Апелляционное постановление № 22К-331/2025 от 17 февраля 2025 г. по делу № 3/1-16/2025

Судья Никишов Д.В. материал № 22к-331/2025

Материал № 3/1-16/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 февраля 2025 года город Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего судьи Фурман Т.А.,

при помощнике судьи Чадранцевой А.В.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Патюпа К.П.,

обвиняемого ФИО1,

адвокатов Шульгина Д.Н., Барченковой И.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи материал по апелляционным жалобам адвокатов Шульгина Д.Н. и Барченковой И.В. в интересах обвиняемого Т. на постановление Ленинского районного суда г. Смоленска от 11 февраля 2025 года,

установил:

постановлением Ленинского районного суда г. Смоленска от 11 февраля 2025 года,

Т., <дата> года рождения, уроженцу д. <адрес>, гражданину Российской Федерации, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 10 апреля 2025 года.

В апелляционной жалобе адвокат Шульгин Д.Н. в интересах обвиняемого, просит постановление суда отменить, в удовлетворении ходатайства следователя об избрании Т. меры пресечения в виде заключения под стражду отказать, избрать более мягкую меру пресечения, не связанную в изоляцией от общества. В обоснование доводов жалобы, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что суду не представлено достаточных доказательств тому, что при избрании меры пресечения не связанной с лишением свободы, Т. может скрыться от органов предварительного следствия, сообщить информацию о ходе расследования иным неустановленным соучастникам преступления, оказать давление на свидетелей, предпринять меры к уничтожению доказательств, скрыть следы преступления, иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. Т. является гражданином Российской Федерации, зарегистрирован и постоянно проживает на территории Смоленской области, трудоустроен, ранее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет хроническое заболеванием, постоянно проживает с А. и ее малолетней дочерью, имеет на иждивении малолетнего сына, многочисленные награды, оказывает постоянную и значительную материальную поддержку участникам СВО, что свидетельствует о его социальной ответственности и наличии прочных социальных связей. Сообщение УФСБ о наличии у обвиняемого недвижимого имущества на территории Республики Беларусь, не соответствует действительности и не нашло своего документального подтверждения. При принятии решения суд не учел, что в период инкриминируемого Т. преступного деяния, он являлся директором ЗАО <данные изъяты>» и осуществлял полномочия по управлению организацией, что свидетельствует о связи инкриминируемого преступного деяния с предпринимательской деятельностью. Суду были представлены сведения о наличии у Т. постоянного места жительства и денежных средств в размере 7 137 723 рублей, однако данные обстоятельства судом фактически не рассматривались, а сделан лишь формальный вывод о невозможности избрания иной более мягкой меры пресечения.

В апелляционной жалобе адвокат Барченкова И.В. в интересах обвиняемого, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что какие-либо документы, подтверждающие намерение Т. скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью или препятствовать производству по делу, органом предварительного расследования не представлены. Т. ранее попыток скрыться не предпринимал, в розыск не объявлялся, в правоохранительные органы не поступали сообщения о том, что Т. оказывает давление на каких-либо лиц. Сообщение УФСБ о наличии у обвиняемого недвижимости на территории Республики Беларусь не соответствует действительности. Представленные органами предварительного следствия документы, не свидетельствуют о причастности Т. к инкриминируемому ему деянию, заключения экспертов не отвечают требованиям ст. 74 УПК РФ, свидетели так же не указывали на Т., как на лицо, совершившее преступление. Полагает, что при таких обстоятельствах Т. может быть избрана мера пресечения в виде домашнего ареста либо залога. Т. является гражданином Российской Федерации, зарегистрирован и постоянно проживает на территории Смоленской области, трудоустроен, ранее не судим, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет хроническое заболевание, постоянно проживает с А. и ее малолетней дочерью, имеет на иждивении малолетнего сына, многочисленные награды, оказывает постоянную и значительную материальную поддержку участникам СВО. Просит суд постановление суда отменить, избрать в отношении Т. меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес>, либо залог в размере 7 000 000 рублей с установлением запретов и ограничений, предусмотренных ст. 105.1 УПК РФ.

Проверив материалы, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступление обвиняемого Т., адвокатов Шульгина Д.Н., Барченкову И.В., в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Патюпа К.П., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены, изменения постановления суда.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в отношении обвиняемого Т., судом не допущено.

Суд проверил наличие представленных вместе с ходатайством следователя материалов в подтверждение возможной причастности Т. к инкриминируемому преступному деянию, исследовал их, при этом не входил в обсуждение вопроса оценки доказательств, которые являются предметом рассмотрения уголовного дела по существу.

При рассмотрении ходатайства по мере пресечения судом проверены основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, учтены обстоятельства, указанные в ст. 99 УПК РФ, мотивирована необходимость избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд убедился, что ходатайство заявлено следователем, принявшим уголовное дело к своему производству, согласованное с руководителем следственного органа и пришел к выводу, что оно подлежит удовлетворению по изложенным в нем доводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд учел не только тяжесть инкриминируемого преступного деяния, которое относится к категории тяжких преступлений, но и характер, степень общественной опасности, обстоятельства его совершения: обвиняется в хищении денежных средств в особо крупном размере – 37 546 427,10 рублей, выделенных из федерального бюджета в рамках реализации национального проекта «Безопасные и качественные автомобильные дороги», путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, его осведомленность о месте проживания возможных очевидцев, обращая внимание на заниманию Т. до задержания должность директора ЗАО <данные изъяты>», все это в совокупности давало суду основания полагать, что при избрании иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы, в том числе домашнего ареста и залога, Т. может оказать давление на свидетелей, воспрепятствовать производству по уголовному делу, а осознавая тяжесть обвинения, скрыться от следствия и суда.

Само по себе наличие у Т. постоянного места жительства, работы, нахождение на его иждивении малолетнего ребенка, на что указано в апелляционных жалобах, без учета указанных выше сведений, не свидетельствует о возможности избрания другой меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, которая бы обеспечила беспрепятственное расследование и рассмотрение уголовного дела.

Доказанность вины подсудимого, правильность квалификации действий по предъявленному Т. обвинению, допустимость доказательств, не являются предметом рассмотрения при решении вопроса об избрании меры пресечения, поскольку составляют содержание уголовного дела и подлежат оценке при рассмотрении дела судом первой инстанции по существу.

Избранный срок содержания под стражей соответствует требованиям, изложенным в ч. 1 ст. 109 УПК РФ, и находится в рамках срока предварительного следствия.

Сведения о наличии заболеваний, препятствующих содержанию Т. в условиях следственного изолятора, не установлены.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Ленинского районного суда г. Смоленска от 11 февраля 2025 года в отношении Т. оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Шульгина Д.Н. и Барченковой И.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Т.А. Фурман