Апелляционное определение № 33-8644/2025 33-8644/3035 33-899/2026 от 4 февраля 2026 г.

дело №33-899/2026(33-8644/3035)

№2-1190/2025

УИД 56RS0008-01-2025-002454-78


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

5 февраля 2026 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Морозовой Л.В.,

судей областного суда Устьянцевой С.А., Шор А.В.,

с участием прокурора Абраменок Е.А.,

при секретаре Васякиной И.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи апелляционные жалобы ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Бузулукского районного суда Оренбургской области от 26 августа 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскание убытков и судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Морозовой Л.В., объяснения истца ФИО2 поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, ответчика ФИО3, просившего свою апелляционную жалобу удовлетворить, мнение прокурора полагавшего о законности принятого решения, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с вышеназванным иском, указав, что работал у ИП ФИО3 в кафе *** в качестве повара, в том числе, специалиста по приготовлению теста в период с 15 июля 2024 года по 07 сентября 2024 года. График работы 2 через 2 дня. Официальные трудовые отношения при приеме на работу в ИП ФИО3 с истцом оформлены не были, запись в трудовую книжку не вносилась, трудовой договор не выдавался. Зарплата выплачивалась наличными два раза в месяц 29 числа каждого месяца - аванс, и 15 число каждого месяца - заработная плата. Общая заработная плата за 15 дней в июле составила 16 700 рублей, за август 25 600 рублей. Получение заработной платы происходило в самом кафе *** по адресу (адрес). 07 сентября 2024 года работая на производстве, примерно в 13.00 часов, он получил производственную травму в виде размозжения кисти левой руки, открытых переломов пальцев левой руки с разрывом кожных покровов (приложение выписной эпикриз), на тестораскаточном станке Foodatlas YM 350В 380В. Указанный станок не был укомплектован соответствующей защитой, в связи с чем, и была получена травма. Это не первый случай травматизма на данном станке сотрудников кафе *** Ранее, (дата) на указанном станке получил травму в виде переломов пальцев правой руки ФИО1. Работодателю неоднократно указывали на необходимость оборудования станка защитными механизмами, предупреждающими зажим руки станком, но ИП ФИО3 не устранил неисправность, чем грубо нарушил меры безопасности сотрудников. О получении травмы сразу было доложено руководителю ФИО3, который находился на рабочем месте. Поскольку из-за разрывов кожных покровов было сильное кровотечение, работодатель дал пакет на руку и экстренно повез истца на своей машине в Городскую больницу (адрес). По дороге ФИО3 попросил его, чтобы он не говорил о производственной травме врачам и посоветовал обозначить её, как бытовую (например, повредился в гараже). Однако, он отказался от просьбы, поскольку травма очень серьезная. В последующем, работодатель не принял соответствующих мер по фиксированию несчастного случая на производстве, не произвел расследования происшествия, а также предписанных законодательством правил оформления несчастного случая на производстве. Не дождавшись расследования и урегулирования ущерба от работодателя, он 23 сентября 2024 года направил в адрес ответчика ИП ФИО3 заявление о проведении расследования несчастного случая на производстве. Однако, в течение двух недель от работодателя ответа не последовало. 11 октября 2024 года им было направлено заявление о расследовании несчастного случая на производстве в Государственную инспекцию труда в Оренбургской области. 12 октября 2024 года истцом было подано заявление в полицию о причинении вреда здоровью, 14 октября 2024 года им было подано заявление о привлечении к ответственности за вред здоровью в прокуратуру города. 18 октября 2024 года от ответчика поступило письмо с информацией, что ИП ФИО3 не в курсе, где работник ФИО2 и просит представить объяснения за отсутствие его на рабочем месте. Также, к письму прилагались проект трудового договора, должностной инструкции и др. документы, которые ответчик по телефону предложил подписать ФИО2 Он подписал трудовой договор и другие документы и передал их ИП ФИО3 С момента получения травмы 07 сентября 2024 года по 18 августа 2025 года истец находится на больничном. В указанный период ФИО4 не осуществлял трудовую деятельность в связи с полученной травмой, поскольку согласно заключению врачебной комиссии от 27 мая 2025 года нуждается в реабилитации, санаторно-курортном лечении сроком 21 день. Согласно судебно- медицинской экспертизе тяжести вреда здоровью, истцу ФИО2 нанесен вред здоровью средней тяжести, а также установлена стойкая утрата трудоспособности не менее чем на одну треть. Согласно справке *** диагноз, поставленный истцу ФИО4: производственная травма, ***. А также рекомендовано оперативное лечение в Федеральном медицинском центре им. Пирогова для проведения реконструктивно-пластической операции при комбинированных дефектах и деформациях дистальных отделов конечностей с использованием чрескостных аппаратов и прецизионной техники, а также замещения мягкотканных и костных хрящевых дефектов синтетическими и биологическими материалами, и т.д. (дата) ФИО4 выполнена операция по квоте в Москве, куда ФИО4 ездил на обследование, консультирование и лечение. В настоящее время истец ФИО4 ожидает реабилитацию после проведенной операции по установлению имплантат в кисти. В связи с проведением назначенного (рекомендованного) лечения у ФИО4 возникли транспортные расходы (убытки, связанные с лечением) до места лечения и обратно в размере 62 270 рублей, подтверждаемые билетами и чеками о расходах (прилагаются). Вместе с тем, за период с 07 сентября 2024 года по 22 августа 2025 года ОСФР по Оренбургской области выплатило истцу ФИО2 сумму в размере 212 563,47 (приложение копии электронных листов нетрудоспособности с портала Госуслуги, которые не были представлены суду). Истец просил суд взыскать с ответчика ФИО3 в его пользу задолженность по оплате периода временной нетрудоспособности (сумму утраченного заработка) в размере 87 945,84 рублей; в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей; убытки, связанные с лечением истца в сумме 40 008 рублей; расходы по оплате услуг представителя в сумме 50 000 рублей; транспортные расходы представителя в сумме 7500 рублей.

Протокольным определением суда от 14 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ***

Определением суда от 05 августа 2025 года производство по гражданскому делу по иску ФИО2 к ИП ФИО3 в части взыскания утраченного заработка (пособия по временной нетрудоспособности) в размере 87 945,84 рублей - прекращено, в связи с отказом истца от иска в указанной части.

Решением Бузулукского районного суда Оренбургской области от 26 августа 2025 года исковое заявление ФИО2 удовлетворено частично. Суд постановил: Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН ***) в пользу ФИО2, (дата) года рождения, паспорт ***, выдан УМВД России по Оренбургской области, в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 300 000 рублей; в счет возмещения убытков 40 008 рублей; расходы по оплате услуг представителя в сумме 50 000 рублей; возмещение транспортных расходов представителя в сумме 5940 рублей. В удовлетворении исковых требований в большей сумме – отказать. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН ***) в доход местного бюджета МО г. Бузулук государственную пошлину в размере 7000 рублей.

В апелляционной жалобе истец ФИО2 просит решение суда изменить в части размера расходов по оплате услуг представителя, указав, что суд необоснованно снизил указанный размер расходов.

Ответчик ИП ФИО3 в апелляционной жалобе просит решение изменить в части размера компенсации морального вреда, ссылаясь на завешенный размер компенсации.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители ГИТ по Оренбургской области, ОСФР по Оренбургской области не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Информация о дате судебного заседания была заблаговременно размещена на сайте суда http://oblsud.orb.sudrf.ru.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника ( часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Судом первой инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (дата). Основным видом деятельности является деятельность ресторанов услуги по доставке продуктов питания.

ФИО2 на основании трудового договора от 15 июля 2024 года принят на работу к ИП ФИО3 на должность повара. Местом работы ФИО2 определено кафе *** по адресу: (адрес)

Из условий трудового договора (пункт ***) следует, что работник обязан знать и исполнять требования: инструкции о мерах пожарной безопасности; инструкции об электротехнической безопасности; инструкции «Безопасная эксплуатация водонагревателя»; инструкции «Безопасная эксплуатация микроволновой печи»; инструкции «Безопасная эксплуатация мясорубки»; инструкции «Безопасная эксплуатация огнетушителей»; инструкции «Безопасная эксплуатация пароконвектомата»; инструкции «Безопасная эксплуатация тестомесильной машины»; инструкции «Безопасная эксплуатация тестораскаточной машины»; инструкции «Безопасная эксплуатация холодильного оборудования»; инструкции «Безопасная эксплуатация электроплит».

Знать и уметь пользоваться, среди прочего, тестораскаточной машиной Foodatlas, при этом ежедневно, до начала рабочего дня: получать инструктаж по безопасности работы с оборудованием; ежедневно обращать внимание на инструкции, размещенные работодателем в непосредственной близости с оборудованием, способным нанести вред здоровью работника; расписываться в журнале «Техника безопасности, пожарной безопасности и производственной санитарии» за полученный инструктаж. При работе с оборудованием проявлять особое внимание; не помещать кисти рук в непосредственной близости к работающим валам тестораскаточной машины без отключения приборов от электрической сети до полной остановки двигателей оборудования. В случае усталости уведомлять старшего повара о необходимости предоставления перерыва в работе. На период испытания (3 месяца) не раскатывать большие объемы лепешек из теста (более 30 сантиметров) во избежание получения травм пальцев рук.

В свою очередь, аналогичные обязанности работодателя изложены в пункт 2.3.2 Трудового договора, а также в пункте 1.7 должностной инструкции повара, утвержденной ИП ФИО3 (дата), указано, что повар должен знать и строго соблюдать требования инструкций по технике безопасности.

(дата) ИП ФИО3 утверждена инструкция № техники безопасности при работе на тестораскаточной машине, с которой ФИО2 в качестве повара-тестомеса, ознакомлен 15 июля 2024 года, что удостоверил своей подписью в листе ознакомления с инструкцией.

Согласно пунктам 1,16-19 работник обязан подготовить свое рабочее место к безопасной работе, привести его в надлежащее санитарное состояние; по окончании раскатки теста поставить пусковой рычаг в центральное положение; оборудование необходимо от отключить от электросети, после выполнения работ установить защитные панели на место; перед обслуживанием или очисткой обязательно отключить машину от электросети.

(дата) при выполнении истцом трудовых обязанностей произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истцу причинен вред здоровью.

Как следует из Заключения старшего государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в (адрес) ФИО10 от (дата) за (адрес), ФИО2 (дата) во время рабочего времени в 09 часов 00 минут, получив служебное задание, приступил к замесу теста. По окончанию данной работы он начал выполнять работу на тестораскаточном станке Foodatlas YM-500B и около 13.00 ФИО2, откатав пласт теста, положил его на разделочный стол слева. После чего, заметив засохший кусок теста на поддоне подачи теста, выше движущихся валов, ФИО2 решил убрать этот кусок теста левой рукой, поместив ее в тестораскаточный станок. Тестораскаточный станок не был отключен. В результате вышеуказанных действий работника пальцы его левой руки попали между работающими валами тестораскаточного станка. После получения пострадавшим травмы кисти левой руки повар ФИО11 вместе с ФИО12 (братом ответчика) оказали работнику первую помощь, ФИО20 отвез ФИО2 в травмпункт (адрес), где ему поставили диагноз: открытые переломы 2,3,4,5 пальцев левой кисти со смещением, с повреждением сухожилий сгибателей пальцев. Рваные раны левой кисти. Направлен на стационарное лечение в травматологическое отделение больницы.

Согласно вышеназванному Заключению государственного инспектора труда №*** от (дата), основной причиной произошедшего несчастного случая является: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, нарушена статья 214 ТК РФ.

Сопутствующие причины:

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе: непроведение инструктажа по охране труда; непроведение обучения и проверки знании охраны труда; отсутствии инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа; недостатки в изложении требований безопасности в инструкциях по охране труда. Нарушены: ст.ст.214, 219 ТК РФ, Постановление Правительства РФ от 24.12.2021 №2464 «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда»;

-неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостатках в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда. Нарушена ст.217 ТК РФ;

-нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда. Нарушены: п.2.2.5 трудового договора от (дата); п.1.7 должностной инструкции, утвержденной ИП ФИО3 от (дата); п.п.1,16,17,18 инструкции № техники безопасности при работе на тестораскаточной машине.

При расследовании несчастного случая констатировано, что лицами, допустившими нарушения законодательных и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, являются:

- ИП ФИО3 – работодатель, нарушил ст.214 ТК РФ (обязанности работодателя в области охраны труда);

- ФИО2 – повар, нарушил п.2.2.5 трудового договора от (дата); п.1.7 должностной инструкции, утвержденной ИП ФИО3 от (дата); п.п.1,16,17,18 инструкции № техники безопасности при работе на тестораскаточной машине.

Согласно выводам государственного инспектора труда - данный несчастный случай с ФИО2 подпадает под действие статей 227-230 ТК РФ и подлежит квалификации как несчастный случай на производстве, так как несчастный случай произошел на территории работодателя, в рабочее время, при исполнении работником трудовых обязанностей, подлежит оформлению актом о несчастном случае на производстве формы Н-1, учету и регистрации у ИП ФИО3

На основании указанного заключения и в соответствии с ним ИП ФИО3 05 ноября 2024 года составлен и утвержден Акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, произошедшем (дата).

ФИО2 находился на стационарном лечении в травматологическом отделении *** с (дата) по 19 сентября 202 года с диагнозом: ***

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести от 24 октября 2024 года по форме №/у, указанное повреждение здоровья ФИО2 при несчастном случае на производстве относится к категории легкой степени.

Согласно заключению эксперта ФИО13 *** за № от (дата) вышеуказанные повреждения у ФИО2 согласно п.7.1 Приказа Минздравсоцразвития №194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как причинение средней тяжести вреда здоровью, по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть.

В дальнейшем, в связи с полученными повреждениями, врачом-ортопедом травматологического отделения *** (дата) ФИО2 было выдано направление № на госпитализацию в ***, где согласно справке от (дата), выданной данным медицинским учреждением, пациенту ФИО2 рекомендовано хирургическое лечение: мобилизация суставов пальцев кисти, запястья, нуждается в высокотехнологичной медицинской помощи.

В вышеуказанном медицинском учреждении ФИО2 находился с 23 июня 2025 года по 30 июня 2025 года, где ему 25 июня 2025 года была выполнена рекомендуемая операция, даны соответствующие рекомендации при выписке, что подтверждается Выписным эпикризом.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по (адрес)» Минтруда России (Бюро №) серии МСЭ-2023 № ФИО2 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 40% в связи с несчастным случаем на производстве от 07 сентября 2024 года (Акт о несчастном случае (по форме Н-1) №1 от 05.11.2024) с 28 мая 2025 года до 01 июня 2026 года, дата очередного освидетельствования 11 мая 2026 года.

Из Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, действительной с 28 мая 2025 года по 31 мая 2026 года, выданной руководителем *** по (адрес)» Минтруда России, усматривается, что у ФИО2 после производственной травмы (от 07 сентября 2024 года) наблюдаются умеренные нарушения функции схвата и удержания левой кисти. Нуждаемость в оперативном лечении левой кисти в ФЦ. Стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением функций (п. 20.1). Установлена 40% степень утраты профессиональной трудоспособности на срок 1 год, т.е. до 01 июня 2026 года (п.24). ФИО2 нуждается в санаторно-курортном лечении, в получении дополнительного профессионального образования. Продолжение ФИО2 выполнения профессиональной деятельности возможно при снижении квалификации, при уменьшении объема (тяжести) работ. Доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (п.п.29,32034). Прогнозируется частичное восстановление нарушенных функций организма, частичное достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, частичное восстановление возможности, способности пострадавшего продолжать выполнять профессиональную деятельность (п.40-42).

В результате полученных травм период временной нетрудоспособности ФИО2 составил с 07 сентября 2024 года по 18 августа 2025 года, что подтверждается электронными листками нетрудоспособности, за исключением периода нахождения его в отпуске без сохранения заработной платы с 28 мая 2025 года по 26 июня 2025 года (Приказ № от (дата) по месту работы у ИП ФИО3).

Трудовой договор с ФИО2 расторгнут 19 августа 2025 года на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по инициативе работника.

Разрешая исковые требования ФИО2 о компенсации морального вреда, суд первой установил, что при исполнении трудовых обязанностей с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему причинен вред здоровью, ответчиком, являвшимся работодателем ФИО2, на которого возложена обязанность по обеспечению безопасности условий труда, не представлено доказательств, подтверждающих исполнение им указанной обязанности в части организации безопасных условий и охраны труда, что привело к травмированию ФИО2, чем причинен моральный вред, ответственность по возмещению которого лежит на работодателе ИП ФИО3

При этом, суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства, видеозапись с места происшествия, опросив свидетелей, умысла ФИО2 на причинение себе вреда здоровью не установил.

Суд также указал, что допущенные ФИО2 нарушения должностной инструкции и инструкции по технике безопасности при работе на тестораскаточной машине, при отсутствии защитной решетки на оборудовании, наличие и установку которой работодатель не проконтролировал, неудовлетворительно организовал работы, не обеспечил контроль специалистов подразделения за ходом выполнения ФИО5 работы на тестораскаточной машине, не могут являться грубой неосторожностью пострадавшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, суд исходил из того, что ФИО2 длительное время был нетрудоспособен (около 11 месяцев), неоднократно находился на стационарном и амбулаторном лечении, перенес хирургическое вмешательство для восстановления функций левой кисти, учел степень тяжести вреда здоровью - в настоящее время истцу установлена третья группа инвалидности и утрата трудоспособности на 40%, которая ограничивает истца в выборе трудовой деятельности, получение самой травмы в виде размозжения 2,3,4,5 пальцев левой кисти, множественных открытых переломов фаланг 2,3,4,5 пальцев левой кисти, и её последствия, молодой возраст истца на момент получения травы (21 год), а также то обстоятельство, что прогнозируется только частичное восстановление нарушенных функций организма, частичное достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве, способности пострадавшего продолжать выполнять профессиональную деятельность, пришел к выводу, что соответствующим указанным страданиям, требованиям разумности и справедливости будет являться сумма 300 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере не установил.

Разрешая исковые требования истца о возмещении расходов на лечение в размере 40 008 руб., суд исходил из того, что в связи с полученной травмой ФИО2 прошел рентгенографию кисти, посещал врача травматолога –ортопеда, понес расходы на проезд к месту лечения в ***, расходы подтверждены документально, поэтому взыскал с ответчика в пользу истца 40 008 руб.

На основании статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оценив объем оказанной юридической помощи истцу представителем ФИО21 в рамках договора оказания юридических услуг, суд пришел к выводу, что заявленный размер расходов в сумме 74 000 руб. является завышенным, поэтому определил ко взысканию 50 000 руб.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку он соответствуют нормам материального и процессуального права, регулирующим спорные правоотношения и обстоятельствам дела.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что размер взысканных в пользу истца судебных расходов на оплату услуг представителя значительно занижен, без учета стоимости расходов по каждой позиции перечня услуг, являющейся неотъемлемой частью договора на оказание услуг, не превышает минимальный уровень, рекомендованный Палатой адвокатов (адрес), доказательств чрезмерного несения расходов ответчиком не представлено, основанием для изменения решения суда не являются, поскольку разумность пределов при взыскании таких расходов суд определяет в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела. Степень разумных пределов оплаты участия представителя по конкретному делу определен судом с учетом объема заявленных требований, представления доказательств по делу, объема оказанной представителем юридической помощи и т.п.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 22 марта 2011 года № 361–О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумность размеров, как категория оценочная, определяется индивидуально с учетом особенностей конкретного дела.

Следовательно, при оценке разумности заявленных расходов необходимо обратить внимание на сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, на объем доказательной базы по данному делу, количество судебных заседаний, продолжительность подготовки к рассмотрению дела.

С учетом изложенного и принимая во внимание несложную категорию дела (взыскание компенсации морального вреда, расходов на лечение), незначительный объем доказательной базы, степень участия представителя, определенный судом первой инстанции размер подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя (50 000 руб.) соответствует конкретным обстоятельствам дела, требованиям разумности, установленным статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что размер компенсации морального вреда завышен, ФИО2 умышлено травмировал пальцы руки для дальнейшего получения выплат, предусмотренных законом, получение сумм утраченного заработка, что не может считаться несчастным случаем на производстве, не влекут изменения решения суда в части размера компенсации морального вреда. Как следует из материалов дела, умысла на причинение себе вреда здоровью в действиях ФИО2 не установлено, в акте о несчастном случае на производстве в действиях ФИО2 грубая неосторожность также не установлена. Более того, данные доводы приводились заявителем ранее, являлись предметом исследования суда первой инстанции, были обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в решении.

Оснований полагать размер компенсации морального вреда завышенным, по доводам апелляционной жалобы ответчика, с учетом всех обстоятельств дела, у суда апелляционной инстанции не имеется. Размер компенсации морального вреда судом первой инстанции определен с учетом всех обстоятельств, имеющих значение. Вопреки доводам апеллянта, определенная судом сумма компенсации морального вреда, взысканная в пользу истца, полностью согласуется с принципами конституционной ценности здоровья человека, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах истца и ответчика, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции. Приведенные доводы жалоб, фактически выражают несогласие с выводами суда, однако по существу не опровергают, оснований к отмене или изменению решения не содержат, в связи с чем, они признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения судебного решения.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Бузулукского районного суда Оренбургской области от 26 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий Морозова Л.В.

Судьи Устьянцева С.А.

Шор А.В.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 февраля 2026 года