Постановление № 22-2409/2021 от 13 октября 2021 г. по делу № 1-67/2021

Дело 22-2409 судья Рыжкина О.В.

АПЕЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 октября 2021 года город Тула.

Тульский областной суд в апелляционной инстанции в составе:

председательствующего судьи Шевелевой Л.В.,

при ведении протокола помощником судьи Даник Е.Н.,

с участием прокурора Турчевой В.А.,

адвокатов Барковского К.И., Савенкова Г.В.,

осужденной Халатовой Л.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Меркулова С.А., Барковского К.И., апелляционному представлению государственного обвинителя на приговор Ефремовского районного суда Тульской области от 3 июня 2021 года, по которому

Халатова Любовь Сергеевна, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, осуждена

по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ к 3(трем) годам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, куда постановлено прибыть осужденной самостоятельно за счет средств федерального бюджета, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2(два) года 10(десять) месяцев.

Постановлено срок наказания исчислять со дня прибытия осужденной к месту отбытия наказания один день за один день.

Заслушав доклад судьи Шевелевой Л.В., выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Халатова Л.С. осуждена за то, что с находившимся в автомобиле пассажиром ФИО4 и управляя автомобилем в состоянии опьянения, 23 августа 2019 года на <данные изъяты> автомобильной дороги «<данные изъяты>» <адрес>, проходившей через <адрес> в направлении от <адрес> в сторону села <адрес>, совершила нарушение п.1.3, 1.5, 2.1.2, 2.7, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, потерпевшей ФИО4

Обстоятельства преступления изложены в приговоре.

Адвокат Меркулов С.А. в апелляционной жалобе, частично поддержанной осужденной в суде апелляционной инстанции, считает, что суд первой инстанции занял сугубо обвинительную позицию, использовал сомнительные доказательства.

Называет нарушением тот факт, что суд не принял мер к получению технических исследований по доводам его подзащитной о попадании в яму, повреждении колес как причины ДТП.

Вследствие отсутствия такой экспертизы считает неустановленной причину ДТП. Указание о превышении скорости оценивает как субъективное мнение следователя и суда.

Указывает на внесенные свидетелем ФИО1 изменений в протокол осмотра места ДТП в части указания 30 м видимости вместо первоначально указанных 25 метров. След юза(тормоза) в протоколе находит непривязанным к автомобилю Халатовой. Не согласен с оценкой в приговоре показаний понятой свидетеля ФИО2, данных в суде.

Протокол осмотра, схему считает недостоверным, полученным с нарушениями закона, сведения- ложными, а поэтому как доказательства – недопустимыми Позицию подзащитной об истиной причине ДТП и невиновных ее действиях находит не опровергнутой, в том числе показаниями свидетелей, потерпевшей, не являющихся специалистами в этой области. Показания свидетеля ФИО1 об отсутствии поверхностных и сквозных повреждений на покрышках считает предположением.

Обращает внимание на то, что никто из четверых понятых не сообщил об отсутствии повреждений колес.

Находит незаконным и недоказанным осуждение Халатовой за нарушение п. 2.1.2 Правил дорожного движения, то есть за то, что она сама не была пристегнута ремнем безопасности.

Неустановленный по принадлежности след автомобиля по обочине, составляющий незначительные размеры, оценивает не доказывающим нарушение его подзащитной п. 9.9 Правил дорожного движения.

Считает, что его подзащитная по обочине умышленно не передвигалась.

Не согласен с осуждением по признаку управления автомобилем в состоянии опьянения и считает нарушенным порядок освидетельствования, на которое его подзащитная не направлялась.

Указывает на обязательность первоначально освидетельствовать водителя на состояние алкогольного опьянения, после чего возможность направления на медицинское освидетельствование.

Констатирует, что освидетельствование на алкогольное опьянение с помощью технических средств измерения Халатовой не проводилось, ей не предлагалось. По факту, нарушающему процедуру, при отсутствии каких либо признаков опьянения Халатова сразу направлялась на медицинское освидетельствование.

Сообщает, что Халатова не снимает с себя ответственности за происшедшее как с владельца источника повышенной опасности. Считает, что приговор не отвечает критерию справедливого судебного решения, в том числе и по наказанию.

Адвокат Барковский К.И. в апелляционной жалобе приводит нормы уголовного и уголовно-процессуального законов, в связи с некомпетентными и медлительными действиями следователя, находит нарушением права на защиту отсутствие автотехнической экспертизы автомобиля, которым управляла его подзащитная в момент ДТП, а поэтому ее версию о причине ДТП вследствие лопнувшей покрышки, не опровергнутой.

Сообщает о противоречивых и недостоверных доказательствах, ссылается на именуемое им заключение специалиста, приложенное к жалобе № от 10 августа 2021 г.,№ от 6 августа 2021 года.

Считает, что в деле нет объективных данных о том, что отраженный в схеме ДТП след торможения оставлен 23.08.2019 года автомобилем под управлением Халатовой.

Оспаривает достоверность показаний свидетелей ФИО1 и ФИО8 и считает, что они совершили преступление, подлог, в угоду следствию с целью не проверять ее версию.

Оспаривает осуждение Халатовой за нарушение п. 2.1.2 Правил дорожного движения. Считает, что вследствие личной неприязни и реваншизма после ДТП, доверять показаниям потерпевшей нельзя.

Приводит содержание акта медицинского освидетельствования № от 23.08.2019 года, в котором нет характерных признаков опьянения, в том числе наркотического.

Излагает общие характерные признаки при употреблении амфетаминов, ссылается на п. 4,17 приказа Минздрава России от 18.12.2015 года № 933 н и отмечает, что в акте нет сведений о прохождении врачом анестезиологом –реаниматологом ФИО3 подготовки по вопросам медицинского освидетельствования, а так же не выявлено не менее трех клинических признаков опьянения.

С учетом требований приказа № 933н выводы о наркотическом опьянении находит немотивированными. Считает осуждение по признаку опьянения необоснованным.

Указывает, что судом надлежащим образом не проверено и не нашло отражение в приговоре соответствие дорожного покрытия строительным нормам и правилам, а так же нормам организации дорожного движения

Наличие одного знака 1.11.2. «Опасный поворот», считает не отвечающим данным нормам, в соответствии с которыми существуют и другие знаки «Направление поворота», «Ограничение максимальной скорости», «Рекомендуемая скорость». Нет сплошной линии разметки.

Обращает внимание на неровности и дефект дорожного покрытия в месте ДТП в виде выбоины, которой, согласно предусмотренным гостам, не должно быть, но которое имелось и в которую, как минимум, попало одно колесо автомобиля.

Отмечает, что критическая, максимально возможная скорость автомобиля в момент прохождения закругленного участка дороги не установлена.

Приводит формулы и результаты примененного им инструментария сервиса «<данные изъяты>». Считает, что критическая скорость автомобиля должна быть 60 км/ч, о чем его подзащитная не оповещалась при общем ограничении не более 90 км/ч, управляла автомобилем со скоростью 70 км /ч. Отсутствие информации об ограничении способствовало возникновению опасной ситуации, связанной с неуправляемым заносом.

Считает неустановленным механизм ДТП и его причину. Приводит анализ материалов дела и норм правил дорожного движения.

Делает вывод об отсутствии вины его подзащитной в связи с ненадлежащей организацией дорожного движения, неудовлетворительным состоянием проезжей части в зоне ДТП, неуправляемом заносе вследствие отсутствия антиблокировочной системы тормозов.

Приговор находит необоснованным, незаконным и несправедливым, просит его отменить, признать недопустимыми доказательствами протокол допроса <данные изъяты> ФИО1 (№), акт медицинского освидетельствования ( №), исключить осуждение за нарушение п. 9.9, 2.1.2 Правил дорожного движения, изучить представленные доказательства и принять законное, обоснованное и справедливое решение.

В апелляционном представлении государственным обвинителем ставится вопрос об исключении из обвинения и осуждения ФИО1 за нарушение пункта 2.1.2. Правил дорожного движения, предусматривающего возможность движения при использовании ремней безопасности, как находящегося в прямой причинной связи с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО4

За действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, выразившихся в оказании материальной помощи, указание на ч. 2 ст. 61 УК РФ изменить на п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Просит о смягчении наказания и учете ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и адвокаты поддержали доводы, кроме доводов об осуждении ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, просили об отмене приговора и принятии справедливого решения, утверждая о незаконном лишении свободы и необоснованном приговоре, постановленном на недопустимых доказательствах, не подтверждающих виновность.

Прокурор Турчева В.А. поддержала измененные доводы апелляционного представления, просила уменьшить объем обвинения и смягчить наказание.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости изменения приговора суда в связи с основаниями, изложенными в ст. 38915 УПК РФ.

Виновность ФИО1 в том, что, управляя в состоянии опьянения автомобилем, в котором, кроме нее, находился пассажир ФИО4, избрала скорость, при которой не справилась с управлением, совершила съезд на обочину, которую пересекла, врезалась в отбойник, вследствие чего автомобиль вынесло на дорогу и произошло его опрокидывание нарушила п. 2.7, 9.9, 10.1 Правил дорожного движения, при том, что в силу п.1.3 Правил она обязана их знать и соблюдать, а так же в силу 1.5 Правил действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда…, и эти нарушения повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью пассажиру автомобиля потерпевшей ФИО4, в приговоре установлена и доказана.

Доводы о невиновности в судебном заседании суда первой инстанции исследованы с достаточной полнотой, в приговоре опровергнуты со ссылкой на доказательства, к признанию которых недопустимыми по смыслу ст. 75 УПК РФ оснований не имеется.

Обстоятельства преступления, и в их числе причинная связь, за исключением осуждения за нарушение п. 2.1.2. Правил, и механизм получения потерпевшей тяжкого вреда здоровью в обвинении вменены, в приговоре установлены.

Оснований для отмены приговора, прекращения уголовного преследования и оправдания ФИО1 в деле нет.

Тот факт, что ФИО1 не была пристегнута ремнем безопасности, не находится ни в какой связи с наступившими последствиями для потерпевшей ФИО4 в виде причинения ей тяжкого вреда здоровью, при которых образуется уголовная ответственность.

Вменяя данный пункт Правил, органы расследования и суд не учли требования диспозиции статьи 264 УК РФ и позицию Верховного Суда РФ, высказанную в п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств…».

Согласно данным нормам уголовная ответственность за преступление, предусмотренное ст. 264 УК РФ, может иметь место лишь при условии наступления последствий, указанных в этой статье, и если эти последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Допущенные органами расследования нарушения в этой части суд первой инстанции не устранил.

Осуждение ФИО1 за нарушение п.2.1.2 Правил дорожного движения подлежит исключению из приговора, что является уменьшением объема обвинения, но не оказывает влияния на иные выводы суда, а так же на законность, обоснованность приговора и не влечет его отмены.

Все остальное обвинение и связанные с ним установленные обстоятельства преступления, за которое ФИО1 осуждена, сомнений не вызывают.

Согласно показаниям ФИО1 на предварительном следствии, управляя автомобилем примерно 70 км/ч и приближаясь к месту ДТП, она увидела знак «Опасный поворот», сам поворот, стала притормаживать, заметила выбоину на дорожном покрытии по ее пути следованию, которую объехать не смогла, въехала правыми колесами, услышала хлопок «Лопнувшего колеса», в связи с чем автомобиль стал неуправляемым, его потянуло вправо, она резко затормозила, выкрутила руль в противоположную сторону, но автомобиль столкнулся с ограждением, его отбросило обратно на проезжую часть с опрокидыванием через крышу, переворотом, отчего ФИО4 получила повреждения <данные изъяты>.

Неизменная позиция о разгермитизации колеса автомобиля в связи с дефектом дорожного покрытия как причины ДТП, исключающей уголовную ответственность осужденной, проверялась как органами расследования, так и судом в судебном заседании и обоснованно отвергнута.

При этом принцип достаточности относимых, допустимых, достоверных доказательств не нарушен.

Суд в подтверждение выводов о вине ФИО1 обоснованно сослался на показания потерпевшей ФИО4 о месте, времени, обстоятельствах преступления, в совершении которого, за исключением управления ФИО1 автомобилем в состоянии опьянения, уличила осужденную, которая по словам потерпевшей управляла автомобилем со скоростью 90-100 км/ч.

Она подтвердила, что во время следования на автомобиле под управлением ФИО1, та въехала на обочину, нажала на тормоз, автомобиль стало заносить, и машина опрокинулась, а ей, потерпевшей, были причинены телесные повреждения, в том числе в виде <данные изъяты>.

Потерпевшая ФИО4 не подтвердила показания ФИО1 о хлопке разорвавшегося колеса.

Не доверять показаниям потерпевшей, оснований не установлено.

О том, что потерпевшая дала объективные, достоверные сведения, свидетельствует доказанные в деле факты, установленные в схеме и протоколе осмотра места ДТП, а так же в заключении автотехнической экспертизы № 379.

Тот факт, что сама потерпевшая, а так же в ее присутствии осужденная ФИО1 не употребляли алкогольных напитков, а так же наркотических средств и психотропных веществ, в показаниях потерпевшей отражен.

Вместе с тем, суд пришел к обоснованному выводу о том, что эти показания не оправдывают осужденную в нарушении п. 2.7 Правил дорожного движения. Уголовная ответственность ФИО1 в настоящем деле за данное нарушение применена на законных и обоснованных основаниях.

Согласиться с доводами о том, что признак опьянения не доказан, нарушены правила сбора и оценки доказательств, которые к тому же получили объективную оценку в приговоре, оснований нет.

Порядок направления ФИО1 на медицинское освидетельствование судом детально проверен, уголовный и уголовно- процессуальный законы применены без нарушений.

Нормы закона и приказ, на который так же ссылается защита, при наличии в моче у ФИО1,как установлено на основании отвечающего требованиям закона акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 655, амфетаминов, запрещенных к свободному обороту на территории Российской Федерации психотропных веществ, судом применен правильно.

Заключение специалиста № от 6 августа 2021 года, которым подвергнут критике акт, признанный судом доказательством по делу с приведением мотивов, невиновности ФИО1 в этой части не образуют.

Специалист ФИО5, а так же специалист ФИО6 не наделены полномочиями по смыслу уголовно-процессуального закона давать оценку доказательствам, приведенным судом в приговоре.

Как следует из материалов дела специалисты к делу в порядке ст. 58 УПК РФ не привлекались.

Признаки доказательств указаны в ст. 74 УПК РФ и акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 655 этим признакам отвечает.

Оснований, указанных в ст. 75 УПК РФ к признанию акта недопустимым, не выявлено.

Существенных нарушений, которые бы ставили под сомнение выводы в акте о содержании амфетаминов в моче виновной во время, в которое совершено ДТП с нарушениями ФИО1 правил дорожного движения, от чего потерпевшей причинен тяжкий вред здоровью, в деле нет.

Все сведения, в том числе и об отсутствии у ФИО1 признаков алкогольного опьянения, в протоколах направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, в акте медицинского освидетельствования отражены, являются предметом оценки суда первой инстанции и содержат в приговоре верные и аргументированы мотивы, по которым, несмотря на отсутствие визуальных признаков опьянения, исследования биоматериала приняты судом во внимание.

Наличие выбоины на дорожном покрытии в схеме ДТП отражено, как отражено в протоколе осмотра.

Там же отражен след колёс автомобиля ФИО1.

Согласиться с тем, что в схеме ДТП и протоколе осмотра его места совершения отражены следы, не относящиеся к делу, оснований нет.

Эти утверждения противоречат данным документам и показаниям свидетелей, да и самой осужденной о том, что она произвела торможение.

Иных следов торможения, кроме как с начавшихся до выбоины, продолженных со въездом на обочину до железобетонного отбойника, то есть объекта, в который въехал автомобиль под управлением ФИО1, на месте не имелось, а поэтому считать, что все следы на схеме не привязаны к автомобилю ФИО1 и это является основанием считать схему, протокол осмотра, показания свидетелей недостоверными, объективные данных отсутствуют.

Доводы о разорвавшемся колесе, колесах в связи с попаданием в выбоину на дорожном покрытии как причине ДТП, исключающей уголовную ответственность осужденной, не состоятельны.

Данные доводы опровергнуты выводами экспертизы № 379, которые подробно изложены в приговоре, к признанию которой недопустимым, недостоверным доказательством, не отвечающим принципу достаточного исследования, суд обоснованно оснований не установил.

Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

След разгермитизированного колеса, колес, на месте ДТП не обнаружен, что соответствует сведениям схемы и протоколу осмотра, в которых установлен только след торможения автомобиля ФИО1 оставленных колесами без следов металлического характера, которые характерны при их соприкосновении с асфальтом в случае повреждения покрышки.

К тому же, как видно из дела, события преступления имели место 23 августа 2019 года.

Автомобиль, по исследованию колес которого ставятся многочисленные вопросы в апелляционных жалобах, передавался на хранение виновной, продан последней неустановленному лицу 30 августа 2019 года.

Тот факт, что в протоколах осмотра, отстранения водителя от управления автомобилем отражены повреждения колес, невиновности осужденной не образуют по указанным выше основаниям.

Заключение специалиста № от 10 августа 2021 года ФИО7 по указанным выше обстоятельствам, связанным с положениями ст.58 УПК РФ, не являются доказательствами невиновности осужденной, а выводы об отсутствии соответствующих знаков, предупреждающих об опасности, состоянии асфальтового покрытия и их несоответствия гостам, не находятся во взаимосвязи с предъявленным обвинением.

Положения п. 10.1. Правил дорожного движения не предполагают движение автомобиля с минимальной скоростью и не содержат ссылок на арифметическое значение.

Скорость автомобиля должна обеспечивать возможность контроля движения вплоть до полной остановки, в случае возникновения опасности.

Обвинение в нарушении данного пункта нашло свое подтверждение

Неизбрание ФИО1 такой скорости движения, которая позволяла бы управлять автомобилем безопасно, с возможностью контроля за обстановкой на дороге и ее изменениями, привело к том, что она не справилась с рулевым управлением, въехала на обочину, по которой в соответствии с п.9.9 Правил движение запрещено, врезалась в отбойник, что привело к ДТП и последствиям в виде тяжкого вреда здоровью, отраженного в заключении судебно-медицинской экспертизы, приведенной в приговоре, потерпевшей ФИО4

Оспаривание обвинения и осуждения за нарушения п. 9.9 Правил не состоятельно.

В правилах дорожного движения имеются обстоятельства, исключающие ответственность за движение по обочинам.

Те обстоятельства преступления, которые установлены в настоящем приговоре, в число исключений не входят.

След на обочине с границей в виде железобетонного отбойника, с пересечением этого участка в схеме установлен. Наличие движения по обочине как преступное, сомнений в своей достоверности не вызывает.

Эти доводы, как и другие доводы апелляционных жалоб, сведены к переоценке доказательств с приведением неубедительных мотивов.

Механизм ДТП и наступившие последствия в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО4 вследствие нарушения ФИО1 п. 2.7, 9.9., 10.1 Правил дорожного движения, которые ФИО1 должна знать, соблюдать и не создавать опасности на дороге, в обстоятельствах преступления установлены с достаточной полнотой.

Показаниям свидетелей судом дана объективная оценка, переоценить которую по доводам апелляционных жалоб, нельзя.

Действия ФИО1 за то, что она, управляя автомобилем в состоянии опьянения, нарушила правила дорожного движения, и это нарушение правил повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, судом правильно квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Вид наказания – лишение свободы, а так же вид исправительного учреждения - в приговоре мотивированы, а решение суда в этой части отвечает принципу справедливости.

Согласно санкции статьи три года лишения свободы является минимальным размером такого вида наказания.

Оснований к смягчению данного наказания в виде трех лет лишения свободы, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд не усматривает.

Вместе с тем, из приговора видно, что при назначении наказания суд в качестве смягчающего обстоятельства признал действия ФИО1, направленные на заглаживание вреда, причиненного преступлением потерпевшей, выразившегося в оказании материальной помощи, но при этом сослался на ч. 2 ст. 61 УК РФ, в то время что данные обстоятельства, как смягчающие, предусмотрены п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

О том, что потерпевшей вред возмещен не полностью и у нее имеются претензии к ФИО1, в том числе материального характера. Материалы уголовного дела не содержат.

Исковые требования по делу не заявлены, а согласно протоколу судебного заседания осужденной переданы денежные средства на лечение потерпевшей, она не имеет претензий материального характера. Ссылка на родителей в данном случае не отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, так как родители потерпевшей по делу не признавались гражданскими истцами, не заявляли требований и не признаны потерпевшими.

При таких обстоятельствах ссылку суда на ч. 2 ст. 61 УК РФ следует изменить на указанную в Уголовном кодексе РФ п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, что влечет применение положений ч. 1 ст. 62 УК РФ и назначение наказания с учетом этой правовой нормы..

По указанным выше мотивам наказание в виде лишения свободы смягчению не подлежит.

3(три) года лишения свободы не нарушают пределов, указанных в ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Но поскольку объем обвинения и осуждения подлежат уменьшению, а так же в связи с наличием вышеуказанных оснований, в части назначенного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, эти обстоятельства подлежат учету.

Иных смягчающих обстоятельств, кроме тех, которые установлены в приговоре, по делу нет.

Руководствуясь ст. 38915, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ефремовского районного суда Тульской области от 3 июня 2021 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из приговора осуждение по п.2.1.2 Правил дорожного движения, обязывающего «При движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями…», как о состоящем в прямой причинной связи с наступившими последствиями причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО4

За действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, выразившихся в оказании материальной помощи потерпевшей ФИО4, указание о п. 2 ст. 61 УК РФ изменить на п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

На основании ч. 1 ст. 62 УК РФ ФИО1 по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ назначить 3 (три) года лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2(два) года 9( девять) месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменений, доводы апелляционных жалоб – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев с момента вступления приговора в законную силу, осужденной в тот же срок с момента получения копии судебных решений с правом заявить ходатайство об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья: