Приговор № 1-297/2024 от 1 сентября 2024 г. по делу № 1-297/2024

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Астрахань 2 сентября 2024 г.

Ленинский районный суд г. Астрахани в составе:

председательствующего судьи Киселевой Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Зайнуловой А.И.,

с участием государственного обвинителя помощника прокурора Ленинского района г. Астрахани Закиева Р.К.,

защитника адвоката Ибрагимова Т.М.,

рассмотрев уголовное дело в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 <дата обезличена> в период с 17 часов 30 минут по 18 часов 30 минут находился у <адрес> совместно с Щ.В.И., где на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Щ.В.И. между ними произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 возник умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Щ.В.И., опасного для жизни человека.

С целью реализации своего преступного умысла, направленного на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, на почве возникших неприязненный отношений, <дата обезличена> в период с 17 часов 30 минут по 18 часов 30 минут, находясь у <адрес>, действуя умышленно, нанес один удар ногой в область грудной клетки Щ.В.И., от которого последний упал на землю. После чего ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Щ.В.И., опасного для жизни человека, нанес лежащему на земле Щ.В.И. множество ударов руками в область головы.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Щ.В.И., согласно заключению судебно-медицинской экспертизы <№> от <дата обезличена>, телесные повреждения в виде закрытого перелома 5-го левого ребра со смещением костных отломков, подкожной эмфиземы мягких тканей шеи слева и груди слева, левостороннего пневматоракса, ссадин груди. Левосторонний пневматоракс, входящий в комплекс закрытой тупой травмы груди, согласно п. <дата обезличена> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008г. <№>н, расценивается как вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, что является медицинским критерием квалифицирующих признаков в отношении тяжкого вреда здоровью.

Подсудимый ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал, показав, что <дата обезличена> в послеобеденное время находился дома, спал после работы. Примерно в 18 часов его разбудила дочь, одновременно он услышал грохот металлических ворот. Дочь сказала, что «там малыша нашего обижают». Надев штаны и шлепки, выскочил во двор, где в 1,5 метрах от крыльца увидел Щ., который держал его сына левой рукой за запястье, правой рукой за шею, сын пытался вырваться, но Щ. его удерживал. Он спросил, что случилось, сын ничего не смог пояснить, так как у него были передавлены шея и горло. Сын пытался вырваться, Щ. еще сильнее начал его удерживать. Он подошел к Щ. и сыну, раздвинул их и попросил нормально объяснить. Щ. был неадекватным, в пьяном угаре, стоял и качался, был в грязной одежде, у него был такой вид, что он принял Щ. за бомжа. Он не понимал, что говорит Щ., тот кричал с матом: «я тебя засужу, у меня всё для этого есть, на тебя найду управу». Никакой личной неприязни он к нему не испытывал, до конца не понимал, кто он. Щ. его куда-то звал показать, что натворил сын. Чтобы разрядить обстановку, он согласился пойти посмотреть, при этом сына взял с собой. По дороге Щ.В.И. скандалил, ругался, кричал. Они направились от его дома по мосту через речку, в камыши, где сидел бездомный по имени В. и еще один человек. Он подошел и спросил, что тут случилось. В. и другой мужчина были пьяные, у В. было надорвано ухо, правая сторона лица и плечо было в крови. У второго мужчины была порвана футболка и по правой руке текла кровь. Он спросил, что случилось? На что Щ. сказал, что «ну ты, судя по всему, до конца так и не понял, мы тебя засудим, у нас для этого всё есть, всё готово» и демонстративно начал падать, махать руками. Там стояло какое-то основание от дивана, Щ. падал на него и корчился, что у него сердце болит. Так не менее двух раз: встанет, поразмахивает руками и падает. И потом сказал: «Вызывай скорую, мне плохо с сердцем». По количеству бутылок и стаканов было видно, что там было примерно 6 человек. Он согласился вызвать скорую помощь, но обнаружил отсутствие телефона. Когда все это происходило, Щ. сказал: «я привел этих ребят, давай с ними разберемся». Они сидят и говорят: «давай разбирайся». Он сказал сыну, чтобы тот принес телефон. Секунд через 10-15 он ушел оттуда к себе домой и вызвал скорую помощь. Когда приехала скорая помощь на <адрес>, то есть по его адресу, он проводил приехавших медицинских работников через мост. На мосту Щ. уже не было. Он спросил у В., где живет Щ., и кто-то сказал, что Щ. живет напротив этого участка. Придя домой к Щ., увидел, что к нему вместе с сотрудниками полиции подъехал его сын. Они зашли в дом, начали осматривать Щ., спросили: «выпивал ли ты в этот день?», он ответил: «да, выпивал». Они сказали, что синяков нет на лице, царапин нет, пятен нет, нигде ничего нет. Щ. сказал, что у него болит сердце, и медицинские работники предложили Щ. поехать в больницу.

Возвращаясь домой, он видел, как В. и другой мужчина, по пояс голые, дрались между собой. В. он знает около 8 лет, он приходил к нему регулярно набрать воды. Его сын не мог бросать камни в В., поскольку воспитан по-другому, приносил В. еду, зимой приносил матрас и одеяло. В. не мог видеть ничего происходящего на мосту, так как там растут высокие камыши, и мост не просматривается.

Позже он узнал, что между Щ. и его сыном был конфликт из-за того, что сын чуть не попал под колеса к Щ.. Спустя некоторое время Щ. встретил его сына в магазине, при всех унизил, оскорблял и заставил его извиниться перед Щ.. ФИО2 Щ. <дата обезличена> он не наносил, так как он сразу сориентировался, что человек, который стоит с ним, является соседом, живет неподалеку. Он понял, что от него никакой угрозы не возникает, сына он отодвин<адрес>, от которого он узнал, что последний наблюдал за происходящим в тот день.

Несмотря на позицию подсудимого ФИО1, его вина в совершении преступления нашла свое подтверждение в исследованных в судебном заседании совокупности доказательств, а именно:

Так, из показаний потерпевшего Щ.В.И., который в судебном заседании подтвердил показания, данные им в ходе предварительного расследования (том 1 л.д. 49-51, 192-194), в том числе показав суду, что <дата обезличена>, возвращаясь с работы, увидел, как трое подростов бросают камни в бездомного, зашел домой, чтобы положить свои вещи, и через 5 минут вышел на улицу, чтобы сделать замечание подросткам. На улице он крикнул подросткам: «Что вы делаете?», после чего двое подростков убежали, а на мосту остался только Г.. Он подошел к Г., чтобы сделать ему замечание и сказал, что хочет поговорить с его родителями, поэтому вместе с ним направился в сторону его дома. Г. <дата обезличена> он не держал одной рукой за запястье, а второй рукой за шею, так как у него в тот период болели руки, и он не мог сжать запястье Г. и держать его за шею. Примерно в 18 часов 00 минут они подошли к дому <№> по <адрес>, чтобы поговорить с его родителями. Он постучал в ворота, однако никто не вышел, после чего он сказал Г., чтобы он позвал родителей. Примерно через 2 минуты со двора выбежал его отец и, не спросив у него ничего, подойдя к нему, нанес ему один удар ногой (какой именно, не помнит), а именно подошвой стопы, в грудную область, от чего он сразу почувствовал сильную физическую боль в груди, у него перебило дыхание, он не мог вдохнуть воздуха, только выдохнуть. От данного удара он отлетел примерно на 1 метр и упал на землю. Мужчина подбежал к нему и начал наносить ему множество ударов кулаками обеих рук в область головы. Он пытался защищаться, закрывая голову руками, при этом в ответ также пытался ударить его наотмашь. Один раз он даже попал в него, но куда именно, он не видел. Все происходило около 5 минут. С самого начала он кричал ему, что пришел поговорить на счет поведения его сына, но он не слушал его. Когда он начал кричать, чтобы он вызвал скорую помощь, пояснив, что ему становится плохо и трудно дышать, мужчина остановился, отошел, он встал и, взявшись за левый бок, пошел домой. Мужчина всё это время шел с ним, а он рассказывал ему по дороге о том, как его сын бросался в мужчину камнями и кирпичами. Пройдя мост, он предложил отцу Г. подойти к мужчине, в которого его сын бросал камни, чтобы он убедился в рассказанном им. Дойдя с ним до этого мужчины, отец Г. решил остаться на улице, чтобы поговорить с ним, а он пошел в сторону дома. Во дворе своего дома он увидел супругу, которая начала его расспрашивать о том, почему он держится за левый бок и что с ним случилось. Супруге он рассказал о случившемся и попросил её вызвать скорую и полицию. Через некоторое время к ним приехали сотрудники полиции, а позже мужчина привел медиков скорой помощи, которых вызывал на свой адрес по <адрес>. После чего его госпитализировали в ГБУЗ АО «АМКОБ».

Когда мужчина выбежал со двора и начал бить его, его сын уже зашел в дом и больше он его не видел, поэтому он не был свидетелем того, как его отец наносил ему телесные повреждения. В момент нанесения ему телесных повреждений рядом он никого не видел. Мужчина во время конфликта никаких угроз в его адрес не высказывал. Впоследствии ему стало известно, что мужчину, который нанес ему телесные повреждения, зовут ФИО1

<дата обезличена> с участием потерпевшего Щ.В.И. был произведен осмотр места происшествия - не асфальтированного участка местности у <адрес>, где Щ.В.И. были нанесены телесные повреждения. В ходе осмотра производилась фотосъемка, с места происшествия ничего не изымалось (том 1 л.д. 25).

Показания потерпевшего Щ.В.И. согласуются и подтверждены заключением судебной медицинской судебной экспертизы <№> от <дата обезличена>, согласно выводам которой у Щ.В.И. отмечены телесные повреждения в виде закрытого перелома 5-го левого ребра со смещением костных отломков, подкожной эмфиземы мягких тканей шеи слева и груди слева, левостороннего пневматоракса, ссадин груди. Левосторонний пневматоракс, входящий в комплекс закрытой тупой травмы груди, согласно п. <дата обезличена> «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и СР РФ от 24.04.2008г. <№>н, расценивается как вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, что является медицинским критерием квалифицирующих признаков в отношении тяжкого вреда здоровью (том 1 л.д. 38-39).

Также показания потерпевшего Щ.В.И. подтверждены показаниями свидетеля Щ.О.Б., которая показала, что <дата обезличена> около 18 часов ее супруг Щ.В.И. вернулся домой с работы и сообщил, что мальчик по имени Г. с другими мальчиками кидали камнями в бездомного, который жил в камышах под мостом через ерик Казачий, на стороне их поселка. Это происходило периодически, она сама это видела ранее. После чего супруг пошел поговорить с родителями мальчиков. Спустя 15-20 минут она увидела, что супруг идет по дороге, весь согнулся, бледный. Увидев ее, стал кричать: «Вызывай скорую, меня избили, я сейчас умру». Она вызвала скорую, а скорая – полицию. Она завела мужа домой, потому что он был весь бледный, не мог дышать, жаловался на сильные боли в левой стороне туловища. Также муж пояснил, что когда довел Г. до его дома, чтобы поговорить с его родителями, со двора выбежал его отец, который сразу нанес ему удар ногой, муж упал, понял, что у него сломано ребро. Он отмахивался от отца Г., лежа на спине, однако Козлов еще раз 5 его ударил. Через некоторое время приехала полиция и скорая помощь. Объяснение у супруга брали в ее присутствии, она сама читала его вслух супругу. Мужа госпитализировали в ГБУЗ АО «АМОКБ», где он находился на стационарном лечении неделю, а затем неделю или две лечился амбулаторно. В тот вечер муж находился в нормальном состоянии, с его слов, выпил 1 бутылку пива объемом 0,33 л.

Показания потерпевшего Щ.В.И. и свидетеля Щ.О.Б. также подтверждены показаниями свидетеля Т.А.А., который показал, что <дата обезличена> он со своими детьми приехал к родителям. Подъезжая к родительскому дому, увидел полицейский УАЗик, с другой стороны моста шли медицинские работники с оранжевыми чемоданами. Медицинские работники искали мужчину, к которому был вызов, зашли во двор родительского дома и прошли в дом. В доме находились 2 сотрудника полиции, его мать и отчим, который сидел на диване, держась за бок. Выяснилось, что медицинскую помощь вызывали его отчиму. В процессе разговора выяснилось, что он был избит. Мужчина, который его избил (указывает на подсудимого ФИО1), также находился в комнате. Отчима осмотрели, медицинские работники заподозрили перелом ребра, и он начал готовиться, чтобы поехать в лечебное учреждение. ФИО1 «отнекивался», что это был он, говорил, что это мог быть кто-то другой, высказывал предположения, что не похоже, что ребро сломали. Со слов матери, Щ.В.И. увидел, что сын ФИО1 бросался камнями в бездомного, который проживал неподалеку от моста. Щ.П.И. повел этого мальчика к его дому домой, чтобы поговорить о его поведении с родителями. Подойдя к дому, отец мальчика без особых слов и разбирательств набросился и нанес удары ему удары, в следствии которых отчим упал, и ему пришлось вернуться домой. Сознание у Щ.В.И. было ясное, запаха алкоголя от него он не ощущал. Внешне видел, что отчиму достаточно больно, он разговаривал с придыханием, держась за бок. Испытывал отдышку и значительную боль. В ходе разговора с Щ.В.И. он пояснил, что ФИО1 подскочил и ударил его в грудь. Через некоторое время приехала еще одна бригада скорой помощи, которая, увидев, что медицинская помощь уже оказывается, сразу уехала. Он присутствовал при осмотре Щ. сотрудниками скорой помощи. Сотрудникам скорой помощи отчим также сказал, что его избил мужчина, когда он привел мальчика побеседовать с родителями, нанеся ему удар в область груди, чем именно, он (Т.А.А.), не помнит. Проводив скорую помощь и полицейских, он, Козлов и его супруга пошли на место, где проживают бездомные. Он поговорил с этим бездомным, который сказал, что его никто не обижает. Не помнит, были ли телесные повреждения у бездомного. Его семья проживает там с 1999 г., и в драках его отчим замечен не был. Может охарактеризовать своего отчима как доброго и мягкого человека, который воспитывал его с 10 лет, и склонным к насилию отчим не является. Супруга подсудимого вела видеосъемку, но он не помнит, чтобы он задавал бездомному вопросы о телесных повреждениях. В его присутствии отчим подписал протокол, составленный сотрудниками полиции, но его состояние не позволяло вчитываться в протокол.

Показания потерпевшего Щ.В.И., свидетелей Щ.О.Б. и Т.А.А. нашли свое подтверждение в показаниях свидетеля М.Т.В. – врача скорой помощи ГБУЗ АО «Центр медицины катастроф и скорой медицинской помощи», согласно которым в июле или августе 2023 г. в вечернее время поступил вызов, что нужна медицинская помощь. Приехав по адресу, их встретил мужчина (подсудимый), который сказал, что помощь нужна не ему, а мужчине по другому адресу, и проводил по другому адресу по мосту через речку. В доме потерпевшего находились 2 или сотрудника полиции, его супруга, и молодой человек, который открыл им калитку. Потерпевший сидел на кухне, держался за бок, не помнит, за какой. Он пояснил, что был удар. Она его осмотрела, затем минут 10 подождала, пока сотрудники полиции собирали материал о случившемся. Потом потерпевшего отвезли в травмпункт, она поставила предварительный диагноз «перелом ребра под вопросом». Потерпевший находился в слегка встревоженном состоянии, был адекватен, сознание ясное, на все вопросы отвечал, держался за ребра. Она спросила, почему он держится за бок, он ответил, что потому что туда был удар. На вопрос, чем его ударили, ответил, что кулаком. Запаха алкоголя она не почувствовала, потерпевший был абсолютно контактен. Запись в карте вызова «был удар кулаком по ребрам и лицу» сделана ей со слов потерпевшего. Когда они уезжали, сотрудники полиции еще оставались на месте.

Свидетель Г.М.М. – заведующий травматологического отделения ГБУЗ АО «ГКБ им. Губиных» показал, что <дата обезличена> Щ.В.И. проводилась операция на правую руку в связи с наличием у него заболевания - контрактуры Дюпюинтрена. Это заболевание приводит к стойкой сгибательной установке пальца, чаще - 4 и 5 пальцев. Данное заболевание позволяет выполнять удержание за руку и за шею первым и вторым пальцами, но осуществить захват всеми 5-ю пальцами невозможно, поскольку они находятся в согнутом положении.

Согласно протоколу принятия устного заявления от потерпевшего Щ.В.И., зарегистрированному в КУСП <№> от <дата обезличена>, Щ.В.И. просит привлечь к ответственности неизвестного ему мужчину славянской внешности, худощавого телосложения, примерный возраст 35-40 лет, рост 160 см., одетого в брюки темного цвета и в футболку черно-белого цвета, который <дата обезличена> примерно в 17 часов 45 минут, находясь на <адрес>, нанес ему телесные повреждения в область правого локтевого сустава, а также нанес удар рукой (кулаком) в область левой груди, также наносил удары в область лица. Тем самым нанес ему телесные повреждения, отчего он почувствовал сильную физическую боль, судебно-медицинскую экспертизу обязуется пройти (том 1 л.д. 6).

Свидетель Б.С.Р. - инспектор роты <№> полка ППСП УМВД России по <адрес>, принявший устное заявление потерпевшего Щ.В.И., зарегистрированное в КУСП <№> от <дата обезличена>, показал, что <дата обезличена> около 18 часов от дежурной части поступило сообщение проследовать на <адрес> или 139, по вызову гр. Щ., в связи с тем, что избили ее мужа. Он и водитель прибыли на адрес, зашли в дом, где находился Щ., который сидел на диване, жаловался на боль в левой части груди, пояснил, что его избил неизвестный мужчина, нанес ему удар ногой и множественные удары по лицу, жаловался также на боль в руке. Рядом находилась его супруга. Она тоже пояснила, что неизвестный мужчина избил ее мужа. Щ. пояснил, что мужчина его избил на <адрес>. Щ. был в адекватном состоянии, жаловался на боль, что ему тяжело дышать, говорил, что болит в левом боку, ребро. Он принял протокол устного заявления, так как Щ. был не в состоянии писать. Спустя какое-то время на этот адрес пришел Козлов со своей супругой. Щ. указал на данного гражданина, что он нанес ему телесные повреждения, ударил ногой в левую часть груди и нанес множественные удары по лицу, Козлов все отрицал. Он не заметил, что Щ. находился в алкогольном опьянении, запаха алкоголя он не почувствовал. Со слов Щ., сын ФИО1 хулиганил на улице, он пошел поговорить с его отцом. Когда он пришел к их дому, Козлов, не выслушав его, сразу начал наносить удары. Изначально Щ. пояснил, что его ударил ногой неизвестный. Замечания на протокол принятия устного заявления и на объяснение от Щ. не поступали. Также в их присутсвии Щ. был осмотрен сотрудниками скорой помощи. Щ. им также пояснял. При каких обстоятельствах получил телесные повреждения. Пришедший в дом Щ. ФИО1 отрицал, что причинил телесные повреждения Щ.. Вместе с К-вым они прошли к камышам напротив дома Щ., где живет бездомный, каких-либо телесных повреждений он на бездомном не видел. Со слов бездомного, он ничего не видел.

Показания свидетеля Б.С.Р. согласуются с показаниями свидетеля К.М.В. – полицейского роты <№> полка ППСП УМВД России по <адрес>, из которых следует, что приехав на вызов вместе с Б.С., к ним обратился потерпевший (Щ.В.И.), сообщив, что неизвестный его ударил в область груди. Щ. сидел, держась за ребра, тяжело дышал, находился в трезвом, вменяемом состоянии, полностью отдавал отчет своим действиям. Была вызвана скорая помощь. Пока они оформляли материал, пришел подсудимый (ФИО1), и Щ.В.И. указал на него, что он ударил его ногой. После чего Щ. был госпитализирован, а Козлов был доставлен в отдел полиции <№>.

Свидетель защиты К.В.Н. в судебном заседании подтвердила показания, данные в ходе предварительного расследования (том 1 л.д. 76-77), в том числе показав суду, что <дата обезличена> примерно в 17.30 ей позвонила дочь и испуганно сказала, что какой-то пьяный мужчина сильно стучит в их ворота, и слышен голос Г.. Спросив ее, отец дома или нет, она сказала, что он спит, и она велела ей разбудить его. Где-то через минут 20 она позвонила мужу, чтоб узнать, что происходит. На что он ей сказал, что пьяный мужчина притащил Г., а подробней расскажет потом и сейчас этот мужчина просит ему вызвать скорую помощь. Когда она подходила к своему дому, муж стоял на улице и ожидал приезда скорой помощи, которую вызвал на их адрес, <адрес>. Скорая приехала после ее прихода минут через 5-10, и она с мужем и двумя медработниками направились на противоположную сторону речки через мост. Муж провел медработников в место в камышах, где они с Щ. расстались, когда он его просил о вызове скорой. Не обнаружив Щ. там, муж начал расспрашивать у других мужчин, которые находились в камышах также в пьяном состоянии, адрес проживания Щ.. Не услышав ничего внятного, они направились искать дом, нашли быстро, так как дом Щ. находится в 50 метрах от этого места в камышах, куда и приводил Щ. мужа. Возле калитки в доме Щ. уже стояла патрульная машина, также подъехал сын Щ.. Она и муж с медработниками зашли в дом Щ., последний сидел на диване на кухне, к нему подсела медработник и стала его осматривать. Щ. был в состоянии алкогольного опьянения, на его лице и на теле она никаких повреждений не видела. Она представилась, когда зашла, и Щ. начал ей кричать, чтобы они воспитывали своего сына, так как Г. ему уже попадался, когда Щ. чуть не сбил его на машине в переулке возле дома, и потом Щ. еще застал Г. в магазине и потребовал извиниться, на что сын извинился перед ним.

После осмотра медработники предложили Щ. поехать в больницу. Щ. согласился. Выходя из дома, он пошел с медработниками в машину скорой помощи, его жена спросила у Щ., дать ли ему деньги па обратный проезд. Она, ее муж, полицейский и сын Щ. - Т.А.А. пошли на место в камышах, куда Щ. приводил мужа. Когда они шли на это место, она видела, как двое пьяных мужчин, ранее также находящиеся в камышах, продолжали драться, на что муж, по дороге рассказывающий полицейскому о происходящем, указал на дерущихся, на что полицейский ответил, что его это не касается, так как никто из них не писал заявления в полицию, и к нему это не относится. В это же время прозвучал сигнал из полицейской машины, и мужчины перестали драться и ушли. Придя в камыши, там находился один мужчина по имени В., который проживает уже в этом месте более 3 лет. Полицейский осмотрел это место, Т.А.А. начал задавать В. вопросы о происходящем, обижает ли их сын Г. его, на что В. ответил, что нет. Т.А.А., желая обличить В., сказал ему, что он просто боится говорить, поэтому не говорит правду, на что В. ответил, что он никого не боится, так как он живет здесь уже 3-й год. Все это есть на видеозаписи. Далее Т.А.А. поинтересовался, кто В. порвал ухо, на что В. ничего внятно не ответил. Далее полицейский сказал мужу, что он поедет с ним в отдел разбираться.

О наличии телесных повреждений у Щ. им с мужем стало известно только <дата обезличена>, когда к нам приехал полицейский и сказал, что мужу надо проехать в Ленинский РОВД для уточнения каких-то данных. Но по приезду в РОВД ему сказали про повреждения у ФИО3, предъявили обвинение и задержали.

Муж отличный семьянин, очень трудолюбивый и отзывчивый не только к домашним, но и к другим людям. Всегда приходит па помощь не только людям, но и животным. Он всегда прыгает в воду за тонущими животными, спас из воды двух детей. Он собирает продукты питания, одежду и сам в качестве водителя отвозит нуждающимся вещи.

От сына ей известно, что он стоял на мосту, к нему подошел пьяный мужчина, схватил его за руку и начал говорить: «Пошли, зачем ты кидаешься камнями». На что Г. ответил, что он не кидается. Он сказал: «Пошли к твоим родителям», схватил его за руку и повел домой. Сын сказал, что ему было неприятно, он стал вырываться, Щ. схватил еще за шею и вел до дома. Они зашли во двор. Вышел ее муж и начал спрашивать, что случилось. Этот мужчина был в таком пьяном состоянии, что внятно не мог сказать, просто говорил: «пойдем покажу, что твой сын натворил». Вот эта фраза, которая мне запомнилась. Она спросила сына, знает ли он этого мужчину и он начал говорить, что когда он в переулке ехал на велосипеде, его чуть не сбила машина, в машине какой-то мужчина сидел, он его не знал, он просто поругался на него, и они разъехались. Потом в следующий раз он его встретил в магазине, и он сказал ему: «Вот ты мне попался под колеса», начал его ругать, «извинись передо мной», Г. сказал, что он извинился. Это было примерно месяца за два до этих событий.

Несовершеннолетний свидетель защиты К.Г.П. показал, что <дата обезличена> после 17 часов он стоял на мосту, когда к нему Щ. и начал говорить: «зачем ты кидаешь камни в бездомных людей?», он сказал, что не кидает. Щ. схватил его за руку и сказал: «пойдем к твоим родителям». Он пытался вырваться, так как он был грязный и пьяный, от него неприятно пахло. После этого он схватил его за шею и сказал: «будешь вырываться, я тебя вообще убью». Когда шли по мосту, Щ. остановился, и он обратил внимание, что Щ. схватился рукой за бок. Подойдя к их дому, он начал сильно стучать по воротам. Поскольку ворота никто не открыл. Он заставил его открыть ворота. Они зашли во двор и прошли в сторону дома. В окне он увидел сестру. Когда они подошли к крыльцу, вышел его отец, начал расспрашивать у Щ., что случилось. Тот начал кричать как-то невнятно, при этом его он не отпускал. Он говорил, что Щ. делает ему больно, отец их разнял. Щ. снова стал кричать: «пойдем покажу, что твой сын натворил». Отец согласился, зашел в дом переодеться, так как он вышел в домашних тапочках и без футболки. Пока он одевался, он находился во дворе, а Щ. вышел за ворота. Отец вышел, и они пошли в сторону камышей около моста. В камышах находились двое мужчин, у одного из них было разодрано плечо, у другого было ухо в крови. Щ. сказал отцу: «вот что твой сын натворил», тем бездомным сказал: «что Вы сидите, вот я привел, разбирайтесь». Они молчали, потом он начал падать на диванчик. Потом отец понял, что ему там делать нечего, кивнул и они пошли домой. Одним из двух мужчин был В., ухо у него было в крови. В. жил на этом месте примерно 3 года, он приносил ему еду и одеяло. Ранее Щ. чуть не сбил его на машине, зацепив его, а спустя 2 недели заставил его извиниться в магазине за то, что он (Щ.) чуть его не сбил. Отец <дата обезличена> ударов Щ. не наносил.

Согласно показаний свидетеля защиты Г.Э.П., <дата обезличена> она находилась в доме родителей по адресу: <адрес>, а ее брат Г. гулял на улице. Она услышала сильный стук по воротам, испугалась и, чтобы посмотреть получше, подбежала к окну в ванной комнате, которое выходит сразу во двор и на ворота, там всегда слышно, кто подошел. Она услышала, что за воротами был грохот и какая-то возня, какой-то переполох, какой-то мужчина кричит на Г., а судя по голосу Г., он его боится. Она разбудила отца, отец вышел на крыльцо, она снова подошла к окну в ванной комнате. Она увидела, что Щ. вместе с Г. заходят в ворота. Щ. потребовал, чтобы Г. открыл ворота, так как у самого не получилось, он долго стучал перед этим в ворота, при этом Щ. держал Г. за шею и за руку. Щ. выглядел очень грязно, кричал не понятно что. Никто из них не мог разобрать, что он говорит, были какие-то слова: «вот, посмотри, что делает твой сын», кричал, очень был агрессивно настроен, был в очень пьяном состоянии. Г. был очень испуган. Отец говорил Щ., чтобы он отпустил Г. и нормально рассказал, что случилось, но тот был агрессивен, речь была такая, что никто не понимал, Щ. не хотел отпускать Г., и отец их раздвинул. Щ. в этот момент стал еще агрессивнее, вставал в стойку, начинал махать руками на ее отца, постоянно повторяя: «вот что сделал твой сын». Отец сказал: «Давай пойдем, посмотрим». Мужчина вышел за ворота, Г. остался стоять во дворе, отец зашел домой, чтобы переодеться. Затем отец и мужчина пошли за мост к камышам. Г. пошел следом за ними.

Ее отец никаких ударов Щ. не наносил. Она видела все происходящее, начиная с момента, как Щ. зашел во двор и как он ушел с отцом. Ее отец никаких ударов Щ. не наносил. Телесных повреждений на Щ. она не видела, за бок Щ. не держался. Когда Щ. уходил, он не хромал и вызвать скорую помощь не просил.

Из показаний свидетеля защиты Е.И.А. следует, что <дата обезличена> примерно в обеденное время я находился у себя дома по адресу: <адрес>. Примерно в 17 часов 30 минут <дата обезличена> он услышал шум, который доносился со двора ФИО1, в связи с чем я решил посмотреть, что случилось, и увидел что во дворе ФИО1 стоит мужчина худощавого телосложения, который держал Г. - сына ФИО1 Точно не может сказать, как он его держал, за запястье или за одежду, помнит, что Г. пытался вырваться, однако у него это не получалось. В этот момент на крыльцо вышел его сосед Козлов без футболки и начал спрашивать о том, что случилось, однако мужчина, который держал Г., не мог внятно изъясняться, так как находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, шатался из стороны в сторону. Увидев, что Г. пытается вырваться из рук мужчины, Козлов подошел к ним и отодвинул мужчину от Г., после чего мужчина, находясь на расстоянии вытянутой руки от П., начал махать обеими руками, пытаясь нанести ему удар, однако П. никак не реагировал на него и продолжал спрашивать о том, что случилось. Так как речь мужчины была неразборчива, из всего того, что он говорил, он только понял то, что он куда-то зовёт ФИО1. Козлов согласился пойти с ним куда-то, и мужчина вышел за ворота, а Козлов зашел в дом на несколько минут, вышел уже в футболке, после чего вышел за ворота вместе с Г. вслед за эти мужчиной. Ранее он уже видел на мосту того мужчину, который находился во дворе ФИО1, и он был одет очень неопрятно. От супруги ФИО1 ему стало известно о том, что данного мужчину зовут Щ.В.И. ФИО1 не наносил телесные повреждения Щ.. Он стоял возле сарая ФИО1 и наблюдал за происходящим. Он не видел, как Щ. заходил во двор ФИО1. Когда он пошел во двор ФИО1, этот мужчина уже стоял во дворе с Г. и через минуту на крыльцо вышел Козлов. За всем происходящим он наблюдал до того момента, как они все втроем, а именно: ФИО1, Г. и Щ. вышли за ворота. Не может точно сказать о том, видел ли его Щ. его или нет, однако он стоял от него примерно на расстоянии 5-и метров (том 1 л.д. 187-189).

В судебном заседании была просмотрена видеозапись с участием сотрудника полиции, ФИО1, К.В.Д. и Т.А.А. от <дата обезличена>. Из протокола осмотра видеозаписи от <дата обезличена> следует, что с участием обвиняемого ФИО1 был осмотрен конверт белого цвета с пояснительной надписью: «DVD-R диск с видеозаписью от 04.08.2023». При вскрытии конверта в нем обнаружен диск формата DVD-R, на котором имеется 1 файл с видеозаписью продолжительностью 2 минуты 51 секунда. При воспроизведении данного видео прослеживается, как ФИО1 и К.В.Д. вместе с мужчиной в форменном обмундировании идут по натоптанной тропинке к дереву, рядом с которым стоят на земле два дивана, а вокруг имеются заросли. Обвиняемый ФИО1 пояснил, что данную видеосъемку проводила его супруга К.В.Н. на сотовый телефон. На данной записи он (ФИО4) в присутствии сотрудника полиции и гр. К.В.Д. указывает на место, куда его привёл Щ.В.И. <дата обезличена>, говоря о том, что якобы его сын бросал камни в гр. К.В.Д. При этом ФИО1 указывает на участок местности, где имеются пустые бутылки и имеется множество мусора. ФИО1 указал на диван, пояснив, что там сидел Щ.В.И., говоря: «Я тебя засужу», а затем попросил вызвать ему скорую помощь, потому что ему плохо с сердцем, что он (ФИО1) и сделал. Также ФИО1 пояснил, что «его сын всегда за него (бездомного) заступается, его сын ему диваны приносит, еду приносит постоянно, чтобы он в него кидал камни – это просто бред». Сотрудник полиции ему сообщил, что со слов заявителя, его сын кидал в него камни, заявитель вступился за него, потом с его сыном к нему (ФИО1) домой направился, в связи с чем предложил проехать в отдел полиции для составления объяснения. После чего ФИО1 и сотрудник полиции ушли в сторону служебного автомобиля. Далее неизвестный ему (ФИО1) мужчина, как позже ему стало известно, приемный сын Щ.В.И., стоял рядом с К.В.Д. и также снимал все происходящее на камеру сотового телефона. Приемный сын Щ.В.И. стоит рядом с К.В.Д. и задает какой-то вопрос, который не слышен, на что К.В.Д. ему отвечает: «Да, это его сын (указывая в сторону ФИО1)». Данный мужчина спросил: «То есть вот этот мужчина, который пострадал, он защищал Вас, да?» К.В.Д. ответил ему: «Ему с сердцем плохо было». Далее приемный сын Щ.В.И. снова спросил: «Ему с сердцем от чего плохо стало? Вы видели, кто его бил?», на что К.В.Д. ему ответил: «Нет, не видел, я здесь сидел, как я мог видеть?» Мужчина спросил: «Вас ребята достают как-нибудь?» К.В.Д. ответил: «Нет, пацан Г. хороший». На что мужчина снова спросил: «Пацан хороший? То есть защищать Вас не надо было?» К.В.Д. ответил: «Нет, он всегда кушать мне приносит». Далее мужчина снова спрашивает: «Вам угрожал кто-нибудь? Вы опасаетесь этого мужчину?», на что К.В.Д. ответил: «Нет, я никого не боюсь, я здесь уже третий год живу. Ну, просто, его (ФИО1) знаю и всё». Далее на 2 минуте 49 секунде мужчина уходит и видеозапись заканчивается. По окончании осмотра осмотренный диск упакован в первичную упаковку и опечатан (том 1 л.д. 208-209).

Показания потерпевшего Щ.В.И. суд признает достоверными, поскольку они последовательны, согласуются и объективно подтверждены показаниями свидетелей Щ.О.Б., Т.А.А., Б.С.Р., К.М.В., М.Т.В., а также письменными доказательствами, приведенными выше в приговоре.

Доводы стороны защиты о том, что в протоколе принятия устного заявления и в объяснении Щ.В.И. указано, что удар был ему нанесен кулаком, и лишь впоследствии, выйдя из больницы, потерпевший стал указывать о том, что удар в грудь был нанесен ему ногой, суд находит несостоятельными, поскольку из показаний самого Щ.В.И., свидетелей – его супруги Щ.О.Т., приемного сына Т.А.А., сотрудников полиции Б.А.А. и К.М.В., врача скорой помощи М.Т.В., видевших потерпевшего до его госпитализации в медицинское учреждение следует, что Щ.В.И. испытывал сильную физическую боль, с трудом дышал и не мог самостоятельно прочесть составленные с его слов документы.

Также суд находит несостоятельными доводы стороны защиты о том, что в медицинской карте, заполненной врачом скорой помощи, указано о нанесении Щ.В.И. удара кулаком, поскольку свидетель М.Т.В. пояснила, что медицинская карта была заполнена со слов потерпевшего, который, как установлено в судебном заседании из показаний Щ.О.Т., Т.А.А., Б.А.А., К.М.В. и самой М.Т.В., находился на тот момент в болезненном физическом состоянии.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности обстоятельств, указанных в вышеизложенных показаниях потерпевшего Щ.В.И., свидетелей Щ.О.Б., Т.А.А., Б.С.Р., К.М.В. в части, признанной судом достоверной, М.Т.В., Г.М.В. в силу их подробности и последовательности, поскольку они также логичны, последовательны, полностью согласуются между собой и письменными материалами дела.

Незначительные расхождения в показаниях суд расценивает как обусловленные давностью событий и особенностями субъективного восприятия вышеуказанных лиц.

Доводы стороны защиты о том, что допрос свидетелей – сотрудников полиции Б.С.Р. и К.М.В. был проведен в одно и то же время в присутствии обоих свидетелей, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергнуты показаниями свидетеля Б.С.Р. о том, что его допрашивали отдельно от К.М.В., в связи с чем к показаниям свидетеля К.М.В. в данной части суд относится критически.

При этом вопреки доводам стороны защиты, суд не усматривает оснований для критической оценки показаний Б.С.Р. и К.М.В. по тем основаниям, что их показания носят идентичный характер, что, по мнению стороны защиты, свидетельствует о нарушении процедуры допроса. Учитывая, что вышеуказанные свидетели дали показания об одних и тех же событиях, свидетелем которых каждый из них являлся, а протокол допроса об одних и тех же обстоятельствах составлялся одним и тем же должностным лицом.

Последовательные и подробные показания свидетелей обвинения и письменные доказательства являются достоверными, поскольку суд не видит оснований подвергать это сомнению. Кроме того, перечисленные доказательства в существенных для дела обстоятельствах согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга.

Поэтому суд кладет в основу приговора и своих выводов о доказанности вины ФИО1 показания потерпевшего Щ.В.М., свидетелей Щ.О.Б., Т.А.А., Б.С.Р., К.М.В., М.Т.В., которые в своей совокупности соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам совершения преступлений и, наряду с другими доказательствами, исследованными судом и приведенными выше в приговоре, подтверждают вину ФИО1 в совершении преступления и вывод суда о его виновности.

Заинтересованности в исходе дела вышеуказанных потерпевшего, свидетелей судом не установлено.

Совокупность исследованных доказательств устанавливает одни и те же факты, изобличающие подсудимого в свершении преступления, суд считает, что у потерпевшего Щ.В.М., свидетелей Щ.О.Б., Т.А.А., Б.С.Р., К.М.В., М.Т.В. нет оснований оговаривать подсудимого, признает их показания достоверными и правдивыми и кладет их в основу обвинительного приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, указанные в заключении медицинской судебной экспертизы <№> от <дата обезличена> телесные повреждения в виде закрытого перелома 5-го левого ребра со смещением костных отломков, подкожной эмфиземы мягких тканей шеи слева и груди слева, левостороннего пневматоракса, ссадин груди. Левосторонний пневматоракс, входящий в комплекс закрытой тупой травмы груди, полностью соответствуют телесным повреждениям, зафиксированным в медицинской документации потерпевшего.

Доводы защитника о том, что в ходе предварительного расследования не была назначена и проведена ситуационная экспертиза о возможности получения Щ.В.И. зафиксированных у него телесных повреждений, суд находит несостоятельными, поскольку проведение указанной экспертизы обязательным в силу требований ст. 196 УПК Российской Федерации не является.

Вопреки доводам стороны защиты, каких-либо нарушений закона при назначении и проведении судебной медицинской экспертизы <№> от <дата обезличена> в ходе следствия не допущено.

По смыслу уголовно-процессуального закона, положения п. 1 ч. 1 ст. 198 УПК РФ о праве подозреваемого (обвиняемого) лица знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы призваны обеспечить такому лицу возможность заявить ходатайства, которые связаны с производством экспертизы.

Как в ходе предварительного следствия, так и по его окончании при ознакомлении с материалами уголовного дела ФИО1 и его защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы и заключением эксперта <№> от <дата обезличена>. Ознакомление ФИО1 и его защитника с постановлением о назначении экспертизы и самим экспертным заключением после его проведения не влечет за собой признание заключения эксперта недопустимым доказательством и не свидетельствует о нарушении прав подсудимого на защиту.

Доводы защитника о том, что светокопия медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях <№>, не была упакована и опечатана, также не влечет признание заключения эксперта недопустимым доказательством.

Отсутствие в заключении эксперта ответа на вопрос, могли ли телесные повреждения быть получены Щ.В.И. при падении с высоты собственного роста, не ставит под сомнение выводы эксперта, поскольку установление данного обстоятельства, как и причинно-следственной связи между нанесенными потерпевшему ударами и полученными им телесными повреждениями, является исключительно прерогативой суда.

Также вопреки доводам стороны защиты суд не находит оснований для признания недопустимым доказательством, несмотря на представленное стороной защиты исследование специалиста Прикаспийского центра судебных экспертиз, исследований и правовой помощи «Истина» <№> от <дата обезличена>, протокола осмотра места происшествия от <дата обезличена> с участием потерпевшего Щ.В.И., в ходе которого был осмотрен не асфальтированный участка местности у <адрес>, где Щ.В.И. были нанесены телесные повреждения (том 1 л.д. 25), поскольку наличие неоговоренных исправлений в протоколе осмотра места происшествия в части, фиксирующей личностные показания потерпевшего, не влечет признание указанного протокола недопустимым доказательством.

Всесторонне и полно исследовав добытые доказательства, как каждое в отдельности, так и в совокупности, сопоставив их между собой, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении преступления.

Представленные стороной обвинения доказательства как каждое в отдельности, так и в совокупности, позволяют сделать обоснованный вывод о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку они последовательны, согласуются между собой и взаимодополняют друг друга. Каких-либо неустранимых существенных противоречий в ходе судебного следствия не установлено. Вина подсудимого нашла свое полное подтверждение в совокупности представленных стороной обвинения доказательств.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в совокупности с приведенными выше доказательствами вина подсудимого ФИО1, вопреки доводам стороны защиты, полностью нашла свое подтверждение в судебном заседании.

Оценивая показания ФИО1 о том, что он потерпевшему телесных повреждений не наносил, в совокупности с приведенными выше в приговоре показаниями потерпевшего Щ.В.И. и заключением медицинской судебной экспертизы <№> от <дата обезличена>, суд находит их не соответствующими фактическим обстоятельствам, поскольку показания ФИО1 опровергнуты исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшего Щ.В.И. и заключением медицинской судебной экспертизы <№> от <дата обезличена>, а представленные стороной обвинения доказательства позволяют суду прийти к выводу, что вина подсудимого ФИО1 в совершении преступления полностью доказана. Таким образом, показания подсудимого ФИО1 о том, что ударов потерпевшему Щ.В.И. он не наносил, суд расценивает как способ защиты.

Оценивая показания свидетелей защиты К.Г.П., Г.Э.П., Е.И.А. в части того, что ФИО1 ударов Щ. не наносил, суд учитывает, что в данной части их показания также опровергнуты показаниями потерпевшего Щ.В.И. о том, что телесные повреждения ему нанес ФИО1, и выводами заключения медицинской судебной экспертизы <№> от <дата обезличена> о том, что телесные повреждения Щ.В.И. причинены в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов), незадолго до обращения за медицинской помощью <дата обезличена>, что не исключает ее причинение во время, указанной в постановлении, в связи с чем суд расценивает показания свидетеля К.Г.П., Г.Э.П., Е.И.А. как обусловленные стремлением помочь смягчить степень уголовной ответственности ФИО1, являвшегося отцом К.Г.П. и Г.Э.П., а также соседом Е.И.А.

Оценивая показания свидетеля К.В.Д. и свидетеля защиты К.В.Н., суд учитывает, что данные лица непосредственными очевидцами совершения преступления не являлись.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 на почве возникших неприязненных отношений нанес один удар ногой в область грудной клетки Щ.В.И., от которого последний упал на землю. После чего ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Щ.В.И., опасного для жизни человека, нанес лежащему на земле Щ.В.И. множество ударов руками в область головы.

В результате умышленных действий ФИО1 Щ.П.И. В.И. были причинены телесные повреждения в виде закрытого перелома 5-го левого ребра со смещением костных отломков, подкожной эмфиземы мягких тканей шеи слева и груди слева, левостороннего пневматоракса, ссадин груди. Левосторонний пневматоракс, входящий в комплекс закрытой тупой травмы груди, что расценивается как вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни, что соответствует тяжкому вреду здоровья.

ФИО1 не судим, на учетах в ГБУЗ АО «ОКПБ» и в ГБУЗ АО «ОНД» не состоит, по месту жительства со стороны участкового характеризуется удовлетворительно, положительно характеризуется со стороны соседей, местной религиозной организации и партнеров по работе.

Изучив личность подсудимого ФИО1, суд при назначении наказания принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством суд признает наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, положительные характеристики, перевозка помощи Донбассу в качестве водителя.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, судом не усмотрено.

Проверив фактические обстоятельства преступлений, включая обстоятельства, признанные судом в качестве смягчающих наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, степень общественной опасности содеянного, суд не находит оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации, предусматривающей возможность изменения категории совершенных им преступлений на менее тяжкую.

Учитывая характер и общественную опасность совершенного ФИО1 преступления, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд не усматривает оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК Российской Федерации.

С учетом требований ст. 43, ст. 60 УК Российской Федерации, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание в виде лишения свободы. Совокупность изложенного приводит суд к выводу, что исправление ФИО1, а также достижение других целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК Российской Федерации, не возможны без реальной изоляции его от общества, и считает невозможным назначить ему наказание с применением ст. 53.1 и ст. 73 УК Российской Федерации, при этом наказание он должен отбывать в исправительной колонии общего режима в соответствии со ст. 58 ч. 1 п. «б» УК Российской Федерации.

Вещественное доказательство по делу: DVD-R диск следует хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.297-299, 307-310 УПК Российской Федерации,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 3 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы время задержания в порядке ст. 91 УПК РФ – <дата обезличена>, и время со дня заключения под стражу - с <дата обезличена> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, произведенного в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ; а также время нахождения под домашним арестом с <дата обезличена> по <дата обезличена> включительно, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, произведенного в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ.

Вещественное доказательство по делу: DVD-R диск хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в апелляционную инстанцию Астраханского областного суда в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Ю.А. Киселева

Апелляционным определением Астраханского областного суда от <дата обезличена> приговор Ленинского районного суда <адрес> от <дата обезличена> изменен. Определено, признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства на основании п. 1 ст. 61 УК РФ оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, смягчить назначенное ФИО1 ч. 1 ст. 111 УК Российской Федерации наказание, с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ до 2 лет лишения свободы.

В остальном приговор оставить без изменения.