Апелляционное постановление № 22-916/2023 от 23 октября 2023 г. по делу № 1-46/2023

Судья Виноградова Н.А. дело № 22-916/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кострома 24 октября 2023 года

Костромской областной суд в составе:

председательствующего судьи Веретенниковой Е.Ю.,

при секретаре Агеевой Е.В.,

с участием прокурора Бузовой С.В.,

осужденной ФИО1, её защитника – адвоката Смирнова Д.Н.,

потерпевшей ФИО17 и ее представителя – адвоката Новоселова А.А. (по видеоконференц-связи),

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Лапшина Л.Н., апелляционной жалобе защитника - адвоката Смирнова Д.Н. на приговор Макарьевского районного суда Костромской области от 24.08.2023, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка РФ, ранее не судимая,

осуждена:

по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденной в колонию-поселение, время следования осужденной к месту отбывания наказания зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день,

до вступления приговора в законную силу сохранена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

в счет возмещения морального вреда со ФИО1 в пользу ФИО18 и несовершеннолетней ФИО28 взыскано по 750 000 рублей каждой,

в счет возмещения материального вреда, связанного с расходами на погребение, со ФИО1 в пользу ФИО19 взыскано 71 100 рублей,

исковые требования ФИО20 в части возмещения вреда в связи со смертью кормильца оставлены без рассмотрения,

вещественные доказательства по делу - автомобиль «Киа Рио», г.р.з. К115АА152, автомобиль «Рено Флюенс», г.р.з. О408НХ44, определено передать по принадлежности,

УСТАНОВИЛ:

Обжалуемым приговором ФИО1 признана виновной в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем «Рено Флюенс», г.р.з. О408НХ 44, нарушила п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.4, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, допустила неуправляемый занос автомобиля, выехала на полосу встречного движения, где столкнулась с автомобилем «Киа Рио», г.р.з. К115АА152 под управлением ФИО21 В результате действий ФИО1 водитель ФИО22 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Преступление совершено 11.02.2022 в Кадыйском районе Костромской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Лапшин Л.Н., не оспаривая фактические обстоятельства дела и квалификацию содеянного ФИО1, полагает приговор подлежащим изменению в части усиления назначенного ФИО1 дополнительного наказания, полагая чрезмерно мягким, не обеспечивающим достижение целей наказания и несоразмерным совершенному преступлению определенный осужденной срок 2 года лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Также считает не соответствующим требованиям закона приговор в части удовлетворения исковых требований потерпевшей о возмещении ей расходов на погребение погибшего ФИО23 в сумме 71 100 рублей, поскольку судом достоверно не установлено, производились ли соответствующие выплаты страховой организацией в рамках обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. По мнению государственного обвинителя, в связи с необходимостью проведения дополнительных расчетов и привлечения представителя страховой организации, за ФИО24 следует признать право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере его возмещении в порядке гражданского производства. Также не согласен с приговором в части решения вопроса о вещественных доказательствах, поскольку судом не определено, кому именно они должны быть возвращены, в связи с чем просит приговор суда изменить, указав в нем о возвращении автомобиля «Киа Рио» ФИО25 автомобиля «Рено Флюенс» -ФИО27

В апелляционной жалобе защитник осужденной – адвокат Смирнов Д.Н. выражает несогласие с приговором суда ввиду несоответствия выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, несправедливости приговора.

Указывает, что показания ФИО1 об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, а именно об отсутствии у нее технической возможности избежать столкновения без выезда на встречную полосу движения, исследованными судом доказательствами не опровергнуты, из протокола осмотра места происшествия наглядно следует о наличии сугробов на обочинах дороги, а заключения автотехнических экспертиз не только не исключают достоверности показаний его подзащитной, но и являются недопустимым доказательством, поскольку они основаны на письменном объяснении ФИО1, отобранном у нее 11.02.2022 в отсутствие защитника, вследствие чего являющемся недопустимым доказательством.

Отмечает, что суд необоснованно не учел в качестве смягчающих наказание обстоятельств совершение впервые преступления средней тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств, совершение преступления при нарушении условий правомерности крайней необходимости, которые значительно снижают общественную опасность преступного деяния. Обращает внимание на отсутствие в приговоре мотивов назначения осужденной слишком сурового наказания, как по своему размеру, так и по неприменению положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении.

Полагает, что назначенное ФИО1 наказание должно быть смягчено также и в связи с неизвестными на момент разбирательства в суде первой инстанции обстоятельствами, а именно что осужденная намеревается заключить брак, будущий супруг заключил контракт о прохождении военной службы в условиях СВО, для возмещения ущерба потерпевшим. Не согласен с размером взысканной компенсации морального вреда, определенного судом без учета имущественного положения ФИО1 В связи с изложенным, просит приговор суда изменить, смягчить осужденной наказание, в том числе применив положения ст. 73 УК РФ, уменьшить размер компенсации морального вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшей ФИО29 – адвокат Новоселов А.А. выражает несогласие с доводами жалобы, считает приговор законным и обоснованным. Указывает, что судом обоснованно отвергнуты показания осужденной о том, что она действовала в условиях крайней необходимости, поскольку они не подтверждены совокупностью исследованных доказательств, в том числе протоколом осмотра места происшествия, заключениями автотехнических экспертиз, показаниями потерпевшей и свидетелей. Полагает назначенное осужденной наказание справедливым и соразмерным содеянному.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав осужденную ФИО1 и ее защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, поддержавшего апелляционное представление и возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, потерпевшую и её представителя, считающих приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции находит выводы суда о доказанности вины ФИО1, управлявшей автомобилем, в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть водителя ФИО30 правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и подробно изложенных в приговоре.

При этом суд в обоснование виновности ФИО1, которая в судебном заседании не отрицала того обстоятельства, что в утреннее время 11.02.2022, управляя автомашиной «Рено Флюенс», г.р.з. О408НХ 44, и двигаясь из г. Костромы в пос. Вохма по федеральной автомобильной дороге на территории Кадыйского района Костромской области, в нарушение правил дорожного движения выехала на полосу, предназначенную для встречного движения, где совершила столкновение с автомобилем «Киа Рио», г.р.з. К115АА152, под управлением ФИО31 который в результате полученных им травм скончался на месте происшествия, - правильно сослался в приговоре на следующие доказательства:

- показания потерпевшей ФИО32 супруги погибшего, о том, что муж выехал из г. Перми на автомобиле Киа Рио, 11.02.2022 в утреннее время они созванивались, супруг говорил, что едет не торопясь, ФИО33 имел водительский стаж более 30 лет, водил автомобиль спокойно, к машинам относился аккуратно;

- показания свидетеля ФИО34 - начальника ОГИБДД МО МВД России «Макарьевский» о том, что 11.02.2022 по сообщению дежурного о дорожно-транспортном происшествии, выехал на место, где было установлено столкновение двух автомобилей «Киа Рио» и «Рено Флюенс». Автомобиль «Рено» находился по правой стороне проезжей части на полосе движения в сторону г. Кострома, автомобиль «Киа» находился справа в полосе отвода, передние части транспортных средства имели серьезные механические повреждения, водитель автомобиля «Киа» погиб на месте, ФИО1 была в шоковом состоянии. Поверхность проезжей части была влажная, сугробов ни на проезжей части, ни на обочинах не было;

- показания свидетеля ФИО35 - инспектора ОГИБДД МО МВД России «Макарьевский», согласно которым 11.02.2022 он выехал на место дорожно-транспортного происшествия в Кадыйском районе, где были обнаружены на правой стороне обочины по направлению в г. Кострома автомобиль «Рено Флюенс» черного цвета, и автомобиль «Киа Рио», находившийся в кювете. У автомобиля «Рено» был вырван двигатель и находился в кювете с левой стороны, а также оторвано левое колесо, у автомобиля «Киа» имелись серьезные повреждения в лобовой части со стороны водителя. Погода была слегка пасмурная, дорожное покрытие влажное, сугробов не было, в районе дорожно-транспортного происшествия была сплошная линия разметки. На месте была составлена схема ДТП, произведены все замеры;

- протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 11.02.2022 и фототаблица к нему, согласно которым с применением технических средств был осмотрен участок автодороги ФАД Р-243 Кострома-Шарья-Киров-Пермь на 123 км (+63,8 м), в ходе чего была отображена обстановка места совершения дорожно-транспортного происшествия и расположение автомобилей «Рено Флюенс» и «Киа Рио», а также произведены соответствующие измерения и замеры. Было установлено, что проезжая часть была без дефектов, асфальтированное покрытие в мокром состоянии. Дорожное покрытие для двух направлений шириной 6,9 м. К проезжей части примыкает справа обочина шириной 3,6 м, слева - обочина шириной 3,2 м, обе покрыты снегом, на проезжей части посередине дроги нанесена линия разметки 1.5, 1.11, с прерывистой линией со стороны полосы, предназначенной для движения в сторону г. Костромы, по краям проезжей части нанесена линия разметки 1.2. Следов торможения, иных следов шин, следов, образованных при перемещении транспортных средств, нет. Автомобиль «Рено» находится на обочине с левой стороны дороги, передняя часть направлена в сторону г. Костромы, автомобиль «Киа» - в кювете с левой стороны, передняя часть направлена в сторону п. Кадый. На полосе движения, предназначенной в сторону г. Костромы, имеются область осыпи осколков стекла, обломков деталей транспортных средств, масляные пятна. Место столкновения 63.8 м от знака 123 км на линии разметки 1.2 полосы движения, предназначенной для движения в г. Кострома. В салоне автомобиля «Киа» на водительском сидении обнаружен труп ФИО36 не пристегнутый ремнем безопасности. У автомобиля «Киа» разбиты передняя часть автомобиля, лобовое стекло, помят капот, левое колесо деформировано внутрь автомобиля, у автомобиля «Рено» - передняя часть, капот автомобиля смяты, двигатель и решетка радиатора находятся в кювете с правой стороны, лобовое стекло разбито, покрышка с правого переднего колеса сорвана, находится на обочине с правой стороны, у обеих машин разбиты передние осветительные приборы.

- схема дорожно-транспортного происшествия от 11.02.2022, на которой отражено место ДТП, расположение транспортных средств, дорожных знаков и разметки;

- протоколы осмотра автомобилей «Киа Рио» и «Рено Флюенс» от 16.02.2023 и дополнительного осмотра автомобилей от 22.03.2023, в ходе которых зафиксированы повреждения и деформации на правой боковой поверхности в передней части автомобиля «Рено», повреждения и деформации в левом переднем углу и левой боковой поверхности от передней части до передней левой двери автомобиля «Киа», показания на приборной панели каждого из автомобилей; произведены замеры длины автомобилей и расстояний между колесами;

- заключения автотехнических экспертиз № 3/52 от 05.03.2022, № 3/136 от 31.05.2022, согласно которым место столкновения автомобилей «Киа Рио» и «Рено Флюенс» расположено на полосе движения в сторону г. Кострома. Механизм ДТП мог определяться следующим образом: первоначально автомобиль «Рено» двигался по своей полосе движения со стороны г. Кострома в направлении г. Шарья. Проезжая 124 км ФАД Р-243 Кострома-Шарья-Киров-Пермь выехал на сторону дороги, предназначенную для движения во встречном направлении, где контактировал корпусом своего автомобиля с корпусом автомобиля «Киа», двигавшегося во встречном направлении. В результате столкновения на автомобили стали действовать поворачивающие моменты, направленные против хода часовой стрелки. Под воздействием поворачивающих моментов автомобиль «Рено» и автомобиль «Киа» продвинулись в направлении первоначального движения и заняли места, зафиксированные на схеме дорожно-транспортного происшествия;

- заключение автотехнической экспертизы № 3/53 от 05.03.2022 из которого следует, что водитель автомобиля «Рено» в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями пунктов 9.4, 10.1 правил дорожного движения, предотвращение происшествия зависело от выполнения водителем автомобиля «Рено» требований п. 9.4 ПДД РФ;

- заключение автотехнической экспертизы № 507/2-1-13.1 от 27.05.2022, согласно которому водитель автомобиля «Рено» должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.4, 1.5, 10.1, 10.3 ПДД РФ, в его действиях усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 и 1.4 ПДД РФ. Предотвращение столкновения со стороны водителя автомобиля «Рено» зависело от факта обеспечения безопасной для данных дорожных условий скорости движения, позволяющей водителю осуществлять устойчивое движение автомобиля в пределах правой (по ходу движения) стороны проезжей части, т.е. факта выполнения водителем требований абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ;

- заключение дополнительной автотехнической экспертизы № 268/2-1-13.1, 269/2-1-13.3 от 21.04.2023, согласно которому место столкновения автомобилей «Рено» и «Киа», наиболее вероятно, в поперечном дороге направлении находилось у левой линии разметки 1.2 (у левого края проезжей части), в продольном – приблизительно в районе середины осыпи осколков, зафиксированной на месте ДТП; различие угла взаимного расположения автомобилей и угла их столкновения обусловлено движением автомобиля «Рено» с заносом (боковым скольжением), к моменту столкновения автомобиль «Рено» двигался в направлении п. Кадый правой боковой поверхностью вперед. Водитель автомобиля Рено должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.4, 1.5, 10.1 ч.1, 10.3 ПДД РФ, в его действиях усматривается несоответствие требованиям п. 10.1 ч. 1 и п. 1.4 ПДД РФ. Предотвращение столкновения со стороны водителя а/м Рено зависело от факта обеспечения безопасной для данных дорожных условий скорости движения, позволявшей водителю осуществлять устойчивое движение автомобиля в пределах правой (по ходу движения) стороны проезжей части, т.е. факта выполнения водителем требований п. 10.1 абз.1 ПДД РФ. Признаков применения водителем а/м Киа экстренного маневрирования с полосы движения а/м Рено к месту столкновения не усматривается;

- заключение эксперта № 8 от 11.04.2022, согласно которому при исследовании трупа ФИО37 обнаружены телесные повреждения в виде сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки, таза, верхних и нижних конечностей, сопровождавшейся переломами ребер, костей таза, верхних и нижних конечностей, разрывами внутренних органов, осложнившейся в своем течение развитием травматического шока, образовались от взаимодействия с тупым твердым предметом (предметами), при ударе о выступающие части салона автомобиля, в совокупности причинили тяжкий вред здоровью, т.к. являются опасными для жизни и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Суд первой инстанции обоснованно признал указанные доказательства допустимыми, а их совокупность - достаточной для признания ФИО1 виновной в совершении инкриминируемого ей деяния, и положил их в основу приговора, при этом верно указал, что приведенные выше доказательства, в том числе и заключения автотехнических экспертиз, опровергают доводы осужденной и её защитника о том, что причиной её выезда на встречную полосу движения послужила необходимость избежать встречного столкновения с автомобилем под управлением самого погибшего, двигавшегося ей навстречу по её полосе движения.

Анализируя приведенные заключения экспертиз, суд обоснованно указал, что они соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ выводы экспертов непротиворечивы, научно обоснованы и опровергают показания ФИО1 о выполнении маневра во избежание столкновения с автомобилем «Киа Рио». Заключением эксперта от 21.04.2023 установлен механизм дорожно-транспортного происшествия: автомобили «Рено» и «Киа» сближались встречными курсами, водитель автомобиля «Рено» потерял контроль за движением автомобиля, тот вошел в занос, сместился на полосу встречного движения, двигаясь в заносе правой боковой поверхностью вперед, при этом в момент столкновения автомобиль «Киа» находился частично на левой обочине. Оценивая с технической точки зрения показания ФИО1, данные ею в ходе предварительного следствия, о том, что она заметила движущийся ей навстречу по её полосе движения автомобиль «Киа» за 15-20 метров, в связи с чем была вынуждена прибегнуть к экстренному маневру выезда на встречную полосу, эксперт пришел к выводу, что у водителя в такой ситуации отсутствовала техническая возможность сместить автомобиль в полосу встречного движения, при этом место столкновения располагалось на левой стороне дороги, а признаков применения водителем автомобиля «Киа» экстренного маневрирования с полосы движения автомобиля «Рено» к месту столкновения не усматривается.

Заключения экспертов, их компетентность не вызывают сомнений и у суда апелляционной инстанции. Приведенные в апелляционной жалобе доводы адвоката о том, что заключения автотехнических экспертиз являются недопустимыми доказательствами, поскольку экспертные исследования основывались на исходных данных, полученных из письменного объяснения ФИО1, данного ею в отсутствие защитника, были предметом обсуждения судом первой инстанции, в приговоре суд указал об их несостоятельности, и указанный вывод апелляционная инстанция считает обоснованным. Из заключений автотехнических экспертиз усматривается, что исходные данные для проведения экспертного исследования получены экспертом из предоставленных материалов дела, в том числе протокола осмотра места ДТП, фототаблицы, схемы места ДТП, протоколов осмотров предметов. Из экспертных заключений по делу однозначно следует, что выводы о механизме дорожно-транспортного происшествия, месте и обстоятельствах столкновения автомобилей не основаны исключительно на пояснениях ФИО1, как указывается на то в апелляционной жалобе.

Поскольку судом, на основании вышеприведенных доказательств, с достоверностью установлено, что причиной выезда автомобиля под управлением ФИО1 на встречную полосу движения, где в последующем произошло столкновение со следовавшим по своей полосе движения во встречном направлении автомобилем под управлением ФИО38 послужила потеря ею контроля за движением автомобиля, доводы стороны защиты о действиях осужденной в условиях крайней необходимости, обусловленной действиями самого погибшего, наличием снежных сугробов на обочинах дороги, что не позволяло выполнить осужденной иной, более безопасный маневр, являются несостоятельными.

При производстве предварительного расследования, а также судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, допущено не было, дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно. Исследованные доказательства по делу судом оценены в соответствии с положениями статьи 88 УПК РФ.

В ходе судебного разбирательства судом было обеспечено равенство прав сторон, созданы необходимые условия для всестороннего и полного рассмотрения дела, стороны не были ограничены в праве представления доказательств и в заявлении ходатайств.

Оценив в совокупности исследованные по делу доказательства, суд правильно квалифицировал действия осужденной по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы наказание ФИО1 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, с учетом всех обстоятельств, имеющих юридическое значение и влияющих на его вид и размер, в том числе ряда смягчающих наказание обстоятельств (действия подсудимой, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, частичное признание вины, раскаяние, молодой возраст, состояние здоровья подсудимой) и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.

Совершение ФИО1 преступления впервые, на что ссылается защитник в жалобе, согласно п. "а" ч. 1 ст. 61 УК РФ не является обстоятельством, смягчающим наказание осужденной, поскольку ею совершено данное преступление не вследствие случайного стечения обстоятельств, а ввиду нарушения Правил дорожного движения, в связи с чем данный довод жалобы является несостоятельным. С учетом установленных обстоятельств совершенного преступления, оснований для признания в действиях ФИО1 предусмотренного п. "ж" ч. 1 ст. 61 УК РФ обстоятельства смягчающего наказания - совершение преступления при крайней необходимости, не имеется.

Таким образом, суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности преступления, личность осужденной и пришел к правильному выводу, что достижение целей наказание возможно только путем назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для применения к осужденной положений ст. 64, ст. 73, 53.1 УК РФ, надлежаще мотивировав свои выводы.

Приведенные в суде апелляционной инстанции защитником с предоставлением подтверждающих документов сведения о том, что ФИО1 имеет постоянную работу, работодателем и сослуживцами характеризуется положительным образом, также, положительно, характеризуется соседями по месту жительства, для возмещения ущерба потерпевшим супруг осужденной – ФИО39 заключил контракт о прохождении военной службы в условиях СВО, оформив на супругу доверенность в банке для получения перечисляемых ему в счет заработной платы денежных средств (о чем ФИО40 дал пояснения суду апелляционной инстанции и представил соответствующие справку и доверенность) достаточным основанием для снижения назначенного осужденной наказания, либо для применения к ней положений ст. 73 УК РФ, о чем ходатайствовала сторона защиты, суд апелляционной инстанция не считает. Установленный в настоящем судебном заседании факт перевода 22.10.2023, то есть после вынесения обжалуемого приговора, на счет потерпевшей денежных средств в сумме 50 000 рублей суд апелляционной инстанции не относит к обстоятельству, в силу которого назначенные осужденной вид и размер наказания подлежат смягчению, учитывая несоразмерность данной выплаты характеру общественно опасных последствий, наступивших в результате совершения преступления, и находя перевод указанной денежной суммы в адрес потерпевшей непосредственно перед апелляционным разбирательством не добровольным желанием осужденной частично возместить вред, причиненный преступлением, а стремлением повлиять на суд апелляционной инстанции с целью избежать справедливо назначенного наказания.

Что касается доводов апелляционного представления о несправедливости дополнительного вида наказания, назначенного ФИО1 в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года, то, учитывая, что максимальный срок этого вида наказания, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ составляет три года, по делу установлены смягчающие обстоятельства, и отсутствие отягчающих, оснований для признания несправедливым этого наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения ФИО1 в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ определен правильно - колония-поселение.

Вопреки доводам защитника, решение суда по гражданскому иску потерпевшей ФИО41 в части разрешения требования о компенсации морального вреда является обоснованным.

Принимая решение о взыскании со ФИО1 компенсации морального вреда в пользу потерпевших ФИО42 и ФИО43, каждой из них, в сумме 750 000 рублей, суд исходил из принципа разумности и справедливости, степени вины осужденной, учел характер и степень нравственных страданий потерпевших. Выводы суда в этой части должным образом мотивированны, соответствуют положениям ст. 151, 1101 ГК РФ, а установленный судом размер компенсации морального вреда является соразмерным, справедливым и оснований для его снижения, как о том ходатайствовал защитник осужденной, суд апелляционной инстанции не находит. С учетом трудоспособного возраста и состояния здоровья осужденной, не лишенной возможности получения заработной платы и иного дохода, взысканный судом с неё в пользу потерпевших размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушения, должен компенсировать потерпевшим перенесенные нравственные страдания, завышенным не является и уменьшению не подлежит.

Вместе с тем при разрешении гражданского иска в части возмещения материального ущерба, причиненного понесенными потерпевшей ФИО44 расходами на погребение погибшего, судом не в полной мере учтены требования гражданского законодательства.

Так, согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 12 Федерального закона Российской Федерации от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) в числе выплат, подлежащих возмещению по договору страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, указаны и страховые выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего, в том числе возмещение расходов на погребение лицам, понесшим такие затраты, в размере не более 25 000 рублей.

Как следует из материалов дела, требования потерпевшей ФИО45 о взыскании с осужденной материального ущерба основаны на документах, подтверждающих понесенные расходы на погребение в сумме 71 100 рублей.

В то же время из материалов дела, а именно из рапорта о ДТП начальника ОГИБДД МО МВД России «Макарьевский» (т. 1 л.д. 26-31) усматривается, что гражданская ответственность владельца транспортного средства «Рено Флюенс», г.р.з. О408НХ 44, которым управляла при совершении преступления ФИО1, была застрахована на основании договора ОСАГО ААС № 5059997940, сроком действия до 28.09.2022.

Таким образом, поскольку гражданским законодательством и Законом об ОСАГО предусмотрено произведение страховых выплат, в том числе на возмещение расходов на погребение, лицом, не являющимся причинителем вреда, то для правильного разрешения гражданского иска необходимо привлечение третьих лиц (владельца транспортного средства, страховщика) и произведение дополнительных расчетов, поэтому выводы суда об удовлетворении иска в этой части и взыскании с осужденной ФИО1 суммы в размере 71 100 рублей в счет компенсации материального ущерба признаются преждевременными.

При таких данных приговор в отношении ФИО1 подлежит отмене в части гражданского иска потерпевшей ФИО46 о взыскании материального ущерба в виде расходов на погребение с признанием за потерпевшей права на удовлетворение гражданского иска в данной части с передачей вопроса о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апелляционного представления прокурора о нарушении уголовно-процессуального закона при разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ и п. 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ приговор по делу должен содержать в себе ответы на все вопросы, которые подлежат разрешению при его постановлении, в том числе как поступить с вещественными доказательствами.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ суд, решая судьбу вещественных доказательств, обязан привести в описательно-мотивировочной части приговора мотивы принятого решения.

При этом по смыслу закона судьба имеющихся по уголовному делу вещественных доказательств должна быть разрешена судом в окончательной форме.

Вышеуказанные требования уголовно-процессуального закона судом по настоящему делу не выполнены.

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного расследования автомобиль «Киа Рио», г.р.з. К115АА152, которым управлял погибший ФИО2, и автомобиль «Рено Флюенс», г.р.з. О408НХ44, которым управляла ФИО1, были изъяты в ходе осмотра места происшествия 11.02.2022, при этом указанные лица ни собственниками, ни владельцами данных автомобилей не являются.

Вышеуказанные автомобили осмотрены следователем 16.02.2022 и в тот же день ввиду того, что они могут служить средством для обнаружения следов преступления, признаны вещественными доказательствами.

Суд при постановлении в отношении ФИО1 обвинительного приговора в резолютивной его части, разрешая судьбу вышеуказанных вещественных доказательств, указал, что их следует передать по принадлежности.

Однако из протокола судебного заседания суда первой инстанции следует, что в ходе судебного разбирательства суд принадлежность указанных автомобилей не устанавливал, документы, на основании которых возможно установить владельцев (собственников) вещественных доказательств, не были оглашены, в качестве заинтересованных лиц предполагаемые собственники транспортных средств судом не привлекались, им, как и другим участникам процесса, не была предоставлена возможность высказать свое мнение по данному вопросу.

Принимая во внимание, что допущенное судом нарушение является существенным, повлиявшим на исход дела, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор в отношении ФИО1 в части разрешения вопроса о вещественных доказательствах отменить и передать дело в указанной части на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в порядке ст. 396, 399 УПК РФ, в ином составе суда.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, являющихся основанием для отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Макарьевского районного суда Костромской области от 24.08.2023 в отношении ФИО1 в части удовлетворения гражданского иска потерпевшей о взыскании с осужденной материального ущерба в размере 71 100 рублей, а так же в части разрешения судьбы вещественных доказательств - отменить.

Признать за потерпевшей ФИО47 право на удовлетворение гражданского иска в части взыскания со ФИО1 материального ущерба в виде расходов на погребение и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Уголовное дело в части разрешения судьбы вещественных доказательств направить на новое рассмотрение в порядке, предусмотренном ст. ст. 396, 399 УПК РФ, в Макарьевский районный суд Костромской области, в ином составе суда.

В остальной части приговор Макарьевского районного суда Костромской области от 24.08.2023 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционную жалобу защитника осужденной оставить без удовлетворения.

Кассационные жалобы, представление могут быть поданы во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Макарьевский районный суд Костромской области в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.Ю. Веретенникова