Апелляционное определение № 33-4636/2026 от 18 марта 2026 г.

Категория 2.166

УИД: 03RS0071-01-2025-001128-05

№2-7762025

Справка: судья Газизова Д.А.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33 –4636/2026

19 марта 2026 г. г. Уфа

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Валиуллина И.И.

судей Искандарова А.Ф.

ФИО2

при секретаре Каюмовой А.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 8 декабря 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Валиуллина И.И., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

АО «Объединенная страховая компания» обратилось в суд с иском к ФИО1, в котором просило признать договор комплексного ипотечного страхования № УФКИС20001019 от 04.06.2025г. недействительным, взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 000 руб.

В обоснование иска указало, что 4.06.2025г. ФИО1 обратилась к истцу с заявлением на комплексное ипотечное страхование. В разделе 6 указанного заявления-анкеты ответчик сообщила, что не имеет заболеваний и расстройств опорно-двигательного аппарата (п. дата), а также указала, что не имеет травм, отклонений и расстройств здоровья (п.дата). Кроме того, ответчик отрицательно ответила на вопросы п. дата заявления-анкеты: «Установлена ли группа инвалидности в настоящее время?», «Рассматриваются ли в настоящее время Ваши документы в органах МСЭК на предмет установления группы инвалидности?» На основании сообщенных ответчиком сведений с ней был заключен договор комплексного ипотечного страхования. ФИО1 уплатила страховую премию в размере 33 208, 70 руб. 09.09.2025г. ФИО1 обратилась к истцу с заявлением о выплате страхового возмещения, приложив к нему, в том числе, справку об установлении инвалидности МСЭ-2025 №..., из которой следует, что инвалидность 2 группы присвоена ответчику 04.06.2025г., то есть в день заполнения заявления-анкеты и заключения договора КИС. Согласно ответу ГБУЗ РБ Поликлиника №... адрес согласие на направление и проведение медико-социальной экспертизы было получено от ФИО1 31.05.2025г. Таким образом, на момент заполнения заявления-анкеты на страхование и заключение договора ответчику было известно о предстоящей медико-социальной экспертизе по вопросу установления инвалидности. В связи с чем, истец полагает, что ответчик при заключении договора сообщила заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая с целью последующего получения страхового возмещения.

Решением Янаульского районного суда Республики Башкортостан от дата постановлено:

исковые требования акционерного общества «Объединенная страховая компания» к ФИО1 о признании договора недействительным – удовлетворить.

Признать договор страхования № УФКИС20001019 от 04.06.2025г., заключенный между АО «Объединенная страховая компания» и ФИО1 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, взыскав АО «Объединенная страховая компания» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (№...) уплаченную сумму страховой премии в размере 33 208,70 рублей.

Взыскать с ФИО1 (№...) в пользу АО «Объединенная страховая компания» (ИНН <***>) расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 000 руб.

Не согласившись с вынесенным решением, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила его отменить по мотивам незаконности и необоснованности, указывая об отсутствии оснований для признания заявленного события страховым случаем.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.

Информация о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно была размещена на интернет сайте Верховного Суда Республики Башкортостан.

Не явившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив оспариваемое решение в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав представителей сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что согласно справке ФКУ ГБ МСЭ по РБ Минтруда России Бюро № 7 серии МСЭ-2025 №... от 04.06.2025г. ФИО1 установлена инвалидность, присвоена 2 группа инвалидности по общему заболеванию, инвалидность установлена до 1.07.2026г., справка выдана 18.06.2025г.

Согласно ответу ГБУЗ РБ поликлиника № 50 г.Уфа № 1917 от 17.09.2025г. согласие на направление и проведение медико-социальной экспертизы было получено от пациентки ФИО6 31.05.2025г., пациентка была направлена на медико-социальную экспертизу согласно протоколу врачебной комиссии №... от 04.06.2025г.

Согласно выписным эпикризам, представленным в материалы дела, ответчик находилась на стационарном лечении с 04.04.2023г. по 14.04.2023г. с диагнозом Гонартроз левого коленного сустава 3 ст., гонартроз правого коленного сустава 2 ст. Со слов пациентки страдает заболевание около 10 лет, 5 лет – обострение, 07.04.2023г. проведена операция по эндопротезированию ортопедическому левого коленного сустава.

ФИО1 проходила стационарное лечение в связи с наличием указанного диагноза с 07.09.2023г. по 23.10.2023г., с 13.05.2024г. по 20.05.2024г. (14.05.2024г. – операция по ревизионному эндопротезированию левого коленного сустава) с 20.05.2024г. по 25.06.2024г., с 26.06.2024г. по 05.07.2024г., с 24.11.2024г. по 02.12.2024г. (проведено вскрытие сустава), с 03.02.2025г. по 28.03.2025г., с 22.04.2025г. по 28.05.2025г. (28.04.2025г. – оперативное вмешательство по иссечению поражения подкожно-жировой клетчатки).

В заявлении-анкете на комплексное ипотечное страхование от 4.06.2025г. при ответе на вопросы № 6.1.16 «Заболевания и расстройства опорно-двигательного аппарата: дистрофия, миопатия, остеопороз, остеомиелит, артрит, артроз, подагра, радикулит, остеохондроз, смещение дисков и/или позвонков, паралич, ампутация, боли в суставах, в позвоночнике, врожденная патология и д.р.»; № 6.1.25 «Установлена ли группа инвалидности в настоящее время? Рассматриваются ли в настоящее время Ваши документы в органах МСЭК на предмет установления группы инвалидности?» машинописным способом проставлена отметка в графе «нет». По другим вопросам об имеющихся заболеваниях также проставлены машинописным способом отметки в графе «нет».

Удовлетворяя исковые требования АО «ОСК» и признавая недействительным договор страхования, суд первой инстанции исходил из того, что на момент заключения договора страхования ФИО1 имела заболевание, явмвшееся основанием установления инвалидности, и в отношении нее рассматривался вопрос об установлении инвалидности, о чем ей было известно, но указанные сведения ею не были сообщены страховщику. При заключении договора страхования ответчик сообщила страховщику недостоверные сведения, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового события и последствий его наступления, и не могла не знать о возможности установления ей инвалидности.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными выводами суда.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховым случаем является свершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

На основании пункта 3 статьи 940 данного кодекса страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования.

Положениями статьи 944 названного выше кодекса предусмотрено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 этого кодекса (пункт 3).

В силу пункта 2 статьи 945 этого же кодекса при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Статьей 959 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска.

Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора в соответствии с правилами, предусмотренными главой 29 данного кодекса (пункт 2).

При неисполнении страхователем либо выгодоприобретателем предусмотренной в пункте 1 данной статьи обязанности незамедлительно сообщить страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска, страховщик вправе потребовать расторжения договора страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением договора (пункт 5 статьи 453) (пункт 3).

При личном страховании последствия изменения страхового риска в период действия договора страхования, указанные в пунктах 2 и 3 данной статьи, могут наступить, только если они прямо предусмотрены в договоре (пункт 5).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43).

По смыслу абзаца второго статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45).

Кроме того, статьей 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" на исполнителя возлагаются дополнительные обязанности по предоставлению потребителю в доступной форме необходимой и достоверной информации об услуге, обеспечивающей возможность правильного ее выбора.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что условия договора личного страхования должны толковаться с учетом его цели и существа законодательного регулирования этих отношений, а все противоречия, неясности и сомнения подлежат толкованию в пользу гражданина-потребителя, в том числе выгодоприобретателей и правопреемников.

В частности, для сходных правоотношений в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества" разъяснено, что исходя из положений пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества, в связи с чем к условиям договора помимо перечисленных в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть отнесены и другие условия (в частности, территория использования или место нахождения застрахованного имущества; перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми (например, управление транспортным средством лицом, не допущенным к управлению в рамках договора добровольного страхования транспортного средства; угон транспортного средства с оставленными регистрационными документами, если в соответствии с договором страхования страховым риском является кража или угон транспортного средства без документов и (или) ключей).

Стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества (страховой полис) перечень страховых событий и исключений из него, условия о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности не ущемляют права потребителя (статья 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей").

При этом в пункте 16 этого же постановления указано, что по общему правилу при неясности условий договора страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия (часть 2 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной является страховщик как лицо, профессионально осуществляющее деятельность в страховой сфере.

С учетом изложенного выше при заключении договора личного страхования в нем должно быть определено событие (страховой случай), связанное с причинением вреда жизни или здоровья страхователя или иного названного в договоре гражданина, с наступлением которого страховщик обязуется уплачивать страхователю или выгодоприобретателю единовременно или периодическими платежами страховую сумму.

При этом страховой риск и обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков, подлежат определению при заключении договора с последующей обязанностью страхователя (выгодоприобретателя) сообщать об изменениях в этих обстоятельствах.

Страховщик может воспользоваться правом на оценку страхового риска путем обследования страхуемого лица для оценки состояния его здоровья либо оговорить в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в письменном запросе обстоятельства, имеющие существенное значение для оценки страхового риска, о наличии или отсутствии которых страхователь обязан сообщить при заключении договора страхования.

В случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон толкование условий договора осуществляется в пользу гражданина-потребителя, заключившего договор с профессиональным страховщиком.

Как следует из условий исследуемого договора, Страховщик, не выясняя обстоятельств состояния здоровья страхователя, наличия у него каких-либо заболеваний, не воспользовавшись правом на оценку страхового риска, заключил с гражданином-потребителем договор личного страхования, предусматривающий страховой случай для застрахованного лица: установление застрахованному лицу инвалидности; смерть застрахованного лица по любой причине.

Как следует из акта медико – социальной экспертизы от 18 июня 2025 г. № АМСЭ-225-000673064 ФИО1 установлена инвалидность II группы в связи с установлением диагноза «первичный генерализованный (остеоартроз); двухсторонний гонартроз 3 стадия».

Вместе с тем, при ответе на вопросы о наличии заболеваний, предложенных страховщиком в напечатанном виде в полисе страхования, заболевание, послужившее установлением инвалидности ФИО1, не указано.

Согласно ответу БМСЭ на запрос судебной коллегии от дата, по направлению на медико – социальную экспертизу от дата ФИО1 освидетельствована первично без личного присутствия дата, установлена вторичная группа инвалидности сроком на 1 год.

При этом ГБУЗ РБ Поликлиника №... адрес на запрос судебной коллегии не представлено доказательств того, что согласие на проведение медико – социальной экспертизы было в действительности оформлено дата, амбулаторная карта и само согласие ФИО1 по запросу суда не представлены. ФИО1 отрицала факт нахождения у нее медицинской амбулаторной карты.

Таким образом, материалами дела не подтверждено, что ФИО1 безусловно знала об установлении ей инвалидности дата и что такая инвалидность была установлена на день заключения договора страхования.

С учетом изложенного судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции, о том, что имея заболевания опорно – двигательного аппарата, о наличии которого ФИО1 знала, однако скрыла данную информацию от страховщика, что влечет признание договора страхования недействительным, незаконными и необоснованными.

Обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений в силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит на страховщике.

При тех обстоятельствах, что страховщиком заявлены требования о признании договора страхования недействительным, то именно на него возлагается бремя

доказывания умысла у ФИО1 на сообщение заведомо ложных сведений о состоянии ее здоровья, в том числе относительно установления инвалидности (правовая позиция Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации по делу №...-КГ25-18-К7 от дата, Определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции от №... от дата).

Отсутствуют основания полагать, что при заключении договора страхования ФИО1 достоверно было известно о проведении в отношении нее медико – социальной экспертизы, об установлении ей инвалидности, и она намеренно скрыла информацию о своей инвалидности, с целью обмана Страховщика, в связи с чем, судебная коллегия полагает, что у суда не имелось безусловных оснований, предусмотренных ст. 178 ГК РФ, для признания спорного договора страхования недействительным.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит отмене в с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 327 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 8 декабря 2025 г. отменить.

Принять новое решение.

В удовлетворении исковых требований акционерного общества «Объединенная страховая компания» к ФИО1 о признании договора страхования недействительным – отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 апреля 2026 г.