Апелляционное постановление № 22-95/2026 от 27 января 2026 г.

31RS0007-01-2025-001799-05 22-95/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 28 января 2026 года

Белгородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Кононенко Ю.В.

при ведении протокола секретарём судебного заседания Никулиной В.В.,

прокурора Миропольской Е.В.,

с участием:

осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Журавлева Е.А. (в режиме ВКС),

представителя законного представителя потерпевшей М. С.О. - А. В.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам представителя потерпевших А. В.Н. и защитника осужденного - адвоката Журавлева Е.А. на приговор Губкинского городского суда Белгородской области от 21 ноября 2025 года, которым

ФИО1, <данные изъяты> несудимый,

о с у ж д е н по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев.

Установлены ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания), в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, за исключением необходимости получения неотложной медицинской помощи; не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту проживания; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Возложена обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию один раз в месяц для регистрации в дни и время, установленные инспекцией.

Частично удовлетворён гражданский иск. С ФИО1 в пользу законного представителя малолетней потерпевшей М. О.В. взыскано 400 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Процессуальные издержки, связанные с понесенными законным представителем потерпевшей расходами в сумме 402 400 рублей постановлено возместить за счет средств федерального бюджета, с последующем взысканием указанной суммы с осужденного ФИО1

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

В судебное заседание не явились потерпевшая М. С.О. и ее законный представитель М. О.В., о дате, времени и месте судебного заседания уведомлены своевременно и надлежащим образом. С согласия сторон в соответствии со ст.389.12 ч.3 УПК РФ апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие.

Заслушав доклад судьи Белгородского областного суда Кононенко Ю.В., изложившей содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Журавлева Е.А., поддержавших апелляционную жалобу об отмене приговора и оправдании ФИО1, представителя потерпевшей стороны - А. В.Н., поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы об усилении наказания и увеличении суммы компенсации морального вреда, выступавшего против удовлетворения доводов жалобы защитника осужденного, мнение прокурора Миропольской Е.В., полагавшей приговор подлежащим отмене в части решения о процессуальных издержках, полагавшей необходимым приговор в остальной части оставить без изменения, суд

у с т а н о в и л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью малолетней М. С.О.

Преступление совершено 09 сентября 2024 года в г. Губкин Белгородской области, при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в объеме предъявленного обвинения не признал.

В апелляционной жалобе представитель потерпевших А. В.Н. просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, назначив осужденному более строгое наказание, удовлетворить в полном объеме исковые требования потерпевшей стороны, а также принять меры по обеспечению гражданского иска, а именно легковой автомобиль марки <данные изъяты><данные изъяты> государственный регистрационный знак №, признанный по делу вещественным доказательством, не оставлять во владении ФИО1 до исполнения последним приговора суда в части компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований ссылается, что подсудимый виновным себя не признал, на протяжении всего рассмотрения уголовного дела перекладывал ответственность за произошедшее ДТП на малолетнюю потерпевшую. Со слов свидетеля Я. Е.В., ФИО1 на месте происшествия сам вел себя как потерпевший, выяснял у ребенка, у которого на тот момент был открытый перелом и текла кровь, почему она была без родителей и сколько ей лет, и фактически не оказывал ей никакой помощи. Действия в виде частичного возмещения морального вреда, ФИО1 предпринял только в рамках рассмотрения уголовного дела по существу.

Отмечает, что причиненный потерпевшей тяжкий вред явно не сопоставим с суммой, присужденной судом в качестве моральной компенсации.

Кроме того, разрешая вопрос об оставлении транспортного средства, переданного на хранение владельцу ФИО1 - по принадлежности, суд первой инстанции не учел ранее заявленного ходатайства потерпевшей стороны о наложении обеспечительных мер, в удовлетворении которого судом было отказано. Полагает, что в дальнейшем ФИО1 может не исполнить приговор суда в части разрешенного гражданского иска, предприняв попытки к отчуждению транспортного средства.

В апелляционной жалобе адвокат Журавлев Е.А., действуя в интересах осужденного ФИО1, просит об отмене приговора, считая его постановленным с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Оспаривая объективность исследованных доказательств, приведенных в приговоре и давая им собственную оценку, защитник утверждает, что суд не исследовал обстоятельства, имеющие ключевое значение для установления объективной стороны происшествия, и фактически признал вину подсудимого без устранения сомнений в том, имел ли он вообще техническую возможность избежать дорожно-транспортного происшествия.

Ссылается на заключение автотехнической экспертизы № 205, в которой экспертом было прямо указано, что пешеход М. С. О. своими действиями (ускорив темп движения, проигнорировав положения п. 4.5 Правил дорожного движения РФ и в условии отсутствия ее действий по условиям безопасности перехода), поставила водителя ФИО1, в условия отсутствия возможности исполнения им обязанностей, предписанных диспозицией пункта 14.1 Правил дорожного движения РФ, нарушение которых ФИО1 вменяет сторона обвинения.

Отмечает, что не бесспорным является и вывод суда о том, что заключение эксперта подтверждается кадром видеозаписи, из которого видно, что до пересечения автомобилем пешеходного перехода М. С.О. уже вышла на пешеходный переход.

Однако, эксперт к таким суждениям по тексту экспертизы не приходил, расчетов не производил, напротив, он указал, что соблюдать п. 14.1 ПДД РФ ФИО1 не мог как раз из-за действий потерпевшей. Какой-либо экспертизы по раскадровке видеозаписи не проводилось, дополнительная автотехническая экспертиза судом не назначалась, эксперт по видеозаписи, в этой части выводов суда, не допрашивался.

Указывает на явные противоречия в показаниях свидетеля Я. Е.В., которые она дала в судебном заседании в части того, что ее автомобиль, где она была пассажиром, находился в нескольких метрах от пешеходного перехода, а автомобиль Ч. так и вовсе на нем не стоял. Это ее утверждение опровергается как ее собственными показаниями на предварительном следствии, которые она не признала в судебном заседании, так и показаниями его подзащитного, свидетеля Ч., а также видеозаписью ДТП.

Показания свидетеля Я. Е.В. о том, что М. С.О. шла по тротуару к пешеходному переходу, перед которым стоял их автомобиль и якобы как М. С.О. шла по пешеходному переходу опровергаются записью видеорегистратора, где отчетливо видно, что разбег через пешеходный переход М. С.О. начала набирать, будучи еще на тротуаре. Сама же потерпевшая М. С.О. поясняла, что не помнит, шла она или бежала, а показания свидетеля М. О.В. являются производными от её показаний и никак не подтверждают вину ФИО1 Суд, вынося обвинительный приговор уклонился от дачи оценки ее противоправному поведению на дороге и грубейшему нарушению п. 4.5 ПДД РФ.

Также судом не устранены и иные противоречия, а именно в протоколе осмотра транспортного средства от 9 сентября 2024 года указано, что на автомобиле ФИО1 обнаружены повреждения в виде царапин на заднем левом крыле и на задней левой двери. В протоколе осмотра предметов от 7 июня 2025 года на автомобиле не было обнаружено никаких повреждений, в том числе ни царапин, ни потертостей.

Не соглашаясь с размером взысканной суммы компенсации морального вреда, считает, что суд фактически удовлетворил исковые требования потерпевших в полном объеме, с учетом уже полученной ими компенсации на стадии судебного следствия.

Кроме того, считает явно завышенной сумму, взысканную с ФИО1 за услуги представителя потерпевших А. В.Н., расчеты которой, учитывая отсутствие у него статуса адвоката, не могли основываться на Методических рекомендациях АП БО. Полагает, что максимальный размер гонорара за участие представителя потерпевших в 6-ти судебных заседаниях, мог составлять не более 144 000 рублей.

По мнению автора жалобы, обжалуемый приговор представляет собой дублирование обвинительного заключения без анализа доводов защиты и без их опровержения в приговоре, что является нарушением права на защиту со стороны суда.

На основании изложенного, просит приговор Губкинского городского суда Белгородской области от 21 ноября 2025 года в отношении ФИО1 отменить, и вынести новое решение, оправдав ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Апелляционная инстанция, изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав позиции сторон, приходит к следующему.

Как установлено судом, 9 сентября 2024 года, около 16 часов 15 минут, ФИО1, управляя легковым автомобилем марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № нарушил требования пунктов 1.3, 10. 1 и 14.1 ПДД РФ, а также требование дорожных знаков 5.19.1 и 5.19.2 "Пешеходный переход" Приложения 1 к ПДД РФ, не выбрал в сложившейся дорожной обстановке, с учетом видимости движения, необходимую скорость и не предоставил преимущество в движении пешеходу М. С.О., пересекавшей дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу слева направо относительно движения его автомобиля, совершив на нее наезд.

В результате указанных действий, выразившихся в нарушений Правил дорожного движения РФ, малолетней М. С.О. были причинены открытые переломы диафизов обеих костей правой голени в средней трети со смещением отломков, с наличием раны в проекции переломов, которые в совокупности, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем не одну треть стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов.

Несмотря на отрицание ФИО1 своей вины в совершении преступления, за которое он осужден, и заявление стороны защиты об отсутствии доказательств для выводов суда об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что виновность осужденного нашла свое полное подтверждение совокупностью исследованных доказательств.

Так, сам осужденный ФИО1 в судебном заседании не оспаривал факт управления транспортным средством и наезда на малолетнюю М. С.О., переходящую проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу, в результате чего последней был причинен тяжкий вред здоровью.

Из показаний потерпевшей М. С.О., данных на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании следует, что 09 сентября 2024 года она возвращаясь со школы подошла к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному на нерегулируемом перекрестке <адрес> и обозначенному дорожными знаками и разметкой. Убедившись, что двигавшихся автомобилей на дороге и на пешеходном переходе не было, она преступила к переходу проезжей части. Пройдя примерно половину «зебры», она на секунду потеряла сознание, а придя в себя, обнаружила, что сидит на проезжей части в районе пешеходного перехода, почувствовав боль в правой ноге, увидела кровь.

Со слов законного представителя потерпевшей М. О.В., о случившемся с дочерью его супруге по телефону сообщила незнакомая женщина. Приехав на место ДТП обнаружили свою дочь, сидящей на пешеходном переходе с травмой правой ноги. На месте происшествия также был ФИО1, машина которого стояла после пешеходного перехода, на левой полосе.

Свидетель Я. Е.В. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании поясняла о том, что они с мужем ехали по <адрес>, остановившись перед пешеходным переходом, спустя мгновение она услышала хлопок, и увидела девочку, лежащую на переходе. Самого момента ДТП она не видела, но видела, что девочка шла сверху по ул. Ленина и вышла на пешеходный переход.

Свидетель Ч. Д.М., рассказала, что готовясь осуществить поворот налево, она пропускала двигавшиеся на проезжей части ул. Ленина машины при этом задняя часть управляемого ею автомобиля, располагалась на дорожной разметке «Пешеходный переход». Когда автомобиль под управлением ФИО1 проезжал рядом во встречном направлении, она услышала звук, похожий на хлопок, в зеркало увидела М. С.О., сидящую на пешеходом переходе, самого момента наезда, она не видела.

Инспектор ДПС Г. Н.И. сообщил, что 09 сентября 2024 года, прибыв на место ДТП, обнаружил последствия дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля <данные изъяты> и пострадавшего пешехода - несовершеннолетней М. С.О., на которую был совершен наезд. На место ДТП была вызвана следственно-оперативная группа, следователь осмотрел место происшествия.

Как следует из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, в ходе осмотра участка проезжей части <адрес>, Белгородской области зафиксирована дорожная обстановка, наличие дорожных знаков 5.19.1 и 5.19.2 ПДД РФ и дорожная разметка 1.14.1 "Пешеходный переход", установлено место наезда на пешехода, осмотрен легковой автомобиль марки <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, на задней левой двери в районе ручки и на заднем левом крыле которого имелись следы трения в виде полос.

На исследованной в судебном заседании видеозаписи с видеорегистратора автомобиля ФИО1 зафиксирован момент дорожно-транспортного происшествия, видно, что, когда автомобиль ФИО1, пересекая перекресток подъезжал к пешеходному переходу <адрес>, М. С.О. уже переходила пешеходный переход.

Согласно заключения автотехнической экспертизы, водитель автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный номер №, ФИО1 должен был действовать в исследуемой дорожной ситуации в соответствии с требованиями пункта 14.1. Правил Дорожного движения РФ, а именно, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода.

Заключением судебно-медицинской экспертизы подробно описаны причиненные в результате ДТП потерпевшей М. С.О. телесные повреждения, а также их тяжесть, локализация, механизм и время образования.

В приговоре приведены и другие доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления. Каждое из доказательств, суд оценил с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - с точки зрения достаточности для вынесения решения по делу. Нарушений требований ст. 88 УПК РФ, регулирующей правила оценки доказательств, судом при этом не допущено.

Показания потерпевших и свидетелей судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными и положены в основу выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку они последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами. Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевших, свидетелей и других исследованных доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда и на законность принятого судом решения, не имеется.

Вопреки утверждению защитника, показания свидетеля Я. Е.В., на предварительном следствии и в судебном заседании относительно событий, очевидцем которых она стала. Заявлений о несоответствии оглашенных показаний действительности свидетель не делала, противоречия пояснила давностью событий.

Оценивая письменные доказательства, суд первой инстанции признал каждое из них относимым, допустимым, достоверным, имеющим юридическую силу, поскольку их содержание соответствует действительности, объективно отражает обстоятельства совершенного преступления, все они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу.

Оснований для признания протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством по причине не соответствия действительности зафиксированных в нем данных реальной дорожной обстановке в момент ДТП, о чем заявляет защитник, у суда не имелось, поскольку из материалов уголовного дела следует, что осмотр места происшествия от 09 сентября 2024 года с фототаблицей и схемой к нему произведен уполномоченным на то лицом на законных основаниях, с участием понятых, а также самого ФИО1, отраженные в протоколе ход и результаты осмотра засвидетельствованы подписями участвующих лиц, при этом замечаний, в том числе от ФИО1 не поступило. Нарушений, ставящих под сомнение законность и результаты проведенного следственного действия не допущено.

В приговоре приведены мотивы по которым суд принял одни доказательства и отверг другие. Правильность оценки доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Судом в полном объеме проверена версия подсудимого по факту произошедшего и все доводы защиты, аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе. По результатам проведенного анализа суд обоснованно отверг версию ФИО1 об отсутствии технической возможности избежать столкновения и о наличии причинно-следственной связи между действиями потерпевшей и произошедшем ДТП, что нашло отражение в обжалуемом приговоре.

Соглашаясь с данной оценкой, суд апелляционной инстанции, исходит из того, что дорожные условия, о которых заявляет сам осужденный, а именно ограничение обзора части пешеходного перехода, требовали от водителя ФИО1 особого внимания для постоянного контроля за движением транспортного средства, снижения скорости транспортного средства для обнаружения опасности, что им сделано не было.

Поскольку наезд на пешехода произошел в зоне действия нерегулируемого пешеходного перехода и в данном случае ФИО1, управляя транспортным средством был обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу, возможность у водителя ФИО1 предотвратить наезд зависела в первую очередь не от наличия либо отсутствия у него технической возможности предотвратить происшествие как таковое, а от выполнения им требований 1.3, 10.1, 14.1 ПДД РФ, и в первую очередь требования "уступить дорогу" пешеходу.

Обстановка, предшествующая дорожно-транспортному происшествию, а именно, наличие дорожного знака нерегулируемого пешеходного перехода и соответствующей дорожной разметки при ограничении обзора части пешеходного перехода во встречном направлении из-за стоящего там автомобиля, требовала от ФИО1 должной внимательности, учета дорожных условий, выбора соответствующей скорости движения, что в полной мере соответствует разъяснениям, содержащимся в пп. 6 и 7 Постановления Пленума ВС РФ №25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения".

Таким образом, следует согласиться с выводами суда о том, что ФИО1 сам поставил себя в такие условия, при которых не смог избежать наезда на пешехода, переходившую проезжую часть дороги с соблюдением правил дорожного движения по нерегулируемому пешеходному переходу. Бесспорных данных о нарушении потерпевшей Правил дорожного движения не имеется.

В связи с изложенным, суждение эксперта в описательно-мотивировочной части заключения автотехнической экспертизы №205 от 09.04.2025 г. о том, что пешеход М. С. О. своими действиями (ускорив темп движения, проигнорировав положения п. 4.5 Правил дорожного движения РФ и в условии отсутствия ее действий по условиям безопасности перехода), могла поставить водителя ФИО1, в условия отсутствия возможности исполнения им обязанностей, предписанных диспозицией пункта 14.1 Правил дорожного движения РФ, не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

По тем же основаниям не опровергает правильности выводов суда первой инстанции отказ стороне защиты в удовлетворении заявленного ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы для установления технической возможности ФИО1 избежать дорожно-транспортного происшествия. Следует учитывать и то, что в силу дискреционных полномочий, предусмотренных ст. 29 УПК РФ, именно суд определяет совокупность доказательств достаточную для разрешения уголовного дела по существу, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

С учетом обстоятельств дела, правильно установлено, что нарушение ФИО1 п. 1.3, 10.1, 14.1 Правил дорожного движения РФ состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Утверждение автора жалобы о вменении ФИО1 нарушений пунктов правил дорожного движения, не указанных в заключении автотехнической экспертизы, не ставит под сомнение фактические обстоятельства дела, поскольку они установлены не на основании одного лишь заключения экспертизы, а в результате исследования в судебном заседании всей совокупности доказательств и с учетом предъявленного обвинения.

Кроме того, по смыслу приведенных в п. 14.1 ПДД РФ требований, водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, что само по себе предполагает соблюдение правил дорожного движения, включая снижение скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, а также выполнения требований соответствующих знаков и разметки, что продублировано в п.п.1.3, 10.1 ПДД РФ.

Исходя из фактических обстоятельств уголовного дела в том виде, в котором они установлены судом и изложены в описательно-мотивировочной части приговора, действиям ФИО1 дана верная юридическая оценка по ст. 264 ч. 1 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Выводы суда о квалификации действий осужденного в приговоре мотивированы, с которыми суд апелляционной инстанции полностью соглашается. Оснований для оправдания ФИО1 не имеется.

Объективные данные, свидетельствующие о нарушении права ФИО1 на защиту отсутствуют. Судебное следствие проведено в полном соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ.

Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст. ст. 15 и 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в соответствии с требованиями процессуального закона.

Вопреки доводам апелляционных жалоб приговор в отношении ФИО1 соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. Суждения защитника о том, что приговор переписан с обвинительного заключения, являются несостоятельными.

В целом, изложенные в апелляционной жалобе доводы, сводятся лишь к оспариванию оценки данной судом исследованным доказательствам, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального и процессуального права, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного решения.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 ч. 3 УК РФ, с учетом степени и характера общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, заслуживающих внимание обстоятельств дела, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, условия жизни его семьи и необходимости достижения целей назначенного наказания. Принятое судом решение о виде и размере наказания, о необходимости назначения дополнительного наказания с учетом положений ст. 47 ч. 3 УК РФ, в приговоре мотивированы, и оснований с ним не согласиться не имеется.

Суд обоснованно учел обстоятельство, смягчающее наказание – частичное возмещение морального вреда.

Иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не установлено.

Учитывая указанные обстоятельства, суд назначил ФИО1 наказание в пределах санкции статьи закона, по которой он осужден, при этом, назначенное ему основное наказание в виде ограничения свободы является справедливым и соразмерным содеянному.

Оснований для его смягчения или усиления суд апелляционной инстанции не усматривает. Однако, имеются основания для внесения уточнений в установленные судом ограничения.

Так, установив, что ФИО1 зарегистрирован и фактически проживает по адресу: Белгородская область, г. <адрес>, суд установил осужденному ограничение в виде запрета выезда за пределы соответствующего муниципального образования, но, в нарушение ч.1 ст.53 УК РФ, не указал конкретное наименование муниципального образования, что создает правовую неопределенность и невозможность исполнения наказания по приговору суда в дальнейшем.

Таким образом, в соответствии со ст. 53 УК РФ, следует установить ФИО1 ограничение: не выезжать за пределы муниципального образования <данные изъяты>, без согласия соответствующего специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым дополнить резолютивную часть приговора указанием об исчисления начала срока отбывания как дополнительного наказания в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, так и основного - в виде ограничения свободы в силу ч. 1 ст. 49 УИК РФ.

Кроме того, во вводной части приговора в нарушение требований ст. 304 УПК РФ судом неверно указана дата рождения ФИО1, которой в действительности является «ДД.ММ.ГГГГ», что подтверждено материалами уголовного дела, копией паспорта и самим осужденным, при установлении судом апелляционной инстанции его данных о личности. Указанный недостаток не влияет на существо приговора и не является основанием для его отмены. В этой связи следует дополнить вводную часть приговора соответствующими сведениями.

В ходе проверки оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции выявлены и иные основания, влекущие отмену приговора в части.

В соответствии со ст. 54 УПК РФ в качестве гражданского ответчика может быть привлечено физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с Гражданским кодексом РФ несет ответственность за вред, причиненный преступлением. О привлечении физического или юридического лица в качестве гражданского ответчика дознаватель, следователь или судья выносит постановление, а суд - определение.

Вместе с тем, как усматривается из материалов данного уголовного дела, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании ФИО1 не был признан гражданским ответчиком, соответствующих постановлений об этом не выносилось. При этом у подсудимого не было выяснено, признает ли он иск представителя законного представителя потерпевшей о компенсации морального вреда.

Помимо этого, удовлетворив исковые требования в пользу представителя несовершеннолетней потерпевшей, суд не учел, что, в соответствии со ст. 45 УПК РФ, законный представитель наделен только процессуальными правами для защиты интересов представляемого им лица.

Действующим законодательством на причинителей вреда возложена обязанность возместить вред лицу, которому он был причинен. Следовательно, в случае удовлетворения исковых требований законного представителя взыскание производится в пользу представляемого им несовершеннолетнего лица, а не в пользу его представителя.

Ввиду допущенных нарушений приговор в части гражданского иска подлежит отмене с передачей уголовного дела в указанной части на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, где, в том числе подлежат обсуждению доводы сторон о размере суммы компенсации морального вреда.

Судом также допущено нарушение закона при рассмотрении заявления представителя потерпевшего о возмещении процессуальных издержек.

В силу ст. 131, 132 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо могут быть взысканы с осужденного.

По смыслу указанных статей УПК РФ издержки, связанные с производством по уголовному делу, могут быть взысканы с осужденного только по решению суда, порядок принятия которого должен гарантировать защиту его прав и соответствовать критериям справедливого судебного разбирательства. Осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения. С учетом приведенных положений закона имущественное положение подсудимого, а также вопрос о наличии оснований для освобождения лица от возмещения процессуальных издержек являются самостоятельным предметом судебного разбирательства при разрешении вопроса о взыскании процессуальных издержек.

Как следует из приговора, суд разрешив заявление представителя потерпевших о компенсации понесенных затрат по уголовному делу, связанных с расходами на представителя, постановил возместить заявленную сумму в размере 402 400 рублей за счет средств федерального бюджета, с последующем ее взысканием с ФИО1

Вместе с тем, из протокола и аудиозаписи судебного заседания, следует, что ФИО1 положения ст. ст. 131, 132 УПК РФ о возможности взыскания с него процессуальных издержек, связанных с выплатой расходов законного представителя потерпевшей М. О.В. по оплате услуг представителя не разъяснялись, мнение по данному вопросу у него не выяснялось, то есть подсудимый был лишен возможности и права довести до суда свою позицию относительно размера взыскиваемых процессуальных издержек, и своего имущественного положения, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах, судебное решение в отношении ФИО1 в части взыскания с него процессуальных издержек подлежит отмене, а уголовное дело в этой части передаче на новое судебное рассмотрение в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ.

Вопреки суждению представителя А. В.Н. в апелляционной жалобе, решение суда об оставлении осужденному ФИО1 по вступлении приговора в законную силу автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, признанного по делу вещественным доказательством, не противоречит положениям подп. "б" п. 1 ч. 2 ст. 82 УПК РФ, п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, п. 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ. Поскольку в наложении ареста на указанное транспортное средство судом было отказано, то законных оснований для его изъятия у собственника в обеспечение гражданского иска не имелось.

Иных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, влекущих отмену или изменение приговора по делу, не установлено. Апелляционные жалобы защитника осужденного и представителя законного представителя потерпевшей подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.389.20 ч.1 п.9, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

ПриговорПриговор Губкинского городского суда Белгородской области от 21 ноября 2025 года в отношении ФИО1 в части разрешения гражданского иска и взыскания процессуальных издержек - расходов понесенных законным представителем малолетней потерпевшей М. С.О. - отменить.

Материалы уголовного дела в части разрешения гражданского иска законного представителя потерпевшей передать на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Уголовное дело в части решения вопроса о покрытии расходов законного представителя потерпевшей на представителя передать в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение в порядке ст. 397, 399 УПК РФ в ином составе суда.

Этот же приговор в отношении ФИО1 изменить.

Указать во вводной части приговора дату рождения осужденного ФИО1 - ДД.ММ.ГГГГ

Уточнить, резолютивную часть приговора указанием о том, что ФИО1 запрещено изменять место жительства и выезжать за пределы территории муниципального образования – «<данные изъяты> без согласия соответствующего специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Дополнить резолютивную часть приговора указанием о том, что срок отбывания наказания в виде ограничения свободы ФИО1 исчислять со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией. Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ исполнять самостоятельно, исчисляя его срок со дня вступления приговора в законную силу.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника осужденного и представителя законного представителя потерпевшей – удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.В.Кононенко