Апелляционное постановление № 22-185/2025 22-8559/2024 от 19 января 2025 г. по делу № 1-101/2024

Судья р/с Комков А.Н. Дело № 22-185/2025 (22-8559/2024)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Краснодар 20 января 2025 года

Краснодарский краевой суд в составе:

председательствующего Лопушанской В.М.,

при ведении протокола помощником судьи Евдокимовой Н.В.,

с участием прокурора Каиновой Ю.Е.,

осужденного Л.,

адвоката Монина В.Б.,

потерпевшего В.,

представителя потерпевшего адвоката Гаврилюк М.И.,

потерпевшего А.,

потерпевшей Б.,

потерпевшей З.,

представителей потерпевших адвоката Шайкина В.В.

рассмотрел уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Монина В.Б., действующего в интересах осужденного Л., по апелляционным жалобам потерпевших Г., З., А., Б., В. на приговор Кореновского районного суда от 08 ноября 2024 года, которым

Л., .......... года рождения, уроженец ............, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: ............, ранее не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 10 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

Взыскано с Л. в пользу Б., А., Г. по 500 000 рублей в пользу каждого, в пользу В. и З. по 250 000 рублей каждому.

По делу решена судьба вещественных доказательств, сохранен арест на имущество Л.

Заслушав доклад председательствующего по делу судьи, изложившей содержание приговора суда, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав мнение осужденного и его адвоката, поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, мнение потерпевших и их представителей, поддержавших доводы своих апелляционных жалоб, мнение прокурора, просившего приговор изменить, снизить назначенное наказание, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

По приговору суда Л. признан виновным в том, что, являясь лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Суд установил, что 17.11.2023 года Л., в нарушение п. 10.1 ПДД РФ, управляя автомобилем ВАЗ 21213 с государственным регистрационным номером ........, находясь в ............, двигаясь по проселочной дороге, около водоема с указанными в приговоре координатами, со скоростью, не обеспечивающей безопасность движения, не учитывая видимости в направлении движения, в темное время суток, в условиях отсутствия дополнительного уличного электроосвещения, допустил съезд с проезжей части дороги с дальнейшим опрокидыванием транспортного средства-автомобиля, в водоем, в результате чего пассажир Д. скончался на месте происшествия вследствие механической асфиксии от закрытия органов дыхания водой при утоплении.

В апелляционной жалобе адвокат Монин В.Б., действующий в интересах осужденного Л. просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, считает вину осужденного недоказанной. Полагает, что гибель Г. произошла вследствие несчастного случая и в обстоятельствах гибели Г. отсутствуют признаки дорожно-транспортного происшествия. Ссылается на п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», из которого следует, что Правилами дорожного движения устанавливается порядок движения транспортных средств как по дороге, под которой понимается обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли либо поверхность искусственного сооружения, включающая в себя одну или несколько проезжих частей, трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии, так и по непосредственно прилегающей к дороге территории, не предназначенной для сквозного движения транспортных средств (пункт 1.2 Правил). С учетом этого ответственность по статье 264 УК РФ наступает за нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, допущенные в пределах обустроенных или специально приспособленных для движения транспортных средств полос земли или поверхности искусственных сооружений, прилегающих к ним территорий (например, во дворах многоквартирных домов, в коттеджных поселках, на автостоянках, автозаправочных станциях, территориях организаций), а также на иных приспособленных и используемых водителями для движения транспортных средств участках местности, проложенных в лесу, в поле, по ледовой поверхности реки или озера, и др. Анализируя ПДД, приходит к выводу о том, что опрокидывание автомобиля под управлением Л. произошло на местности, где отсутствуют признаки автомобильной дороги, которые указаны в вышеприведённых нормативно-правовых актах. Место, где автомобиль упал в реку, представляет собой урез воды - береговую линию. В схеме происшествия то место, где двигался автомобиль, следователем указано не как дорога (проезжая часть), а как направление движения. Протокол осмотра места происшествия не содержит сведений о наличии в месте опрокидывания автомобиля таких элементов дороги как проезжая часть, полосы движения, обочина, дорожные знаки. Свидетели Мацко и Р., которые участвовали в составлении протокола осмотра места происшествия, сообщили суду, что на месте происшествия отсутствует дорога. Стороной защиты суду был представлен письменный ответ кадастрового инженера Ж. на адвокатский запрос об определении места опрокидывания автомобиля по точке, установленной следователем И.. Из ответа кадастрового инженера следует, что эта точка расположена в водоохраной зоне реки, согласно ответа администрации Журавского сельского поселения в этом месте отсутствуют какие-либо дороги, в том числе местного значения. Ссылается на ч. 15 ст. 65 Водного Кодекса о том, что в водоохраной зоне запрещается размещение автодорог и использование местности для движения и стоянки транспортных средств. Считает, что его подзащитный не имел технической возможности предотвратить ДТП, своевременно обнаружить опасность. Позиция Л. не проверена и не опровергнута иными доказательствами, в том числе заключением автотехнической экспертизы, результатами проведения следственного эксперимента. Считает, что заключением судебно-медицинского эксперта не установлено, когда именно наступила смерть Г., в машине или после того, как он был вытащен на берег. Из показаний свидетеля Ш. и показаний его подзащитного следует, что они оказывали помощь Г. на берегу. Назначенное наказание является чрезмерно строгим. Указывает, что Л. характеризуется исключительно положительно, впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет малолетнего ребенка. Суд не дал оценки тому обстоятельству, что после опрокидывания автомобиля в реку его подзащитный спас от гибели свидетеля Ш. и пытался спасти Г., возместил потерпевшим расходы на похороны.

В апелляционных жалобах потерпевшие Г., З., А., Б., В. просят приговор изменить, взыскать компенсацию морального вреда по 3 000 000 рублей каждому. Полагают, что сумма взысканной компенсации морального вреда несоразмерна перенесенным ими физических и нравственных страданий.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Е. потерпевший В. просит приговор в части назначенного наказания оставить без изменения, считая выводы суда обоснованными.

С аналогичными возражениями обратились потерпевшие Б., А., Г., З.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах и возражений на них, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора суда, не установлено.

Обстоятельства, при которых совершено преступление, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, установлены судом верно, квалификация действий осужденного верна.

Суд обоснованно сослался в подтверждение виновности осужденного Л. на следующие доказательства:

- показания осужденного Л., данные в ходе предварительного следствия о том, что 17.11.2023 года в ночное время он со своими знакомыми Г. и Ш. решил показаться на своем автомобиле «Нива» по грунтовым дорогам пересеченной местности. Автомобиль под его управлением опрокинулся в реку, когда они двигались по направлению от хут. Казаче-Малеванного Кореновского района до хут. Иногородне-Малеванного Выселковского района. В темноте, после опрокидывания автомобиля в реку, он перелез на заднее сиденье, выбрался наружу через багажник. После этого вытащил из машины Ш. на берег, оказал ему первую помощь, после чего Ш. пришел в себя. После этого он вытащил из машины Г., оттащил его на берег, вместе с Ш. они пытались привести его в сознание, делали массаж сердца, но Г. в сознание не пришел. Вину не признает, так как считает, что произошел несчастный случай, предвидеть опрокидывание автомобиля не мог;

- показания свидетеля Ш., данные в ходе судебного заседания о том, что он, Л. и Г. в ночное время 17.11.2023 года поехали кататься на машине Л. Около часа они ездили по полевым дорогам, скорость движения была 20-30 км/час. Когда они ехали рядом с рекой в х. Кахзаче-Малеванном, они повернули в строну камышей, машину потянуло влево и она перевернулась. Он пытался выбраться из машины, но не смог и потерял сознание. Его вытащил Л., он очнулся возле берега, затем Л. вытащил Г. и они вдвоем стали тащить его на берег.

Другие допрошенные свидетели, потерпевшие очевидцами совершения преступления не являлись, но дали показания о месте совершения дорожно-транспортного происшествия, их показания соответствуют выводам суда об установленных обстоятельствах совершения преступления.

В частности, потерпевший В. показал, что непосредственно после произошедшего прибыл на место ДТП. Следователь в его присутствии составлял схему ДТП, следов машины и тормозного пути не имелось, после он сфотографировал место ДТП и все дороги, возле этого места.

Свидетель Ц. также показал, что выехал на место ДТП непосредственно после него. Опрокидывание автомобиля произошло в 2-3 метрах от берега. По пути к месту опрокидывания три заезда.

Свидетель И. - следователь, проводивший осмотр места ДТП, показал, что оно находилось за населенным пунктом х. Казаче-Малеванный, изначально туда ведет грунтовая дорога, которая поворачивает на балку и место ДТП находилось рядом с этой развилкой, представляет собой участок местности около берега реки, поросший травой, есть колея от автомобиля, но грунтовой дороги он не видел. Место, где опрокинулся автомобиль, определялось со слов участников и по замятию травы, это был обрыв. Л. и второй пассажир, рассказали, что достали потерпевшего из реки и пытались оказать помощь на берегу, но не смогли.

Также свидетели У., Р., дали показания о месте, где произошло происшествие.

Выводы суда подтверждены исследованными письменными доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия от 17.11.2023 года, согласно которому осмотрен водоем, имеющий географические координаты ........ с.ш. ........ в.д., в ходе которого обнаружен и изъят автомобиль марки «ВАЗ 21213», государственный регистрационный знак ........;

- протоколом осмотра предметов от 19.03.2024 года, согласно которому осмотрен автомобиль марки «ВАЗ 21213», государственный регистрационный знак ........, изъятый в ходе осмотра места происшествия 17.11.2023 года, который приобщен в качестве вещественного доказательства по делу постановлением от 19.03.2024 года;

- протоколом проверки показаний на месте от 16.02.2024 года, согласно которому свидетель В. указал на участок местности, имеющий географические координаты ........ с.ш. ........ в.д., на котором был обнаружен автомобиль «Нива», указал на месторасположение трупа Г.;

- заключением эксперта № 186/2023 от 15.12.2023, согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа Г. обнаружены повреждения: ссадины головы. Эти повреждения возникли в результате прямых травматических воздействий на эти области тела твердых тупых предметов, прижизненно незадолго до момента наступления смерти, о чем свидетельствует реакция тканей на повреждения. Не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, прямой причиной связи с наступившей смертью не имеют. Причиной смерти Г. явилась механическая асфиксия от закрытия органов дыхания водой при утоплении, о чем свидетельствуют: жидкость в просвете дыхательных путей, в полости пазухи основной кости; расплывающиеся кровоизлияния под висцеральной плеврой легких, признаки острой смерти: отек и эмфизема легких; отек головного мозга; точечные кровоизлияния в конъюнктивах век, под висцеральной плеврой легких; полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови в полостях сердца и просветах крупных сосудов, которые находятся в прямой причинной связи со смертью. Причинена незадолго до момента наступления смерти, о чем свидетельствует реакция тканей на повреждения, причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью;

- иными приведенными в приговоре доказательствами.

Указанным доказательствам судом дана правильная оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, считая вину осужденного в совершении преступления доказанной.

В связи с этим суд критически относится к показаниям осужденного Л. о непризнании им своей вины, о неверной квалификации его действий.

По смыслу закона, при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Судам следует иметь в виду, что в компетенцию судебной автотехнической экспертизы входит решение только специальных технических вопросов, связанных с дорожно-транспортным происшествием. Поэтому при назначении экспертизы суды не вправе ставить перед экспертами правовые вопросы, решение которых относится исключительно к компетенции суда (например, о степени виновности участника дорожного движения). При анализе и оценке заключений автотехнических экспертиз судам следует также исходить из того, что объектом экспертного исследования могут быть обстоятельства, связанные лишь с фактическими действиями водителя транспортного средства и других участников дорожного движения.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы о том, что сделать выводы о виновности осужденного без проведения автотехнической экспертизы невозможно, суд апелляционной инстанции находит необоснованными. Установленные судом обстоятельства ДТП очевидно свидетельствуют о том, что его причиной явилось именно невыполнение осужденным приведенных в приговоре пунктов правил дорожного движения поскольку он осуществлял движение, не учитывая видимость в направлении движения, в темное время суток, в условиях отсутствия дополнительного освещения, допустив опрокидывание автомобиля. Каких-либо специальных познаний, то есть проведения автотехнической экспертизы, для установления данных вопросов не требуется.

Правилами дорожного движения устанавливается порядок движения транспортных средств как по дороге, под которой понимается обустроенная или приспособленная и используемая для движения транспортных средств полоса земли либо поверхность искусственного сооружения, включающая в себя одну или несколько проезжих частей, трамвайные пути, тротуары, обочины и разделительные полосы при их наличии, так и по непосредственно прилегающей к дороге территории, не предназначенной для сквозного движения транспортных средств (пункт 1.2 Правил). С учетом этого ответственность по статье 264 УК РФ наступает за нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, допущенные в пределах обустроенных или специально приспособленных для движения транспортных средств полос земли или поверхности искусственных сооружений, прилегающих к ним территорий (например, во дворах многоквартирных домов, в коттеджных поселках, на автостоянках, автозаправочных станциях, территориях организаций), а также на иных приспособленных и используемых водителями для движения транспортных средств участках местности, проложенных в лесу, в поле, по ледовой поверхности реки или озера, и др.

Учитывая данное толкование закона, приведенное в Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», принимая во внимание исследованные судом доказательства, в том числе фотоматериалы, отражающие обстановку на месте происшествия, действия осужденного верно квалифицированы судом, а доводы о том, что место, где автомобиль упал в реку, находится на береговой линии не имеют правового значения, так как опрокидыванию непосредственно предшествовало движение по участку местности, приспособленному водителями для движения и именно там было допущено нарушение правил дорожного движения, повлекшее ДТП. Приведенные в апелляционной жалобе стороной защиты доказательства на этот вывод не влияют.

Правового значения для квалификации действий осужденного также не имеет то, где – в воде или на берегу наступила смерть потерпевшего, поскольку из заключения судебно-медицинской экспертизы следует, что его смерть наступила в результате асфиксии при утоплении, что очевидно явилось следствием произошедшего ДТП.

В то же время суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению, в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания.

Разрешая вопрос о виде и размере наказания, суд первой инстанции указал, что преступление относится к категории средней тяжести. Суд принял во внимание данные о личности осужденного, который женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка, характеризуется посредственного по месту жительства, по месту работы характеризуется положительно, к уголовной ответственности привлекается впервые. При этом из исследованной характеристики, обозначенной судом в приговоре как посредственная, следуют исключительно положительные сведения о личности осужденного (л.д. 22 т.2).

Обстоятельствами, смягчающими наказание суд признал наличие у Л. малолетнего ребенка, частичное возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

Выводы суда о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы является обоснованным, основания для применения положения ст. 73 УК РФ, ст. 64 УК РФ, замены наказания на принудительные работы не имеется.

Однако судом не учтено, что в соответствие с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, является обстоятельством, смягчающим наказание.

Из материалов дела, показаний допрошенных лиц, следует, что после опрокидывания автомобиля осужденный Л. вытащил из опрокинувшейся в водоем автомашины свидетеля Щ., находившегося без сознания, оказал ему первую помощь, в результате чего тот пришел в себя, после чего вытащил из машины Г., которому также пытался оказать помощь, по очереди с Щ. делали ему массаж сердца, но Г. погиб.

Указанные действия следует расценивать, как обстоятельство, предусмотренное п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ - оказание потерпевшему медицинской и иной помощи непосредственно после совершения преступления, в связи с чем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что назначенное наказание Л. является несправедливым вследствие чрезмерной суровости и считает необходимым смягчить его в пределах санкции статьи уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершенное преступление с учетом правил ч. 1 ст. 62 УК РФ, в соответствии с которой максимально возможное наказание составляет 3 года 4 месяца лишения свободы.

Также суд считает назначенное наказание суровым и в связи с учетом положительных сведений о личности осужденного, совершения им впервые преступления средней тяжести по неосторожности, наличия у него ребенка, того обстоятельства, что хотя осужденный и сообщает о непризнании своей вины, фактически признает все совершенные им действия, давая им неверную правовую оценку, им приняты меры к частичному возмещению вреда, причиненного преступлением -осужденным и потерпевшими подтверждено, что осужденным заявлено ходатайство в суде первой инстанции о наложении ареста на его банковский счет, куда им перечислены денежные средства в размере заявленных потерпевшим требований о возмещении материального вреда, что не в полной мере учтено судом первой инстанции.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с положениями ст. 58 УК РФ.

Суд обоснованно, в соответствии с требованиями действующего законодательства, учитывая обстоятельства дела, назначил осужденному с применением положений ст. 47 УК РФ, санкции ч. 3 ст. 264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание обстоятельства произошедшего, неосторожный характер причинения смерти погибшему, имущественное положение осужденного, наличие на иждивении малолетнего ребенка, требования разумности и справедливости и пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца Б. в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей, истца А. в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей, истца Г. в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей, истца В. в счет компенсации морального вреда 250 000 рублей, истца З. в счет компенсации морального вреда 250 000 рублей.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства по делу, суд апелляционной инстанции соглашается с суммой взысканной компенсации морального вреда, полагая, что судом она определена в строгом соответствии с требованиями ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации судом мотивирован с учетом всех обстоятельств происшествия, перенесенных истцами, нравственных страданий, требований разумности и справедливости и сделан по результатам надлежащей оценки совокупности имеющихся в деле доказательств.

Довод апелляционных жалоб потерпевших о заниженном размере взысканной судом компенсации морального вреда не принимается судом, поскольку размер компенсации определен судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Определенный судом размер компенсации морального вреда является соразмерным причиненному вреду, не является заниженным.

Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу истцов, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.24, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кореновского районного суда Краснодарского края от 8 ноября 2024 года в отношении Л. - изменить.

Учесть в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления.

Смягчить назначенного Л. наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ до 2 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок три года.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения копии постановления. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.М. Лопушанская