Апелляционное постановление № 10-711/2020 от 16 февраля 2020 г. по делу № 1-327/2019

Дело № 10-711/2020 Судья Закорчемная А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 17 февраля 2020 года

Челябинский областной суд в составе судьи Лаптиева Ю.С.,

при ведении протокола помощником судьи Земляницыной Е.Н.,

с участием:

прокурора Украинской Л.В.,

потерпевшей Потерпевший №1,

осужденного ФИО1,

и его защитника – адвоката Зиновьева В.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Зиновьева В.Г., поданной в интересах осужденного ФИО1, на приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 21 ноября 2019 года, которым

ПРИВАЛОВ

Андрей Викторович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы сроком на один год с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок два года, с установлением ограничений и обязанностей, указанных в резолютивной части приговора.

Приговором разрешен гражданский иск, которым с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 постановлено взыскать в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Зиновьева В.Г., поддержавших изложенные в апелляционной жалобе доводы; прокурора Украинской Л.В., потерпевшей Потерпевший №1 полагавших приговор подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1

Преступление совершено на территории Тракторозаводского района г. Челябинска 03 января 2018 года в период времени с 22 часов 30 минут до 22 часов 40 минут при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Зиновьев В.Г. выражает несогласие с вынесенным приговором, считая его незаконным, необъективным, необоснованным и несправедливым. Просит приговор суда первой инстанции отменить, вынести оправдательный приговор либо направить дело на новое судебное разбирательство. Полагает, что потерпевшая Потерпевший №1 и свидетель Свидетель №1, будучи непосредственными участниками ДТП, являются заинтересованными в исходе дела лицами, в связи с чем к их показаниям следует отнестись критически. Настаивает на том, что протокол дополнительного осмотра места происшествия от 07 марта 2018 года необходимо исключить из числа доказательств как недопустимое в связи с нарушением положений ст. 181 УПК РФ. Считает, что суд предвзято по отношению к ФИО1 занял обвинительную позицию, исключив из числа доказательств единственное аргументированное и информативное доказательство: заключение дополнительной экспертизы № 1746/4-1, при назначении которой никаких нарушений УПК РФ, как указано в приговоре, допущено не было. Обращает внимание, что суд, сославшись на заключения эксперта № 259 и № 458, не учел, что в основу выводов указанных экспертиз положены субъективные исходные данные, полученные при проведении дополнительного осмотра места происшествия, то есть являются недостоверными и необъективными. Сопоставляя заключения эксперта № 259, 458 с заключением № 1746/4-1, автор жалобы приходит к выводу о том, что до столкновения в нарушение требований п.10.2 ПДД РФ водитель Свидетель №1, управляя автомобилем «Ниссан», двигался с превышением допустимой скорости движения, что также подтверждают свидетели ФИО6 и ФИО7 Приводя содержание заключения эксперта ФИО12, указывает, что, двигаясь водитель Свидетель №1 с соблюдением скоростного режима, столкновения удалось бы избежать, в связи с чем выражает несогласие с прекращением уголовного преследования в отношении Свидетель №1

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора.

Фактические обстоятельства, согласно которым ФИО1, управляя автомобилем, проявил преступную неосторожность, в нарушение п.п. 1.3, 8.1, 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации произвел столкновение с автомобилем под управлением водителя Свидетель №1, в результате чего Потерпевший №1 причинены <данные изъяты>, квалифицирующаяся как тяжкий вред здоровью, установлены судом первой инстанции на основе совокупности исследованных доказательств.

Так, из показаний потерпевшей Потерпевший №1 на предварительном следствии и в судебных заседаниях следует, что 03 января 2018 года около 23 часов она и Свидетель №1, находящийся за управлением автомобиля «Ниссан», двигались по пр. Ленина. Точную скорость движения назвать затрудняется. Проехав перекресток у дома №8 по пр. Ленина, они увидели автомобиль «Мазда», который осуществлял разворот в неположенном месте и перегородил им движение. Свидетель №1 применил экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось. Она была пристегнута ремнем безопасности, подушка безопасности не сработала. В результате ДТП она ударилась о лобовое стекло и получила телесные повреждения, была доставлена бригадой скорой помощи в ГКБ №8, где ей провели операцию.

Свидетель Свидетель №1, будучи непосредственным участником ДТП, в ходе предварительного следствия и судебных заседаний аналогично показаниям потерпевшей последовательно и логично сообщал о том, что 03 января 2018 года он, находясь за управлением автомобилем «Ниссан Эксперт», пересек перекресток улиц Героев Танкограда и пр. Ленина, двигался в крайней правой полосе, затем перестроился левее, поскольку автомобили могут выезжать с полосы-дублера. В этот момент он увидел автомобиль «Мазда», водитель которого собирался развернуться, находился уже на полосе движения, двигался практически перпендикулярно ему самому. Он применил экстренное торможение, но технической возможности остановиться у него не было.

Допрошенные на предварительном следствии свидетели – сотрудники ДПС ГИБДД УМВД по г. Челябинску ФИО8 и ФИО9, показания которых были оглашены в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, пояснили, что 03 января 2018 года около 23 часов поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии у дома № 8 по пр. Ленина. По прибытии на место было установлено, что произошло столкновение между автомобилями «Мазда» под управлением ФИО1 и «Ниссан Эксперт» под управлением Свидетель №1 Пассажир «Ниссан Эксперт» Потерпевший №1 в результате ДТП получила телесные повреждения, была госпитализирована. С участием водителей и понятых был произведен осмотр места происшествия, указано место столкновения, зафиксированы следы торможения автомобиля «Ниссан Эксперт». Замечаний и заявлений от участвующих лиц не поступало. Оглашенные показания свидетели подтвердили в судебном заседании.

Из показаний свидетелей ФИО6 и ФИО7, данных в ходе предварительного следствия и судебном заседании, следует, что непосредственными очевидцами ДТП они не были, на перекрестке пр. Ленина и ул. 40 лет Октября заметили автомобиль «Ниссан Эксперт», который двигался по пр. Ленина со скоростью около 80 км/ч.

Свидетели ФИО10 и ФИО11, чьи показания были оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, являясь собственниками автомобилей, попавших в ДТП, очевидцами самого ДТП также не являлись.

По обстоятельствам проведенных экспертиз в судебном заседании были допрошены эксперты ФИО12 и ФИО13, которые подтвердили выводы заключений. При этом эксперт ФИО12 пришел к выводу, что в случае движения автомобиля «Ниссан Эксперт» с разрешенной скоростью, автомобиль «Мазда» успел бы пересечь полосу его движения, но преимущественным правом движения пользовался водитель автомобиля «Ниссан Эксперт». Эксперт же ФИО13 сделал вывод, что даже в случае, если бы водитель «Ниссан Эксперт» руководствовался требованиями п.10.1 и 10.2 ПДД РФ, он не располагал возможностью избежать столкновения.

Помимо изложенных доказательств виновность ФИО1 подтверждается и письменными документами:

- справками о дорожно-транспортном происшествии, согласно которым 03 января 2018 года у дома № 8 по пр. Ленина в г.Челябинске водитель ФИО1, управляя автомобилем «Мазда 6», государственный регистрационный знак №, и водитель Свидетель №1, управляя автомобилем «Ниссан Эксперт», государственный регистрационный знак №, совершили между собой столкновение. У автомобиля «Мазда 6» зафиксированы повреждения на следующих деталях: переднее левое крыло, обеих левых дверях, двух подушек безопасности, левого порога, заднего левого крыла, заднего бампера. У автомобиля «Ниссан Эксперт» зафиксированы повреждения на следующих деталях: капоте, переднем бампере, обеих блок-фарах, передних крыльях, левой подушки безопасности, обоих передних противотуманных фарах, передней панели, лобовом стекле;

- протоколом осмотра места совершения административного правонарушения, схемой и фототаблицей к протоколу от 03 января 2018 года, из которых следует, что зафиксировано место столкновения автомобилей «Мазда 6» и «Ниссан Эксперт». Способ регулирования движения в месте происшествия - нерегулируемый перекресток. На месте ДТП зафиксированы следы торможения автомобиля «Ниссан Эксперт»: след правого переднего колеса длиной 24,1 м; длина следа левого переднего колеса 23,0 м;

- протоколом осмотра места происшествия от 07 марта 2018 года и схемой к нему водители ФИО1 и Свидетель №1 подтвердили место столкновения автомобилей «Мазда 6» и «Ниссан Эксперт», в координатах 7,7 м от правого края проезжей части (по ходу движения автомобиля «Ниссан Эксперт») и 30,6 м до угла дома № 8 по пр. Ленина. Со слов ФИО1 и Свидетель №1 установлено, что автомобиль «Мазда 6» с момента возобновления движения преодолел расстояние до момента столкновения за 6,4 сек, а с момента выезда на вторую полосу проезжей части пр. Ленина автомобиль «Мазда 6» преодолел расстояние до места столкновения за 1,6 сек;

- протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 29 мая 2018 года, схемы и фототаблицы к протоколу следует, что для направления движения автомобиля «Мазда 6» установлен дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу» и знак 5.6 «Конец дороги с односторонним движением», а для направления движения автомобиля «Ниссан Эксперт» установлен дорожный знак 2.1 «Главная дорога»;

- протоколом осмотра предмета от 09 августа 2018 года, согласно которому осмотрен диск с фотографиями проезжей части, автомобилей - участников ДТП и имеющихся на них повреждениях;

- протоколом выемки от 21 апреля 2018 года у свидетеля ФИО11 изъят автомобиль «Ниссан Эксперт», который осмотрен согласно протоколу осмотра, зафиксированы имеющиеся повреждения;

- заключениями экспертов № 1675 от 05 марта 2018 года и № 3581 от 18 мая 2018 года, из которых следует, что Потерпевший №1 в результате дорожно-транспортного происшествия причинены: <данные изъяты>, которые по медицинскому критерию, соответствующему большей степени тяжести вреда, относятся к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи;

- заключением экспертов № 259 от 03 апреля 2018 года, из которого следует, что скорость движения автомобиля «Ниссан Эксперт», соответствующая длине следов, зафиксированных на месте дорожно-транспортного происшествия, составляет около 70 км/час, и является минимальной. Водитель автомобиля «Ниссан Эксперт», при заданных исходных данных, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения. Однако, даже руководствуясь требованиями данного пункта Правил, водитель автомобиля «Ниссан Эксперт» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение, путем применением экстренного торможения, в заданный момент возникновения опасности для движения. Также водитель автомобиля «Ниссан Эксперт», должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 1 и п. 10.2 Правил дорожного движения. Однако, несоответствие действий водителя автомобиля «Ниссан Эксперт», этим требованиям, с технической точки зрения, не находится в причинной связи с событием дорожно-транспортного происшествия. С технической точки зрения, при заданных исходных данных, причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «Мазда 6», не соответствующие требованиям п. 9.2 Правил дорожного движения;

- заключением экспертов № 458 от 31 мая 2018 года, из которого следует, что скорость движения автомобиля «Ниссан Эксперт», соответствующая длине следов, зафиксированных на месте дорожно-транспортного происшествия, составляет около 70 км/час, и является минимальной. С технической точки зрения, при заданных исходных данных, водитель автомобиля «Мазда 6», должен был руководствоваться требования п. 13.9 Правил дорожного движения, а также знака 2.4 «Уступите дорогу». Водитель автомобиля «Ниссан Эксперт», при заданных исходных данных, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения. Однако, даже руководствуясь требованиями данного пункта Правил, водитель автомобиля «Ниссан Эксперт» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение, путем применением экстренного торможения, в заданный момент возникновения опасности для движения. Также водитель автомобиля «Ниссан Эксперт», должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ч. 1 и п. 10.2 Правил дорожного движения. Однако, несоответствие действий водителя автомобиля «Ниссан Эксперт» этим требованиям, с технической точки зрения, не находится в причинной связи с событием дорожно-транспортного происшествия. С технической точки зрения, при заданных исходных данных, причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия явились действия водителя автомобиля «Мазда 6», не соответствующие требованиям п. 13.9 Правил дорожного движения, а также требованиям дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу».

Оценив все доказательства, в том числе письменные материалы уголовного дела суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершенном преступлении.

Каких-либо противоречий между показаниями потерпевшей, свидетелей и письменными доказательствами не имеется, поэтому указанные доказательства обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора. Вопреки доводам жалобы, сведений о заинтересованности потерпевшей Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1, причин для оговора ими осужденного не установлено.

Все доказательства, представленные сторонами, оценены судом, исходя из принципов относимости, допустимости и достоверности. Совокупность доказательств была достаточной для вынесения объективного решения по уголовному делу.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что сам осужденный ФИО1 при допросе его в судебном заседании не оспаривал следующие обстоятельства: он управлял автомобилем, при выезде с полосы-дублера посмотрел налево и направо, в его направлении никто не двигался, когда он проезжал первый ряд, в него врезался автомобиль. То есть, осужденный не оспаривал всех существенных моментов, влияющих на правовую оценку его действий.

Вопреки доводам жалобы, в ходе предварительного следствия нарушений закона при сборе доказательств не допущено, ограничений прав стороны защиты не выявлено.

Заключения экспертов, положенные судом в основу обвинительного приговора, составлены с соблюдением требований ст. 204 УПК РФ, они научно обоснованны и согласуются с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре. Выводы, к которым пришли эксперты, являются полными, логично взаимосвязаны с исследовательской частью.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие. Вопреки доводам стороны защиты при рассмотрении дела суд первой инстанции исследовал все доказательства по делу, которые являются достаточными для постановления обвинительного приговора. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении дополнительного осмотра места происшествия 07 марта 2018 года судом первой инстанции не выявлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции, при его проведении участвовали понятые, подробно зафиксированы результаты проведенных замеров. Каких-либо замечаний от осужденного по результатам проведенного следственного действия не поступило, в связи с чем указанный протокол не подлежит исключению из числа доказательств по делу.

Доводы жалобы о противоречивости заключений экспертиз №259, 458, положенных в основу приговора, и заключения № 1746/4-1, признанного судом недопустимым доказательством, были предметом судебной оценки и оснований не соглашаться с ней у суда апелляционной инстанции не имеется.

Суд апелляционной инстанции, не усматривая обвинительного уклона судебного разбирательства, обращает внимание на то, что сторона защиты не была лишена возможности предоставления доказательств в обоснование своей позиции по делу, участия в исследовании доказательств, представленных стороной обвинения, их анализе и оценке. Как следует из приговора, всем доводам защиты, приведенным в ходе судебного разбирательства, суд дал надлежащую и мотивированную оценку; в судебном заседании изучены и установлены все существенные для исхода дела обстоятельства, непосредственно влияющие на выводы суда. Несогласие с ними стороны защиты не свидетельствует о незаконности и необоснованности принятого судом решения.

Суд обоснованно критически отнесся к показаниям ФИО1 в части, противоречащей фактическим обстоятельствам дела, в приговоре достаточно убедительно мотивировал свои выводы, ставить под сомнение которые суд апелляционной инстанции не находит и полностью с ними соглашается.

Верно установив фактические обстоятельства дела, суд обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Согласно протоколу судебного заседания, председательствующий судья, сохраняя объективность и беспристрастие, обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Назначая наказание, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, его обстоятельства, данные о личности ФИО1, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, не установлено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд обоснованно признал: наличие малолетних детей, активное способствование расследованию преступления, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, положительные характеристики по месту жительства и работы, состояние здоровья подсудимого, а также состояние здоровья его близких родственников, мнение потерпевшей, не настаивавшей на строгом наказании.

Иных смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом, сведения о которых имеются в деле, но не учтенных при назначении осужденному наказания, не имеется. Сведения о личности ФИО1 учтены и отражены в судебном решении.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения к ФИО1 ст. 64 УК РФ надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Судом верно назначено ФИО1 в целях достижения целей наказания ограничение свободы. Размер наказания является справедливым, приближен к минимальному пределу санкции ч. 1 ст. 264 УК РФ, соответствует обстоятельствам содеянного и личности виновного.

Обоснованы также выводы суда о назначении осужденному дополнительного наказания – лишение права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, его срок не свидетельствует как о чрезмерной мягкости, так и строгости.

Мотивы, которые суд первой инстанции привел в приговоре о назначении дополнительного наказания, являются убедительными, поскольку при имеющихся обстоятельствах и сведениях о личности ФИО1 решить в данной части вопрос по-другому, не представлялось возможным.

Тем самым суд абсолютно верно посчитал необходимым лишить ФИО1 указанного права на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, что также однозначно способствует достижению целей наказания.

Исковые требования потерпевшей Потерпевший №1 о взыскании с осужденного денежных сумм в счет компенсации причиненного морального вреда рассмотрены судом всесторонне, полно и объективно, исходя из положений ст. ст. 151, 1099, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, а также из всей совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым суд дал надлежащую, отвечающую требованиям закона, правовую оценку, суд определил размер компенсации морального вреда, причиненного истцу Потерпевший №1 с учетом степени причиненных ей физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, при которых причинен моральный вред, личности истца, имущественного положения ответчика, а также требований разумности и справедливости, присудив в ее пользу в счет компенсации морального вреда – 200 000 рублей. При этом исковые требования потерпевшей удовлетворены частично.

Вместе с тем приговор суда подлежит изменению по следующим основаниям.

При описании преступного деяния в части последствий совершенного преступления суд первой инстанции указал, что телесные повреждения, причиненные Потерпевший №1, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.

Вместе с тем из заключений эксперта № 1675 и № 3581 следует, что повреждения Потерпевший №1 относятся к тяжкому вреду здоровья, вызывающему значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи.

Таким образом, сведений о том, что причиненные потерпевшей телесные повреждения явились опасными для ее жизни, в экспертных заключениях не имеется.

В связи с изложенным, указание на то, что причиненный потерпевшей тяжкий вред здоровью являлся опасным для жизни человека из описательно-мотивировочной части приговора следует исключить.

Однако данное обстоятельство не является основанием для снижения наказания, назначенного ФИО1, поскольку исключение из приговора указания на то, что причиненный потерпевшей вред здоровью является тяжким именно по признаку опасности для жизни, не изменяет характера причиненных Потерпевший №1 телесных повреждений, а также их оценки как тяжкого вреда здоровью, то есть не уменьшает объема предъявленного ФИО1 обвинения.

Кроме того, осужденным ФИО1 совершено преступление, отнесенное уголовным законом к категории преступлений небольшой тяжести, 03 января 2018 года. Срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, предусмотренный положениями п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, истек 03 января 2020 года. Оснований для приостановления течения срока давности уголовного преследования, предусмотренных ч. 3 ст. 78 УК РФ, по делу не имеется.

Поскольку основания прекращения уголовного преследования возникли в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, осужденный ФИО1 подлежит освобождению от наказания, назначенного ему по ч. 1 ст. 264 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В остальной части суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным, не усматривая оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 21 ноября 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

- из его описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, исключить указание на признак опасности для жизни человека;

- на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО1 от наказания, назначенного ему за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в связи с истечением срока давности.

В остальной части этот же приговор - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судья