Приговор № 1-17/2018 1-379/2017 от 14 мая 2018 г. по делу № 1-17/2018

Дело № 1-17/18


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2018 года г. Ижевск УР

Первомайский районный суд г. Ижевска УР в составе председательствующего судьи Дементьевой М.Ю., при секретарях Жещуке Д.С., Быкове Д.И., Шваньковой Н.В., с участием:

государственного обвинителя - старшего помощника Первомайского района г.Ижевска Зениной Н.В.,

подсудимого – ФИО1,

защитников – адвоката М.Д.В., представившего ордер № от <дата>., удостоверение №, адвоката Щ.С.Н., представившего ордер № от <дата> удостоверение №,

потерпевшей Б.О.С.,

представителей потерпевшей Ж.С.М., Т.А.Ю, действующих на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке дело по обвинению:

ФИО1, <данные скрыты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью. Данное преступление совершено в <адрес> при следующих обстоятельствах.

Так, <дата> в период времени с 16 часов 30 минут до 16 часов 58 минут водитель ФИО1 находился за управлением технически исправного автомобиля VOLKSWAGEN POLO, государственный регистрационный знак №, принадлежащего ООО «<данные скрыты>», и следовал по проезжей части <адрес> г. Ижевска со стороны <адрес> г. Ижевска в направлении <адрес> г. Ижевска по крайней правой полосе своего направления движения, приближаясь по ходу своего движения к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному напротив <адрес> г. Ижевска.

Уступив дорогу пешеходам, переходившим проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному напротив <адрес> г. Ижевска, водитель ФИО1 продолжил движение в прежнем направлении со скоростью движения 23 км/час.

В это время на проезжую часть <адрес>, напротив <адрес>, расположенного по <адрес>, с левой стороны по ходу движения автомобиля VOLKSWAGEN POLO, под управлением ФИО1, в нарушении п.4.3 Правил Дорожного движения, вне зоны пешеходного перехода, вышла пешеход Б.О.С., <дата> года рождения, и начала ее переходить слева направо относительно направления движения автомобиля под управлением ФИО1 При этом, неустановленные водители неустановленных автомобилей, двигавшиеся по крайней левой и средней полосах попутного водителю ФИО1 направления движения, уступили пешеходу Б.О.С. дорогу, приняв меры к торможению и остановке своих транспортных средств.

Следуя по указанному участку дороги, водитель ФИО1 должным образом за дорожной обстановкой и за ее изменениями не следил, в результате чего, своевременно не обнаружил опасность для своего движения в виде переходящей проезжую часть слева направо относительно его направления движения пешехода Б.О.С., вследствие чего, продолжал движение в прежнем направлении без снижения скорости своего движения.

Не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, проявляя тем самым преступную небрежность, водитель ФИО1 своевременно не отреагировал на возникшую для движения опасность и мер к снижению скорости движения и остановке своего автомобиля не принял, хотя мог и должен был это сделать в момент выхода пешехода Б.О.С. на среднюю полосу движения, и, тем самым, располагая технической возможностью избежать возникновения аварийней ситуации.

Своими действиями водитель ФИО1 нарушил требования пункта 10.1. Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

Водитель ФИО1 сам поставил себя в такие условия, при которых предотвратить наезд на пешехода уже не мог, в результате чего. <дата> в период времени с 16 часов 30 минут по 16 часов 58 минут на проезжей части <адрес> г. Ижевска, расположенной напротив <адрес> г. Ижевска, передней левой частью своего автомобиля VOLKSWAGEN POLO, государственный регистрационный знак №, совершил наезд на пешехода Б.О.С.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия, по неосторожности водителя ФИО1, согласно заключению медицинской судебной экспертизы № от <дата>, гр. Б.О.С. получила телесное повреждение характера закрытого перелома хирургической шейки левой плечевой кости без смещения костных отломков, с отрывом большого бугра. Данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (п.6.11.1 Приказа № 194н М3 и СР РФ от 24.04.2008г.).

Своими действиями водитель ФИО1 нарушил требования пункта 10.1. Правил дорожного движения РФ, которые находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями. При этом водитель ФИО1 не предвидел наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Б.О.С., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении не признал, пояснил, что потерпевшую перед наездом не видел т не мог видеть, следственные эксперименты, которые были проведены на предварительном следствии, были ему непонятны. <дата> около 16 часов 3 минут он двигался на арендованном автомобиле «Фольксваген» по первой полосе по <адрес> в сторону центра. Освещение было хорошее. Он пропустил пешеходов на нерегулируемом перекрестке, поехал дальше и слева от его автомобиля увидел, что женщина теряет равновесие и падает. Перед собой он ее не видел. Далее он вышел из автомобиля, потерпевшая держалась за руку, кричала, что ей больно, один водитель вызвал скорую, он вызвал ДПС, ему помогли усадить потерпевшую на заднее сидение его автомобиля, где ждали скорую и ДПС. Затем его вызвал дознаватель Е., утверждал, что он сбил потерпевшую на пешеходном переходе. Он смог достал видеозапись с камер, установленных на заправке, после чего потерпевшей выписали штраф за нарушение ПДД. Через 3 месяца он узнал от следователя, что возбуждено уголовное дело. У следователя дал правдивые показания. Следователь пояснила, что денег потерпевшая не требует, нужно примириться с потерпевшей в любом случае, дала ее номер телефона. После переговоров с потерпевшей и ее представителем узнал, что потерпевшая желает получить компенсацию около <данные скрыты>. Его водительский стаж 7 лет. После просмотра видеозаписи он пришел к выводу, что видеть потерпевшую он не мог. При следственном эксперименте не было автомобиля, который перекрыл ему обзор, присутствовал автомобиль «гранта» на 2 полосе, но ему помешал автомобиль на 3 полосе, на видео видно как потерпевшая ускорилась. Считает, что на предварительном следствии было нарушено его право на защиту, адвокат М.Д.В. ничего не делал, просил просто подписать бумаги и признать вину. Он все подписывал, считал, что так будет лучше. Он писал жалобы на следователя в прокуратуру и на адвоката Матвеева. Следователь путем психологического воздействия заставила его отказаться от адвоката Щ.С.Н.. Соглашение с адвокатом М.Д.В. не заключал. У него на иждивении находятся ребенок и жена, жена работать не может по состоянию здоровья. Считает, что потерпевшая должна была убедиться в своей безопасности, прежде чем переходить дорогу в неположенном месте. При подъезде к пешеходному переходу он притормозил, пропустил пешеходов, продолжил движение со скоростью около 20 км/ч. Относительно него автомобиль слева двигался, крайний левый автомобиль видел только на записи. Пешеходов вне зоны знака «пешеходный переход» не пропускал, никого не видел. Заметил потерпевшую в тот момент, когда она падала, услышал шорох, удара не было, повреждении на машине не было. Он начал тормозить, когда потерпевшая падала. Он остановил автомобиль на расстоянии от потерпевшей 15-20 см от переднего левого колеса. Свое присутствие за управлением автомобиля на видео не оспаривает. После ДТП потерпевшая лежала по направлению движения, стопы ее ног были параллельны передней оси, лежала сбоку от машины, проезд был свободен. В момент ДТП он вез клиента – девушку, установить ее личность не удалось. На видео видно, что пешеход (потерпевшая) ускорился, один автомобиль слева от него отстал. Защитник Щ.С.Н. появился при его допросе по назначению следователя, как он понял. Он отказался от адвоката Щ.С.Н. по принуждению следователя, следователь А.Е.А. не была согласна с позицией Щ.С.Н., Щ.С.Н. не был согласен с экспертизой. Как появился адвокат М.Д.В., не знает. Он был согласен, чтобы его защиту осуществлял адвокат М.Д.В., но никаких бумаг с ним не подписывал, суммы не обсуждал, устных договоренностей не было. Письменных замечаний на протокол следственного эксперимента не было, все спрашивал и говорил устно. От адвоката М.Д.В. он отказался в связи с утратой доверия, в настоящий момент с адвокатом Щ.С.Н. заключено соглашение. С выводами экспертизы был бы согласен в том случае, если бы видел потерпевшую, но он ее не видел.

Из оглашенных в судебном заседании показаний подсудимого ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве подозреваемого, следует, что в <дата> работал на арендованном автомобиле VOLKSWAGEN POLO, государственный регистрационный знак № белого цвета в такси «Яндекс». Зимой 2016-2017 года на данном автомобиле на всех четырех колесах была зимняя ошипованная резина. В <дата> около 16.00-17.00 часов он двигался по проезжей части <адрес> г. Ижевска со стороны <адрес> г. Ижевска в сторону центра по крайней правой полосе движения. Перед пешеходным переходом, расположенным на ООТ «<данные скрыты>», он уступил дорогу пешеходам и поехал дальше. На средней и крайней левой полосах также были автомобили. Затем начал движение, постепенно набирал скорость. Двигаясь со скоростью 20-30 км/ч, смотрел вперед, видел движущийся на средней полосе движения автомобиль, он также начал движение, уступив дорогу пешеходам. Неожиданно он увидел, что слева от его автомобиля, у левого переднего крыла, теряет равновесие женщина, пытается ухватиться за выступающие части его автомобиля, в том числе зеркало. После чего женщина упала на асфальт. На педаль тормоза он нажал, когда увидел, что женщина пытается за что-то ухватиться. Сам момент «столкновения» с женщиной-пешеходом он не видел и не чувствовал. До этого пешехода тоже не видел. Он сразу же остановился, включил аварийную сигнализацию, вышел из автомобиля, подошел к женщине, которая лежала на левом боку. Она схватилась за левое плечо и говорила: «Я, кажется, неудачно упала». Он вызвал сотрудников ГИБДД. Кто вызывал сотрудников скорой помощи, ему неизвестно. Он уложил женщину на заднее сиденье своего автомобиля. Женщина его спросила, почему он так невнимательно ехал. Он ей ничего не ответил, больше по обстоятельствам ДТП с ней не общался. Женщину-пешехода госпитализировали на автомобиле скорой помощи. При дополнительном допросе в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что действительно в <дата> он, двигаясь по проезжей части <адрес> г.Ижевска на автомобиле VOLKSWAGEN POLO белого цвета совершил наезд на женщину-пешехода, переходящую дорогу вне зоны пешеходного перехода (л.д.109-111, 119-120).

Данные показания подсудимый ФИО1 подтвердил в судебном заседании частично, пояснил, что не видел женщину, увидел, как женщина падает в тот момент, когда остановился. Остановился за 1-2 секунды до ее падения, когда увидел, что она пытается схватиться за капот или зеркало его автомобиля.

По поводу оглашенного в судебном заседании протокола следственного эксперимента подсудимый ФИО1 пояснил, что не согласен с ним, пояснил, что по крайней левой полосе не было автомобиля, который перекрыл ему обзор на пешехода, автомобиль «гранта» ему не мешал, ему помешал автомобиль на крайней левой полосе. Также <дата> дорога была сужена почти на метр, а во время эксперимента меня его автомобиль расположили у бордюра. Со схемой места административного правонарушения был согласен, замечания к протоколу не писал. Следственный эксперимент проводился летом при лучшем освещении, другом дорожном покрытии.

Из оглашенных в судебном заседании показаний подсудимого ФИО1, данных им на предварительном следствии в качестве обвиняемого, следует, что вину в предъявленном ему обвинении признает в полном объеме, раскаивается, о случившемся сожалеет. Ранее данные показания подтверждает в полном объеме. Действительно <дата>, двигаясь по проезжей части <адрес> г. Ижевска в сторону центра, он совершил наезд на пешехода - женщину, которая переходила проезжую часть вне зоны пешеходного перехода (л.д. 142-143).

Данные показания подсудимый ФИО1 не подтвердил, пояснил, что следователь ФИО2 оказала на него давление, говоря ему, что в любом случае, им совершен наезд, на тот момент он с этим согласился.

Потерпевшая Б.О.С., допрошенная в судебном заседании, пояснила, что <дата> около 16.30 часов ехала в больницу на трамвае, вышла на остановке напротив заправки на <адрес> улице было светло. Она вышла из трамвая, пошла чуть правее в сторону заправки, увидела, что на противоположной стороне дороги шли люди, решила в этот момент тоже перейти проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу, по прямой. Две машины остановились сразу, как она вступила на проезжую часть, в этот момент шли люди по пешеходному переходу. На тот момент она была уверена, что находится на пешеходном переходе, шла медленно, боясь упасть, не бежала. Машины движение не возобновляли, стояли, она прошла два ряда, ее ослепил свет фар, хотела пойти назад, но увидела, что две машины хотят начать движение, поэтому встала как вкопанная. Свет фар шел от машины справа, далее произошло столкновение, ее ударило в районе правого плеча, после чего она упала на левый бок. Она хотела встать, но почувствовала боль в ноге, в голове, закричала. Удар пришелся передней частью машины. Водитель автомобиля, сбившего ее останавливался, на каком расстоянии, сказать не может, относительно автомобиля она лежала перед ним, поперек. Водитель Могирев попытался ее поднять, но ей было больно, он вызвал скорую помощь, ее доставили в больницу, там наложили гипс на левую и на правую часть тела, в нем проходила 3 с половиной месяца, в настоящее время повреждения зажили не до конца, функции левой руки восстановиться полностью не смогли, испытывает головные боли. До происшествия работала, со здоровьем все было хорошо, после ДТП стала постоянно ходить по врачам, жить стало затруднительно, мучают головные боли, головокружение, болит рука и хромает. Заявила исковые требования о компенсации морального вреда в размере <данные скрыты>.

Из частично оглашенных в судебном заседании показаний потерпевшей Б.О.С., данных ей на предварительном следствии, следует, что претензий к водителю автомобиля у нее нет, понимает, что есть и ее вина в том, что переходила дорогу не по пешеходному переходу (л.д.57-58).

Данные показания потерпевшая Б.О.С. подтвердила в судебном заседании, пояснила, что в настоящее время претензии к ФИО1 имеет, просит компенсировать ей моральный вред за ухудшение состояния здоровья, административный штраф по поводу нарушения ПДД она уплатила. После происшедшего ей пришлось прибегать к помощи дочери, та приходила каждый день, готовила еду, помогала с гигиеническими процедурами, пока был гипс. В настоящее время делает лечебную гимнастику, массаж, ходила на процедуры, по рекомендации врачей еще 3 месяца нужно наблюдаться, и в случае необходимости, нужно будет делать операцию.

После просмотра CD-R диска с видеозаписью ДПТ по материалу проверки № от <дата>. (видеозапись 20170201_165500), на вопросы защитника потерпевшая пояснила, что не оспаривает свое присутствие на видео, шла спокойным шагом. Автомобиль, движущийся по крайней левой полосе назвать не может.

На дополнительные вопросы участников процесса, потерпевшая Б.О.С. пояснила, что ей посоветовали адвокатскую контору, которая занимается делами по ДТП. Она встретилась с Ж.С.М., он сказал, что нужно подойти к секретарю, там дали бумагу, направили с ней к нотариусу для оформления доверенности. У нотариуса ей оформили и выдали доверенность, где было указано много фамилий, в том числе адвокат М.Д.В.. С М.Д.В. она не беседовала, юридическую помощь не получала. Когда ее вызвали на следственный эксперимент, она не знала, кто именно будет ее представителем, это был О.А.А.. На следственном эксперименте было много народу, оцепили дорогу, расставили три машины, один молодой человек все замерял. Адвокат Могирева, как позднее оказалось М.Д.В., не указывал, куда идти, куда вставать, просто просил ее действовать так же, как в день наезда. На других следственных действиях с адвокатом М.Д.В. не сталкивалась, ее представители – это Ж.С.М. и Т.А.Ю, адвоката М.Д.В. больше не видела. Доказательства, представленные ей по расходам на представителей соответствуют действительности, отдавала деньги через кассу. В момент, когда она переходила дорогу, навстречу шли люди, она пошла тоже, машины стояли. В момент удара она стояла. Она получила удар справа и упала на левую часть. Болела вся правая сторона тела. Она встала, сжалась, чтобы ее все объехали, и в это же мгновение получила удар. Перед проведением следственного эксперимента следователь поясняла, для чего он проводился, просила двигаться с максимально приближенной к реальной скорости день ДТП, пробовали несколько раз. Она шла максимально приближенно к тому, как это было на самом деле. Она вышла из последней двери трамвая. У нее <дата> была операция на ноге, не мешала ей шагать, но двигалась с меньшей, чем обычно, скоростью.

Свидетель А.Е.А., допрошенная в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, показала, что в ее производстве находилось уголовное дело по обвинению Могирева в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. Защиту Могирева в ходе предварительного расследования по делу с самого начала по назначению через адвокатскую палату осуществлял адвокат Щ.С.Н., который был приглашен на следственное действие с Могиревым. Могирев был согласен на участие данного защитника. Щ.С.Н. заявил Могиреву, что бесплатно он работать не собирается, и чтобы он искал деньги, что он иначе выйдет из дела. С участием Щ.С.Н. она допрашивала Могирева в качестве свидетеля, права процессуальные ему разъяснялись. Показания, изложенные в протоколе допроса фиксировались со слов Могирева, после предварительной его консультации с адвокатом, корректировали некоторые слова, все было исправлено, лично прочитали протокол допроса, подписали. Самостоятельно какая-либо корректировка в протокол допроса Могирева не вносилась. После допроса Могирева в ходе беседы по телефону он пояснил, что у него есть сомнения в адвокате Щ.С.Н., в связи с его некорректным поведением. Могирева она пригласила для следственных действий, он пришел, пояснил, что поговорил по телефону с ФИО3, от его услуг отказался, на что адвокат ему сказал, что «мы с тобой еще увидимся». Как раз в это время у нее в кабинете находился адвокат М.Д.В., она сказала Могиреву, что он может проконсультироваться с М.Д.В.. Могирев пообщались с М.Д.В., М.Д.В. вступил в дело, представил ордер, там было указано, что он работает по соглашению. Могирев никаких замечаний по М.Д.В. не высказывал. С участием адвоката М.Д.В. проводились различные следственные действия: ознакомление с экспертизами, допрос, следственный эксперимент, ознакомление с материалами дела, предъявление обвинения. Процессуальные права разъяснялись Могиреву, также как и ст.51 Конституции РФ, фиксировали показания в протоколе допроса со слов Могирева. Во время следственного эксперимента изначально расстановку участников определили согласно видео с места ДТП. При следственном эксперименте потерпевшая выступала лично, находилась на крайней левой полосе, постепенно передвигалась вперед, в это время Могирев в автомобиле за рулем находился на крайней правой полосе, с ним в салоне автомобиля сзади за водителем находилась она, на переднем пассажирском сиденье находился представитель потерпевшей. Адвокат М.Д.В. был с потерпевшей, он представлял интересы Могирева. Могирев не настаивал, что его защитник находился рядом с ним во время следственного эксперимента. Вопросы у участников были по моменту удаленности от места столкновения, все было урегулировано. Эксперта не было, осуществлялась фотофиксация, был составлен протокол, замечаний не было, все наблюдали наступление видимости пешехода для водителя. На следственном эксперименте присутствовал на основании доверенности представитель потерпевшей О.А.А., М.Д.В. Б.О.С. впервые увидела на следственном эксперименте, он представлял интересы Могирева. Могирев добровольно написал заявление об отказе от Щ.С.Н., никакого давления на него с ее стороны не было, она могла помочь Могиреву сформулировать как правильно написать заявление о замене адвоката. По поводу меры наказания могла сориентировать Могирева, согласно санкции статьи.

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в качестве специалиста И.И.Б., после представления на обозрение заключения эксперта № от <дата>. и заключения экспертов № от <дата>., показал, что скорость автомобиля по заключению определена 20 Км/ч. Если по условиям скорость будет 23,8 км/ч, расстояние удаления увеличится с 12,2 м до 14,5 м. Длина остановочного пусти изменится с 10,7 м на 13,7 м. Автомобиль сможет остановится, эта разница не особо повлияет, остановочный путь будет меньше расстояния удаления. Если вовремя нажать на тормоз, избежать столкновения возможно. Следователь ему давала исходные данные по скорости автомобиля, показала видео, время опасности, предоставила параметры со следственного эксперимента – 2,2 секунды прошла пешеход. Когда автомобиль перемещается, по кадрам можно установить его скорость, она получилась 23,8 км/ч. По видео скорость движения пешехода нельзя определить, нужны еще расстояния, а время можно увидеть из видео. Для расчетов важна не только скорость, но и «время опасности», это время которое пешеход двигался в зоне видимости водителя до столкновения, но при этом он двигался с определенной скоростью. Основной параметр – это «время опасности», за которое принимается время, когда водитель должен был видеть опасность. То, что водитель должен был видеть опасность устанавливается экспериментальным путем. Водитель садится на место, пешеход ставится в исходное положение и с этого момента определяется, видно или нет. Другой методики нет.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству защиты в качестве эксперта Ш.С.Е., пояснила, что на основании определения о назначении экспертизы сотрудника ГИБДД Е. была проведена судебная медицинская экспертиза по материалам об административном правонарушении. <дата> в 10.45 часов потерпевшая пришла с данным определением на прием по адресу: <адрес>. На момент осмотра потерпевшая пояснила, каким образом получила повреждения, была осмотрена, были запрошены медицинские документы. <дата> были представлены медицинские документы - карточка травматологического больного, рентгеновские снимки, которые были изучены и сделаны выводы. Следователь по расследованию ДТП А.Е.А. вынесла постановление о назначении судебной медицинской экспертизы от <дата>, <дата> оно поступило в работу, на основании представленной первичной экспертизы. В выводах экспертизы указано, что телесные повреждения, обнаруженные у Б.О.С. могли быть получены от удара выступающей части автомобиля с последующим падением. Данная травма образовалась от действия тупого твердого предмета, перелом хирургической шейки с отрывом большого бугорка, левой плечевой кости, без смещения, это два варианта: непосредственное воздействие на верхнюю часть плеча, либо это падение на вытянутую руку отведенную, либо на локоть. Как правило, такая травма возникает при воздействии непрямого механизма, чаще при падении с высоты собственного роста, на плоскость на вытянутую руку, либо на область локтевого сустава. Непосредственный, то есть прямой механизм, также исключать нельзя. Материалы дела не были представлены, информации о точном положении, о высоте травмирующего предмета, особенностей транспортного средства и т.д. не было.

Кроме показаний потерпевшей, эксперта, свидетеля, вина ФИО1 в предъявленном обвинении подтверждается материалами дела:

- рапортом об обнаружении признаков преступления, зарегистрированным в КУСП ОП № Управления МВД России по <адрес> за № от <дата> (л.д.2);

- протоколом осмотра документов от <дата>, в ходе которого осмотрен протокол № осмотра места совершения административного правонарушения от <дата> и фототаблица к нему, место осмотра - <адрес> (наезд на пешехода) в направлении от <адрес> г. Ижевска к <адрес> г. Ижевска, положение транспортных средств на месте происшествия согласно схеме, наезд на пешехода происходит за пределами зоны пешеходного перехода, на расстоянии 7,9 м от зоны пешеходного перехода до задней оси автомобиля Volkswagen Polo. Передняя и задняя оси автомобиля находятся па расстоянии 0,9 метра относительно правого края проезжей части (л.д. 27-29);

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому участники следственного действия встретились около проезжей части <адрес> г. Ижевска, напротив <адрес> г. Ижевска с целью проведения дополнительного осмотра места происшествия. Водитель ФИО1 пояснил, что в день ДТП ширина проезжей части была уже, чем в день дополнительного осмотра. Произведенными замерами установлено, что ширина проезжей части составляет 11,0 метров. В день ДТП ширина проезжей части составляла 8.0 метров. В связи с чем, следователем было отмеряно 8,0 метров на проезжей части <адрес>, с целью установления обстоятельств ДТП с исходными данными такими же, как и в день ДТП. После чего, водителю Moгиреву О.В. было предложено поставить свой автомобиль VOLKSWAGEN POLO, на котором он передвигался в день ДТП, на то место, где находился его автомобиль в момент наезда на пешехода. Водитель ФИО1 пояснил, что двигался поданному участку со скоростью 20 км/ч, так как только начинал набирать скорость после того, когда пропустил пешехода на пешеходном переходе. Также Могирев пояснил, что траекторию движения после наезда на пешехода не менял. В день ДТП замерами было установлено, что левая ось автомобиля ФИО1 находилась на расстоянии 0,9 метра относительно края проезжей части. От предполагаемого края проезжей части было отмеряно 0,9 метра и Могиреву было предложено поставить свой автомобиль таким образом, чтобы правая ось его автомобиля располагалась на расстоянии 0,9 метра относительно предполагаемого края проезжей части. После того, когда ФИО1 расположил свой автомобиль на проезжей части как в день ДТП в момент наезда на пешехода, ему было предложено указать, как и где был расположен автомобиль, из-за передней части которого вышел пешеход. После того, как второй автомобиль был поставлен в соответствии с пояснениями ФИО1, были произведены замеры. Так, замерами установлено, что расстояние от боковой правой части автомобиля № до места наезда составляет 3,3 метра. Расстояние от места наезда до предполагаемого края проезжей части составляет 2,4 метра. Расстояние от места наезда до дорожного знака 5.19.1 составляет 29,10 метра. ФИО1 пояснил, что пешехода не видел, с какой скоростью передвигался пешеход по проезжей части, показать не сможет. Наезд был совершен на пешехода без торможения, так как применил торможение уже после того, как совершил наезд, услышав глухой звук удара и увидев, что пешеход падает. Наезд произошел передней левой частью автомобиля (л.д. 50-55);

- протоколом осмотра предметов от <дата>, в ходе которого осмотрена видеозапись диска с камеры наружного видеонаблюдения АЗС № «<данные скрыты>» (<адрес>). При воспроизведении файла при помощи приложения «Проигрывателя Windows Media», установлено, что он является видеозаписью с камеры наружного видеонаблюдения. В верхней части видеозаписи зафиксирована дорожная обстановка проезжей части <адрес> г. Ижевска в сторону <адрес> г. Ижевска.

Данная видеозапись в цветном изображении, без звука. При просмотре данной видеозаписи, на экране воспроизводится цветное изображение, на котором зафиксирована дорожная обстановка на проезжей части <адрес> г. Ижевска в сторону <адрес> г. Ижевска.

На имеющейся видеозаписи видно, что на момент происшествия светлое время суток, без осадков, проезжая часть расчищена от снега. При просмотре видеозаписи, на 00 минуте 04 секунде таймера видеоплеера, видно, как автомобили останавливаться перед пешеходным переходом и пропускают пешеходов, двигающихся слева направо относительно движения автомобилей в зоне действия дорожных знаков 5.19.1, 5.19.2. На 00 минуте 13 секунде таймера видеоплеера, видно, как автомобили начинают свое движение. При этом, автомобиль с крайней левой полосы начинает движение на 00 минуте 15 секунде по таймеру видеоплеера. При этом, справа налево относительно движения автомобилей, вне зоны пешеходного перехода, начинают движение 2 пешехода. Из-за того, что они не успевают пересечь проезжую часть, автомобиль на крайней левой полосе применил торможение. На 00 минуте 16 секунде таймера видеоплеера, видно, как проезжую часть слева направо относительно движения автомобилей, вне зоны пешеходного перехода начинает переходить женщина- пешеход. При этом, автомобиль на второй полосе движения, на 00 минуте 17 секунде таймера видеоплеера применил торможение. На 00 минуте 19 секунде таймера видеоплеера, видно, как автомобиль VOLKSWAGEN POLO белого цвета движется по крайней правой полосе и совершает наезд на женщину - пешехода. На 00 минуте 26 секунде таймера видеоплеера, видно, как, из автомобиля VOLKSWAGEN POLO белого цвета вышел водитель. На 04 минуте 55 секунде видеозапись прекращается (л.д. 33-38);

-протоколом дополнительного осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому для определения скорости движения Б.О.С. было предложено преодолеть участок длиной 3.3 метра. Время, за которое статист преодолевал данный участок, фиксировалось следователем на секундомер «Агат». В первый раз время составило 3,2 с. второй-2.1 с. в третий раз - 3,1 с, в четвертый раз- 2,2с. Б.О.С. пояснила, что скорость, с которой она переходила дорогу перед наездом на нее автомобилем, больше всего похожа на четвертый раз - 2,2 с. Б.О.С. пояснила, что, пройдя указанный участок, она остановилась, и тогда на нее был совершен наезд автомобилем. Остановилась, так как поняла, что пройти уже не успею, и рассчитывала, что меня объедут, и водитель сможет сманеврировать. Сколько прошло времени с того момента, когда она остановилась и до момента наезда сказать не может, практически сразу же. Она смотрела на автомобиль Фольсваген, но видел ли ее водитель, не знает. У автомобиля Фольсваген, который совершил на меня наезд, были включены фары. Не знает, переходила проезжую часть по пешеходному переходу или нет, так как начала переходить дорогу, увидев, что с противоположной стороны в этом же месте дорогу переходят другие пешеходы (л.д. 41-44);

-протоколом следственного эксперимента следует, что на проезжую часть <адрес> г. Ижевска, в направлении к <адрес> г. Ижевска, были поставлены автомобили, привлеченные для проведения следственного эксперимента: Volkswagen Polo государственный регистрационный знак № и Лада Гранта государственный регистрационный знак №. Указанные автомобили расположили таким образом, что автомобиль Лада Гранта находится на средней полосе движения, а автомобиль Volkswagen Polo на крайней правой полосе движения. При этом, исходя из имеющейся при уголовном деле видеозаписи момента ДТП и предшествующей ДТП обстановки, автомобиль Лада Гранта расположили на половину корпуса автомобиля впереди, по отношению к автомобилю Volkswagen Polo. Автомобиль Volkswagen Polo расположили на расстояние 12,2 метра до места наезда на пешехода (согласно заключению эксперта № от <дата> величина расстояния удаления технически исправного автомобиля Volkswagen Polo от места наезда на пешехода в «опасный момент» - момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по средней полосе, равна 12,2 метра при скорости движения автомобиля 20 км/ч). После чего, пострадавшая Б.О.С., привлеченная в качестве статиста, была сопровождена на крайнюю левую полосу движения.

Постепенно, по команде следователя, Б.О.С. начала движение слева направо относительно движения автомобиля Volkswagen Polo. В это время водитель ФИО1 находился на водительском месте автомобиля Volkswagen Polo и наблюдал за проезжей частью. В ходе следственного эксперимента был установлен момент, когда с водительского места автомобиля Volkswagen Polo наступает видимость на статиста Б.О.С., находящуюся на проезжей части. Данный момент зафиксирован на цифровой фотоаппарат, произведены замеры от места нахождения Б.О.С. в этот момент на проезжей части до места наезда на нее автомобиля. Произведенными замерами установлено расстояние - 3,7 метра. Таким образом, когда Б.О.С. находилась на расстоянии 3,3 метра относительно места наезда, видимость на нее была ничем не ограничена. Далее, автомобиль Volkswagen Polo расположили на расстояние 14,5 метра до места наезда на пешехода (величина расстояния удаления технически исправного автомобиля Volkswagen Polo от места наезда на пешехода в «опасный момент» - момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по средней полосе, равна 14,5 метра при скорости автомобиля 23,8 км/ч). После чего, статист Б.О.С. была сопровождена на крайнюю левую полосу движения. Постепенно, по команде следователя, Б.О.С. начала движение слева направо относительно движения автомобиля Volkswagen Polo. В это время водитель ФИО1 находился на водительском месте автомобиля Volkswagen Polo и наблюдал за проезжей частью. В ходе следственного эксперимента был установлен момент, когда с водительского места автомобиля Volkswagen Polo наступает видимость на статиста Б.О.С., находящуюся на проезжей части. Данный момент зафиксирован на цифровой фотоаппарат, произведены замеры от места нахождения Б.О.С. в этот момент на проезжей части до места наезда. Произведенными замерами установлено расстояние - 3,6 метра. Таким образом, когда Б.О.С. находилась на расстоянии 3,3 метра относительно места наезда на нее автомобиля, видимость на нее была ничем не ограничена (л.д. 127-134).

- заключением эксперта № от <дата>, выводами которого явились: «в данной дорожной обстановке при заданных и принятых исходных данных водитель технически исправного автомобиля Volkswagen Polo р.з. № располагал технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по крайней левой полосе движения, если с указанного момента до наезда пешеход преодолела 3,3 м за 2.2 секунды» (л.д. 95- 96);

- заключением эксперта № от <дата>, выводами которого явились: в данной дорожной обстановке при заданных и принятых исходных данных водитель технически исправного автомобиля Volkswagen Polo р.з. № располагал технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент, когда в кадре видеозаписи появляется пешеход, выходящий из-за рекламной стойки АЗС (л.д. 82-86);

- заключением эксперта № от <дата>, выводами которого явились: «1. У гр. Б.О.С. ДД.ММ.ГГГГ г.р., имелся закрытый перелом хирургической шейки левой плечевой кости без смещения костных отломков, с отрывом большого бугра. 2. Это повреждение образовалось от воздействия твердых тупых предметов и могло быть получено от удара выступающими частями транспортного средства и последующего падения пострадавшей на дорожное покрытие в результате дорожно-транспортного происшествия <дата>. 3. Данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть ( п. 6.11.1 Приказа №н М3 и СР РФ от 24.04.2008г.) (л.д. 62-63).

Кроме того, в судебном заседании был исследован материал проверки № пр-2018 по сообщению о превышении должностных полномочий сотрудниками полиции в отношении ФИО1

Органом предварительного следствия действия ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст.264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Государственный обвинитель Зенина Н.В. поддержала предъявленное ФИО1 обвинение в полном объеме.

Суд считает, что в судебном заседании вина ФИО1 нашла свое полное подтверждение собранными по делу доказательствами.

Решая вопрос о виновности подсудимого суд руководствуется положениями Постановления Пленума РФ от 9 декабря 2008 г. N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Так, согласно п. 6, 7 указанного Постановления решая вопрос о виновности либо невиновности водителя в совершении дорожно-транспортного происшествия вследствие превышения скорости движения транспортного средства, следует исходить из требований пункта 10.1 Правил, в соответствии с которыми водитель должен вести его со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь. При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия судам следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Таким, образом, водитель ФИО1, согласно п. 10.1 Правил дорожного движения, управляя транспортным средством должен был вести автомобиль со скоростью, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, видимость в направлении движения. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять все возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Исходя из анализа исследованных доказательств, судом делается вывод о нарушении подсудимым при управлении им транспортным средством требований п.10.1 Правил дорожного движения, что указанное нарушение находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями – совершение наезда на потерпевшую и получение ею повреждений, которые причинили тяжкий вред ее здоровью.

Данный вывод суда основан прежде всего на выводах проведенных по делу автотехнических экспертиз № от <дата> и № от <дата>, согласно которым в данной дорожной обстановке при заданных и принятых исходных данных водитель технически исправного автомобиля Volkswagen Polo р.з. В 193 АС/18 располагал технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по крайней левой полосе движения, если с указанного момента до наезда пешеход преодолела 3,3 м за 2.2 секунды, также водитель технически исправного автомобиля Volkswagen Polo р.з. № располагал технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент, когда в кадре видеозаписи появляется пешеход, выходящий из-за рекламной стойки АЗС.

Исходные данные, предоставленные для проведения экспертиз были получены следователем в ходе проведения следственных действий, а именно: в ходе осмотра протокола об административном правонарушении и фототаблицы к нему, осмотра, диска, содержащего видеозапись с камер наружного наблюдения на котором имеется сам момент дорожно-транспортного происшествия, проведения дополнительных осмотров места происшествия в присутствии всех участников дорожно-транспортного происшествия от <дата> и <дата>.

При этом суд отмечает, что при проведении автотехнических экспертиз экспертом была изучена покадровая запись дорожно-транспортного происшествия, что позволило экспертам объективно оценить действия каждого из участников дорожно-транспортного происшествия. Сама видео запись содержит изображения числового и временного параметра в верхнем углу кадра, что позволяет сделать вывод о соответствии, в том числе, указания времени совершения дорожно-транспортного происшествия в предъявленном подсудимому обвинении. Все обстоятельства на которые подсудимый ссылался в судебном заседании, а именно: скорость движения автомобиля, неожиданность выхода пешехода вне зоны действия знака «Пешеходный переход», наличие помехи слева в виде автомобиля, были учтены при проведении экспертизы.

Уголовно-процессуальных нарушений при проведении указных следственных действий судом не установлено. Судом отмечается, что подсудимый присутствовал при проведении дополнительных осмотров, замечаний от него не поступило.

Проведенный по делу следственный эксперимент проведен в соответствии с учетом расстановки транспортных средств на основании имеющейся видео записи дорожно-транспортного происшествия. В ходе данного следственного эксперимента был установлен момент возникновения опасности для водителя, при этом зафиксировано, что потерпевшая находилась на расстоянии 3,3 м относительно места наезда автомобиля, видимость на нее автомобиля не была ограничена, при этом сам автомобиль от места наезда когда потерпевшая вышла из-за передней части автомобиля следовавшего по средней полосе при скорости автомобиля 23,8 км/ч находился на расстоянии 14,5 м. Обстоятельства, установленные в ходе проведенного следственного эксперимента находятся в полном соответствии с выводами автотехнических экспертиз о наличии технической возможности у водителя избежать столкновения, поскольку величина остановочного пути автомобиля при указанной скорости составила 13,7 м. Данные полученные в ходе проведения следственного эксперимента полностью опровергают доводы подсудимого об отсутствии технической возможности избежать наезда на потерпевшую ввиду отсутствия обзора автомобилем, движущимся в крайнем левом ряду.

Относимость представленной видеозаписи к обстоятельством дорожно-транспортного происшествия, имевшего место <дата> сторонами не оспаривается. Кроме того, при осмотре видеозаписи судом установлено, непосредственно перед совершением наезда на потерпевшую автомобили, находящиеся слева от автомобиля под управлением подсудимого осуществили маневр торможение, что подсудимый не мог не заметить и был обязан заметить при строгом соблюдении им п. 10.1 Правил дорожного движения.

Также, судом отмечается, что зона движения автомобиля, в котором произошло дорожно-транспортное происшествие, хоть и располагается вне зоны пешеходного перехода, однако оно находится в непосредственной близости от остановки общественного транспорта, что предполагает повышенную внимательность водителей, управляющих автомобилем, являющимся «источником повышенной опасности»

Процессуальных нарушений при проведении следственного эксперимента судом не установлено. Было установлено, что следственный эксперимент проводился в светлое время суток, что соответствовало времени дорожно-транспортного происшествия, по замечанию обвиняемого ФИО1 следователем была принято ко вниманию изменение ширины дорожного полотна в момент дорожно-транспортного происшествия в связи с наличием у обочины снежного покрова.

Согласно показании потерпевшей Б.О.С. переходя дорогу вне зоны пешеходного перехода, ее пропустили 2 автомобиля, на третьей полосе она была ослеплена светом фар, после чего она остановилась, автомобиль не снижая скорости, проехал, сбив ее левой частью, она упала и почувствовала боль в левом плече. До столкновения с автомобилем не падала, упала от наезда автомобиля.

Показания потерпевшей о механизме получения телесных повреждений полностью согласуется с заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которой Б.О.С., имелся закрытый перелом хирургической шейки левой плечевой кости без смещения костных отломков, с отрывом большого бугра, данное повреждение образовалось от воздействия твердых тупых предметов и могло быть получено от удара выступающими частями транспортного средства и последующего падения пострадавшей на дорожное покрытие в результате дорожно-транспортного происшествия <дата>. Данное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности.

Доводы подсудимого о самостоятельном падении потерпевшей опровергаются показаниями потерпевшей, представленным суду диском на котором зафиксирован момент дорожно-транспортного происшествия, из просмотра которого судом установлено, что падение потерпевшей произошло в результате наезда автомобиля на пешехода Б.О.С. Кроме того, при проведении судебно-медицинской экспертизы потерпевшей экспертом была зафиксирована болезненность тканей на ощупь по наружной поверхности голени на расстоянии от подошвы на 35 см и в мягких тканях наружной поверхности правого тазобедренного сустава на расстоянии от подошвы на 95 см. Указанная болезненность тканей потерпевшей с учетом пояснения потерпевшей о падении на левый бок, свидетельствует о наличии контакта указанными частями тела справа с травмирующим предметом, которым в данном случае являлся автомобиль под управлением подсудимого, поскольку на правый бок потерпевшая не падала.

Все доказательства, которые суд положил в основу обвинения подсудимого, относимы, допустимы, достоверны и в своей совокупности достаточны для признания подсудимого виновным в совершении действий, указанных в установочной части настоящего приговора. Оснований, для признания указанных выше доказательств недопустимыми, у суда не имеется.

Доводы ФИО1 о нарушении права на защиту адвокатом М.Д.В. ввиду отсутствия письменного соглашения между ними, а также включение в доверенность на представление интересов потерпевшей данного защитника, судом не принимаются, поскольку основанием для вступления в дело защитника является ордер, который наличествует на в материалах уголовного дела (л.д.115), при этом подсудимый не оспаривает присутствие защитника М.Д.В. при проведении следственных действий с его участием. Отсутствие письменного соглашения между ними не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, поскольку является исключительно нарушением закона об адвокатской деятельности. При этом нарушений норм УПК РФ при оказании юридической помощи ФИО1 суду не установлено. Как указала допрошенная по делу следователь А.Е.А., инициатором смены защитника участвующего в деле выступал ФИО1, который достиг соглашения с М.Д.В., в связи с чем, защиту прав ФИО1 на следствии оказывал данный адвокат, соответствующие документы, заявление, ордер присутствуют в материалах уголовного дела. При этом ФИО1 самостоятельно написано заявление об отказе от услуг адвоката Щ.С.Н. ( л.д. 114).

Довод стороны защиты о нарушении права ФИО1 на защиту в связи с наличием в доверенности на представление интересов Б.О.С. адвоката М.Д.В. также судом не принимается, поскольку не свидетельствует о каком-либо нарушении УПК РФ.

Как пояснила потерпевшая Б.О.С., обратившись к адвокатскую контору под руководством Ж.С.М., ей был предоставлен список, на основании которого нотариус составила доверенность. При составлении доверенности указанные лица не присутствовали. С адвокатом М.Д.В. по настоящему уголовному делу не общалась, поскольку ее интересы предоставляли иные защитники. Никаких юридических услуг адвокат М.Д.В. Б.О.С. не предоставлял. Впервые увидела М.Д.В. при проведении следственного эксперимента, на котором также присутствовал ее представитель и ФИО1 Адвокат М.Д.В. просил ее пройтись так, как она шла в день событий, иного, в том числе не процессуального общения у нее с М.Д.В. не имелось.

Указанные потерпевшей Б.О.С. обстоятельства опровергают доводы защиты в части заинтересованности адвоката М.Д.В. по привлечению ФИО1 к ответственности и объективно подтверждаются представленными суду материалами уголовного дела, согласно которых при проведении следственных действий с потерпевшей адвокат М.Д.В. ее интересы не предоставлял, юридическую помощь не оказывал.

Доводы защиты о нарушении норм УПК РФ при проведении следственного эксперимента, поскольку в машине не было защитника Могирева Д.В. адвоката М.Д.В., а присутствовал следователь и представитель потерпевшей Б.О.С., также судом не принимаются.

Так, согласно ст. 181 УПК РФ в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, следователь вправе произвести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность происшедшего события и механизм образования следов.

В соответствии с обстоятельствами данного уголовного дела целью следственного эксперимента явилось проверка и уточнение данных, имеющих значение для уголовного дела, а именно возможности водителя ФИО1 своевременно увидеть потерпевшую Б.О.С. К участию в эксперименте были привлечены непосредственные участники ДТП Могирев и Б.О.С., а также защитник Могирева и представитель Б.О.С.. При этом проводила эксперимент следователь А.Е.А., в чьем производстве находилось уголовное дело. Участникам были разъяснены их процессуальные права, составлен протокол. Никто из присутствующих не заявил о неверном расположении автомобиля либо пешехода. ФИО1 не заявлялось о необходимости присутствия защитника непосредственно в автомобиле, стороны не оспаривают наличие защитника ФИО1 на месте проводимого эксперимента. Согласно протокола следственного эксперимента пешеход и водитель трижды воспроизводили обстоятельства случившегося, при этом ФИО1 при проведении следственного эксперимента не ссылался на оказание давления со стороны следователя и представителя потерпевшей на него с целью дать неверные и искаженные данные.

Нахождение защитника М.Д.В. рядом с потерпевшей в момент проведения следственного эксперимента обусловлено необходимостью обеспечения прав его доверителя Могирева Д.В. на защиту, поскольку как пояснила потерпевшая, от защитника М.Д.В. прозвучала лишь фраза «Вам необходимо пройти так, как вы шли в тот день».

Как следует из протокола следственного эксперимента, что все действия при проведении следственного эксперименты следователем А.Е.А. были осуществлены в соответствии с пояснениями ФИО1, который указал о разнице в ширине проезжей части с учетом времени года, так же подсудимому было предложено самому поставить свой автомобиль как он располагался в момент дорожно-транспортного происшествия, как располагался автомобиль расположенный. Как следует из текста протокола, все требования ФИО1 следователем выполнены, его пояснения, в том числе, что он не видел Б.О.С. внесены в протокол. Более того, при проведении эксперимента автомобиль «Гранта» изначально расположили впереди, нежели автомобиль под управлением ФИО1, что в свою очередь затрудняло видимость водителя ФИО1 на пешехода. Вместе с тем, в ходе эксперимента зафиксирован момент, когда потерпевшая попадает в обзор водителя ФИО1, расстояние между ними в это время составляет 14, 5 метра до ДТП. При этом Б.О.С. осуществляет движение исключительно по команде следователя.

Также судом не принимаются доводы подсудимого о наличии какого-либо давления на него со стороны следователя А.Е.А. Как указала в судебном заседании, допрошенная в судебном заседании А.Е.А., ФИО1 добровольно давал показания, никакого давления в его адрес не осуществлялось, ею лишь разъяснялись нормы действующего уголовного законодательства предусматривающие уголовную ответственность по ст. 264 ч. 1 УК РФ.

Доводы следователя об отсутствии оказания давления на подсудимого подтверждаются проведенной процессуальной проверкой в порядке ст.144-145 УПК РФ по заявлению ФИО1 сотрудниками СУ СК по <адрес> г. Ижевска, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку обстоятельства указанные ФИО1 не нашли своего подтверждения.

В связи с чем, оснований для признания представленных суду доказательств, которые легли в основу обвинения подсудимого, недопустимыми не имеется.

Доводы защиты о личной заинтересованности потерпевшей в возбуждении настоящего уголовного дела со ссылкой на заявление Б.О.С. о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, по мнению суда являются надуманными, поскольку настоящее уголовное дело возбуждено на основании рапорта, после проведения процессуальной проверки, свидетельствующей о наличии в действиях Могирева признаков состава преступления. Ст. 264 УК РФ не относится к делам частного обвинения и подлежит возбуждению в независимости от наличия заявления потерпевшего.

Возбуждение настоящего уголовного дела через продолжительный период времени после дорожно-транспортного происшествия обусловлено спецификой расследования дел данной категории, требующей проведение ряда экспертиз.

Доводы стороны защиты о том, что потерпевшая вышла из задней двери трамвая, не имеют значения для юридической оценки действий подсудимого. Предметом доказывания является нахождение потерпевшей на месте совершения дорожно-транспортного происшествия, в данном случае проезжая часть. Кроме того, из просмотренной видеозаписи, а также схемы дорожно-транспортного происшествия, судом усматривается, что на проезжую часть потерпевшая вышла перпендикулярно движущемуся потоку транспортных средств, машины, находящиеся левее автомобиля подсудимого остановились, чтобы пропустить пешехода.

Доводы подсудимого об отсутствии технической возможности избежать дорожно-транспортного происшествия ввиду закрытия обзора автомобилем движущимся в крайнем левом ряду, опровергаются протоколом следственного эксперимента с участием подсудимого, оценка которому судам дана выше.

Исходя из выводов экспертизы от <дата> в данной дорожной обстановке при заданных исходных данных водитель технически исправного автомобиля располагал технической возможностью торможением избежать наезда на пешехода л.д. 82-86. Как указано в мотивировочной части экспертизы величина остановочного пути при скорости 23, 8 км/час составляет 13, 7 метров., таким образом, так как величина остановочного пути автомобиля меньше величины расстояния его удаления от места наезда на пешехода в момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по крайней левой полосе движения, водитель технически исправного автомобиля располагал технической возможностью торможения избежать наезда на пешехода, приняв меры к торможению в момент выхода пешехода из-за передней части автомобиля, двигавшегося по крайней левой полосе движения.

Доводы защиты в части не возможности подсудимым увидеть потерпевшую, со ссылкой на показания подсудимого, опровергнуты представленными суду авто техническими экспертизами.

Доводы защиты о невозможности ослепления пешехода светом фар в дневное время, не входят в предмет доказывания по настоящему уголовному делу и не влияют на виновность либо невиновность подсудимого.

Стороной защиты было заявлено ходатайство о направлении данного уголовного дела прокурору в связи с недостатками обвинительного заключения, так, защиты ссылалась на отсутствие у А.Р.М. полномочий по согласованию обвинительного заключения, а также на отсутствие указания кем утверждено обвинительное заключение по данному уголовному делу. В удовлетворении данного ходатайства судом было отказано. Оснований для направления дела прокурору по указанным защитой доводам, суд не установлено. Так, согласно ст. 220 УПК РФ после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору. Статьей ст. 5 УПК РФ предусмотрено, что руководитель следственного органа - должностное лицо, возглавляющее соответствующее следственное подразделение, а также его заместитель. На дату утверждения обвинительного заключения <дата> А.Р.М. согласно выписки из приказа МВД по УР от <дата> являлся заместителем начальника отдела по расследованию ДТП СУ МВД России по <адрес>. Указание в тексте обвинительного заключения на ВРИО суд признает технической ошибкой. Обвинительное заключение по настоящему уголовному делу в соответствии с требованиями ст. 221 УПК РФ утверждено заместителем прокурора Первомайского района г. Ижевска Аксеновым Е.И. Отсутствие расшифровки подписи не свидетельствует о каком-либо нарушении уголовно-процессуального закона РФ.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека

При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО1 в соответствии со ст.60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное ФИО1 относится категории неумышленных преступлений небольшой тяжести.

ФИО1 не судим.

Согласно сведений, имеющихся в уголовном деле, ФИО1 <данные скрыты>). Объективные данные о личности ФИО1, его поведение в судебном заседании дают суду основание признать его вменяемым, подлежащему уголовной ответственности.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ суд учитывает признание вины при производстве предварительного расследования, положительные характеристики по месту жительства и работы, наличие на иждивении малолетнего ребенка и сожительницы Л.Н.Л., которая не имеет возможности трудиться в связи с перенесенной черепно-мозговой травмой, состояние здоровья ФИО1, наличие у него хронического заболевания, состояние здоровья его сожительницы Л.Н.Л., наличие у нее хронического заболевания, активное способствование в раскрытии преступления, что подтверждается протоколом следственного эксперимента, с участием ФИО1, кроме того, пояснения ФИО1, данные им при производстве осмотра места происшествия в <дата> в части указания обстоятельств совершения ДТП, суд учитывает как устное заявление о совершенном преступлении и также учитывает их в качестве смягчающего вину обстоятельства. В качестве смягчающего вину подсудимого ФИО1 обстоятельства суд, также, учитывает противоправное поведение потерпевшей Б.О.С., нарушившей Правила дорожного движения, касающихся правил перехода проезжей части.

Отягчающих вину ФИО1 обстоятельств в соответствии со ст.63 УК РФ суд не усматривает.

Учитывая отсутствие отягчающих вину ФИО1 обстоятельств и наличие смягчающего вину обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, суд учитывает наличие оснований для применения при применении наказания положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

Оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч.6 ст. 15 УК РФ, суд не усматривает, поскольку ФИО1, совершено преступление небольшой тяжести.

Оснований для применения при назначении ФИО1 наказания положений ст.64 УК РФ судом не установлено.

Принимая во внимание личность подсудимого, положения ч.1 ст. 56 УК РФ. смягчающие вину обстоятельства, суд считает возможным назначить ФИО1 наказание в виде ограничения свободы, не усматривая оснований для назначения более строго вида наказания.

Потерпевшей Б.О.С. заявлен гражданский иск к подсудимому о компенсации морального вреда в размере <данные скрыты>, свои требования потерпевшая обосновывает тем, что в результате действий ответчика ей причинен тяжкий вред здоровью, от полученной травмы она испытывала муки от боли, не могла обслуживать себя, вынуждена была прибегать к помощи иных лиц, так как проживает одна, до настоящего времени подвижность руки не восстановилась.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из принципа разумности и справедливости, суд учитывает, что в результате данного дорожно-транспортного происшествия потерпевшей причинен тяжкий вред здоровью, что она в силу причиненной травмы испытывала физическую боль, моральные страдания, связанные с восстановлением здоровья и реабилитацией. При решении вопроса о размере компенсации вреда суд учитывает, что вред потерпевшей причинен источником повышенной опасности, и в соответствии со ст. 1100 ГК РФ возмещается вне зависимости вины причинителя вреда. Суд принимает во внимание обстоятельства данного дорожно-транспортного происшествия, нарушение Правил дорожного движения самой потерпевшей, характер физических и нравственных страданий, которые потерпевшая претерпела в результате данного ДТП, материальное положение подсудимого, который на иждивении имеет малолетнего ребенка и сожительницу, в силу своего состояния здоровья не работающую, уровень его заработной платы, которая составляет <данные скрыты>., отсутствие в его собственности какого-либо недвижимого имущества. В связи с изложенным суд считает возможным взыскать с подсудимого в пользу потерпевшей в счет компенсации морального вреда <данные скрыты>.

Кроме того, потерпевшей заявлены требования о взыскании расходов, связанных с оплатой услуг представителя в размере <данные скрыты>, данные расходы потерпевшая просит на основании ч.6 ст. 132 УПК РФ отнести за счет государства.

В соответствии со статьей 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Согласно пункту 1.1 части 2 статьи 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

В соответствии с ч.6 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», если суд при решении вопроса о процессуальных издержках придет к выводу об имущественной несостоятельности осужденного, то в силу положений части 6 статьи 132 УПК РФ процессуальные издержки должны быть возмещены за счет средств федерального бюджета. При этом следует иметь в виду, что отсутствие на момент решения данного вопроса у лица денежных средств или иного имущества само по себе не является достаточным условием признания его имущественно несостоятельным.

Суд, исходя из положений ч. 6 ст. 132 УПК РФ, а также положений указанного Постановления Пленума ВС РФ приходит к выводу об отсутствии основания об освобождении ФИО1 от уплаты процессуальных издержек исходя из следующего. Имущественное положение ФИО1 подлежало изучению в ходе судебного следствия по уголовному делу, вследствие чего установлено, что он в собственности недвижимости, транспортного средства он не имеет, его заработок составляет <данные скрыты> рублей, на иждивении находятся малолетний ребенок и сожительница. Вместе с тем, полагать об имущественной несостоятельности ФИО1 оснований не имеется. ФИО1 является физически здоровым, трудоспособным лицом и в будущем имеет возможность трудиться и реализовать право на оплату своего труда. В связи с изложенным судебные издержки, понесенные потерпевшей на оплату услуг представителя подлежат взысканию с подсудимого ФИО1 в полном объеме.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.307-308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, по которому назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 9 (девять) месяцев.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО1 ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования «<адрес>», не изменять места жительства без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

Возложить на ФИО1 обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации не реже 1 раза в месяц.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства, хранящиеся при деле: протокол осмотра места административного правонарушения №, CD-R-диск с видеозаписью ДТП – хранить при деле.

Гражданский иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Б.О.С. в счет компенсации морального вреда <данные скрыты> рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу Б.О.С. судебные издержки, связанные с оплатой услуг представителя в размере <данные скрыты> рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд УР через Первомайский районный суд г. Ижевска в течение десяти суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Дополнительные апелляционные жалоба и представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания.

Судья: М.Ю.Дементьева