Приговор № 1-26/2018 от 13 сентября 2018 г. по делу № 1-26/2018

1-26/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 сентября 2018 года село Карпогоры

Пинежский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Першиной Е.А.,

при секретаре судебного заседания Худяковой О.С.,

с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Пинежского района Архангельской области Климова Е.В.,

подсудимого и гражданского ответчика ФИО8,

защитника по соглашению – адвоката Армеева О.В.,

потерпевшей и гражданского истца ФИО1,

ее представителя – адвоката Казарина Э.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении районного суда уголовное дело в отношении

ФИО8, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина <...>, <...>, <...>), имеющего <...> образование, работающего <...><...>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>, ранее судимого:

ДД.ММ.ГГГГ Лешуконским районным судом Архангельской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы сроком 3 года, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года; постановлением этого же суда от ДД.ММ.ГГГГ испытательный срок продлен на 1 месяц;

содержащегося по настоящему делу под стражей с 13 февраля 2018 года;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО8 виновен в убийстве, то есть умышленном причинении смерти ФИО2.

Преступление совершено им в <адрес> Пинежского района Архангельской области при следующих обстоятельствах.

В период с 5 до 8 часов 00 минут 13 февраля 2018 года ФИО8, находясь в доме №*** по <адрес>, на почве личных неприязненных отношений, возникших в результате конфликта с ФИО2 после совместного распития спиртных напитков, умышленно, с целью убийства, нанес ему один удар лезвием топора в голову – в место расположения жизненно важных органов, причинив <...> травму, которая оценивается как тяжкий вред здоровью человека, в результате чего ФИО2 скончался на месте преступления.

В судебном заседании ФИО8 виновным себя в убийстве ФИО2 не признал, при этом показал, что 11 февраля 2018 года он вместе с ФИО2 и ФИО3 поехал в Пинежский район в целях организации бизнеса по лесозаготовкам, остановились в <адрес> в доме ФИО3. 12 февраля 2018 года утром они ездили по работе в <адрес>, вернулись в <адрес> около 17-18 часов, ужинали, распивали спиртное, ФИО3 истопил баню, позже пришел ФИО4. ФИО2 и ФИО3 сходили в баню, после них в баню ходил он. В ходе распития спиртного у него с ФИО2 вновь возник конфликт по поводу совместного бизнеса, который длился еще с декабря 2017 года. Затем ФИО3 и ФИО2 проводили ФИО4 домой. После возвращения, выпив пару стопок, ФИО3 ушел спать. ФИО2 продолжал предъявлять ему претензии, а он ему резко отвечал, они ругались и взаимно оскорбляли друг друга. Желая прекратить скандал, он пошел в баню, чтобы помыться перед сном и дать успокоиться ФИО2. Возвращаясь из бани, в предбаннике на столе увидел маленький топорик, который они с ФИО3 ранее брали с собой в лес, и, чтобы не забыть его завтра, захватил с собой. На веранде забрал свой рюкзак и повесил на левое плечо. Войдя в кухню, увидел за столом ФИО2, который сразу стал предъявлять ему претензии, он в ответ обозвал его «крысенышем», так как тот без его ведома забрал весь доход от одного из предприятий. Тогда ФИО2 заявил, что убьет его, схватив со стола нож, стал подниматься из-за стола, оттолкнув его от себя и выдвигаясь в его сторону. Он (Окладников) подошел к столу, встал чуть левее него напротив ФИО2, и когда ФИО2 стал вставать с ножом в руке, сбросил с левого плеча рюкзак, инстинктивно махнул в сторону ФИО2 топориком, который держал в руке. После его удара ФИО2 сразу рухнул на пол там же, где вставал. Тогда он увидел, что попал ФИО2 топором в голову, отчего испытал сильный стресс. Не знал, что делать, разбудил ФИО3, затем приехали сотрудники полиции. Не хотел убивать ФИО2, хотел лишь отбить его руку с ножом, так как воспринимал его действия как реальную угрозу для себя. Указывает, что убивать ФИО2 у него не было мотива. Сожалеет о случившемся.

Между тем, виновность подсудимого ФИО8 в убийстве ФИО2, то есть умышленном причинении ему смерти, полностью установлена в объёме изложенного в приговоре обвинения, и, кроме показаний подсудимого в судебном заседании о том, что он действительно 13 февраля 2018 года, находясь в доме №*** по <адрес>, нанес удар топором в голову ФИО2, отчего тот скончался, подтверждается следующими доказательствами, проверенными в судебном заседании.

Показаниями потерпевшей ФИО1 в судебном заседании о том, что ее супруг ФИО2 вместе с ФИО8 занимался лесозаготовками. По ее мнению, у них были нормальные отношения, они знакомы давно, конфликтов между ними не замечала. Лишь однажды, в декабре 2017 года, ее супруг приехал домой разъяренным и рассказал, что Окладников с ФИО3 потратили его деньги не по назначению. 11 февраля 2018 года вечером ее супруг совместно с ФИО8 и ФИО3 поехал в Пинежский район для организации работы по лесозаготовкам. 12 февраля 2018 около 19 часов она созванивалась с супругом, он ей сказал, что все хорошо, они в гостях у ФИО3, собираются в баню, по голосу он был трезв. Также он разговаривал с их дочерью около 21 часа. О том, что с супругом произошла трагедия, она узнала от его родного брата ФИО5, которому позвонили сотрудники правоохранительных органов. После случившегося ни Окладников, ни кто-либо из его родных не предпринимали никаких мер по заглаживанию вреда.

Показаниями свидетеля ФИО6 в ходе предварительного следствия, исследованными на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых также следует, что 11 февраля 2018 года после 18 часов ФИО8 совместно с ФИО3 и ФИО2 выехали в Пинежский район Архангельской области с целью осуществления вырубки леса на их делянке. 13 февраля 2018 года в 09 часов 06 минут ей с мобильного телефона ФИО3 позвонил ФИО8 и сообщил, что едет в полицию, а ФИО3 сообщил ей, что ФИО8 убил ФИО2. (том 1, л.д. 87-90).

Из протокола осмотра места происшествия – дома №*** по <адрес> и придомовых хозяйственных построек установлено следующее.

На полу в левой части кухни по отношению к входу в данное помещение, между кухонным столом и напольным кухонным шкафом на правом боку лежит труп мужчины - ФИО2. В кисти правой руки трупа располагается рукоятка кухонного ножа, лезвие которого направлено в сторону входной двери в дом. Правая нога согнута в коленном суставе под углом 90 градусов, и верхней трети бедра, соприкасается с дальней левой ножкой кухонного стола. Левая нога расположена поверх правой ноги и слегка согнута в коленном суставе. Левая стопа находится под кухонным уголком в 6 см от его края. В теменно-височной области головы слева, внутрь черепа погружено металлическое лезвие топора. Топорище деревянное, окрашено красителем красного цвета, его длина составляет примерно 38 см. Под головой трупа, его верхней части туловища и вокруг на полу располагается лужа крови и сукровица максимальным размером 88х95 см.

В осматриваемых комнатах порядок вещей не нарушен, каких-либо следов и предметов, имеющих значение, не обнаружено.

Справа от входа в хозяйственную постройку имеется хозяйственное помещение, в котором правее от входной двери на расстоянии примерно 2-х метров стоит деревянный стол зеленого цвета, на который указал участвующий в осмотре ФИО3, пояснив, что именно на этом столе он оставил свой топор, которым пользовался при растопке бани, а в последующем этот топор был извлечен в ходе осмотра места происшествия из черепа ФИО2. (том 1, л.д. 9-30).

Как следует из показаний свидетеля ФИО3 в судебном заседании, он вместе с ФИО2 и ФИО8 решили организовать лесозаготовительный бизнес в Пинежском районе, куда приехали 11 февраля 2018 года, остановившись в доме его родителей в <адрес>. 12 февраля 2018 года они ездили в лесничество в <адрес> и по другим делам, вернулись в <адрес> около 15-16 часов вечера, стали распивать спиртное, он истопил баню, вечером к ним пришел сосед ФИО4. Для растопки бани использовал лучину, которую настрогал топориком, оставив его на столе в сарае-предбаннике. В баню он ходил с ФИО2, Окладников ходил в баню один. Никто из сарая топор не приносил. Помывшись в бане, продолжили распивать спиртное, при этом Окладников и ФИО2 ругались между собой, но драк не было. Около 4-5 часов ночи он с ФИО2 проводил ФИО4 домой. Вернувшись домой, выпили еще немного и он ушел спать, а ФИО2 и Окладников остались за столом. Слышал, как они выходили на улицу курить, а также громко ругались, хлопали дверью, на что он им делал замечания. Утром, проснувшись от звонка матери, увидел сначала ФИО8, который ему сказал, что он, наверное, убил «рыжего» (так они называли ФИО2). Выйдя на кухню, увидел ФИО2, лежащего возле стола в согнутом положении, из головы торчал топор, вокруг головы была лужа крови около 40 см, нога дергалась. Испытав шок от увиденного, он выбежал на улицу, вытолкав туда же ФИО8, спрашивал у него, зачем он это сделал, тот ответил, что ФИО2 сам виноват, хотел напасть на него с ножом. Немного успокоившись, он зашел домой, оделся, стал звонить родственникам, просил вызвать скорую и полицию, затем сам вызвал сотрудников полиции. Когда труп ФИО2 вынесли, увидел в его руке нож. Этот нож был на столе, им резали продукты.

Кроме того, из его показаний в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что он проснулся от легкого удара ФИО8 по его ногам, после чего тот сообщил ему, что убил ФИО2. На его вопрос, что он натворил, он пояснил, что они разругались из-за денег, в связи с чем он его и убил. Также ФИО8 обратил его внимание на нож, который находился в правой руке у ФИО2, и пояснил, что тот бросался на него с ножом. Также Окладников говорил, что труп можно вывезти в лес и спрятать, хотел вытащить топор из головы ФИО2, хотел бежать, но он и ФИО4 его убедили, что это бесполезно. Затем у ФИО8 был эмоциональный срыв, он плакал и звонил своим родственникам, сообщая, что поедет в тюрьму (том 1, л.д. 67-72).

Также из оглашенных показаний свидетеля ФИО3 следует, что сразу после обнаружения трупа ФИО2, выйдя на улицу, он сначала позвонил в 7:42 своей супруге и сообщил, что Андрей убил ФИО2, а затем другим свои родственникам, а в период с 07:48 до 07:57 совершил четыре звонка (так как связь была плохая) в дежурную часть ОМВД России по Пинежскому району, на телефон с абонентским номером <...> и сообщил сведения о совершенном убийстве (том 1, л.д. 75-78).

Показания ФИО3 о времени совершения телефонных звонков с сообщением об убийстве ФИО2 подтверждаются также детализацией соединений принадлежащего ему абонентского номера (том 1, л.д.81-84).

Свидетель ФИО4 в судебном заседании также показал, что в феврале 2018 года вечером пришел в гости к ФИО3, где познакомился с ФИО8 и ФИО2, между которыми в ходе распития спиртного был конфликт, но драки не было, никто угроз физической расправы друг другу не высказывал. ФИО3, ФИО2 и Окладников ходили в баню. Около 4 часов ночи он ушел домой, ФИО3 и ФИО2 его проводили. Утром ему позвонил ФИО3 и попросил прийти к нему. В доме ФИО3 он увидел ФИО2, лежащего у стола с топором в голове без признаков жизни, вокруг была кровь. ФИО8 говорил, что ему нужно уйти в лес, но они с ФИО3 его остановили.

Из показаний свидетеля ФИО7 в ходе предварительного следствия, оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что 12 февраля 2018 года, примерно в 21 час, ее муж ФИО4 ушел в гости к своему знакомому ФИО3, проживающему в доме №*** по <адрес>, вернулся в период с 03 до 04 часов 13 февраля 2018 года, вместе с ним был ФИО3 и незнакомый ей мужчина, которые ушли примерно через 10 минут. 13 февраля 2018 примерно в 07 часов 30 минут муж ей сказал, что звонил ФИО3 и сообщил, что в его доме произошла беда, что конкретно произошло, муж не говорил, просил его срочно прийти к нему. ФИО4 сходил к ФИО3, а вернувшись, рассказал, что знакомый ФИО3 по имени Андрей убил второго мужчину по имени ФИО2 (том 1, л.д. 64-66).

Виновность ФИО8 также подтверждается следующими письменными доказательствами, исследовавшимися в судебном заседании:

-протоколом осмотра предметов от 13.02.2018, в ходе которого осмотрены топор и нож, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 13.02.2018 по адресу: Архангельская область, Пинежский район, <адрес>, д. №***. Топорище деревянное, окрашено красителем красного цвета, его длина составляет примерно 380 мм, ширина примерно 45 мм, толщина примерно 30 мм, высота металлической части 155 мм, высота лезвия 87 мм, длина лезвия примерно 120 мм, по всей поверхности лезвия имеются пятна красно-бурого цвета. Общая длина ножа составляет примерно 235 мм, длина клинка - 118 мм, ширина у основания - 26 мм, в средней его части - 16,5 мм, длина рукояти - 117 мм (том.1, л.д. 93-94);

- заключением судебно-медицинской экспертизы №*** от 14.03.2018, согласно которому смерть ФИО2 последовала в результате <...>.

При экспертизе трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обнаружены следующие телесные повреждения: - <...>.

Направление раневого канала сверху вниз и немного спереди назад и слева на право (при условии правильного вертикального положения тела). Учитывая морфологические особенности рубленной раны головы, можно предположить, что потерпевший в момент причинения ему телесного повреждения, мог находиться спереди и слева от лица, нанёсшего удар топором.

Стенки раневого канала ровные, относительно гладкие. В кожно-мышечном лоскуте головы вокруг раневого канала кровоизлияние неправильной овальной формы, на ширину до 1 см. Это телесное повреждение образовалось от однократного воздействия предмета, обладающего рубящими свойствами, привело к смерти ФИО2 и, согласно п. 6.1.1 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24.04.2008 года № 194н, оценивается как тяжкий вред здоровью. Учитывая данные судебно-гистологической экспертизы, предположительная давность образования этого телесного повреждения может соответствовать периоду до 30 минут до наступления смерти.

Рубленная рана расположена в левой теменной области головы. Ориентирована с 5 на 11 часов условного часового циферблата. Передний конец раны расположен в 11 см от мочки левого уха, в 10 см от наружного угла левого глаза, в 11 см от условной срединной линии и в 165 см от подошв.

При экспертизе трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., обнаружена одна зона травматизации на волосистой части головы.Указанное телесное повреждение носит прижизненный характер.

Характер и выраженность трупных изменений, зафиксированные в данной экспертизе, соответствуют давности наступления смерти ФИО2 в период 1-3 суток до момента проведения экспертизы.

Учитывая данные судебно-гистологической экспертизы предположительная давность образования этого телесного повреждения может соответствовать периоду до 30 минут до наступления смерти.

При судебно-медицинской экспертизе крови, почки трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. обнаружен этиловый спирт: в крови в концентрации 3,31 промилле; в почке - 2,02 промилле. Указанная выше концентрация этилового спирта в крови у живых лиц обычно соответствует сильной степени алкогольного опьянения (том 1 л.д. 102-119);

-заключением дактилоскопической судебной экспертизы №*** от 15.02.2018, согласно которому след руки размером 10х35 мм на дактилопленке №*** (согласно протоколу осмотра места происшествия след перекопирован с табурета, лежащего в кухне перед проходом в спальную комнату) ладонью левой руки ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р.; следы пальцев руки размерами 14х18 мм и 15х17 мм на дактилопленке №*** (с бутылки из под водки «Застолье») соответственно безымянным и средним пальцами левой руки ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (том № 1 л.д.138-140);

-заключением биологической судебной экспертизы №*** от 20.03.2018, согласно которому на топоре, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается ее как от потерпевшего ФИО2, так и свидетеля ФИО3. От подозреваемого ФИО8 кровь на топоре произойти не могла. На ноже крови не обнаружено. На топорище топора и рукояти ножа обнаружен пот, групповая принадлежность которого не установлена из-за не выявления групповых антигенов (том № 1 л.д. 169-172);

-заключением судебно-медицинской экспертизы №*** от 27.03.2018, согласно которому, исходя из характера и объёма повреждений в области головы потерпевшего, наличия зон ушибов и размозжения ткани головного мозга, установленных в ходе аутопсии и гистологического исследования биоматериала от трупа ФИО2, следует сделать вывод о том, что после возникновения у ФИО2 открытой проникающей черепно-мозговой травмы, последний сразу должен был утратить способность к совершению каких-либо самостоятельных активных действий.

Характер и объем повреждений в области головы ФИО2, характер следов крови на месте происшествия, зафиксированный в протоколе осмотра места происшествия и на прилагаемых к нему фотоснимках (лужа крови с ровными краями в области головы и верхней части туловища трупа), установленная в ходе судебно-медицинской экспертизы давность образования открытой проникающей черепно-мозговой травмы могут свидетельствовать о наступлении смерти ФИО2 на месте обнаружения его трупа.

При образовании открытой черепно-мозговой травмы ФИО2 мог находиться в вертикальном, горизонтальном, либо близком к таковым положениях, при которых левые отделы теменной области волосистой части головы были обращены в сторону лезвийной части топора, извлеченного из раны. С учетом расположения топора в ране теменной области, зафиксированного при осмотре трупа на месте происшествия (пространственной ориентации металлической части топора и топорища относительно тела потерпевшего), не исключается, что в момент травмы ФИО2 был обращен передними левыми отделами головы к нападавшему. Объективных судебно-медицинских данных, позволяющих высказать достоверное суждение о положении ФИО2 в момент травмы, не установлено (том 1, л.д. 182-187).

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что они в достаточной степени подтверждают виновность ФИО8 в убийстве ФИО2, то есть причинении ему смерти умышленно.

Доводы подсудимого и его защитника о том, что у ФИО8 мотива и умысла на убийство ФИО2 не было, а при совершении своих действий он находился в состоянии необходимой обороны, при этом убийство ФИО2 произошло по неосторожности, не нашли в судебном заседании объективного подтверждения, опровергнуты исследованными доказательствами.

Как следует из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО4, а также подтверждается самим ФИО8, в ходе распития спиртного между ним и ФИО2 имелся конфликт по поводу совместного бизнеса, который, согласно показаниям ФИО8 и ФИО3, не был разрешен длительное время – с декабря 2017 года и носил серьезный характер, вплоть до применения физической силы ФИО2 к ФИО3. При этом вопреки мнению защиты конкретные финансовые операции, из-за которых возникли разногласия между бизнес-партнерами ФИО2 и ФИО8, не имеют значения для разрешения настоящего уголовного дела, мотивом к убийству ФИО2 послужили неприязненные отношения, обусловленные взаимными претензиями, и обострившиеся в ходе конфликта в ночь с 12 на 13 февраля 2018 года после распития спиртного.

При этом из заключения эксперта-психолога следует, что личность ФИО8 характеризуется преобладанием возбудимых черт, гневливых реакций, сниженной толерантности к психическим нагрузкам, черт ригидности и эмоциональной неустойчивости с элементами субъективизма, повышенной чувствительности к критическим замечаниям, психологической негибкостью, снижением уровня самоконтроля (том 2 л.д. 109).

Как указывается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", о непосредственной угрозе применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, могут свидетельствовать, в частности, высказывания о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрация нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства. При выяснении вопроса, являлись ли для обороняющегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения, следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуг, замешательство в момент нападения и т.п.).

Показания ФИО8 о том, что ФИО2 схватив нож, оттолкнул стол и стал двигаться в его сторону, опровергаются протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, из которых видно, что ноги ФИО2 полностью находятся под столом, который не был отодвинут от него, расстояние от стола до кухонного уголка составляло 15 см, что свидетельствует о том, что ФИО2 либо стоял, либо сидел за столом. При этом из показаний самого ФИО8 в судебном заседании также следует, что ФИО2 лишь начал вставать из-за стола.

Из заключения биологической судебной экспертизы №*** от 20.03.2018 установлено, что на ноже крови не обнаружено, следовательно, ФИО2 каких-либо телесных повреждений ножом ФИО8 не наносил.

Учитывая наличие препятствия между ФИО2 и ФИО8 в виде стола, ширина которого согласно протоколу осмотра места происшествия 75 см, ФИО2, сидевший на скамейке кухонного уголка, не имел возможности причинить вред здоровью ФИО8, не выйдя из-за стола, в то время как ФИО8, стоявший с другой стороны стола, имел возможность как уйти из кухни на улицу, так и позвать на помощь ФИО3, находившегося в соседней комнате, при этом у него в руке имелся топор, который по размерам и травмирующей способности значительно больше и опаснее ножа, обнаруженного в руке у ФИО2, следовательно, реальная угроза посягательства, на которую ссылается подсудимый ФИО8, отсутствовала.

Суд приходит к выводу, что топор ФИО8 принес именно с целью убийства ФИО2. Довод о том, что он захватил этот топор, чтобы взять с собой в лес, так как они с ФИО3 брали его ранее, опровергается показаниями свидетеля ФИО3 о том, что он никогда не брал этот топор с собой в лес, а всегда брал более мощный топор марки «фискарс», в том числе, когда два раза ездил на охоту с ФИО8. Эти топоры имеют явные отличия между собой. Ранее ФИО8 видел данный топор, когда ходил в баню в первый раз, однако, не брал его. Лишь решив убить ФИО2, зная о том, что в предбаннике находится топор, он вооружился им.

Принимая во внимание показания ФИО8 о том, что ФИО2 перед его ударом стал вставать из-за стола, следовательно, находился в вертикальном положении, в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы №*** от 14.03.2018 удар ФИО8 был нанесен в голову ФИО2 сверху вниз, что опровергает его доводы о желании отбить его руку.

Учитывая траекторию удара, глубину проникновения топора вплоть до основания, с рассечением кости черепа, суд приходит к выводу, что удар был нанесен ФИО8 целенаправленно, со значительной силой, и отвергает его доводы о том, что он лишь инстинктивно махнул топором в сторону ФИО2.

При таких обстоятельствах, доводы подсудимого и защиты о том, что ФИО8 в сложившейся ситуации находился в состоянии необходимой обороны и не мог оценить характер и опасность посягательства, несостоятелен, как и доводы ФИО8 о том, что удар топором в голову ФИО2 он нанес случайно.

Учитывая локализацию ранения, нанесенного ФИО8 лезвием топора в голову ФИО2, где расположен головной мозг, являющийся жизненно важным органом, суд приходит к выводу, что действия его были направлены именно на убийство ФИО2.

Изучив и оценив доказательства по делу, суд считает, что виновность подсудимого ФИО8 в умышленном причинении смерти ФИО2 полностью доказана, и квалифицирует его действия по ч. 1 ст.105 УК РФ, как убийство.

Как следует из заключения комиссии экспертов, ФИО8 <...>, при этом мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения, у него отсутствовали признаки помрачения сознания, болезненных волевых расстройств, бреда, галлюцинаций и иной психотической симптоматики, действия его были последовательны и целенаправленны. В настоящее время ФИО8 может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать и воспроизводить обстоятельства инкриминируемого ему деяния, имеющие значение для дела, давать по ним показания и принимать участие в судебно-следственных действиях. Психическое расстройство ФИО8 не относится к психическим расстройствам, делающим невозможным назначение или исполнение наказания, не связано с опасностью для него и других лиц, в принудительных мерах медицинского характера он не нуждается (т.2, л.д. 106-109).

При указанных обстоятельствах суд признает ФИО8 в момент совершения преступления вменяемым. Оснований для применения ст. 22 УК РФ также не имеется.

При определении вида и меры наказания подсудимому ФИО8 суд в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, личность виновного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия его жизни.

В соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 105 УК РФ, отнесены к категории особо тяжких.

ФИО8 по месту жительства и отбывания условного наказания в целом характеризуется удовлетворительно.

В соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание ФИО8 является наличие у него двоих малолетних детей (том 1, л.д. 234, 235, 236).

На основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих его наказание обстоятельств суд признает явку с повинной, которая содержится в его объяснении, где он сообщил сотруднику полиции, что именно он убил ФИО2 топором по голове (том 1, л.д. 39-40).

При этом суд не признаёт в качестве смягчающего обстоятельства предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ противоправное или аморальное поведение потерпевшего, поскольку достаточных доказательств этого не имеется, из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО4 этого не следует, претензии и оскорбления в ходе конфликта носили взаимный характер. Наличие ножа в руке ФИО2 не свидетельствует однозначно о намерении убить им ФИО8, учитывая, что он сидел за столом, где употребляли спиртное и закусывали, резали продукты, на что указал свидетель ФИО3, кроме того, он мог взять его в целях обороны от ФИО8, вошедшего в кухню с топором. Крови на ноже не обнаружено, следовательно, телесных повреждений ФИО2 этим ножом ФИО8 не наносил.

Как следует из сообщений ФКУЗ МСЧ-29 ФСИН России, у ФИО8 имеется заболевания: <...> (том 2: л.д. 110, 115).

Между тем, указанные заболевания в Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утвержденный постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2004 года N 54, не включены.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ указанные заболевания, а также частичное признание вины и раскаяние в содеянном, суд признает смягчающими его наказание обстоятельствами.

При этом не имеется оснований для признания в качестве таковых наличия у него матери-пенсионера, поскольку совместно они не проживали, мать имеет постоянный источник дохода в виде пенсии, каких-либо доказательств, что она нуждается в его уходе не представлено.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО8, не установлено.

Суд не усматривает оснований для признания состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, отягчающим наказание ФИО8 обстоятельством согласно ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, поскольку достоверных и достаточных доказательств, что состояние опьянения повлияло на поведение подсудимого и способствовало совершению преступления, суду не представлено, в обвинительном заключении при описании преступного деяния наличие такого состояния не указано.

Особо тяжкое преступление ФИО8 совершил в период испытательного срока по приговору Лешуконского районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ года, назначенного за тяжкое умышленное преступление.

Учитывая общественную опасность совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ и приходит к выводу, что исправление ФИО8 и достижение иных целей наказания возможно только в условиях изоляции его от общества при отбытии наказания в виде реального лишения свободы на определенный срок.

Рассматривая вопрос о применении в отношении подсудимого дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд, с учётом обстоятельств дела и личности удовлетворительно характеризующегося подсудимого, считает возможным указанный вид дополнительного наказания не применять.

Поскольку особо тяжкое преступление ФИО8 совершил в период испытательного срока по приговору Лешуконского районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ года, в силу ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по этому приговору подлежит отмене, а окончательное наказание ФИО8 следует назначить в соответствии с требованиями ст. 70 УК РФ.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, ФИО8, совершившему особо тяжкое преступление, отбывание наказания следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО8 под стражей по данному уголовному делу с 13 февраля 2018 года до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Потерпевшей ФИО1 заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей и возмещении процессуальных издержек на оплату услуг представителя в размере 80 000 рублей.

Гражданский ответчик ФИО8 не возражал против удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1, однако, полагает заявленные суммы завышенными.

Прокурор Климов Е.В. в судебном заседании поддержал заявленный потерпевшей гражданский иск.

В соответствии со статьей 42 УПК РФ по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно статье 44 УПК РФ гражданский истец может предъявить гражданский иск для имущественной компенсации морального вреда.

В соответствии со статьёй 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать также характер и степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

Размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как следует из искового заявления, а также показаний гражданского истца в судебном заседании, в результате смерти супруга ФИО2 она понесла невосполнимую утрату, сильно переживала, испытывает тяжелые нравственные страдания и в настоящее время.

С учётом изложенного, исходя из характера и длительности нравственных страданий потерпевшей, ее личности, степени родства, обстоятельств совершения преступления, умышленной формы вины, а также требований разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования потерпевшей о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Согласно п. 8 ч. 2 ст. 42, ч. 1 ст. 45 УПК РФ, потерпевший вправе иметь представителя. Представителем потерпевшего может быть адвокат.

Частью 3 статьи 42 УПК РФ предусмотрено, что потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 этого Кодекса.

В соответствии с п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Пунктом 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» разъясняется, что на основании части 3 статьи 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ.

Суду необходимо учитывать, что указанные расходы, подтвержденные соответствующими документами, в силу пункта 9 части 2 статьи 131 УПК РФ относятся к иным расходам, понесенным в ходе производства по уголовному делу, которые взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета как процессуальные издержки (часть 1 статьи 132 УПК РФ).

Пунктом 1 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» разъяснено, что по смыслу статьи 131 УПК РФ, процессуальные издержки представляют собой необходимые и оправданные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в том числе выплаты и вознаграждение физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников (потерпевшим, свидетелям, экспертам, переводчикам, понятым, адвокатам и др.) или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач.

Согласно Рекомендациям о размере вознаграждения адвоката за оказываемую юридическую помощь при заключении соглашения, утвержденной Советом Адвокатской палаты Архангельской области (Решение № 2 от 07 апреля 2015 года) вознаграждение адвоката рекомендуется устанавливать: дача устной консультации, правового совета – от 1 000 рублей; вознаграждение за день занятости (независимо от времени участия в следственных, судебных действиях в этот день) адвоката в делах повышенной сложности - от 10 000 рублей.

Из заявления о возмещении процессуальных издержек и пояснений представителя в судебном заседании следует, что он консультировал ФИО1 по юридическим вопросам по данному делу, принимал непосредственное участие в следственных и судебных заседаниях, оказывал помощь в сборе необходимых доказательств, а также подготавливал ряд процессуальных документов.

Учитывая процессуальную активность представителя по настоящему делу, отсутствие сведений, подтверждающих его участие в следственных действиях и сборе каких-либо доказательств, подготовке процессуальных документов, составление им искового заявления, не представляющего особой сложности, участие в одном судебном заседании по уголовному делу об особо тяжком преступлении, продолжительностью 2 часа, с выездом в другой населенный пункт, суд полагает разумной и соразмерной сумму вознаграждения в размере 20 000 рублей, которая подлежит выплате потерпевшей ФИО1 из федерального бюджета с последующим возмещением процессуальных издержек ФИО8, поскольку оснований для его освобождения от этой обязанности суд не усматривает.

В целях исполнения гражданского иска на основании ч. 1 и ч. 2 ст. 115 УПК РФ следует наложить арест на имущество ФИО8 – автомобиль <...> гос.номер <...>, установив запрет на распоряжение арестованным имуществом, а также банковские счета, открытые на его имя в Архангельском отделении Сбербанка России №***: <...>, <...>, <...>, <...>, <...> до исполнения приговора в части гражданского иска и взыскания процессуальных издержек.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства:

- топор и нож, хранящиеся при уголовном деле, не истребованные законным владельцем ФИО3, уничтожить;

- распечатку телефонных соединений с абонентского номера <...> хранить при уголовном деле.

Процессуальных издержек федерального бюджета на вознаграждение за защиту ФИО8 в ходе предварительного следствия и в суде не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

признать ФИО8 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание по данной статье в виде лишения свободы сроком 9 лет.

На основании ч. 5 ст. 74 УК РФ отменить ФИО8 условное осуждение по приговору Лешуконского районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии со ст. 70 УК РФ присоединить к вновь назначенному наказанию неотбытое наказание по указанному приговору, окончательно назначить ФИО8 наказание в виде лишения свободы сроком 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

На период апелляционного обжалования приговора меру пресечения ФИО8 не изменять, оставив в виде заключения под стражу.

Срок наказания ФИО8 исчислять с 14 сентября 2018 года.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО8 под стражей с 13 февраля 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства:

- топор и нож, хранящиеся при уголовном деле, уничтожить;

- распечатку телефонных соединений с абонентского номера <...> хранить при уголовном деле.

Взыскать с ФИО8 в пользу ФИО1 в компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета 20 000 рублей в счет возмещения процессуальных издержек на вознаграждение представителю потерпевшего.

В целях исполнения гражданского иска наложить арест на имущество ФИО8 – автомобиль <...>, гос.номер <...>, запретив распоряжаться им, а также на банковские счета, открытые на его имя в в Архангельском отделении Сбербанка России №***: <...>, <...>, <...>, <...>, <...> - до исполнения приговора в части гражданского иска и взыскания процессуальных издержек.

В случае отсутствия у ФИО8 денежных средств, достаточных для исполнения приговора в части гражданского иска и процессуальных издержек, обратить взыскание на арестованное имущество.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Архангельского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора или апелляционной жалобы, затрагивающей его интересы, о чём должен указать в апелляционной жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденный также вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чём должен подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционные жалобы (представление).

Председательствующий Е. А. Першина

Приговор вступил в законную силу 15 ноября 2018 года.