Апелляционное постановление № 22-622/2024 от 1 мая 2024 г. по делу № 1-262/2023

Председательствующий ФИО

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 2 мая 2024 г.

Верховный Суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Чумак Л.А.,

при секретаре Ровных Ж.С.,

с участием:

прокурора Анищук О.В.,

адвокатов Зайцева В.О., Дворяка В.Г.,

осужденного ФИО13,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Дворяка В.Г. и Зайцева В.О., поданным на приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 21 декабря 2023 г., которым

ФИО13, родившийся <данные изъяты>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 286 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 60000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий в указанных органах, сроком на 1 год.

Приговором разрешены вопросы о мере принуждения, вещественных доказательствах по делу.

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб адвокатов Дворяка В.Г. и Зайцева В.О. и возражений государственного обвинителя ФИО1 на них, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО13 осужден за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Дворяк В.Г., не соглашается с приговором, как незаконным и необоснованным, поскольку судебное разбирательство проведено с нарушением прав обвиняемого, предусмотренных международными, конституционными и уголовно-процессуальными нормами.

Приводит содержание замечаний общего порядка № 32 Комитета по правам человека ООН от 23 августа 2007 г., которыми выработаны обязательные для государств-участников МПГПП нормы по соблюдению принципа презумпции невиновности.

Обращает внимание, что <данные изъяты> суд <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, публично провозгласив приговор в отношении ФИО2, констатировал виновность ФИО13 в совершении инкриминируемого ему в рамках настоящего уголовного дела преступления, поскольку описывая обстоятельства совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УПК РФ, суд многократно указал, что ФИО13, занимавший должность <данные изъяты>, дал подчиненному ему сотруднику ФИО2 инкриминируемое ему в рамках рассматриваемого уголовного дела незаконное указание.

Постановлением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. внесены изменения в указанный приговор путем замены указания на фамилию ФИО13 указанием на лицо, в отношении которого возбуждено отдельное уголовное дело. Между тем апелляционным постановлением сохранены в приговоре выводы суда о том, что лицо, занимавшее в рассматриваемый период должность <данные изъяты>, давало подчиненному ФИО2 инкриминированное его подзащитному указание при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении. Кроме того, из этого приговора не исключены сведения, позволяющие однозначно идентифицировать это лицо с его подзащитным. Таким образом, до начала рассмотрения настоящего уголовного дела Саяногорским городским судом ФИО13 был лишен права пользоваться презумпцией невиновности в ходе судебного разбирательства по настоящему уголовному делу. Кроме того, указанные судебные акты по уголовному делу ФИО2 обусловили преюдициальное влияние на Саяногорский городской суд, который является нижестоящим по отношению к <данные изъяты>.

Утверждает, что приговор постановлен незаконным составом суда, поскольку постановлением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ изменена территориальная подсудность настоящего уголовного дела, чем ФИО13 был лишен права на рассмотрение его уголовного дела <данные изъяты> судом. При этом обращает внимание, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> суд поступило два уголовных дела № в отношении ФИО2 и № в отношении ФИО13 с обвинительными заключениями, описывающими одно событие, которое одновременно охарактеризовано как совершение ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 292 УК РФ, и как совершение ФИО13 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ. Однако вместо соединения указанных уголовных дел, председатель <данные изъяты> суда ФИО3 одномоментно принял уголовное дело ФИО13 к своему производству и передал уголовное дело ФИО2 судье ФИО4. В последующем, ввиду наличия конфликта интересов, судьей ФИО3 был принят отвод от участия в деле, что явилось следствием изменения территориальной подсудности настоящего уголовного дела. Утверждает, что постановлением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ об изменении территориальной подсудности настоящего уголовного дела, заблокирована любая возможность восстановления права его подзащитного на применение <данные изъяты> судом нормы ст.239.2 УПК РФ, способной восстановить всесторонность, полноту и объективность рассмотрения указанных взаимосвязанных уголовных дел с одинаковым предметом доказывания и исключило возможность применения указанной процессуальной нормы Саяногорским городским судом.

Судья <данные изъяты> суда ФИО4 отказалась соединять находящиеся в её производстве взаимосвязанные уголовные дела в порядке ст.239.2 УПК РФ и вместо этого приняла решение о самоотводе от рассмотрения настоящего уголовного дела, констатируя, что рассмотрение ею уголовного дела ФИО2 ставит под сомнение её беспристрастность при рассмотрении ею уголовного дела ФИО13 из-за абсолютной взаимной связи этих уголовных дел. Полагает, что самоотвод судьи ФИО4 сохранил право ФИО2 на рассмотрение его уголовного дела судом с соблюдением правил территориальной подсудности и одновременно лишил этого права ФИО13

Судья Саяногорского городского суда ФИО постановлением от ДД.ММ.ГГГГ, возвратив без рассмотрения ходатайство стороны защиты об изменении территориальной подсудности, и дав при этом оценку доводам стороны защиты, приведенным в ходатайстве, вышла за пределы своих полномочий, исполнив функцию вышестоящего суда.

Указывает, что согласно обвинительному заключению ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> до <данные изъяты> якобы обратился к ФИО13 с предложением дать подчиненному ФИО2 незаконное указание о составлении протокола об административном правонарушении в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. При этом из обвинительного заключения и постановления о привлечении в качестве обвиняемого не ясно: где, каким способом, при каких обстоятельствах ФИО5 адресовал ФИО13 это предложение и как довел это предложение до ФИО13, какие именно слова (выражения) или жесты ФИО5 (иного лица), которые были адресованы ФИО13, восприняты стороной обвинения как предложение ФИО5 дать ФИО2 указание о составлении протокола по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ; почему эти неизвестные жесты или слова ФИО5 (иного лица), адресованные ФИО13, следует воспринимать как просьбу о даче незаконного указания подчиненному.

Отказ стороны обвинения от приведения конкретизированных по времени, по месту, по способу совершения, действий ФИО5 (жестов, слов и т.д.), охарактеризованных как адресованное ФИО13 предложение, является отказом стороны обвинения от раскрытия минимально необходимых стороне защиты подробностей, охарактеризованных как принятие ФИО13 предложения ФИО5, поступившего к нему при неустановленных обстоятельствах. При этом в обвинительном заключении отсутствует описание событий, охарактеризованных как указание ФИО13 ФИО2 о составлении протокола и постановления по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. Отклоняя доводы стороны защиты о том, что ФИО13 не давал каких-либо указаний ФИО2, суд сослался на содержание телефонных переговоров между ФИО13 и ФИО5, а именно на фразу «пишите по первой», истолковав ее, как адресованную не ФИО5, а как указание ФИО2 о составлении в отношении ФИО5 протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ и постановления по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.

Вместе с тем, до вынесения приговора сторона защиты не могла предполагать, что указанная в приговоре фраза «пишите по первой», полностью охватывает объективную сторону инкриминируемого ФИО13 преступления, т.к. из обвинительного заключения это не следует.

В ходе судебного разбирательства сторона защиты указывала на несостоятельность обвинительного утверждения о совершении ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, так как вступившим в законную силу судебным актом <данные изъяты> суда установлено обратное. Вывод суда о том, что уточнение обвинения в указанной части не ухудшает положение подсудимого ФИО13 и не нарушает его право на защиту, считает необоснованным, поскольку уточнение обвинения в указанной части не может не ухудшать положение ФИО13 и вообще не может считаться уточнением обвинения. Полагает, что указанное изменение обвинения, допущенное судом на стадии вынесения приговора, породило дополнительные неясности: а именно, совершал или не совершал ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ; а если не совершал то, на каких фактах основывается обвинительное утверждение о том, что у ФИО13 имелся умысел на незаконное освобождение ФИО5 от административной ответственности по указанной норме закона; если не совершал то, на каких фактах основывается обвинительное утверждение о том, что в результате действий ФИО13 ФИО5 удалось избежать ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Указанный вывод суда противоречит вступившему в законную силу постановлению судьи <данные изъяты> ФИО3 о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5, возбужденному по факту дорожно-транспортного происшествия, случившегося ДД.ММ.ГГГГ. Квалифицировав при постановлении приговора действия ФИО5, как оставление места дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ в нарушение Правил дорожного движения РФ, предусматривающее ответственность по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, суд вышел за рамки своих полномочий.

Кроме того, вывод суда о том, что ФИО5 удалось избежать административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ в результате действий ФИО13, прямо опровергает вывод, изложенный в приговоре по уголовному делу ФИО2, о том, что ФИО5. удалось избежать административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ в результате действий ФИО2.

Суд исследовал аудиозаписи «прослушивания телефонных переговоров» и опосредованные процессуальные документы, несмотря на наличие возражений стороны защиты ввиду их не соответствия требованиям уголовно-процессуального закона, при отсутствии копии судебного решения, разрешающего проведение оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», результаты которого были положены в основу обвинения. Просит приговор отменить и ФИО13 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Зайцев В.О., не соглашается с приговором, как незаконным и необоснованным ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона и несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Оспаривает правильность выводов суда о том, что должностная инструкция ФИО13 была утверждена и он был ознакомлен с нею ДД.ММ.ГГГГ, при этом ссылается на фотографию № с экрана служебного компьютера <данные изъяты>, находящегося в офисе <данные изъяты>, <адрес>, и на показания ФИО13 о том, что фактически инструкция была составлена, и он с ней ознакомился ДД.ММ.ГГГГ, однако по требованию сотрудников ФСБ поставил дату ДД.ММ.ГГГГ в день назначения его на должность.

С учетом изложенного апеллянт делает вывод, что на дату инкриминированного ФИО13 деликта, у последнего не было ни какой должностной инструкции, соответственно, суд в приговоре, констатируя объем полномочий ФИО13, и устанавливая их превышение, был не вправе ссылаться на данную инструкцию.

Апеллянт оспаривает допустимость приведенных в приговоре в качестве доказательств – результатов оперативно-розыскной деятельности, утверждая, что последняя проводилась незаконно. Приводит доводы, что на момент проведения оперативно-розыскного мероприятия в офисе <данные изъяты> – ДД.ММ.ГГГГ с <данные изъяты> мин. до <данные изъяты> мин. - у органа, осуществившего оперативно-розыскное мероприятие, информации о признаках противоправной деятельности не имелось. Такая информация стала известна органу, осуществившему оперативно-розыскное мероприятие ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> мин. от самого ФИО13, в отношении которого был составлен протокол опроса. Незаконные результаты оперативно-розыскного мероприятия были использованы следователем ДД.ММ.ГГГГ для составления рапорта как повода для возбуждения уголовного дела.

Настаивает, что возбуждение уголовного дела с использованием незаконного повода (рапорта), производство по незаконно возбужденному уголовному делу предварительного расследования, обоснование обвинительного приговора не допустимыми доказательствами, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, что в силу п. 2 ст. 38915 УПК РФ, влечет отмену приговора в апелляционном порядке. Просит приговор в отношении ФИО13 отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы защитников государственный обвинитель ФИО1 полагает, что приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Описательно-мотивировочная часть приговора суда, согласно требованиям п. 1 ст. 307 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, в приговоре указаны место, дата, время и способ совершения преступления, форма вины, анализ доказательств и выводы суда относительно квалификации преступления, которые основаны на достоверных доказательствах, противоречий в их оценке не установлено. Считает, что указанные в апелляционных жалобах обстоятельства о том, где находился ФИО5, когда обратился к ФИО13 с предложением дать незаконные указания ФИО2, каким образом адресовал свои предложения, не являются обстоятельствами, предусмотренными ч. 1 ст. 220 УПК РФ, подлежащими обязательному отражению в обвинительном заключении. Совершение ФИО13 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, а именно совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства подтверждается показаниями свидетелей, в том числе ФИО5,6,7,8, которые пояснили, что ФИО5 сообщил сотруднику <данные изъяты> (ФИО13) о совершенном дорожно-транспортном происшествии лишь после того, как ФИО6 ему сообщил, что сотрудникам полиции известно о его причастности. Показаниями свидетелей ФИО6,9, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым зафиксирован осмотр видеозаписей с видеорегистраторов, установленных в служебном автомобиле <данные изъяты>, подтверждается очевидность для ФИО13 совершения ФИО5 административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. Показаниями свидетеля ФИО5, протоколами осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым зафиксирован осмотр видеозаписей с видеорегистраторов, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, которым зафиксирован осмотр CD-R диска с результатами проведения оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», подтверждается непосредственная дача ФИО13 незаконных указаний ФИО2 о составлении в отношении ФИО5 протокола и постановления по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. Довод стороны защиты, о не ознакомлении ФИО13 с его должностной инструкцией являлся предметом оценки суда первой инстанции и обоснованно опровергнут, как несостоятельный. С выводами суда первой инстанции сторона государственного обвинения согласна, поскольку учитывая технические возможности компьютерной техники, в том числе возможность изменения при создании документа даты и времени на устройстве, нет оснований полагать, что ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала должностная инструкция <данные изъяты> ФИО13, утвержденная начальником <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ и изъятая в последующем в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, участков местности и транспортных средств», проведенном по адресу: <адрес> с участием понятых. Довод стороны защиты о том, что в основу оспариваемого приговора положены недопустимые доказательства, полученные в результате незаконной оперативно-розыскной деятельности, так же опровергается исследованными доказательствами, поскольку из материалов уголовного дела следует, что в результате проведенного оперативно-розыскного мероприятия в отношении ФИО5 усматривались признаки противоправной деятельности должностных лиц <данные изъяты>, в связи с чем у органа осуществляющего оперативно-розыскную деятельность имелись основания для проведения оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, участков местности и транспортных средств». Все сведения в результате оперативно-розыскных мероприятий получены в соответствии с требованиями закона, их содержание и источник получения проверены в судебном заседании, в том числе путем сопоставления с другими доказательствами, указанные результаты являются обстоятельствами, имеющими существенное значение для дела. Виновность ФИО13 в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства установлена по результатам рассмотрения настоящего уголовного дела и подтверждена совокупностью исследованных в суде доказательств, при этом приговор <данные изъяты> суда в отношении ФИО2, а также показания самого ФИО2 не являлись оценкой Саяногорского городского суда и не отражены в обвинительном приговоре в отношении ФИО13 Доводы защитника о рассмотрении настоящего уголовного дела незаконным составом суда ввиду допущенных нарушений председателем <данные изъяты> суда при распределении уголовных дел, а также несогласие с решениями о самоотводе председательствующих по настоящему уголовному делу - судей <данные изъяты> суда ФИО4 и ФИО3, также не являются основанием для изменения оспариваемого решения, поскольку опровергаются фактическим обстоятельствами, установленными в ходе рассмотрения уголовного дела. Довод защитника о том, что суд в оспариваемом приговоре квалифицировал действия ФИО5, как оставление места дорожного-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ в нарушение Правил дорожного движения РФ, предусматривающее ответственность по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, тем самым вышел за рамки своих полномочий не соответствуют действительности, поскольку указанной в апелляционной жалобе формулировки приговор Саяногорского городского суда от 21 декабря 2023 г. не содержит. Довод стороны защиты о том, что результаты проведенного в отношении ФИО5 оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» являются недопустимыми доказательствами, поскольку суду не представлена копия судебного решения, предоставляющего разрешение на его проведение, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонен, как несостоятельный, поскольку опровергается исследованными доказательствами. Уголовное дело в отношении ФИО13 судом первой инстанции рассмотрено в общем порядке, нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено. В этой связи полагает, что оснований для отмены приговора в отношении ФИО13 не имеется, просит апелляционные жалобы защитников оставить без удовлетворения, а приговор без изменения.

В заседании суда апелляционной инстанции адвокаты Зайцев В.О., Дворяк В.Г., осужденный ФИО13 доводы апелляционных жалоб поддержали, прокурор Анищук О.В. против удовлетворения апелляционных жалоб возражала.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб адвокатов, возражений государственного обвинителя на них, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым приговор признается, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Указанным требованиям закона обжалуемый приговор соответствует.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, не имеется. Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО13 в качестве обвиняемого соответствует положениям гл. 23 УПК РФ, обвинительное заключение отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ. Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав ФИО13 на стадии досудебного производства по уголовному делу, не установлено. Предъявленное ФИО13 обвинение не противоречит изложенным в обвинительном заключении доказательствам, описание инкриминируемых ему действий, не противоречит предложенной органом предварительного следствия квалификации его действий, изложено в понятных, доступных формулировках, а потому утверждения ФИО13 его защитников о том, что обвинение им непонятно, что его изложение в предложенной органом предварительного следствия формулировке, создает неопределенность в формировании линии защиты, поскольку в нем не конкретизированы действия в части дачи указаний ФИО13 ФИО2, суд апелляционной инстанции относит к допустимому законом способу защиты от предъявленного обвинения и избранной линией защиты.

Судом первой инстанции, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, объективно исследованы представленные по делу доказательства, установлены все существенные обстоятельства дела.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО13 виновным себя в инкриминируемом ему преступлении не признал, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ был назначен на должность <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут в дежурную часть с сообщением о том, что на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие обратился ФИО7. По данному адресу был направлен ФИО2, который на месте оформил необходимые документы. Позже ему позвонил ФИО7 и сообщил, что дорожно-транспортное происшествие совершил ФИО5, а его автомобиль стоит <адрес> у ФИО6А. Он позвонил ФИО6, тот ответил, что автомобиля ФИО2 у него в <данные изъяты> нет. Около <данные изъяты> часов в дежурную часть позвонила женщина и сказала, что автомобиль, попавший в ДТП, находится <адрес> у ФИО6, что из <данные изъяты> везут <данные изъяты> для ремонта указанного автомобиля. Он снова позвонил ФИО6, последний сказал, что подойдет в течение <данные изъяты>. Когда он стоял около <данные изъяты> ФИО6, ему на сотовый телефон позвонил неизвестный и представился ФИО5, пояснил, что это он совершил дорожно-транспортное происшествие, что его автомобиль стоит <данные изъяты> у ФИО6, что приедет через <данные изъяты>. В <данные изъяты> ФИО6 он увидел автомобиль <данные изъяты>, у которого была повреждена <данные изъяты>. Он позвонил ФИО2, чтобы тот приехал в <данные изъяты>, а сам уехал <данные изъяты>. Когда он находился <данные изъяты>, видел статью <данные изъяты>, в которой ФИО10 опубликовал фото поврежденного <данные изъяты>, под этой статьей было указано, что нашли виновника, он обещает восстановить. Примерно через <данные изъяты> он подъехал к ФИО6, из служебного автомобиля <данные изъяты> вышел ФИО5 и сел в его автомобиль и сообщил: что он совершил наезд на <данные изъяты> случайно по причине неисправности автомобиля, с места дорожно-транспортного происшествие скрываться не собирался; что он звонил ФИО11, договорился о восстановлении поврежденного <данные изъяты>, но после этого у него разрядился телефон и он не смог сразу сообщить о дорожно-транспортном происшествии в правоохранительные органы; что он был вынужден покинуть место дорожно-транспортного происшествия, так как у автомобиля был поврежден <данные изъяты> и в связи с этим он осознавал, что оставшись на месте дорожно-транспортного происшествия, <данные изъяты> выйдет из строя, а он замерзнет; что на месте дорожно-транспортного происшествия он оставил записку со своими данными и сообщением о том, что он является участником этого дорожно-транспортного происшествия. Он ответил ФИО5, что если ФИО2 установит, что всё было именно так, то лично он усматривает в этом событии состав правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. ФИО5 пояснил, что ФИО2 все эти факты уже установил и в связи с этим просил ФИО2 составить протокол по ч. 1 ст. 12.27 КоАПРФ. Его позиция, которую он озвучил ФИО5 в своем автомобиле, являлась его внутренним убеждением, основанным на многолетнем опыте работы в органах <данные изъяты>, где была подобная практика, в том числе по переквалификации с ч. 2 на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ в ситуациях оставления места дорожно-транспортного происшествия его участником без умысла скрыться. Затем он подошел к ФИО2, который находился за рулем служебного автомобиля <данные изъяты>, сказал ему тщательно разобраться в ситуации, так как ФИО5 описывал событие, которое может квалифицироваться по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, и после этого оформить соответствующий протокол об административном правонарушении. При этом он не давал ФИО2 никаких указаний о внесении в официальные документы каких-либо недостоверных сведений, тем более в целях смягчения будущего наказания ФИО5. После этого он уехал. Через <данные изъяты> ему на сотовый позвонил ФИО5 и спросил: «По первой же пишем части?», на что он ему ответил: «Пишите по первой». ФИО2 он лично какие-либо указания не давал, разговор состоялся с ФИО5. В его практике известны случаи, когда водитель принимает меры к возмещению вреда и не имеет умысла скрываться с места дорожно-транспортного происшествия, то квалифицировали такие действия по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.

Давая оценку показаниям ФИО13, суд первой инстанции признал их достоверными в той части, в которой они согласуются с другими исследованными доказательствами, а именно в части времени и обстоятельств, при которых ему стало известно о дорожно-транспортном происшествии, совершенном ФИО5, выезда его в ФИО132 ФИО6, где находился поврежденный автомобиль, после чего состоялся телефонный разговор с ФИО5, о том, что он дал поручение ФИО2 оформлять материалы в отношении ФИО5, дальнейшей встречи с ФИО5 и разговора, в части его слов разговора по телефону с ФИО5, то есть времени и места совершения преступления.

При этом показания ФИО13 в части того, что он ФИО2 никаких прямых указаний о совершении каких-либо действий не давал, в действиях ФИО5 он не усматривает состав административного правонарушения по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, суд первой инстанции верно признал недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом и приведенных в приговоре доказательств.

Несмотря на непризнание ФИО13 своей вины в совершении инкриминируемого преступления, его виновность установлена совокупностью доказательств, полученных в ходе предварительного следствия с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, всесторонне и объективно исследованных в суде, изложенных в приговоре, с анализом и оценкой в соответствии с правилами ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ.

Так, приходя к выводу, что ФИО13 является должностным лицом, суд первой инстанции верно сослался:

на приказ <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО13 с ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность <данные изъяты> (№);

на должностную инструкцию <данные изъяты>, утвержденную ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, в которой закреплены обязанности <данные изъяты>, в том числе, обязанности соблюдения законодательства РФ, правил, стандартов, технических норм и других нормативных документов в области <данные изъяты>; осуществления в соответствии с законодательством РФ производства по делам об административных правонарушениях; осуществления руководства подчиненным <данные изъяты>; права давать в письменном виде конкретные указания о проведении необходимых проверочных мероприятий по заявлениям (сообщениям) о преступлениях, административным правонарушениям и происшествиям и контролировать их исполнение; персональная ответственность за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией, Федеральным Законом <данные изъяты> и другими ведомственными нормативными актами (№).

Доводы апеллянтов о том, что на момент инкриминируемых ФИО13 действий он не был ознакомлен с должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ, которая была изготовлена и подписана им только ДД.ММ.ГГГГ во время изъятия ее сотрудниками УФСБ, которые заставили его поставить на ней указанную дату, что должностная инструкция, представленная в материалы дела, была изготовлена по его просьбе ФИО2, когда приехали сотрудники УФСБ, а так же ссылка апеллянтов на фотографию с экрана компьютера с датой создания документа с именем «<данные изъяты>» - ДД.ММ.ГГГГ, были известны суду первой инстанции, проверены в условиях судебного разбирательства и, вопреки доводам апеллянтов, получили оценку в приговоре. Выводы суда первой инстанции в указанной части мотивированы, и суд апелляционной инстанции соглашается с ними, поскольку сами по себе сведения о соединениях с номером ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, на что обратил внимание осужденный, и технические возможности компьютера, не свидетельствуют об отсутствии на момент совершения ФИО13 инкриминируемых ему действий должностной инструкции, изъятой в ходе оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» ДД.ММ.ГГГГ, которая была утверждена <данные изъяты> – ДД.ММ.ГГГГ, то есть в день назначения ФИО13 на должность, когда он приступил к исполнению своих должностных обязанностей, и в которой имеется отметка об ознакомлении с нею осужденного именно ДД.ММ.ГГГГ. При этом суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание, что в протоколе обследования помещений от ДД.ММ.ГГГГ, которое было проведено по <адрес>, с участием, в том числе, ФИО13 и начальника <данные изъяты>, замечаний от участвующих лиц по поводу изымаемых документов, в том числе оспариваемой должностной инструкции (в части даты ее создания, утверждения и подписания ФИО13) не поступило. Кроме того, по факту склонения ФИО13 сотрудниками УФСБ к внесению недостоверных сведений в должностную инструкцию проведена проверка, по результатам которой руководителем <данные изъяты> СК России <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела о совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 1 ст. 286 УК РФ в отношении ФИО12,13 (№).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ФИО13, в момент совершения инкриминируемого ему деяния, являлся должностным лицом, поскольку постоянно осуществлял функции представителя власти в государственном правоохранительном органе Российской Федерации, то есть являлся субъектом преступления, предусмотренного ст. 286 УПК РФ.

Обосновывая виновность ФИО13 в инкриминируемом ему преступлении, суд первой инстанции верно привел в приговоре показания свидетеля ФИО5 в судебном заседании, из которых следует, что управляя автомобилем <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> часа он допустил столкновение с <данные изъяты>, <данные изъяты> и его автомобиль были повреждены. Телефон у него был разряжен. Он проехал на <данные изъяты> к ФИО6, куда поставил автомобиль, время было около <данные изъяты>. <данные изъяты> ему позвонил ФИО6 сказал, что <данные изъяты> вышло сообщение, в котором просят отозваться того, кто совершил дорожно-транспортное происшествие, и порекомендовал ему позвонить ФИО13, дал номер последнего. После чего он позвонил ФИО13 сообщил, что это он сделал и все восстановит. Он приехал <данные изъяты>, туда приехал ФИО2, затем приехал ФИО17, он им пояснил, что <данные изъяты> восстановит, что не прятался, также созвонился с тем, кто выложил сообщения <данные изъяты>. ФИО2 и ФИО13 разъясняли, что ответственность за это деяние - лишение прав, с чем он не был согласен. С ФИО13 он разговаривал на улице, затем сел к нему в автомобиль, он объяснял ФИО13, что <данные изъяты> восстановит. В отношении него был составлен протокол по части первой, какой статьи он не помнит, назначен штраф, который в последующем был отменен, более к ответственности его не привлекали. После дорожно-транспортного происшествия он не знал, что нужно было сообщить кому-либо, думал, <данные изъяты> восстановит <данные изъяты>, ранее с ним была подобная ситуация и он восстановил поврежденное имущество, претензий к нему не было. В результате дорожно-транспортного происшествия на автомобиле имелись повреждения, <данные изъяты>, он решил доехать на СТО, потому что если бы остался на месте в автомобиле, то мог бы замерзнуть. Умысла скрываться не было, на месте дорожно-транспортного происшествия он оставил записку.

Будучи допрошенным на предварительном следствии, свидетель ФИО5, пояснял, что знаком с ФИО2, они вместе посещали <данные изъяты>, ФИО13 он знает как <данные изъяты>. В результате столкновения с <данные изъяты>, часть <данные изъяты> погнуло. Осмотрев повреждения на автомобиле и <данные изъяты>, позвонил своему знакомому ФИО6, сообщил, что попал в дорожно-транспортное происшествие, и что сейчас приедет. Когда он находился <адрес> у ФИО6, то последний посоветовал ему обратиться в полицию по поводу произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Сразу он не позвонил сотрудникам полиции и не сообщил о произошедшем, так как была ночь, батарея его сотового телефона разрядилась, также он думал, что это не является дорожно-транспортным происшествием и достаточно урегулировать вопрос с собственником имущества, то есть восстановить <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ он на такси поехал в <данные изъяты> за запасными частями к автомобилю. Когда он находился в <данные изъяты> ему позвонил ФИО6 и сказал, что его автомобиль ищут, и <данные изъяты> в <данные изъяты> выставил пост о повреждении <данные изъяты>. После чего он со своего мобильного телефона позвонил ФИО10, сообщил, что это он повредил <данные изъяты> и в ближайшее время его восстановит. Ему снова позвонил ФИО6, сообщил, что его автомобиль ищут сотрудники полиции и ему необходимо связаться с ними, ФИО6 отправил на его сотовый телефон абонентский номер ФИО13, пояснив, что тот является <данные изъяты>. Он позвонил на сотовый телефон ФИО13, которому сообщил, что это он повредил <данные изъяты> и в течение нескольких часов приедет в <данные изъяты> для разбирательства. Примерно через <данные изъяты> он приехал в <данные изъяты> к <данные изъяты> ФИО6, у которого стоял <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты>, в нем находился его знакомый ФИО2, тот сообщил, что в отношении него возбудил дело по факту оставления им места дорожно-транспортного происшествия по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, за что ему может грозить лишение права управление транспортным средством, он пояснил, что не скрывался с места дорожно-транспортного происшествия, а у него разрядилась батарея на телефоне, можно оформить документы по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, так как за данное нарушение предусмотрен штраф. ФИО2 спросил, разговаривал ли он с ФИО13 по данному вопросу. В это время к <данные изъяты> подъехал ФИО13, он сел к нему в автомобиль, попросил ФИО13 составить в отношении него административный материал по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, сообщил, что восстановит <данные изъяты> и решит все вопросы с ФИО10. После чего он и ФИО13 подошли к <данные изъяты> автомобилю, в котором находился ФИО2, ФИО13 сказал ФИО2 оформить в отношении него административный материал по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, после чего ФИО13 вернулся к своему автомобилю и уехал. Он сел в <данные изъяты> автомобиль к ФИО2, последний стал оформлять в отношении него административный материал, сказал, что составит административный материал по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, а начальник переквалифицирует на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, он возмутился и сказал, что ФИО13 сказал, что необходимо оформить административный материал по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. Он позвонил ФИО13 на его сотовый телефон и уточнил, по какой части составлять административный материал, ФИО13 ответил, что по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, что слышал и ФИО2. Далее ФИО2 составил в отношении него протокол об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ и вынес постановление по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, ему был назначен административный штраф в размере 1 000 руб. (№).

Оценивая показания свидетеля ФИО5, данные им на предварительном следствии, суд первой инстанции пришел к верному выводу об их допустимости, поскольку они получены с соблюдением уголовно-процессуального закона. Оценивая эти показания свидетеля на предмет их достоверности, суд первой инстанции, верно обратил внимание, они последовательны, более подробны, согласуются с иными доказательствами, даны свидетелем непосредственно после событий о которых он допрашивался. Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что противоречия в показаниях свидетеля, данных в судебном заседании и на предварительном следствии, явившиеся в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ основанием для исследования показаний, данных на досудебной стадии производства, обусловлены давностью событий, о которых свидетель давал показания в судебном заседании. Признавая показания свидетеля ФИО5 на предварительном следствии достоверными, суд первой инстанции признал их таковыми в той части, в которой они согласуются между собой и с другими исследованными доказательствами. При этом суд первой инстанции обоснованно оценил критически показания свидетеля ФИО5, данные в судебном заседании о том, что он оставлял записку на месте дорожно-транспортного происшествия, что не имел намерений скрываться с места дорожно-транспортного происшествия, поскольку они опровергаются его же показаниями, данными на досудебной и судебной стадии производства по делу, о том, что созвонился с ФИО6, поставил на ремонт свой автомобиль, направился за запчастями в <данные изъяты>, сообщил о дорожно-транспортном происшествии только после того как автомобиль был обнаружен сотрудниками <данные изъяты>. Кроме того, из содержания телефонных переговоров ФИО5, зафиксированных в ходе оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» следует, что ФИО5 намеревался скрыть факт причастности к дорожно-транспортному происшествию, отремонтировав машину, но не успел, так как его причастность к нему стала известна из других источников (№).

Из показаний свидетеля ФИО6, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, поддержанных свидетелем в суде, следует, что у него имеется <данные изъяты><адрес>, где он ремонтирует сам свои автомобили либо предоставляет <данные изъяты> своим знакомым. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов к нему в <данные изъяты> приехал ФИО5 на своем автомобиле <данные изъяты>, загнал машину в <данные изъяты> и сообщил, что врезался в <данные изъяты>, расположенной <адрес>. <данные изъяты> часть автомобиля ФИО5 была повреждена, а именно был поврежден <данные изъяты>. ФИО5 ему пояснил, что уехал с места дорожно-транспортного происшествия. Он посоветовал ФИО5 скорее урегулировать данный вопрос с <данные изъяты> или <данные изъяты>. ФИО5 сказал ему, что урегулирует все вопросы с поврежденным <данные изъяты> привезет запасные части для ремонта автомобиля, после чего они разошлись. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил <данные изъяты> ФИО13, спросил имеется ли у него в <данные изъяты> автомобиль, попавший в дорожно-транспортное происшествие, на что ответил, что машины в <данные изъяты> у него нет. После чего он позвонил ФИО5, сообщил тому, что сотрудники полиции ищут автомобиль, посоветовал ФИО5 выйти на связь с сотрудниками полиции и собственником <данные изъяты>, смс-сообщением отправил абонентский номер ФИО13 Через некоторое время к <данные изъяты> подъехал ФИО13 на своем автомобиле. В <данные изъяты> ФИО13 сфотографировал автомобиль <данные изъяты> на сотовый телефон. Примерно через <данные изъяты> ФИО5 приехал с запасными частями для ремонта автомобиля, в это время приехал на <данные изъяты> ФИО2, который зашел в <данные изъяты> и позвал ФИО5. Примерно через <данные изъяты> ФИО5 вернулся в <данные изъяты>, в руках у него имелись копии документов (№).

Из показаний свидетеля ФИО7, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, полностью поддержанных им в судебном заседании, следует, что он является <данные изъяты>, в оперативном управлении <данные изъяты> имеется <данные изъяты>, которая расположена на <адрес>, непосредственно за зданием <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> минут он проезжал мимо <данные изъяты>, заметил, что <данные изъяты> повреждено, а именно был погнут один <данные изъяты>, <данные изъяты> валялся рядом, также <данные изъяты> были повреждены и валялись на земле рядом с <данные изъяты>. Он понял, что произошло дорожно-транспортное происшествие, так как присутствовали следы от автомобиля, которые шли прямо в <данные изъяты> от проезжей части и заходили на территорию <данные изъяты>. На месте дорожно-транспортного происшествия ни автомобиля, ни водителя не было, также на земле и на ограждении он не видел никаких листков бумаги с записями. Он случившемся он сообщил в Отд МВД <данные изъяты>, затем дал объяснение ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ ему на мобильный телефон позвонил <данные изъяты> ФИО13, сообщил, что виновник дорожно-транспортного происшествия установлен, примерно через <данные изъяты><данные изъяты> было восстановлено (№).

Из показаний свидетеля ФИО10, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, поддержанных свидетелем в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов он по личным делам проезжал мимо <данные изъяты>, заметил след торможения от автомобиля на дороге и что <данные изъяты> повреждено, а именно он заметил, что <данные изъяты> были повреждены и валялись на земле рядом с <данные изъяты>. На месте дорожно-транспортного происшествия ни автомобиля, ни водителя не было. Он позвонил ФИО7, сказал сообщить об этом факте в полицию. Фотографию поврежденного <данные изъяты>, которую ему направил ФИО7, он разместил в <данные изъяты> с надписью, что если кому, что-либо известно о поврежденном <данные изъяты> и если есть очевидцы, то просил их сообщить о виновнике данного дорожно-транспортного происшествия. После этого ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов, ему на сотовый телефон позвонила женщина и сообщила, что повредил ограждение ФИО5. Он знает ФИО5 как <данные изъяты>. Он позвонил ФИО7, сообщил, кто повредил ограждение. ДД.ММ.ГГГГ ему на сотовый телефон поступил вызов от неизвестного абонента, звонивший представился ФИО5 и сообщил, что повредил <данные изъяты> и готов восстановить <данные изъяты>. Примерно через <данные изъяты> он видел, что <данные изъяты> было восстановлено, качество ремонта его не устроило (№).

Из показаний свидетеля ФИО9, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, полностью поддержанных свидетелем в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> минут в дежурную часть поступило сообщение от ФИО7 о том, что в <данные изъяты>, расположенной <адрес>, неизвестный автомобиль повредил <данные изъяты>, о чем им передано сообщение ФИО2, который был направлен для проверки. Ответственным от руководства был <данные изъяты> ФИО13 Через какое-то время ФИО2 ему сообщил, что факт дорожно-транспортного происшествия подтверждается, виновника на месте не было, материал он оформил. В этот же день около <данные изъяты> минут на телефон дежурной части Отд МВД <данные изъяты> поступило сообщение от женщины о том, что автомобиль, совершивший дорожно-транспортное происшествие, находится <адрес>, что на него <данные изъяты> везут запасные части для ремонта. ФИО13 находился в это время в <данные изъяты>, и услышав эту информацию, позвонил ФИО2, чтобы тот ехал к ФИО6. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проставил отметки в книге учета сообщений о преступлениях. Обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия не известны (№).

Из показаний свидетеля ФИО8, исследованных судом в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов проезжала возле <данные изъяты>, увидела, что повреждено <данные изъяты>, что к месту повреждения ведут следы от автомобиля со стороны ул. <данные изъяты>, валялись <данные изъяты>. На проезжей части по ул. <данные изъяты> имелись потеки жидкости, она немного проехала на своем автомобиле по данным следам и предположила, что автомобиль, совершивший дорожно-транспортное происшествие, мог поехать в <данные изъяты>, принадлежащий ФИО6. Увидев в <данные изъяты> пост с фотографией поврежденного <данные изъяты> и надпись, что ищут водителя автомобиля, который совершил это, она сделала анонимный звонок в полицию и сообщила свое предположение, что автомобиль, совершивший дорожно-транспортное происшествие, находится <данные изъяты> (№).

Из показаний свидетеля ФИО14, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, полностью поддержанных свидетелем в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил ФИО5 и сообщил, что повредил <данные изъяты> и уехал с места дорожно-транспортного происшествия, спрашивал у него совета, сказал, что позвонил <данные изъяты> и <данные изъяты>, на что он посоветовал обратиться к <данные изъяты> ФИО13 и решить с ним данный вопрос, так как при определенных обстоятельствах возможно переквалифицировать ч. 2 ст. 12.27 на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ (№). Дополнил, что когда он общался с ФИО5, он не оценивал его действия, а при его допросе следователем, он высказал свое мнение по квалификации его действий. Кем составлялся материал в отношении ФИО5 ему не известно.

Из показаний свидетеля ФИО15, данных им в судебном заседании и на предварительном следствии, полностью поддержанных свидетелем в судебном заседании, следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 ему сообщил о том, что было совершено два дорожно-транспортных происшествия, одно из них было раскрытым, что его совершил ФИО5, который покинул место дорожно-транспортного происшествия, и который желает избежать административной ответственности. Позже ФИО2 сообщил ему о том, что привлек ФИО5 к ответственности по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, вместо ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. Как он понял, ФИО5 советовался с кем-то об этом по телефону, с кем не знает. Он сказал ФИО5, что тот поступил неправильно, так как в действиях ФИО5 усматривались признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и переквалифицировать действия ФИО5 мог только суд. <данные изъяты> имеет право только составить протокол, а постановление о привлечении гражданина к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ должен выносить <данные изъяты> (№).

Оценивая вышеприведенные показания свидетелей ФИО6,7,10,9,8,14,15, данные ими как в ходе судебного заседания, так и на стадии предварительного следствия, исследованные судом по правилам ч. 3 ст. 281 УПК РФ, суд первой инстанции верно указал, что по существенным для дела обстоятельствам они стабильны, согласуются между собой, а также с другими исследованными в суде доказательствами, противоречия вызваны давностью произошедшего, устранены путем оглашения их показаний, которые на досудебной стадии более подробны. Оснований для признания вышеприведенных показаний свидетелей в качестве недопустимых либо недостоверных не имеется, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно придал им доказательственное значение, поскольку, вопреки доводам апеллянтов, они устанавливают обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу. Оснований для иной оценки приведенным показаниям свидетелей, суд апелляционной инстанции не находит.

Помимо вышеприведенных показаний свидетелей совершение ФИО13 преступления при установленных судом первой инстанции обстоятельствах, подтверждается письменными доказательствами, в том числе результатами оперативно-розыскных мероприятий.

Так, на основании постановлений начальника УФСБ России <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ органу следствия направлены результаты оперативно-розыскной деятельности (№), которые были соответствующими протоколами осмотрены, признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (№ ).

Согласно материалам оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», предоставленный СD диск (имеющий надпись <данные изъяты>), который осмотрен в судебном заседании суда первой инстанции, стенограмма которого полностью соответствует протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (№), содержит аудиозаписи телефонных переговоров ФИО5 за ДД.ММ.ГГГГ, а именно: с <данные изъяты> час. с абонентом №, которому он сообщил, что разбил автомобиль; с <данные изъяты> мин. разговор с абонентом №, которому сообщил, что «залетел <данные изъяты>», поврежден автомобиль, находится <адрес>, <данные изъяты> поедет в <данные изъяты> за запчастями; с <данные изъяты> мин. разговор с абонентом №, сообщил, что разбил автомобиль, находится у ФИО6, аналогичного содержания разговор состоялся в <данные изъяты> час. с абонентом №, в <данные изъяты> час. с абонентом №, в <данные изъяты> мин. разговор с ФИО6, которому он сообщил, что приобрел запчасти на автомобиль, ему известно о сообщении <данные изъяты>» о том, что разыскивается тот, кто это сделал, ФИО6 сообщает, что с ним связывался ФИО13; с <данные изъяты> мин. разговор с ФИО6, которым сообщено, что ФИО13 прибыл к нему <данные изъяты>, ФИО5 спрашивает, «что ему сказать?», спрашивает телефон <данные изъяты>; в <данные изъяты> мин. разговоры с ФИО11, которому он сообщил, что въехал в <данные изъяты> и обязуется его восстановить; в <данные изъяты> мин. разговоры с ФИО13, которому сообщил, что он въехал в <данные изъяты>, что в дороге, приедет через <данные изъяты>, час; с <данные изъяты> мин. разговор с ФИО2, которому сообщил, что приедет с <данные изъяты>, приедет к нему; в <данные изъяты> мин. разговор с абонентом №, которой он сообщил, что «он купил все запчасти <данные изъяты>, хотел втихаря машину сделать», аналогичный разговор в <данные изъяты> мин. состоялся с абонентом №; с <данные изъяты> мин. ФИО5 сообщает ФИО13, что находится в <данные изъяты>, ФИО13 сообщает, что к нему подъедет ФИО2; в <данные изъяты> мин. разговор с ФИО13, договариваются о встрече на <данные изъяты>; с <данные изъяты> мин. разговор с ФИО13, на вопрос ФИО5: «Пишем по первой части?», ответ ФИО13 «Пишите по первой».

Сведения о детализации телефонных соединений абонентского номера №, находящегося в пользовании ФИО5, согласуются с соединениями за ДД.ММ.ГГГГ с абонентскими номерами, находящимися в пользовании ФИО6: в <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин; ФИО13: в <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин; ФИО2: в <данные изъяты> мин, <данные изъяты> мин. (№). Аналогичные сведения о соединениях ФИО13 с ФИО5 зафиксированы в детализации телефонных соединений по абонентским номерам, находящихся в пользовании ФИО13 (№).

Содержание телефонных переговоров ФИО5 свидетельствует о недостоверности его показаний о том, что после дорожно-транспортного происшествия у него был разряжен телефон, и он не мог сообщить о случившемся в дежурную часть полиции, поскольку после дорожно-транспортного происшествия он в период с <данные изъяты> часов до <данные изъяты> часов активно пользовался телефоном, осуществляя звонки. Кроме того, содержание телефонных переговоров, а так же фактические обстоятельства, установленные показаниями свидетелей ФИО8,6,11, однозначно указывают на то, что ФИО5 пытался скрыть факт дорожно-транспортного происшествия, приобретя запчасти на автомобиль, о чем сообщает неизвестным абонентам.

Так, же суд первой инстанции верно обратил внимание на то, что содержание телефонных переговоров ФИО5 и их последовательность, однозначно свидетельствует о том, что ФИО5 был осуществлен звонок ФИО13 только после того, когда последнему стало известно о месте нахождения автомобиля ФИО5, при этом ФИО13 лично приехал в <данные изъяты>, о чем сообщено было ФИО6 ФИО5 по телефону, и только после этого ФИО5 осуществил звонок ФИО11.

В судебном заседании суда первой инстанции осмотрен диск DVD-R, содержащий видеозаписи с регистратора служебного автомобиля ДД.ММ.ГГГГ, который полностью соответствует протоколу осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (№), на нем запечатлено то, как составляется административный материал ФИО2 в отношении ФИО5, последний просит составить протокол по части первой, ФИО5 сообщает ФИО2 о том, что ФИО13 ему сказал составлять протокол по части первой, после чего зафиксирован телефонный разговор (по громкой связи) ФИО5 с ФИО13, который на вопрос ФИО5 - «По первой же пишем части?» отвечает: «Пишите по первой». Кроме того, при составлении материалов, ФИО2 диктует текст записки, которую должен составить ФИО5, а также составляет объяснение от имени последнего.

Записи на компакт-диске представлены органу следствия в установленном законом порядке и в технически возможной форме, осмотрены и прослушаны с составлением стенограммы, СD-диски приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. Протоколы осмотров отвечают требованиям ст. 166 УПК РФ. Фактические данные, полученные по результатам осмотра и прослушивания диска, отражены в протоколах следственного действия.

Вопреки доводам апеллянтов, вышеприведенные записи разговоров в совокупности с иными доказательствами позволяют установить значимые по делу обстоятельства, в т.ч. о составлении протокола в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, вместо ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, о чем ФИО13 дано указание подчиненному ФИО2.

В ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» помещения по <адрес>, изъят, в том числе административный материал в отношении ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащий следующее документы:

- сообщение ФИО7, зарегистрированное в Отд МВД России <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> мин., о том, что <адрес>, произошло ДТП со стороны ул. <данные изъяты>, неизвестный автомобиль повредил <данные изъяты>. По сообщению направлены: ФИО2 (№).

- определение от ДД.ММ.ГГГГ № № инспектора <данные изъяты> ФИО2, которым возбуждено дело об административном правонарушении и в ходе проведения административного расследования, выявлено оставление водителем, в нарушение п. 2.5 Правил дорожного движения РФ, места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он является, при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния, за что ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность №);

- рапорт оперативного дежурного ДЧ Отд. МВД России <данные изъяты>, из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> час. поступило анонимное сообщение, что автомобиль, совершивший дорожно-транспортное происшествие <данные изъяты>, в настоящее время стоит <адрес>. Передано ФИО2 (№);

- протокол об административном правонарушении №, составленный ДД.ММ.ГГГГ инспектором <данные изъяты> ФИО2, согласно которому ФИО5, управлявший автомобилем <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> час. <адрес>, совершил нарушение: невыполнение водителем обязанностей, предусмотренных ПДД РФ в связи с дорожно-транспортным происшествием, участником которого он являлся (№);

- постановление по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное инспектором <данные изъяты> ФИО2, которым ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ (№).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ осмотрен участок местности, расположенный <адрес>, где расположен <данные изъяты>, в который врезался автомобиль (№).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблиц с участием свидетеля ФИО6, осмотрен участок местности <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ стоял патрульный автомобиль <данные изъяты>, в котором инспектор ФИО2 оформлял административный материал в отношении ФИО5 (№).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с приложением фототаблиц, осмотрен служебный автомобиль <данные изъяты>, в котором <данные изъяты> расположен видеорегистратор (№). Данный автомобиль закреплен за ФИО2 (№).

Решением <данные изъяты> суда от ДД.ММ.ГГГГ постановление инспектора <данные изъяты> ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено, в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности (№).

Вопреки доводам апеллянтов оснований для признания результатов проведенных оперативно-розыскных мероприятий недопустимыми доказательствами, не имеется.

Результаты оперативно-розыскной деятельности представлены согласно Федеральному закону от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», с учетом требований о соблюдении прав и свобод человека и гражданина при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

Отсутствие в материалах уголовного дела копии судебного решения на проведение розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО5, не свидетельствует о незаконности его проведения, поскольку указанному постановлению от ДД.ММ.ГГГГ присвоен гриф секретности. Согласно постановлению <данные изъяты> УФСБ России <данные изъяты> о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от ДД.ММ.ГГГГ, ответу <данные изъяты> УФСБ РФ <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, на основании постановления <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ проведены оперативно-розыскные мероприятия в виде «прослушивания телефонных переговоров» в отношении ФИО5. Указанное постановление суда рассекретить не представляется возможным в связи с тем, что это может привести к разглашению информации в отношении третьих лиц (№). Факт проведения розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» в отношении ФИО5 на основании судебного решения, следует из ответа <данные изъяты> о том, что выносилось судебное решение сроком на <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ (№).

Согласно постановлению <данные изъяты> УФСБ России <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ принято решение о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия «обследование зданий, сооружений, помещений, участков местности и транспортных средств» по <адрес>, которое в тот же день предъявлено начальнику Отд. МВД России <данные изъяты>.

Согласно протоколу, ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО13, начальника Отд. МВД России <данные изъяты>, и понятых проведено обследование нежилого помещения, расположенного <адрес>, в ходе которого добровольно выданы и изъяты документы, подробно перечисленные в протоколе (№).

Доводы стороны защиты о том, что ДД.ММ.ГГГГ оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» проведено в отсутствие оснований, предусмотренных ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», не могут быть приняты во внимание, как состоятельные, поскольку согласно постановлению <данные изъяты> УФСБ России <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, оно проводилось в связи с полученной информацией о признаках противоправной деятельности должностных лиц – сотрудников <данные изъяты>.

Утверждения апеллянтов о том, что основания для подозрения ФИО13 у сотрудников ФСБ появились только после получения у него объяснения, а именно после проведения обследования помещения, суд апелляционной инстанции отклоняет как необоснованные, поскольку в отношении ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ проводилось оперативно-розыскное мероприятие «прослушивание телефонных переговоров», их содержание, отраженное в сводке (№), давало достаточно оснований полагать о причастности сотрудников <данные изъяты>, в том числе и ФИО13, к противоправной деятельности.

Довод стороны защиты о том, что оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» фактически было произведено в помещении <данные изъяты> по <адрес>, откуда были изъяты документы и предметы, приобщенные впоследствии следователем в качестве доказательств, не обоснован и не свидетельствует о недопустимости доказательств, поскольку согласно протоколу от ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты> мин. мл. оперуполномоченным <данные изъяты> с участием приглашенных граждан (ФИО16,17), ФИО13, начальника <данные изъяты> произведено обследование нежилого помещения по <адрес>, перед началом которого, в ходе либо по окончанию обследования от участвующих лиц заявления не поступили, замечаний к протоколу не имелось, о чем имеются подписи участвующих лиц (№), кроме того, ФИО13 подтверждал, что с его участием и приглашенных лиц в здании <данные изъяты> составлялся данный протокол.

Вопреки доводам апеллянтов, уголовное дело в отношении ФИО13 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ возбуждено руководителем <данные изъяты> СК России <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ при наличии надлежащих повода и основания, лицом, обладающим соответствующими полномочиями. Поскольку проведенные по делу оперативно-розыскные мероприятия отвечают требованиям закона, допустимость, полученных по их результатам доказательств судом первой инстанции проверена, оснований полагать, что при составлении следователем рапорта ДД.ММ.ГГГГ (№), как повода для возбуждения уголовного дела, использованы незаконные результаты оперативно-розыскных мероприятий, суд апелляционной инстанции не находит.

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что ФИО13, занимая должность <данные изъяты>, являясь должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти в правоохранительном органе – <данные изъяты>, по просьбе ФИО5, в действиях которого усматривались признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, вопреки возложенным на него обязанностям, дал указание находящемуся в должностном подчинении инспектору <данные изъяты> ФИО (лицо, в отношении которого постановлен приговор по другому уголовному делу), о составлении в отношении ФИО5 протокола об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ и постановления по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, что было сделано ФИО, тем самым совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, нарушения принципов и задач законодательства об административных правонарушениях, а также последствий в виде дискредитации органов государственной власти, формирования у граждан Российской Федерации мнения о возможности избежать административной ответственности за совершенные правонарушения при содействии сотрудников органов внутренних дел, а также незаконном освобождении ФИО5 от административной ответственности за совершенное им правонарушение.

Утверждения апеллянтов о том, что ФИО13 каких-либо указаний ФИО2 не давал, являются необоснованными, расцениваются судом апелляционной инстанции как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку полностью опровергаются содержанием телефонных разговоров между ФИО13 и ФИО5, в ходе которых фраза: «Пишите по первой» адресована непосредственно ФИО2, которым и был составлен протокол и постановление в отношения ФИО5 по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ. Кроме того, из показаний ФИО5 следует, что он позвонил ФИО13, потому что ФИО2 изначально намеривался составлять протокол по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, что его не устраивало, и только после того, как ФИО13 сказал «Пишите по первой», ФИО2 составил протокол и постановление по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.

При этом анализ исследованных доказательств однозначно указывает на то, что ФИО13, занимая должность <данные изъяты>, зная и соблюдая действующее законодательство, порядок привлечения лица к административной ответственности, достоверно установив, что ФИО5 скрылся с места дорожно-транспортного происшествия, что автомобиль, которого был также обнаружен самим ФИО13 после анонимного звонка, дал незаконное указание инспектору ГИБДД привлекать его по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, несмотря на то, что в должностные полномочия инспектора не входит рассмотрение дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, а отнесено к полномочиям самого начальника ГИБДД. С учетом изложенного ссылку осужденного на сложившуюся практику о возможности составления при совершенных ФИО5 действий протокола по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельной и не влияющей на законность приговора.

Тот факт, что ФИО5 не был привлечен к административной ответственности ввиду истечения сроков давности (№), не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО13 состава инкриминируемого ему преступления, поскольку судом первой инстанции достоверно установлено, что ФИО5 оставил место дорожно-транспортного происшествия в нарушение требований Правил дорожного движения РФ, за что предусмотрена административная ответственность по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, которую в результате действий ФИО13 ему удалось избежать. Составление документов в рамках административного производства в отношении ФИО5 непосредственно ФИО2 не подвергает правильность данного вывода суда, так как указанные действия последним были совершены по указанию ФИО13

Восстановление <данные изъяты> ФИО5, отсутствие сведений о размере, причиненного им ущерба, не опровергает наличие в его действиях признаков состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, поскольку размер ущерба не относится к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что исключение из обвинения ФИО13, предложенного органом предварительного следствия, указания о совершении ФИО5 административного правонарушения, не противоречит требованиям ст. 252 УПК РФ, существу предъявленного обвинения, и с учетом характера и фактических обстоятельств совершения преступления, вопреки доводам апеллянтов, не ухудшает положение подсудимого ФИО13 и не нарушает его право на защиту.

Представленные сторонами доказательства суд первой инстанции проверил и оценил в установленном законом порядке. При исследовании и оценке доказательств нарушений уголовно-процессуального закона судом не допущено. Выводы суда обоснованы лишь теми доказательствами, которые были проверены в судебном заседании, согласуются между собой, являются логичными, дополняют друг друга, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, раскрыты в приговоре в необходимом объеме. При этом в судебном заседании исследована достаточная совокупность доказательств, позволившая суду установить обстоятельства рассматриваемых событий. Какие-либо не устраненные существенные противоречия в вышеприведённых доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ приговор содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, даты, времени и способа его совершения, формы вины и последствий преступления. В соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие.

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, действиям ФИО13 судом первой инстанции дана верная юридическая оценка. Мотивы, обосновывающие выводы о квалификации действий осужденного, убедительно аргументированы, основаны на анализе исследованных доказательств и законе.

При назначении ФИО13 наказания суд первой инстанции, выполняя требования ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории средней тяжести, состояние его здоровья и здоровья близких, семейное положение, возраст, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, на условия его жизни и жизни его семьи, данные, характеризующее личность ФИО13, который <данные изъяты>.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО13, в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд первой инстанции признал активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в т.ч. пояснения, данные до возбуждения дела, наличие <данные изъяты> детей; на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ - оказание благотворительной помощи <данные изъяты>, направление извинительных писем <данные изъяты>, положительную характеристику личности по месту службы.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО13, не установлено.

Выводы суда о назначении ФИО13 наказания в виде штрафа, на основании ст. 47 УК РФ с дополнительным наказанием в виде лишения права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий в указанных органах убедительно аргументированы.

Выводы суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 64, ч. 5 ст. 16, ч. 1 ст. 62 УК РФ мотивированы.

Все выводы суда по вопросам, подлежащим обсуждению при назначении наказания, подробно мотивированы в приговоре и соответствуют требованиям закона. Каких-либо обстоятельств, которые не были учтены и влияют на наказание, в апелляционных жалобах и в заседании суда апелляционной инстанции сторонами не приведено и по материалам дела не установлено.

Вопросы о мере процессуального принуждения, судьбе вещественных доказательств по делу, разрешены в соответствии с требованиями закона.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции проведено в соответствии с положениями глав 35-39 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по материалам дела не установлено. Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Суд первой инстанции обеспечил равноправие сторон, принял предусмотренные законом меры по соблюдению принципа состязательности, создал сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Тот факт, что на стадии поступления в <данные изъяты> суд уголовных дел в отношении ФИО2 и ФИО13 они не были соединены в одно производство, а распределены разным судьям, основанием для отмены настоящего приговора в отношении ФИО13 не является. В отношении ФИО2 <данные изъяты> судом ДД.ММ.ГГГГ постановлен обвинительный приговор, которым он признан виновным по ч. 2 ст. 292 УК РФ. Допущенное судом первой инстанции нарушение при постановлении приговора в отношении ФИО2, выразившееся в указании фамилии ФИО13 при описании преступного деяния, установленного судом, устранено апелляционным постановлением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, путем замены фамилии ФИО13 на лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело. Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым обратить внимание, что суд первой инстанции, придя к выводу о виновности ФИО13 в инкриминируемом ему преступлении, не использовал в качестве доказательств приговор <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и показания последнего. Следовательно, доводы апеллянтов о том, что приговор <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 имел преюдициальное значение для Саяногорского городского суда при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО13, чем нарушено право последнего на защиту, поскольку им была предрешена виновность ФИО13, основанием для отмены обжалуемого приговора не являются.

Как следует из материалов уголовного дела, территориальная подсудность настоящего уголовного дела изменена постановлением Верховного Суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (№). Указанным постановлением установлены основания, изменения территориальной подсудности настоящего уголовного дела, предусмотренные ст. 35 УПК РФ, постановление вступило в законную силу. Поэтому оснований полагать, что приговор в отношении ФИО13 постановленным незаконным составом суда, не имеется. Заявленный председательствующему по делу судье ФИО стороной защиты отвод, разрешен судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с вынесением отдельного постановления и отклонен ввиду отсутствия оснований, исключающих участие судьи при рассмотрении уголовного дела, предусмотренных ст.ст. 61, 63 УПК РФ.

Доводы апеллянтов о том, что судья ФИО, вернув поданное защитником ФИО13 - адвокатом Дворяком В.Г., ходатайство об изменении территориальной подсудности, содержащее просьбу о передаче уголовного дела для рассмотрения за пределы <данные изъяты> апелляционного округа, определенного ч. 2 ст. 23.9 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 г. № 1 –ФЗ « О судах общей юрисдикции», вышла за пределы своих полномочий, исполнив функцию вышестоящего суда, являются необоснованные, поскольку в ст. 35 УПК РФ указаны исчерпывающие основания для изменения территориальной подсудности, к которым относятся: по ходатайству стороны - в случае удовлетворения в соответствии со ст. 65 УПК РФ заявленного ею отвода всему составу соответствующего суда; по ходатайству стороны либо по инициативе председателя суда, в который поступило уголовное дело, - в случаях: если все судьи данного суда ранее принимали участие в производстве по рассматриваемому уголовному делу, что является основанием для их отвода в соответствии со ст. 63 настоящего Кодекса; если не все участники уголовного судопроизводства по данному уголовному делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция данного суда, и все обвиняемые согласны на изменение территориальной подсудности данного уголовного дела; если имеются обстоятельства, которые могут поставить под сомнение объективность и беспристрастность суда при принятии решения по делу. Данных оснований, вопреки доводам апеллянтов, в ходатайстве не приведено.

Согласно положениям, содержащимся в ч. 1.1 ст. 35 УПК РФ, ходатайство об изменении территориальной подсудности уголовного дела по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 35 УПК РФ, стороны подают в вышестоящий суд через суд, в который поступило уголовное дело. Судья, в производстве которого находится уголовное дело, возвращает ходатайство лицу, его подавшему, если ходатайство не отвечает требованиям ч.ч. 1 - 2.1 настоящей статьи. На момент поступления ходатайства в Саяногорский городской суд – ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело уже поступило в Саяногорский городской суд и находилось в производстве судьи ФИО (№). Поскольку ходатайство адвоката Дворяка В.Г. не отвечало требованиям ч. 1 ст. 35 УПК РФ, судьей ФИО в пределах полномочий, установленных ч. 1.1 ст. 35 УПК РФ, оно возвращено лицу, его направившему.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, по делу не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 38919, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 21 декабря 2023 г. в отношении осужденного ФИО13 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения. В случае подачи жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.А. Чумак

Справка: осужденный ФИО13 зарегистрирован и проживает по <адрес>.