Решение № 2-3160/2019 2-3160/2019~М-2886/2019 М-2886/2019 от 8 августа 2019 г. по делу № 2-3160/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

08 августа 2019 года город Иркутск

Кировский районный суд г. Иркутска в составе

председательствующего судьи Прибытковой Н.А.,

при секретаре судебного заседания Якушевой Т.А.,

с участием в судебном заседании помощника прокурора Кировского района г. Иркутска Зеленского Д.Е.,

истца ФИО1, представителя истца Дунаева В.В.,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3160/2019 по исковому заявлению ФИО1 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» о признании незаконными приказа об увольнении, приказа о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением (с учетом уточнений в соответствии со ст. 39 ГПК РФ) к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» (далее – ОГАУЗ «ИГПЦ») о признании незаконными приказа об увольнении, приказа о прекращении (расторжении) трудового договора, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование исковых требований указал, что приказом № 247 от 25 июня 2019г. главного врача ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» был уволен с должности заведующего родовым отделением-врача-акушера-гинеколога по п. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ - за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины выразившимся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня 11 июня 2019г. в Симуляционно-тренинговом центре ГУЗ Иркутской ордена «Знак почета» Областной клинической больницы. С приказом ознакомлен 25.06.2019г.

Согласно п.2 вышеуказанного приказа отделу кадров приказано издать приказ о расторжении трудового договора № 222/7 от 29.09.2017г., внести запись в трудовую книжку об увольнении в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей - прогулом (п. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ).

26.06.2019г. был ознакомлен еще с одним приказом от 25.06.2019г. № 532-к о прекращении действия трудового договора от 29.02.2017г. № 222/7. Основание издания второго приказа - приказ от 25.06.2019г. № 247.

Считает, что издание двух приказов об увольнении является нарушением норм трудового законодательства, поскольку из толкования статей 84.1 и 193 ТК РФ применение к работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения и прекращение трудового договора с работником не должны быть оформлены отдельными приказами.

Издание приказа от 25 июня 2019г. N 247 о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения само по себе свидетельствовало о расторжении с ним трудового договора, поскольку указанное в этом приказе основание увольнения, а именно п. «а» п. 6 ч. 1 статьи 81 ТК РФ, содержится в перечне оснований расторжения трудового договора по инициативе работодателя, предусмотренном ст. 81 ТК РФ. В силу п. 4 ч. 1 ст. 77 ТК РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 ТК РФ) является основанием прекращения трудового договора. Таким образом, оснований для издания приказа от 25 июня 2019г. N 532-к о прекращении с ним трудового договора после увольнения его на основании приказа от 25 июня 2019г. N 247 у ответчика не имелось.

Таким образом, ответчиком нарушена ч. 5 ст. 193 ТК РФ, согласно которой за каждый проступок можно применить только одно дисциплинарное взыскание.

Считает своё увольнение незаконным в связи с тем, что, во-первых, прохождение учебы работником по направлению работодателя не является командировкой. Между тем, согласен с тем, что время учебы не является для работника свободным. Однако он не выполнял 10 и 11 июня 2019г. своей трудовой функции как заведующий родовым отделением, врач-акушер-гинеколог. В связи с этим его отсутствие 11 июня 2019г. на занятиях никоим образом не отразилось на работе родового отделения в отдельности и ИГПЦ в целом. Вышеуказанное обстоятельство подтверждается информационным письмом из Областной больницы, в котором ему рекомендовано пройти повторный курс. Таким образом, для работодателя его отсутствие 11 июня 2019г. на занятиях не повлекло неблагоприятных последствий.

Во-вторых, он в своей объяснительной указал, что 11 июня 2019г. отсутствовал на занятиях по причине болезни, в подтверждение чего представил медицинскую справку. Однако работодатель ошибочно посчитал уважительность причины его отсутствия 11 июня 2019г. на занятиях не подтвержденной.

При выявлении факта отсутствия работника на работе оценке подлежит причина такого отсутствия на предмет уважительности или неуважительности, так как дисциплинарная ответственность в виде увольнения по пп.а п.6 ст.81 ТК РФ может быть применена к работнику только в случае грубого нарушения работником трудовых обязанностей, то есть прогула без уважительных причин. Юридически значимым обстоятельством при разрешении вопроса о возможности применения к работнику такой меры дисциплинарной ответственности как увольнение за прогул является неуважительность его отсутствия на работе, то есть необходимо проверять не только обстоятельства отсутствия работника на рабочем месте, но и причины такого отсутствия (уважительные, либо неуважительные). Обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора, лежит на ответчике.

Поскольку в ходе проверки данного обстоятельства им были даны объяснения и представлены документы, подтверждающие причину его отсутствия, работодателю надлежало оценить характер причины отсутствия на предмет уважительности, определение же состояния здоровья истца на предмет возможности или невозможности осуществлять трудовую функцию и находиться на рабочем месте в задачи работодателя при разрешении вопроса о привлечении работника к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовой дисциплины, не входит. В данном случае сам факт указания работником на причину отсутствия на работе, тем самым отсутствие у него намерений скрыть данное обстоятельство, уже свидетельствует об уважительности его отсутствия на работе.

Из материалов, лежащих в основании примененного к нему дисциплинарного взыскания, в нарушение закона нет информации об учете работодателем тяжести проступка, обстоятельств, при которых он был совершен, предшествующее поведение истца, его отношение к труду.

В-третьих, ответчик дал неправильную оценку справке №16932 из ГБУЗ ИОКБ, которая подтвердила факт у него закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга. Тот факт, что за медицинской помощью он обратился вечером 11 июня 2019г., не свидетельствует о том, что болезненное состояние, ставшее препятствием к посещению занятий с 9 часов 30 минут до 15 часов, не предшествовало моменту начала учебы и не продолжалось весь день.

Считает, что применение ответчиком наиболее строго вида дисциплинарного взыскания, предусмотренного Трудовым кодексом РФ к работнику, сообщившему причину своего отсутствия на работе со ссылкой на состояние здоровья, не позволяющее ему осуществлять трудовую функцию ввиду закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга и осуществленного медицинского вмешательства, противоречит принципу гуманизма.

Кроме того, при решении вопроса о применении того или иного дисциплинарного взыскания следует исходить из общего принципа добросовестности работника, определенного ст.10 Гражданского кодекса РФ, пока не доказано обратное, в связи с чем указание работником на то физическое состояние, при котором он по своим болевым ощущениям не был способен полноценно исполнять трудовые обязанности, должно быть истолковано в его пользу, поскольку Конституцией РФ предусмотрена свобода труда и запрещен принудительный труд, в связи с чем, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду (ст.27 Конституции).

Отсутствие документального подтверждения о наступлении временной нетрудоспособности в данном случае не имеет правового значения, поскольку согласно положениям Порядка выдачи листков нетрудоспособности, утвержденного приказом Минздравсоцразвития России от 29.06.2011 N 624н, выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляются медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного (стационарного) больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы. Листок нетрудоспособности выдается гражданину медицинской организацией по его желанию в день обращения либо в день закрытия листка нетрудоспособности, тогда как истец с таким требованием к врачу не обращался, пояснив, что 11 июня 2019г. является предпраздничным выходным днем, и 12 июня (праздничный день) он отдохнет и по прошествии выходных намерен был приступить к работе, что в последствии и сделал.

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Однако из обстоятельств, следующих из материалов увольнения, сторона истца констатирует, что при применении к нему дисциплинарного взыскания в виде увольнения за прогул ответчиком не были учтены общие принципы гуманизма и соразмерности допущенного работником нарушения трудовой дисциплины примененному к нему виду дисциплинарного взыскания.

Незаконным увольнением ему был причинен моральный вред.

Определяя размер компенсации с учётом объема и характера причиненных нравственных страданий работнику, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости, просим суд принять во внимание тот факт, что служебным расследованием, проведенным работодателем по факту уважительности причин отсутствия работника на работе, в частности, обращение в медицинское учреждение с целью выявления действительности посещения врача истцом, а также времени суток, на которое оно пришлось, была поставлена под сомнение добросовестность работника, кроме того, ФИО1 за непродолжительный период времени неоднократно незаконно привлекался работодателем к дисциплинарной ответственности и даже был уволен по результатам аттестации (восстановлен судом). Вышеуказанное свидетельствует о наличии признаков дискриминации данного работника со стороны работодателя.

Просит суд признать незаконным приказ № 247 от 25 июня 2019г. главного врача ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» об увольнении с должности заведующего родовым отделением-врача-акушера-гинеколога по п. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ - за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины выразившимся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня 11 июня 2019г. в Симуляционно - тренинговом центре ТУЗ Иркутской ордена «Знак почета» Областной клинической больницы; признать незаконным приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 532-к от 2019г., которым прекращено действие трудового договора от 29.09.2017г. № 222/7; восстановить в должности заведующего родовым отделением, врача-акушера-гинеколога ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр»; взыскать с ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» оплату вынужденного прогула начиная с 26.06.2019г. по дату восстановления судом в должности в сумме 86 767,68 руб., компенсацию морального вреда за незаконное увольнение в размере 50 000 рублей; судебные расходы на представителя в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель Дунаев В.В., по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, поддержали исковые требования в полном объеме, настаивали на их удовлетворении.

Представители ответчика ФИО2, по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования ФИО1 не признали по доводам, изложенным в возражениях на иск, просили в удовлетворении требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Выслушав пояснения сторон, показания свидетелей, заключение прокурора Зеленского Д.Е., полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив в соответствии с требованиями ст. ст. 59, 60 и 67 Гражданского процессуального кодекса РФ все исследованные доказательства по делу, суд приходит к следующему выводу.

Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37).

В силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление прав на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом по трудовым спорам законность и обоснованность применения дисциплинарного взыскания к работнику возлагается на работодателя.

Согласно положениям ст.ст. 2, 21 Трудового Кодекса Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений, является, в том числе, обеспечение каждого на судебную защиту трудовых прав и свобод, право на разрешение индивидуального трудового спора в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации также установлено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

Работодатель имеет право привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами (абз. 6 ч. 1 ст. 22 ТК РФ).

В силу подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, а именно прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены) (подпункт «а» пункта 39 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе в виде увольнения по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателей.

Согласно содержащимся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснениям, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по данному спору является отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин.

Исходя из положений названных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, увольнение по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации является мерой дисциплинарного взыскания, вследствие чего, помимо общих требований о законности увольнения, юридическое значение также имеет порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, предусмотренный статьями 192, 193 ТК Российской Федерации.

Статьей 193 ТК РФ определен порядок применения к работникам дисциплинарных взысканий, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Обязанность по доказыванию наличия оснований для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, а также соблюдения установленного законодательством порядка наложения дисциплинарного взыскания возложена на работодателя.

Таким образом, именно ответчик обязан доказать, что со стороны работника имелось виновное поведение, связанное с нарушением трудовой функции, а также то, что у работника имелись все условия для выполнения трудовой функции, в том числе и распоряжений работодателя. Кроме того, в круг юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию работодателем, входит соответствие и соразмерность примененного вида дисциплинарного взыскания тяжести проступка работника и обстоятельства, при которых он был совершен (п. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. В свою очередь, работник, ссылаясь на невозможность исполнения в должной мере трудовой функции, вправе представить доказательства того, что необходимые условия для исполнения трудовой функции у него отсутствовали.

По смыслу статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение признается законным при наличии законного основания увольнения и с соблюдением установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» в должности заведующего отделением – врача – акушера – гинеколога родового отделения, о чем в материалах дела имеются трудовой договор трудовой договор № 222/7 от 29.09.2017, приказ от 15.12.2017 № 82-02-1324/7 о назначении на должность.

Согласно пункту 2.2.1 трудового договора ФИО1 обязался добросовестно и в полном объеме исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором в соответствии с должностной инструкцией; соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка; выполнять приказы, правила, инструкции и другие локальные нормативные акты работодателя.

Согласно должностной инструкции заведующего родовым отделением – врача-акушера-гинеколога от 01.12.2016г. заведующий отделением осуществляет непосредственное руководство деятельностью подчиненного ему врачебного, среднего и младшего медицинского персонала, и несет полную ответственность за организацию диагностической, лечебно-профилактической и административно-хозяйственной работы вверенного ему отделения (пункт 1.2); назначается и освобождается от должности приказом главного врача ОГАУЗ «ИГПЦ» по представлению заместителя главного врача по акушерско-гинекологической помощи (п.1.4); подчиняется главному врачу, заместителю главного врача по акушерско-гинекологической помощи (п.1.5); организует и обеспечивает своевременное обследование и лечение пациентов отделения согласно Порядку оказания медицинской помощи по специальности и утвержденным клиническим протоколом (п.2.1); обязан повышать свою профессиональную квалификацию по специальности «Акушерство и гинекология» не реже одного раза в пять лет, участвует в работе съездов, конференций, конгрессов по вопросам акушерства и гинекологии (п.2.6).

С должностной инструкцией заведующего родовым отделением ФИО1 был ознакомлен работодателем, о чем имеется его собственноручная подпись в листе ознакомления.

Приказом главного врача ОГБУЗ «ИГПЦ» № 247 от 25.06.2019 за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины, выразившемся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня 11 июня 2019г. в Симуляционно-тренинговом центре ГУЗ Иркутской ордена «Знак почета» Областной клинической больницы к ФИО1 применена мера дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

С данным приказом ФИО1 ознакомлен 25.06.2019г.

Как следует из приказа № 247 от 25.06.2019, «согласно информационному письму министерства здравоохранения Иркутской области от 03.06.2019 ОГБУЗ «ИГПЦ» должно было направить троих сотрудников для обучения по программе «Диагностика внутриутробной гипоксии плода во время беременности и родов» с 10 по 1июня 2019г., время обучения указано с 9-30 до 15-00. Приказом № 308-к от 05.06.2019 ФИО1 был направлен в командировку 10 и 11 июня 2019г. с целью обучения по программе «Диагностика внутриутробной гипоксии плода во время беременности и родов» на основании поручения заместителя министра здравоохранения Иркутской области ФИО4 от 27.05.2019 № 06-54-390/19. ФИО1 согласился с направлением его в командировку путем подписания приказа о командировке. 13.06.2019 в ОГБУЗ «ИГПЦ» поступило информационное письмо ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областной клинической больницы от 13 июня 2019г. № 934/19 «О результатах обучения врачей акушеров-гинекологов ФИО1, ФИО5, Русака С.В.». Информационным письмом установлен факт того, что ФИО1 отсутствовал на занятиях и итоговой аттестации 11.06.2019г. Информация о невозможности присутствия на обучении и итоговой аттестации 11.06.2019 и причинах отсутствия ФИО1 главному врачу и заместителю главного врача по акушерско-гинекологической помощи, в отдел кадров 11.06.2019 не поступала. С целью истребования объяснений у ФИО1 о причинах пропуска обучения 11.06.2019 был издан приказ № 230 от 19.06.2019г. 20.06.2019г. ФИО1 предоставил объяснительную, в которой указал, что с приказом о направлении в командировку он был ознакомлен, но на занятиях не был и не мог быть ввиду того, что болел. В подтверждение данного факта им была приложена справка».

Приказом главного врача ОГБУЗ «ИГПЦ» № 532-к от 25.06.2019 ФИО1, заведующий родовым отделением-врач-акушер-гинеколог, уволен 25.06.2019г. за прогул, п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Основанием издания данного приказа явился приказ от 25.06.2019 № 247.

С приказом об увольнении ФИО1 ознакомлен 26.06.2019г.

При увольнении ФИО1 была выплачена компенсация за неиспользованный ежегодный отпуск в количестве 38 дней.

Как усматривается из материалов дела, основанием применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения за прогул 11.06.2019г. послужили информационное письмо с электронного почтового ящика от 03.06.2019 16:17, приказ о направлении работника в командировку № 308-к от 05.06.2019, поручение заместителя министра здравоохранения Иркутской области от 27.05.2019 № 06-54-390/19, информационное письмо ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница от 13.06.2019 № 934/19 «О результатах обучения врачей акушеров-гинекологов ФИО1, ФИО5, Русака С.В.», объяснительная ФИО1 от 20.06.2019, приказ от 19.06.2019 № 230 «Об истребовании объяснений», справка приемного отделения ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница № 16932, запрос в ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница от 20.06.2019 № 59, ответ ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница от 24.06.2019, заключение о результатах служебного расследования от 24.06.2019г.

Согласно приказу главного врача ОГБУЗ «ИГПЦ» № 308-к от 05.06.2019 ФИО1, заведующий родовым отделением-врач-акушер-гинеколог, направлен в командировку в симуляционно-тренинговый центр ГБУЗ «Иркутская областная клиническая больница» сроком на 2 дня с 10 по 11 июня 2019г. с целью обучения по программе «Диагностика внутриутробной гипоксии плода во время беременности и в родах» на основании поручения МЗ Иркутской области от 27.05.2019 № 06-54-390/19.

Согласно информационному письму главного врача ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница от 13.06.2019 № 934/19 «О результатах обучения врачей акушеров-гинекологов ФИО1, ФИО5, Русака С.В.» по итогам проведенного обучения по программе «Диагностика гипоксии плода во время беременности и в родах» и проведенной аттестации получены следующие результаты: ФИО1 не аттестован, т.к. отсутствовал на занятии и итоговой аттестации 11 июня 2019г. Рекомендован повторный курс.

На основании приказа главного врача ОГБУЗ «ИГПЦ» № 230 от 19.06.2019 у ФИО1 истребовано объяснение.

20.06.2019г. ФИО1 предоставлены работодателю объяснения, где он ссылался на наличие уважительной причины отсутствия на занятиях и итоговой аттестации 11.06.2019г. ввиду болезни, что подтверждается медсправкой приемного покоя ГБУЗ Иркутская областная клиническая больница № 16932, которую истец приложил к своей объяснительной от 20.06.2019г.

20.06.2019 главный врач ОГБУЗ «ИГПЦ» письмом № 59 в адрес главного врача ГБУЗ «ИОКБ» просит подтвердить факт выдачи справки № 16932, проверить указанную в ней информацию, предоставить информацию о времени обращения ФИО1 в приемное отделение, период его нахождения на лечении в приемном отделении, заводилась ли медицинская документация и проходил ли ФИО1 диагностические процедуры, указанные в справке.

Письмом заместителя главного врача по медицинской части ГБУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница от 24.06.2019 № 73/а подтверждено, что ФИО1 обращался в приемное отделение ГБУЗ «ИОКБ» 11.06.2019 в 20 ч 46 минут. Согласно записи в медицинской карте наблюдения в 20:50 пациент осмотрен нейрохирургом, назначена и выполнена краниография в 2-х проекциях, в 21:10 повторный осмотр нейрохирурга. Выдана справка 16932 с рекомендациями.

Согласно заключению от 24.06.2019 о результатах служебного расследования 10 и 11 июня 2019 года ФИО1 был направлен в командировку с целью обучения по программе «Диагностика внутриутробной гипоксии плода во время беременности и родов» в Симуляционно-тренинговый центр ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областной клинической больницы. Исходя из норм ст. 209 ТК РФ на момент обучения с 09-30 до 15-00 Симуляционно-тренинговый центр ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областной клинической больницы являлся для ФИО1 рабочим местом. Период командировки ФИО1 с целью обучения 11 июня 2019 года с 09-30 до 15-00 является его рабочим местом, входит в стаж работы и оплачивается в установленном порядке. ФИО1 обратился за медицинской помощью спустя 5 часов 46 минут после времени окончания обучения (15-00). В связи с чем, уважительность отсутствия на обучении и итоговой аттестации с 09-30 до 15-00 им не подтверждена. Учитывая отсутствие уважительных обстоятельств по результатам служебного расследования комиссия в составе заместителя главного врача по акушерско-гинекологической помощи ФИО6, начальника отдела кадров ФИО7, юрисконсульта ФИО2 приняла решение рекомендовать главному врачу решить вопрос о дисциплинарном взыскании в виде увольнения к ФИО1 в связи с грубым нарушением трудовой дисциплины – отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня в симуляционно-тренинговом центре ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница 11 июня 2019г.

Согласно ответу главного врача ГБУЗ Иркутская областная ордена «Знак почета» клиническая больница от 30.07.2019 № 1266/19 на письмо главного врача ОГБУЗ «ИГПЦ» от 29.07.2019 № 168 уведомления о невозможности явиться на обучение и аттестацию 11 июня 2019г. и причинах отсутствия лично от ФИО1 11 июня 2019г. и в последующем в симуляционно-тренинговый центр ГБУЗ «ИОКБ» не поступали. Программа симуляционно-тренингового центра ГБУЗ «ИОКБ» не предусматривает прохождение аттестации в индивидуальном порядке в иной от установленного программой день. ФИО1 не обращался в симуляционно-тренинговый центр ГБУЗ «ИОКБ» с просьбой о переносе аттестации на другой день. Аттестация обучающихся по программе «Диагностика гипоксии плода во время беременности и в родах» была проведена в форме письменного тестирования и чек-листа оценки практических навыков.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что 10 и 11 июня 2019г. был откомандирован в областную больницу для прохождения теоретического курса с экзаменом. 10.06.2019г. он был на учебе, а 11.06.2019г. утром, прежде чем уехать на работу, около 08 часов утра он занимался поливкой в теплице, ударился головой, упал и на какое-то время потерял сознание. Пришел в сознание от похлопывания ладошкой по лицу, приехали работники и нашли его в теплице. Он чувствовал себя плохо, очень болела голова, тошнило, поэтому на учебу не смог поехать. Он попросил коллегу Русака С.В., который в этот день также находился на учебе в симуляционно-тренинговом центре, чтобы он переговорил с руководителем теоретического курса по поводу пересдачи им экзамена, который должен быть 11.06.2019г. Как сообщил ему потом ФИО8, никаких проблем с этим не возникло, ему назначили пересдачу на 14.06.2019г. К вечеру его состояние ухудшилось. Понимая, что был удар головой, он решил обратиться в ближайшую больницу. В областной больнице в приемном покое его осмотрел доктор, сделал рентген-снимок. Был поставлен диагноз - сотрясение головного мозга. Гематомы не было, ему были даны рекомендации по лечению, которые в дальнейшем он выполнял. Учитывая, что 12.06.2019г. был выходной, он рассчитывал на то, что отлежится дома и уже 13.06.2019г. выйдет на работу. 13.06.2019г. он вышел на работу, никаких проблем не было, работал до 26.06.2019г. Затем начались от главного врача запросы, которые ему передавал специалист отдела кадров, о даче объяснений, где он был 11.06.2019г., почему его не было на учебе. Запросы были от главного врача именно по отсутствию 11.06.2019г. Он написал объяснительную, приложил копию медсправки врача из приемного отделения областной больницы. Также в известность о получении им травмы 11.06.2019г. он поставил в известность заместитель главного врача ФИО6, позвонив ему вечером. А 25.06.2019г. его ознакомили с приказом об увольнении. Считает, что его незаконно уволили, т.к. 11.06.2019 у него были проблемы со здоровьем, он предупредил учебный центр, договорился о пересдаче экзамена, также был поставлен в известность заместитель главного врача, которому он непосредственно подчиняется.

Допрошенный в качестве свидетеля <данные изъяты> суду пояснил, что работает врачом-акушером-гинекологом в ОГБУЗ «ИГПЦ». 10 и 11 июня 2019г. вместе с заведующим отделением ФИО1 и врачом ФИО5 были направлены в командировку в симуляционно-тренинговый центр областной больницы на учебу. Занятия проходили 2 дня с 9.30 до 15.00 часов, 11.06.2019 после занятий состоялась итоговая аттестация. Около 10 часов утра 11.06.2019 ФИО1 написал ему сообщение на телефон, в котором указал, что утром ударился головой, плохо себя чувствует, на занятия и аттестацию не придет. Попросил узнать у преподавателя, когда можно ему пересдать экзамен. Он переговорил с преподавателем ФИО9 по поводу пересдачи ФИО1 экзамена, она назначила пересдачу на 14.06.2019г. с другой группой. Он тут же написал ФИО1 сообщение в WhatsApp, что 14.06.2019г. ему назначена пересдача экзамена.

Свидетель <данные изъяты> суду пояснил, что с 03.06.2019г. работает в ИГПЦ в должности заместителя главного врача по акушерско-гинекологической помощи. На основании приказа главного врача ИГПЦ зав. родовым отделением ФИО1, врачи-акушеры-гинекологи ФИО8 и ФИО5 были направлены в командировку на учебу в симуляционно-тренинговый центр ГБУЗ «ИОКБ» на два дня 10 и 11 июня 2019г. по программе «Диагностика гипоксии плода во время беременности и в родах». 11.06.2019 вечером в 18-19 часов ему на телефон пришло СМС от ФИО1, в котором он сообщал, что 11.06.2019 утром упал в теплице, ударился головой, поэтому не присутствовал в этот день на учебе и итоговой аттестации. Главным врачом ИГПЦ ему было поручено провести по данному факту служебное расследование, которое было проведено и 24.06.2019 было подготовлено заключение, в котором комиссия, несмотря на наличие справки приемного отделения ГБУЗ ИОКБ № 16932, ответа областной больницы от 24.06.2019 на запрос ИГПЦ, пришла к выводу, что отсутствуют уважительные обстоятельства отсутствия ФИО1 11.06.2019 на учебе в симуляционно-тренинговом центре ГБУЗ ИОКБ. Почему комиссия по проведению служебного расследования пришла к такому выводу пояснить суду не смог.

Давая оценку показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей <данные изъяты>, суд приходит к выводу, что оснований им не доверять, у суда не имеется, они стабильны, не противоречивы, согласуются с пояснениями истца, имеющимися в материалах дела письменными доказательствами.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. N 75-О-О, от 24 сентября 2012 г. N 1793-О, от 24 июня 2014 г. N 1288-О, от 23 июня 2015 г. N 1243-О и др.).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

Исходя из содержания приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте.

Как указывает ответчик, доказательств уважительности причин отсутствия на рабочем месте 11.06.2019 ФИО1 представлено не было.

Суд считает приведенный ответчиком довод несостоятельным, поскольку истцом представлена справка № 16932 приемного отделения ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница, согласно которой истец 11.06.2019г. находился на обследовании и лечении в приемном отделении с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, что свидетельствует об уважительности причины отсутствия истца на работе 11.06.2019г.

При таких обстоятельствах, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу, что при установленных обстоятельствах оснований для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня 11.06.2019, у ответчика не имелось, а потому суд признает увольнение ФИО1 незаконным, что влечет незаконность приказов № 247 от 25.06.2019 года № 247 «О применении меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения», № 532-к от 25.06.2019 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником.

Соответственно, поскольку истец был уволен незаконно, он подлежит восстановлению в прежней должности заведующего отделением-врача-акушера- гинеколога родового отделения (основная работа) ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» 25 июня 2019г.

При этом не влияет на вывод суда о незаконности увольнения ФИО1 за прогул довод стороны ответчика о том, что в ГБУЗ «ИГПЦ» существует проблема, которая рассматривалась на обучении 10-11.06.2019, а именно младенческая смертность по причине гипоксии в период родовой деятельности. Поэтому обучение истца по данной программе являлось важным для лечебного учреждения.

Согласно части 1 и 2 статьи 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Поэтому суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Поскольку истец подлежит восстановлению на прежней должности, в его пользу подлежит взысканию с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула - с 26 июня 2019 года (так как 25.06.2019 – последний день работы истца оплачен работодателем) по день вынесения решения – 08 августа 2019 года.

Истец просит взыскать в его пользу с ответчика сумму среднего заработка за время вынужденного прогула 86767,68 руб.

Данные требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Согласно положениям ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

По представленным ответчиком сведениям, которые истец не оспаривает, за 12 месяцев, предшествующих увольнению ФИО1, (с июня 2018 года по май 2019 года), последнему была начислена заработная плата в размере 754 870,67 руб., среднедневной заработок составил 2643,20 руб. (л.д. 82).

Количество рабочих дней вынужденного прогула составляет за период с 26.06.2019 года по 08.08.2019 года – 32 дня.

Таким образом, средний заработок, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, составляет: 2643,20 * х 32 = 84 582,40 руб.

С учетом положений ст. 226 НК РФ из указанной суммы подлежит вычету налог на доходы физических лиц в размере 13%.

В соответствии с ч. 9 ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимание обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Истец ФИО1 суду пояснил, что увольнение в связи с прогулом с занимаемой должности заведующего родовым отделением нанесло вред его деловой репутации как руководителя, как врача-акушера-гинеколога, была поставлена под сомнение его добросовестность, кроме того, за непродолжительный период времени он неоднократно незаконно привлекался работодателем к дисциплинарной ответственности и даже был уволен по результатам аттестации, по решению суда восстановлен на работе. Все это свидетельствует о наличии признаков его дискриминации со стороны работодателя. Поэтому моральный вред он оценивает в 50000 руб.

Принимая во внимание, что в судебном заседании нашел подтверждение факт нарушения трудовых прав истца, с учетом обстоятельств дела, степени вины ответчика, нравственных и физических страданий истца, также требований разумности и справедливости, суд определяет подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Также истец просит взыскать с ответчика судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в сумме 50 000 руб.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 ГПК РФ установлено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей.

На основании ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из анализа приведенных правовых норм следует, что положениями ст. 98 ГПК РФ установлен общий порядок распределения расходов между сторонами. Порядок взыскания расходов на оплату услуг представителя предусмотрен ст. 100 ГПК РФ, из положений которой следует, что указанные расходы взыскиваются стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Таким образом, при рассмотрении требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя законом суду дано право определения разумных пределов по их возмещению, исходя из конкретных обстоятельств дела. Определяя размер взыскания расходов на оплату услуг представителя с учетом требования о разумности, суд вправе учесть и то обстоятельство, что заявленные требования удовлетворены частично. Однако безусловного частичного взыскания расходов на оплату услуг представителя, в том случае, если требования удовлетворены частично, положения ст.100 ГПК РФ не предусматривают.

С учетом изложенного при определении размера расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает количество судебных заседаний и их длительность, характер рассматриваемого спора, объем письменных документов, подготовленных для суда представителем истца Дунаевым В.В.

В ходе рассмотрения искового заявления ФИО1 в судебных заседаниях принимал участие его представитель Дунаев В.В., действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком на 3 года, что подтверждается протоколами судебных заседаний от 24.07.2019г., от 08.08.2019г.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 28.06.2019г. между адвокатом Дунаевым В.В. (поверенный) и ФИО1 (доверитель) заключен договор на оказание юридических услуг, согласно п. 1.1. которого поверенный обязался подготовить и подать иск к ОГБУЗ «Иркутский городской перинатальный центр» о признании увольнения за прогул незаконным; осуществлять представительство в интересах и от имени доверителя в Кировском районном суде г. Иркутска.

За оказание юридической помощи доверитель выплачивает вознаграждение поверенному в размере 50 000 руб.

Факт понесённых расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб. подтверждается представленной суду распиской от 28.06.2019 в получении денежных средств в сумме 50 000 рублей Дунаевым В.В. по договору на оказание юридических услуг от 28.06.2019.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО1 в ходе рассмотрения гражданского дела по его исковому заявлению понесены расходы на оплату юридических услуг по договору на оказание юридических услуг от 28.06.2019г. в размере 50 000 руб., суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения рассматриваемого судом требования.

Вместе с тем, поскольку юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении требования о возмещении судебных расходов являются: факт несения расходов, их разумность, результаты рассмотрения судом заявленных исковых требований, суд на основании ст.ст.94, 98, 100 ГПК РФ приходит к выводу об удовлетворении ходатайства о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 понесенных расходов на оплату услуг представителя частично, в размере 20 000 рублей с учётом объема рассмотренного судом гражданского дела, подготовке необходимых материалов, в том числе искового заявления в суд, количества судебных заседаний, проведённых с участием представителя истца Дунаева В.В.

По мнению суда, данная сумма является разумной, достаточной и справедливой, не нарушает прав ни одной из сторон по делу и в полной мере соответствует категории дела, характеру спора и объему работы, выполненной представителем истца Дунаевым В.В.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в доход бюджета города Иркутска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 9291,65 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ главного врача Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» № 247 от 25.06.2019г. об увольнении ФИО1 25.06.2019г. с должности заведующего родовым отделением-врача-акушера-гинеколога по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ – за однократное грубое нарушение трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня 11 июня 2019г. в Симуляционно-тренинговом центре ГУЗ Иркутская ордена «Знак почета» Областная клиническая больница.

Признать незаконным приказ главного врача Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» № 532-к от 25.06.2019 о прекращении (расторжении) трудового договора от 29.06.2017 № 222/7 с ФИО1.

Восстановить ФИО1 в должности заведующего отделением – врача – акушера – гинеколога родового отделения (основная работа) Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» 25 июня 2019г.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 84 582,40 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя, в сумме 20 000 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов в большем размере отказать.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Иркутский городской перинатальный центр» в доход бюджета г. Иркутска государственную пошлину в размере 9 291,65 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Прибыткова

Решение суда в окончательной форме принято 16.08.2019г.

Судья