Апелляционное постановление № 22-5018/2025 от 29 октября 2025 г. по делу № 1-186/2025

Судья Набока Е.А.

Дело № 22-5018/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Пермь 30 октября 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Клюкина А.В.,

при секретаре судебного заседания Братчиковой Л.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Жигиля В.П. и Михалева Д.В. на приговор Чайковского городского суда Пермского края от 1 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся дата в ****, судимая

26 марта 2025 года Чайковским городским судом Пермского края по ч. 2 ст. 162 УК РФ, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 4 годам лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, согласно ч. 4 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Чайковского городского суда Пермского края от 26 марта 2025 года отменено, на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения неотбытой части наказания, к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете время содержания под стражей и вещественных доказательствах.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб, возражений на жалобу адвоката Жигиля В.П., заслушав выступления осужденной ФИО1, адвоката Михалева Д.В., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Малышевой Е.Л. по ним, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признана виновной в квалифицированной краже, совершенной в г. Чайковский Пермского края в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Жигиль В.П. выражая несогласие с приговором суда, считает его несправедливым, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права. Указывая на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, считает, что действия ФИО1 должны быть переквалифицированы на ст. 330 УК РФ - самоуправство, поскольку она полагала, что имеет право распоряжаться имуществом Е. Присваивать имущество Е. не планировала, собиралась в дальнейшем выкупить золотые изделия и вернуть их потерпевшей. Полагает, что физическое состояние потерпевшей, страдающей от алкогольной зависимости и проходившей лечение в специализированном учреждении должно быть учтено при оценке достоверности показаний Е. Считает, что совокупность исключительных обстоятельств, выразившихся в отсутствии умысла, случайном характере преступления, дача полных и признательных показаний при первом допросе, добровольное участие в следственных действиях, а также совокупность смягчающих обстоятельств позволяют применить положения ст. 64 УК РФ и назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено законом. Просит приговор изменить, действия ФИО1 переквалифицировать на ч. 1 ст. 330 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Михалев Д.В. находит приговор несправедливым, назначенное наказание – суровым, при этом отмечает, что суд не в полной мере учел обстоятельства, признанные смягчающими наказание. Указывает, что при вынесении решения судом не дана должная оценка показаниям ФИО1, которая сообщила, что потерпевшая добровольно выдала своё имущество для продажи. Полагает, что обстоятельства дела указывают на отсутствие умысла осуждённой на тайное хищение имущества потерпевшей. Обращая внимание, что у ФИО1 имеется на иждивении малолетний сын, считает, что также имеются основания для предоставлении отсрочки отбывания наказания. Просит приговор изменить, при наличии совокупности смягчающих обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую. Считает, что имелись основания для применения ст. ст. 64, 73 УК РФ. Просит приговор изменить и смягчить наказание.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Жигиля В.П. прокурор Чайковской городской прокуратуры ФИО2 просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и поступивших возражений, сведения о состоянии здоровья осужденной из СИЗО, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Материалы дела исследованы с достаточной полнотой, преступление расследовано, а дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд признал доказанным, что ФИО1 21 апреля 2025 года, находясь в квартире потерпевшей Е., тайно похитила ювелирные изделия, две картонные коробки с находящимся в них имуществом оправами для очков, очками солнцезащитными, аппаратом электростимуляции, кроссовками и туфлями, а также пакет с записными книжками. Причинив тем самым значительный ущерб потерпевшей на общую сумму 81 650 рублей.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что имущество забрала с согласия потерпевшей.

Несмотря на указанную позицию осужденной, вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

В судебном заседании в связи с противоречиями оглашены показания осужденной ФИО1, из которых следует, что она снимала золотые украшения с потерпевшей когда последняя была «в отключке» (потеряла сознание), коробки с очками и оправами нашла в нише (кладовой) коридора пока потерпевшая спала. Хотела похищенное имущество потерпевшей продать, а выручку обернуть в свою пользу.

Именно эти показания осужденной суд признал достоверными, так как они подтверждаются совокупностью доказательств. Так, согласно показаниям потерпевшей Е., 21 апреля 2025 года к ней пришла ФИО1, которой она пообещала отдать куртки для отца, более ничего отдавать не обещала. В какой-то момент, во время совместного употребления спиртного принесенного ФИО1, она потеряла сознание, после того как проснулась, обнаружила отсутствие сережек и золотой цепочки с крестом, при этом мочка одного уха была порвана. Е. поняла, что золото с неё сняла ФИО1, так как кроме неё в квартире никого не было. Также указала, что пропала дорожная сумка с куртками и коробка с обувью, которую она намеревалась продать ФИО1, из ниши коридора пропали коробка с очками и оправами, аппарат электростимуляции, ключи от квартиры и загранпаспорт. Действиями ФИО1 ей причинен значительный ущерб.

В свою очередь, показания потерпевшей Е. о хищении имущества из её квартиры также подтверждается показаниями: свидетеля А., являющегося сыном потерпевшей, о том, что 21 апреля 2025 года ему звонила соседка матери, сообщила, что из квартиры его мамы выносит вещи девушка, находящаяся в состоянии опьянения. В дальнейшем от мамы ему известно о пропавших золотых украшениях и другом имуществе; свидетеля В., пояснившего, что его дочь ФИО1 выносила коробки с очками и обувью в тот момент, когда он забирал её от М.; свидетеля М., показавшего, что 21 апреля 2025 года к нему пришла ФИО1 с вещами: дорожная сумка, коробки, тряпичная зеленая сумка, также она передала Ф. золотые украшения, сказав, что тот может заложить их в ломбард; свидетеля Ф., пояснившего, что ему ФИО1 передала золотые украшения, сказав сдать в ломбард, а на вырученные деньги приобрести алкоголь; а также письменными материалами дела: протоколом принятия устного заявления, согласно которому потерпевшей причинен значительный ущерб; протоколами осмотров места происшествия, в ходе которых осмотрена квартира потерпевшей № ** в доме № ** по ул. **** г. Чайковский без следов проникновения в неё, и квартира осужденной № ** дома № ** по ул. **** г. Чайковский, в которой было обнаружено и изъято похищенное имущество: дорожная сумка чёрно-синего цвета с двумя мужскими зимними куртками чёрного цвета, тряпичная сумка зелёного цвета с очками и записными книжками, две пары обуви, коробка с солнцезащитными очками и оправами, коробка с аппаратом нейрон, ключница с металлическими ключами и магнитным ключом от домофона; протоколом осмотра предметов и документов с фототаблицей, согласно которому осмотрен диск с видеозаписями, где зафиксировано как ФИО1 неоднократно заходит в подъезд дома, а выходя выносит дорожную сумку, пакет и коробки, а также иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Довод адвоката Жигиля В.П. о том, что в действиях ФИО1 отсутствует умысел на хищение имущества, поскольку потерпевшая сама передала его осужденной, подлежит отклонению, так как опровергается собранными по делу доказательствами. Так, согласно показаниям потерпевшей Е., она планировала отдать даром ФИО1 куртки для её отца, поскольку полагала, что последняя находится в тяжелом материальном положении, золотые украшения передавать не намеревалась, так как они для неё дороги как память от покойного мужа, подготовила для продажи ФИО1 спортивный флисовый костюм, кроссовки и туфли, отдавать их даром не планировала; очки, оправу для очков, аппарат электростимуляции брать ФИО1 для продажи не разрешала, поскольку могла самостоятельно реализовать указанное имущество. Кроме того, свидетель А. показал, что мать не отдала бы золотые украшения осужденной. Сам факт повреждения мочки уха говорит о применении силы при снятии серьги с потерпевшей, и не подтверждает добровольного согласия Е. на снятие украшения.

Все доказательства суд проверил и оценил в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора.

Оснований для оговора осужденной у потерпевшей не усматривается, поскольку она неприязни к ней не испытывала, её показания логичны, последовательны и непротиворечивы, к тому же подтверждаются показаниями свидетелей, которые также повода для оговора осужденной не имеют.

О наличии у осужденной корыстной цели свидетельствует тот факт, что она, не имея ни действительного ни предполагаемого права на имущество потерпевшей, сняла золотые изделия со спящей Е., вынесла из квартиры коробки с находящимся в них имуществом, в последующем скрылась с похищенным, а как только завладела похищенным имуществом, сразу начала распоряжаться им как своим собственным, а именно передала золотые украшения свидетелю Ф. для того, чтобы он отнес их в ломбард и приобрел спиртное, что в свою очередь опровергает утверждение осужденной, что она намеревалась перепродав похищенное по коммерческим ценам, передать выручку потерпевшей.

Квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину» обоснован судом. При этом суд правильно исходил из соотношения имущественного положения потерпевшей, находящейся на пенсии, её ежемесячный доход составляет 18 000 рублей, из которых она оплачивает коммунальные платежи, отсутствует иной источник дохода, стоимости похищенного имущества, оцененного в 81 650 рублей.

Таким образом, суд правильно квалифицировал действия осужденной по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину. Основания для переквалификации действий осужденной на ч. 1 ст. 330 УК РФ, либо оправдания, отсутствуют.

Приговор соответствует требованиям ст. ст. 297, 303-304, 307-309 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, указание места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотива, цели и наступивших последствий, исследованных в судебном заседании доказательств, их оценки и оснований, по которым суд признает их достоверными, и отвергает другие, в частности показания осужденной о том, что потерпевшая дала согласие распорядиться принадлежащим ей имуществом.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем лишения или ограничения права участников уголовного судопроизводства, в том числе обвиняемой и потерпевшей, или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, ни в ходе досудебного производства, ни при рассмотрении уголовного дела, не выявлено.

Наказание назначено в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60, 61 УК РФ.

При назначении наказания суд учел данные о личности осужденной, которая судима, привлекалась к административной ответственности, у врача-психиатра не наблюдалась, состоит на учете у врача-нарколога, прошла противоалкогольное лечение, трудится неофициально, ухаживает и помогает родственниками (тете и бабушке), имеет постоянное место жительства и регистрации, проживает с отцом и малолетним сыном, в отношении которого ограничена в родительских правах, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, соседями и по месту работы положительно.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд признал и учел в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку с повинной, п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей, как принесение извинений и добровольное погашение исковых требований по возмещению имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка, ч. 2 ст. 61 УК РФ признание вины, раскаяние, смерть близкого родственника - матери, неудовлетворительное состояние здоровья как самой ФИО1 (наличие у нее хронических и иных заболеваний, изменений психики), так и её близких родственников.

Оснований для признания каких-либо иных обстоятельств смягчающими наказание нет.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции не установлено.

Фактически оценив в совокупности характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства совершения преступления, наличие отрицательных характеристик осужденной, того обстоятельства, что новое умышленное преступление средней тяжести против собственности совершено ею в период испытательного срока условного осуждения за умышленное тяжкое преступление против собственности по предыдущему приговору, суд пришел к выводу, что исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось явно недостаточным, а потому её исправление, достижение других целей наказания, возможно лишь при реальном отбывании наказания в виде лишения свободы и отмены условного осуждения по предыдущему приговору суда. Повода считать, что цели наказания будут достигнуты при назначении более мягкого вида наказания либо при применении положений ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 УК РФ, сохранения условного осуждения, нет.

Суд первой инстанции не усмотрел повода для назначения наказания с учетом положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, не находит его и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем, данные о личности осужденной, наличие смягчающих наказание обстоятельств, её отношение к содеянному, позволили суду не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что влияющие на наказание обстоятельства и данные о личности осужденной судом учтены всесторонне и объективно, положения уголовного закона о его индивидуализации в полной мере соблюдены.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает, что назначенное осужденной наказание по своему виду и размеру соответствует общественной опасности совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и данным о личности, его нельзя признать чрезмерно суровым, поводов для его смягчения не имеется, следовательно, оно является справедливым.

Оснований для применения положений ст. 82 УК РФ не имеется, поскольку в настоящее время ФИО1 в отношении малолетнего ребенка ограничена в родительских правах, неоднократно привлекалась к административной ответственности за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, а также за нанесение побоев в отношении сына.

Данных, свидетельствующих о невозможности отбывания наказания в виде лишения свободы осужденной ФИО1 по состоянию здоровья суду первой инстанции не представлено, равно не представлено их суду апелляционной инстанции, поэтому оснований для применения ст. 81 УК РФ нет.

Наказание по совокупности приговоров в отношении осужденной определено путем частичного, а не полного присоединения неотбытой части наказания, что также не свидетельствует о чрезмерной суровости назначенного наказания.

Вид исправительного учреждения, верно определен судом первой инстанции в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Иные решения суда, принятые в соответствии со ст. 308, 309 УПК РФ, мотивированы и являются правильными.

При таких обстоятельствах, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены или изменения судебного решения, в том числе по доводам жалобы, нет.

Вместе с тем, суд первой инстанции правильно указав в приговоре, что срок отбытия наказания осужденной исчисляется с момента вступления приговора в законную силу, изменив меру пресечения ФИО1 и взяв её под стражу в зале суда, ошибочно не зачел в срок отбытия наказания время её содержания под стражей с момента оглашения приговора до вступления его в законную силу, то есть с 1 сентября 2025 года, исчисляя его в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ. Эта неточность может быть устранена судом апелляционной инстанции, поэтому приговор в этой части подлежит изменению.

В остальной части обжалуемый приговор является законным, обоснованным и справедливым.

Руководствуясь ст.ст. 389.13-14, 389.20, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Чайковского городского суда Пермского края от 1 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- в срок лишения свободы зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 1 сентября 2025 года до 30 октября 2025 года в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Жигиля В.П. и Михалева Д.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)