Решение № 12-163/2021 от 23 марта 2021 г. по делу № 12-163/2021

Дело № 12-163/2021 Судья: Хайретдинова Ю.Р.


РЕШЕНИЕ

24 марта 2021 года город Челябинск

Судья Челябинского областного суда Майорова Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Челябинского областного суда дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1, по жалобе ФИО1 на постановление судьи Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 31 января 2021 года,

установил:

постановлением судьи Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 31 января 2021 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренном частью 5 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 10000 рублей.

Не согласившись с постановлением судьи, ФИО1 обратился в Челябинский областной суд с жалобой, в которой просит постановление судьи отменить, производство по делу прекратить виду наличия обстоятельств, предусмотренных статьей 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление. В обоснование доводов жалобы указывает, что участие в публичном мероприятии не является противоправным, а правомерной реализацией права на свободу мирных собраний и свободу выражения мнения, закрепленных в статьях 10 и 11 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод». Полагает нарушенными процессуальные требования, установленные КоАП РФ и положений статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основанных свобод, поскольку отсутствие прокурора при рассмотрении дела об административно правонарушении нарушило его право на справедливое и беспрепятственное судебное разбирательство, в ходе судебного разбирательства не были допрошены в качестве свидетелей должностные лица, составившие процессуальные документы. Считает, что допущены нарушения статьи 18 Конвенции. Задержание и доставление в отдел полиции, нарушило его права, гарантированные Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

ФИО1, представители административного органа в судебное заседание в Челябинский областной суд не явились, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела в адрес суда не направили. На основании пунктов 2, 4 части 1 статьи 30.6 КоАП РФ считаю возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив доводы жалобы, проверив материалы дела в полном объеме, прихожу к следующим выводам.

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст. ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Порядок реализации установленного Конституцией РФ права граждан России собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование регулируется Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

В статье 2 ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» публичное мероприятие определено как открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений.

Как следует из правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в определениях от 24 октября 2013 года № 1618-О, от 24 октября 2013 года № 1619-О, Федеральный закон № 54-ФЗ в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (статьи 5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (статья 6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (статьи 12 - 17). Данным положениям корреспондируют положения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях (статьи 5.38, 20.2), в том числе ответственность участника публичного мероприятия за нарушение установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования (части 5 и 6 статьи 20.2). При этом в силу общих положений данного Кодекса (часть 1 статьи 2.1) ответственность участника публичного мероприятия может наступать только в случае совершения им противоправных, виновных действий или его противоправного, виновного бездействия.

Правовой статус участника публичного мероприятия закреплен в статье 6 ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

В соответствии со статьей 6 ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Согласно статьи 7 ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уведомление о проведении публичного мероприятия (за исключением публичного мероприятия, проводимого депутатом законодательного (представительного) органа государственной власти, депутатом представительного органа муниципального образования в целях информирования избирателей о своей деятельности при встрече с избирателями, а также собрания и пикетирования, проводимого одним участником без использования быстровозводимой сборно-разборной конструкции) подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия. Уведомление о проведении публичного мероприятия депутатом законодательного (представительного) органа государственной власти, депутатом представительного органа муниципального образования в целях информирования избирателей о своей деятельности при встрече с избирателями (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником без использования быстровозводимой сборно-разборной конструкции) подается в срок не ранее 10 и не позднее 5 дней до дня проведения публичного мероприятия. При проведении пикетирования группой лиц либо пикетирования, осуществляемого одним участником с использованием быстровозводимой сборно-разборной конструкции, создающей препятствия для движения пешеходов и транспортных средств, уведомление о проведении публичного мероприятия может подаваться в срок не позднее трех дней до дня его проведения, а если указанные дни совпадают с воскресеньем и (или) нерабочим праздничным днем (нерабочими праздничными днями), – не позднее четырех дней до дня его проведения.

Порядок проведения публичного мероприятия определен положениями Закона Челябинской области № 40-ЗО от 29 июня 2006 года (с изменениями, внесенными законом № 339-ЗО от 11 мая 2016 года) «О некоторых вопросах правового регулирования проведения публичного мероприятия на территории Челябинской области».

Согласно ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных ч. 6 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа в размере от десяти тысяч до двадцати тысяч рублей или обязательные работы на срок до сорока часов.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, ФИО3 31 января 2021 года около 12 часов 30 минут около дома <данные изъяты> по пр. Ленина в г.Магнитогорске, ФИО1 участвовал в проведении несанкционированного митинга, осуществлял участие в митинге, порядок проведения которого не был согласован с органами местного самоуправления, организованном с нарушением п.1 ч.3 ст.6 ФЗ №54 -ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествии и пикетированиях» от 19.06.2004 г. На неоднократные требования сотрудников полиции, доводимые, в том числе по средствам громкоговорителей, прекратить участие в незаконном мероприятии, не реагировал, место проведения митинга не покинул, то есть совершил правонарушение, предусмотренное ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ.

Из имеющегося в материалах дела сообщений администрации г. Магнитогорска Челябинской области следует, что указанное публичное мероприятие по вышеуказанному адресу не было согласовано.

Установленное судьей районного суда административное правонарушение ФИО2, подтверждается представленными в дело доказательствами: протоколом об административном правонарушении № 2421002551 от 31 января 2021 года, рапортом сотрудника полиции; письменными объяснением свидетеля РВА; сообщением администрации г.Магнитогорска Челябинской области, а также иными материалами дела.

Все доказательства, имеющиеся в материалах дела, получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для их переоценки не имеется.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного ФИО1 административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ, имеются сведения о разъяснении ему прав, предусмотренных ст. 25.1, 25.5 КоАП РФ, а также ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. Каких-либо неустранимых сомнений в виновности не имеется, положения статьи 1.5 КоАП РФ соблюдены.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ.

Довод жалобы о том, что привлечение к административной ответственности представляет собой необоснованное вмешательство в реализацию прав, гарантированных статями 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, несостоятелен и подлежит отклонению.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (пункт 1 статьи 2), предусматривается ряд процедур, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности (статья 4): в том числе обязанность подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления предварительное уведомление, с тем, чтобы довести до их сведения необходимую информацию о планируемом публичном мероприятии (пункт 7 статьи 2, часть 3 статьи 7).

Таким образом, процедура предварительного уведомления органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия, в том числе о предполагаемой численности его участников, имеет целью реализацию конституционного права граждан Российской Федерации на мирное проведение собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирований в условиях, обеспечивающих соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности, достижение баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и иных лиц - с другой, а также позволяющих органам публичной власти принять адекватные меры по предупреждению и предотвращению нарушений общественного порядка и безопасности, обеспечению защиты прав и свобод как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них не участвующих.Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 2 апреля 2009 года № 484-О-П, гарантированное Конституцией Российской Федерации, ее статьей 31, право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование может быть ограничено федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации).

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права.

Данное право, как указывал Европейский Суд по правам человека, являясь основополагающим правом в демократическом обществе, тем не менее в силу п. 2 ст. 11 названной Конвенции может подлежать ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (Постановления от 26 июля 2007 года по делу «М. против Российской Федерации», от 14 февраля 2006 года по делу «Христианско-демократическая народная партия против Молдовы» и от 20 февраля 2003 года по делу «Джавит Ан (Djavit An) против Турции»).

Частью 3 ст. 17 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ осуществление названного права не должно нарушать права и свободы других лиц.

При этом, принимая участие в несогласованном публичном мероприятии и не выполняя в ходе его проведения законные требования сотрудников полиции о прекращении участия в таком мероприятии, ФИО1 имел возможность предвидеть в степени, которая является разумной при таких обстоятельствах, последствия, которые может повлечь данное его действие, а именно, требование о прекращении участия в несанкционированном публичном мероприятии.

Таким образом, права, установленные статьями 10 и 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьей 31 Конституции РФ по рассматриваемому делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 не нарушены.

Доводы ФИО1, приводимые в жалобе о нарушении процессуальных требований, установленные КоАП РФ и положений статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основанных свобод является несостоятельным.

Участие ФИО1 в несогласованном публичном мероприятии в форме митинга со всей очевидностью следует из рапорта, протокола об административном правонарушении, письменных объяснений ФИО1, письменных объяснений свидетеля РВА, иных доказательств, из которых следует, что 31 января 2021 года на площади Народных гуляний (Куранты) сотрудниками полиции был задержан ФИО1, который в ходе несогласованного публичного мероприятия, проходившего в форме митинга, являлся активным участником несанкционированного митинга и выкрикивал лозунги. На неоднократные сотрудниками полиции требования, доводимые звукоусиливающей аппаратуры ФИО1 прекратить участие в незаконном публичном мероприятии, не реагировал, продолжал участвовать в мероприятии.

Не доверять перечисленным выше данным доказательствам оснований не имеется, поскольку изложенные в рапорте обстоятельства согласуются с изложенным в протоколе об административном правонарушении событием административного правонарушения.

Содержание рапорта в совокупности с иными доказательствами позволяет установить обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении, изложенные в ст. 26.1 КоАП РФ.

Ставить под сомнение достоверность сведений, изложенных в процессуальных документах должностных лиц, непосредственно выявивших административное правонарушение, оснований не имеется, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ, а поэтому обоснованно приняты судьей районного суда и положены в основу обжалуемого судебного решения.

Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о заинтересованности указанных сотрудников правоохранительных органов, составивших рапорты и давших письменные объяснения по обстоятельствам совершения заявителем административного правонарушения, в исходе рассматриваемого дела не имеется, оснований для оговора ими ФИО1 не установлено, а исполнение сотрудниками полиции, являющимися должностными лицами, наделенными государственно-властными полномочиями, своих служебных обязанностей, в которые входит охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, выявление административных правонарушений, само по себе не может ставить под сомнения их действий по сбору доказательств и составлению процессуальных документов.

Рапорт сотрудника полиции отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам ст. 26.2 КоАП РФ, так как содержит необходимые сведения, указывающие на событие данного нарушения, так и на лицо, к нему причастное. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности указанных лиц, составившего рапорт, материалы дела не содержат, а исполнение сотрудниками правоохранительных органов своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений, само по себе, не может свидетельствовать об его предвзятости в изложении совершенного ФИО1 административного правонарушения.

Положениями п. 7 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» предусмотрено, что полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей представляется право обращаться к группам граждан, нахождение которых в общественных местах не связано с проводимыми на законных основаниях публичными и массовыми мероприятиями, с требованием разойтись или перейти в другое место, если возникшее скопление граждан создает угрозу их жизни и здоровью, жизни и здоровью других граждан, объектам собственности, нарушает работу организаций, препятствует движению транспорта и пешеходов.

В данном случае действия сотрудников полиции по прекращении вышеназванного публичного мероприятия были законными, основанными на требованиях Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ Челябинской области «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», с учетом того, что указанное публичное мероприятие в форме митинга в установленном законом порядке не было согласовано с органами исполнительной власти, проходило в центральной части города, в месте расположения особо значимых объектов и нахождения значительного скопления людей, обусловлены соображениями национальной безопасности и необходимостью защиты прав иных лиц.

Позиция заявителя, заключающаяся в том, что судом нарушено право на справедливое судебное разбирательство, нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, поскольку судебном заседании прокурор участия не принимал, является ошибочной и подлежит отклонению.

Участие прокурора при рассмотрении дала об административном правонарушении четко закреплено нормами КоАП РФ. Указание в жалобе о необходимости присутствия стороны обвинения в процессе расценивается как неверное понимание закона. Так, перечень дел об административном правонарушении, которые возбуждаются прокурором, закреплен в статье 28.4 КоАП РФ. При этом в перечне статьи 20.2 КоАП РФ, не содержится. В отношении ФИО1 прокурором дело не возбуждалось, а потому его участие при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 не является обязательным. Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учетом требований статьи 1.5 КоАП РФ.

Согласно статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьям 46, 47 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на судебную защиту посредством независимого и беспристрастного суда, компетенция которого установлена законом.

Нарушений Конституции РФ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм КоАП РФ, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Указание в жалобе заявителем на нарушение норм КоАП РФ и Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с задержанием и доставлением в отдел полиции ФИО1, не свидетельствует о нарушении прав последнего.

В силу части 1 статьи 27.1 КоАП РФ, закрепляющей, что в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, в частности доставление и административное задержание.

При этом, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

В качестве таких мер, связанных с временным принудительным ограничением свободы, ч. 1 ст. 27.2 КоАП РФ предусмотрено доставление и п. 2 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ - административное задержание, в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным, в связи с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении.

Довод жалобы о незаконности примененного к ФИО1 административного задержания, является несостоятельным.

Как усматривается из материалов дела мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания к ФИО1 не применялась.

Иные приведенные в жалобе доводы не нашли своего объективного

подтверждения, не опровергают наличие в действиях заявителя объективной стороны состава вмененного ему административного правонарушения, и не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшегося по делу постановления судьи районного суда, направлены на переоценку исследованных судьей доказательств, расцениваются, как стремление избежать административной ответственности за совершение административного правонарушения.

Несогласие с оценкой, данной собранным по делу доказательствам, равно как и несогласие с судебным постановлением, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.

Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в статьях 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Административное наказание в виде административного штрафа назначено ФИО1 судьей в пределах санкции ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, с учетом требований ст. 3.1, 3.5, 4.1 КоАП РФ. При назначении административного наказания судья районного суда учел характер совершенного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность, личность правонарушителя, его имущественное положение, отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность, а также цель административного наказания – предупреждение совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами. Оснований для изменения назначенного наказания не имеется.

Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, которые не позволили бы всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, при производстве по делу об административном правонарушении не допущено.

При таком положении основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 30.7, 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Челябинского областного суда

решил:

постановление судьи Правобережного районного суда года г. Магнитогорска Челябинской области от 31 января 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 5 статьей 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Е.Н. Майорова