Апелляционное постановление № 22К-372/2026 от 24 февраля 2026 г.

Судья Туроватов Д.В. Дело №22К-372/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново «25» февраля 2026 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Бойко А.Ю.,

обвиняемой ФИО1/с использованием системы видео-конференц-связи/, её защитника – адвоката Приклонской Е.С., представившей удостоверение № и ордер № от 20 февраля 2026 года, выданный одноимённым адвокатским кабинетом,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Аристовой А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданки РФ, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п.«а,г» ч.4 ст.228.1 УК РФ,

на постановление Кинешемского городского суда Ивановской области от 6 февраля 2026 года, которым обвиняемой избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Доложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы обвиняемой, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

5 февраля 2026 года СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п.«а,г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, возбуждено уголовное дело.

В тот же день ФИО1 по подозрению в совершении данного преступления задержана в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ.

6 февраля 2026 года ФИО1 по вышеуказанной норме уголовного закона предъявлено обвинение.

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области обвиняемой ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 4 апреля 2026 года включительно. Мотивы принятому судом решению в вынесенном постановлении приведены.

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО1 просит об отмене состоявшегося 6 февраля 2026 года в её отношении судебного решения и избрании ей более мягкой меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, ссылаясь в обоснование своей позиции на следующее:

-изложенные в постановлении выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также судом нарушен уголовно-процессуальный закон; обжалуемое постановление основано исключительно на доводах следователя и прокурора; судом не дано оценки тому, что конкретных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о наличии оснований для избрания обвиняемой самой строгой меры пресечения, не имеется; таких обстоятельств в обжалуемом постановлении не приведено; судом не учтено наличие у обвиняемой на иждивении малолетнего ребёнка, которого она воспитывает одна; также у обвиняемой имеется парализованная свекровь, за которой она на протяжении нескольких лет осуществляет уход; с указанными лицами обвиняемая проживает в трёхкомнатной квартире, в которой и зарегистрирована; поскольку алименты на малолетнего сына обвиняемой перечисляются на её банковский счёт, то в её отсутствие сын не сможет воспользоваться находящимися на данном счёте денежными средствами; в отношении обвиняемой возможно избрание домашнего ареста, условия для исполнения которого, в том числе и финансовые, имеются, что могла бы подтвердить её мать.

В судебном заседании обвиняемая ФИО1, её защитник Приклонская Е.С., поддержали апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам и просили об избрании обвиняемой домашнего ареста. Также из пояснений обвиняемой следовало, что в настоящее время её малолетний ребёнок находится вместе с её матерью, под присмотром последней находится и свекровь, за которой до своего задержания она – ФИО1 – ухаживала. Участия органов опеки не требуется.

Прокурор Бойко А.Ю., находя доводы стороны защиты необоснованными, просил оставить апелляционную жалобу обвиняемой ФИО1 без удовлетворения, а судебное решение о заключении обвиняемой под стражу - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалобы, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для отмены состоявшегося 6 февраля 2026 года судебного решения, как об этом просит сторона защиты, не имеется.

Доводы последней фактически основаны на её несогласии с оценкой судом материалов дела и положительным результатом разрешения вопроса об избрании ФИО1 самой строгой меры пресечения. Между тем, оснований для такой оценки представленных материалов, которая бы свидетельствовала о необходимости отмены оспариваемого постановления и принятия решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Принимая в рамках предоставленных ему полномочий оспариваемое в настоящее время стороной защиты решение, суд первой инстанции исследовал все представленные в судебное заседание сведения о юридически значимых обстоятельствах по делу, учёл положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок избрания обвиняемой меры пресечения в виде заключения под стражу, дал исследованным сведениям в целом соответствующую фактическим обстоятельствам дела и мотивированную оценку, обоснованно при этом исключив возможность применения в отношении ФИО1 более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения.

Предъявление ФИО1 обвинения в умышленном особо тяжком преступлении, связанном с незаконным сбытом наркотических средств, за совершение которого санкцией уголовного закона предусмотрено наказание исключительно в виде лишения свободы и на длительный срок,

первоначальный этап осуществляемого в отношении ФИО1 уголовного преследования,

сведения о нахождении обвиняемой на протяжении нескольких лет на диспансерном наблюдении у нарколога по поводу имеющегося у неё <данные изъяты> и продолжение ею употребления наркотических средств вплоть до своего задержания/что следует из протокола допроса подозреваемой от 5 февраля 2026 года/,

трудное материальное положение ФИО1 до своего задержания, о чём она сообщила в том же протоколе допроса,

в своей совокупности позволяют согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, обвиняемая может как скрыться от предварительного следствия, так и продолжать заниматься преступной деятельностью. В связи с этим вывод суда первой инстанции об отсутствии в настоящее время оснований для избрания обвиняемой более мягкой меры пресечения является правильным. При имеющихся фактических обстоятельствах дела оснований для иного вывода не находит и суд апелляционной инстанции, поскольку беспрепятственное осуществление на настоящем этапе уголовного судопроизводства в отношении ФИО1 посредством применения к ней более мягкой, нежели содержание под стражей, меры пресечения невозможно. Присущие мерам пресечения, не связанным с реальной изоляцией от общества в условиях содержания в следственном изоляторе, в том числе и домашнему аресту, ограничения, механизм контроля за их соблюдением, не обеспечат необходимый уровень последнего в отношении ФИО1, к выводу о чём позволяют прийти вышеизложенные сведения. Более мягкие, нежели заключение под стражу, меры пресечения предполагают в связи с их избранием механизм контроля за соблюдением возложенных на лицо ограничений, фактически не предусматривающий объективных препятствий для их нарушения.

Наряду с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание и на п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»/в действующей редакции/, согласно которому о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок. Данные обстоятельства применительно к обвиняемой ФИО1 являются актуальными.

Вместе с тем, из описательно-мотивировочной части постановления подлежит исключению вывод суда о том, что, находясь на свободе, обвиняемая может иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу. Способы такого воспрепятствования судом в обжалуемом постановлении не указаны. Таким образом, будучи лишённым конкретности, указанный вывод лишает обвиняемую возможности защищаться и приводить в его опровержение свои доводы.

Между тем, данное изменение обжалуемого постановления не влияет на правильность принятого 6 февраля 2026 года судом первой инстанции в отношении обвиняемой по существу ходатайства следователя решения. Установленные судом и приведённые как в обжалуемом постановлении, равно как и приведённые выше, обстоятельства в своей совокупности исключают в настоящее время возможность избрания ФИО1 более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения.

Положительно характеризующие личность обвиняемой сведения, наличие у неё малолетнего ребёнка и «парализованной» свекрови, за которой она ранее осуществляла уход, равно как и доводы жалобы, сводящиеся к утверждению о возникновении в её отсутствие препятствий пользоваться банковской картой для содержания её ребёнка, изложенные в обжалуемом постановлении выводы суда первой инстанции не опровергают и не исключают актуальность вышеуказанных опасений, свидетельствующих о необходимости избрания в настоящее время ФИО1 самой строгой меры пресечения.

Следует отметить, что в силу ст.99 УПК РФ при решении вопроса о мере пресечения подлежит учёту совокупность всех, а не отдельно взятых обстоятельств по делу. Нарушений требований данной нормы закона применительно к состоявшемуся 6 февраля 2026 года в отношении ФИО1 решению суд апелляционной инстанции не усматривает.

Само по себе наличие жилищных и материальных условий для исполнения в отношении обвиняемой домашнего ареста, на что акцентировано внимание в жалобе, применение данной меры пресечения не обуславливает.

Вывод о наличии достаточных данных, указывающих на обоснованность подозрения обвиняемой в причастности к совершению инкриминируемого ей преступления, в обжалуемом постановлении судом первой инстанции мотивирован со ссылкой на конкретные представленные в его распоряжение материалы и является верным.

Нарушений требований ст.ст.91,92 УПК РФ при задержании ФИО1 5 февраля 2026 года в качестве подозреваемой, равно как и нарушений требований главы 23 УПК РФ при предъявлении ей в тот же день обвинения, которые бы влекли отмену оспариваемого стороной защиты постановления и освобождение обвиняемой из-под стражи, суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает.

Сведений о наличии у ФИО1 тяжёлых заболеваний, перечень которых утверждён постановлением Правительства РФ, и которые препятствуют содержанию обвиняемых в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется и стороной защиты не приведено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Кинешемского городского суда Ивановской области от 6 февраля 2026 года в отношении обвиняемой ФИО1 изменить, исключив из описательно-мотивировочной части вывод суда о том, что, находясь на свободе, обвиняемая может иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В остальной части указанное постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу обвиняемой – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья: И.В.Веденеев