Приговор № 1-22/2024 от 16 апреля 2024 г. по делу № 1-22/2024

Дело №1-22/2024

УИД 59RS0009-01-2024-000059-38


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Александровск 17 апреля 2024 года

Александровский городской суд Пермского края в составе судьи Елистратовой Ю.М.,

при секретаре судебного заседания Бутенко Т.В.,

с участием государственных обвинителей Александровской городской прокуратуры Косяновской О.Г., Ермакова Н.О.,

защитника Цыгвинцева К.С.,

потерпевшего АИ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

Нагаевой Александры Николаевны, <данные изъяты> судимой:

09.06.2014 Александровским городским судом Пермского края по ч.3 ст.30, пп. «а», «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, с применением ст.64 УК РФ, к 6 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 6 000 рублей. В силу ст.82 УК РФ реальное отбывание наказания в виде лишения свободы отсрочено до достижения ребенком осужденной, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, четырнадцатилетнего возраста. Постановлением Александровского городского суда от 03.06.2015 отсрочка отбывания наказания отменена, Нагаева А.Н. направлена для отбывания наказания в виде лишения свободы сроком 6 лет 6 месяцев со штрафом 6000 рублей;

17.06.2015 мировым судьей судебного участка №1 Александровского судебного района по ч.1 ст.158 УК РФ, ст.70 УК РФ (приговор от 09.06.2014) к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет 7 месяцев со штрафом в размере 6 000 рублей. Постановлением Кизеловского городского суда Пермского края от 02.12.2019 неотбытое наказание в виде лишения свободы заменено ограничением свободы на срок 2 года 1 месяц. Снята с учета по отбытии ограничения свободы 01.01.2022. Дополнительное наказание в виде штрафа отбыто 21.06.2016

в порядке ст.ст.91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживалась, мера пресечения в виде запрета определенных действий избрана 17.10.2023,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

Нагаева А.Н. совершила убийство АО при следующих обстоятельствах.

14 октября 2023 года около 03 часов 30 минут у Нагаевой А.Н., находящейся в квартире <адрес>, на почве личных неприязненных отношений с АО, сложившихся в связи с произошедшей ссорой, возник умысел на убийство последнего. Реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство АО, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти АО и желая их наступления, находясь в указанное время в указанном месте, Нагаева умышленно, с целью убийства, нанесла потерпевшему АО три удара ножом по задней поверхности грудной клетки (спине). Своими умышленными преступными действиями Нагаева причинила потерпевшему АО телесное повреждение в виде колото-резаного ранения грудной клетки (рана располагается на спине в левой лопаточной области), проникающего в левую плевральную полость с верхней доли левого легкого, которое применительно к живым лицам оценивается по Правилам определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 и в соответствии с п. 6.1.9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Вышеуказанное ранение находится в прямой причинно-следственной связи со смертью потерпевшего АО, скончавшегося через несколько десятков минут после его получения в ГБУЗ ПК «Краевая больница им. ак. ФИО2» г. Березники.

Кроме того, своими умышленными преступными действиями Нагаева причинила потерпевшему АО две слепые (непроникающие) колото-резаные раны грудной клетки (в правой лопаточной области), которые применительно к живым лицам оцениваются по Правилам определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 и в соответствии с п. 8.1Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (продолжительностью не свыше 3-х недель).

Подсудимая Нагаева вину в совершении преступления признала частично, отрицала умысел на убийство, от дачи показаний отказалась, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

Из показаний Нагаевой, оглашенных в судебном заседании, следует, что, будучи допрошенной 14.10.2023 в качестве подозреваемой в присутствии защитника Нагаева пояснила, что она проживает по <адрес> в <адрес> совместно с ее трехлетней дочерью. С АО знакома с 2022 года. Ранее они на протяжении примерно трех месяцев состояли в отношениях, после чего расстались, но АО продолжал к ней приходить, она была против этого. 13.10.2023 около 11 часов 00 минут к ней домой пришел АО, и они вместе распивали спиртное. Спустя примерно два часа она ушла укладывать дочь спать, попросила друга АО – М., забрать его. М. забрал АО. Затем около 22 часов 00 минут они с дочерью легли спать. Уже 14.10.2023, в ночное время, она проснулась от того, что ее кто-то хватает. Открыв глаза, она увидела АО, который стоял над ней, с бутылкой водки, и пил ее из горлышка. АО стал кричать в ее адрес: «Убью, завалю, никому не достанешься». Она вытолкала АО в прихожую, от ее толчков он покачнулся, но не падал. На вопрос, почему в объяснении указано, что АО падал в прихожей, Нагаева ответила, что она что-то спутала, так как до этих событий, 12.10.2023, АО в ее квартире падал на журнальный столик и сломал его головой. Далее она пыталась успокоить АО, говорила, чтобы он шел домой. АО отвечал, что никуда не уйдет, уйдет только через ее труп, оскорблял ее называя «шалавой» и «проституткой». После этого АО, продолжая удерживать бутылку водки в руках, пошел на кухню, где сказал ей: «Сейчас завалю, зарежу, никому не достанешься». На кухне АО поставил бутылку на стол, и стоял лицом к окну, схватившись за стол левой рукой. Она стояла позади, у него за спиной. Она подумала, что сейчас он схватит нож и воткнет в нее, потому что тот продолжал высказывать угрозы в ее адрес, потянулся в сторону ножа правой рукой. Она испугалась за себя и за ребенка, боялась, что ребенок останется сиротой, если АО ее убьет. Тогда она схватила нож, взяла его в правую руку и сразу же нанесла ему три удара ножом в спину. Нож положила обратно на стол. В тот момент, когда она схватила нож и ударила, АО продолжал высказывать угрозы убийства в ее адрес. От ее ударов АО упал на спину к шкафу. Все это происходило очень быстро. После того, как АО упал, он продолжал угрожать ее убить, а потом начал просить помощи. Она увидела под его спиной кровь на полу, и он сказал, что ему больно, она поняла, что нужно перетянуть рану. Тогда она побежала за пеленкой в прихожую, после чего попыталась его перевязать. После этого вызвала скорую помощь. Спустя примерно двадцать-тридцать минут приехала скорая помощь и увезла АО в больницу. Отвечая на вопросы следователя, пояснила, что нанесла АО три удара в область спины затем, чтоб выставить его из квартиры, защитить себя и ребенка. Хотела, чтобы он испугался и ушел из ее квартиры. Убивать его не хотела. О том, что в области грудной клетки сзади расположены жизненно-важные органы, и что нанося удары ножом в область спины можно убить человека, она не знала. Уточнила, что в момент нанесения ею ударов ножом АО тот насилия к ней не применял, ударов не наносил, высказывал лишь словесные угрозы убийством (т.1 л.д.77-81).

Будучи допрошенной 20.10.2023 и 06.12.2023 в качестве обвиняемой, в присутствии защитника, Нагаева вину в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ признала полностью, от дачи показаний отказалась, подтвердив показания данные в качестве подозреваемой, дополнительно пояснила, что в момент нанесения ударов ножом АО она была трезвая, спиртное употребила уже после нанесения ударов, на следующий день (т.1 л.д.131-135, т.2 л.д.6-10).

Согласно протоколу проверки показаний на месте обвиняемая Нагаева, в присутствии защитника, находясь на месте происшествия, в кухне своей квартиры, рассказала, продемострировав с использованием муляжа ножа и манекена, о событиях произошедших в ночь на 14.10.2023, сообщив, что 14.10.2023 в ночное время, она проснулась от того, что ее кто-то хватает. Открыв глаза, она увидела АО, который стоял над ней с бутылкой водки и пил из горлышка, при этом высказывал в ее адрес угрозы: «Убью, завалю, никому не достанешься». Она встала и вытолкала АО в прихожую. Далее она пыталась его успокоить, говорила, чтобы он шел домой, но АО отвечал, что никуда не уйдет, уйдет только через ее «труп», оскорблял ее. После этого АО с бутылкой водки, которую держал в руках, пошел на кухню. По дороге на кухню и на кухне он говорил ей: «Сейчас завалю, зарежу, никому не достанешься». На кухне он поставил бутылку на стол, схватился за стол левой рукой, правой рукой потянулся к ножу, который лежал возле левого края стола. При этом Нагаева с использованием манекена показала, что АО стоял лицом к окну, опершись на стол и немного наклонившись вперед, она стояла позади него. Она испугалась за себя и за ребенка, схватила нож сначала в левую руку (показала, что схватила нож со стола, стоя позади манекена, заведя свою левую руку под левую руку манекена), тут же переложила нож в правую руку, взяв его обратным хватом – лезвием вниз, и сразу же нанесла АО три удара ножом в спину. Нож положила обратно на стол. От ее ударов АО упал на спину к шкафу (указала на место у шкафа под кухонной мойкой) (т.1 л.д.231-242).

После оглашения данных показаний Нагаева их подтвердила частично, настаивая, что умысла на убийство АО у нее не было, и в момент нанесения ударов АО ножом она была трезвая, выпила спиртное после того, как из ее квартиры следом за бригадой скорой помощи уехали сотрудники полиции. Отвечая на вопросы сторон, пояснила, что когда АО разбудил ее, из одежды на нем были одеты только брюки, куртку он бросил в прихожей. С того момента как он ее разбудил и до того момента как она ударила его ножом прошло порядка 20 минут, за это время она не пыталась вызвать полицию, не пыталась выйти из квартиры и обратиться к соседям за помощью. Во время нахождения на кухне АО нож не брал, но ей показалось, что он может взять его, и поэтому она взяла нож сама. Взяв нож в руки, она хотела напугать АО, поцарапать его, но при этом нож АО в своих руках она не продемонстрировала, требований уйти из квартиры ему не высказала, так же не сказала в ответ на его угрозы, что у нее есть нож и она будет им защищаться. Вместо всего этого она, взяв нож со стола и зажав его в правой руке лезвием к мизинцу, сразу нанесла им АО три удара в спину, и вернула нож на место где взяла, на стол. Затем, когда АО упал, он продолжал на нее ругаться и оскорблять, но после стал просить о помощи. Она перевернула его и увидела кровь. Желая помочь ему она сходила в ванную за пеленкой, чтоб перевязать. Затем вызвала скорую помощь. Ранее во время конфликтов АО ее никогда побоям не подвергал, никакого вреда ни ей, ни ее дочери не причинял. Почему в этот раз она испугалась угроз АО, пояснить не смогла, указав, что все произошло очень быстро, за доли секунды. С того места на кухне, куда АО упал, она его не перемещала, лишь переворачивала, чтоб осмотреть рану. Откуда на полу в коридоре квартиры от кухни к входной двери, и на площадке перед ее квартирой следы крови в виде капель, объяснить не смогла, предположив, что кровь капала из раны АО, когда его выносили врачи из ее квартиры. Она действительно затирала кровь в коридоре, но сделала это по требованию сотрудников полиции. Так же Нагаева подтвердила показания потерпевшего АИ., сообщила о том, что действительно АО из-за проблем с ногами плохо передвигался, трезвый по улице ходил с палочкой, пьяный ходил еще хуже. В ночь событий, когда она выталкивала его из комнаты, АО хватался за стены, чтоб не упасть, на кухне схватился за стол. Но, несмотря на это, она не знала что у него на уме и опасалась за свою жизнь.

Из протокола явки с повинной, следует, что обратившись в правоохранительные органы 14.10.2023, Нагаева сообщила, что в ночное время 14.10.2023 в ее квартиру, расположенную по <адрес>, где находилась она со своей двухлетней дочерью, через незапертую дверь зашел ее знакомый АО, с которым накануне они распивали спиртное. АО стал вести себя агрессивно, высказывал угрозы убийством, но насилия к ней не применял, побоям не подвергал. Она его пыталась выгнать из квартиры, но АО не уходил. Сначала она его вытолкала в прихожую, АО упал, затем встал и пошел на кухню, где стал пить водку из горлышка. На кухне, сидя на табуретке, АО снова сказал: «Я сейчас встану и тебя завалю», после чего потянулся к столу, где лежал кухонный нож. Она испугалась, схватила нож раньше него и ударила его ножом в спину три раза, отчего тот упал на пол, из ран потекла кровь. Она позвонила в скорую помощь и сообщила о случившемся. Затем работники скорой помощи приехали и увезли его в больницу. От сотрудников полиции она узнала, что АО умер в больнице. В содеянном раскаивается, вину признает (т.1 л.д.20-21). После оглашения протокола Нагаева подтвердила изложенную в нем информация, указав, что явку с повинной давала в следственном отделе, куда была вызвана сотрудниками полиции, сообщившими, что АО в больнице умер.

Потерпевший АИ показал, что погибший АО, его отец. Отец с детства был инвалидом, при рождении ему повредили ногу, из-за чего он плохо ходил, хромая, и испытывал постоянные боли в левой ноге. Отец жил один, выпивал, но не сильно. В состоянии опьянения агрессии не проявляя, драки не учинял, чаще ложился спать. Поскольку он проживает и работает в <адрес>, с отцом встречался не более двух раз в год, но они постоянно созванивались. Он знал от отца, что последние полтора года тот поддерживает отношения с Нагаевой, при этом периодически проживал у той. Сам он с Нагаевой знаком не был. Отец говорил, что отношения у них сложные, между ними нет понимания, рассказывал, что часто происходят ссоры, в ходе которых Нагаева бьет его. Незадолго до смерти отца тот сказал, что Нагаева в ходе ссоры ударила его стулом, разбив голову. Но как он понял, отец за помощью в связи с причинением ему Нагаевой побоев никуда не обращался. 10.10.2023 он разговаривал с отцом последний раз. 15.10.2023 от своего дяди, брата отца, он узнал о том, что отец умер в 1-й городской больнице в Березниках, куда был доставлен с ножевым ранением. О причастности Нагаевой к убийству его отца ему стало известно от следователя расследовавшего дело.

Свидетель М. показал, что накануне дня, когда к нему пришли сотрудники полиции и сообщили, что его друг, АО, умер, в дневное время, около трех часов дня с телефона АО ему на телефон позвонила Нагаева, которая попросила забрать из ее квартиры АО, так как ей хочется отдохнуть, а АО не уходит. В течение получаса после звонка он пришел в квартиру Нагаевой. Нагаева и АО были в состоянии несильного опьянения, у них еще была водка. В его присутствии на кухне они выпили по паре стопок, после чего они с АО ушли. Он проводил АО до дома. Никаких видимых повреждений на теле АО он не заметил. В начале восьмого часа вечера АО позвонил ему и предложил сходить в магазин, он согласился, стал одеваться, но АО перезвонил и сказал, что передумал, никуда не пойдет. По голосу АО был нормальный. На следующий день от полиции он узнал, что АО умер. Как человека охарактеризовать АО может с хорошей стороны. Они дружили больше 3 лет, вместе рыбачили, ходили за грибами, он помогал АО в работе по огороду, так же вместе выпивали. О том, что АО встречался с Нагаевой он знал, но их отношениями не интересовался, сам с Нагаевой не общался. АО в состоянии алкогольного опьянения начинал громко разговаривать, но сам ни к кому не лез, не приставал, агрессию не проявлял. АО был с детства инвалид, так как одна нога у него была короче другой, из-за этого он плохо ходил, а когда выпивал, то ходил еще медленнее, быстро уставал, жаловался на боль в коленях.

Из показаний М., оглашенных в судебном заседании, следует, что будучи допрошенным 15.10.2023, в ходе предварительного следствия, он показал, что АО и Нагаева проживали по соседству в <адрес>. АО во втором подъезде на третьем этаже, а Нагаева в третьем подъезде на пятом этаже. 13.10.2023 около 12 часов ему позвонила Нагаева с номера телефона АО и попросила того забрать из ее квартиры. При этом сказала, что ударила АО телефоном по голове, но тот все равно ее не понимает. Когда он пришел, и АО, и Нагаева находились в состоянии опьянения. На лице у АО он увидел старую рану. Он увел АО из квартиры Нагаевой в квартиру АО, а сам ушел домой. После этого в 19 часов 20 минут он созвонился с ФИО3, и тот сказал, что будет находиться дома, никуда не пойдет. Когда АО выпивал, то не следил за языком, но руки не распускал, агрессивно себя не вел (т.1 л.д.92-95). После оглашения протокола М. подтвердил изложенные в нем показания, указав, что ранее события помнил лучше.

Из протокола осмотра места происшествия от 14.10.2023 и протокола дополнительного осмотра места происшествия, с фототаблицами к ним, следует, что в ходе осмотра квартиры по <адрес> 14.10.2023 зафиксировано, что в комнатах квартиры порядок не нарушен, на полу кухни и предметах установленной там мебели имеются обильные следы вещества бурого цвета. В коридоре квартиры и в подъезде на лестничной площадке перед входной дверью в квартиру, на полу, обнаружены следы вещества бурого цвета в виде капель, часть из которых размазаны. На кухне на обеденном столе придвинутом к мойке, обнаружен и изъят нож с веществом бурого цвета на клинке, на столе расположенном между окном и газовой плитой обнаружена бутылка из под водки «Майкопская», емкостью 0,5 литра, на которой обнаружены и изъяты следы рук. В ходе дополнительного осмотра места происшествия 15.10.2023 в комнате квартиры изъяты следы вещества бурого цвета с табурета, с кухонного гарнитура, газовой плиты и стола, обнаружен и изъят халат махровый, в который, со слов присутствующей при осмотре Нагаевой, она была одета в ночное время 14.10.2023 (т.1 л.д.6-13, 82-91).

Из протокола осмотра места происшествия от 14.10.2023 следует, что в смотровой палате приемного покоя ГБУЗ ПК «КБ им. Вагнера г. Березники» осмотрен труп АО., в области грудной клетки (на спине) которого зафиксировано наличие резаных ран; на спине, на груди (спереди), на животе на кистях обеих рук зафиксированы засохшие следы вещества бурого цвета. На момент осмотра на трупе АО одеты: трусы и штаны, на которых имеются следы вещества бурого цвета. В карманах штанов обнаружены: мобильный телефон, две пластиковые банковские карты, зажигалка, связка ключей, две упаковки таблеток «парацетамол» (т.1 л.д.27-35).

Согласно заключению эксперта №, данному по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы, в ходе исследования трупа АО., ДД.ММ.ГГГГ г.р., помимо ушибленных ран, кровоподтеков и ссадин, обнаружены: колото-резаное ранение грудной клетки (рана располагается на спине, в левой лопаточной области), проникающее в левую плевральную полость с верхней доли левого легкого. Длина раневого канала 10,0 см, направление сзади наперед и несколько сверху вниз; слепые (непроникающие) колото-резаные раны (2) грудной клетки (в правой лопаточной области). Указанные колото-резаные ранения грудной клетки, исходя из их морфологических свойств, образовались прижизненно, до госпитализации АО, от трех ударных воздействий орудием (предметом) с острой режущей кромкой (лезвием) возможно клинком ножа в спину пострадавшего.

Смерть АО наступила от колото-резаного ранения грудной клетки (рана располагается на спине, в левой лопаточной области), проникающего в левую плевральную полость с верхней доли левого легкого, повлекшее развитие внутреннего кровотечения со скоплением крови в левой плевральной полости и согласно «Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 №522 и в соответствии с п.6.1.9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных 24.04.2008 приказом №194н Минздравсоцразвития Российской Федерации, данное ранение квалифицируется как тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. Слепые (непроникающие) колото-резаные раны (2) грудной клетки (в правой лопаточной области) в причинно-следственной связи с наступлением смерти АО не состоят и согласно «Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 №522 и в соответствии с п.8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 24.04.2008 №194н, квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (продолжительностью не свыше 3-х недель). При судебно-химическом исследовании крови и мочи, взятых от трупа АО, обнаружен этиловый алкоголь в концентрации 2,9% и 3,5% соответственно, из чего следует, что на момент смерти АО находился в состоянии алкогольной интоксикации (т.1 л.д.39-52).

Согласно протоколу освидетельствования и акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, в ходе освидетельствования подозреваемой Нагаевой проведенного 14.10.2023 с 19.00 час. у Нагаевой установлено состояние опьянения. Отвечая на вопросы врача Нагаева сообщила, что «употребляла алкоголь ночью и сегодня утром». При внешнем осмотре ушибов и повреждений не установлено, жалоб на свое состояние Нагаева не заявила (т.1 л.д.60-65,66).

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ данного по результатам проведения судебно-медицинской экспертизы, в ходе объективного обследования телесных повреждений у Нагаевой не выявлено (т.1 л.д.115-116).

Из протоколов выемки и осмотра предметов следует, что в ходе осмотра кухонного ножа и халата, изъятых в ходе осмотра и дополнительного осмотра места происшествия, в квартире Нагаевой, а так же штанов обвиняемой Нагаевой, изъятых в ходе выемки 14.10.2023, на указанных предметах обнаружены пятна вещества бурого цвета, а так же зафиксировано, что общая длина ножа составляет 26,2 см, длина лезвия 14 см, ширина 2,3 см (т.1 л.д.136-144, л.д.68-71).

В соответствии с заключением эксперта №, данного по результатам молекулярно-генетической судебной экспертизы, на клинке ножа, изъятого в квартире Нагаевой в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, принадлежащая АО с вероятностью более 99,99%. На рукоятке ножа установлено наличие крови и контактных следов, которые являются смешанными, состоят из генетического материала потерпевшего АО и обвиняемой Нагаевой (т.1 л.д.149-158).

В соответствии с заключением эксперта №, данного по результатам судебно-биологической экспертизы, на смывах с кухонного гарнитура, газовой плиты, пола и табурета изъятых при осмотре места происшествия, квартиры Нагаевой, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего АО, и исключается происхождение обнаруженной крови от обвиняемой Нагаевой. На халате и штанах Нагаевой обнаружена кровь человека, установить происхождение которой не представилось возможным (т.1 л.д.163-166).

Согласно заключению эксперта №мко, данного по результатам судебной медико-криминалистической экспертизы, повреждение на предоставленном макропрепарате кожных покровов от трупа АО является колото-резаной раной, образовавшейся за счет воздействия колюще-режущего орудия типа клинка ножа, и могла быть причинена пострадавшему в результате воздействия клинком предоставленного на исследование кухонного ножа либо иным орудием, обладающим сходными следообразующими свойствами (т.1 л.д.172-179).

В соответствии с заключением эксперта №, данного по результатам судебной дактолоскопической экспертизы, след пальца руки, изъятый с бутылки из-под водки «Майкопская» в ходе осмотра места происшествия в квартире по <адрес> оставлен Нагаевой А.Н. (т.1 л.д.185-192).

Из копии карты вызова скорой помощи следует, что 14.10.2023 в 03.35 час. поступил вызов на адрес <адрес>, в 03.41 час. зафиксировано прибытие бригады (т.1 л.д.123-124).

Оценив доказательства в их совокупности, суд признает их относимыми, допустимыми и достаточными для установления вины подсудимой Нагаевой в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора.

В основу обвинительного приговора суд берет показания самой подсудимой, данные ею как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, из которых следует, что распивая в течение нескольких дней с АО спиртные напитки, в том числе и в течение дня 13.10.2023, она, проснувшись ночью 14.10.2023 увидела, что рядом с ней стоит АО в состоянии опьянения, с бутылкой водки в руках, который высказывал в ее адрес оскорбления и говорил, что «завалит». Поскольку АО являлся инвалидом из-за проблем с ногами, и имел ограничения в передвижениях, а в состоянии опьянения передвигался еще хуже, она вытолкала его из комнаты, он чтоб не упасть хватался за стены, но из квартиры не ушел, а в коридоре свернул в сторону кухни. Зайдя в кухню, АО оперся на кухонный стол, с которого не была убрана посуда, в том числе лежал нож, и продолжил высказывать в ее адрес угрозы и оскорбления. В какой-то момент ей показалось, что АО может взять нож, испугавшись, что он может его применить, она левой рукой схватила нож со стола, переложила его себе в правую руку, и тут же нанесла АО три удара ножом в область спины, после чего положила нож на прежнее место, на стол. Пока она наносила удары, АО продолжал ругаться в ее адрес. Затем он упал, но и тогда продолжил ругаться. Через некоторое время АО стал просить помощи, и она увидела, что у него за спиной кровь. Осмотрев его, она решила оказать ему помощь, и направилась в ванную за пеленкой, чтоб перетянуть ему рану. Затем она вызвала скорую помощь, которая по прибытии увезла АО в больницу. Показания подсудимой согласуются с показаниями свидетеля М., данными как в ходе предварительного следствия так и в судебном заседании, и сообщившего, что АО плохо передвигался из-за травмы ног полученной при рождении, в состоянии алкогольного опьянения, АО ходил хуже. 13.10.2023 в дневное время ему позвонила Нагаева, которая попросила забрать от нее АО, сообщив, что ударила АО телефоном по голове. Он увел АО домой. И Нагаева, и АО в этот момент находились в состоянии опьянения, но не сильного; показаниями потерпевшего АИ, показавшего, что со слов отца, АО, ему известно, что тот поддерживал отношения с Нагаевой, при этом отец рассказывал ему, что у них нет с ней взаимопонимания, что в ходе конфликтов она бьет его, а в один из последних конфликтов, Нагаева ударила отца табуретом по голове. Отец являлся инвалидом с детства, у него были больные ноги, передвигался он с тростью, находясь в состоянии опьянения ходил хуже. 15.10.2023 ему сообщили, что отец умер от ножевых ранений, которые ему нанесла Нагаева.

Показания указанных лиц согласуются с письменными доказательствами по делу, а именно: копией карты вызова скорой медицинской помощи и заключением судебно-медицинского эксперта, из которых следует, что у потерпевшего АО при доставлении его в медицинское учреждение были зафиксированы три колото-резаных ранения грудной клетки, одно из которых квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, поскольку являлось проникающим, сопровождалось внутренним кровотечением со скоплением крови в левой плевральной полости и в результате повлекло смерть потерпевшего, зафиксированную в 06:30 часов 14.10.2023; протоколом осмотра места происшествия, которым зафиксировано наличие обильных пятен крови на кухне и в коридоре квартиры Нагаевой, а так же в подъезде на полу лестничной площадки перед входной дверью квартиры, на столе на кухне обнаружен и изъят нож, на клинке которого экспертом так же установлено наличие крови человека, а так же заключением эксперта, из которого следует, что обнаруженная на полу, на газовой плите, шкафах и табурете кухни, а так же на клинке и рукояти ножа кровь с вероятностью более 99,99% принадлежит потерпевшему АО, а на рукоятке ножа обнаружен в следовых количествах генетический материал Нагаевой; заключением судебно-медицинского эксперта, указавшего, что ранение, повлекшее смерть АО, могло быть причинено ему ножом изъятым на месте происшествия в квартире Нагаевой.

Оснований не доверять показаниям подсудимой в части нанесения ею трех ударов ножом потерпевшему, показаниям потерпевшего и свидетеля суд не усматривает, так как их показания внутренних противоречий не содержат, согласуются как между собой, так и с письменными материалами дела, и в совокупности своей позволяют суду установить фактические обстоятельства произошедших событий.

Оснований для самооговора подсудимой суд также не установил, принимая во внимание, что показания, положенные в основу обвинительного приговора, были даны подсудимой в присутствии защитника после разъяснения ей прав.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действия Нагаевой являются убийством, то есть умышленным причинением смерти другому человеку.

На наличие у Нагаевой умысла на причинение смерти АО указывает способ совершения преступления, а именно нанесение ею трех ударов колюще-режущим орудием – ножом, с лезвием длиной 14 см и шириной 2,3 см, обладающим большими поражающими свойствами, в область расположения жизненно-важных органов – грудной клетки, в результате чего потерпевшему было причинено проникающее в левую плевральную полость с верхней доли левого легкого колото-резаное ранение грудной клетки, повлекшее развитие внутреннего кровотечения, а затем и смерть потерпевшего, наступившую через несколько десятков минут. Установленная экспертом глубина раневого канала – 10 см, свидетельствует о применении значительной силы Нагаевой при нанесении ударов ножом потерпевшему.

Анализ показаний Нагаевой в совокупности с выводами судебно-медицинского эксперта, протоколом осмотра места происшествия и другими доказательствами по делу позволяет суду сделать бесспорный вывод о том, что подсудимая осознавала противоправный характер своих действий, предвидела возможность наступления конкретных общественно-опасных последствий – смерти АО и желала наступления этих последствий, то есть действовала с прямым умыслом на причинение смерти потерпевшему АО. При этом преступление совершено Нагаевой на почве личных неприязненных отношений.

В судебном заседании достоверно установлено, что в момент нанесения Нагаевой ударов ножом потерпевшему, со стороны АО никаких противоправных действий в отношении Нагаевой, не совершалось, жизни и здоровью Нагаевой и ее дочери ничто не угрожало, следовательно, ее действия по причинению потерпевшему телесных повреждений повлекших смерть АО не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни к потерпевшему, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями ст. 37 УК РФ. В связи с чем, вопреки доводам защиты, суд не усматривает оснований для квалификации действий Нагаевой по ч. 1 ст. 108 УК РФ, как убийства совершенного при превышении пределов необходимой обороны.

Как следует из недует, что ения судебно-медицинского жэсперта ия вий верждаются письменными доказательствами по делу, согласно которых смерть заключения комиссии экспертов №, данного по результатам проведенной амбулаторной комплексной судебной психиатрической экспертизы, в период инкриминируемого деяния Нагаева находилась вне какого-либо временного психического расстройства, а в состоянии простого алкогольного опьянения. По своему психическому состоянию она в тот период могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Нагаева хроническим психиатрическим расстройством, слабоумием не страдала ранее и не страдает в настоящее время, а у нее имеются синдром зависимости от нескольких психоактивных веществ (опиоидов и алкоголя). Имеющиеся у Нагаевой изменения психики не столь значительны, не сопровождаются грубыми нарушениями мышления, интеллекта, памяти, критических способностей и не лишают ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера она не нуждается, но в связи с выявленным у нее синдромом зависимости от наркотических средств, нуждается в лечении и медико-социальной реабилитации по поводу наркомании (т.1 л.д.197-199).

Оснований не доверять указанному заключению комиссии экспертов суд не усматривает, так как судом не установлено каких-либо нарушений при производстве экспертизы, которые бы ставили под сомнение достоверность результатов экспертного заключения.

Суд считает необходимым исключить из описания преступного деяния Нагаевой совершение ею преступления в состоянии алкогольного опьянения, в связи с отсутствием совокупности бесспорных доказательств, поскольку Нагаева, как в ходе предварительного следствия так и в судебном заседании, указывала, что спиртное она выпивала в дневное время 13.10.2023, а затем употребила спиртное только после совершения преступления, и после ухода из её квартиры, в ночное время 14.10.2023, сотрудников полиции осматривавших место происшествия, и на момент событий находилась в трезвом состоянии. Освидетельствование на состояние опьянения Нагаевой, которая не задерживалась, и которым установлено наличие у нее состояния опьянения, проведено после 19.00 часов 14.10.2023 года.

Оснований полагать, что преступление совершено Нагаевой в состоянии аффекта так же не имеется, поскольку судом установлено, что преступление совершено Нагаевой на почве личных неприязненных отношений. Действия подсудимой носили осознанный и целенаправленный характер, она ориентировалась в окружающей обстановке.

Оснований для признания поведения АО противоправным и послужившим основанием для совершения преступления не имеется, поскольку помимо того, что АО не применял к Нагаевой физическую силу, что следует из показаний подсудимой и согласуется с заключением эксперта об отсутствии у нее каких-либо телесных повреждений, версия подсудимой о том, что АО вопреки ее воле проник в квартиру, и его приход в ночное время был для нее неожиданным, а так же то, что после причинения ею АО ножевого ранения она незамедлительно вызвала скорую помощь, представляется недостоверной, исходя из объективных доказательств, установленных по делу. Так, на момент убийства из одежды на АО, который по версии Нагаевой пришел к ней из соседнего подъезда в ночное время поздней осенью, находились лишь брюки, при этом, вопреки доводам подсудимой в прихожей брошенной мужской куртки ни в протоколе осмотра места происшествия, ни на фототаблице, не зафиксировано, но на последней зафиксирована пара обуви большого размера аккуратно стоящая у стены в прихожей. Из медицинских документов следует, что с момента вызова скорой помощи в 03.35 час, и до прибытия бригады в 03.41 час. на адрес Нагаевой, прошло 6 минут. В 04.05 час. от фельдшера бригады скорой помощи поступило сообщение в ОМВД о ножевом ранении АО. Затем в течение часа, сотрудниками скорой помощи в отношении АО проводились мероприятия направленные на стабилизацию его состояния для транспортировки в медучреждение. Из показаний подсудимой следует, что сотрудники полиции прибыли в квартиру в момент нахождения там сотрудников скорой помощи. На момент проведения осмотра места происшествия сотрудниками СОГ обильные следы крови в виде капель имеющиеся на полу коридора квартиры и лестничной площадки, были частично затерты. При этом аналогичные следы крови на лестничных маршах с пятого по первый этаж в ходе осмотра места происшествия не зафиксированы, что опровергает версию подсудимой о их образовании при транспортировке АО в машину скорой помощи.

Доводы подсудимой о том, что после нанесения трех ударов ножом, она иных действий направленных на незамедлительное наступление смерти АО не совершала, а так же вызвала для потерпевшего скорую помощь, судом принимаются, однако с учетом совокупности иных установленных в судебном заседании обстоятельств, они не могут являться бесспорным основанием для признания отсутствия в действиях Нагаевой умысла на убийство АО, поскольку судом бесспорно установлено наличие такого умысла и его реализация Нагаевой, выполнившей в полном объеме объективную сторону преступления.

Таким образом, суд считает вину подсудимой Нагаевой в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, установленной с достаточной полнотой.

Действия подсудимой Нагаевой суд квалифицирует по ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимой, которая в целом характеризуется посредственно (т.л.2 д.16-68, 125, 141-150).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой, суд учитывает признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной (т.1 л.д.20-21), наличие малолетнего ребенка НВ, ДД.ММ.ГГГГ рождения, оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Принимая во внимание, что Нагаева лишена родительских прав в отношении малолетней дочери ЗС, ДД.ММ.ГГГГ рождения, оснований для признания наличия указанного малолетнего ребенка в качестве смягчающего наказания Нагаевой обстоятельства, оснований не имеется.

Вопреки доводам защиты оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства «активное способствование расследованию преступления» не имеется, поскольку в ходе допросов и при проверке показаний на месте Нагаева лишь подробно рассказала, продемонстрировав на месте происшествия, об обстоятельствах совершенного ей преступления, сообщенных ею ранее при даче явки с повинной.

Отягчающим наказание подсудимой Нагаевой обстоятельством в силу положений п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ является рецидив преступлений, образованный судимостью по приговору Александровского городского суда Пермского края от 09.06.2014. Указанное обстоятельство влечет назначение наказания по правилам ч.2 ст.68 УК РФ, и исключает возможность применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и ст.73 УК РФ.

В соответствии с п. «б» ч.3 ст.18 УК РФ содержащийся в действиях Нагаевой рецидив является особо опасным.

Совершение подсудимой умышленного преступления против жизни, относящегося к категории особо тяжких, мотивы и фактические обстоятельства его совершения в совокупности с данными о личности Нагаевой, свидетельствуют об общественной опасности личности подсудимой, в связи с чем, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, наказание ей следует назначить в виде реального лишения свободы. Учитывая вышеизложенное, а так же отсутствие обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, оснований для применения при назначении наказания Нагаевой положений ст. 64 УК РФ и ч. 3 ст. 68 УК РФ, не имеется.

Кроме того, с учетом фактических обстоятельств совершенного преступления, выявленного у Нагаевой в ходе проведения судебно-психиатрической экспертизы синдрома зависимости от наркотических средств, требующего лечения и медико-социальной реабилитации по поводу наркомании (т.1 л.д.197-199, т.2 л.д.142), а так же в целях контроля за посткриминальным поведением осужденной, суд приходит к выводу о целесообразности назначения Нагаевой дополнительного вида наказания, предусмотренного санкцией ст.105 УК РФ, в виде ограничения свободы, поскольку указанное будет более полно способствовать целям наказания – исправлению осужденной и предупреждению совершения ей новых преступлений.

Принимая во внимание наличие у Нагаевой вышеуказанной зависимости, учитывая то обстоятельство, что ДД.ММ.ГГГГ она привлекалась к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ, за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей по воспитанию и содержанию детей, а именно малолетней дочери НВ, ДД.ММ.ГГГГ, а так же сведения предоставленные ГКУСО ПК «Центр помощи детям оставшимся без попечения родителей» г.Березники (т.2 л.д.146-150), с учетом признания Нагаевой виновной в совершении преступления против личности, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 1 ст. 82 УК РФ.

Определяя размер наказания, суд учитывает наличие смягчающих наказание подсудимой обстоятельств, ее возраст, состояние здоровья (т.2 л.д.29, 127), влияние назначаемого наказания на условия жизни ее семьи и состояние здоровья членов ее семьи, а также требования ч.2 ст.68 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307, ст.308, ст. 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать Нагаеву Александру Николаевну виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, установив ей следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в период времени с 22:00 часов до 06:00 часов суток; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденная будет проживать после отбытия наказания в виде лишения свободы, не изменять место постоянного жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Возложить на Нагаеву А.Н. обязанность являться не реже двух раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения Нагаевой А.Н. в виде запрета определенных действий изменить на заключение под стражу, взять ее под стражу в зале суда.

Срок наказания Нагаевой А.Н. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч.3.2 ст.72 УК РФ время содержания Нагаевой под стражей в период с 17 апреля 2024 года и до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания.

Вещественные доказательства: кухонный нож, четыре смыва вещества бурого цвета, штаны и халат подозреваемой Нагаевой А.Н., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю, – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Александровский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденной Нагаевой А.Н. – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная Нагаева А.Н. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: /подпись/.

Копия верна. Судья: