Апелляционное постановление № 22К-273/2019 от 28 января 2019 г. по делу № 22К-273/2019

Судья Курбангаджиев М.С.

( Суд первой инстанции)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 января 2019 года по материалу N 22к-273/2019 г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи – ФИО10

при секретаре судебных заседаний – ФИО4

с участием прокурора отдела прокуратуры РД – ФИО5

адвоката – ФИО9 в интересах ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката ФИО9 в интересах обвиняемого ФИО2 на постановление Сергокалинского районного суда Республики Дагестан от <дата>, которым в отношении

ФИО3 ФИО11, <дата> года рождения, уроженца <адрес> Республики Дагестан, гражданина РФ, мера пресечения в виде заключения под стражу продлена сроком на 1 (один) месяц, а всего до 2 (двух) месяцев и 4 (четырех) суток, то есть до <дата> включительно.

Заслушав доклад судьи ФИО10, выступление адвоката ФИО9 поддержавшей доводы апелляционной жалобы и просившей об отмене постановлении суда, мнение прокурора ФИО5 полагавшего необходимым постановление суда оставить без изменения, суд

установил:

Согласно материалам дела, что 13 мая 2016 года примерно в 21 час 00 минут ФИО6 вместе с неустановленным лицом обманным путем, якобы возвращения долга за мебель, вывезли гражданина ФИО7 из <адрес> в Республику Дагестан, и находясь в садовом домике, расположенном неподалеку от автодороги «Сергокала-Первомайск» <адрес>, незаконно, под угрозой применения насилия и с применением насилия требовали у ФИО7 денежные средства в размере 2 640 00 рублей, якобы за долги гражданина ФИО1, который является племянником ФИО7

По данному факту 31 октября 2018 года возбуждено уголовное дело в отношении ФИО6 и неустановленного следствием лица.

В ходе предварительного следствия установлено лицо, которое вместе с ФИО6 совершило вышеуказанное преступление, и им оказался ФИО2, <дата> года рождения, уроженец и житель <адрес>.

16 ноября 2018 года ФИО6 задержан в соответствии со ст. 91 УПК РФ.

<дата> Сергокалинским районным судом в отношении подозреваемого ФИО6 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

27 ноября 2018 года ФИО3 задержан в соответствии со ст. 91УПК РФ.

29 ноября 2018 года Сергокалинским районным судом в отношении подозреваемого ФИО3 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

5 декабря 2018 года ФИО6 и ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ.

Старший следователь СГ отдела МВД России по <адрес> ФИО8 обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей ФИО3 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«б» ч.3 ст.163 УК РФ, по уголовному делу № на один месяц, а всего до двух месяцев четырех суток, то есть до 31 января 2019 года включительно.

Постановлением Сергокалинского районного суда Республики Дагестан от <дата> ходатайство следователя удовлетворено и принято вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Алигаджиева Н.М. в интересах обвиняемого ФИО3 считает постановление суда незаконным, просит его отменить и избрать в отношении обвиняемого меру пресечения не связанное с лишением свободы.

В обоснование указывает, что суд, принимая решение, проигнорировал то, что обвинение ФИО3 предъявлено без достаточных на то оснований. С самого начала задержание ФИО3 осуществляется с грубейшими нарушениями УПК РФ, Конституции РФ, а также положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с ч.4 ст.15 Конституции РФ являющейся частью правовой системы РФ.

При избрании меры пресечения от 29.11.2018г. и при продлении заключения под стражу в соответствии с обжалуемым постановлением, судом не учтен факт негласного содержания под стражей более чем суток, с 26.11.2018г. в <адрес> до вечера 27.11.2018г. до момента оформления протокола задержания ФИО3, что является полным отрицанием фундаментальных гарантий, содержащихся в ст.5 вышеназванной Конвенции

Ходатайство о продлении меры пресечения судом рассматривалось на этапе завершения предварительного следствия. Игнорируется судом п.21 Постановления Пленума №41, в котором разъяснено, что наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным.

Указывает, что избрание меры пресечения в виде заключение под стражу в отношении ФИО3 изначально произведено без достаточных оснований его подозревать в совершении преступления предусмотренного п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ.)

Однако, судом не были исследованы надлежащим образом основания правомерности продления срока содержания под стражей в отношении её подзащитного. Поэтому суд, удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей ФИО3 в своем постановлении лишь формально перечислил указанные в статье 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что находясь на свободе, ФИО3 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, находит постановление суда подлежащим оставлению без изменений, по следующим основаниям.

Судом установлено, что ходатайство следователя об избрании ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу, подано в суд с согласия надлежащего руководителя следственного органа и соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, не выявлено нарушений порядка и оснований задержания подозреваемого.

Продлевая ФИО3 меру пресечения в виде заключения под стражу, суд, согласившись с доводами ходатайства, в качестве основания избрания этой меры пресечения правомерно указал, что ФИО3 находясь на свободе, может скрыться от следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, то есть установил наличие оснований для избрания меры пресечения в соответствии с положениями ст. 97, 100 УПК РФ, и пришел к выводу о невозможности избрания иной, не связанной с заключением под стражу меры пресечения.

Судебное решение о заключении под стражу в качестве меры пресечения в отношении ФИО3 основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах дела, и принято в соответствии с положениями статьи 108 УПК РФ, с соблюдением всех норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего порядок и основания избрания обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, с учетом тяжести подозрения и сведений о личности обвиняемого в соответствии с положениями ст. 99 УПК РФ.

Принимая во внимание фактические обстоятельства, установленные в судебном заседании суда первой инстанции из представленных сторонами доказательств, а также установленные из исследованных в судебном заседании доказательств, суд не усматривает оснований не соглашаться с выводами суда о необходимости продления ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу, а доводы апелляционной жалобы суд находит несостоятельными.

Органами следствия суду представлено достаточно доказательств того, что, находясь на свободе, ФИО3 может скрыться от следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, при этом суд принимает во внимание как конкретные обстоятельства преступления, в совершении которого ФИО3 обвиняется, его тяжесть, так и те обстоятельства, что подозреваемый может оказать давление на свидетелей.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не соглашаться с выводами суда об обоснованности обвинения в причастности ФИО3 к преступлению, поскольку они основаны на представленных суду материалах дела и сделаны в пределах полномочий суда на данной стадии производства по делу, а вопросы доказанности вины и обоснованности квалификации преступления подлежат рассмотрению судом только по итогам судебного разбирательства при рассмотрении дела по существу.

Суд апелляционной инстанции не усматривает существенных нарушений уголовно-процессуального закона, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией РФ и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, влекущих отмену постановления суда, как заявляет об этом в апелляционной жалобе защитник.

Какие-либо новые данные и доказательства, не учтенные судом при вынесении обжалованного постановления, указывающие на наличие законных оснований для отмены либо изменения избранной судом в отношении ФИО3 меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую, не связанную с лишением свободы, не содержатся в материалах, также не приведены в апелляционной жалобе и не представлены сторонами суду апелляционной инстанции.

При указанных обстоятельствах, доводы, изложенные в апелляционной жалобе незаконности и необоснованности постановления суда, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными и подлежащими отклонению, поскольку решение судом принято при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41, и обстоятельств, предусмотренных ст. 99 УПК РФ.

Нарушений требований уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену либо изменение состоявшегося по делу судебного постановления, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Постановление Сергокалинского районного суда Республики Дагестан от 25 декабря 2018 года, о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО3 ФИО12 – оставить без изменений, а апелляционную жалобу адвоката Алигаджиевой Н.М. в интересах обвиняемого ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий ФИО10