Решение № 2-211/2017 2-211/2017~М-164/2017 М-164/2017 от 12 июня 2017 г. по делу № 2-211/2017

Дело № 2-211/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Камешково 13 июня 2017 года

Камешковский районный суд Владимирской области в составе

председательствующего, судьи Титова А.Ю.,

при секретаре Быловой Е.С.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

действующей на основании доверенности от Дата обезл.,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Камешково гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, убытков в виде расходов на оплату услуг защитника, судебных расходов

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, в котором просит взыскать с ответчика в ее пользу:

- компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей;

- убытки в виде расходов на представителя при производстве по уголовному делу в размере 70 000 рублей;

- судебные расходы за составление искового заявления в размере 3 000 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что приговором от Дата обезл. оправдана по предъявленному ей обвинению по ч. 1 ст. 128. 1 УК РФ. Дело возбуждено по заявлению частного обвинителя ФИО3 В результате привлечения к уголовной ответственности были затронуты ее честь, доброе имя, помимо этого она испытала моральные и нравственные страдания, вследствие перенесенных переживаний. Обращает внимание на то, что ее родные и близкие к уголовной ответственности не привлекались, в связи с чем глубина ее страданий усилилась. Указывает, что помимо нее нравственные и физические страдания перенесли ее близкие родственники. Ссылаясь на ст.ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ считает, что ответчик должен компенсировать ей моральный вред, причиненный привлечением ее к ответственности.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. Дополнительно пояснили, что моральный вред причинен ФИО1 самим фактом обращения ФИО3 к мировому судье с заявлением о привлечении к уголовной ответственности. Утверждали, что ФИО1 до сих пор испытает неблагоприятные последствия действий ФИО3, о чем свидетельствуют факты участившихся обращений истца за медицинской помощью после вынесения оправдательного приговора. Отметили, что в связи со значительной стоимостью проведенного лечения, истец была вынуждена брать денежные средства в кредит. Обратили внимание на поведение ответчика в период рассмотрения уголовного дела мировым судьей, которое, по их мнению, свидетельствует о проявленном ФИО3 неуважении к суду. Полагали, что ФИО3 допустил злоупотребление правом. Отметили, что истец является жителем небольшого населенного пункта, произошедшее имело значительный резонанс, что также сказалось на глубине переживаний ФИО1 Полагали, что размер понесенных истцом судебных расходов по оплате услуг адвоката Ш.Т.А. является разумным и обоснованным. Утверждали, что ФИО3 до обращения к мировому судье причинил стресс ФИО1, поскольку, являясь конкурсным управляющим СПК Второвское, уволил ее с работы, при этом не выплатил заработную плату, а также компенсацию за отпуск.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал в полном объеме. Считал, что его действиями истцу не могли быть причинены моральные и нравственные переживания, поскольку сам факт обращения в компетентные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела не может являться основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности. Полагал, что истом не представлено доказательств в обоснование исковых требований, в том числе, свидетельствующих о причинно-следственной связи между его действиями и обращениями ФИО1 за медицинской помощью. Утверждал, что сумма понесенных истцом судебных расходов является необоснованной и завышенной. Обратил внимание на то, что в 6 из 10 судебных заседаниях у мирового судьи адвокат Ш.Т.А. никаких процессуальных действий не совершала. В случае удовлетворения исковых требований полагалразумным и обоснованным размер судебных расходов в сумме 16 000 рублей за четыре судебных заседания. Отметил, что в двух представленных истцом квитанциях содержатся сведения об оплате услуг Ш.Т.А. за одно и то же судебное заседание.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля К.Г.В., исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Право на реабилитацию в силу ч.ч. 1, 2 ст. 133 УПК РФ включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. При этом право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет, в том числе подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

Положениями ч. 2.1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в п.п. 1 - 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с ч. 4 ст. 20 УПК РФ, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со ст. 318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п.п.1, 2 и 5 ч.1 ст.24 и п.п. 1, 4 и 5 ч.1 ст. 27 УПК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Однако названные положения ст.1100 ГК РФ подлежат применению в системном толковании с положениями ст.ст. 151, 1064, 1070 и 1099 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены ст. 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 ГК РФ случаев, в том числе для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - п. 1 ст. 1070 ГК РФ, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 ст.1070 ГК РФ, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из положений ст. ст. 1064, 1079 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в п. 1 ст. 1079 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. № 22-П «По делу о проверке конституционности ч.ч. 1 и 2 ст. 133 УПК РФ в связи с жалобами граждан Т.В.А., Т.И.И. и С.И.Н.», применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в ч. 1 ст. 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей.

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение.

В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 643-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В.А.М. на нарушение его конституционных прав ч. 1 ст. 133 УПК РФ».

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частнопубличном порядке (ч. ч. 1, 3, 5 ст. 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б.Т.И. на нарушение ее конституционных прав п. 1 ст. 1064 ГК РФ, п. 1 ч. 2 ст. 381 и ст. 391.11 ГПК РФ», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст. 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы, не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

С учетом изложенного суд находит, что при разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом приговором мирового судьи судебного участка № 1 г. Камешково и Камешковского района Владимирской области от 11 декабря 2015 года ФИО1 оправдана по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления.

Приговор вступил в законную силу 22 декабря 2015 года.

Для удовлетворения заявленных исковых требований о компенсации морального вреда юридически значимым является установление обстоятельств, свидетельствующих о том, что обращение ФИО3 в суд с частным обвинением было продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред ФИО1

Возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом (ст. 22 УПК РФ) и использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным за исключением тех случаев, когда будет доказано, что заявление было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

Не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 42 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам»).

Исходя из обстоятельств данного дела, ФИО3 реализовал предоставленное Конституцией РФ, а также ст. ст. 20, 22, 318 УПК РФ право на судебную защиту, поскольку, обращаясь в суд, он полагал свои требования законными.

Данные, свидетельствующие о злоупотреблении ответчиком предусмотренного ст. 22 УПК РФ правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, а также об изложении им в заявлении заведомо ложных данных с целью причинить ФИО1 вред, отсутствуют.

Таким образом, поскольку обстоятельства, касающиеся злоупотребления ФИО3 правами и его вины в причинении морального вреда истцу в ходе рассмотрения дела установлены не были, соответствующих доказательств в их подтверждение в материалы дела стороной истца не представлено, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных исковых требований о взыскании компенсации морального вреда и убытков в виде расходов на оплату услуг адвоката, понесенных при рассмотрении уголовного дела частного обвинения, вопрос взыскания которых урегулирован нормами УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме, суд не усматривает оснований для возмещения ей расходов по оплате услуг представителя, уплаченных за составление искового заявления.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в размере 100 000 рублей, убытков в виде расходов на оплату услуг защитника в размере 70 000 рублей, судебных расходов на составление искового заявления в размере 3 000 рублей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Камешковский районный суд в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий А.Ю. Титов

Справка.

В окончательной форме решение суда будет изготовлено 19 июня 2017 года.