Приговор № 1-43/2019 от 2 июля 2019 г. по делу № 1-43/2019

Дело № 1-43/19


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Шатрово «03» июля 2019г.

Шатровский районный суд Курганской области

в составе: председательствующего – судьи ХрамовойМ.С.,

с участием государственных обвинителей прокуратуры Шатровского района Курганской области: прокурора Киселева А.А., помощника прокурора ХомяковаС.В.,

подсудимого ФИО14,

защитника – адвоката Кривошеина Ю.А.,

потерпевшей ФИО,

при секретаре ЗагвоздинойЛ.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО14, родившегося <дата> . в <адрес>, <..............>, проживающего в <адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

К.С.ВБ. совершил убийство ФИО1 при следующих обстоятельствах.

В период с 18:00 часов 12 февраля 2019г. до 02:00 часов 13 февраля 2019г. К.С.ВБ., находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме № по <адрес>, на почве личных неприязненных отношений, сложившихся в связи с противоправным поведением ФИО1., замахнувшегося на него табуретом, с целью убийства умышленно нанес ФИО1 два удара ножом в живот и переднюю поверхность брюшной стенки.

Своими умышленными действиями К.С.ВБ. причинил потерпевшему ФИО1 следующие телесные повреждения:

- проникающее колото-резаное ранение живота со сквозным повреждением по ходу раневого канала петли тонкой кишки, повреждением брыжейки тонкой кишки, гемоперитонеум (3000мл), повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения;

- колотую поверхностную рану передней поверхности брюшной стенки с повреждением кожи, не повлекшую за собой вреда здоровью.

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия вследствие умышленных преступных действий К.С.ВВ. от обильной кровопотери, развившейся в результате проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением тонкой кишки и брыжейки тонкой кишки.

В судебном разбирательстве дела подсудимый К.С.ВБ. виновным себя в инкриминируемом преступлении признал частично, суду пояснил, что в течение вечера 13 февраля и в ночь на 14 февраля 2019г. выпивал спиртное дома со своим братом ФИО3, племянником ФИО1 и ФИО4 После ФИО4. увезли домой, купили еще спиртного и продолжили выпивать уже втроем. В ходе распития на его телефон несколько раз звонила ФИО2 – жена ФИО1, они разговаривали. Брат ФИО3 лег спать, а они продолжили выпивать. Когда поступил очередной звонок ФИО1 вышел разговаривать в сени, а когда вернулся, толкнул стол, часть посуды упала. Сказал ФИО1: «Ты что творишь?», на что тот взял табурет за ножку и замахнулся на него, он увернулся. ФИО1 замахнулся второй раз и в этот момент он, взяв нож со стола, ткнул им ему в живот. Табурет выпал из рук ФИО1, он его отбросил назад. ФИО1 сел на стул, посидел минуты две и упал. Он положил ему подушку под голову, увидел, что лицо побледнело, похлопал по лицу. Позвонил на 112, приехала фельдшер, а затем полиция. Брат все это время спал. Ударил ножом ФИО1, так как опасался за свое здоровье, когда тот пытался ударить его табуретом, убивать не хотел. Как образовалось второе ранение, не знает, соприкосновений между ним и потерпевшим больше не было. До приезда полиции в доме не прибирался, убрал лишь пару упавших со стола тарелок. Возможно поднял табурет.

В ходе предварительного расследования К.С.ВБ. при дополнительном допросе в качестве подозреваемого 14 февраля 2019г. показал (л.д.40-44 т.1), что после того, как брат лег спать, а он с ФИО1 продолжил пить, последний вышел на улицу, а когда зашел, толкнул стол, вся посуда со стола полетела. На его замечания, ФИО1 сказал, что это не его дело, а на предложение помочь собрать посуду, ответил грубо матом. Затем ФИО1 взял табуретку и замахнулся на него, по голове, но промахнулся. Взяв на столе нож, воткнул его в живот ФИО1, думал, что несильно, тот бросил табурет и сел на стул, просидел две-три минуты и упал вместе со стулом.

В явке с повинной 14 февраля 2019г. К.С.ВБ. в присутствии адвоката пояснил, что в ходе конфликта с ФИО1, обороняясь, нанес ножевое ранение, взял со стола нож, ударил в живот ФИО1., который пытался ударить его по голове табуретом. После ФИО1 сел на стул, а затем вместе со стулом упал (л.д.38 т.2).

При проверке показаний на месте 14 февраля 2019 г. К.С.ВБ. показал (л.д.47-59 т.1), где и как располагались он и ФИО1 во время конфликта, как ФИО1 пытался нанести ему удар табуреткой в голову, а он уклонился и, обороняясь, схватил нож, ударил его в живот, после чего ФИО1 сел на стул, а немного посидев, упал на левый бок.

В ходе предварительного расследования К.С.ВБ. при допросе в качестве обвиняемого 12 апреля 2019г. показал (л.д.71-73 т.1), что вторая рана ФИО1 возможно нанесена им случайно, не помнит, чтобы наносил целенаправленный второй удар.

В ходе предварительного расследования К.С.ВБ. при дополнительном допросе в качестве обвиняемого 13 апреля 2019г. показал (л.д.74-75 т.1), что ранение ФИО1 причинил не тем ножом, который указывал ранее, а ножом с коричневой рукоятью, который после нанесенного удара швырнул под шкаф.

К выводу о виновности К.С.ВВ. в совершении указанного преступления суд пришел на основании совокупности следующих доказательств.

Потерпевшая ФИО суду показала, что 13 числа ночью позвонила сноха, сказала, что полиция разыскивает сына - ФИО1 Вместе они пошли в дом к КоркинуС., где сын лежал с раной в животе, их вывели и больше не пустили. До этого вечером видела сына с К.С.ВГ.

Свидетель ФИО5 суду показала, что работает медсестрой в Ожогинском ФАПе. 13 февраля 2019г. около 01:45 часов позвонили со «скорой» по поводу ранения ФИО1 Приехав на место, увидела лежащего на полу на левом боку ФИО1 под головой подушка. Пульс и дыхание у ФИО1 отсутствовали, на животе была кровь, на расстоянии 5 см над пупом имелась колото-резаная рана, сверху еще колотая рана, трупных пятен еще не было. Обстановку в комнате не запомнила. ФИО14С. пояснил, что ФИО1 зашел и упал, он подложил ему подушку и только потом увидел кровь.

Свидетель ФИО3 суду показал, что К.С.ВБ. его родной брат. 12 февраля 2019г. выпивали по месту своего жительства с братом, ФИО1 ФИО4 Позднее ФИО4. увезли домой, продолжили выпивать втроем, никаких конфликтов не было. В ходе распития на телефон брата <***> раза звонила жена ФИО1., ФИО1 выходил, разговаривал с ней. Он лег спать. Когда брат разбудил его, увидел на полу ФИО1 Со слов брата ФИО1 пришел, поругавшись по телефону, толкнул стол, брат ему сказал: «Что творишь?», ФИО1. взял табуретку и кинулся на брата, а тот нож со стола взял и сам не понял, как все получилось. Сам он фельдшера не видел, так как спал пьяный. В комнате посуда валялась, были две разбитые тарелки, сломанный тазик, табуретка лежала рядом с ФИО1 Все оставалось на местах до приезда сотрудников полиции.

Свидетель ФИО4 суду показал, что в один из дней зимы 2018г. выпивал с братьями ФИО14 и ФИО3 и ФИО1 во время распития не конфликтовали. Через некоторое время его увезли домой. Утром пришел к ФИО14, у них уже все убрано было, узнал, что ФИО1. кинулся на ФИО14С. с табуреткой, а тот защищался от него.

В ходе предварительного расследования свидетель ФИО4 пояснял (л.д.236-239 т.1), что на следующий день от ФИО3. узнал, что пока тот спал, ФИО14С. ударил ножом ФИО1 и он умер.

В суде эти показания свидетель ФИО4 подтвердил, пояснив, что о том, что ФИО1 кинулся на ФИО14С. с табуреткой, узнал от последнего. С учетом пояснений свидетеля, суд считает, что противоречий в показаниях свидетеля не имеется.

Свидетель ФИО6 поясняла (л.д.1-6 т.2), что ФИО1 – ее племянник, а ФИО3 и Сергей - родные братья, связь с ними поддерживает в основном по телефону. 12 февраля 2019г. около 19:00-20:00 часов позвонила на номер ФИО14С., сначала разговаривала с ФИО3, затем с КоркинымС. во время разговора в доме у них было тихо, ФИО3 сказал, что они дома одни, по голосам оба были трезвые. На следующий день позвонил ФИО14С., сказал, что ФИО1 убили и положил трубку. Впоследствии сказал, что это не он убил ФИО1

Свидетель ФИО2 суду показала, что ФИО1 – ее муж. 12 февраля 2019г. вечером до 00:00 часов находилась у свекрови – ФИО. Вечером приходил ФИО1 с ФИО14С., затем ушли. В 22:00-23:00 часов звонила мужу на номер ФИО14С., но трубку никто не взял, свекровь проводила ее домой. Около 02:00 часов приехали сотрудники полиции, спрашивали про друга мужа. Она со свекровью пошла к ФИО14, туда их не пустили, сказали, что мужа убили.

Свидетели ФИО7, давая аналогичные друг другу показания, пояснили, что участвовали при проверке показаний на месте, где ФИО14 добровольно рассказал о произошедшем конфликте, показал, как ФИО1 хотел ударить его табуреткой, а он ударил его ножом. Стол при проверке показаний находился в стороне.

Свидетель ФИО8 суду показал, что в начале года участвовал статистом при проверке показаний на месте подозреваемого К.С.ВВ., который рассказал и показал, как причинил телесные повреждения потерпевшему, что в ходе распития спиртного произошел скандал, потерпевший замахнулся на него табуреткой, но промахнулся, после чего он взял нож и нанес ему удар в живот. Со слов подозреваемого табурет он держал верхней частью вперед, частично держась за нее. На фототаблице (фото 6, 7, 8) изображен момент уже после того, как потерпевший промахнулся табуреткой, то есть опасности для К.С.ВВ. уже не было.

Свидетель ФИО9 пояснил, что участвовал понятым на месте происшествия в с.Ожогино, труп лежал в комнате головой влево, ногами вправо от входа, на спине, в ногах у него лежал стул, на столе были нож, вилки и ложки, табурет стоял между кроватью и столом, с места происшествия были изъяты нож и одежда. Протокол следователь не зачитывал, права и обязанности не разъяснял, он лишь расписался в протоколе.

Допрошенный в качестве свидетеля старший следователь Каргапольского МСО СУ СК России по Курганской области ФИО10 суду показал, что в его производстве находилось уголовное дело в отношении К.С.ВВ., в частности он проводил осмотр места совершения преступления. Труп с ранами на животе находился в комнате, рядом лежала подушка, табурет стоял между столом и кроватью. При осмотре присутствовали понятые, которым были разъяснены права, протокол зачитывался, замечаний не поступило, понятые расписались в протоколе.

Эксперт ФИО11 суду показал, что рана №2 образовалась от воздействия кончика ножа, вероятнее при прямом уколе. После получения раны №1 потерпевший мог какое-то время совершать действия. В местах нанесения обеих ран располагаются жизненно важные органы.

Согласно рапорту оперативного дежурного ОП «Шатровское», 13 февраля 2019г. в 02:15 часов поступило сообщение от диспетчера СМП ГБУ«Шатровская ЦРБ» ФИО12 о том, что фельдшер Ожогинского ФАП ФИО5 сообщила, что в дом № по <адрес> пришел ФИО1., упал и скончался (л.д.5 т.1).

При осмотре места происшествия – дома № по <адрес> от 13 февраля 2019г., зафиксирована обстановка в доме, в комнате на полу с ножевым ранением живота и ссадиной на животе обнаружен труп ФИО1., одежда на трупе испачкана кровью, рядом с трупом на полу лежит стул. В ходе осмотра изъяты одежда ФИО1 и нож (л.д.6-22 т.1, л.д.170-171 т.2).

В ходе обыска жилища К.С.ВВ. 14 февраля 2019г. обнаружены и изъяты шапка ФИО1 и нож с коричневой рукоятью, находящийся под шкафом (л.д.40-46 т.1).

Согласно протоколу осмотра документов – информации о соединениях абонентских номеров К.С.ВВ., ФИО2., от 8 апреля 2019г., зафиксированы соединения указанных абонентов, в частности 12 февраля 2019г. на номер ФИО14 поступило три входящих звонка с номера ФИО2 в 13:18 часов, в 16:49 часов и 17:34 часов длительностью меньше минуты, один входящий звонок с номера ФИО13 в 19:15 часов длительностью менее 16 минут, 13 февраля 2019г. имеется исходящий вызов в 01:40 часов на номер 112. Указанные сведения о соединениях абонентов признаны вещественными доказательствами (л.д.67-73, 74 т.1).

Изъятые нож (в ходе обыска), одежда и кроссовки ФИО1 осмотрены и признаны вещественными доказательствами. При осмотре футболки с трупа ФИО1 на передней полочке на расстоянии 4,5 см от нижнего края и на расстоянии 8,5 см от левого бокового шва обнаружено резаное линейное повреждение длиной около 1 см, на расстоянии 8 см от нижнего края и на расстоянии 7,5 см от левого бокового шва обнаружено резаное линейное повреждение длиной около 2-3 мм, ткань вокруг первого повреждения пропитана кровью (л.д.80-84, 85, 95-117, 118 т.1).

Согласно заключению эксперта№ при исследовании трупа ФИО1 обнаружены следующие телесные повреждения:

- проникающее колото-резаное ранение живота (рана №1) со сквозным повреждением по ходу раневого канала петли тонкой кишки, повреждением брыжейки тонкой кишки, гемоперитонеум (3000 мл). Данное телесное повреждение носит характер колото-резаной травмы, о чем свидетельствует прямолинейная форма раны, одного П-образного и одного острого концов раны, преобладание глубины раны над ее шириной и длиной, образовалось в результате одного (на что указывает наличие одной раны и одного раневого канала) травматического воздействий острого орудия (каким мог быть нож) в указанную область. Данное телесное повреждение в момент причинения являлось опасным для жизни и по этому признаку расценивается как повлекшее тяжкий вред здоровью;

- колотая поверхностная рана (рана №2) передней поверхности брюшной стенки с повреждением кожи. Данное телесное повреждение носит характер колото-резаной травмы, о чем свидетельствует прямолинейная форма раны, острые концы, преобладание длины и ширины над ее глубиной, образовалось в результате одного (на что указывает наличие одной раны и одного раневого канала) травматического воздействий острого орудия (каким мог быть нож) в указанную область незадолго до наступления смерти. Данное телесное повреждение у живых лиц не повлекло бы за собой вреда здоровью. Причинно-следственной связи с наступлением смерти не имеет.

Колото-резаные повреждения образовались прижизненно, в быстрой последовательности, незадолго до наступления смерти, что подтверждается наличием кровоизлияний и геморрагического пропитывания по ходу раневого канала и минимальными реактивными процессами.

Смерть ФИО2 наступила на месте происшествия от обильной кровопотери, развившейся в результате проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением тонкой кишки и брыжейки тонкой кишки, о чем свидетельствует характерная морфологическая картина и данные судебно-гистологического исследования.

В момент причинения повреждения потерпевший относительно нападавшего мог находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа и т.д.), при условии обращения травмированной области к действовавшему предмету.

Область передней поверхности живота, в которой расположены рана №1 и №2 доступна для причинения собственной рукой, однако вопрос о возможности причинения данных повреждений самому себе выходит за пределы компетенции судебно-медицинского эксперта.

Учитывая развитие трупных явлений, с момента смерти до момента исследования трупа прошло менее 1-х суток.

Из акта от 26.02.2019 № судебно-химического исследования известно, что в крови от трупа ФИО1 этиловый алкоголь обнаружен в концентрации 2,32 ‰. Данная концентрация у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения.

Направление раневого канала раны № 1 спереди назад, несколько сверху вниз, несколько слева направо (при условии правильного вертикального положения тела). Длина раневого канала около 5-6 см.

Судя по форме раны №1 клинок колюще-режущего предмета, причинившего ранение, имел один острый край (лезвие), а другой тупой (обушок), на что указывает наличие одного острого и одного п-образного концов раны. Максимальная ширина погруженной части клинка была около 1,1 см, о чем свидетельствует длина основного разреза кожной раны. Длина клинка составляла не менее 5-6 см, на что указывает длина раневого канала в сочетании с отсутствием вокруг раны следов от воздействия рукоятки (л.д.126-129 т.1).

Согласно заключению эксперта № на брюках, толстовке потерпевшего ФИО1 обнаружена кровь, которая по групповой принадлежности свойственна потерпевшему ФИО1., присутствие крови К.С.ВВ. в этих следах возможно лишь в виде примеси (л.д.164-169 т.1 т.1).

Согласно заключению № рана № передней поверхности живота на кожном лоскуте от трупа ФИО2 является колото-резаной, причиненной в результате колюще-режущего воздействия плоского клинкового орудия, типа ножа, имевшего П-образный на поперечном сечении обух, острые лезвие и острие, с шириной погруженной части клинка 10-12 мм, возможно клинком ножа №1, изъятого в ходе обыска по месту жительства К.С.ВВ., при этом ножи №2 и №3 исключаются как возможные орудия причинения данной раны (л.д.185-188 т.1).

При проведении освидетельствования 13 февраля 2019г. у К.С.ВВ. телесные повреждения не обнаружены (л.д.33-37 т.2).

Суд не нашел оснований к исключению каких-либо доказательств из числа допустимых, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора.

Суд считает протокол явки с повинной К.С.ВВ. допустимым доказательством, поскольку она получена с участием его защитника, указанные в ней обстоятельства ФИО14 в дальнейшем в большей части подтвердил.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами протокола осмотра места происшествия от 13 февраля 2019г., заключения эксперта № не имеется по следующим основаниям.

Осмотр места происшествия произведен в соответствии со ст.177 УПК РФ, протокол осмотра составлен в соответствии с требованиями ст.166, 180 УПК РФ, в протоколе имеются подписи понятых и иных лиц, участвующих в осмотре, в том числе о разъяснении прав, обязанностей, ответственности, порядка производства осмотра.

Выводы заключений экспертов, в том числе заключения эксперта № (л.д.126-129 т.1), основаны на результатах объективных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками производства таких экспертиз лицами, обладающими необходимыми для этого специальными знаниями, квалификацией и опытом работы в соответствующей сфере деятельности. При этом данные выводы экспертами надлежащим образом мотивированы и научно обоснованы.

Эксперт ФИО11 в судебном заседании ответил на все поставленные перед ним дополнительные вопросы.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что в период с 18:00 часов 12 февраля 2019г. до 02:00 часов 13 февраля 2019г. К.С.ВБ., находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме № по <адрес>, на почве личных неприязненных отношений, сложившихся в связи с противоправным поведением ФИО1, замахнувшегося на него табуретом, с целью убийства умышленно нанес ФИО1 два удара ножом в живот и переднюю поверхность брюшной стенки.

Смерть ФИО1 наступила на месте происшествия от обильной кровопотери, развившейся в результате проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением тонкой кишки и брыжейки тонкой кишки.

Доводы подсудимого о том, что он лишь защищался от противоправных действий потерпевшего, то есть действовал в состоянии необходимой обороны, не соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам, опровергаются совокупностью достоверных согласующихся между собой доказательств, неубедительны и внутренне противоречивы.

Из показаний подсудимого ФИО2 в судебном заседании следует, что ФИО1 зашел в комнату, толкнул стол, часть посуды упала. На его слова: «Что творишь?» ФИО1 взял табурет и замахнулся на него, он увернулся, после чего ФИО1 замахнулся второй раз и в этот момент он, взяв нож со стола, ткнул им ему в живот. Как образовалась вторая рана, не знает.

В ходе предварительного следствия ФИО14 пояснял, что зашел ФИО1, толкнул стол, вся посуда полетела со стола. На его замечания, ФИО1, ответил, что это не его дело, а на предложение помочь собрать посуду, ответил грубо матом, затем взял табуретку и замахнулся на него, по голове, но промахнулся. Он, взяв на столе нож, воткнул его в живот ФИО1 Вторая рана, возможно, нанесена им случайно, не помнит, чтобы наносил целенаправленный удар.

При проверке показаний на месте, К.С.ВБ. показал, как ФИО1 пытался нанести ему удар табуреткой в голову, а он уклонился и, обороняясь, схватил нож и ударил его в живот, после чего ФИО1 сел на стул, а немного посидев, упал на левый бок.

То есть, в судебном заседании подсудимый изменил показания в части развития конфликта с потерпевшим, действий потерпевшего, при этом полностью отрицая нанесение второго ранения потерпевшему.

Ссылку государственного обвинителя на показания К.С.ВВ., данные в качестве подозреваемого 13 февраля 2019г., суд считает необоснованной, так как данные показания в судебном заседании не исследовались.

К показаниям подсудимого К.С.ВВ., данным в судебном заседании в части того, что потерпевший дважды замахивался на него табуретом, что сам он нанес лишь один удар ножом потерпевшему, защищаясь от действий потерпевшего, предотвращая второй удар, суд относится критически, так как они противоречивы, опровергаются его показаниями, данными в ходе предварительного следствия, показаниями свидетелей, а также материалами дела. Данная версия впервые озвучена только в судебном заседании, то есть спустя несколько месяцев после произошедшего и расценивается судом как способ защиты подсудимого. Таким образом, подсудимый, по мнению суда, стремится избежать уголовной ответственности за совершение умышленного преступления.

Оценивая показания подсудимого, как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования, в совокупности с иными исследованными доказательствами, суд приходит к выводу, что, выдвигая версию о том, что наносил ФИО1 лишь один удар ножом, защищаясь от действий последнего, опасаясь продолжения его противоправных действий, К.С.ВБ. искажает истинные обстоятельства преступления, это является выбранным им способом защиты от обвинения и желанием умалить свою роль.

В частности, показания подсудимого противоречат:

- заключению эксперта, согласно которому у потерпевшего обнаружены две раны, а именно: 1) проникающее колото-резаное ранение живота (рана №1) со сквозным повреждением по ходу раневого канала петли тонкой кишки, повреждением брыжейки тонкой кишки, гемоперитонеум (3000 мл); 2)колотая поверхностная рана (рана №2) передней поверхности брюшной стенки с повреждением кожи. Колото-резаные повреждения образовались прижизненно, в быстрой последовательности, незадолго до наступления смерти;

- показаниям эксперта ФИО11 пояснившего, что рана №2 образовалась от воздействия кончика ножа, вероятнее при прямом уколе, что в местах нанесения обеих ран располагаются жизненно важные органы;

- показаниям свидетеля ФИО5, пояснившей, прибыв по вызову, обнаружила у потерпевшего две раны на животе;

- протоколу осмотра предметов, согласно которому при осмотре футболки с трупа ФИО1 на передней полочке обнаружены два резаных линейных повреждения длиной первое около 1 см, второе - около 2-3 мм, ткань вокруг первого повреждения пропитана кровью (л.д.95-117 т.1);

- показаниям самого К.С.ВВ., данным в ходе предварительного расследования, в том числе в ходе проверки показаний на месте, согласно которым удар ножом потерпевшему он нанес уже после того, как тот промахнулся табуретом. При этом К.С.ВБ. продемонстрировал свои действия и показал с помощью статиста ФИО8 действия потерпевшего. В частности на фотографиях №6, 7, 8 приложенной фототаблицы, с учетом показаний свидетеля ФИО8, зафиксированы действия К.С.ВВ. уже после того, как потерпевший промахнулся.

При этом оснований полагать, что имеет место реальная угроза, что потерпевший продолжит свои действия, исходя из обстановки, поведения потерпевшего, физического развития, возраста обоих, родственных и дружеских отношений между потерпевшим и подсудимым, у К.С.ВВ. не имелось, так как потерпевший каких-либо угроз до и во время конфликта не высказывал, на протяжении всего вечера они совместно употребляли спиртное без каких-либо конфликтов, в комнате находился также спящий брат К.С.ВВ.

Посягательство потерпевшего было окончено в момент уклонения К.С.ВВ. от удара табуретом, то есть в этот момент непосредственная угроза нападения была устранена. Признак необходимой обороны – реальность, отсутствовал, тем не менее, К.С.ВБ. преднамеренно нанес два удара ножом потерпевшему.

По этим же основаниям нет причин полагать, что действия потерпевшего были неожиданными для подсудимого.

Таким образом, версия подсудимого о нанесении лишь одного удара в живот, обороняясь от противоправных действий потерпевшего, то есть в состоянии необходимой обороны, не нашла своего подтверждения при рассмотрении уголовного дела.

Причастность иных лиц к совершению данного преступления исключается, так как судом установлено, что в момент непосредственно перед конфликтом и после в доме находились лишь трое – подсудимый, его брат, который спал, и потерпевший.

Виновность подсудимого К.С.ВВ. объективно подтверждается данными осмотра места происшествия с фиксацией места преступления, заключением проведенной в ходе предварительного следствия судебно-медицинской экспертизы относительно локализации, механизма образования, давности причинения телесных повреждений потерпевшему, что подтверждает неоднократность нанесенных погибшему ударов ножом в область жизненно важных органов в быстрой последовательности.

Сам по себе характер действий подсудимого, обстоятельства их совершения, при которых он нанес потерпевшему два удара ножом в область расположения жизненно важных органов человека, указывают на то, что подсудимый преследовал цель лишения жизни ФИО1., руководствуясь мотивами внезапно возникших неприязненных отношений к последнему, сложившихся в связи с противоправным поведением ФИО1, который замахнулся на него табуретом в ответ на его замечание.

Наличие у ФИО1 признаков жизни после действий подсудимого не влияет на вывод суда об именно такой цели подсудимого, поскольку для неизбежного наступления смерти потерпевшего им были выполнены все необходимые действия.

О том, что потерпевший в ходе конфликта замахнулся табуретом на К.С.ВВ., указал сам подсудимый, а также свидетели ФИО3., ФИО4, ФИО7, ФИО8, которым об этом стало известно со слов подсудимого.

Данные обстоятельства никем и ничем не опровергнуты и толкуются судом в пользу подсудимого.

Об умысле подсудимого К.С.ВВ. на совершение убийства ФИО1., указывает нанесение подсудимым двух ударов ножом в жизненно важные органы, находящиеся в животе.

Мотивом совершения преступления суд считает личные неприязненные отношения подсудимого к потерпевшему, возникшие в ходе конфликта во время распития спиртных напитков из-за того, что тот замахнулся на него табуретом в ответ на его замечание. На данный мотив указывает подсудимый.

Таким образом оснований для переквалификации действий подсудимого на ст.111 УК РФ не имеется.

Действия подсудимого по отношению к потерпевшему не могут рассматриваться как необходимая оборона или превышение пределов необходимой обороны.

Также суд не находит оснований считать, что подсудимый К.С.ВБ. находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, так как объективные предпосылки для этого отсутствовали. Поведение потерпевшего не являлось способным внезапно повлечь сильное душевное волнение у подсудимого.

По заключению судебной психиатрической комиссии экспертов №, ФИО14 психическим расстройством не страдает и не страдал в период совершения инкриминируемого ему деяния. В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, не обнаруживал и признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (л.д.192-194 т.1).

Это заключение, само по себе поведение подсудимого во время и после совершения преступления, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства, не оставляют сомнений о вменяемости ФИО14, как в момент совершения преступления, так и в настоящее время.

Наличие у свидетелей оснований для оговора подсудимого судом не установлено, их показания согласуются между собой, объективно подтверждаются письменными материалами дела.

Иные доводы и представленные сторонами доказательства не содержат сведений, которые могут быть признаны относящимися к уголовному делу либо на основании которых возможно установление наличия или отсутствия обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по нему, а также других обстоятельств, имеющих значение для дела.

Таким образом, действия подсудимого К.С.ВВ. суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания судом учитываются общественная опасность и характер совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, а также предусмотренные законом общие цели и принципы назначения наказания.

Подсудимый К.С.ВБ. не судим, на учете у врача-нарколога, психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, по месту жительства характеризуется посредственно (л.д.78, 81, 83, 84, 87 т.2).

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому, суд признает: явку с повинной, поскольку в ней содержится добровольное сообщение К.С.ВВ. о совершенном преступлении. Сведениями о лице, совершившем преступление, правоохранительные органы на момент ее написания не располагали; активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Как видно из материалов дела и установлено в судебном заседании, К.С.ВБ. после написания явки с повинной не отрицал своей причастности к преступлению, давал показания об обстоятельствах произошедших событий, в том числе при проверке показаний на месте, признавая себя виновным частично по причине отсутствия умысла на убийство ФИО1 и несогласия с некоторыми обстоятельствами причинения телесных повреждений потерпевшему; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; оказание медицинской помощи непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове скорой медицинской помощи.

Состояние здоровья судом не учитывается в качестве смягчающего наказание обстоятельства, так как данное обстоятельство ничем не подтверждено.

Суд не признает указанные смягчающие наказание обстоятельства исключительными, как не усматривает и иных исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым деяния, которые могли бы повлечь основание для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ.

В ходе разбирательства дела установлено, что во время совершения преступления подсудимый К.С.ВБ. находился в состоянии алкогольного опьянения, что следует из показаний самого подсудимого. Нахождение подсудимого в состоянии алкогольного опьянения подтвердили свидетели ФИО3, ФИО5, ФИО4, проведение медицинского освидетельствования по данной категории уголовных дел не является обязательным.

Кроме того, по месту жительства К.С.ВБ. характеризуется как употребляющий спиртные напитки (л.д.83, 87 т.2).

Доводы защиты о том, что состояние алкогольного опьянения не повлияло на его действия, суд расценивает, как способ уменьшить общественно опасные последствия содеянного.

С учетом этого, а также характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, обусловленных, в том числе, состоянием алкогольного опьянения, что способствовало снижению критики поведения, проявлению низменных побуждений и агрессии, отягчающим подсудимому наказание обстоятельством суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

При наличии отягчающего обстоятельства оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступного деяния, обстоятельства его совершения, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, сведения о его личности, данные о семейном и имущественном положении, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, с целью восстановления социальной справедливости, предупреждения совершения им новых преступлений, суд назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы на определенный срок, без назначения дополнительного наказания, полагая данного наказания достаточным для его исправления и соразмерным им содеянному.

Суд полагает невозможным назначить подсудимому наказание с применением положений ст. 73 УК РФ, поскольку условное осуждение не будет способствовать целям уголовного наказания и повлечет его несправедливость в силу чрезмерной мягкости.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания подсудимому назначается в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осужден за совершение особо тяжкого преступления.

Для обеспечения исполнения приговора суда, на основании ч.2 ст.97 УПК РФ, осужденному подлежит избранию мера пресечения в виде заключения под стражу. Время содержания К.С.ВВ. под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок отбытия наказания в соответствии со ст.72 УК РФ.

На основании п. 5 ч. 2 ст. 131, ч. 1, 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу в виде выплаченного вознаграждения адвокату за участие в деле в качестве защитника К.С.ВВ. по назначению подлежат взысканию с подсудимого в доход государства (л.д.96 т.2). Предусмотренных законом оснований для освобождения подсудимого от обязанности возместить процессуальные издержки не имеется.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства: предметы, изъятые в ходе предварительного расследования и признанные по уголовному делу вещественными доказательствами, подлежат возвращению, уничтожению и хранению при материалах дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО14 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении К.С.ВВ. изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания осужденному исчислять с 3 июля 2019г.

В соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время фактического непрерывного содержания под стражей ФИО14 в порядке применения меры пресечения с 3 июля 2019г. по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

По вступлении приговора в законную силу судьбу вещественных доказательств, разрешить следующим образом:

- кроссовки, толстовку, футболку, куртку, брюки, шапку, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Каргапольского МСО СУ СК России по Курганской области, вернуть ФИО, а при отказе в принятии уничтожить;

- нож, хранящийся в камере хранения вещественных доказательств Каргапольского МСО СУ СК России по Курганской области, уничтожить;

- сведения о соединениях абонентов – хранить при уголовной деле.

Взыскать с ФИО14 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в виде выплаченного вознаграждения адвокату за участие в деле в качестве защитника по назначению в размере 9165 (девяти тысяч ста шестидесяти пяти) рублей 50 копеек.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курганский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся по стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ, желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также свое отношение к участию защитника либо отказа от защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, должны быть выражены осужденным в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса, или в отдельном заявлении, в течение 10 суток со дня получения копии приговора.

Председательствующий: судья М.С.Храмова