Апелляционное постановление № 22-415/2025 от 24 апреля 2025 г.

Судья Вербовой Н.Г. Дело № 22-415/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 25 апреля 2025 г.

Курганский областной суд в составе

председательствующего Меньщикова В.П.,

при секретарях Туговой А.Н., Шайда М.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Шадринского районного суда Курганской области от 22 января 2025 г., по которому

ФИО1, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 200000 рублей с рассрочкой его выплаты на десять месяцев с момента вступления приговора в законную силу путем уплаты ежемесячно равными платежами, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

В соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискован и обращен в собственность государства автомобиль «<...>», государственный регистрационный номер №, принадлежащий ФИО1

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Тюленева В.Г., защитника наряду с адвокатом Мальгиной М.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Мешкова А.А., полагавшего необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в том, что управлял автомобилем в состоянии опьянения, будучи лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено <...> в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным, просит его отменить. Ссылаясь на п. 4 постановления Пленума Верховного суда РФ № 55 от 29 ноября 2026 г. «О судебном приговоре», ст. 15 УПК РФ и нормы международного права, указывает, что судом было нарушено его право на защиту, поскольку не были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Считает, что стороне защиты необоснованно было отказано в допросе свидетеля ВЛВ посредством видеоконференц-связи, которая в силу возраста не смогла участвовать в судебном заседании лично; необоснованно отказано в отложении судебного заседания для допроса свидетеля ИОВ, находившейся в служебной командировке. Суд не предоставил ему возможность надлежаще подготовиться к выступлению в последнем слове с учетом того, что в судебном заседании <...> отсутствовал защитник наряду с адвокатом Мальгина М.А., хотя для обсуждения своей позиции ему необходима была консультация двух защитников. Предоставленный судьей тридцатиминутный перерыв для подготовки к последнему слову не являлся достаточным с учетом его плохого самочувствия.

Ссылаясь п. 2.3.2 постановления Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090 «О правилах дорожного движения», оспаривает законность требования сотрудников ГИБДД о прохождении им медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Указывает, что признаки алкогольного опьянения у него отсутствовали. Полагает, что причина отказа от прохождения медицинского освидетельствования была вынужденная, поскольку он не смог своевременно дозвониться до супруги, чтобы передать ей под присмотр малолетнюю дочь, которая в тот момент находилась в его автомобиле.

Считает, что при изложении обвинения допущены противоречия. В частности, констатируется необходимость медицинского освидетельствования с его последующим отказом и нахождение его в состоянии алкогольного опьянения. Между тем, согласно показаниям прибора алкотектора «<...>», состояние опьянения у него установлено не было.

Оспаривает приговор в части конфискации автомобиля «<...>». Судом не учтено, что правом на управление транспортным средством также обладает его супруга, которая пользуется автомобилем для перевозки детей. Суд необоснованно не рассмотрел возможность применения положений ч. 1 ст. 104.2 УК РФ о конфискации у виновного денежной суммы, соответствующей стоимости конфискованного имущества.

Полагает, что имеются основания для применения положений ст. 64 УК РФ.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного государственный обвинитель Шадринской межрайонной прокуратуры Санникова Е.И. считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, необоснованными, просит их оставить без удовлетворения, приговор – без изменения.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности ФИО1 в содеянном на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных и достаточных доказательств, содержание и анализ которых приведены в приговоре.

В подтверждение вывода о виновности ФИО1, суд обоснованно сослался в приговоре на показания свидетелей НАС, КЕА, а также показания осужденного в части, не противоречащей установленным обстоятельствам дела, письменные материалы уголовного дела: протокол об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние опьянения с использованием алкотектора, протокол о направлении на медицинское освидетельствование, протокол об административном правонарушении, протокол осмотра предметов и другие доказательства, подробно изложив их существо.

Всем доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 17, 87, 88 УПК РФ, достоверными обоснованно признаны те из них, которые соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены другими доказательствами.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, а также достаточность их совокупности для вывода о доказанной виновности осужденного в совершении преступления сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Все доводы стороны защиты о невиновности ФИО1 были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отвергнуты как опровергнутые совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Осужденный ФИО1 в судебном заседании пояснил, что в <...> г. он управлял принадлежащим ему автомобилем, в салоне которого находилась его малолетняя дочь. Во дворе дома по <адрес> в <адрес> около <...> час. к нему подошел сотрудник ГИБДД и попросил предъявить документы. В служебном автомобиле ему было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что он согласился. По результатам освидетельствования у него не было установлено состояния опьянения. После этого ему было предложено пройти освидетельствование в медицинском учреждении, однако он отказался, поскольку не мог оставить своего ребенка одного без присмотра. Перед тем как отказаться от освидетельствования, он просил сотрудников полиции дать ему возможность связаться с супругой, чтобы она забрала ребенка, однако ему в этом отказали. Права и последствия отказа от освидетельствования в медицинском учреждении ему разъясняли.

Суд проанализировал показания осужденного ФИО1 в судебном заседании, дал им надлежащую оценку.

Как следует из показаний сотрудников <адрес> НАС и КЕА, данных в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т. <...>), <...>, находясь на службе, они обратили внимание на автомобиль марки «<...>», государственный регистрационный знак №, который поворачивал на <адрес>. У них появились подозрения о том, что водитель данного автомобиля находится в состоянии опьянения. Водитель автомобиля припарковался во дворе <адрес>. В ходе проверки документов было установлено, что ФИО1 был лишен права управления транспортным средством. От осужденного исходил запах алкоголя из полости рта. В связи с этим ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством. На предложение пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, водитель согласился. По результатам освидетельствования не было установлено состояние алкогольного опьянения. Поскольку у ФИО1 имелись признаки опьянения, ему было предложено пройти освидетельствование в медицинском учреждении и были разъяснены последствия отказа от него. ФИО1 ответил отказом. Данный отказ был зафиксирован в протоколе об административном правонарушении и на видеозаписи. Права и обязанности водителю были разъяснены.

Согласно показаний свидетеля ВОА, в <...> г. перезвонив супругу ФИО1, она узнала, что его на <адрес> в <адрес> остановили сотрудники ГИБДД. Придя к указанному мужем месту, она увидела, что ее супруг сидит в служебном автомобиле и на него составляют протокол. В автомобиле мужа находился их ребенок, она села к нему. В тот день ФИО1 спиртные напитки не употреблял.

Виновность осужденного подтверждается письменными материалами дела: рапортом об обнаружении признаков состава преступления (т. 1 л.д. <...>), протоколом об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством (т. 1 <...>); актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (т. <...>); протоколом о направлении осужденного на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (т. <...>); протоколом изъятия вещей и документов и карточкой операции с водительским удостоверением, согласно которым у ФИО1 изъято водительского удостоверение (т. <...>); протоколом осмотра места происшествия от <...>, в ходе которого осмотрен участок местности по адресу: <адрес>, изъяты автомобиль марки «<...>» государственный регистрационный знак №, который был признан вещественным доказательством (т. <...>); постановлением мирового судьи судебного участка № <адрес><адрес> от <...> о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, которым подтверждается, что на <...> ФИО1 являлся лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения (т. <...>); ответом на запрос, согласно которому ФИО1 водительское удостоверение на хранение в ОГМБДД не сдавал, оно было изъято <...> (т<...>); карточкой учета, свидетельством о регистрации и паспортом транспортного средства, согласно которым владельцем автомобиля «<...>», государственный регистрационный знак №, является ФИО1 (т. <...>).

Также судом был исследован протокол осмотра предметов от <...> (т. <...> в котором отражено содержание трех видеофайлов о прохождении осужденным освидетельствования с применением алкотектора, его отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Указанные видеофайлы исследованы в судебном заседании.

Каких-либо значимых расхождений между содержанием видеозаписи и ее описанием в протоколе осмотра СД-диска суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд в приговоре обоснованно признал показания свидетелей НАС, КЕА достоверными, не содержащими существенных противоречий, мотивировав свои выводы. Данных, свидетельствующих о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела, равно как и оснований для оговора ими осужденного, в судебном заседании не установлено и из материалов дела не усматривается.

Всем доводам стороны защиты, равно как и показаниям свидетелей НАС и КЕА, исследованным в судебном заседании видеозаписям, дана соответствующая оценка, ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала сомнение, не было положено в основу тех или иных выводов суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом деянии.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ.

Порядок направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения соблюден, что подтверждается протоколом, составленным в соответствии с положениями ст. 27.12 КоАП РФ.

Составление протокола о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения было обусловлено наличием у сотрудников ГИБДД достаточных оснований полагать, что осужденный находится в состоянии опьянения, в частности, они сообщали о наличии у ФИО1 характерного запаха алкоголя изо рта.

Действия сотрудников ГИБДД полностью соответствовали требованиям пунктов 2 и 8 постановления Правительства РФ от 21 октября 2022 г. № 1882 «О порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения», согласно которым при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, водитель подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Все доводы стороны защиты о невиновности осужденного обоснованно отвергнуты судом с приведением подробных мотивов принятого решения.

Явно надуманными являются доводы жалобы осужденного об уважительности причин его отказа от прохождения медицинского освидетельствования в связи с тем, что у него в автомобиле находился один малолетний ребенок без присмотра. Из содержания видеозаписи, которая велась в служебном автомобиле сотрудников ГИБДД, следует, что осужденный ФИО1 не указывал в качестве причины своего отказа от прохождения медицинского освидетельствования нахождение его малолетнего ребенка без присмотра. При этом из показаний свидетеля ВОА следует, что она пришла к месту оформления административного материала еще до того момента, когда сотрудники ГИБДД окончили оформление документов в отношении ФИО1

Кроме того, судом первой инстанции верно указано, что мотив отказа осужденного от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не имеет значения для квалификации его действий.

Оснований полагать, что ФИО1 управлял автомобилем в связи с крайней необходимостью, у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку таких доказательств материалы уголовного дела не содержат.

Обстоятельства совершения ФИО1 инкриминируемого преступления подтверждаются видеозаписями отстранения осужденного от управления транспортным средством и отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

С учетом изложенного, юридическая оценка действий ФИО1 по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ является верной, поскольку она дана на основании правильно установленных фактических обстоятельств уголовного дела.

Судом в соответствии с требованиями ст. 15 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела было обеспечено равенство сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства исследованы, все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке.

Нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на правильность установления судом фактических обстоятельств дела, ограничивших права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятых судебных решений, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства по настоящему делу не допущено.

Доводы осужденного о нарушении его права на защиту в связи с тем, что суд отказал в допросе свидетеля ВЛВ посредством видеоконференц-связи, а также отказал в отложении судебного заседания для вызова и допроса свидетеля ИОВ, находившейся в служебной командировке, являются несостоятельными. Протокол судебного заседания содержит сведения о том, явка указанных свидетелей стороной защиты обеспечена не была, при том, что судебные заседания неоднократно откладывались.

Кроме того, в силу ч. 1 ст. 56 УПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. Однако заявляя ходатайство об отложении судебного заседания для вызова и допроса свидетелей, защитник наряду с адвокатом Мальгина не смогла пояснить, о каких имеющих значение для разрешения данного уголовного дела обстоятельствах могли бы сообщить ВЛВ и ИОВ

Таким образом, необоснованных отказов в допросе свидетелей стороны защиты судом допущено не было.

Доводы осужденного о нарушении его права на защиту в связи с тем, что его лишили возможности подготовиться к последнему слову, т.к. он был лишен возможности проконсультироваться у защитника наряду с адвокатом Мальгиной не основаны на законе.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» при осуществлении защиты несколькими приглашенными адвокатами, неявка кого-либо из них при надлежащем уведомлении о дате, времени и месте судебного разбирательства не препятствует его проведению при участии хотя бы одного из адвокатов.

Согласно протоколу судебного заседания <...> защитник наряду с адвокатом Мальгина в судебное заседание не явилась, при этом была надлежаще уведомлена о дате, времени и месте судебного разбирательства. При окончании судебного следствия председательствующий объявлял перерыв для консультации ФИО1 с защитником – адвокатом Столбовым, после чего осужденный сообщил, что к прениям готов. Затем осужденному предоставлялась возможность подготовиться к последнему слову и согласовать позицию с защитником Столбовым, в связи с чем председательствующим объявлялся перерыв продолжительностью 30 минут. Указанный срок для подготовки к последнему слову суд апелляционной инстанции считает разумным и достаточным, в том числе с учетом того, что данное уголовное дело рассматривалось дважды судом первой инстанции, а также рассматривалось судами апелляционной и кассационной инстанций, и ФИО1 многократно предоставлялось право обратиться к суду с последним словом.

Из протокола судебного заседания следует, что ФИО1 не заявлял о невозможности выступить с последним словом по состоянию здоровья. То обстоятельство, что осужденный обратился в медицинское учреждение после судебного заседания, не свидетельствует о том, что он не мог выступать с последним словом в связи с плохим состоянием здоровья.

При таких обстоятельствах, доводы осужденного о том, что в ходе судебного разбирательства имело место нарушение его процессуальных прав, в частности права на защиту, являются необоснованными.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, смягчающих наказание обстоятельств – наличия троих малолетних детей, неудовлетворительного состояние его здоровья, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Каких-либо иных, предусмотренных ст. 61 УК РФ, смягчающих наказание обстоятельств, которые бы не были учтены судом первой инстанции, не имеется.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенного преступления либо поведением осужденного ФИО1 во время совершения преступления или после его совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного им, позволяющих при назначении осужденному наказания применить положения ст. 64 УК РФ, из материалов дела не усматривается и судом не установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции сделан правильный вывод о возможности исправления осужденного путем назначения ему наказания, предусмотренного ст. 46 УК РФ.

Судом принято правильное решение о назначении дополнительного наказания, поскольку материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что деятельность по управлению транспортными средствами связана с единственной профессией ФИО1

Собственником транспортного средства - автомобиля «<...>» с государственным регистрационным знаком № по сведениям, содержащимся в карточке учета, свидетельстве о регистрации и в паспорте транспортного средства, является ФИО1 (т. <...>).

Судом установлено, что ФИО1 управлял в состоянии опьянения принадлежащим ему на праве собственности автомобилем <...>», который был признан вещественным доказательством по уголовному делу. Поскольку осужденный использовал данное транспортное средство при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, суд на основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ принял правильное решение о конфискации принадлежащего осужденному автомобиля.

Согласно ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о его конфискации невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, то суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Поскольку из материалов уголовного дела следует, что <...> ФИО1, совершая преступление, управлял принадлежащем ему автомобилем «<...>», и сведений о его отчуждении не имелось, то вопреки доводам жалобы у суда первой инстанции при вынесении приговора отсутствовали основания для вынесения решения о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости изъятого автомобиля.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не допущено.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет со дня совершения преступления небольшой тяжести.

Согласно ч. 2 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления до момента вступления приговора в законную силу.

Согласно ч. 8 ст. 302 УПК РФ при установлении факта истечения срока давности в ходе судебного разбирательства суд постановляет по делу обвинительный приговор с освобождением осужденного от назначенного ему наказания.

Как установлено судом апелляционной инстанции, инкриминируемое ФИО1 преступление совершено <...> Поскольку срок давности уголовного преследования ФИО1 за данное преступление, являющееся преступлением небольшой тяжести, составляет 2 года и истек до вступления приговора в законную силу, осужденный подлежит освобождению от назначенного ему за указанное преступление наказания.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Шадринского районного суда Курганской области от 22 января 2025 г. в отношении ФИО1 изменить.

Освободить ФИО1 от назначенного по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ наказания на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальном приговор, в том числе в части конфискации автомобиля «<...>», государственный регистрационный номер №, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.П. Меньщиков