Апелляционное постановление № 22-1443/2026 от 15 апреля 2026 г.

Судья Федорова Е.В.

Дело № 22-1443/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 апреля 2026 г.

г. Владивосток

Приморский краевой суд в составе председательствующего Олещенко Е.Д., с участием:

прокурора Майоровой Е.В.,

осуждённой ФИО1,

защитника Безрученко Д.С.,

при секретаре (помощнике судьи) Салахутдиновой Д.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитников Безрученко Д.С. и Морозова С.С. в интересах осуждённой ФИО1 на приговор Шкотовского районного суда Приморского края от 23.01.2026, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка <адрес>, гражданка РФ, образование среднее профессиональное, замужняя, имеющая несовершеннолетнего ребенка, являющаяся индивидуальным предпринимателем, не военнообязанная, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>/а, не судимая,

осуждена:

по ч. 3 ст. 171.1 УК РФ к штрафу в размере 200 000 рублей.

Освобождена от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав выступление осуждённой ФИО1 и защитника Безрученко Д.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Майоровой Е.В., полагавшей приговор изменить, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 осуждена за хранение в целях сбыта продовольственных товаров без маркировки и нанесения информации, предусмотренной законодательством РФ, в случае, если такая маркировка и нанесение такой информации обязательны, совершенное в крупном размере, и освобождена от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

Данное преступление совершено при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник Безрученко Д.С. в интересах осуждённой ФИО1 указал, что судом указано на отсутствие маркировки в виде единого знака обращении ЕАС, не относящейся к розничному продавцу и применяемой к таможенным процедурам. Судом неверно трактовано понятие выпуска в обращение продукции, поскольку данный термин является таможенным, означающим завершение таможенных процедур и распространяющийся на изготовителя или импортера, в связи с чем его подзащитная не является субъектом данной процедуры. В приговоре не приведен анализ системы обязательной маркировки «Data Matrix», обязанность по которому возникла уже после изъятия продукции. При этом судом немотивированно опровергнуты показания специалиста ФИО5 Кроме того, суд неправомерно применил положения Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ (далее - Закона) к продукции, не имеющей легального статуса. Требования к маркировке ЕАС и «Data Matrix» также не применяются к продукции, не допущенной к обороту. При этом ст. 171.1 УК РФ предусматривает ответственность только за нарушение правил обращения легального товара. Наряду с этим суд необоснованно отказал в проведении повторной экспертизы, при том, что проведенной по делу экспертизой установлена нелегальность товара и одновременно рассчитан ущерб как для легального товара, что ставит выводы эксперта под сомнение. Изъятая продукция является запрещённой к обороту и в этой связи её стоимость не может устанавливаться по принципу рыночной стоимости, в том числе с включением в неё НДС. При этом показания ФИО 3, данные в ходе предварительного следствия, являются недопустимым доказательством, поскольку получены с нарушением положений ст. 187-190 УПК РФ, поскольку, как пояснила сама ФИО 3, она подписала заранее подготовленный следователем протокол допроса. Протокол осмотра места происшествия, в ходе которого изъята продукция, также является недопустимым доказательством, поскольку за указанное в протоколе время проведения следственного действия, составляющее 9 минут, не представляется возможным изъять, упаковать и описать указанное в протоколе количество товара. При этом осмотр места происшествия начат ещё до регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления, что также указывает на его незаконность, однако этому обстоятельству судом оценка не дана. Также суд не дал оценки доводам защиты о том, что в протоколе не указаны все участвующие в осмотре места происшествия лица - сотрудники полиции. При этом вес изъятой продукции, указанный в протоколе осмотра места происшествия, в последующем изменен постановлением следователя об установлении обстоятельств по уголовному делу, что ставит под сомнение установленный размер ущерба. Также судом не исследована и немотивированно отвергнута представленная стороной защиты видеозапись указанного осмотра места происшествия, подтверждающая доводы о допущенных в ходе следственного действия нарушениях. Судом не дана оценка противоречиям в показаниях свидетелей ФИО 1 и ФИО 6, а также безосновательно отклонены показания свидетеля ФИО 2 Просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

В апелляционной жалобе защитник Морозов С.С. в интересах осуждённой ФИО1 указал, что уголовное дело возбуждено незаконно, поскольку рапорт, явившийся поводом для его возбуждения, не соответствует требованиям ст. 143 УПК РФ. Срок дознания прокурором также продлевался незаконно, уже после его истечения, в связи с чем следственные и процессуальные действия, проведённые в период после истечения срока дознания и до его продления прокурором, являются недопустимым доказательством, в том числе допрос подозреваемой от 28.03.2025, а так же заключение экспертизы, которой установлен ущерб. Наряду с этим прокурором предварительное расследование в форме следствия в порядке п. 11 ч. 2 ст. 37 УПК РФ органу следствия не поручалось, что влечёт незаконность производства предварительного следствия по нему после 07.04.2025. Обвинительное заключение составлено 11.08.2025, а срок предварительного следствия истёк 10.08.2025. Осмотр места происшествия от 18.10.2023, которым изъята продукция, является недопустимым доказательством, поскольку он фактически проводился более 4-х часов, в то время как в протоколе зафиксировано время его проведения - 9 минут. В протоколе не указаны все участвующие в осмотре лица, а указанный в протоколе специалист ФИО4 фактически участия в нем не принимал. В ходе осмотра должностными лицами проводилось вскрытие мест хранения продукции без разрешения собственника, что свидетельствует о фактическом проведении обыска. Осмотр места происшествия начат до поступления в МВД сообщения о преступлении, проверка которого ФИО 1, проводившим осмотр места происшествия, не поручалась. Вес изъятой продукции, указанный в протоколе осмотра места происшествия, был в последующем изменен постановлением следователя об установлении обстоятельств по уголовному делу в сторону его увеличения. Протокол дополнительного допроса обвиняемой ФИО1 от 30.06.2025 так же является недопустимым доказательством, поскольку обвинение ей предъявлено только 28.07.2025. В нарушение положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2010 № 28 оперативным уполномоченным ФИО 6 при назначении экспертизы лицу, не являющемуся государственным экспертом, в постановлении не приведены данные этого эксперта и ему не разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ. На экспертизу представлен протокол осмотра места происшествия, который является недопустимым доказательством, поскольку фактически было проведено получение образцов для сравнительного исследования. В указанное в заключении время начала производства экспертизы эксперт фактически участвовал в осмотре места происшествия. Кроме того, расчет экспертом проведен некорректно и не в соответствии с рыночной стоимостью аналогичных товаров. Показания ФИО 3 являются недопустимым доказательством, поскольку она подписала заранее подготовленный следователем протокол допроса. Судом ошибочно указано в приговоре на признание подзащитной своей вины. Наряду с этим обязанность по нанесению единого знака обращении ЕАС не лежит на розничном продавце, коим является ФИО1, а обязанность по маркировке «Data Matrix» возникла после изъятия продукции. Просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что апелляционная жалоба защитника Морозова С.С. подлежит частичному удовлетворению, апелляционная жалоба защитника Безрученко Д.С. оставлению без удовлетворения, а приговор изменению по следующим основаниям.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в приговоре приведено описание преступного деяния, судом первой инстанции установлены все обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в том числе указаны и нормы закона, в нарушение которых действовала ФИО1

При этом последняя в судебном заседании вину в совершении указанного преступления не признала и воспользовалась ст. 51 УПК РФ.

Вместе с тем, её вина подтверждается совокупность допустимых доказательствах, полученных в установленном законом порядке, подробно исследованных в судебном заседании, и получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Так, свидетель ФИО 2 показала, что ранее работала у ФИО1 в магазине «...», где в 2023 г. сотрудники полиции изъяли рыбу и морепродукты, не имеющие, с их слов, маркировки. Морепродукты в магазин привозил собственник товара, их размещали на складе, а потом фасовали. ФИО1 присутствовала при изъятии продукции. Товар находился в торговом зале в холодильнике и на витрине в открытом доступе, в витрине морозильника, также товар изымали со склада. Она с документами на товар не знакомилась. Изъятие проводилось примерно шесть часов.

Свидетель ФИО 1 показал, что является участковым уполномоченный МО МВД России «Большекаменский». Им и сотрудником ОБЭП ФИО 6 в рамках проведения мероприятий в магазине «...» была выявлена продукция без маркировки, которая был изъята с участием специалиста. Протокол осмотра места происшествия составлялся им. Продукцию взвешивали в присутствии продавца, из подсобного помещения продукцию выносил сотрудник, все действия по выдаче товара производила сотрудник магазина. Осмотр длился примерно 1,5 часа.

Свидетель ФИО 6 показала, что в 2023 г. исполняла обязанности оперуполномоченного ОБЭП. 18.10.2023 проводилась операция «Путина» на основании соответствующего распоряжения, в рамках которой в магазине «...» выявили продукцию, не имеющую маркировки, о чём ею было сделано сообщение в дежурную часть. Осмотр проводился ФИО 1, также при осмотре присутствовал специалист ФИО4

Свидетель ФИО4 показал, что является государственным инспектором РФ по госконтролю Пограничного управления ФСБ РФ по Приморскому краю. 18.10.2023 ему позвонили сотрудники полиции и попросили присутствовать при изъятии продукции в магазине «...», так как у него имеется соответствующее образование ихтиолога. Когда он прибыл к месту проведения мероприятия, продукция изъята ещё не была.

Из оглашённых показаний специалиста ФИО 3, данных ею в ходе предварительного следствия, со ссылками на Федеральный закон и технические регламенты следует, что пищевая продукция в обязательном порядке маркируется единым знаком обращения. Индивидуальные предприниматели, являющиеся участниками оборота подконтрольного товара, в частности производства, хранения, перевозки и реализации, обязаны оформлять в Федеральной государственной информационной системе в области ветеринарии соответствующие ветеринарные сопроводительные документы, в том числе и водно-биологические ресурсы.

Также вина ФИО1 подтверждается письменными доказательствами: протоколом осмотра места происшествия от 18.10.2023, согласно которому с участием ФИО1 в магазине «...» изъяты водные биологические ресурсы; протоколом осмотра предметов от 24.06.2025 с участием ФИО1, в ходе которого осмотрены и признаны в качестве вещественных доказательств изъятые водно-биологические ресурсы; заключением эксперта от 01.10.2024 № 24/09-18, согласно которому рыночная стоимость изъятой продукции по состоянию на 18.10.2023 составляет 685 437,69 рублей, а также иными письменными доказательствами.

Данные доказательства обоснованно признаны судом допустимыми, поскольку получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются между собой и обоснованно признаны достоверными.

Вопреки доводам жалобы показания свидетелей, положенные в основу приговора, не содержат существенных противоречий, позволявших суду сомневаться в их достоверности.

Оценив все доказательства в совокупности, суд правильно установил фактические обстоятельства события и пришел к обоснованному выводу о виновности осуждённой в совершении указанного преступления.

Тот факт, что данная судом первой инстанции оценка собранных по делу доказательств не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и не является основанием для отмены состоявшегося решения.

Доводы апелляционных жалоб о неприменимости положений технических регламентов к лицу, осуществляющему розничную торговлю продукцией на территории РФ, отсутствия у такого лица обязанности по маркировке продукции, неприменимости требований по маркировке товара и положений Закона к нелегальной продукции, отсутствии состава инкриминируемого преступления при обороте нелегальной продукции основаны на произвольном толковании закона и прямо противоречат приведённым в приговоре нормам закона.

Закон запрещает обращение пищевых продуктов, материалов и изделий, которые, в частности, не имеют маркировки, содержащей сведения о пищевых продуктах, предусмотренные законодательством РФ, либо в отношении которых не имеется таких сведений, а также устанавливает требования к обеспечению качества и безопасности пищевых продуктов при их расфасовке, упаковке и маркировке.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о противоречии в части показаний ФИО5 приведённым в приговоре нормам закона, в связи с чем они не могут быть приняты в качестве доказательств невиновности осуждённой. Также суд принимает во внимание, что последний является специалистом по таможенному делу, а данные им пояснения о порядке маркировки продукции при его таможенном оформлении, не свидетельствуют о неприменимости инкриминируемых положений закона при розничной торговле на территории РФ.

Доводы об отсутствии в приговоре анализа системы маркировки «Data Matrix» не состоятельны, поскольку суд проводит разбирательство только по предъявленному обвинению, не выходя за его пределы.

Также не основаны на законе и являются надуманными доводы апелляционных жалоб об ошибочном расчёте изъятой продукции по рыночной стоимости ввиду её недопустимости к обороту.

Вопреки доводам жалоб, экспертиза назначена в соответствии с требованиями ст. 195 УПК РФ, проведена лицом, обладающим специальными знаниями, предупреждённым об уголовной ответственности, которым дан ответ в соответствии с поставленным вопросом. Заключение является научно обоснованным, ясным и полным, для производства исследования в распоряжение эксперта были представлены все необходимые материалы, выводы эксперта мотивированы, оснований ставить под сомнение полноту и объективность выводов заключения не имеется.

Стоимость немаркированных продовольственных товаров определяется по среднерыночной их стоимости. Федеральный закон от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ» установил, что под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции.

Не свидетельствует о недопустимости использования в качестве доказательства заключения эксперта и доводы стороны защиты об участии 19.09.2024 эксперта в осмотре места происшествия во время, указанное им в заключении в качестве времени начала проведения экспертизы, поскольку в ходе указанного следственного действия экспертом отобраны образцы водно-биологических ресурсов для проведения порученной ему экспертизы.

Не могут быть признаны обоснованными и доводы апелляционной жалобы о признании недопустимым доказательством показаний специалиста ФИО 3, поскольку последняя, будучи допрошенной в суде, пояснила, что с протоколом её допроса она ознакомилась, его содержание является верным, соответствующим законодательству.

Также суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 18.10.2023, поскольку допрошенные в суде участники следственного действия дали подробные пояснения относительно должностного лица, осуществлявшего осмотр, порядка его проведения, изъятия продукции и участия в осмотре лиц.

Указание в протоколе несоответствующего фактическому времени его проведения суд апелляционной инстанции признает несущественным и не ставящим под сомнение его достоверность и допустимость. Присутствие по месту происшествия во время его осмотра иных должностных лиц не является основанием для признания их участниками данного следственного действия с указанием их в протоколе. Уточнение постановлением общего веса изъятой продукции так же не ставит под сомнение факт её изъятия в ходе данного следственного действия и свидетельствует о технической ошибке.

Осмотр места происшествия проведён в соответствии с требованиями ст. 176-177 УПК РФ с участием самой ФИО1, которой своей подписью удостоверено содержание протокола, при этом заявлений о нарушении порядка проведения следственного действия от неё не поступало. При этом утверждение стороны защиты о том, что осмотр, по сути, являлся обыском, основано на неверном толковании норм процессуального законодательства.

Вопреки доводам жалоб судом мотивированы выводы, по которым он отверг в качестве доказательств показания свидетеля ФИО 2 в части и представленную видеозапись осмотра места происшествия, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Доводы стороны защиты о том, что осмотр места происшествия начат до регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления, не соответствует ни материалам уголовного дела, содержащим сведения о времени поступления сообщения о преступлении в дежурную часть и времени начала производства осмотра, ни пояснениям, данным в суде первой инстанции его участниками и присутствовавшими лицами.

Не основаны на законе и доводы жалобы защитника Морозова С.С. о нарушении порядка возбуждения уголовного дела. Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 29.09.2022 № 2213-О, одним из поводов для возбуждения уголовного дела служит сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, перечень которых является открытым, а положения ст. 143 УПК РФ определяют лишь порядок действий лица, получившего сообщение о совершенном или готовящемся преступлении из иных источников, чем указанных в п. 1, 2 и 4 ч. 1 ст. 140 УПК РФ, не ограничивая круг поводов для возбуждения дела.

Решение об изъятии уголовного дела из производства органа дознания и передачи его для дальнейшего расследования и устранения недостатков в орган предварительного следствия так же принято прокурором в соответствии с предоставленными ему п. 11 и 15 ч. 2 ст. 37 УПК РФ полномочиями. Доводы апелляционной жалобы в данной части не свидетельствуют об обратном.

Согласно ст. 223 УПК РФ дознание по уголовному делу производится в течение 30 суток со дня возбуждения уголовного дела и может быть продлён прокурором до 6 месяцев.

Из материалов уголовного дела следует, что решение о продлении срока дознания принималось прокурором в соответствии с предоставленными ему ч. 3 ст. 223 УПК РФ полномочиями. Вместе с тем, срок дознания прокурором неоднократно (18.12.2024, 21.01.2025, 11.02.2025, 10.03.2025, 21.03.2025 и 31.03.2025) продлевался за пределами ранее установленного срока, в связи с чем, как обосновано указано в апелляционной жалобе защитника Морозова С.С., допрос ФИО1 в качестве подозреваемой, проведённый 28.03.2025, то есть после истечения ранее установленного срока дознания и до его фактического продления прокурором, получен с нарушением требований УПК РФ вне срока дознания, поэтому не может использоваться в качестве доказательства ввиду не соответствия требованиям допустимости и подлежит исключению из числа доказательств.

При этом обвинение предъявлено ФИО1 и обвинительное заключение составлено в рамках продлённого в установленном порядке срока следствия, в связи с чем допущенное нарушение судом апелляционной инстанции не может быть признано существенным и препятствующим постановлению по делу решения.

Как видно из материалов уголовного дела, срок предварительного следствия заканчивался 10.08.2025 и приходился на выходной день, в связи с чем в силу положений ч. 2 ст. 128 УПК РФ последним днем такого срока является первый рабочий день, то есть 11.08.2025, когда уголовное дело с обвинительным заключением было направлено прокурору.

Наряду с этим суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы жалобы защитника Морозов С.С. о признании протокола дополнительного допроса обвиняемой от 30.06.2025 недопустимым доказательством.

Так, по результатам дознания уголовное дело 02.04.2025 направлено прокурору с обвинительным актом, в связи с чем в силу положений п. 2 ч. 1 ст. 47 УПК РФ ФИО1 получила процессуальный статус обвиняемой. Вместе с тем, после возвращения уголовного дела прокурором для производства дополнительного расследования при допросе ФИО1 30.06.2025 в качестве обвиняемой права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, ей не разъяснялись, чем нарушено её право на защиту. Также материалы уголовного дела не содержат сведений о разъяснении ФИО1 ранее прав, предусмотренных ст. 47 УПК РФ.

В связи с этим суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что дополнительный допрос ФИО1 в качестве обвиняемой от 30.06.2025 произведён с нарушением требований УПК РФ, в связи с чем не может использоваться в качестве доказательств ввиду не соответствия требованиям допустимости и подлежит исключению из числа доказательств.

Несмотря на исключение из объёма доказательств указанных показаний, как от 28.03.2025, так и 30.06.2028, суд апелляционной инстанции считает совокупность представленных стороной обвинения доказательств достаточной для признания осуждённой виновной в инкриминируемом преступлении, а приведённые в апелляционных жалобах доводы не свидетельствуют о её невиновности и отсутствии в её действиях состава преступления.

Кроме того, доводы апелляционных жалоб фактически сводятся к несогласию с приговором и выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, а так же влияли на его обоснованность и законность.

Указанные доводы по своей сути основаны на произвольном толковании норм закона и направлены на переоценку обстоятельств, являвшихся предметом исследования в ходе судебного следствия, а также доказательств, которым судом дана оценка. В силу указанных обстоятельств доводы апелляционных жалоб не могут являться основанием для отмены оспариваемого решения.

При назначении ФИО1 наказания суд первой инстанции в соответствии с положениями ст. 6, ст. 43, ч. 3 ст. 60 и ст. 89 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства, смягчающие наказание, условия жизни виновной, данные о её личности, состоянии здоровья, а так же влиянии назначаемого наказания на её исправление.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд первой инстанции обосновано признал частичное признание подсудимой вины в ходе предварительного следствия, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка и обучающего на очной форме обучения совершеннолетнего ребенка, совершение преступления небольшой тяжести впервые (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельств, отягчающих наказание, судами первой и апелляционной инстанций не установлено.

Назначенное наказание в виде штрафа и его размер суд апелляционной инстанции считает справедливым, законным и в полной мере отвечающим целям и задачам наказания.

Также судом первой инстанции ФИО1 обосновано, на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, освобождена от уголовной ответственности, так как со дня совершения преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, истекло два года.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба защитника Морозова С.С. подлежит частичному удовлетворению, апелляционная жалоба защитника Безрученко Д.С. оставлению без удовлетворения, а приговор изменению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Апелляционную жалобу защитника Морозова С.С. в интересах осуждённой ФИО1 удовлетворить частично.

Приговор Шкотовского районного суда Приморского края от 23.01.2026 в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования 28.03.2025 и 30.06.2025.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Безрученко Д.С. в интересах осуждённой ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения.

Вступившее в законную силу судебное решение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в суд кассационной инстанции осуждённым, его защитником, а также иными лицами в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы.

Кассационные жалоба, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.Д. Олещенко

...

...