Апелляционное определение № 33-11976/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья: Малюкова Т.С.

Дело № 33-11976/2026УИД 50RS0036-01-2024-004109-68


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 01 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Петруниной М.В.,

судей Волковой Э.О., Пчелинцевой С.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Козулиной А.Ю.,

с участием прокурора Ворониной Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-122/2025 по иску ФИО1, ФИО2, действующей также в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4, к ООО «Богородская газовая служба» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, возмещение вреда в связи с потерей кормильца, взыскании материального ущерба, судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО5 и апелляционной жалобе ООО «Богородская газовая служба» на решение Пушкинского городского суда Московской области от 29 мая 2025 года,

заслушав доклад судьи Волковой Э.О.,

объяснения представителя ответчика и представителя третьего лица,

заключение прокурора Ворониной Ю.В.,

УСТАНОВИЛА:

Истцы ФИО1, ФИО2, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО3, ФИО4, обратились в суд с иском к ФИО5 о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, возмещение вреда в связи с потерей кормильца, взыскании материального ущерба, судебных расходов.

В ходе судебного разбирательства истцами неоднократно уточнялись исковые требования, в окончательной редакции искового заявления, уточненного в порядке ст. 39 ГПК РФ, истцы просили взыскать с ООО «Богородская газовая служба»:

в пользу ФИО2 - компенсацию морального вреда в размере 4 881 250 руб., единовременное возмещение вреда в связи с потерей кормильца в размере 255 512,16 руб. за период с 23.08.2023 по 23.08.2026, ежемесячное возмещение вреда, связанного с потерей кормильца, в размере 7 097,56 руб., начиная с 23.08.2026 и пожизненно с последующей индексацией, расходы на погребение в размере 146 484, 45 руб., материальный ущерб, причинённый автомобилю КIA JES, г.р.з. <данные изъяты> в результате ДТП, в размере 465 450 руб., материальный ущерб, причиненный в связи с уничтожением детского кресла SIGER, в размере 9 878 руб., судебные расходы в общей сумме 12 430,50 руб.;

в пользу несовершеннолетней ФИО3 - компенсацию морального вреда в размере 4 881 250 руб., единовременное возмещение вреда в связи с потерей кормильца в размере 241 317,04 руб. за период с 23.08.2023 по 10.06.2026, ежемесячное возмещение вреда, связанного с потерей кормильца, в размере 7 097,56 руб., начиная с 10.06.2026 в случае ее обучения в учебном заведении по очной форме обучения, до окончания учебного заведения, но не более чем до 23 лет (по 10.06.2031) с последующей индексацией;

в пользу несовершеннолетнего ФИО4 - компенсацию морального вреда в размере 4 881 250 руб., единовременное возмещение вреда в связи с потерей кормильца в размере 255 512,16 руб. за период с 23.08.2023 по 23.08.2026, ежемесячное возмещение вреда, связанного с потерей кормильца, в размере 7 097,56 руб., начиная с 23.08.2026 в случае его обучения в учебном заведении по очной форме обучения, до окончания учебного заведения, но не более чем до 23 лет (по 28.09.2041) с последующей индексацией;

в пользу несовершеннолетней ФИО1 - компенсацию морального вреда в размере 4 881 250 руб., единовременное возмещение вреда в связи с потерей кормильца в размере 156 146,32 руб. за период с 23.08.2023 по 30.06.2025, ежемесячное возмещение вреда, связанного с потерей кормильца, в размере 7 097,56 руб., начиная с 01.07.2025 в случае ее обучения в учебном заведении по очной форме обучения, до окончания учебного заведения, но не более чем до 23 лет (по 26.03.2028) с последующей индексацией.

В обоснование исковых требований указано, что 23 августа 2023 произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого загорелся автомобиль KIA JES (Sportage KM, KMS), государственный регистрационный знак <***>, принадлежащий ФИО2, с находившимся в салоне данного автомобиля ФИО6, который от полученных ожогов скончался на месте ДТП. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО5, состоящего в трудовых отношениях с ООО «Богородская газовая служба», управлявшегося автомобилем 4303В6, государственный регистрационный знак <данные изъяты>. ФИО6 приходился истцам мужем и отцом, его смерть причинила истцам нравственные страдания, связанные с невосполнимой утратой близкого человека. Ответчиком причиненный моральный вред истцам компенсирован не был. Кроме того, принадлежащий ФИО2 автомобиль был полностью уничтожен, рыночная стоимость аналогичного автомобиля составляет около 1 300 000 руб., страховой компанией, где была застрахована гражданская ответственность виновника ДТП, было выплачено страховое возмещение в размере 400 000 руб., в полном объеме материальный ущерб истцу не возмещен.

Протокольным определением суда от 21 августа 2024 года в порядке ст. 41 ГПК РФ произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО5 на надлежащего - ООО «Богородская газовая служба». ФИО5 в порядке ст. 43 ГПК РФ привлечен к участию в деле в качестве третьего лица.

Определением суда от 29 октября 2024 года принят отказ истцов от иска в части требований о признании недействительным договора аренды транспортного средства без экипажа, производство по делу в указанной части прекращено.

Протокольным определением суда от 19 февраля 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц в порядке ст. 43 ГПК РФ привлечены ФИО7, ФИО8 (родители умершего ФИО6).

Определением суда от 29 мая 2025 года принят отказ истца ФИО1 от иска в части требований о взыскании материального ущерба, производство по делу в данной части прекращено.

Решением суда исковые требования ФИО1, ФИО2, действующей также в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4 к ООО «Богородская газовая служба» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, возмещение вреда в связи с потерей кормильца, взыскании материального ущерба, судебных расходов – удовлетворены частично, постановлено:

Взыскать с ООО «Богородская газовая служба» (ИНН <***>):

в пользу ФИО2, <данные изъяты> г.р., паспорт <данные изъяты> - компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., расходы на погребение в размере 146 484,45 руб., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с 23.08.2023 по 23.08.2026 – 66 918,2 руб., далее с 24.08.2026 ежемесячно пожизненно в размере 5 157,45 руб. с последующей индексацией в установленном законом порядке, материальный ущерб, причиненный тотальным уничтожением транспортного средства, – 465450 руб., расходы по оплате оценки – 10 000 руб., почтовые расходы в размере 230,50 руб.;

в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <...> - компенсацию морального вреда – 1 000 000 руб., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с 23.08.2023 по 23.08.2026 – 66 918,2 руб., далее с 24.08.2026 ежемесячно в размере 5 157,45 руб., но не более чем до 23 лет, т.е. до 26.03.2028 г., с последующей индексацией в установленном законом порядке;

в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <...> - компенсацию морального вреда – 1 000 000 руб., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с 23.08.2023 по 10.06.2026 – 56 603, 3 руб., далее с 11.06.2026 в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет ежемесячно в размере 5 157,45 руб., с последующей индексацией в установленном законом порядке;

в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. - компенсацию морального вреда – 1 000 000 руб., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с 23.08.2023 по 23.08.2026 – 66 918,2 руб., далее, начиная с 24.08.2026 и до достижения восемнадцатилетнего возраста ФИО4 (28.09.2036) ежемесячно в размере 5 157,45 руб., в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет, с последующей индексацией в установленном законом порядке.

В удовлетворении требований в размере превышающем, установленный судом, а также во взыскании ущерба за уничтожение детского кресла, взыскании расходов по оформлению доверенности, в требованиях, заявленных ФИО2 в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4, о возмещении материального ущерба - отказать.

Взыскать с ООО «Богородская газовая служба» (ИНН <***>) в доход Пушкинского городского округа государственную пошлину в размере 13 092,92 руб.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новое решение.

В апелляционной жалобе третье лицо ФИО5 просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное.

В возражениях на апелляционные жалобы истцы просят решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В заседании судебной коллегии представители ответчика и третьего лица ФИО5 доводы апелляционных жалоб поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нашла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб, выслушав объяснения явившихся лиц, заключение прокурора, судебная коллегия оснований для отмены обжалуемого решения не усматривает.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судебная коллегия полагает, что обжалуемое решение суда таким требованиям соответствует, исходя из следующего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО6 и ФИО9 (до брака ФИО10) И.М. с 22 ноября 2003 года состояли в зарегистрированном браке.

19 мая 2015 года брак между супругами был прекращен на основании решения мирового судьи от 17 апреля 2015 года.

17 сентября 2020 года между ФИО6 и ФИО2 брак был заключен повторно.

От брака у супругов имеется трое детей: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

ФИО2, являлась собственником автомобиля KIA JES (Sportage KM, KMS), государственный регистрационный знак <***>, указанное транспортное средство приобретено по договору купли-продажи 28.09.2014г.

23 августа 2023 года в результате ДТП, произошло возгорание автомобиля марки «Киа Спортейдж», г.р.з. <***>, принадлежащего на праве собственности истцу - ФИО2, под управлением её супруга ФИО6 в качестве водителя, который скончался на месте.

Из медицинской справки о смерти следует, что смерть ФИО6 наступила от травматического шока, от ожогов всего тела, при нахождении ФИО6 в легковом автомобиле и пострадавшем при его столкновении с тяжелым грузовым автомобилем.

Приговором Пушкинского городского суда Московской области от 02 апреля 2024 года по делу № 1-153/2024 ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок два года (заменено на принудительные работы на срок 2 года).

Согласно данному приговору, судом установлено, что 23 августа 2023 года водитель ФИО5, управляя технически исправным, принадлежащим на праве собственности ООО «Богородская газовая служба» грузовым бортовым автомобилем марки 430386 г.р.з. <данные изъяты>, двигаясь по автодороге А-107 ММК Пушкинского городского округа Московской области в направлении города Ногинск, приближаясь к образовавшемуся впереди в полосе движения попутного направления скоплению транспортных средств, не соблюдая дистанции, своевременно не предпринял необходимых мер к снижению скорости вплоть до полной остановки своего транспортного средства, и на 65 км+ 500 м указанной автодороги, совершил столкновение с автомобилем марки КIА JES (Sportage КМ, КМS) г.р.з. <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО6, с грузовым бортовым автомобилем марки «<данные изъяты>», г.р.з. <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО11, автомобилем марки «Рено Дастер», г.р.з. <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО12, автомобилем марки «ТОYОТА FORTUNER», г.р.з. <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО13, автомобилем марки «Фольксваген Тигуан», г.р.з. У 039 СН 790, под управлением водителя ФИО14

В результате столкновения произошло возгорание грузового бортового автомобиля марки «27996D», г.р.з. <данные изъяты>, и автомобиля марки KIA JES (Sportage КМ, KMS), г.р.з. <данные изъяты> с находившимся в салоне водителем ФИО6, и грузового бортового автомобиля марки <данные изъяты>, г.р.з. <данные изъяты>.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО6 причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте: термические ожоги 1-4-й степени головы, туловища, конечностей – крупные участки значительного обгорания и обугливания, занимающие 100 % поверхности тела, с выгоранием мягких тканей и костей головы, туловища, верхних и нижней конечностей; термические поверхностные ожоги слизистой надгортанника, гортани, трахеи, бронхов. Смерть ФИО6 наступила от термических ожогов 1-4-й степени головы, туловища, конечностей, осложнившихся травматическим шоком.

Приговором суда за ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1 признано право на удовлетворение гражданского иска, вопрос о возмещении гражданского иска передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Как установлено судом первой инстанции, в момент ДТП ФИО5 управлял грузовым бортовым автомобилем марки 430386, г.р.з. <***>, принадлежащим ООО «Богородская газовая служба», гражданская ответственность которого на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» (страховой полис ТТТ 7040814502).

Возражая против удовлетворения требований иска, ООО «Богородская газовая служба» ссылалось на то обстоятельство, что владельцем источника повышенной опасности на момент ДТП являлся ФИО5 на основании договора аренды транспортного средства от 01 июня 2023 года, который в трудовых отношениях с ООО «Богородская газовая служба» не состоит, в связи с чем, ответственность за причинение ущерба в результате ДТП должна быть возложена на ФИО5

В подтверждение данного обстоятельства ООО «Богородская газовая служба» представлен договор аренды транспортного средства без экипажа от 01 июня 2023 года, по условиям которого ООО «Богородская газовая служба» предоставило ФИО5 на срок до 30 ноября 2023 года за плату во временное владение и пользование грузовой бортовой оснащенный краном-манипулятором, государственный регистрационный знак <***>.

В пункте 4.1 договора указано, что за причинение вреда транспортным средством третьим лицам ответственность несет арендатор.

01 июня 2023 года указанное транспортное средство было передано по акту приема-передачи ФИО5

Однако, суд первой инстанции, представленные стороной ответчика договор аренды, акт приема-передачи, не принял в качестве допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для освобождения ООО «Богородская газовая служба» от ответственности за причинение ущерба в результате ДТП, исходя из следующего.

Судом установлено, что 01 июня 2023 года между ООО «Богородская газовая служба» (заказчик) и ФИО5 (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг № 02-06/2023-ФЛ, по условиям которого исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги по управлению автотранспортом заказчика, а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Стоимость одного дня оказания услуг исполнителем составляет 1 000 руб. (п. 3.1 договора).

Срок действия договора с 01.06.2023 по 31.08.2023 (п. 4 договора).

По акту приема-передачи от 15 августа 2023 года в целях исполнения договора возмездного оказания услуг № 02-06/2023-ФЛ ООО «Богородская газовая служба» передало ФИО5 грузовой бортовой автомобиль 4303В6, государственный регистрационный знак <***>.

Факт заключения указанного договора ООО «Богородская газовая служба» и ФИО5 не оспаривался.

Данные документы также были представлены в материалы уголовного дела № 1-152/2024.

В ходе расследования указанного уголовного дела установлено, что ФИО5 находился в момент ДТП при исполнении трудовых обязанностей, что подтверждается путевыми листами <данные изъяты> от <данные изъяты>, <данные изъяты> от <данные изъяты>, договором на оказание возмездных услуг от <данные изъяты>, показаниями ФИО5, согласно которым ФИО5 на основании договора возмездного оказания услуг от <данные изъяты> работает в ООО «Богородская газовая служба» в должности водителя, организация расположена в <данные изъяты>, <данные изъяты> ФИО5 выехал на автомобиле марки КАМАЗ с манипулятором <данные изъяты>, г.р.з <данные изъяты> для работы в командировку, где находился по <данные изъяты>, а также и протоколом допроса генерального директора ООО «Богородская газовая служба» ФИО15, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, согласно которым ФИО5 с <данные изъяты> на основании договора об оказании возмездных услуг работает в ООО «Богородская газовая служба» в должности водителя, зарекомендовал себя, как работник с положительной стороны, в августе 2023 за ФИО5 был закреплен автомобиль марки КАМАЗ с манипулятором <данные изъяты>, г.р.з <данные изъяты>, <данные изъяты> в 10-00 час. ФИО5 на технически исправном автомобиле с манипулятором, пройдя предварительный осмотр технического состояния транспортного средства и медицинское освидетельствование, выехал в командировку, <данные изъяты> ФИО5, находясь в рабочей командировке, управляя грузовым автомобилем марки 4303В6, г.р.з <данные изъяты> совершил ДТП, в настоящее время (на момент допроса) ФИО5 продолжает работу в организации ООО «Богородская газовая служба», но временно отстранен.

Как указал суд первой инстанции, изложенное подтверждает доводы истцов о том, что между ФИО5 и ООО «Богородская газовая служба» в момент ДТП сложились именно трудовые отношения, ФИО5 <данные изъяты> осуществлял задание по указанию должностных лиц ООО «Богородская газовая служба».

Также в материалы уголовного дела был представлен журнал ООО «Богородская газовая служба», из которого следует, что <данные изъяты>, <данные изъяты> водителю ФИО5 выдавались путевые листы.

ФИО5 было выдано задание ООО «Богородская газовая служба» - <данные изъяты> обеспечить своевременную подачу автомобиля марки <данные изъяты>, г.р.з <данные изъяты>, в Рузский городской округ <данные изъяты> для проведения работ и после окончания работ <данные изъяты> осуществить подачу автомобиля в <данные изъяты>.

Кроме того, страховой полис ОСАГО САО «РЕСО Гарантия» от <данные изъяты> был оформлен на собственника ООО «Богородская газовая служба» с правом допуска к эксплуатации транспортного средства неопределенного круга лиц, а не на арендатора ФИО5, несмотря на обязанность арендатора застраховать свою ответственность после заключения с ответчиком договора аренды в силу ст. 646 ГК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции указал, что в ходе расследования уголовного дела как генеральный директор ООО «Богородская газовая служба», так и ФИО5 последовательно сообщали следователю, а также не отрицали в ходе рассмотрения уголовного дела в суде, что ФИО5 состоял в трудовых отношениях с ООО «Богородская газовая служба», выполнял с использованием автомобиля марки <данные изъяты>, задания по поручению руководства ООО «Богородская газовая служба»

При этом судом первой инстанции указано, что в ходе расследования уголовного дела ООО «Богородская газовая служба» договор аренды транспортного средства без экипажа от <данные изъяты> не предоставлялся, о наличии между ООО «Богородская газовая служба» и ФИО5 правоотношений, возникших из договора аренды, следователю не сообщалось, напротив, как указано ранее, ответчик и третье лицо в своих объяснениях указывали на возникновение между ними именно трудовых отношений, в связи с чем ФИО5 были выписаны путевые листы, а медицинский работник ответчика проводил медицинское освидетельствование ФИО5 перед выходом в рейс.

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу, что установлен в ходе рассмотрения дела факт наличия между ООО «Богородская газовая служба» и ФИО5 трудовых отношений в момент совершения ФИО5 ДТП <данные изъяты>, в связи с чем отклонил доводы ответчика и третьего лица о наличии между сторонами правоотношений, возникших из договора аренды транспортного средств без экипажа, представленного только лишь при рассмотрении данного дела, учитывая, что представленное ответчиком в материалы дела решение Ногинского городского суда <данные изъяты>, принятое <данные изъяты> по делу <данные изъяты>, которым в связи с признанием иска без исследования обстоятельств дела, с ФИО5 в пользу ООО «Богородская Газовая Служба» взыскана задолженность по договору аренды транспортного средства от <данные изъяты>, не имеет преюдициального значения в рамках рассмотрения данного дела и с достоверностью не свидетельствует о том, что в момент ДТП владельцем источника повышенной опасности являлся ФИО5, а также не опровергает установленные судом обстоятельства возникновения между третьим лицом и ответчиком трудовых правоотношений.

При этом суд первой инстанции полагал, что представленный в дело представителем ООО «Богородская газовая служба» договор аренды транспортного средства не свидетельствует об обратном, преследует цель избежать гражданско-правовую ответственность, возложив ее на водителя.

Доводы ответчика и третьего лица, указывающих на то, что при рассмотрении уголовного дела ФИО5 и генеральный директор ООО «Богородская газовая служба» ФИО15, утверждающие о наличии между сторонами трудовых отношений – на самом дела в связи с непониманием юридических последствий сказанного, заблуждались относительно правовой природы правоотношений, судом первой инстанции были отклонены как необоснованные.

То обстоятельство, что работодатель ООО «Богородская газовая служба» не исполнил свою обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с ФИО5, не освобождает ответчика от обязанности по возмещении ущерба истцам.

Представленные в материалы дела объяснения механика ФИО16 от 03.10.2023, являющегося действующим сотрудником ответчика, т.е. лицом прямо или косвенно заинтересованным в исходе дела, согласно которым ФИО16 по договоренности с ФИО5 незаконно, в отсутствие извещения об этом руководства ООО «Богородская газовая служба», в августе 2023 выписывал путевые листы и вносил соответствующие записи в журнал выдачи путевых листов, а также приказ ответчика о наложении на ФИО16 в этой связи дисциплинарного взыскания от 05.10.2023, не были приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку достоверность и подлинность указанных документов опровергается ранее исследованными доказательствами, в частности процессуальным поведением действующего в юридически значимый период, в том числе до окончания рассмотрения уголовного дела – апрель 2024 г., генерального директора ООО «Богородская газовая служба» ФИО15, который представлял указанные путевые листы, как надлежащее доказательство по делу и не оспаривал их подлинность, а также законность их выдачи, давал показания на основании указанных документов.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае именно ООО «Богородская газовая служба» является надлежащим ответчиком, на которого должна быть возложена ответственность по возмещению вреда, поскольку ФИО5, используя транспортное средство - грузовой бортовой автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, со всей очевидностью действовал по заданию и под контролем ООО «Богородская газовая служба», осуществляя от имени ООО «Богородская газовая служба» перевозку и подачу специальной техники к месту, указанному в задании ООО «Богородская газовая служба», что подтверждает доводы истцов о том, что между ответчиком и третьим лицом сложились трудовые отношения.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в день, когда произошло ДТП, транспортное средство передавалось ФИО5 для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно, в ходе рассмотрения дела судом установлено не было.

В сентябре 2023 года ФИО2 обратилась в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о выплате страхового возмещения.

<данные изъяты> САО «РЕСО-Гарантия» был организован и произведен осмотр автомобиля КIА JES (Sportage КМ, КМS) г.р.з. <данные изъяты>.

Согласно заключению ООО «ЭКС-ПРО», в результате ДТП <данные изъяты> автомобиль КIА JES (Sportage КМ, КМS) г.р.з. <данные изъяты>, уничтожен полностью. Восстановление экономически не целесообразно, автомобиль восстановительному ремонту не подлежит.

<данные изъяты> САО «РЕСО-Гарантия» произведена выплата ФИО2 страхового возмещения в размере 400 000 руб.

Полагая размер страхового возмещения недостаточным для возмещения ущерба, ФИО2 обратилась к ИП ФИО17 для проведения независимой экспертизы и оценки указанного транспортного средства.

Из заключения ИП ФИО17 от <данные изъяты><данные изъяты> следует, что рыночная стоимость автомобиля КIА JES (Sportage КМ, КМS), г.р.з. <данные изъяты><данные изъяты> по состоянию на <данные изъяты> в неповрежденном состоянии составила 1 124 000 руб.

Не согласившись с представленным истцом заключением специалиста, представителем третьего лица ФИО5 было заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы с целью определения рыночной стоимости автомобиля истца на день ДТП, в связи с чем определением суда от <данные изъяты> по делу назначена судебная автотехническая и оценочная экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «Центр судебных экспертиз <данные изъяты>».

Согласно заключению эксперта от <данные изъяты> № ФС-250/2025, рыночная стоимость автомобиля КIА JES, г.р.з. <данные изъяты>, на <данные изъяты> составляет 865 450 руб.

Существенных расхождений с заключением ООО «ЭКС-ПРО» при проведении исследования не выявлено, причины несоответствия стоимости транспортного средства в заключении, представленном ООО «ЭКС-ПРО», выражены в том, что стоимость КТС определена методом по определению средней цены транспортного средства. Экспертами АНО «Центр судебных экспертиз <данные изъяты>» использовался приоритетный метод, основанный на применении справочников.

Суд первой инстанции принял в качестве допустимого и достоверного доказательства заключение АНО «Центр судебных экспертиз <данные изъяты>», поскольку полагал, что отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения эксперта являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии с требованиями законодательства. Выводы эксперта не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебный эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лица, проводившего экспертизу, сомнений не вызывает, эксперт имеет специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.

Доказательств, которые опровергали бы выводы эксперта, содержащиеся в заключении, или ставили бы под сомнение их объективность, вопреки положениям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено, в материалах дела не содержится и судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что собственником автомобиля КIА JES, г.р.з. <данные изъяты>, являлась ФИО2, данное имущество, поскольку было полностью утрачено в результате ДТП – не вошло в состав наследственной массы, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ООО «Богородская газовая служба» в пользу ФИО2 в счет материального ущерба, причиненного тотальным уничтожением транспортного средства, денежных средств в размере 465 450 руб. (865 450 руб. – 400 000 руб.).

На основании изложенного, в удовлетворении требований ФИО2 в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4 о возмещении материального ущерба суд первой инстанции отказал.

Правовых оснований для взыскания с ООО «Богородская газовая служба» в пользу ФИО2 материального ущерба, причиненного тотальным уничтожением детского кресла SIGER, суд первой инстанции не нашел, поскольку, по мнению суда, истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о нахождении детского кресла в сгоревшем автомобиле в момент ДТП, равно как и не представлено доказательств, подтверждающих несение расходов на приобретение данного кресла.

Как указал суд первой инстанции, факт нравственных страданий, которые переносят истец и её дети в связи с гибелью супруга, отца, является очевидным. Гибель близкого человека, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции в силу ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности каждого из истцов, их возраст и состояние здоровья, тот факт, что они проживали с погибшим одной семьей, нуждались в нем, в том числе в части материального обеспечения, а также то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека причиняет его родным и близким людям нравственные страдания в виде глубоких переживаний, стресса, чувства потери и горя, принимая во внимание, также обстоятельства мучительной гибели супруга и отца истцов, что стало им известно в ходе рассмотрения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика ООО «Богородская газовая служба» в пользу ФИО1, ФИО2, несовершеннолетних ФИО3, ФИО4 в качестве компенсации морального вреда 1 000 000 руб. в пользу каждого истца.

Данный размер компенсации морального вреда суд первой инстанции полагал соответствующим конкретным обстоятельствам дела, характеру и объему причиненных нравственных страданий, фактическим обстоятельствам причинения морального вреда, индивидуальным особенностям истцов, требованиям разумности и справедливости. Данный размер согласуется с принципами конституционной ценности жизни и здоровья личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации).

Как указал суд первой инстанции, оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, чем установлено судом, не имеется.

Разрешая требование ФИО2 о взыскании с ответчика расходов на погребение, суд первой инстанции нашел его подлежащим удовлетворению, поскольку ФИО2 в материалы дела представлены товарные чеки и квитанции об оплате истцом ритуальных услуг на сумму 203 574, 28 руб. В данную сумму входят расходы по оплате оказания ГБУ МО «Центр мемориальных услуг» ритуальных услуг, выполнения работ по захоронению на городском кладбище, изготовления фотографий умершего, а также расходы по приобретению венков, лент, креста, таблички, цветов, оплате поминального обеда в день похорон.

САО «РЕСО-Гарантия» ФИО2 произведена страховая выплата по погребению в размере 25 000 руб., что подтверждается актом о страховом случае и платежным поручением.

Истец просил взыскать с ООО «Богородская газовая служба» в свою пользу расходы на погребение в размере 146 484, 45 руб. (203 574, 28 руб. (общая сумма затрат) минус 25 000 руб. (страховая выплата) минус 4 889, 83 руб. (спиртные напитки на поминальный обед) минус 27 200 руб. (поминальный обед на 40 дней), которые подтверждены документально.

Заявленные истцом расходы на погребение суд первой инстанции признал необходимыми для соблюдения обряда погребения и почтения памяти умершего, поскольку они входят в предусмотренный законом гарантированный перечень услуг по погребению, а доказательства тому, что они не соответствуют принципу разумности и уровню среднерыночных цен, сложившихся в московском регионе на товары и услуги данного вида, в дело не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции взыскал с ООО «Богородская газовая служба» в пользу ФИО2 расходы на погребение в размере 146 484,45 руб.

Как следует из справок МБОУ г. Красноармейск г.о. Пушкинский Московской области «Центр образования № 2» от 06.09.2023, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обучаются в данном образовательном учреждении.

Согласно справке АНО организация высшего образования Центросоюза Российской Федерации «Российский университет кооперации» от 25.02.2025, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является студенткой первого курса колледжа (РУК) очной формы обучения, период обучения с 01.09.2023 по 30.06.2025.

Справкой МСЭ-2009 № <данные изъяты> от 13.04.2010 подтверждается, что ФИО2 установлена III группа инвалидности бессрочно.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец, а также её дети по смыслу правовых норм имеют право на возмещение вреда в связи с потерей кормильца.

Вместе с тем, суд первой инстанции согласился с доводами ответчика и третьего лица о том, что представленный истцами расчет взыскания указанного возмещения является неверным.

Решением Окружного управления социального развития № 27 Министерства социального развития Московской области от 11.09.2023 № 879328 присвоен льготный статус многодетной семьи ФИО2

Согласно справке о назначенных пенсиях и социальных выплатах, ФИО2 является получателем пенсии по инвалидности, суммарный размер страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии составляет 17 320,59 руб. Также ФИО2 является с <данные изъяты> бессрочно получателем ежемесячной денежной выплаты инвалидам в размере 3 044,15 руб.

В справке ГУ МВД России по <данные изъяты> от <данные изъяты><данные изъяты> указано, что ФИО6 получал пенсию по линии МВД России по инвалидности с <данные изъяты> по <данные изъяты>. С января 2022 года по март 2022 года ежемесячный размер пенсии составил 29 228,17 руб., размер ежемесячной доплаты – 2 015,10 руб., с апреля 2022 года по май 2022 года – 29 726,69 руб. (пенсия), 2 015,10 руб. (ежемесячная доплата), с июня 2022 года по сентябрь 2022 года – 30 356,22 руб. (пенсия), 4 569,12 руб. (ежемесячная доплата), с октября 2022 года по март 2023 года – 35 071,42 руб. (пенсия), с апреля 2023 года по август 2023 года – 35 299,94 руб. (пенсия).

Соответственно, на каждого члена семьи, с учетом общего дохода умершего кормильца за вычетом установленной величины прожиточного минимума на 2023 для пенсионеров в сумме 14858 руб., приходилось: 425 853,56 / 12 = 35 487,80 – 14858 = 20629,80/4=5157,45 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 1089 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что размер ежемесячного возмещения вреда в связи с потерей кормильца, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца и троих детей составляет 5 157,45 руб. каждому.

Возмещение вреда в связи с потерей кормильца подлежит взысканию с ООО «Богородская газовая служба» в пользу:

ФИО4, начиная с <данные изъяты> и до достижения восемнадцатилетнего возраста ФИО4 (<данные изъяты>), а в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет;

ФИО2, начиная с <данные изъяты> пожизненно;

ФИО1, начиная с <данные изъяты>, но не более чем до 23 лет, т.е. до <данные изъяты>;

ФИО3, начиная с <данные изъяты> в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет.

На основании ст. 1091 ГК РФ, выплачиваемые ФИО2, ФИО1, ФИО4, ФИО3 суммы возмещение вреда в связи со смертью кормильца подлежат индексации.

Также, САО «РЕСО-Гарантия» ФИО2 произведена страховая выплата в связи со смертью кормильца в размере 475 000 руб., что подтверждается актом о страховом случае и платежным поручением.

На истца и троих детей из произведенной страховой выплаты приходится по 118 750 руб. каждому (475 000 руб./4).

Таким образом, согласно доводам суда первой инстанции, учитывая наличие уважительных причин (инвалидность истца, тяжелое материальное положение) за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> с ООО «Богородская газовая служба» в пользу ФИО2, <данные изъяты> г.р., ФИО1, <данные изъяты> г.р., ФИО4, <данные изъяты> г.р., подлежит взысканию возмещение вреда в связи со смертью кормильца в размере 66 918,2 руб. каждому, исходя из расчета – с <данные изъяты> по <данные изъяты> (36 мес.) 5157,45 х 36 = 185 668,20 х 4 = 742 672,8 – 475 000 = 267 672,8 / 4 = 66 918,20; в пользу ФИО3, <данные изъяты> г.р., с ООО «Богородская газовая служба» подлежит взысканию возмещение вреда в связи со смертью кормильца за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> в размере 56 603,3 руб., исходя из аналогичной формулы расчета за 34 мес., в следующем порядке:

- в пользу ФИО2, <данные изъяты> г.р., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> – 66 918,2 руб., далее с <данные изъяты> ежемесячно пожизненно в размере 5 157,45 руб. с последующей индексацией в установленном законом порядке;

- в пользу ФИО1, <данные изъяты> г.р., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> – 66 918,2 руб., далее с <данные изъяты> ежемесячно в размере 5 157,45 руб., но не более чем до 23 лет, т.е. до <данные изъяты>, с последующей индексацией в установленном законом порядке;

- в пользу ФИО3, <данные изъяты> г.р., в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> – 56 603,3 руб., далее с <данные изъяты> в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет ежемесячно в размере 5 157,45 руб., с последующей индексацией в установленном законом порядке;

- в пользу ФИО4, <данные изъяты> г.р. - в счет возмещения вреда в связи с потерей кормильца за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> – 66 918,2 руб., далее, начиная с <данные изъяты> и до достижения восемнадцатилетнего возраста ФИО4 (<данные изъяты>) ежемесячно в размере 5 157,45 руб., в случае обучения старше восемнадцати лет – до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет, с последующей индексацией в установленном законом порядке.

ФИО1 понесены расходы на оплату досудебной оценки рыночной стоимости транспортного средства в размере 10 000 руб., что подтверждается договором и квитанцией к приходному кассовому ордеру <данные изъяты> от <данные изъяты>, поскольку данное исследование было обязательным для истца с целью определения цены иска материального ущерба.

При этом, как указал суд первой инстанции, поскольку иск удовлетворен в уточненной редакции в полном объеме, оснований для взыскания в пользу третьего лица расходов на проведение судебной экспертизы не имеется.

Кроме того, суд первой инстанции полагал, что с ответчика в пользу истца ФИО1 также подлежат взысканию почтовые расходы в размере 230,50 руб., подтвержденные документально.

Данные расходы суд признал необходимыми, а потому взыскал их с ответчика в пользу истца ФИО2 в полном объеме.

Из доверенности следует, что она выдана ФИО2 не для представления интересов истца по данному конкретному делу, в связи с чем, суд первой инстанции полагал необходимым отказать в части требований истца о взыскании нотариальных расходов.

Как указал суд первой инстанции, по правилам ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, подлежит взысканию в доход бюджета Пушкинского городского округа с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в размере 13 092, 92 руб.

Судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции правильными, основанными на нормах материального права и соответствующими установленным обстоятельствам дела.

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав и обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, и по смыслу статей 2 и 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат нарушенные права и охраняемые законом интересы.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем, в частности, возмещения убытков, компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу разъяснений, данных в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Статьёй 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В силу пунктов 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В силу статьи 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абзацу третьему п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 26, 27, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Отношения, связанные с погребением умерших, регулируются Федеральным законом от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

В силу статьи 5 указанного Федерального закона волеизъявление лица о достойном отношении к его телу после смерти - пожелание, выраженное в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме, в том числе быть погребенным на том или ином месте, по тем или иным обычаям или традициям, рядом с теми или иными ранее умершими (пункт 1).

В случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 названной статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 12.01.1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» установлено, что супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению: оформление документов, необходимых для погребения; предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения; перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). Качество предоставляемых услуг должно соответствовать требованиям, устанавливаемым органами местного самоуправления.

В силу положений п. 4 ст. 9 указанного Федерального закона оплата стоимости услуг, предоставляемых сверх гарантированного перечня услуг по погребению, производится за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Исходя из толкования вышеприведенных законоположений вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, при этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте РФ или муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 указанного Федерального закона. Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.

В состав действий по погребению включаются услуги по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (венки и другое), перевозка тела (останков) умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установка памятника на могилу, обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, расходы, связанные с организацией поминального обеда в день захоронения.

Таким образом, в силу указанных правовых норм, а также обычаев и традиций населения России, расходы на достойные похороны (погребение) включают в себя, как расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения, изготовлением и доставкой гроба, приобретением одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения, подготовкой и обустройством места захоронения, перевозкой тела (останков) умершего на кладбище, погребением либо кремацией с последующей выдачей урны с прахом, так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы, в т.ч. ее ограждения.

Возмещение расходов осуществляется на основе принципа соблюдения баланса разумности трат и необходимости их несения в целях обеспечения достойных похорон и сопутствующих им мероприятий в отношении умершего.

Согласно п. 1 ст. 1088 ГК РФ в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют, в частности нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

В силу п. 2 ст. 1088 ГК РФ вред возмещается несовершеннолетним - до достижения восемнадцати лет; обучающимся старше восемнадцати лет - до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до двадцати трех лет; инвалидам - на срок инвалидности.

Как разъяснено в п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует учитывать, что нетрудоспособными в отношении права на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются: несовершеннолетние, в том числе ребенок умершего, рожденный после его смерти, до достижения ими 18 лет (независимо от того, работают ли они, учатся или ничем не заняты). Правом на возмещение вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, пользуются также совершеннолетние дети умершего, состоявшие на его иждивении до достижения ими 23 лет, если они обучаются в образовательных учреждениях по очной форме; инвалиды независимо от того, какая группа инвалидности им установлена, - I, II или III.

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи с положениями Семейного кодекса Российской Федерации, наделяющими ребенка правом на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации) и устанавливающими обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации), следует, что несовершеннолетние дети, а также совершеннолетние дети до двадцати трех лет, получающие образование по очной форме обучения, относятся к категории лиц, имеющих право в случае смерти родителей на возмещение вреда в связи с потерей кормильца.

Согласно пункту 1 статьи 1089 ГК РФ, размер возмещения вреда, причиненного смертью кормильца, вышеуказанным лицам исчисляется из той доли заработка (дохода) умершего, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. Наряду с заработком умершего, определяемым по правилам статьи 1086 ГК РФ, в состав его доходов включаются также получаемые им при жизни пенсии, пожизненное содержание, пособия и другие подобные выплаты (например, авторский гонорар). При этом в размер возмещения вреда не засчитываются выплачиваемые лицам в связи со смертью кормильца пенсии, заработок (доход), стипендия как до, так и после смерти кормильца.

При разрешении требований лиц, имеющих право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, необходимо учитывать, что размер возмещения вреда этим лицам может быть исчислен не только из заработка (дохода) умершего, фактически получаемого им при жизни, но и из того заработка (дохода), который ему причитался при жизни, но не выплачивался по каким-либо причинам (п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Согласно п. 1 ст. 1092 ГК РФ возмещение вреда, вызванного уменьшением трудоспособности или смертью потерпевшего, производится ежемесячными платежами.

При наличии уважительных причин суд с учетом возможностей причинителя вреда может по требованию гражданина, имеющего право на возмещение вреда, присудить ему причитающиеся платежи единовременно, но не более чем за три года.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что согласно положениям статьи 1092 ГК РФ суд с учетом возможностей причинителя вреда вправе взыскать платежи на будущее время единовременно, но не более чем за три года. Такой порядок взыскания допустим по требованию потерпевшего при наличии уважительных причин (например, при предполагаемом выезде должника за пределы Российской Федерации на постоянное место жительства, когда исполнение решения суда станет невозможным либо затруднительным, а также при тяжелом имущественном положении потерпевшего, имеющего на иждивении детей и нуждающегося в получении единовременной суммы для покрытия необходимых расходов).

Пунктом 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

Из разъяснений, изложенных в пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что согласно пункту 1 статьи 1089 Гражданского кодекса Российской Федерации размер возмещения вреда, причиненного смертью кормильца, вышеуказанным лицам исчисляется из той доли заработка (дохода) умершего, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. Наряду с заработком умершего, определяемым по правилам статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации, в состав его доходов включаются также получаемые им при жизни пенсии, пожизненное содержание, пособия и другие подобные выплаты (например, авторский гонорар). При этом в размер возмещения вреда не засчитываются выплачиваемые лицам в связи со смертью кормильца пенсии, заработок (доход), стипендия как до, так и после смерти кормильца.

В соответствии с Постановлением Правительства МО от 21.12.2022 N 1430/46 установлена величина прожиточного минимума на 2023 год на душу населения в Московской области - 17277 рублей, для трудоспособного населения - 18832 рубля, пенсионеров - 14858 рублей, детей - 16759 рублей.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, действующей также в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО4, к ООО «Богородская газовая служба» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, возмещение вреда в связи с потерей кормильца, взыскании материального ущерба, судебных расходов.

Доводы апелляционных жалоб являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение основано на исследованных с достаточной полнотой обстоятельствах дела, правильной правовой оценке представленных доказательств. Нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного акта, судебной коллегией не установлено, в связи с чем предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения решения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Пушкинского городского суда Московской области от 29 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 и апелляционную жалобу ООО «Богородская газовая служба» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03.04.2026г.