Решение № 2-487/2024 2-487/2024~М-452/2024 М-452/2024 от 8 января 2025 г. по делу № 2-487/2024

УИД (М) 66RS0027-01-2024-000949-22

Дело № 2-487/2024

Мотивированное
решение изготовлено 09.01.2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2024 года г. Ивдель

Ивдельский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Фаренбрух Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Буковецкой Е.И.,

с участием помощника прокурора г. Ивдель Медведенко Т.В.,

истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика ООО «Газпром трансгаз Югорск» ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-487/2024 по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности, обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» (далее – ООО «ГТЮ»). Просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, мотивируя тем, что истец с 05.05.2014 работал в ООО «ГТЮ» Ивдельское линейное производственное управление магистральных газопроводов (далее - Ивдельское ЛПУ МГ) в должности машиниста электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания. 04.10.2021 около 16:30 часов с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, а именно при осуществлении трудовой деятельности, находясь в вынужденном рабочем положении «на корточках», при изменении позы на «свободный» получил травму, почувствовал боль в спине. Около 16:50 часов ФИО1 уехал домой. 11.10.2021 ФИО1 диагностирован <данные изъяты> на основании результата компьютерной томографии. ФИО1 находился на лечении в травматологическом отделении ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница» с 11.10.2021 по 19.10.2021, в ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии имени В.Д. Чаклина» в период с 19.10.2021 по 03.11.2021, был прооперирован 29.10.2021. 26.11.2021 отделение ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница» выдало заключение, согласно которому травма ФИО1 характеризуется тяжелой степенью тяжести.

Согласно заключения государственного инспектора труда от 30.12.2021 установлено, что при проведении технического обслуживания передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты> предусматривалась замена масла в двигателе, для чего требовалось установить емкость для слива масла, после чего открутить пробку сливного отверстия картера двигателя ключом «на 27». Учитывая достаточный для доступа в рабочей позе «на корточках» дорожный просвет между передней полурамой и полом ангара, а также отсутствие в ангаре смотровых ям для выполнения рабочих операций, требующих доступ к узлам и агрегатам снизу, работник ФИО4 приблизительно в 16:30 залез под установленный передвижной сварочный агрегат <данные изъяты> на <данные изъяты> (инв. №, гос. №) и открутил пробку сливного отверстия картера двигателя. После откручивания пробки сливного отверстия картера двигателя ФИО4 вылез из-под передней полурамы передвижного сварочного агрегата и попытался распрямиться в полный рост, то есть при попытке смены рабочей позы «на корточках» на свободную рабочую позу в положении «стоя», почувствовал резкую боль в спине. Спустя несколько минут в ангар зашел машинист электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания З., которому ФИО4 сообщил о том, что чувствует боль в спине. В ходе расследования несчастного случая на производстве не установлена грубая неосторожность работника ФИО1

Указанным заключением несчастный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве, подлежащий учету и регистрации в Обществе. Причинами несчастного случая являются: неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, выразившихся в необеспечении ответственным должностным лицом работодателя использования напольных механизированных устройств (гидравлических и электрических подъемников, передвижных стоек, опрокидывателей), а также в неорганизации использования осмотровых канав и эстакад для обеспечения безопасности доступа к агрегатам, узлам и деталям, расположенным в нижней части транспортных средств, при организации рабочего места машиниста электросварочного агрегата с двигателем внутреннего сгорания для выполнения работ по ремонту и техническому обслуживанию передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на <данные изъяты> (нарушение требований абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 ч. 1 ст. 219 ТК РФ, п. 33 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утв. Приказом Минтруда России от 09.12.2020 № 871 н). Лицом, ответственным за допущенные нарушения, определен начальник ЛЭС Ивдельского ЛПУ МГ Общества ФИО5

12.01.2022 старшим государственным инспектором труда ГИТ В. вынесено в адрес ООО «ГТЮ» предписание об устранении выявленных нарушений, согласно которому на Общество возложена обязанность в срок до 20.01.2022 составить и утвердить работодателем акт о несчастном случае на производстве (форма Н-1) по тяжелому несчастному случаю, произошедшему 04.10.2021 с работником ФИО1 в соответствии с заключением старшего государственного инспектора труда от 30.12.2021; предоставить в ГИТ утвержденные должным образом работодателем и заверенные печатью акты формы Н-1.

Ответчик акт формы Н-1 не составил, и не согласившись с заключением от 30.12.2021 по несчастному случаю с ФИО1 и предписанием № от 12.01.2022 обжаловал указанные акты в суд. Апелляционным определением Свердловского областного суда от 02.07.2024 в удовлетворении административных исковых требований ООО «ГТЮ» к Государственной инспекции труда Свердловской области, старшему государственному инспектору труда (по охране труда) В., главному государственному инспектору труда в Свердловской области К. о признании незаконным заключения, предписания, возложении обязанности, отказано.

Государственным инспектором труда Д. 15.12.2023 составлено заключение о расследовании несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 04.10.2021, данное заключение идентично составленному 30.12.2021. Также выдано предписание от 20.12.2023 № об устранении выявленных нарушений, согласно которому на Общество возложена обязанность составить и утвердить работодателем акт о несчастном случае на производстве (форма Н-1) по тяжелому несчастному случаю, произошедшему 04.10.2021 с работником ФИО1 в соответствии с заключением старшего государственного инспектора труда от 15.12.2023; предоставить в ГИТ утвержденные должным образом работодателем и заверенные печатью акты формы Н-1.

После чего ООО «ГТЮ» 27.12.2023 составило акт расследования несчастного случая на производстве; и обратилось в Ивдельский городской суд с административным исковым заявлением о признании незаконным и отмене заключение инспектора труда Д. от 15.12.2023; признании незаконным и отмене предписания от 20.12.2023 №; признать незаконным и отменить акт № о несчастном случае на производстве (форма Н-1) от 27.12.2023, оставить в силе акт расследования тяжелого несчастного случая (форма №) от 02.11.2023. Решением Ивдельского городского суда от 30.09.2024 в удовлетворении исковых требований ООО «ГТЮ» отказано.

При причинении вреда здоровью, он испытал физические и нравственные страдания, при этом факт причинения морального вреда, при причинении увечья, предполагается. В соответствии со ст. ст. 1064, 151, 1099 ГК РФ, просит взыскать компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 в размере 600 000 рублей, поскольку в результате полученных травм 08.02.2022 ФИО1 установлена № группа инвалидности, ФИО1 был уволен, утратил возможность трудиться, управлять автомобилем.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал в заявленном объеме, пояснив, что после полученной травмы у него участились приступы <данные изъяты>, состояние здоровья ухудшилось, он перенес две операции, испытывает постоянную боль, вынужден проходить реабилитацию каждый год, из-за состояния здоровья он не может трудоустроиться по имеющейся специальности, уровень его жизни изменился кардинальным образом.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала, по изложенным в иске основаниям, просила учесть, что из-за полученной травмы ФИО1 перенес физические и нравственные страдания, он испытывает боль до настоящего времени, вынужден проходить реабилитацию, что является очень затратным, работодатель длительное время отрицал свою вину, полагая, что травма не является производственной, акт формы Н-1 был издан лишь в конце декабря 2023, сумма страховки в размере 500 000 рублей выплачена АО «СОГАЗ» по причине того, что истец был вынужден уволиться с работы по состоянию здоровья, и не является компенсацией морального вреда. В связи с чем, просит взыскать с ООО «ГТЮ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, полагая ее справедливой.

Представитель ответчика ООО «ГТЮ» ФИО3, действующая на основании доверенности, в письменных возражениях на исковое заявление, которые поддержала в судебном заседании, просила в удовлетворении искового заявления ФИО1 отказать, мотивируя тем, что из заключения от 15.12.2023 следует, что работодателем соблюдены требования по обеспечению безопасных условий труда и выполнены возложенные на него законом обязанности по охране труда:

- истец в полном объеме обеспечен специальной одеждой и обувью, другими средствами индивидуальной защиты и смывающими и ((или) обеззараживающими средствами на бесплатной основе в соответствии с требованиями ст. 212, 214 ТК РФ, Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 290н «Об утверждении Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты»;

- истцу проведен вводный инструктаж по программе проведения вводного инструктажа;

- истцу проведен внеплановый инструктаж на рабочем месте в установленном порядке 20.09.2021;

- истцу проведено очередное обучение по охране труда с 02.06.2021 по 09.06.2021 с последующей проверкой знаний требований охраны труда 09.06.2021;

- к работам, связанным с поднятием и перемещением тяжестей, работник не привлекался;

- в момент выполнения работы истцом по сливу масла из трактора <данные изъяты> отсутствовали травмирующие (опасные) производственные факторы, следовательно - отсутствовали профессиональные риски причинения вреда здоровью.

Истец при выполнении работ 04.10.2021 был обеспечен необходимым технологическим и вспомогательным оборудованием - гидравлическим домкратом, предусмотренным к использованию Инструкцией по эксплуатации трактора «Кировец» 701.00.00.00-3 ТО в ходе производства работ по техническому обслуживанию трактора.

Таким образом полагает, что в действиях ФИО5 отсутствует противоправность, вины в причинении вреда истцу нет, а также не установлена причинно-следственная связь между исполнением трудовых обязанностей и травмой позвоночника у ФИО1

Также полагает, что истцом не мотивирована заявленная сумма компенсации морального вреда.

Истцом в подтверждении своих доводов причинения ему нравственных страданий указаны: увольнение в результате производственной травмы, установление инвалидности, утрата возможности трудиться, управлять автомобилем. Однако представитель ответчика полагает, что истцом не подтверждена причинно-следственная связь между травмой и установлением № группы инвалидности, увольнение истца в результате производственной травмы, утраты им возможность трудиться и управлять автомобилем по вине ответчика. При этом из медицинских документов следует, что истец на дату увольнения не имел медицинских противопоказаний к работе в условиях имеющихся производственных факторов по профессии машинист ДВС по окончании реабилитационно-восстановительного лечения, с 07.07.2022 ему разрешен легкий труд. Согласно справке МСЭ-2022 № от дд.мм.гггг истцу установлена инвалидность № группы на срок до дд.мм.гггг с указанием причины инвалидности - <данные изъяты>. Согласно индивидуальной программе реабилитации инвалида к протоколу МСЭ № от дд.мм.гггг к противопоказанным видам трудовой деятельности с учетом нарушенных функций организма является нарушение интеллекта, рекомендуемыми условиями труда являются оптимальные/допустимые. дд.мм.гггг истец был уволен на основании пункта 8 части 1 статьи 77 ТК РФ с выплатой компенсаций, предусмотренных трудовым законодательством и страховой выплатой по договору страхования между Ответчиком и АО «СОГАЗ» работников от несчастных случаев и болезней № от дд.мм.гггг. ФИО1 дд.мм.гггг было выплачено страховое возмещение в сумме 500 000 руб. (платежное поручение №).

Кроме того, представитель ответчика полагает, что истец своими действиями спровоцировал причинение вреда своему здоровью, так в нарушение п. 2.19, 2.25.1.1 Инструкции ПИ-08.3-30-2021 допустил несоблюдение требований по охране труда по видам работ и профессии, в нарушение п.2.25.9 не известил работодателя об ухудшении состояния своего здоровья, в нарушение п. 2.25.11 нарушил производственную дисциплину, не применив безопасные приемы труда, изложенные в инструкциях; в нарушение п. 1.2.6.5 Инструкции ИОТП 08.1-007-2021 не использовал безопасные приемы труда (не применил домкрат при выполнении технического обслуживания трактора), не исполнил требования п. 4.3 в части охраны труда при несчастном случае на производстве, не исполнил требования пункта 4.5 об информировании о внезапном ухудшении состояния здоровья/травме сотрудников здравпункта Ивдельского ЛПУМГ или обращении в скорую медицинскую помощь; 04.10.2021 ФИО1 самостоятельно покинул территорию работодателя на личном транспортном средстве, что могло способствовать возникновению или увеличению вреда здоровью. Таким образом, в ходе расследования несчастного случая достоверно установлено, что истцом допущены нарушения трудовой и производственной дисциплины. Также истец за квалифицированной помощью к врачу 04.10.2021 не обращался; 05.10.2021 ФИО1 обратился в Ивдельскую ЦРБ по причине обострения остеохондроза и ему был оформлен листок нетрудоспособности с кодом причины нетрудоспособности 01 (<данные изъяты>); согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 19.12.2022 №-СО механизм полученной истцом травмы позвоночника не имеет причинно-следственной связи со сменой рабочей позы «с корточек» на свободную рабочую позу «стоя», предусматривающей сгибание и разгибание позвоночного столба; характерные симптомы перелома тела правого поперечного отростка 1 поясничного позвонка, сдавления спинного мозга на уровне перелома в медицинском описании отсутствуют, болезненные проявления при обращении в Ивдельскую ЦРБ 06.10.2021 не противоречат диагнозу «остеохондроз, обострение». Поскольку инвалидность установлена истцу по заболеванию, не связанному с несчастным случаем на производстве, принимая во внимание нарушения правил охраны труда, допущенные истцом, отказ ФИО1 от медицинской помощи 04.10.2021, что могло способствовать увеличению вреда его здоровью, ответчик полагает требования истца несоразмерными степени вины работодателя.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании дополнила, что с 2014 года ФИО1 страдает <данные изъяты>, возможно травма произошла по причине случившегося на рабочем месте приступа <данные изъяты> с истцом, кроме того у истца имелись и другие заболевания, такие как <данные изъяты>, инвалидность установлена <данные изъяты>, возможно не связанному с полученной травмой. Со стороны работодателя были соблюдены все предусмотренные законом требования охраны труда. Просила учесть поведение истца, спровоцировавшего своими действиями причинение ему вреда здоровью, в связи с чем, просила снизить размер компенсации морального вреда.

Определением Ивдельского городского суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечено АО «СОГАЗ», ФИО5

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования, АО «СОГАЗ», ФИО5 не явились, извещены о дате, времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом, письменных ходатайств не представили.

В судебном заседании старший помощник прокурора г. Ивдель Медведенко Т.В. полагала заявленные исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, поскольку представленными документами подтвержден произошедший несчастный случай с работником ФИО1 на производстве, он перенес две операции, до сих пор проходит реабилитацию, носит корсет, лишен возможности работать по специальности. Не представлено доказательств того, что имеющиеся у истца заболевания стали причиной получения им инвалидности. Страховая выплата, выплаченная по договору страхования, заключенного между ответчиком и АО «СОГАЗ», не может быть признана возмещением морального вреда, а лишь носит характер возмещения убытков, связанных с увольнением истца. Между тем, у истца имелись заболевания, которые стали причиной лишения истца права управления транспортным средством, данные заболевания возникли до получения производственной травмы, в связи с чем, полагала, размер компенсации должен быть соразмерным, справедливым и подлежит снижению.

Суд, исследовав материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, выслушав участников процесса, приходит к следующему.

В силу абз. 11 ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, является одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.

Согласно ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ч. 2 ст. 212 ТК РФ).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (ст. 12 ГК РФ) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

По смыслу положений статьи 151 ГК РФ, статей 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с абз.3 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14 постановления Пленума Верховного суда РФ №33).

Согласно п.12 указанного Постановления Пленума Верховного суда РФ №33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Таким образом, общими основаниями ответственности причинителя вреда за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 был принят в ОАО «Газпром» ООО «Газпром трансгаз Югорск» Ивдельское линейное производственное управление магистральных газопроводов в ЛЭС машинистом электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания с 05.05.2014. Уволен 06.03.2023 в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствием у работодателя соответствующей работы на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ (л.д.27-35, 55).

Согласно заключению государственного инспектора труда от 30.12.2021 установлено, что 04.10.2021 в 16 час. 30 мин. с машинистом электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания Ивдельского ЛПУ МГ ООО «ГТЮ» ФИО1 произошел несчастный случай с тяжелым исходом, данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством. Причинами, вызвавшими несчастный случай, являются: неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест выразившиеся в не обеспечении ответственным должностным лицом работодателя использования напольных механизированных устройств (гидравлических и электрических подъемников, передвижных стоек, опрокидывателей), а также в не организации использования осмотровых канав и эстакад для обеспечения безопасного доступа к агрегатам, узлам и деталям, расположенным в нижней части транспортных средств при организации рабочего места машиниста электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания для выполнения работ по ремонту и техническому обслуживанию передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты>, чем нарушены требования абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ, п. 33 «Правил по охране труда на автомобильном транспорте», утвержденных Приказом Минтруда России от 09.12.2020 № 871н.

Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, является начальник ЛЭС Ивдельского ЛПУМГ ООО «Газпром трансгаз Югорск» ФИО5, не обеспечивший использование напольных механизированных устройств (гидравлических и электрических подъемников, передвижных стоек, опрокидывателей), а также не организовавший использование осмотровых канав и эстакад для обеспечения безопасного доступа к агрегатам, узлам и деталям, расположенным в нижней части транспортных средств при организации рабочего места машиниста электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания для выполнения работ по ремонту и техническому обслуживанию передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты>, чем нарушены требования абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ, п. 33 «Правил по охране труда на автомобильном транспорте», утвержденных Приказом Минтруда России от 09.12.2020 N 871н., п. 2.2, п. 2.13, п. 2.26.2, п. 2.29.2.1, п. 2.29.2.5, п. 2.29.2.15, п. 2.29.5, п. 2.29.18 Должностной инструкции Начальника линейно-эксплуатационной службы (ЛЭС) Ивдельского линейного производственного управления магистральных газопроводов (Ивдельского ЛПУМГ) ООО «Газпром трансгаз Югорск» (общества) ДИ-08-001-2016 от 12.12.2016 (действовавшей в дату тяжелого несчастного случая 04.10.2021).

В соответствии с предписанием № от 12.01.2022 государственная инспекция труда в Свердловской области обязала ООО «ГТЮ» составить и утвердить акт о несчастном случае на производстве (форма Н-1) по тяжелому несчастному случаю, произошедшему 04.10.2021 с работником ФИО1 и предоставить утвержденные должным образом работодателем и заверенные печатью акты формы Н-1.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве 04.10.2021 в 16 час. 30 мин. в Ивдельском ЛПУ МГ ООО «ГТЮ» по адресу: <адрес> с ФИО1 машинистом электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания, произошел несчастный случай на производстве, а именно при проведении технического обслуживания передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты> предусматривалась замена масла в двигателе, для чего требовалось установить емкость для слива масла, после чего открутить пробку сливного отверстия картера двигателя ключом «на 27». Учитывая достаточный для доступа в рабочей позе «на корточках» дорожный просвет между передней полурамой и полом ангара, а также отсутствие в ангаре смотровых ям для выполнения рабочих операций, требующих доступ к узлам и агрегатам снизу, работник ФИО4 приблизительно в 16:30 залез под установленный передвижной сварочный агрегат <данные изъяты> на <данные изъяты> (инв. №, гос. №) и открутил пробку сливного отверстия картера двигателя. После откручивания пробки сливного отверстия картера двигателя ФИО4 вылез из-под передней полурамы передвижного сварочного агрегата и попытался распрямиться в полный рост, то есть при попытке смены рабочей позы «на корточках» на свободную рабочую позу в положении «стоя», почувствовал резкую боль в спине. Причинами несчастного случая являются: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспеченность работников необходимым технологическим и вспомогательным оборудованием, материалами, инструментом, помещениями и другим, что выразилось в не обеспечении напольными механизированными устройствами (гидравлических и электрических подъемников, передвижных стоек, опрокидывателей), а также в не организации использования осмотровых канав и эстакад для обеспечения безопасного доступа к агрегатам, узлам и деталям, расположенным в нижней части транспортных средств при организации рабочего места машиниста электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания для выполнения работ по ремонту и техническому обслуживанию передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты>, чем нарушены требования абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ, п.п. 3, 4, 33 «Правил по охране труда на автомобильном транспорте», утвержденных Приказом Минтруда России от 09.12.2020 № 871н.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются начальник ЛЭС Ивдельского ЛПУМГ ООО «Газпром трансгаз Югорск» ФИО5, не обеспечивший использование напольных механизированных устройств (гидравлических и электрических подъемников, передвижных стоек, опрокидывателей), а также не организовавший использование осмотровых канав и эстакад для обеспечения безопасного доступа к агрегатам, узлам и деталям, расположенным в нижней части транспортных средств при организации рабочего места машиниста электросварочного передвижного агрегата с двигателем внутреннего сгорания для выполнения работ по ремонту и техническому обслуживанию передвижного сварочного агрегата <данные изъяты> на базе <данные изъяты>, чем нарушены требования абз. 2 ч. 2 ст. 212, абз. 2 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ, п. 33 «Правил по охране труда на автомобильном транспорте», утвержденных Приказом Минтруда России от 09.12.2020 N 871н., п. 2.2, п. 2.13, п. 2.26.2, п. 2.29.2.1, п. 2.29.2.5, п. 2.29.2.15, п. 2.29.5, п. 2.29.18 Должностной инструкции Начальника линейно-эксплуатационной службы (ЛЭС) Ивдельского линейного производственного управления магистральных газопроводов (Ивдельского ЛПУМГ) ООО «Газпром трансгаз Югорск» (общества) ДИ-08-001-2016 от 12.12.2016 (действовавшей в дату тяжелого несчастного случая 04.10.2021).

Совокупный анализ имеющихся в материалах дела доказательств позволяет суду прийти к выводу о том, что ответчик ООО «ГТЮ», являясь работодателем ФИО1, не обеспечило надлежащим образом безопасные условия труда для работника ФИО1, что явилось причиной несчастного случая на производстве.

Поскольку указанные в заключении государственного инспектора труда по несчастному случаю и акте о несчастном случае лицо, являющееся ответственным за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю, является работником ООО «ГТЮ» - начальник ЛЭС Ивдельского ЛПУ МГ ФИО5, и следовательно, в нарушение вышеуказанных требований нормативно-правовых актов именно ответчик не обеспечил истцу безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой получение ФИО1 травмы на производстве, требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению, компенсация морального вреда подлежит взысканию с ООО «Газпром трансгаз Югорск».

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно выписного эпикриза из истории болезни № ФИО1 в период с 11.10.2021 по 19.10.2021 находился на лечении в травматологическом отделении ГБУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», ему был выставлен диагноз: <данные изъяты> (л.д.15).

Согласно представленных медицинских документов в период с 19.10.2021 по 03.11.2021 ФИО1 находился на стационарном лечении в ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии имени В.Д. Чаклина», с диагнозом: <данные изъяты>. ФИО1 20.10.2021 проведена операция – <данные изъяты> (л.д.16,17).

ФИО1 17.02.2022, 12.05.2022, 06.07.2022 обращался в ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии имени В.Д. Чаклина» с диагнозом: <данные изъяты>. Истцу исключены тяжелые физические нагрузки, глубокие наклоны, рекомендовано ношение грудопоясничного или высокого поясничного корсета при болях и нагрузках; физиотерапия, массаж, реабилитационно-восстановительное лечение в условиях специализированного отделения 2 раза в год (л.д.18-20).

Согласно справке МСЭ-2022 № ФИО1 установлена № группа инвалидности по общему заболеванию (л.д.56).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пункта 27 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15.11.2022 №33, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда подлежит установлению судом с учетом требований разумности и справедливости, степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств. Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда принимается во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ, которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда. Компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, поэтому ее размер определяется судом с учетом характера причиненных нравственных страданий. При этом компенсация морального вреда должна носить реальный, а не символический характер.

При определении размера компенсации морального вреда, в соответствии с правилами статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых истцом получена травма, отсутствие вины в действиях потерпевшего, характер полученной ФИО1 травмы, а также тяжесть наступивших после получения травмы последствий не только в виде ухудшения состояния здоровья истца, но и в виде утраты им возможности трудиться до настоящего времени по имеющейся у него специальности и профессии, претерпевания физических страданий в виде боли в период лечения и реабилитации, последствий в виде частых эпилептических приступов, факт необходимости соблюдения рекомендаций врача в виде легкого труда, длительного ношения корсета.

При этом суд учитывает также личностные особенности истца, его возраст, семейное положение, невозможность вести привычный им образ жизни, а также наличие у истца длительного времени болевых ощущений и негативных эмоций.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что несмотря на то, что ему установлена № группа инвалидности, которая является рабочей, однако он до настоящего времени не может найти работу.

Поскольку в ходе расследования несчастного случая на производстве и судебного разбирательства не установлена грубая неосторожность работника ФИО1 в произошедшем на производстве несчастном случае, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные п. 2 ст. 1083 ГК РФ последствия (снижение размера возмещения в случае грубой неосторожности самого потерпевшего) в данном случае применению не подлежат. Вместе с тем, заявленный истцом размер компенсации морального вреда подлежит снижению, поскольку истец мотивирует причиненный моральный вред в том числе тем, что в результате полученной травмы он был уволен, стал инвалидом, утратил возможность трудиться, управлять автомобилем. Однако согласно решению Ивдельского городского суда от 10.07.2024 в отношении ФИО1 прекращено действие права на управление транспортными средствами по причине <данные изъяты>, которое является противопоказанием для управления транспортными средствами (л.д.105). Кроме того, согласно представленным медицинским документам ФИО1 не в полном объеме утратил возможность трудиться, ему показан легкий труд.

На основании исследования и оценки фактических обстоятельств дела и представленных по делу доказательств, с учетом нравственных и физических страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, требований разумности и справедливости, а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд полагает возможным взыскать с ответчика ООО «Газпром трансгаз Югорск» в пользу истца ФИО1 денежную компенсацию причиненного морального вреда частично, в размере 350 000 рублей 00 копеек.

Данный размер компенсации морального вреда суд считает разумной, справедливой и достаточной, с учетом степени нравственных и физических страданий истца, а также степени вины ответчика в причинении вреда.

Исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае взыскиваемый размер компенсации морального вреда представляется соразмерной последствиям нарушенного права.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета в размере 20 000 руб. 00 коп.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (№) к Обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) руб. 00 коп.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» в доход Федерального бюджета государственную пошлину в сумме 20 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ивдельский городской суд Свердловской области.

Председательствующий подпись Н.А. Фаренбрух