возникновении опасности для движения, не принял мер к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, допустил наезд на пешеходов ФИО3 и ФИО1, выполняющих дорожные работы и находящихся в светоотражающем обмундировании.

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу Постановлением судьи Ломоносовского районного суда города Архангельска от 8 ноября 2017 года, которым ответчик признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 руб.

Решением судьи Архангельского областного суда от 7 декабря 2017 года данное постановление оставлено без изменения.

Таким образом, в силу положений ч. 4 ст. 1, ч.4 ст. 61 ГПК РФ, а также с учетом разъяснений, данных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», указанные обстоятельства не подлежат повторному доказыванию или оспариванию.

В результате вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия истцу причинены телесные повреждения характера скальпированной раны волосистой части головы в теменно-височно-затылочной области, «множественных» ушибов и ссадин мягких тканей лица и тела, гематомы нижней губы и переходной складки нижней челюсти, перелома остистых отростков 6-го и 7-го шейных позвонков, внутрисуставного перелома головки правой таранной кости, расценивающиеся как вред здоровью средней тяжести.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в случае, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, при этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 2 постановления от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 постановления).

Доказательств наличия обстоятельств, исключающих ответственность ответчика в данном случае, суду не представлено. Ответчик не оспаривает своей вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии и свою обязанность возместить истцу причиненный моральный вред.

С учетом указанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация причиненного морального вреда в связи с причинением в результате ДТП вреда здоровью истца.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда суд исходит из следующих обстоятельств.

Как следует из пояснений представителя истца и подтверждается материалами дела, в результате полученных травм истец с <Дата> по <Дата> находился на лечении в нейрохирургическом отделении ГБУЗ АО «Архангельская областная клиническая больница» с диагнозом: «сочетанная автодорожная травма, ОЧМТ сотрясение головного мозга, скальпированная рана волосистой части головы, перелом нижней челюсти в области подбородка без смещения отломков, гематома нижней губы и переходной складки нижней челюсти, перелом остистых отростков С6, С7, ЗТГК ушиб грудной клетки, подкожная эмфизема справа, внутрисуставной перелом головки таранной кости с небольшим смещением отломков и небольшой деформацией суставной поверхности таранной кости», где ему проведено оперативное лечение в виде первичной нейрохирургической обработки раны головы, а также оказано консервативное лечение. С <Дата> по <Дата> лечился амбулаторно у травматолога в ГБУЗ АО «Архангельская городская клиническая поликлиника № 1».

Согласно акту <№> МСЭ от <Дата> на основании заключению врачебной комиссии <№> от <Дата> истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 10 % сроком на один год, которая в настоящее время продлена до <Дата>.

Из направления на МСЭ от <Дата> следует, что у ФИО1 отмечается удовлетворительное состояние, передвигается самостоятельно, отека нет. Боли при пальпации в проекции правого ГСС по передней поверхности в области таранно-ладьевого сустава, движения в правом ГСС ограничены умеренно.

В соответствии с данными, отраженными в протоколе МСЭ <№> от <Дата>, у ФИО1 имеются последствия травмы в виде сросшегося перелома правой таранной кости, посттравматического артроза правого таранно-ладьевидного сустава, хронический болевой синдром умеренной степени; истец прихрамывает на правую ногу.

Таким образом, при определении размера подлежащего возмещению морального вреда суд учитывает характер и тяжесть телесных повреждений, полученных истцом, испытанную истцом физическую боль при получении травмы, длительность периода, в течение которого боль сохранялась, возраст истца, длительность полученного лечения, положительную динамику лечения, негативные стрессовые переживания, обусловленные беспокойством за свое здоровье, лишением возможности вести активную жизнь, выполнять бытовые обязанности, необходимостью прибегать к помощи посторонних лиц. Судом принимается во внимание, что полученные истцом телесные повреждения не влекут потерю органов или их функций, не влекут необратимых последствий, переломы без смещения, однако полученная травма повлекла умеренное ограничение жизнедеятельности из-за интенсивных болевых синдромов, которые сохраняются до настоящего времени, истец хромает, а также вынужден пользоваться средствами реабилитации (ортопедическими стельками и бандажом).

Суд также исходит, что право на компенсацию морального вреда может быть реализовано стороной в рамках баланса интересов обеих сторон, компенсация морального вреда не должна являться средством обогащения.

Между тем, как видно из материалов дела, истец ФИО1 с 2009 года состоял в трудовых отношениях с МУП «Архкомхоз» в должности слесаря аварийно-восстановительных работ участка содержания дренажных сетей, и в день ДТП <Дата> приступил к исполнению должностных обязанностей в составе бригады с слесарем ФИО3 Слесарям ФИО1 и ФИО3 было дано задание по обследованию верховой части колодцев на сети дренажно-ливневой канализации по ..., от .... Во время выдачи задания был проведен ежедневный устный инструктаж о соблюдении правил дорожного движения и требований охраны труда при выполнении работ на проезжей части, использовании средств защиты: специальная сигнальная одежда, дорожные знаки, защитные ограждения, дорожные конусы. За бригадой слесарей был закреплен автомобиль <***>, г/н <№>, укомплектованный средствами защиты и дорожными знаками. Водитель <***> предложил слесарям ехать за ними по дороге и остановиться на ..., но слесари отказались и пешком без дорожных знаков и ограждений направились по ..., где при обследовании колодца напротив ... автомобилем <***>, г/н <№>, был совершен наезд на ФИО1 и ФИО3

Согласно акту о расследовании группового несчастного случая от <Дата> указанный несчастный случай был квалифицирован как несчастный случай на производстве, в связи с чем составлен акт формы Н-1.

В соответствии с Актом № 1 о несчастном случае на производстве от <Дата> причинами несчастного случая явились, в том числе, нарушение работником п. 3.6 Инструкции № 3 от 24 июля 2013 года «По охране труда для слесарей аварийно-спасательных работ по эксплуатации и ремонту сетей дренажно-ливневой канализации», утв. директором МУП «Архкомхоз» (п.3.6 «Перед обследованием и выполнением работ на проезжей части дороги, улиц необходимо выставить дорожные знаки: предупреждающие, предписывающие в соответствии с требованиями правил дорожного движения, а также установить защитное ограждение при непосредственном месте выполнения работ»); ст. 21 ТК РФ «основные права и обязанности работника, который обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда); а также недостаточный контроль со стороны начальника участка содержания дренажных сетей за соблюдением работниками инструкции по охране труда в нарушение ст. 21, 22, 121 ТК РФ и п. 2.8 должностной инструкции начальника УСДС. В качестве сопутствующей причины указано нарушение правил дорожного движения.

Таким образом, из содержания вышеописанных актов работодателя истца – МУП «Архкомхоз следует, что одной из причин несчастного случая в виде наезда на истца и причинения ему вреда здоровью, являются его собственные неосторожные действия, противоречащие требованиям инструкции по охране труда, действующей у работодателя.

Кроме того, решением Октябрьского районного суда города Архангельска от 8 февраля 2018 года по делу № 2-24/2018 по иску собственника автомобиля <***>, г/н <№>, ФИО4 к МУП «Архкомхоз» о взыскании причиненного его автомобилю ущерба, установлено, что в спорном ДТП имеется равная вина как ФИО2, нарушившего Правила дорожного движения РФ, так и МУП «Архкомхоз», поскольку постановлением государственного инспектора дорожного надзора отделения ДНиОД ОГИБДД УМВД России по городу Архангельску от <Дата> установлено, что начальник участка содержания дренажных сетей в МУП «Архкомхоз» ФИО5 не обеспечил безопасность движения на месте производства работ, не принял мер по своевременному запрещению или ограничению дорожного движения на отдельном участке дороги, в связи с чем был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.34 КоАП РФ.

В соответствии с положениями п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой в каждом случае должна решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и иных).

В соответствии с п. 2.3 инструкции № 3 по охране труда для слесарей АВР по эксплуатации и ремонту сетей дренажно-ливневой канализации, с которой истец ознакомлен, слесарь АВР не должен приступать к работе в отсутствие ограждений и знаков безопасности, а при выполнении работ на сетях дренажно-ливневой канализации должны учитываться возможные специфические опасные и вредные производственные факторы, в том числе опасность наезда транспортных средств, при работе на проезжей части улиц (п. 3.2 инструкции).

Кроме того, в соответствии с п. 3.6 инструкции перед выполнением работ на проезжей части улиц бригада обязана оградить место производства работ в соответствии с требованиями «Инструкции по ограждению мест производства работ в условиях уличного движения».

Между тем требования вышеуказанной инструкции истцом выполнены не были, что подтверждается в совокупности исследованными материалами дела, включая, в том числе, административный материал, акт № 1 о несчастном случае на производстве, акт о расследовании группового несчастного случая, и никем не оспаривалось.

Суд исходит из того, что грубая неосторожность предполагает очевидное предвидение потерпевшим вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, оценив характер развития предшествовавших ДТП событий, время и место ДТП, суд приходит к выводу, что потерпевший ФИО1 допустил грубую неосторожность, очевидно должен был предвидеть вероятность наступления вредоносных последствий своего поведения.

Вместе с тем, с учетом того, что ответчик имел возможность предотвратить наезд на истца, в его действиях имеются нарушения Правил дорожного движения, что подтверждается преюдициальными судебными актами, оценив степень вины потерпевшего и причинителя вреда, нравственные и физические страдания потерпевшего с учетом установленных судом обстоятельств, суд считает возможным определить в качестве компенсации морального вреда сумму в размере 150 000 руб., что соответствует принципам разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 98, 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 ичу о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 ича в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 (Сто пятьдесят тысяч) руб.

Взыскать с ФИО2 ича в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (Триста) руб.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий К.А. Аксютина