Постановление № 1-13/2019 1-144/2018 от 17 февраля 2019 г. по делу № 1-13/2019

Дело № 1-13/2019


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об освобождении от уголовной ответственности

и о применении принудительной меры медицинского характера

пос. Кизнер Удмуртской Республики 18 февраля 2019 года

Кизнерский районный суд в составе:

председательствующего судьи Медведевой В.А.,

при секретаре Котельниковой М.А., Елкиной Е.Г., Чернышевой А.Н., Котельниковой Н.С.,

с участием прокурора Кизнерского района Стяжкина И.В., пом. прокурора Кизнерского района УР Мингалеева Л.З.,

лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера МАИ,

законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера в лице представителя ОСЗН в Кизнерском районе УР ФИО1, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника Альтапова Р.Б., предоставившего удостоверение № 773 и ордер № 000613 от 09.01.2019 года,

а также потерпевшей МЛА,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела о применении принудительной меры медицинского характера в отношении МАИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> Удмуртской АССР, гражданина РФ, женатого, пенсионера по инвалидности, зарегистрированного и проживающего по адресу: УР, <адрес>,

уличаемого в совершении запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных п. «з» ч.2 ст. 112 и ч.1 ст. 119 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

МАИ, будучи в болезненном состоянии, имея психическое заболевание, не осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий и не руководя ими, совершил общественно опасные деяния против личности, запрещенные уголовным законом при следующих обстоятельствах:

Так ДД.ММ.ГГГГ около 10 час. 00 мин. МАИ находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме по месту своего жительства по адресу: УР, <адрес>, вместе со своей супругой МЛА, на почве личных неприязненных отношений возникших в результате словесного конфликта с супругой имея умысел на причинение средней тяжести вреда здоровью супруги, с помощью принесенной палки со двора держа которую в правой руке и используя ее в качестве оружия, нанес два удара в область локтевой кисти левой руки потерпевшей, причинив последней физическую боль и телесные повреждения характера закрытого перелома локтевого отростка левой локтевой кости со смещением отломков, которые согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по признаку длительного расстройства здоровья расцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести.

Также ДД.ММ.ГГГГ около 10 час. 05 мин. МАИ находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме по месту своего жительства по адресу: УР, <адрес>, вместе со своей супругой МЛА, на почве личных неприязненных отношений возникших в результате словесного конфликта с супругой имея умысел направленный на угрозу убийством, стал высказывать в адрес М Л.А. слова угрозы убийством «Убью», которые потерпевшая восприняла реально, и опасалась за ее осуществление, боясь за свою жизнь и здоровье, так как МАИ находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивно настроен и за несколько минут до высказывания слов угроз убийством причинил ей телесные повреждения с помощью палки, имея возможность реализовать свои угрозы убийством.

МАИ в судебном заседании показал, что его супруга МЛА могла повредить руку в результате потасовки с ФИО2 в д. Елох, когда последний его супругу толкнул и она упала, после чего они с женой пришли в <адрес> и Лидия жаловалась на боль в руке, а когда пошла в больницу, сказали, что у нее перелом. Убийством своей супруге никогда не угрожал, мог что-то сказать на фоне вспыльчивости. Возражал в применении к нему принудительных мер медицинского характера в стационарных условиях, так как лечение у психиатра проходит путем приема таблеток назначенных врачом.

Из показаний потерпевшей МЛА данных в судебном заседании установлено, что в тот день в <адрес>, в доме мужа по <адрес>, выпили, а потом пошла драка, на почве недовольства супруга ее ведением домашнего хозяйства. Он начал бить ее палкой, старясь ударить по голове, но она прикрывало голову левой рукой и все удары, пошли по руке. А потом начал говорить, что убью, этих слов она испугалась, приняла их за реальность исполнения, так как у МАИ была палка в руках, он был агрессивен, никуда ее из дома не выпускал. Поврежденную руку показала врачу, сказали, что у нее перелом, наложили гипс. В состоянии опьянения у МАИ появляется агрессия, состоит ли он на учете врача психиатра ей неизвестно, думает, что последнему необходимо лечиться от пьянства, так как в трезвом состоянии он спокойный.

В последующем потерпевшая от своих показаний, данных в суде отказалась, указав, что ей жалко супруга, в связи с чем в силу требований ст. 281 УПК РФ судом были оглашены показания потерпевшей данные в ходе следствия (л.д. 37-41, 42, 43-44, 45, 46-47), правдивость которых потерпевшая не отрицала и в которых потерпевшей даны аналогичные показания, данным в судебном заседании, при этом потерпевшая указала, что на момент следствия у нее с супругом были натянутые отношения, сейчас они примерились, поэтому она отрицает наличие противоправных действий со стороны супруга, желает, чтобы супруг получил лечение в амбулаторных условиях.

С учетом изложенного суд за основу берет показания потерпевшей данные в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они соответствуют и не противоречат иным исследованным доказательствам, в том числе и показаниям потерпевшей данным в ходе предварительного следствия.

Из показаний свидетеля ССМ установлено, что МАИ летом 2018 года купил дом в д. Елох, что в 15 км. от <адрес>, где на приусадебном участке посадил картошку, вместе с женой приезжал, начал приводить дом в порядок. Бывал у них в гостях, не видел между супругами конфликтов, при этом знает, что последний получает пенсию по заболеванию.

Из показаний свидетеля ПВМ, установлено, что МАИ купил дом в д. Елох рядом с его домом, и в августе 2018 года у него произошел конфликт с МАИ, к ним подошла супруга последнего, которую он просто оттолкнул, при этом она от его толчка только отшатнулась. При этом ранее слышал, как между супругами происходили скандалы, видел потерпевшую с синяками на лице.

Из показаний свидетеля ЧАА установлено, что с МАИ проживают на одной улице, при встрече последний всегда здоровается, бывает что слышен шум во дворе МАИ когда последний выпьет получив пенсию по инвалидности, но про семейные драки не слышал и не видел.

Кроме вышеуказанных доказательств, совершение деяний, запрещенных уголовным законом МАИ, доказывается нижеперечисленными доказательствами:

Из оглашенных судом в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ЧКА установлено, что последний характеризует МАИ как лицо вспыльчивое и агрессивное в состояние алкогольного опьянения, при этом всегда согласного оказать помощь при обращении (л.д.130-131)

Из оглашенных судом в порядке ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля КТА установлено, что ей как медсестре хирургического кабинета Кизнерской райбольницы, при посещении МЛА хирурга с жалобой на боль в левой руке, стало известно со слов последней, что руку ей повредил супруг, ударив палкой по руке, о наличии телесных повреждений у потерпевшей было сообщено в дежурную часть МО МВД России «Кизнерский» (л.д. 78-79).

Рапортом оперативного дежурного от ДД.ММ.ГГГГ согласно которого зафиксировано сообщение поступившее по телефону от медсестры хирургического кабинета об обращении за медицинской помощью МЛА, которой побои нанес супруг, с диагнозом перелом локтевого отростка (л.д.19)

Из протоколов осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, а также ДД.ММ.ГГГГ года с приложенной к ней фототаблицей, установлено что осмотрено место происшествия, а именно хозяйство дома по <адрес>, где проживает МАИ, в ходе которых ничего не изъято (л.д. 22-23, 24-26).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у МЛА имеются телесные повреждения характера закрытого перелома локтевого отростка левой локтевой кисти со смещением отломков, которое образовалось в результате ударного воздействия твердым тупым предметом либо при воздействии о таковой, и по признаку длительности расстройства здоровья расцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести (л.д.58-59)

Таким образом, проанализировав изложенные по делу доказательства, суд приходит к выводу о доказанности совершения МАИ общественно-опасного деяния, запрещенного уголовным законом, содержащим признаки преступления, предусмотренного

- п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия;

- ч.1 ст. 119 УК РФ как угроза убийством, если имелись основания опасаться этой угрозы.

Из заключения комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что МАИ обнаруживает признаки слабоумия в форме умственной отсталости (выраженной дебильности) со значительными нарушениями поведения, требующее лечения, осложненной зависимостью от алкоголя. Об этом свидетельствуют данные анамнеза об отставании в развитии с раннего детства, низких познавательных способностей, вплоть до признания необучаемости, нуждаемости в постороннем уходе и контролю, доступности простейших навыков самообслуживания в быту, выполнения примитивного труда, поведенческих расстройств с конфликтностью, вспыльчивостью, агрессивностью, легкого попадания под отрицательное внешнее влияние, склонность к совершению противоправных деяний, систематическому пьянству со сформированным насильственным влечением к алкоголю. Диагноз подтвержден длительным наблюдением у психиатра и настоящим освидетельствованием, выявившим тотальное недоразвитие основных психических функций в виде значительного сниженного интеллекта, скудного запаса знаний, понятий и представлений, поверхности в суждениях, конкретного характера мышления, недоступности абстрагирования, выраженной ограниченности понимания сложных причинно-следственных связей и аналогий, примитивности оценочных суждений, слабости регулирующих поведение процессов волевой сферы, эмоциональной и социальной незрелости. Как следует из анализа криминальной ситуации действия испытуемого носили импульсивный, необдуманный характер с непониманием сложившейся ситуации, ограниченным сознанием возможной опасности для здоровья и жизни потерпевшей, недоступностью осознания социального значения, моральной стороны, возможных душевных страданий для жертвы, возможных последствий для самого испытуемого, обусловившие утрату полноценного контроля своих поступков, невозможность последующей критической оценки совершенного и направленного сознательного исправления своего поведения, понимания предъявляемого обвинения, целей возможного правового воздействия. Вследствие чего МАИ в моменты правонарушений не мог и в настоящее время не может осознавать фактический характер и общественную безопасность своих действий и руководить ими. Учитывая психические недостатки подэкспертного, отсутствие навыков чтения, письма, затруднение осмысления совершенного им правонарушения, сниженной способности понимать характер и значение своего процессуального положения и самостоятельно осуществлять свои процессуальные права и выполнять процессуальные обязанности МАИ мог и может правильно воспринимать внешнюю сторону обстоятельств, имеющих значение для дела и давать о них показания с участием защитника. Учитывая низкий уровень интеллекта, препятствующий критически оценивать правонарушения, асоциальные тенденции подэкспертного с алкоголизацией, конфликтностью, уклонение от наблюдения у врача-психиатра и приема поддерживающей терапии, утрату контроля за состоянием подэкспертного со стороны окружающих МАИ, как лицо, представляющее опасность для других лиц, способное причинить иной существенный вред, нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа (л.д. 67-71)

Подвергать сомнению заключение комиссии экспертов суд не находит, экспертиза проведена комиссией высококвалифицированных специалистов, все выводы экспертов мотивированы, оснований сомневаться в компетентности экспертов и объективности их выводов суд не находит.

Суд приходит к выводу, что факт совершения МАИ запрещенных уголовным законом деяний доказан комплексом добытых и исследованных в судебном заседании доказательств, которые суд находит допустимыми, достоверными и достаточными для принятия решения о применении принудительной меры медицинского характера.

Запрещенные уголовным законом деяния МАИ совершены в состоянии невменяемости, поскольку во время совершения общественно-опасных деяний МАИ не мог и не может осознавать фактический характер общественную опасность своих действий и руководить ими, в настоящее время МАИ, как лицо с психическим расстройством, связанным с возможностью причинения иного существенного вреда и с опасностью для себя и других лиц, нуждается в применении принудительных мер медицинского характера.

Согласно ч.1 ст. 443 УПК РФ, признав доказанным, что деяние, запрещенное уголовным законом, совершено данным лицом в состоянии невменяемости или что у этого лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, суд выносит постановление в соответствии со статьями 21 и 81 УК РФ об освобождении этого лица от уголовной ответственности или от наказания и о применении к нему принудительных мер медицинского характера.

Таким образом учитывая характер психического расстройства МАИ, подтвержденного выводами судебно-психиатрической экспертизы, в силу требований ст. 21 УК РФ он не подлежит уголовной ответственности за совершение запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных п. «з» ч.2 ст. 112 и ч.1 ст. 119 УК РФ, к нему необходимо применить принудительные меры медицинского характера.

При этом с учетом заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов суд полагает необходимым в соответствии со статьями 97 и 99 УК РФ применить к МАИ принудительную меру медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, поскольку по своему психическому состоянию он представляет непосредственную опасность для себя и окружающих.

На основании изложенного, руководствуясь

ст. ст. 442, 443 УПК РФ, ст. ст. 21, 97, 99 УК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Освободить МАИ от уголовной ответственности за совершение общественно-опасных деяний, запрещенных уголовным законом, содержащим признаки преступлений предусмотренных п. «з» ч.2 ст. 112 и ч.1 ст. 119 УК РФ.

Применить к МАИ принудительную меру медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа.

Меру пресечения МАИ – подписка о невыезде и надлежащем поведении - после вступления постановления в законную силу отменить.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение 10 суток со дня постановления через Кизнерский районный суд.

Судья В.А.Медведева