Апелляционное определение № 33-2480/2026 от 7 апреля 2026 г.

Председательствующий: Лопаткин В.А. № 33-2480/2026

55RS0001-01-2025-003673-18


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 апреля 2026 года г. Омск

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе: председательствующего Перфиловой И.А.,

судей Калининой К.А., Мезенцевой О.П.,

при секретаре Павленок Е.И.,

с участием прокурора Марченко Т.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело № 2-41/2026

по апелляционной жалобе истца ФИО1, третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3, действующего в интересах несовершеннолетнего ЛСО,

на решение Кировского районного суда города Омска от 19 января 2026 года

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение и судебных издержек,

по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда,

по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, действующего в интересах несовершеннолетнего ЛСО, к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда,

по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Мезенцевой О.П., судебная коллегия

Установила:

ФИО1 и ФИО5 обратились в суд с исковым заявлением к ООО «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение и судебных издержек, ссылаясь на то, что 05 декабря 2024 года около 13 час. 26 мин. ФИО6, управляя автомобилем марки КАМАЗ 54115-15, государственный регистрационный знак <...>, в составе автопоезда с полуприцепом Schmitz S01, государственный регистрационный знак АН 0940/55, как водитель ООО «Торговый Дом «Любинский» в рамках исполнения трудовых обязанностей, находился у дома № 3А по улице 3-ей Автомобильной и, управляя указанным автопоездом, двигался задним ходом по проезду между домами № 3А/1 и 3№ 3А/2 в направлении дома № 3А корпус 5 по указанной улице. В процессе движения ФИО6 проявил небрежность, неверно оценил складывающуюся дорожно-транспортную ситуацию, не принял необходимых и достаточных мер к обзору дороги позади транспортного средства, не воспользовался помощью других лиц для обеспечения безопасного проезда, не учтя, что по ходу движения управляемого транспортного средства могут оказаться люди, допустил наезд на ФИО7, которая пересекала траекторию его движения справа налево по ходу его движения. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО7 были причинены телесные повреждения, которые повлекли смерть пострадавшей. ФИО1 является родным братом погибшей, ФИО5 – отцом.

ФИО1 просил взыскать с ООО «Торговый дом «Любинский» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб., расходы на погребение в размере 91 500 руб., судебные расходы в размере 70 000 руб.;

ФИО5 просил взыскать с ООО «Торговый дом «Любинский» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб., расходы на погребение в размере 94 000 руб., судебные расходы в размере 70 000 руб.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, действующий в интересах несовершеннолетнего ЛСО, обратился с иском к ООО «Торговый дом «Любинский», ссылаясь на то, что ЛСО является сыном погибшей ФИО7 Из-за смерти матери ребенок испытал нравственные и моральные страдания. Просил взыскать с ООО «Торговый дом «Любинский» компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 руб.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 также обратился с иском к ООО «Торговый дом «Любинский», ссылаясь на то, что приходится братом погибшей ФИО7 В результате противоправных действий ФИО6, повлекших смерть ФИО7, ему был причинен моральный вред. Просил взыскать с ООО «Торговый дом «Любинский» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 обратилась с иском к ООО «Торговый дом «Любинский», ссылаясь на то, что приходится матерью погибшей. В связи с гибелью дочери, перенесенными в связи с этим переживаниями и стрессом, ухудшилось состояние ее здоровья. Просила взыскать с ООО «Торговый дом «Любинский» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб.

Определением Кировского районного суда города Омска от 27 ноября 2025 года, в связи со смертью истца ФИО5, произведена замена стороны истца ФИО5 по требованиям о взыскании расходов на погребение, а также расходов, связанных с подачей гражданского иска, на правопреемников ФИО1, ФИО4 и ФИО8 в лице законного представителя ФИО3. Производство по гражданскому делу по иску ФИО5 к ООО «Торговый дом «Любинский» о взыскании компенсации морального вреда – прекращено.

Определением Кировского районного суда города Омска от 19 января 2026 года суд принял частичный отказ третьих лиц с самостоятельными требованиями ФИО4, ЛСО в лице законного представителя ФИО3 от заявленных требований ФИО5 к ООО «Торговый дом «Любинский» в части о взыскании расходов на погребение, производство по заявлению в этой части прекратил.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Представитель истца ФИО1, третьих лиц с самостоятельными требованиями ФИО4, ФИО2, ЛСО в лице законного представителя ФИО3 - ФИО9, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Третьи лица с самостоятельными требованиями ФИО4, ФИО2, ЛСО в лице законного представителя ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежавшим образом.

Представитель ответчика ООО «Торговый дом «Любинский» - ФИО10 в судебном заседании представил письменный отзыв на иск. Полагал, что требования истцов не подлежат удовлетворению в заявленном размере в виду чрезмерности.

ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований не возражал.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил.

Старший помощник прокурора Кировского административного округа города Омска – Краузина Л.А. считала исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении требований, с ответчика пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 250 000 руб., расходы на погребение 66 950 руб., расходы по оплате юридических услуг 50 000 руб.;

в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 250 000 руб.;

в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 400 000 руб.;

в пользу ЛСО, <...> года рождения, в лице законного представителя ФИО3 взыскана компенсация морального вреда 500 000 руб.

в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 12 000 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 и третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3, действующего в интересах несовершеннолетнего ЛСО, выражают несогласие с постановленным решением в части размера компенсации морального вреда. Указывают, что между умершей и членами семьи были близкие родственные отношения, они совместно отмечали праздники, крестили детей. Умершая постоянно оказывала медицинскую помощь родителями и помощь в ведении хозяйства. После расторжения брака родителей ЛСО проживал с матерью.

Третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, ФИО4, ФИО3, действующий в интересах ЛСО, третье лицо не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, представитель ответчика ООО «Торговый дом «Любинский» в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, извещены надлежащим образом, что в соответствии с частью 1 статьи 327, частей 3,4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлось препятствием к рассмотрению дела по апелляционной жалобе.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность судебного постановления, его соответствие нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения истца ФИО1, представителя истца и третьих лиц ФИО2 и ФИО3 - ФИО9, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Омской области Марченко Т.В., просившей об оставлении решения суда без изменения, судебная коллегия приходит к следующему.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

Такие нарушения при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции не были допущены.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии с абзацем 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Из разъяснений, изложенных в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что в случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Аналогичные разъяснения даны в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Требование истца о возмещении вреда может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности: факта причинения вреда, его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом.

В свою очередь ответчик, возражающий против удовлетворения иска, должен доказать отсутствие своей вины, т.к. в соответствии с частью 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно это обстоятельство служит основанием для освобождения его от ответственности.

В целях обеспечения порядка и безопасности дорожного движения, повышения эффективности использования автомобильного транспорта Советом Министров - Правительством Российской Федерации утверждены Правила дорожного движения Российской Федерации, которые устанавливают единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации (п. 1.1 Правил).

Движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц (пункт 8.12 Правил).

Частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 05 декабря 2024 года около 13.26 час. ФИО6, управляя технически исправным автомобилем марки КАМАЗ 54115-15, государственный регистрационный знак <***>, в составе автопоезда с полуприцепом Schmitz S01, государственный регистрационный знак <...>, в городе Омске, двигался задним ходом по проезду между домами № 3А/1 и 3№ 3А/2 в направлении дома № 3А корпус 5 по указанной улице, проявил небрежность, неверно оценил складывающуюся дорожно-транспортную ситуацию, не принял необходимых и достаточных мер к обзору дороги позади транспортного средства, не воспользовался помощью других лиц для обеспечения безопасного проезда, не учтя, что по ходу движения управляемого транспортного средства могут оказаться люди, допустил наезд на ФИО7, которая пересекала траекторию его движения справа налево по ходу его движения.

По факту дорожно-транспортного происшествия было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО6

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО7 были причинены следующие телесные повреждени: Закрытая травма груди: полные косо-поперечные переломы 8-11 рёбер справа по околопозвоночной линии. Полный косо-поперечный перелом 10 ребра справа по средне-подмышечной линии с повреждением пристеночной плевры. Ушиб легких, разрыв корней легких, правосторонний гемоторакс (500 мл. крови в правой плевральной области). Закрытая вертебро-спинальная травма: разрыв межпозвоночного диска между 10 и 11 грудными позвонками с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани. Закрытая травма таза: закрытый полный отрыв правого крестцово-подвздошного сочленения. Разрыв лобкового симфиза. Закрытая тупая травма органов забрюшинного пространства: кровоизлияние в правую половину забрюшинного пространства. Ушибленная травма правого бедра. Кровоизлияние в мягкие ткани передней поверхности правого бедра. Множественные ссадины туловища и конечностей. Признаки сотрясения организма: кровоизлияние в корни легких и в связочный аппарат печени и селезенки, ворота почек, кровоизлияния в связки желудка. Данные телесные повреждения квалифицируются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО7, которая наступила в тот же день в машине скорой медицинской помощи в 14.15 час. Смерть ФИО7 наступила от <...> от которого непосредственно и наступила смерть последней.

Приговором Кировского районного суда города Омска от 27 марта 2025 года по уголовному делу № 1-158/2025 ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год, которое замено наказанием в виде принудительных работ на срок 1 год с удержанием 5 % из заработной платы в доход государства, перечисляемые на счет соответствующего территориального органа уголовно-исполнительной системы с отбыванием наказания в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно исполнительной системы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года. С ООО «Торговый дом «Любинский» в пользу ФИО1 взыскано возмещение вреда в размере 1566 50 руб.

Апелляционным постановлением Омского областного суда от 17 июня 2025 года приговор Кировского районного суда города Омска от 27 марта 2025 года в отношении ФИО6 был изменен; из описательно-мотивировочной части приговора исключено суждение суда о том, что он расценивает исковые требования потерпевших ФИО1 и ФИО5 как одно исковое заявление, поданное в интересах семьи ФИО7, а также указание суда о том, что он при назначении наказания ФИО6 учитывает, что подсудимый принес извинение потерпевшему ФИО1 и тот эти извинения принял, указав о том, что подсудимый ФИО6 принес извинения ФИО5; в части разрешения гражданских исков потерпевших ФИО5 и ФИО1 приговор отменен и передан в указанной части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в тот же суд в ином составе; в остальной части приговор оставлен без изменения.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО6 на момент совершения ДТП состоял в трудовых отношениях с ООО «Торговый дом «Любинский», автомобиль, которым он управлял в момент аварии, также был передан ООО «Торговый дом «Любинский» по договору аренды его собственником ООО «Омский завод консервированной продукции», работнику ФИО6 ответчиком был выдан путевой лист.

Поскольку моральный вред владельцем транспортного средства компенсирован не был, истец и третьи лица обратились в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленный спор, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1079, 1083, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на ООО «Торговый дом «Любинский» должна быть возложена обязанность по компенсации морального вреда, поскольку смерть ФИО7 наступила в результате наезда источника повышенной опасности, владельцем которого является ответчик.

В указанной части решение суда первой инстанции не обжалуется, соответственно по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации проверке судом апелляционной инстанции не подлежит.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, степень родственных отношений с погибшей, степень духовной близости с ней при её жизни, невосполнимость утраты близкого человека, характер причинённых нравственных страданий, неосторожную форму вины, степень разумности и справедливости.

Судебная коллегия выводы районного суда в указанной части признает верными, соответствующими нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, основанными на имеющихся в деле доказательствах.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации особая роль семьи в развитии личности, удовлетворении ее духовных потребностей и обусловленная этим конституционная ценность института семьи, как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 марта 2015 года № 4-П, требуют со стороны государства уважения и защиты семейных отношений.

Семья является союзом лиц, связанных между собой взаимными личными и имущественными правами и обязанностями, основанными на браке, рождении и воспитании потомства, родстве, принятии детей в семью на воспитание, общности жизни, ведении общего хозяйства, моральной и материальной поддержке.

Личные взаимоотношения между членами семьи являются основой системы всех семейных отношений. Любовь, доверие, уважение, чувства определяют, как содержание отношений между членами семьи, так и структуру данных отношений.

Семейные отношения порождают семейные права, создающие определенную личную зависимость одного члена семейного союза от другого, причастность членов семьи к радостям и заботам друг друга, создают определенное юридическое положение для этих членов.

Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Таким образом, смерть близкого родственника - это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании. В данном случае моральный вред, причиненный родственникам погибшей, презюмируется, при этом ссылки на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенными ими физическими и нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения им морального вреда.

Юридически значимым обстоятельством по данной категории спора является установление степени нравственных страданий родственников умершей.

В соответствии с положениями статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из основных принципов судебного разбирательства является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании.

При вынесении судебного решения недопустимо основываться на доказательствах, которые не были исследованы судом в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении»).

Принцип непосредственности исследования судом доказательств установлен и частью первой статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Непосредственность судебного разбирательства - это принцип гражданского процесса, определяющий метод исследования доказательств судом и являющийся правовой гарантией их надлежащей оценки, установления действительных обстоятельств дела, формулирования правильных выводов и вынесения правосудного решения. Он заключается в том, что суд, рассматривающий дело, обязан лично воспринимать доказательства по делу, а судебное постановление должно быть основано лишь на исследованных в судебном заседании доказательствах (данная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2025 года № 56-КГ24-23-К9).

Родителями ФИО11 (ранее - Беккер) С.В. являются ФИО5 и ФИО2 (свидетельство о рождении II-КН № <...>).

15 сентября 2010 года между ФИО11 (ранее - Беккер, Райх) С.В. и ФИО3 был заключен брак, который расторгнут <...> (свидетельство I-№ <...>, справка № А-00076). В браке у супругов <...> родился сын - ЛСО (свидетельство о рождении III-КН № <...>).

ФИО1, ФИО4 являются родными братьями ФИО7 (свидетельство о рождение М-КН № <...>, II-КН № <...>).

В исковом заявлении ФИО1 ссылается только на то, что был признан потерпевшим по уголовному делу.

Истец ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции в своих пояснениях ограничился только тем, что поддержал требования иска.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец пояснил, что сестра приезжала к родителям почти каждую неделю, они вместе отмечали праздники. Его отец в 1991 году основал крестьянско-фермерское хозяйство, сейчас его возглавляет он (истец).

При этом, третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2, ФИО4, ФИО3, действующий в интересах ЛСО, в судебное заседание суда первой и апелляционной инстанции не явились, пояснений относительно своих нравственных страданий не дали. В исковых заявлениях ссылались только на то, что между родственниками сложились близкие отношения, они общались в социальных сетях и по телефону, совместно отмечали праздники, испытывают глубокие переживания по настоящее время. ФИО3 также ссылался на совместно проживание его бывшей супруги и их сыном.

Представитель истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции пояснил, что ФИО7 проживала совместно с сыном ЛСО в городе Омске, тогда как родные братья и мать умершей проживали и проживают в <...>. У родителей ФИО7 крестьянско-фермерское хозяйство. Последняя ездила к родителям каждую неделю, помогала по хозяйству и оказывала медицинскую помощь своим родителям, какую именно пояснить не смог.

Опрошенные в суде первой инстанции свидетели: ЧКВ, являющаяся соседкой ФИО7, и ФЕА, являющаяся супругой истца, пояснили, что ФИО7 также на выходных ездила к родным в Азовский район, проживала совместно с сыном в городе Омске.

Также в материалы дела в подтверждение своих доводов представлены фотоматериалы (9 шт.), скриншоты переписки за 09 февраля, 30 августа, 15, 16, 19 октября, 2 и 20 ноября 2024 года, сведения о крещении.

Согласно представленным сведениям ФИО1 зарегистрирован по месту жительства по адресу: Омская область, Азовский немецкий национальный район, <...><...>, по указанному адресу с <...> также зарегистрирована ФИО2

Решение суда в части взысканного в пользу ФИО4 размера компенсации морального вреда, не обжалуется, соответственно по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации проверке судом апелляционной инстанции не подлежит.

Принимая во внимание обстоятельства смерти ФИО7: причинение смерти ФИО7 источником повышенной опасности, владельцем которого является ответчик, неосторожную форму вины ФИО6; родственных отношений между умершей, ее родным братом, матерью и несовершеннолетним сыном, проживающим вместе с матерью после расторжения его родителями брака, то обстоятельство, что родственники умершей, заявившие настоящие требования, испытывали и испытывают нравственные страдания; моральную травму, чувство потери и горечи утраты близкого человека; необратимость нарушенных семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, необходимости последующей адаптации, отсутствие иных близких родственников, но в то же время с учетом раздельного проживания ФИО7, ФИО1 и их матери в течение длительного времени, отсутствие доказательств их частого близкого общения, неявки ФИО2 и ФИО3, действующего в интересах несовершеннолетнего сына, в суд первой и апелляционной инстанции для дачи пояснений, не представление каких-либо доказательств в обоснование своих требований, дачу общих пояснений относительно понесенных страданий, судебная коллегия с размером компенсации морального вреда, взысканного в пользу ФИО1, ФИО2, несовершеннолетнего ЛСО, соглашается, полагая, что такой размер соответствует требованиям разумности и справедливости.

Надлежит отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Указанный размер, по мнению коллегии судей, соответствует степени причиненных нравственных страданий, отвечает требованиям разумности, согласуется с принципом конституционной ценности жизни и здоровья, общеправовым принципом справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Поскольку необходимость несения расходов на погребение была связана с совершением ФИО6 преступления при выполнении трудовых обязанностей, суд первой инстанции взыскал в пользу ФИО1 расходы на погребение в размере 66 950 руб.

Принимая во внимание размер заявленных требований, характер спора, сложность дела, объем оказанных юридических услуг, районный суд взыскал с ответчика в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 руб.

Руководствуясь положениями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, районный суд взыскал с ответчика государственную пошлину в размере 12000 руб.

Решение суда первой инстанции в части взыскания расходов на погребение, расходов на оплату юридических услуг и государственной пошлины не обжалуется, соответственно по правилам статьи 327.1. Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации проверке судом апелляционной инстанции не подлежит.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными, основанными на ошибочном толковании норм материального права.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с приведенными в решении суда выводами, поскольку они основаны на правильном применении норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, при верном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

На основании изложенного, решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда города Омска от 19 января 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через Кировский районный суд города Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 апреля 2026 года.

Председательствующий л/п

Судьи п л/п л/п о